Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Глава III. Рада Литовская, как учреждение, с. 670-736: оригинал издания

Глава III. Рада Литовская, как учреждение, с. 670-736. Текст в орфографии издания 1901 года.

Рада Литовская, какъ учрежденіе

По оглавлению издания:

  • Наблюденія надъ личнымъ составомъ рады Княжества и путь, который проходили Литовскіе дѣятели до дверей сената - с. 670-679
  • Группировка радныхъ пановъ по партіямъ - с. 679-683
  • Присяга сенатора и значеніе пановъ-радъ - с. 683-688
  • Собранія рады; ихъ виды и обсужденіе въ нихъ государственныхъ дѣлъ - с. 688-696
  • Письменныя сношенія короля съ сенатомъ - с. 696-697
  • Установленіе рѣшенія короля и сената и взаимное значеніе рады и государя - с. 697-700
  • Ходатайства радныхъ пановъ и ихъ роль при королевскихъ назначеніяхъ и распоряженіяхъ - с. 700-704
  • Паны-рада при судѣ королевскомъ - с. 704-709
  • „Коммиссіи“, дававшіяся раднымъ панамъ - с. 709-711
  • Паны-рада въ дѣлѣ подготовки сейма - с. 711-712
  • Взглядъ народа на пановъ-раду - с. 712-716
  • Награды, дававшіяся раднымъ панамъ - с. 716-718
  • Связи, соединявшія пановъ-радъ со шляхтою - с. 718-720
  • Паны-рада и шляхта въ эпохи безкоролевій - с. 720-721
  • Дѣятельность Литовской рады въ дни безкоролевій - с. 721-734
  • Радные паны и шляхта въ дни безкоролевій - с. 734-735
  • Присяга пана-рады времени безкоролевья - с. 736

Познакомившись съ функціями и значеніемъ каждаго высшаго вряда великаго княжества Литовскаго, имѣвшаго своихъ представителей въ радѣ Литовской, обратимся теперь къ изученю самой рады, объединявшей въ себѣ всѣхъ этихъ высшихъ врядниковъ, засѣдавшихъ въ ея «лавицѣ». Ho прежде чѣмъ приступить къ обзору дѣятельности пановъ радъ Литовскихъ, какъ таковыхъ, присмотримся сначала къ личному составу сената великаго княжества Литовскаго, Сдѣлать это необходимо по нѣскоіькимъ причинамъ. Уже замѣчено, что въ Речи Посполитой ПозьскоЛитовской все дѣлалось отдѣльными лицами, а не учрежденіями2054, и нельзя въ значительной степени не признать этого замѣчанія Польскаго историка справедливымъ по отношенію къ жизни великаго княжества Литовскаго. Лица, сильныя своимъ вліяніемъ, высоко держали свое чело, смѣло и гордо смотря какъ на самого короля, такъ и на обывателей Литовскихъ. Въ сношеніяхъ короля съ его радными панами проглядываетъ ясно различное отношеніе къ отдѣльнымъ лицамъ въ зависимости отъ авторитета и степени вліятельности ихъ. Не званіе раднаго пана, общее имъ всѣмъ, а личность и родъ лица основаніе для этого, Съ другой стороны, аристократизмъ Литвы общее мѣсто, принятое и высказываемое, уже какъ несомнѣнная черта порядка Литовской государственной жизни. Провѣрить это на такомъ фактѣ, какъ составъ рады, особенно интересно, Наконецъ, наблюденіе надъ составомъ Литовскаго сената должно ввести насъ въ кругъ взанмныхъ отношеній его членовъ, которыя такъ часто бывали главною пружиною, приводившею къ движенію въ томъ или другомъ направленіи всю Литовскую раду со всѣмъ ея значеніемъ для государства.

Въ составъ Литовской рады въ ея свѣтской части за время съ 1569 по 1586 годы входили слѣдующія фамиліи: Война. Волминскій, Воловичъ, Гайко, Гарабурда, Глѣбовичъ, Горностай, Довойна, Дорогостайскій, кн. Збаражскій, Зеновевичъ, Кишка, Кмита, Нарушевичъ, Остикъ, Пацъ, кн. Полубенскій, кн. Радивилъ, Camera; Сновскій, кн. Соломерецкій, Талвошъ, Тризна, Тишкевичъ, Ходкевичъ и Шеметъ. Первое, что обращаетъ на себя вниманіе при разсмотрѣніи этого списка фамилій небольшое ихъ число. Въ самомъ дѣлѣ ихъ всего 26. Между тѣмъ, лицами, носившими ихъ, занимались 10 воеводскихъ врядовъ, столько же кашталянскихъ2055 nA 6 министерскихъ2056. При этомъ въ изслѣдуемый періодъ времени только два2057 изъ этихъ урядовъ были заняты одними и тѣми же лицами всѣ 17 лѣтъ, имъ охватывае-. мыя. Большийство врядовъ (16) за эти годы имѣли по два лица, ихъ занимавшихъ2058, шесть имѣли по три своихъ представителя2059, одинъ врядъ имѣлъ четырехъ* и одинъ - пять*. Общее число Литовскихъ сенаторовъ было 26. Но это не значитъ, что число лицъ, составлявшихъ Литовскую раду равнялось постоянно 26-ти. За изслѣдуемый періодъ времени оно никогда не равнялось числу сенаторскихъ врядовъ, а было значительно меньше, такъ какъ одни и тѣ же сенаторы занимали по нѣскольку урядовъ. Такъ, Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ совмѣщалъ три сенаторскихъ уряда — Виленское кашталянство, Жомоитское староство и земское маршалковство, Николай Юрьевичъ Радивилъ совмѣщалъ также три — Виленское воеводство, канцлерство Литовское и наивысшее гетманство, Евстафій Воловичъ, Янъ Глѣбовичъ и другіе тоже соединяли въ своихъ рукахъ по нѣскольку сенаторскихъ урядовъ. Это, конечно, съ одной стороны, усиливало значеніе отдѣльныхъ Литовскихъ сенаторовъ, но за то значительно уменьшало число ихъ сравнительно съ сенаторами Короны. Отдѣльныя фамиліи, къ которымъ принадлежали за изслѣдуемый періодъ времени сенаторы Княжества, дали Литовской радѣ далеко не одинаковое число своихъ представителей, Радивиловъ*, встрѣчаемъ пять въ спискѣ пановъ-радъ Литовскихъ изучаемой эпохи Пацовъ* и Сапегъ 5)—по четыре, Воловичей* трехъ, Ходкеви-

(1569—1579), Криштофъ Радивилъ (1579—1584), Янъ Яновичъ Глѣбовичъ (1585—1586), БерестейскоеЯнъ Николаевичъ Гайко (1566—1580), Богданъ Павловичъ Сапега (1580—1585), Криштофъ Юрьевичъ Зеновичъ (1585—1588); Минское Николай Станиславовичъ Тальвошъ (1566—1570), Янъ Яновичъ Глѣбовичъ (1571—1585), Михаилъ Богдановичъ Гарабурда (1585—1586). Подканцлерство Евстафій Богдановичъ Воловичъ (1566—1579), Криштофъ Радивылъ (1579—1584), Левъ Ивановичъ Сапега (1585—1589). Земское подскарбство— Николай Павловичъ Нарушевичъ (1566—1575), Лавринъ Война (1576—1580), Янъ Яновичъ Глѣбовичъ (--1586). чей*, Зеновевичей* Войнъ* и Тишкевичей*)—по два, представителей остальныхъ і8-ти фамилій по одному.

Въ числѣ этихъ фамилй были представители старинныхъ панскихъ и княжескихъ фамилій Литвы (напр., Радивилы, Остики, KH. Збаражекій), но были и homines novi въ радѣ Княжества, какъ напримѣръ, Филонъ Кмита, или Михаилъ Гарабурда. Само собою разумѣется, что эти члены сената Литовскаго очень отличались своимъ богатствомъ и матеріальною обезпеченностью, также какъ и образованіемъ. Въ рукахъ однихъ находились обширныя родовыя вотчины; другіе не могли равняться съ первыми своимъ матеріальнымъ положеніемъ. Мы не можемъ представить въ пифрахъ это различіе въ экономическомъ положеніи отдѣльныхъ сенаторовъ, но, конечно, оно должно было быть очень значительнымъ, Самые староства, державы и юргельты, получаемые сенаторами, для большой части ихъ являлись необходимыми, ибо едва ли бы могли они жить на свои частныя средства при требованіи извѣстнаго блеска обстановки жизни сенатора, а также при частыхъ поѣздкахъ къ королю и на съѣзды по надобностямъ своего сенаторскаго уряда. По образованію сенаторы также должны были различаться. Одни изъ нихъ получали европейское образованіе въ университетахъ Запада, другіе пріобрѣтали свѣдѣнія не столько школьнымъ путемъ, сколько путемъ жизненнаго опыта. Рядомъ съ Радивилами, получившими образованіе за границей, сидѣлъ въ лавицѣ радъ Литовскихъ Левъ Сапега, который вмѣсто заграничной поѣздки и продолженія образованія поступилъ еще въ юности въ дворянскую службу*.

Обратимся теперь къ разсмотрѣнію того пути, который проходили Литовско-Русскі&я должностныя лица, прежде чѣмъ войти въ тяжелыя двери сената и занять мѣсто на его «давицѣ». Само собою разумѣется, что путь этотъ былъ далеко не одинаково продолжителенъ для потомка могущественной своимъ историческимъ именемъ, матеріальнымъ положеніемъ и высокимъ значеніемъ въ государствѣ фамиліи и для лица, пробивающаго себѣ дорогу къ высшимъ государственнымъ должностямъ изъ незнатнаго рода лишь своею личною энергіею и дарованіями. Люди знатнаго рода и люди личной заслуги и милости короля вотъ двѣ категоріи, на которыя дѣлились паны-рады великаго Литовскаго княжества, Не слѣдуетъ, конечно, думать, что личная заслуга и дарованіе были чужды лицамъ первой категоріи. Достаточно вспомнить одного Яна Еронимовича Ходкевича HA сго заслуги предъ государствомъ въ Инфлянтахъ, и еще большія заслуги въ дѣлѣ отстайванія правъ Литвы противъ прятязаній Польши2071.

Подыскалось и своего рода теоретическое основаніе для преимуществъ въ дѣлѣ предоставленія высшихъ государственныхъ должностей членамъ знатныхъ фамилій. Происхожденіе изъ знатнаго рода по понятіямъ, существовавшимъ въ Литвѣ въ XVI вѣкѣ имѣетъ значеніе не только потому, что даетъ блескъ славнаго имени, прославленнаго и возвеличеннаго предками, принесшими славу и пользу отчизнѣ, но и потому, что годность къ службѣ, способности передаются отъ предковъ къ потомкамъ. Григорій Ходкевичъ рѣшился передать своимъ сыновьямъ Александру и Андрею — первому староство Городенское, а второму (подстолію великаго княжества Литовскаго)-Могилевское, но Не успѣлъ вполнѣ при жизни своей сдѣлать этого, и стрый ero Явъ Еронимовичъ Ходкевичъ ходатайствовалъ передъ королемъ Генрихомъ о королевскомъ подтвержденіи этой передачи, сдѣланной «пебощикомъ» паномъ Виленскимъ, гетманомъ наивысшимъ. Король исполняетъ эту просьбу, которая отчасти2072 уже была раньше вознесена къ его предшественнику Сигизмунду Августу, но которой послѣдній не успѣхъ вполнѣ исполнить, застигнутый смертью, — подтвержденіе короля Сигизмунда «пана подскарбего не дошло». Въ листѣ королевскомъ мотивами для исполненія просьбы этой королемъ является прежде всего «ласкавое баченье» Генриха на «значѣъные А высокие заслуги» родичей Ходкевичей, Яна Еронимовича, ходатайствующаго передъ королемъ, но особенно «недавно зешлого» пана Григорія Ходкевича, исполненіемъ желанія котораго и является королевское подтвержденіе. Грамота говоритъ, что король даетъ свое подтвержденіе на передачу староства, заслуги его «в доброй ведомости маючы и ихъ ласкаве IOBAJKADYŁI а потомство его милости до таковыхъ же справъ и поступъковъ годное быти розумеючи и ласку» свою королевскую «надъ ними указуючы»2073. Ясное дѣло, что при такомъ взглядѣ карьера членовъ знатныхъ фамилій упрощалась чрезвычайно. Вниманіе верховной власти къ службамъ и высокому значенію отцовъ и родственниковъ замѣняло для нихъ долгіе годы дѣятельности и зичныя заслуги. Такъ, когда Александръ Ходкевичъ, староста Городенскій, командовавшій жолнерами въ землѣ Инфлянтской уѣхалъ изъ Инфлянтъ по болѣзни и такимъ образомъ долженъ былъ оставить отправленіе своихъ обязанностей, Стефанъ Баторій назначаетъ на его мѣсто Криштофа Радивила, Литовскаго подчашія, сына Николая Радивила, воеводы Виленскаго; Король извѣщаетъ объ этомъ изъ Львова 31 іюня 1578 года Виленскаго воеводу2074: сынъ въ качествѣ польнаго гетмана, такимъ образомъ, становится подъ ближайшее начальство своего отца, бывшаго великимъ Литовскимъ гетманомъ. Такъ упрощалась служба для Радивила. Тотъ же Криштофъ Радивилъ въ 1579 году сдѣлался кашталяномъ Троцкимъ и подканцлеромъ, а въ 1584 году былъ уже Виленскимъ воеводою, сдѣлавшись непосредственнымъ преемникомъ ни этомъ врядѣ своего отца. Cb 1589 года онъ былъ и гетманомъ великимъ.

Путь, который проходили лица, не имѣвшія счастливой случайности родиться въ знатной семьѣ, былъ гораздо сложнѣе. Возьмемъ для примѣра хотя бы пана Филона Семеновича Кмиту, получивmaro въ 1579 году воеводство Смоленское, въ случаѣ его возвращенія въ составъ территоріи великаго княжества Литовскаго2075. Филонъ Кмита2076 былъ сыномъ дворянина королевскаго, пана Семена Кмиты. Сдѣлавшись королевскимъ ротмистромъ онъ несъ «уставичныя послуги» государевы и земскія военныя, «преложоныя» на него королемъ и гетманами. По словамъ привилея онъ отъ немалого часу на послугахъ» государевыхъ и земскихъ си въ немалыхъ битвахъ бываючи, противъ неприятеля» королевскаго, не жалуючи горла и розлитя крови своее, мужне CA, яко правому рыцеру належыть, заставлял», Филонъ Кмита заслужилъ аласку короля и «добре CA» королю «подобал». Отдавшись всецѣло исполненію своихъ служебныхъ обязанностей, онъ даже не имѣлъ возможности и времени заниматься своими частными дѣлами. Результатомъ этого было полное разстройство его Подольскихъ имѣній. Ero имѣнія Летино, Полтевичъ, Солаши и дворъ Веницкій со всѣми людьми, принадлежавшими ему на этихъ земляхъ, терпятъ, «яко отъ безвестного уторгненья Татарского тамъ в тые краины (наши) пограничные, такъ же от крывдъ, и шкод, которые ся ему и тым именьям его зъ стороны короны Полское обывателей, на остатокъ и OT враду (нашого) Веницкого деють, боронити не MOжет». Не видя выхода изъ этихъ затрудненій, Филонъ Кмита обращается къ королю Сигизмунду Августу съ просьбою R3ATŁ его имѣнія на государя, а ему взамѣнъ ихъ дать другое какоенибудь имѣніе, Король исполнилъ эту просьбу. Былъ посланъ дворянинъ королевскій Василій Мацкевичъ для составленія «реестра», описи этихъ имѣній со всѣми ихъ землями, населеніемъ и доходами. Реестръ этотъ поступилъ въ земскій скарбъ и по Hexy были взяты Подольскія имѣнія Кмиты «до рукъи до столу (нашого) господарьского», а ему 29 марта 1566 года былъ давъ «отъменою» замокъ государевъ Чернобыли, находящійся въ землѣ Кіевской, съ мѣстомъ и со всѣмъ, что къ нему принадлежитъ*. Съ тѣхъ поръ и къ фамиліи Кмиты стало присоединяться иногда прилагательное «Чернобыльскій»*, Пожалованіе замкомъ Чернобыльскимъ было какъ нельзя болѣе кстати для храбраго, опытнаго въ военяомъ дѣлѣ и расторопнаго ротмистра Онъ былъ въ числѣ «украинныхъ», и охрана его Кмитою была въ то же время и охраною государства*. Что касается до службы и дѣятельности Филона Кмиты, заслужившей признаніе корозевской грамоты, то о ней сохранился цѣлый рядъ указаній источниУ) Cu. выше, стр. 431, 432. ковъ. То онъ, командуя отрядомъ, посылаетъ своихъ служебниковъ подъ Московскій замокъ (Путивл), которые захватываютъ связня ранного», раненаго плѣннаго*, то одерживаетъ побѣду надъ «людьми Московскими» подъ Стародубомъ и беретъ въ плѣнъ Московскаго воеводу, князя Василія Ивановича Томкина*, TO одерживаетъ другія побѣды и совершаетъ другіе подвиги*, иногда разсчитываясь со своимъ отрядомъ собственными даже своими деньгами и ожидая затѣмъ ихъ возвращенія изъ земскаго скарба. Назначенный Оршанскимъ старостою*, Филонъ Кмита обнаруживаетъ и другую сторону своихъ способностей. Положеніе Оршанскаго старосты было чрезвычайно серьезнымъ по тѣмъ исключижельнымъ обязанностямъ, которыя онъ несъ. Находясь на Московской границѣ, онъ долженъ былъ не только принимать въ своемъ административномъ округѣъи Московскихъ и Литовскихъ пословъ, но и собирать свѣдѣнія обо всемъ происходившемъ въ Московскомъ государствѣ, что имѣло какое-либо значеніе и хотя какой-нибудь интересъ для Литвы и ея правительства. Развѣдочная служба была важною стороною дѣятельности его вряда, и нужно признать, что Филонъ Кмита умѣлъ ее нести, Цѣлый рядъ листовъ его, адресованныхъ къ королю. Литовской радѣ и отдѣльнымъ сенаторамъ Литовскимъ ѣ), листовъ, богатыхъ содержаніемъ, — доказательство этого, Не даромъ, такимъ образомъ, получилъ этотъ дѣятель великаго княжества Литовскаго мѣсто въ королевской радѣ, бывшее наградою за его полную труда и таланта предшествующую дѣятельность. Новые военные подвиги въ Московской войнѣ, особенно подъ Смоленскомъ, побудили, наконецъ, Стефана Baropia 13 октября 1579 года принять его «в лавицу радъ» своихъ и дать ему воеводство Смоленское2084. Говоря о заслугахъ Кмиты, королевскій привилей, однако, не забываетъ упомянуть о томъ, что король дѣлаетъ свои пожалованія, «вземъши ведомость о зацности дому старожитъного пана Филона Кмиты Чорънобыльского, старосты Оршанъского», и о его заслугахъ и заслугахъ его предковъ передъ королемъ и государствомъ, подчеркивая такимъ образомъ «старожитность» фамиліи Кмитъ, хотя она и лишена была ореола знатности-отецъ Филона, Семевъ Кмита, былъ простымъ дворяниномъ, и члены этой фамиліи совсѣмъ не занимали высшихъ урядовъ до Филона Семеновича. Привилей Баторія далѣе говоритъ, что король хочетъ заслуги Филона Кмиты, старосты Оршанскаго, «баченьемъ» своимъ «королевскимъ нагородити, а 68 дому и на особе его таковые цные поступъки и справы его оздобити». Такимъ образомъ цѣлый родъ возвышается, и фамилія Кмита на будущее время уже будетъ звучать рядомъ съ именами знатныхъ родовъ Литовскихъ. Самая награда, воеводство Смоленское, наводитъ на мысли о томъ, что Кмита все-таки не являлся совершенно равнымъ въ глазахъ короля съ Радивилами, Ходкевичами, Глѣбовичами и другими фамиліями, стоявшими на челѣ Литовскаго народа. Получивъ мѣсто въ радѣ королевской, онъ «владность», справы и «пожитки, которые принадлежали прежнимъ Смоленскимъ воеводамъ, получитѣъ лишь тогда, «кгды Панъ Богъ щастъливе справы речи посполитое поводечи, Смоленскъ ку великому князству Литовъскому привернетъ». Радивилъ, или Ходкевичъ не получилъ бы такого назначенія. -

сдавят, тобе до князя великого ехати нельза и очей ero долъго не BHJCTY. Ведже обецуетъ воевода Смоленъсквй на листе своемъ, взявши науку OT господара своего, ознаймити, на которие местца кажеть тобе до себе ити.. Далѣе грамота говоритъ, что Смоленскі&й Московскіёй воевода напишетъ Фипилону Кмитѣ о томъ, позволяетъ ли его государь ѣхать Гарабурдѣ въ

IA Москву. Дата документа: Варшава, 28 октября 1571 года. Лит. Merp. 55 і

l об., 2.

Литовскій сенатъ, какъ мы видѣли выше, дѣлился въ своемъ личномъ составѣ на двѣ категоріи сенаторовъ по ихъ происхожденію: 1) члены знатныхъ фамихй и 2) члены фамилій, не отличавшихся своею знатностью. Изъ 26-ти фамилій, которыя встрѣчаются въ Литовскомъ сенатѣ за время съ Люблинской Уніи до окончанія царствованія Стефана Баторія, шесть только однажды, именно въ изучаемый періодъ времени, имѣли своего представителя въ Литовской радѣ. Эти фамили —Волминскій, Гайко, Гарабурда, Довойна, Кмита и Сновскій. Такимъ образомъ, лишь 25 процентовъ сенаторовъ были людьми новыми, 75 же процентовъ ихъ были членами фамилій, болѣе или менѣе прочно усѣвшихся въ лавицѣ радъ королевскихъ, имѣя тамъ своихъ членовъ въ различныя времена существованія Княжества, Если мы развернемъ списокъ воеводъ Виленскихъ въ XVI] вѣкѣ, то сразу бросится въ глаза малочисленность фамилій, представители которыхъ занимали этотъ первый въ ряду свѣтскихъ Литовскихъ сенаторовъ урядъ. Въ самомъ дѣлѣ всего три фамиліи встрѣчаются на этомъ врядѣ за цѣлое столѣтіе2085: Радивилъ Гаштольдъ и Глѣбовичъ. Притомъ пять Рядивиловъ и по одному Гаштольду и Глѣбовичу. На Виленской кашталяніи за TO же время встрѣчаются девять фамилій: кн. Ольшанскій, кн. Острожскій, Кезгайло, Радивилъ, Остикъ, Ходкевичъ, Воловичъ, Kumka и Ilan2086. Воеводство Троцкое за цѣлое XVI столѣтіе было подъ управленіемъ воеводъ изъ слѣдующихъ восьми фамилій2087: Забрезинскій, Радивилъ, Остикъ, Гаштольдъ, кн. Острожскій, KH. Гольшанско-Дубровицкій, kH. Збаражскій и Глѣбовичъ. Троцкая кашталянія2088 за то же время была въ рукахъ девяти фамилій: Кезгайло, Радивилъ, Кишка.. Ходкевичъ, KH. Збаражскій, Воловичъ, Глѣбовичъ, кн, Пронскій и Тальвошъ. Посмотримъ еще списки старостъ Жмудскихъ за то же время, и тогда мы будемъ знать имена всѣхъ фамилій, занимавшихъ за цѣлое XVI столѣтіе всѣ старшіе свѣтскіе вряды Литовскаго сената. Старостами Жомоитскими въ XVI столѣтіи были лица изъ слѣдующихъ фамилій: Кезгайло, Кишка, Радивилъ, Яновичъ, Билевичъ, Ходкевичъ2089.

Какъ всякое учрежденіе, состоящее изъ довольно значительнаго числа лицъ, Литовская рада разбивалась на нѣсколько партій. Во главѣ ихъ стояли наиболѣе видные вельможи, Нѣтъ сомнѣнія, что личныя отношенія и матеріальные интересы во многомъ MT:- шали отдѣльнымъ Литовскимъ сенаторамъ дѣйствовать самостоятельно и въ интересахъ государства исключительно. Но съ другой стороны невозможно и совершенно отрицать идеальной подкладки весьма многихъ поступковъ и дѣйствій пановъ-радъ великаго княжества Литовскаго, Какою, напримѣръ, искреннею любовью къ отчизнѣ звучатъ письма различныхъ дѣятелей къ Виленскому воеводѣ князю Николаю Радивилу по поводу роковыхъ событій 1569 года2090! Ходкевичъ и Нарушевичъ являются корреспондентами князя на Дубинкахъ и Биржахъ, и ихъ письма, сохраненныя для потомства Несвижскимъ архивомъ, прекрасно характеризуютъ эту идеальную связь, дававшую единство мвѣніямъ и дѣйствіямъ отдѣльныхъ радныхъ пановъ, каковы бы ни были ихъ личныя отношенія. Ja то въ другихъ случаяхъ нельзя не подмѣтить группировки членовъ сената по партіямъ, во главѣ которыхъ стояли особенно вліятельные и крупные паны-рады. Невольно подмѣчается особая личная связь отдѣльныхъ болѣе сильныхъ сенаторовъ съ сенаторами менѣе сильными, которые идутъ за голосами первыхъ, поддерживая ихъ не столько по внутреннему убѣжденію, сколько по мотивамъ личнаго и матеріальнаго свойства. Не будемъ забывать. что въ числѣ пановъ-радъ были такія лица, которыя достигли своего положенія послѣ долгой службы въ дворянахъ, ротмистрахъ, писаряхъ, господарскихъ маршалкахъ, или въ качествѣ другихъ врядниковъ дворныхъ, или земскихъ. При прохожденіи своей службы они пользовались покровительствомъ и ходатайствами отдѣльныхъ сенаторовъ передъ верховною властью. Ясно, что, обязанные имъ въ предшествующемъ своемъ служебномъ поприщѣ MH гораздо ниже ихъ стоявшіе прежде, они сохраняли извѣстный піететъ къ нимъ, усѣвшись на лавицу радъ рядомъ съ ними, Филонъ Кмита долженъ былъ искать поддержки и ходатайства радныхъ пановъ. Обращаясь къ Евстафію Воловичу, онъ пишетъ ему изъ Орши 5 декабря 1573 года: са про тожъ прошу покорне пана своего милостивого, абымъ могъ за милостивымъ призволеніемъ вашей милости пановъ-радъ для пильныхъ долеглостей моихъ, зъ сего краю староства моего до его кролевской милости, пана намъ пришаого, зъѣхать, а за милостивыми причинами вашей панской милости опатреніемъ которымъ государскимъ упадлость мою поратовать такъ, якъ того зъ самое милостивое жычливости вашей милости государя моего рада и наука мнѣ есть и яко заслужоное въ скарбѣ, такъ и селка тые подъ Овручемъ, которыемъ вже зъ милостивого розсудку вашей милости пановъ-радъ и правомъ перевелъ, жебыхъ вже всего того скуткомъ дойти могъ. Якожъ милостивый государю, пане Троцкій, въ надѣю милостивой ласки вашей милости, государя моего, при семъ листѣ моемъ посылаю ку вашей панской милости мамранъ. Вашей мизости государю моему вѣдѣть, яко о таковыхъ повинахъ, такъ и около того зъѣханя моего писати до ихъ милости пановъ-радъ Корунныхъ. Ваша милость, мой милостивый государь, ведле милостивого а наибольшого баченья вашей милости панского, рачь росказать зъ милостивое ласки своее до вхъ мости тотъ листекъ отъ мене, слуги вашей милости, писару вашей панской милости справить, а я за таковую милостивую ласку вашей милости пана, государя моего, Пана Бога просечи за счасливое панованіе вашей милости, вѣчне сзужбами моими заслуговать повиненъ буду. Съ тѣмъ жычечи вашей панской вельможности, моему милостивому пану, въ ласцѣ Божей при добромъ здровью»*. Въ такомъ тонѣ пишетъ будущій воевода Смозенскій Евстафгю Воловичу, бывшему въ то время Троцкимъ кашталяномъ, подканцлеромъ великаго княжества Литовскаго и старостою Берестейскимъ и Кобринскимъ*, рядомъ съ которымъ онъ сѣлъ въ Литовскомъ сенатѣ въ 1579 году.

Переписка Ходкевича, Радивиловъ. Сапегъ, сохранившаяся и изданная*, даетъ возможность представить себѣ тѣ личныя OTношенія, которыя существовали между отдѣльными панами-радами. Какъ старательно, напримѣръ, сообщаетъ* Левъ Сапега, стоя

* Źródła do dz. P. wydawane przez M. Malinowskiego i A. Przezdzieckiego. Tom drugi. Str. 245 —246. Документъ напечатанъ латиницею. Мы привели сего, замѣнивъ Польскія буквы Русскимн, которыми писалъ Филонъ Кынта, но правописанія подлинника возстановить не было возможности, такъ какъ передача его латиницею издателями не позво лила этого сдѣлать. во главѣ Литовской канцеляріи, всѣ новости Криштофу Радивидцу! Янъ Глѣбовичъ пишетъ къ Яну Ходкевичу, исполняя посольство Княжества къ избранному безъ участія Литовцевъ Баторгю2094. Be эпоху, когда былъ еще живъ Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ, онъ и Виленскій воевода Николай Радивилъ были самыми авторитетными членами Литовскаго сената, около которыхъ группировались остальные. Мы видѣли выше переписку этихъ двухъ сильнѣйшихъ Литовскихъ сенаторовъ, когда излагали событія 1569 года ѣ).

Конечно, при раздѣленіи сенаторовъ на группы-партіи, приходится считаться съ ихъ родствомъ, которое соединяло отдѣлъ. HPIX'b пановъ-радъ Литовскихъ между собою, А также иногда ихъ и съ сенаторами Коронными. Такъ, Подольскій воевода Николай Мелецкій былъ женатъ на Радивилянкѣ Елизаветѣ2095, Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ2096 былъ въ свойствѣ со Зборовскими, Янъ Станиславовичъ Кишка2097 былъ женатъ на княжнѣ Острожской. Станиславъ Андреевичъ Довойна2098 былъ женатъ на Радивилянкѣ и т. д.

Кромѣ родства, большей сплоченности отдѣльныхъ сенаторовъ способствовала, конечно, принадлежность къ одной и той же редигіи, Если, какъ мы уже видѣли, въ Княжествѣ и существовала полная взаимная религіозная терпимость въ эту эпоху2099, то все. таки нельзя не признавать принадлежности къ одной и той же религіи связью, соединявшею отдѣльныхъ сенаторовъ, хотя бы уже въ силу того, что у нихъ были общіе интересы по обезпеченію храмовъ, молитвенныхъ собраній и T. II. Сторонниками реформаціоннаго ученія были въ 1570 году, согласно замѣткѣ въ дневникѣ сейма 1570 года2100, слѣдующіе Литовскіе сенаторы: воеводы Виленскій (Николай Радивилъі, Троцкій (кн. Стефанъ Андреевичъ Збаражскій), Смоленскій (Василій Тишкевичъ), Новгородскій (Павелъ Ивановичъ Сапега), Витебскій (Станиславъ Николаевичъ Пацъ), Берестейскій (Юрій Васильевичъ Тишкевичъ,, Мстиславскій (Юрій Юрьевичъ Остикъ), Минскій (Гавріилъ івановичъ Горностай), староста Жомоитскій (Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ), кашталяны, Троцкій (Евстафій Воловичъ), Жаомоитскій (Мальхеръ Станиславовичъ Шеметъ), Берестейскій (Явъ

A Н, К, G.P. ill. XI. X XXIII.

Николаевичъ Гайко), Полоцкій (Юрій Николаевичъ Зеновичъ), Витебскій (Павелъ Николаевичъ Пацъ) и Минскій (Николай Станиславовичъ Тальвошъ). При этомъ Литовскимъ канцлеромъ былъ Виленскій воевода, подканцлеромъТроцкій кашталянъ, земскимъ маршалкомъ староста Жомоитскій, Таковъ списокъ сенаторовъ протестантовъ. Можно сомнѣваться, однако, въ правильности его. По крайней мѣрѣ, Василій Тишкевичъ, надо думать, былъ православнымъ, или вскорѣ перешелъ въ православіе, такъ какъ онъ былъ похороненъ въ 1574 году въ церкви Супрасльскаго монастыря. Православнымъ сенаторомъ въ 1570 году показанъ замѣткою сеймоваго дневника этого года кашталянъ Новгородскій (Григорій Воловичъ). Остальные сенаторы были католиками.

Перейдемъ теперь къ дѣятельности пановъ-радъ Литовскихъ, какъ она обрисовывается источниками. Въ Литовской Метрикѣ сохранились образцы присягъ, приносимыхъ различными должпостными лицами великаго княжества Литовскаго по должности2101. Для сенатора существуютъ двѣ формы присяги. одна для обычнаго времени государственной жизни великаго Княжества, другая для времени безкоролевья. Разсмотримъ пока лишь первую форму этой присяги. Въ переводѣ съ Польскаго языка она гласитъ слѣдующее: «я (имя) присягаю его королевской милости великому князю Литовскому въ томъ, что на настоящемъ врядѣ правильному исполненію моего назначенія буду вѣренъ2102 и хочу вѣрно подавать мою раду его королевской милости и речи посполитой того Княжества. Тайны, которыя будутъ мнѣ повѣданы его королевскою милостью или ихъ милостью панами-радами, касающіяся его королевской милости или речи посполитой отдѣльно, или совмѣстно, буду вѣрно хранить и никому ко вреду его королевской милости или речи посполитой не объявлю (открою). Насколько только возможно буду стараться объ умноженіи выгодъ (пожитковъ) его королевской милости и речи посполитой (Toro) Княжества и, что только вреднаго для сего королевской милости и речи посполитой Квяжества увижу, уразумѣю, или услышу, въ томъ обязанъ буду предостеречь его королевскую милость и речь посполитую Княжества и каждому такому вредному дѣлу буду противодѣйствовать насколько только хватитъ силъ моихъ. Буду охранять правосудіе (справедливость), покой (миръ) посполитый и единомысліе (згода) какъ въ государевой радѣ, такъ и между иными людьми, подданными его королевской милости, и раздоровъ, ссоръ и никакой непріязни ни самъ не буду чинить, ни помогать имъ желать не буду. Этой моей присягою хочу подлежать власти и верховенству сго королевской милости всецѣло, всею моею вѣрностью. Такъ помоги мнѣ Боже и святое Евангеліе»*.

Время составленія этой присяги не обозначено въ источникѣ, однако текстъ ея составленъ при Сигизмундѣ Августѣ. Въ самомъ дѣлѣ, текстъ присяги великаго маршалка, слѣдующей въ книгѣ Литовской Метрики за текстомъ присяги сенаторовъ, называетъ этого государя по имени. «Ja N. przysięgam, iz nalasnieyszemu Xiązęciu Panu Panu Zygmuntowi Augustowi, Krolowi Polskiemu y Wielkiemu Xiędzu Lithewskiemu y iego potomkom y Wielkiemu Xięstwu Lithewskiemu na tym Urzędzie Marszalstwa, mnie zleconym, będę wierzen.....>*. Ho съ другой стороны, перевернувъ два листа той же книги, мы встрѣчаемъ присягу сенаторовъ во время безкоролевья*, а перевернувъ еще листъ, находимъ текстъ присяги, принесенной 25 апрѣля 1536 года Литвѣ Сигизмундомъ Августомъ*. Такимъ образомъ, на указаніи имени Сигизмунда Августа нѣкоторыми изъ текстовъ присягъ* основываться вполнѣ и исключительно едва ли возможно. Ясно, что въ той книгѣ, въ которой находится текстъ сенаторской присяги, мы имѣемъ сборникъ документовъ, составленный съ тою, или другою цѣлью путемъ выбора ихъ, а не книгу отпусковъ, копій, снимавшихся съ документовъ, выходившихъ изъ канцеляріи великаго княжества Литовскаго, Ho та же книга сохранила въ себѣ слова, которыя могутъ намъ дать основаніе для заключенія о времени, къ которому относится текстъ присяги сенаторовъ. Послѣ текста присягъѣъ пановъ-радъ, великаго маршалка, канцлера и подканцлера, подскарбія земскаго, писарей королевскихъ, старостъ, земскихъ подкоморихъ и сенаторовъ времени безкоролевья читаемъ слѣдую щія слова: «Ad eas Juramentorum formas, quae in statuto continet adiectae sunt -etiam et aliae Juramentorum formulae partim ex Regestris cancellariae partim etiam aliunde descriptae praemisso atque hic inserto primum sacrosancto Jesu Christi Kuangelio ad quod tam quam verba vitae et veritatis christiani merito luramentasua praestare debent: Initium Sancti Jesu Christi Euangelii secundum Ioannem Cap. I. Vide in principio huius libri>*. Такимъ образомъ текстъ присягъ врядниковъ, находящихся въ книгѣ, надо думать, былъ дѣйствительнымъ во время, къ которому относится и составленіе присягъ безкоролевья, T.-€. въ семидесятые годы XVI вѣка.

Итакъ, обязанности сенатора, какъ ихъ опредѣляетъ его присяга, въ обычное время состоятъ въ подачѣ совѣта, рады королю и государству, въ сохраненіи королевскихъ или государственныхъ тайнъ, довѣренныхъ ему, въ заботѣ о пріумноженіи интересовъ короля и государства и предупрежденіи всякаго для нихъ ущерба, въ охранѣ правосудія, спокойствія и согласія какъ въ средѣ самого сената, такъ и за его предѣлами въ широкихъ границахъ, которыя опредѣляются подданствомъ королю Польскому и великому князю Литовскому. Уже изъ текста самой присяги, прикосимой паномъ-радою по своей должности, видно, что онъ не былъ только совѣтникомъ своего государя панъ рада не только совѣтникъ, онъ въ то же время стражъ спокойствія, правосудія и согласія въ цѣломъ государствѣ. Если уже въ качествѣ простого совѣтника королевскаго сенаторъ высказывался

Sigismundus Augustus Dominis Lithuanis die XXV Aprilis MDXXXVT (a. 5 06.—6), jusjurandum a serenissimo Sigismundo Augusto Rege Poloniae statibus Regni praestitum Cracoviae ПН Februarii Anno MDZXXXVII (1. 6—6 об.), juramentum Alexandri Valachine Palatini Regiac Maiestati et Kcgno Poloniae praestitum (1. 6 06.—8), juramentum serenissimi Domini Nigismundi Augusti Regis Poloniae Alexandro Palatino Valachorum (1. и заявлялъ свое мнѣніе по тому, или другому дѣлу, не только вызванный на это вопросомъ со стороны короля, но и по своему собственному почину--овъ долженъ вѣдь предупреждать грозящую государству и королю, но неизвѣстную послѣднему опас- HOCTb,—TO охрана правосудія и спокойствія въ цѣломъ государствѣ придаетъ ему характеръ высшаго должностного лица, дѣйствующаго почти нсзависимо отъ королевской власти. Со времени Люблинской Уніи король и сенатъ взаимно дополняютъ другъ друга, и если сенатъ или сенаторъ, самостоятельно рѣшая какоенибудь дѣло, рѣшаетъ его лишь «до воли» королевской, TO и король, въ свою очередь, постановляетъ свое рѣшеніе или дѣлаетъ указъ «за радою пановъ-радъ» своихъ. Это взаимное дополненіе одного политическаго стана Речи Посполитой другимъ говоритъ о весьма близкомъ по размѣрамъ значеніи ихъ въ государствѣ. Стоя на первой сверху ступёнькѣ королевскаго трова въ цѣломъ своемъ составѣ, хотя и размѣщаясь на всѣхъ его ступеняхъ отдѣльными своими членами, смотря по значенію своего сенаторскаго вряда и личному вліянію и имени каждаго отдільнаго пана-рады, сенаторы титулуются «его милость», какъ титулуется самъ «его милость король»2111, Молитва въ церквахъ должна совершаться за пановъ-радъ рядомъ съ королемъ2112. Если власть законодательная въ Речи Посполитой принадлежала нераздѣльно всѣмъ тремъ политическимь ея станамъ, T.-€. королю, сенату и народу-шляхтѣ черезъ его представителей, составлявшихъ посольскую избу, то высшая администрація и высшій судъ были правомъ короля, которое онъ дѣлилъ съ сенатомъ.

Акты великаго княжества Литовскаго, въ которыхъ рисуется жизнь его населенія, представляютъ слѣдующимъ образомъ дѣло устройства народнаго управленія. Весь народъ, какъ свободный, самъ держитъ въ своихъ рукахъ верховную власть въ государствѣ. Ho требуется корпорація. которая была бы постоянно блюстительницей этой народной власти, которая бы постоянно обнаруживала эту народную власть, не имѣющую возможности всегда проявляться уже въ силу самой многолюдности ея носителей. Рада эпохи послѣ Уніи и была такою корпораціей. Она состояла изъ цвѣта народа и должна была блюсти его интересы. Аналогія поможетъ при характеристикѣъ значенія рады Литовской. Города, обладавшіе Магдебургскимъ самоуправленіемъ, имѣли свою «раду мѣстскую»2113. Эта рада состояла изъ войта, бурмистровъ и радцевъ выборныхъ людей изъ всего «поспольства» даннаго города Поспольство это все населеніе города, весь «народъ» его, если представимъ себѣ городъ отдѣльною самостоятельною единицею въ государствѣ, Изъ народа-поспольства избирается мѣстская рада, которая блюдетъ интересы города, ведетъ его управленіеи хозяйство, но которая созываетъ и все посполёство въ чрезвычайныхъ случаяхъ городской жизни, А также принимаетъ нѣкоторыхъ его членовъ въ свои финансовыя коммиссіи. Рада вели. KATO княжества Литовскаго не избиралась, ея члены назначались королемъ, хотя это и дѣлалось имъ съ согласія самихъ радныхъ пановъ, а не по своему произволу. Зерно рады составляли нѣсколько крупныхъ Литовскихъ фамилій, которыя пріобрѣли прочную извѣстность въ народѣ и вліяніе на него. Остальные члены рады проникли въ нее за свои службы и по милости королевской, Если первые въ глазахъ народа-шляхты должны были яваяться совершенно естественными представителями, истолкователями и блюстителями народныхъ интересовъ, то и послѣдніе, какъ члены рады, пріобрѣтали подобное же значеніе, Каждый радный панъ имѣлъ свое земское значеніе не только какъ совѣтникъ короля, но и какъ земскій врядникъ, пользующійся опредѣленнымъ значеніемъ въ центральномъ, или областномъ управленіи или военномъ устройствѣ Княжества, Если сенатъ является однимъ изъ трехъ становъ, составляющихъ Речь Посполитую, то въ то же время сенаторы считаются людьми шляхетными*. Такимъ образомъ, если источники иногда говорятъ о сенаторскомъ званіи, то это зѣаніе было въ то же время и шляхетскимъ, лишь съ добавленіемъ къ достоинству шляхтича достоинства сенатора*. Если воевода передавалъ своему сыну право именоваться «воеводичемъ», то вѣдь и всякій врядъ несенаторскій давалъ право сыну врядника на соотвѣтствующее именованіе, и «судичъ», «войсковичъ» и тому подобныя обозначенія дѣтей шляхетскихъ врядниковъ--совершенно обычное явленіе въ источникахъ. Итакъ, сенатъ не представляетъ изъ себя чего-нибудь совершенно чуждаго народу-шляхтѣ. Наоборотъ, какъ покажетъ послѣдующее изложеніе, паны рада были тѣсно связаны сънародомъшляхтою. Это одно и то же дерево; паны-рада представляютъ изъ себя лишь его сердцевину. Рада связана съ поспольствомъ всегда. Какъ рада мѣстская не можетъ обходиться безъ созыва отъ времени до времени всего поспольства, такъ и рада великаго княжества Литовскаго не можетъ существовать безъ сношеній съ народомъшляхтою, и эти сношенія нашли себѣ даже опредѣленныя формы. Рада великаго. княжества Литовскаго была политическимъ учрежденіемъ, обладавшимъ высокимъ значеніемъ въ государствѣ. Ona дѣйствовала при королѣ, но дѣйствовала и отдѣльно отъ него. FA значеніе и власть получали свою силу не отъ короля, а были отъ него независимы. Лишь степень энергіи короля и величива его таланта, какъ правителя, могли нѣсколько отражаться на увеличеніи или уменьшеніи значенія сената. Однако, при такомъ увеличеніи, или уменьшеніи значенія сената вопросъ всегда касается лишь того, всецѣло ли долженъ былъ король подчиняться мнѣніямъ своей рады, или же былъ способенъ давать большій просторъ своей личной иниціативѣ и личнымъ желаніямъ. Такимъ образомъ, изслѣдователь долженъ исполнить двѣ задачи, изучая раду Княжества: 1) онъ долженъ обрисовать дѣятельность ея и мя сейма, но могло собираться и независимо отъ созванія послѣдняго. Ленгнихъ въ своемъ трудѣ, вышедшемъ въ XVIII вѣкѣ и до сихъ поръ не утратившемъ своего значенія. насчитываетъ три вида совѣщаній короля съ сенатомъ: 1) совѣщаніе его съ сенатомъ послѣ только что окончившагося сейма для обсужденія приведенія въ исполненіе сеймовыхъ постановленій и разрѣшенія вопросовъ, возникшихъ вслѣдствіе дѣятельности сейма; 2) рады сенаторовъ- резидентовъ при королѣ и 3) совѣщанія короля съ сенаторами-резидентами и другими панами-радами, вызванными королемъ ввиду сложности и важности политическаго положенія2117. Всѣ эти собравія сенаторовъ были собраніями пановъ-радъ 060- ихъ народовъ вмѣстѣ. Но рядомъ съ ними происходили и совѣщанія короля съ панами-радами одного только народа, и мы увидимъ ниже такія рады его съ сенаторами Литовскими. Обычными совѣщаніями короля съ радными панами были его рады съ сенаторами резидентами, Be 1573 году было постановлено, чтобы при королѣ кромѣ министровъ постоянно находились четыре сенатора. Сеймъ съ этою цѣлью долженъ былъ назначать по 16 сенаторовъ, которые затѣмъ по четыре, каждый по полгода, должны были пріѣзжать къ королевскому двору и жить здѣсь для участія въ государственныхъ дѣлахъ и радахъ королевскихъ. Сенаторы эти жили при дворѣ вмѣстѣ съ нѣкоторыми сенаторами-министрами, дѣлавшими это по обязанности своего министерскаго вряда; Mei уже знаемъ, какъ Литва настояла при вступленіи на престолъ Баторія, чтобы въ этой «прибочной» радѣ королевской непремѣнно находились Литовскіе сенаторы2118. Если развернемъ Дневникъ послѣдняго похода короля Стеіана, или Записки о Московской войнѣ Рейнгольда Гейденштейна, то увидимъ цѣлый рядъ совѣщаній короля съ панамирадами. Вновь прибывавшіе въ войско сенаторы также немедленно вступали по своему сенаторскому званію въ раду, и составъ ея былъ то больше, то меньше въ зависимости отъ пріѣзда, или отъѣзда отдѣльныхъ радныхъ пановъ. Это - совѣщанія обыкновенныя. Дѣло, разсматриваемое въ нихъ, бывало временами дѣломъ чрезвычайнаго значенія, но сами они не имѣютъ характера чрезвычайныхъ собраній сенаторовъ. Иногда рада отправляла свои засѣданія въ тѣсномъ своемъ кругу съ сохраненіемъ полной тайны своихъ обсужденій MH предположеній: сенаторы COÓRрались «in secretissimo consilio»2119. Въ такихъ случаяхъ, конечно, кромѣ пановъ-радъ, въ засѣданіе не допускался никто посторовній2120. Однако, во время похода, силою обстоятельствъ, рада иногда обращалась въ военный совѣтъ. Въ ея засѣданія приглашались иногда даже ротмистры2121, которые высказывали свои мнѣнія рядомъ съ сенаторами, Фаренсбекъ, Датчанинъ, прибывшій къ Баторію съ отрядомъ всадниковъ и пѣхотинцевъ для войны съ Москвою2122, всегда приходилъ къ королю, когда у него бывала рада, и сидѣлъ подлѣ маршалковъ, а рядомъ съ нимъ садился Путлеръ, поручикъ почта герцога Курляндскаго; кромѣ того, «synoWiecz» королевскій, когда присутствовалъ, всегда занималъ cin senatu primum locum»2123. Итакъ, обыкновенчая рада при королѣ бывала или «zawarta»2124, закрытая, которая отправлялась <$ecretissime», съ такою тайною, что даже не всѣ секретари знали о предметѣ ex'), и рада, въ которую приглашались лица, Не принадлежащія къ числу радныхъ пановъ государства. Въ присутствіи рады король принималъ и пословъ иностранныхъ, давая имъ отвѣты черезъ своихъ сенаторовъ и министровъ и назначая тѣхъ или другихъ сенаторовъ для переговоровъ съ ними2125. Не слѣдуетъ, однако, думать, чтобы совѣщаніями съ панами-радами въ засѣданіяхъ рады исчерпывались совѣщанія короля, Кромѣ засѣданій оффиціальныхъ, король собиралъ у себя иногдаи «совsilium privatum>2126. Рядомъ съ совѣщаніями короля съ радными панами всего соединеннаго государства король имѣлъ еще отдѣльныя совѣщанія съ радою одного народа Речи Посполитой, T.-e. Литовскаго, или Польскаго. Такъ, Баторій 29 тюля 1581 roда имѣлъ раду «таемную» съ панами Литовскими2127. Предметомъ CH была не попытка короля прекратить споры и несогласія Литовцевъ съ Поляками, или какой-нибудь частный вопросъ, касаюnica Литвы, или Литовскаго сената, а въ высшей степени важный вопросъ похода: куда двинуться и какой пунктъ избрать цѣлью похода. Именно это засѣданіе короля съ Литовскими панами-радами и рѣшило назначить Псковъ цѣлью послѣдняго похода короля Стефана.

Что касается до времени дня, въ которое собиралась рада въ эпоху похода Баторія, то оно было самое различное. Случалось, что она собиралась и передъ обѣдомъ2128, случалось, что продоллгала свои совѣщанія и ночью, начинаясь, вѣроятно, вечеромъ, или, во всякомъ случаѣ, послѣ обѣда2129. Mer видѣли выше, что число сенаторовъ въ радѣ Баторія во вреия его послѣдняго Московскаго похода бывало различно, уменьшаясь, или увеличиваясь по мѣрѣ пріѣзда въ войско, или отъѣзда изъ него радныхъ пановъ. Бывали, однако, случаи, когда король вызывалъ къ себѣ сенаторовъ для рады, не ожидая ихъ случайнаго пріѣзда. Такъ, по разсказу Гейденштейна2130, король Стефанъ въ 1578 году послѣ назначенія сеймиковъ въ Краковскомъ, Сендомірскомъ и Сѣрадзскомъ воеводствахъ для установленія налога, отправившись изъ Варшавы во Львовъ и узнавъ на пути, что Краковское и Сендомірское воеводства не дали согласія на требуемый королемъ налогъ, остановился въ Сендомірѣ и вызвалъ сюда сенаторовъ Малой Польши. Это былъ, такимъ образомъ, сенаторскій съѣздъ пановърадъ цѣлой провинціи Малопольской2131. Ho бывали и созывы королемъ большей части всего сената, когда этого требовало состояніе дѣлъ, хотя время не было временемъ сейма. Когда, напримѣръ, въ 1582 году обнаружилось вполнѣ, что виды Піведскаго короля На Ливонію идутъ въ разрѣзъ съ интересами Речи Посполитой и когда посолъ Баторія, Аламанній, сталъ присылать извѣстія, что отношенія къ государю Швеціи становятся все болѣе и болѣе натянутыми, король Стефанъ, находившійся въ то время въ Гроднѣ, вызвалъ къ себѣ большую часть сенаторовъи здѣсь согласно общему ихъ желанію рѣшилъ скорѣе назначить сеймъ для сообщенія emy о дѣйствіяхъ Шведскаго короля2132.

Какъ же происходили засѣданія рады королевской? Вотъ разсказъ2133 автора Дневника послѣдняго нохода Стефана Баторія npoтивъ Москвы, Короннаго секретаря, писавшаго этотъ дневникъ для своего покровителя, Короннаго маршалка Андрея Опалинскаго. Рада собралась 23 октября 1581 года въ лагерѣ подъ Псковомъ. Троцкій кашталянъ, князь Криштофъ Николай Радивилъ. представилъ реляцію своихъ военныхъ дѣйствій, которыя онъ велъ, стоя во главѣ отдѣльнаго отряда. Затѣмъ стали разсуждать объ опасномъ положеніи Гарабурды съ его Татарами подъ Порховомъ, такъ какъ панъ Троцкій довелъ до свѣдѣнія засѣдавшихъ о томъ, что въ шести миляхъ отъ Порхова находятся пять тысячъ Москвы u Татаръ, «ktorzy piczowniki brać bendą>. Было высказано въ радѣ желаніе прогнать оттуда Москву, но кашталянъ Tponkik заявилъ, что тутъ ничего не подѣлать. Непріятели настолько осторожны, что, провѣдавъ о приближеніи врага, отступятъ въ Новгородъ, а биться не станутъ: такъ имъ приказано отъ. великаго князя Московскаго, Отправившись въ эту экспедицію, войско короля напрасно передвинется и лишь только повернется оттуда, Москва сейчасъ же по его слѣдамъ снова выступитъ впередъ. Поэтому, по мнѣнію Криштофа Радивила, лучше усилить Гарабурду, чтобы онъ находился подъ Порховомъ. сторожа врага: объ этомъ должны позаботиться паны гетманы. Послѣ этого, «semotis arbitriS», трактовался вопросъ еще большаго значенія, Замойскій въ пространной рѣчи докладывалъ, каковъ «praesens belli status»; положеніе таково: завоеваніе города трудно, время наступаетъ зимнее, тяжелое, и приходится «nova consilia quaerere>—uro дѣлать? Излагая далѣе положеніе дѣлъ, Коронный гетманъ выяснилъ его подробно и высказалъ свое мнѣніе подождать еще нѣкоторое время, не снимая осады со Пскова, несмотря на ея трудности, и тѣмъ не дать Москвѣ возможности требовать менѣе выгодныхъ для Речи Посполитой условій мира. Послѣ рѣчи канцлера высказался самъ король «in. eundem зепяцш», какъ и Коронный гетманъ. Онъ говорилъ пусть. не думаютъ, что онъ хочетъ потерять все свое войско, благодаря зимнему стоянью подъ Псковомъ; онъ Не такой «insanus>», чтобы «Sibi ipsi deberet infigere cultrum in pectus; in salute huius exercitus salus» ero самого «consistit, dignitas, honor et existimatio ». Поэтому пусть подождутъ и пусть срокъ стоянья подъ Псковомъ будетъ оставаться «indefinitum>. Даліѣе король говорилъ о томъ, что, если разсчитать, то во Псковѣ и провіанту хватать не должно, и Шуйскому придется въ скоромъ времени выслать изъ города массу людей, а самому остаться лишь «cum defensoribus>, которыхъ тамъ немного, а къ тому же немало и убитыхъ ему тогда будетъ трудно со всѣхъ сторонъ защищать Псковскія стѣны. Когда королевскія войска залягутъ Новгородскую дорогу, а только по этой дорогѣ и можетъ городъ получать помощь и провіантъ, когда будутъ взяты Порховъ и Печерскій монастырь, «żeby pabulatia wolna beła exercitul», тогда городъ долженъ будетъ дойти «ad extremam necessitatem». Врагъ сдѣлается «іа- <ilior ad pacificandum», видя такое постоянство и упорство осаждающихъ. Если <temere» оставить Псковъ, снова придется впасть <in summas dificultates», которыхъ концу уже почти радуются король и войско. Придется вновь имѣть дѣло со станами изъ-за денежныхъ средствъ, оставить жолнеровъ на Литовскихъ лежахъ «coby nam nie integrum uczinic ргоріег conscientiam, palrzancz tak często na płacz y skwierk ludzi ubogich», прибавилъ Баторій. Ввиду всего этого по мнѣнію короля, нужно оставаться подъ Псковомъ и, если непріятель не заключитъ мира, то опустошить на 20 миль кругомъ земли около города, забрать и пожечь все, что тамъ есть, размѣстить войско на постоянныхъ квартирахъ около Порхова, Русы, Воронца, такимъ образомъ будетъ занята Новгородская дорога, и Псковъ не будетъ имѣть возможности получить какой-либо помощи, а жолнеры будутъ пользоваться удобствами и провіантомъ. Кромѣу того королю говорилъ панъ Троцкій, что около Русы, за Порховомъ, деревни такъ густы, какъ въ Мазовіи, притомъ такъ велики, что въ одной деревнѣ могутъ расположиться «Sub tectiS> нѣсколько тысячъ жолнеровъ; ржи, ячменя, овса онъ видѣлъ тамъ такія большія и высокія скирды, что хлопъ едва перекинулъ камень; если бы не хватило овса и ячменя, то можно будетъ прокормиться и прокормить коней рожью. Такъ высказался король, Послѣ его рѣчи стали вотовать Литовскіе паны-рада, всѣ «generaliter> въ томъ смыслѣ, что невѣроятно, чтобы можно было выдержать жизнь подъ Псковомъ. Рѣчь идетъ не объ имуществѣ, или здоровьѣ Литовцевъ-сенаторовъ, а объ особѣ самого короля. «Чтобы тебя въ опасность не привести», говорилъ воевода Виленскій, обращаясь къ Баторію, «мы будемъ ждать, пока будемъ имѣть возможность это дѣлать, но у насъ теперь всего убываетъ, а Москва имѣетъ, какъ commoditates, села, съ которыхъ будутъ прибывать къ ней подкрѣпленія и припасы съ Днѣпра, съДона: врагъ будетъ имѣть, когда станетъ ледъ, свѣжихъ людей, которыхълѣтомъему имѣтьбыло трудно». Великій маршалокъ Литовскій высказался такъ: «помнимъ мы экспедицію подъ Улу- былъ я тамъ также, въ ту зиму также. когда мы начали, намъ казалось, что мы играемъ въ шахматы — такъ мы lusimus effigiem belli; однако потеряли мы тогда 500 человѣкъ, погибшихъ отъ руки непріятельской, да около 8.000 погибли и поубѣжали отъ зимнихъ невзгодъ. To повѣдаю милостивому королю. что съ Москвою воевать лучше лѣтомъ, а зимою лучше грѣться дома у теплаго камина». Панъ Виленскій также прибавилъ со своей стороны къ высказанному его Литовскими радными сотоварищами. Онъ говорилъ: «подождемъ, пока вернется Поссевиновъ слуга отъ князя, уже не назначая никакого опреленнаго времени для пребыванія подъ Псковомъ; если онъ принесетъ что-либо опредѣленное и правдивое, что дѣйствительно Московскій князь хочетъ мира и соглашенія, то мы будемъ служить вашей королевской милости до тѣхъ поръ, пока не состоится это соглашеніе, Правдиво ли и искренно ли хочетъ мира и стремится къ соглашенію князь признакъ этого будетъвъ томъ. поспѣшно или нѣтъ онъ отошлетъ назадъ того слугу. Если предположеніе о его желаніи мира вѣрно, то ожидаю. слугу обратно такъ черезъ недѣлю. Но если онъ по старому хитритъ и лишь хочетъ протянуть время, я увѣренъ, что онъ не скоро отправитъ. этого слугу, и это будетъ вѣрнымъ признакомъ его намѣренія». Наконецъ, Жомоитскій староста добавилъ, что, хотя это и тяжело, но Литовскіе сенаторы согласны; пусть лучше жолнеры будутъ находиться у нихъ въ Литвѣ на дежахъ, чѣмъ здѣсь дойти «ad extremum>. Что касается до Польскихъ сенаторовъ. то они, не опредѣляя точно времени, предлагали ждать, пока будетъ возможно. Затѣмъ, послѣ новой рѣчи Замойскаго и выраженнаго Короннымъ дворнымъ маршалкомъ Зборовскимъ мнѣнія о необходимости созыва сейма, король «nazad concludovrał> и формулировалъ рѣшеніе: время пребыванія войска подъ Псковомъ не должно быть «іейвііпш», нужно ждать возвращенія Поссевинова слуги и уже затѣмъ «е re nata сареге consilium>»; что же касается затронутаго Зборовскимъ вопроса о созывѣ сейма. то король радъ его разсмотрѣть MH задумалъ предложить его на обсужденіе. но уже утро, и сегодня нѣтъ времени имъ заняться. Рада разошлась послѣ этого заключительнаго королевскаго слова.

Пересказанное засѣдавіе рады королевской рисуетъ намъ, какъ велось обсужденіе дѣлъ въ сенатѣ Речи Посполитой. Мы не ошибемся, если скажемъ, что не было опредѣленной формы открытія его обычныхъ засѣданій, Иногда открывалъ своимъ заявленіемъ засѣданіе король, иногда -кто-либо изъ сенаторовъ. Рада была слишкомъ обычнымъ собраніемъ для того, чтобы тутъ могли всегда соблюдаться формальности, Ежедневныя собранія ея при томъ взглядѣ, который долженъ былъ существовать на избирательнаго короля, лишь какъ на первое лицо въ государствѣ, должны были значительно упростить внѣшнюю форму веденія засѣданій, Самыя воты, подаваемыя сенаторами, мы видѣли, подавались ими не по старшинству ихъ урядовъ. Прежде другихъ высказался Виленскій воевода, затѣмъ -маршалокъ земскій2134 и уже послѣ него говорилъ старшій, чѣмъ онъ, по сенаторскому креслу панъ Виленскій. Послѣ него говорилъ староста Жомоитскій, Необходимо, однако, замѣтить, что, съ другой стороны, иногда, особенно въ полномъ собраніи сената, порядокъ подачи голосовъ по старшинству сенаторскихъ мѣстъ и соблюдался2135. Кромѣ обычныхъ собраній пановъ-радъ въ неполномъ ихъ составѣ, король созывалъ иногда конвокацію цѣлаго сената, когда этого требовало положеніе дѣлъ государства, въ которомъ король не рѣшался поступить безъ совѣщанія съ цѣлымъ сенатомъ. Какъ на примѣръ такого чрезвычайнаго созыва сената, можно указать на сенаторскую конвокацію во Вроцлавкѣ, созванную ввиду неудачи Торунскаго сейма 1576 года и опасностей государства2136. Въ полномъ своемъ составѣ сенатъ собирался во время сейма, но эти сеймовыя собранія пановъ-радъ подлежатъ нашему изслѣдованію уже въ слѣдующемъ томѣ нашей работы. MEI должны Teперь указать еще только на засѣданія сената послѣ окончанія сейма. Такъ, послѣ сейма 1582 года, когда разъѣхались уже сеймовые послы, король и сенатъ продолжали свои занятія и выработали цѣлый рядъ распоряженій для Ливоніи2137. Ho кромѣ тѣхъ видовъ собранія пановъ-радъ, которыя бывали полными во время сейма и въ случаѣ созыва королемъ сенаторскихъ конвокацій, былъ еще случай, когда весь сенатъ собирался около короля и когда обычныя совѣщанія короля съ радными панами обращались въ постоянныя совѣщанія его съ цѣлымъ сенатомъ въ пол- HOME его составѣ. Это бывало во время поснолитаго рушенья, когда всѣ обыватели, а стало быть и всѣ паны-рада, собирались около короля вооруженными, живя при немъ и принимая постоянное участіе въ засѣданіяхъ его рады. Но посполитаго рушенья не было въ изучаемую эпоху, было лишь добровольное рушенье Литвы по призыву короля Стефана Баторія, собравшее дѣйствительно около него бёльшую часть Литовскихъ сенаторовъ, но изъ Коронной части сената въ этомъ собраніи радныхъ пановъ было немного.

Мы видѣли сейчасъ цѣлый рядъ совѣщаній короля съ панамирадами, Всѣ эти совѣщанія происходили устно: король слушалъ своихъ радвыхъ пановъ, они убѣждали его, онъ ихъ, и путемъ взаимнаго обмѣна мнѣній созрѣвало рѣшеніе, которое потомъ приводилось въ исполненіе. Ho кромѣ совѣщаній устныхъ нерѣдко практиковалась письменная подача своихъ «зданій», T.-e. мнѣній панами-радами, живущими въ данное время вдали отъ государя. Источники знаютъ о томъ, что король, обыкновенно, письменно спрашивалъ совѣта старшихъ сенаторовъ въ важнѣйшихъ своихъ начинаніяхъ2138. Король отправлялжъ свои листы къ сенаторамъ, требуя ихъ отвѣта и совѣта въ тѣхъ дѣдахъ, которыя доводились до ихъ свѣдѣнія2139. Король не только просилъ совѣта, онъ въ то же время сообщалъ отсутствующему сенатору дѣла и вопросы, которые правительству приходится разрѣшать въ его отсутствіи, Ho говоря объ освѣдомленности пановъ-радъ въ дѣлахъ государственныхъ, мы должны раздѣлить ихъ на двѣ грушпы: паны-рада старшіе и паны-рада младшіе. Старшими сенаторами, какъ мы уже видѣли выше, были въ Литвѣ бискупъ, воевода и кашталянъ Виленскіе, воевода и кашталянъ Троцкіе и староста Жомоитскій, Такимъ образомъ, хотя рада Княжества и расширилась въ шестидесятыхъ годахъ XVI столѣтія, но различіе между старыми, существовавшими еще съ 1413 года сенаторскими врядами и новыми, вновь учрежденными, осталось, Иногда король сносился лишь съ одними старшими сенаторами иногда же приказывалъ писать ко всѣмъ панамъ раднымъ безъ исключенія. Ho <лавицу таемную» королевскую составляли не одни старшіе паны-рада, а всѣ они, T.€. и старшіе, и младшіе одинаково. Такъ, жалуя 5 ноября 1569 года воеводѣ Подляшскому, пану Василію Тишкевичу графство, Сигизмундъ Августъ говорилъ въ своемъ привилеѣ*. данномъ ему на это достоинство, что награждаетъ его за перечисленныя различныя его заслуги, а также и за то, что, какъ гласитъ привилей, «в лавицы нашой таемной будучи, радою своею мудрою годне и пожиточне намъ господарю и речи посполитой служилъ». Между тѣмъ, Подляшскій воевода не былъ старшимъ паномъ-радою, не принадлежа къ числу шести первыхъ сенаторовъ Литовскихъ. Такимъ образомъ, невозможно предполагать, что младшіе паны-рады могли вообще оказаться не знающими какого-нибудь изъ вопросовъ государственныхъ: рано, или поздно, и ихъ не минуетъ государственная тайна. Возможно только, что король въ болѣе постоянныхъ сношеніяхъ находился лишь со старшими панами-радами, стоявшими на челѣ сената и пользовавшимися въ немъ большимъ авторитетомъ и вліяніемъ. Въ силу этого, старшій сенаторъ оказывался часто болѣе освѣдомленнымъ въ данное время, чѣмъ его младшій товарищъ: онъ уже получилъ королевскій листъ, знакомящій его съ положеніемъ государственныхъ дѣлъ, младшій же узнаетъ о немъ позднѣе, когда свидится съ королемъ. или другими панами-радами. Невозможно предположить, чтобы сенаторы Литовскіе дѣлились по своимъ правамъ на два отдѣла: единственнымъ основаніемъ. создававшимъ ихъ различіе въ степени ихъ значенія въ радѣ было ихъ личное вліяніе, а не номеръ сенаторскаго кресла.

Какъ же устанавливалось рѣшеніе рады королевской? Какое значеніе имѣли въ совѣщаніяхъ ея голосъ королевскій и голоса сенаторовъі Въ трудахъ по исторіи Польскаго права?) рѣшенія сената представляются рѣшеніями по большинству голосовъ, т.-е. коллегіальнымъ порядкомъ. Мы не совсѣмъ согласны съ этимъ. Общее правило, которое имѣлось ввиду при всѣхъ совѣщаніяхъ и обсужденіяхъ дѣлъ въ Польшѣ, а потомъ и въ Речи Посполитой ЛитовскоПольской, было требованіе «згоды», соглашенія всѣхъ совѣщаюТА щихся. <«UonsensuSe становъ для введенія чего-либо новаго въ Польшѣ требовался еще Коронною конституціей 1505 года. Въ совѣщаніяхъ рады съ королемъ такая «згода» достигалась тѣмъ, что король, выбирая то или другое мнѣніе, убѣждалъ его противниковъ подчиниться рѣшенію, пріятному и желательному для него, и такимъ образомъ пристать къ общему мнѣнію. Бывали случаи, когда король не исполнялъ желанія пановъ-радъ цѣлаго народа. Такъ, когда посланные въ 1571 году въ повѣты сеймовые листы королевскіе оказались запечатанными сигнетомъ, а не печатью Княжества, паны-рады Литовскіе, въ виду недовольства шляхты, подали Сигизмунду Августу «раду и зданье свое» переписать листы и перемѣнить печать*. Ho король поступилъ по своему и такимъ образомъ пошелъ противъ цѣлой рады Литовской, но не будемъ забывать, что этотъ король былъ Ягеллонъ, наслѣдственный великій князь Литовскій, Короли послѣдующіе, T.-e. уже избранные на престолъ Речи Посполитой «спольной», не могли позволять себѣ этого, Говоря о значеніи голоса короля и голосовъ сенаторовъ, мы едва ли ошибемся, если представимъ дѣло такъ. Рѣшающимъ голосомъ былъ, несомнѣнно, голосъ короля;ф кто изъ сенаторовъ умѣлъ подчинить его мнѣніе своему, убѣдивъ его въ правильности этого послѣдняго, или подѣйствовавъ на него своимъ личнымъ значеніемъ и силою своего вліянія въ государствѣ, тотъ и былъ господиномъ положенія. Полякъ, составитель Дневника Псковского похода Баторія, относящійся, далеко не съ расположеніемъ къ Литовцамъ, все-таки записываетъ о дѣйствіяхъ короля ста persuazią panow Lithewskich>*. Корозю приходилось, такимъ образомъ, постоянно сообразоваться въ засѣданіяхъ рады и съ самымъ дѣломъ, и съ настроеніемъ своихъ отдѣльныхъ радныхъ пановъ. Королю нужно было дѣйствовать своею личностью, дарованіемъ, тактомъ и энергіей, а не какимилибо правами его короны надъ сенатомъ для того, чтобы достягать соглашенія между сенаторами и общаго, принятаго всѣми рѣшенія. Едва au можетъ быть рѣчь о приказаніи избирательнаго короля тому самому сенатору, который могъ наложить свою руку на корону и не дать ея королю во время его коронаціи, если онъ не присягнетъ въ соблюденіи условій его избранія на престолъ. Такъ буквально сдѣлалъ Коронный маршалокъ Янъ Фирлей во время коронаціи Генриха Вадлезія2143. Бывали бурныя засѣданія рады съ рѣзкою критикою королевскихъ дѣйствій, когда сенаторъ, заявивъ, что онъ долженъ высказать то, что думаетъ, а не «quod ріасеі», откровенно говорилъ о положеніи дѣлъ, какъ это, напримѣръ, сдѣлалъ великій Литовскій маршалокъ въ засѣданіи рады 12 октября 1581 года2144. Случалось, что протестовали противъ дѣйствій короля и его рѣшеній сенаторы цѣлаго народа, какъ это сдѣлали 19 октября того же года въ радѣ Baторія бывшіе тамъ паны Литовскіе2145. Итакъ, хотя король и пользовался рѣшающимъ голосомъ въ своей park, онъ <concludował», T.-e. заключалъ своимъ рѣшеніемъ «рады» ceHaga, но онъ далеко не всегда имѣлъ возможность высказать въ своемъ заключительномъ словѣ именно то, что хотѣлъ и что считалъ правильнымъ рѣшеніемъ вопроса, Передъ его глазами должна была всегда стоять перспектива ссоры и затаенной вражды пана-рады съ его вліяніемъ на сосѣдей по сенаторскимъ кресламъ, на родныхъ и друзей, засѣдающихъ въ томъ же сенатѣ, наконецъ на шляхту своего повѣта, а также и другихъ повѣтовъ по безчисленнымъ нитямъ, соединяющимъ его съ обязанными ему покровительствомъ, или службою врядниками и шляхтичами. Рада короля въ изучаемую эпоху была не только совѣтомъ, «радившимъ» KOролю; она была въ то же время учрежденіемъ, ограничивавшимъ его власть, Гвавини прямо говоритъ: <ita cum sit potentissimus rex Poloniae, tamen secundum legum et senatus praescripta viuere tenetur....>2146.

Акты на своемъ языкѣ прекрасно выражаютъ это значеніе сената: король дѣйствуетъ не только за «радою», но и за «зезволеньемъ» радныхъ пановъ. При такомъ положеніи и значеніи сенаторовъ, ихъ рука сказывается на всѣхъ королевскихъ распоряженіяхъ, имѣющихъ государственное значеніе. Почти всѣ назначенія и пожалованія королевскія дѣлались за «залеценьемъ», «жеданьемъ» и «причиною» пановъ-радъ, всѣхъ или нѣкоторыхъ. Король въ своихъ привилеяхъ говоритъ о ходатайствахъ и одного сенатора2147, и нѣсколькихъ2148, и даже цѣлой рады вмѣстѣ съ земскими послами во время вальнаго сейма2149. Само собою разумѣется, что сеймовое ходатайство не могло быть особенно частымъ и должно было требовать отъ лица, за которое предпринималось, заслугъ, извѣстныхъ всѣмъ обывателямъ. Въ главѣ, посвященной Литовскому повѣтовому сеймику, увидимъ, что иногда въ инструкцію своимъ посламъ на сеймъ повѣгтовая шляхта BHOсила порученіе ходатайствовать за то, или другое частное лицо, хотя еще « вопросъ, всегда ли удавались на сеймѣ эти ходатайства отдѣльныхъ повѣтовъ.

Ходатайство пановъ-радъ передъ королемъ было для него обязательнымъ не только въ силу ихъ авторитета, но и въ CHIY того, что избирательный король садился на престолъ совершенно чуждаго ему прежде государства; онъ былъ чужимъ человѣкомъ и самъ долженъ былъ это сознавать, При такомъ положеніи, разумѣется, онъ не могъ совершенно самостоятельно дѣлать назначеній на должности и раздавать пожалованій, такъ какъ онъ не зналъ ни лицъ, которыхъ долженъ былъ назначать, ни значе- Hi всѣхъ врядовъ, которые ему приходилось замѣщать своими назначеніями. Особенно это было такъ въ первое время послѣ вступленія новаго короля на престолъ. Для короля являлось необходимымъ присутствіе пановъ-радъ въ то время, когда онъ подписывалъ привилеи на должности и пожалованія. Ходатайство пана-рады очень часто бывало ходатайствомъ начальника за своего подчиненнаго, извѣстнаго ему лично способностями и заслугами*, или просьбою о назначеніи самому сенатору подчиненнаго ему врядника, или, наконецъ, ходатайствомъ воеводы за врядника его воеводства*. Такое ходатайство являлось для KOроля и гарантіей того, что назначаемое имъ лицо окажется вполнѣ пригоднымъ для занятія жалуемаго ему вряда. Не зная совершенно просителя, обращающагося къ нему, король долженъ справиться о немъ у пановъ-радъ, которые и дзютъ ему «справу», «ведомость», «сведецство» относительно того, или другого дѣла, или лица. Когда, напримѣръ, къ Генриху Валезію обратился царевичъ Пунскій Ислямъ Янбековичъ съ просьбою о подтвержденіи ему земельнаго пожалованія, сдѣланнаго еще Сигизмундомъ Августомъ, скончавшимся, однако, прежде, чѣмъ «царевичъ до держанья того сельца пришолъ»,ііенрихъ исполнилъ его просьбу не только гз ласки» своей государевой, но и «взявши ведомость о заслугахъ того царевича отъ некоторыхъ пановъ-рад» своихъ2151. Ho не только при оцѣнкѣ качествъ того или другого лица нуждается король въ указаніи сенаторовъ; они должны указывать ему, какъ бывало «зъ стародавна» по отношенію къ данному вряду, или дѣлу. Tak, «некоторие зъ ихъ милости пановъ-радъ» Литовскихъ, ‹а меновите» воевода Виленскій, канцлеръ Литовскій, Николай Радивилъ, «и зыными ихъ милость паны-радами ового паньства, короля Генриха «о томъ за паномъ тивуномъ Виленьскимъ жедаючи, справу» по ero дѣлу королю «дали»2152. Можно привести безконечный рядъ примѣровъ такого участія пановъ-радъ въ назначеніяхъ и ихъ указаній королю. Но если это участіе сенаторовъ въ распоряженіяхъ короля нужно ему, какъ указаніе, какъ совѣтъ, то оно нужно было ему и для того, чтобы его распоряженія не могли представляться народу-шляхтѣ чѣмъ-либо несогласнымъ съ традиціями и интересами государства и дѣлаемымъ королемъ по своему личному желанію и произволу. Избирательный король не можетъ сразу получить народное довѣріе, и указаніе въ документѣ, подписанномъ королемъ, на совѣтъ сенаторовъ должно было быть важнымъ для самого короля въ его личныхъ интересахъ. Перечисленіе именъ сенаторовъ въ концѣ многихъ привилеевъ и грамотъ послѣ словъ при томъ были». поэтому, должно было получить свое новое значеніе въ глазахъ народа послѣ соединенія Литвы съ Польшею и введенія избирательнаго престола, Въ концѣ королевскихъ грамотъ и прежде очень часто поименовывались тѣ радные паны, которые присутствовади при данномъ распоряженіи государя; ихъ имена перечислялись послѣ словъ: «при томъ были». Возникновеніе этого обычая очень древнее. Когда дѣлалось какое-либо важное распоряженіе или постановленіе, было необходимо при немъ присутствіе свидѣтелей, могущихъ потомъ напомнить и засвидѣтельствовать совершившееся передъ ними. Локументъ можетъ погибнуть легко, а въ древнѣйшее время Метрикъ не было и о сохраненіи документовъ Литовское правительство не заботилось такъ, какъ это оно дѣлало впослѣдствіи. Свидѣтели постановленія или распоряженія должны были замѣнять въ то время актовыя книги, и ихъ заявленіе должно было замѣнять выпись изъ книгъ позднѣйшаго времени. Нѣкоторые документы прекрасно рисуютъ такое значеніе тѣхъ, кто при томъ были». Такъ, Рижскій архіепископъ Альбертъ, давая въ 1269 году Гоанну Тизенгаузену въ ленъ имѣнія, которыми прежде «jure feodali» владѣлъ «Th. miles dictus de Kokenus et uxor ejus Sophia» по пожалованію Рижскаго епископа Николая, такъ заканчиваетъ свою грамоту: «hujus rei testes sunt dominus Iohannes praepositus, Iohannes cellerarius, Conradus Hauerland canonici Rigenses, dominus Iohannes miles dictus de Dolen, Iohannes de Ungaria, Gerandus Livo, vassali nostri et alii quam plures>2153. Жалованная грамота великаго князя Литовскаго Свидparafia его вѣрному слугѣ, пану Epmy Терешковичу, данная 9 января 1450 года, заканчивается также подобнымъ указаніемъ на свидѣтелей сдѣланнаго пожалованія, въ концѣ ея читаемъ: «а при томъ были свѣтки—рада, князь Михайло Васильевичь, а князь Иванъ Романовичь, а панъ Немиря, староста Луцкій, а панъ Сѣмашко Михайловичь, а панъ Юшко Войдатовичь, а панъ Сенко Калениковичь, подскарбій и подканцлерій нашь, а иныхъ много добрыхъ при томъ было»2154. Невольно напрашивается на сравненіе обычай, существовавшій и у частныхъ лицъ приглашать CBHдѣтелями «людей добрыхъ» при гражданскихъ своихъ актахъ имъ будетъ свѣдомо» распоряженіе, или сдѣлка, и они, когда потребуется, подтвердятъ ихъ дѣйствительность2155. Итакъ обычай перечисленія пановъ-радъ въ королевскихъ грамотахъ древній, и возникъ онъ изъ потребности, чтобы каждое распоряженіе государя, имѣющее государственное значеніе, и каждое его пожалованіе имѣли свидѣтелей, которые могли бы ему напомнить о содержаніи его, когда встрѣтится въ томъ надобность для самого великаго князя, или для лица, въ немъ заинтересованнаго. Даже въ концѣ третьей четверти XVI вѣка, несмотря на заботы о сохраненіи книгъ Метрики государственной, случалось, что король откладывалъ дѣло до сейма, когда соберутся паны-рада, такъ какъ онъ не можетъ «собе на паметь привести» своихъ листовъ, данныхъ по дѣлу прежде2156. въ эпоху избирательнаго правленія упоминаніе о радныхъ панахъ, знающихъ о данномъ распоряженіи королевскомъ, дѣлаемое или въ старинной формѣ «при томъ были», или въ самомъ текстѣ грамоты съ указаніемъ на ихъ роль при разрѣшеніи дѣла, пожалованіи, или повелѣніи королевскомъ пріобрѣтаетъ, несомнѣнно, новое значеніе: оно является доказательствомъ извѣстности панамъ-радамъ королевскаго діѣянія и отсутствія въ немъ произвола, Иначе и быть не можетъ: народу шляхтѣ нужна была гарантія правильности распоряженій короля, ему совершенно неизвѣстнаго и даже чуждаго по національности, На почвѣ незнакомства избраннаго короля съ государствомъ и народомъ выростала обязавность, обрацавшаяся потомъ въ сознаніи дѣятелей въ право, руководить королемъ, сидящимъ на избирательномъ престолѣ Речи Посполитой. Такимъ образомъ и долженъ былъ создаться такой порядокъ, что король ничего, сколько-нибудь имѣющаго государственное значеніе, не могъ сдѣлать безъ соглашенія со своими радными панами, хотя, конечно, отъ личности короля зависѣло смягчить и ослабить для себя такое положеніе королевской прерогативы.

Окруженный своими панами-радами, своими совѣтниками MH наблюдателями, король пользуется ими и при своемъсудѣ. Участіе пановъ-радъ въ высшемъ, королевскомъ судѣ Литовскомъ можетъ быть раздѣлено на два главные вида. Король творитъ свой судъ вмѣстѣ съ панами-радою лично, или же OBH судятъ самостоятельно. Королевскій судъ до 1581 года, T.-e. до учрежденія главнаго трибунала въ Княжествѣ, былъ единственною апелляціонною инстанціею для Литовскихъ судовъ, такъ какъ CYдовые съѣзды пановъ-радъ не привились въ Литвѣ). Мы BHдѣли выше, какъ обремененъ былъ массою судныхъ дѣлъ король по апелляціямъ. Но являясь апелляціонной инстанціей, королевскій судъ былъ въ то же время и инстанціей первой и окончательной для цѣлаго ряда справъ судовыхъ. Такъ, «ображенье маестату господарского» подлежало суду короля вмѣстѣ съ его панами-радою*. Государевыхъ врядниковъ по преступленіямъ по ихъ должностямъ, «кому бы кольвекъ кривда се дѣяла, або видѣла» судилъ также только государь*. Если король пребываетъ съ дворомъ своимъ въ Княжествѣ и при «бытности» его «учинилъ хто кому кгвалтъ, бой, раны, або якую шкоду» на дворѣ королевскомъ, то виновный «не маеть се повѣтомъ вымовляти, а ни позвы брати и ими се закрывати», но долженъ сразу быть поставленъ королевскимъ дворяниномъ предъ короля, или его дворный Литовскій судъ, «кому то отъ» короля «злецоно будеть»*, Аренда мыта сопровождалась, обыкновенно, также дарованіемъ арендатору права быть подсуднымъ только одному королю*. Мы уже видѣли, что невозможность для короля управиться со всею массою подлежащихъ его «розсудку» дѣлъ, вызвало учрежденіе трибунала*, видѣли также ассессорскіе суды, возникшіе, какъ видъ дворнаго королевскаго суда Литовскаго*. Теперь мы должны коснуться лишь участія пановъ-радъ въ двор-

гр) Cu. выше, стр. 181, 182. номъ судѣ Княжества. Участіе ихъ имѣло мѣсто въ трехъ фФформахъ дворнаго суда. Эти формы были слѣдующія: 1) судъ короля совмѣстно съ панами-радами; 2) судъ однихъ пановъ-радъ и 3) судъ ассессорскій, Съ ассессорскимъ судомъ мы уже познакомились выше, А потому остановимся теперь лишь на первыхъ двухъ видахъ дворнаго суда Княжества.

«Смотрели есмо того дела с паны-радами нашыми ихъ MHлостью короны Польское и великого князства Литовского, на тотъ часъ здесе, у Варшаве, при нас господари будучыми» такъ начинается актъ разсмотрѣнія Стефаномъ Баторіемъ на сеймѣ Варшавскомъ въ январѣ 1580 года апелляціи отъ земскаго суда въ тяжбѣ мечнаго Литовскаго, пана Димитрія Есифовича Халецкаго съ земянкою господарскою Васильевою Коптевою, панею Полонеею Воловичовой2162. Bo время сейма особенно удобно королю заниматься разсмотрѣніемъ судныхъ дѣлъ, такъ какъ на сеймъ собирается сенатъ въ полномъ составѣ. Въ обыкновенное время малочисленность сенаторовъ, находящихся въ данную минуту около короля, заставляла его иногда отлагать дѣло до сейма. Такъ, дѣло земскаго Виленскаго судьи, «уроженаго» Яна Войтеховича Млечка, съ Полоцкимъ воеводою, паномъ Николаемъ Дорогостайскимъ2163, король Стефанъ смотрѣлъ» въ Городнѣ 23 ноября 1584 года2164 вмѣстѣ «с паны-радами» своими, «на TOT часъ» при королѣ бывшими. Но по причинѣ малаго числа сенаторовъ, находившихся тогда при королѣ, дѣло было отложено до предстоявmaro въ 1585 году сейма2165, очевидно, съ разсчетомъ для короля имѣть возможность посовѣтоваться съ цѣлымъ сенатомъ.

Но во время сейма вовсе не обязательно для короля личное

ITA разсмотрѣніе всѣхъ дѣлъ, восходящихъ на судъ королевскій. Дѣзла могутъ разсматривать и одни паны-рада безъ короля, притомъ не въ полномъ составѣ сената, а въ составѣ лишь нѣсколькихъ сенаторовъ, назначенныхъ королемъ. Напримѣръ, актъ справы Пинскаго земянина Семена Яцковича съ земянининомъ Клецкимъ, Войною Пахабомъ объ имѣніи Кривчицкомъ и о двухъ домахъ въ мѣстѣ Пинскомъ, составленный 11 іюля 1570 года въ Варшавѣ, во время сейма, гласитъ: «будучи намъ господару (Снгизмундъ Августъ) на сойме великомъ валномъ здеся у Варшаве, за росказаньемъ нашимъ смотрели TOTO дела панове-рады их милостъ, воевода Виленский, канцлер великого князства Литовского, староста Лидский, державца Мозырский и Борысовский, панъ Миколай Радивил, пан Троцкий, подканцлерий великого князтва Литовского, староста Берестейский и Кобринский, панъ Остафей Воловичъ, староста Жомоитский, маршалокъ земский великого князтва Литовского, администратор и гетманъ земли Ифлянтское, староста Ковенский, державца Плотелский и Телшовский, панъ Янъ Ходкевич»2166, Тѣ жё лица разсматривали судебныя дѣла и въ другіе дни2167. Паны-рада, разсматривая по королевскому порученію судовое дѣло, иногда сами разрѣшали его2168, но въ большинствѣ случаевъ, не постановляя своего рѣшенія, докладывали его королю, брали справу «на опытанье маестату его королевское милости»2169. Паны-рада, «на прослуханье тое справы OT его королевское милости высажоные», представляли дѣло королю «такъ, якося оная справа перед их милостю точила, его королевской милости оповедили и реляцыю вчинили», и уже король разбиралъ дѣло и постановлялъ приговоръ2170.

Разсмотрѣніе дѣла панами-радою имѣетъ, конечно, силу разсмотрѣнія его самимъ королемъ непосредственно. OHO вписывается въ канцелярейскія книги, и его актъ имѣетъ форму королевскаго листа, который пишется подъ королевскимъ титуломъ, отъ его собственнаго имени. Напримѣръ«Стефан Божю милостю король. Смотрели того дела з росказаня нашого их милость панове-рада наши. Приточиласе справа перед насъ господара за позвомъ нашимъ подъкоморому Жомоитскому, державпы Скирстомонскому и Росенскому, пану Венцлаву Піемету з врадниками земскими Жомоитскими, паномъ Казимером Яновичомъ Орвидом, судею, а паномъ Криштофом Яновичом Белевичом, штож дей...»* и T. А. Далѣе идетъ изложеніе самаго дѣла и его разбора. Ho конецъ акта говоритъ уже о непосредственномъ участіи самого короля въ этомъ дѣлѣ. «Мы с тых причин», читаемъ въ заключительныхъ строкахъ документа, снамовивъшися 3 HX милостю панвырадами. нашими» и т. д.* слѣдуетъ изложеніе приговора. Статутъ прекрасно знаетъ, что судъ короля производится имъ совмѣстно съ сенаторами. Говоря о виновномъ въ «ображеньѣ маестату господарского»*, онъ отъ имени короля гласитъ: ‹таковый с права 3% розсудку нашого с паны-радами нашими Великого Квязства Литовского честь, горло тратить» и т. Ę.*). Ho если судъ короля совмѣстно съ панами-радою является судомъ его съ совѣта сенаторовъ, то существованіе суда радныхъ пановъ однихъ является несомнѣннымъ доказательствомъ того, что король самъ не могъ управляться со всею массою судовыхъ дѣлъ, которыя восходили на его разрѣшеніе. Источники сохранили ясное сознаніе населеніемъ Княжества одинаковаго значенія суда сенаторовъ и суда самого короля. Въ одномъ земельномъ дѣлѣ разсмотрѣнномъ коммиссарами*, высланными въ 1599 году королемъ Сигизмундомъ Ш-мъ*, Берестейскіе мѣщане такъ высказались по поводу листа, представленнаго противною стороной: «на тотъ листъ мѣщане повѣдили, же тотъ кгрунтъ, ижъ его менуетъ шляхецкимъ, не есть водле права справленый, 60 есть ручный, а передъ его королевскою милостью, або радою его королевской милости не признаный»2177.

Въ изложеніи отправленія суда на дворѣ государевомъ мы уже встрѣтились съ дѣятельностью пановъ-радъ не совмѣстно съ самимъ королемъ, а лишь по его слову, по данному порученію. Но не на одномъ только дворѣ королевскомъ имѣла мѣсто такая дѣятельность сенаторовъ. Коммиссіи, порученія «за листомъ комисійнымъ были для пановъ-радъ дѣломъ обычнымъ. Онѣ имѣли и несудовый и судовый характеръ. Судовыя порученія давались королемъ панамъ радамъ, конечно, въ дѣлахъ чрезвычайной важности. которыхъ обыкновенный судъ не могъ разрѣшить съ дсостаточнымъ авторитетомъ. Напримѣръ, въ 1571 году Сигизмундомъ Августомъ было дано нѣсколькимъ панамъ-радамъ порученіе разобрать дѣло о копцѣ Вечельскомъ, содержаніемъ котораго была междуусобная война двухъ ротмистровъ изъ-за этого Kolna2178. Король «преложилъ» это дѣло на Виленскаго бискупа Валеріяна, Виленскаго воеводу и канцлера Николая Радивила, Виленскаго кашталяна и гетмана наивысшаго Григорія Ходкевича, Троцкаго кашталяна и подканцлера Евстафія Воловича и земскаго подскар- 611 Николая Нарушевича., Король приказахъ написать имъ «листъ» королевскій, «абы их милость на онъ часъ, кгды на соймикъ поветовый воеводства Виленского, который маеть быти месеца декабра девятого дня, зъедуться, на той справе засели и, обу двомъ сторонамъ перед собою стати казавши, того межи ними досмотрели и всего того, яко се деяло, знову межи ними прослухали», постановили приговоръ и государю «о всем том писаньемъ своимъ ознаймили».

По учрежденіи въ Княжествѣ трибунала, этотъ судъ также сталъ высылать пановъ-радъ повѣтовыхъ на разсмотрѣніе граничныхъ дѣлъ по апелляціямъ отъ суда подкоморскаго. Ho мы уже знаемъ обязанность кашталяновъ быть членами коммиссій, высылаемыхъ по апелляціямъ отъ подкоморскаго суда. Особенно удобнымъ представлялось королевское порученіе раднымъ панамъ разсмотрѣть ту или другую претензію обывателей въ то время, когда они входили въ составъ ревизорской комэ - - — - . миссіи, посланной въ мѣстность, гдѣ возникла эта претензія. Такъ, въ 1581 году король Стефанъ предписалъ коммиссарамъ, высланнымъ имъ «на ограниченье» Бѣловѣжскихъ пущъ. Берестейскому кашталяну Богдану Сапегѣ и королевскому секретарю Станиславу Локницкому разсмотрѣть дѣло по жалобѣ Берестейскаго земскаго судьи Адама Потея съ братьями и Берестейскаго подстаросты Малхера Райскаго, именемъ его жены, пасербовъ и всѣхъ участниковъ имѣнія Рѣчицкаго, на захватъ Подляшскимъ кашталяномъ Матвѣемъ Савицкимъ ихъ входовъ въ пущу Бѣзовѣжскую по имѣнію Черные Лозы2179. Не слѣдуетъ, конечно, думать, чтобы во всякой коммиссіи, посылаемой королемъ, находился радный панъ, какъ непремѣнный членъ ея. Бывали случай коммиссій королевскихъ безъ всякаго участія въ нихъ сенаторовъ2180. Иногда ревизоры высылались на ревизію столовыхъ земель цѣлаго повѣта. Такъ, Жомоитскій бискупъ Мальхеръ князь I'exройтъ вмѣстѣ съ королевскимъ маршалкомъ и Ошменскимъ подкоморіемъ Яномъ Піолускимъ Довквидомъ дѣйствуютъ въ 1577 году, какъ «одъ сего королевское милости до добръ господарскихъ въ воеводствѣ Берестейскомъ на ревизію высланыи»2181. Коммиссі, дававшаяся раднымъ панамъ, касалась всегда предметовъ серьезнаго значенія, А иногда являлась дѣломъ особенно важнымъ. KP числу такихъ дѣлъ нужно, конечно, отнести установленіе границъ территорій Литвы и Польши послѣ заключенія Люблинской Уніи. Опредѣленіе границъ Подляшья, вошедшаго въ 1569 году въ составъ Короны, было поручено въ 1576 году королемъ Стефаномъ Подляшскому воеводѣ Николаю Кишкѣжю и кашталянамъ Бѣльскому, Жигмунту Чижовскому, и Варшавскому, Войтеху Ренчайскому, съ Польской стороны, и Полоцкому воеводѣ, Смоленскому кашталяну Доминику Пацу и Литовскому крайчію Кишкѣ— со стороны Княжества2182. Не менѣе серьезнымъ дѣломъ являлась и назначенная въ 1588 году, коммиссія въ Инфлянты, въ составъ которой вошли Смоленскій воевода Янъ Волменскій, Минскій кашталянъ Вацлавъ Агриппа и другіе несенаторскіе врядники2183.

Для мирныхъ переговоровъ также назначались паны рада. Наприиѣръ, въ ноябрѣ 1581 года были назначены для веденія переговоровъ о мирѣ съ Московскими уполномоченными — Браславскій воевода, дворный Литовскій маршалокъ и при нихъ третьимъ Гарабурда2184, а для переговоровъ подъ Люценъ во время того xe Псковского похода Баторія--Троцкій кашталянъ вмѣстѣ съ Собѣсскимъ2185.

Итакъ, предметы порученій, даваемыхъ отдѣльнымъ панамърадамъ, могутъ быть самыми различными. Всякое дѣло, представляющееся почему-либо особенно серьезнымъ и важнымъ, могло требовать авторитета сенатора для своего разрѣшенія. Выше мы видѣли участіе сенаторовъ и въ дѣлѣ провѣрки шляхетства. Такимъ образомъ, паны-рада не только являлись совѣтниками короля и вѣдали въ своихъ совѣщаніяхъ дѣла государственныя, они часто дѣйствовали облеченные и исполнительною властью въ дѣлахъ первостепеннаго государственнаго значенія. Не менѣе важнымъ представляется участіе пановъ-радъ въ подготовкѣ предстоящаго сейма. Актъ Люблинской Уніи требуетъ, чтобы спольные Польско-Литовскіе сеймы собирались въ Польшѣ тамъ, гдѣ это покажется наиболѣе удобнымъ королю и панамъ радамъ2186. Это требовавіе исполняется королями, которые послѣ 1569 года назначаютъ сеймы, «за доложеньемъ и радою ихмл. пановъ-радъ Корунныхъ и ведикого князства JluTOBCKOTO»2187, обозначая, впрочемъ, иногда короче-«за радою пановъ-радъ нашихъ»2188. Опредѣленіе времени и мѣста для сейма, равно какъ и предварительное обсужденіе вопросовъ и дѣлъ, которые будутъ представлены правительствомъ на сеймовое разсмотрѣніе, были дѣломъ короля и сената нераздѣльно. Въ 1571 году, зимою, паны-рада великаго княжества Литовскаго получили отвѣтъ2189 короля Сигизмунда Августа на свою нросьбу объ отсрочкѣ сейма, назначеннаго на день Трехъ Кролей 1572 года, ввиду «казни Божьей», повѣтрія, которое свирѣпствовало въ то время не только «мало не по всихъ сторонах» въ Княжествѣ, но проникло ивъ Корону и тамъ распространилось «мало не по всих кутехъ». Король на просьбу Литовскихъ сенаторовъ отвѣтилъ предписаніемъ съѣхаться на сеймики 9 декабря, какъ это и было предписано раньше, для выбора повѣтовыхъ пословъ на трекрольскій сеймъ 1572 года, Что касается до отсрочки сейма, то король говоритъ объ этомъ такъ: «о томъ ни от кого с пановъ-рад нашихъ Корунныхъ до насъ не писано, намъ тежь самымъ откладати нельзя, на што ся ваша милость, BCH панове-рады наши первей зезволили». Далѣе король продолжаетъ: «хиба, если бы, чого Боже вховай, былъ кгвалтъ, а казнь Божая ширила ся, для которое бы трудно сеймовати, тогды роскажемъ вашой милости ознаймити о всемъ достаточне, если ся съемъ далей помъкнути мусить, а соймики на положоный часъ пред ся кгды дойдуть и послы ся оберуть, ино тымъ ся ничого не затруднить, але то ещо лепей, же готовы будуть ехати на съемъ, хотяжь бы ся и преложилъ на дальший часъ». Этотъ королевскій «отписъ» данъ Литовскимъ сенаторамъ, которые поименно перечисляются въ обращеніи королевскомъ, а именно Виленскому воеводѣ и канцлеру Литовскому Николаю Радивилу. пану Виленскому и гетману наивысшему Литовскому Григорію Ходкевичу, пану Троцкому и подканцлеру Княжества Евстафію Воловичу и маршалку земскому Литовскому, старостѣ Жомоитскому, Яну Еронимовичу Ходкевичу. Приведенный «отписъ» ясно говоритъ о предварительныхъ сношеніяхъ короля съ сенатомъ обоихъ народовъ, которыя бываютъ передъ сеймомъ для подученія согласія сената на предполагаемый созывъ сейма.

Мы видѣли сейчасъ дѣятельность радныхъ пановъ въ королевскомъ совѣтѣ и въ коммиссіяхъ MH порученіяхъ, даваемыхъ имъ государемъ. Въ глазахъ народа-шляхты и прочаго населенія панъ-рада, несомнѣнно, являлся окруженнымъ ореоломъ величія и можности», силы и вліянія. Такое положеніе пана-рады имѣло по понятіямъ вѣка и свою идеальную основу. Восхваляя предковъ пана Василія Тишкевича, воеводы Подляшскаго, привилей Сигизмунда Августа2190, данный ему на графство Б ноября 1569 года, гласитъ: «домъ его милости з давных часовъ славне и мужне господаромъ своимъ за продковъ нашихъ великихъ князей „luА

7 А. 47 06.—48 Щб. товских служилъ и в томъ панъстве, великомъ князьстве Литовскомъ, в справах своих почтивых от пановъ своих непоследне былъ поважанъ, а с початку фамилеи своея зацные а великие мужества чинечи и войска водечи, неприятелей господарей своих потлумяли и горла свои на службахъ клали и, значне на всемъ речи посполитой и паномъ своимъ служивши, часу покою в каждой пильной престрозе вольности свободъ тутошняго панъства нашого великого князства Литовского и в раде будучи з местца своего повинъности своее не опущали». Такимъ образомъ, службы государевы и охрана свободъ и вольностей дѣло пана-рады. Ясно, что и то, и другое должно было получить свое признаніе въ лучшей части населенія и дать панамъ-радѣ право на его уваженіе. Слово раднаго пана не можетъ возбуждать сомнѣнія въ своей истинности, «Были бы TO дивныи и непотребныи речи, ижъбы еще не могло быти вѣры додавано вашей милости, предней радѣ его королевской милости» писалъ земскій подскарбій и дворный маршалокъ Княжества Иванъ Горностай Комоитскому старостѣ Еровиму Ходкевичу2191. Засѣдая въ королевской радѣ, панъ-рада можетъ «контрадыковати»2192 противъ всякаго распоряженія, которое онъ считаетъ неправильнымъ. Онъ можетъ вступиться и за интересы отдѣльныхъ лицъ, которымъ грозитъ враждебное настроеніе короля и части сената, и можетъ защитить ихъ своимъ словомъ и вліяніемъ. Тотъ же Иванъ Горностай писалъ къ тому же Крониму Ходкевичу, прося его помощи и защиты противъ Виленскаго кашталяна: «не стоечи, але седечи при его королевской мило- CTH, панѣ нашомъ милостивомъ, рачь MH зычливостью и пріязнью вѣрною зъ серца своего у справедливости и въ невинности моей противко того пана допомогати. А естди, пане господине, усхотять меня бити и за бороду рвати, ваша милость рачьте мя боронити и не рачьте мя, ваша милость, повольного своего отъ себе отметывати, але по старому рачьте ласкави быти»2193. Желавіе пользоваться расположеніемъ того, или другого сенатора было совершенно обычнымъ чувствомъ шляхты и врядниковъ Литовскихъ. Филонъ Кмита, занявшій въ 1579 году самъ мѣсто въ ‹лавицѣъ радъ» королевскихъ, такъ писакъ изъ Орши 5 декабря 1573 года Евстафію Воловичу2194: «ваша милость, мой милостивый государь! ведле милостиваго а наибольшаго баченя вашей милости панскаго, рачь разсказать зъ милостивое ласки своее до ихъ милости2195 тотъ листокъ, отъ мене, слуги вашей милости, писару вашей панской милости справить, а я за таковую милостивую ласку вашей милости, пана государя моего, Пана Bora просечи, за счастливое панованіе вашей милости вѣчне службами моими заслуговать повиненъ буду».

Но если для врядниковъ и шляхты, обладавшихъ политическими правами въ государствѣ, расподоженіе и ходатайство раднаго пана были такъ цѣнны и заманчивы, то еще дороже были они для мѣщанъ. Если мѣщане не упускаютъ случая расположить въ свою пользу всякаго врядника земскаго, или дворнаго, сдѣлавъ ему подарокъ на средства своего мѣстскаго скарба, то, конечно, радный панъ, проѣзжающій черезъ мѣсто, получаетъ обильные дары отъ депутаціи мѣщанъ, являющейся къ нему съ поклономъ, привѣтствіемъ и просьбою не забыть своею «ласкою» ихъ мѣсто. Приходо-расходныя книги городовъ Западно-Русскихъ сохранили списки такихъ подношеній, составлявшихъ, въ концѣ концовъ, довольно крупный расходъ въ городскомъ хозяйствѣ. Такъ, когда въ началѣ 1686 года въ Могилевъ пріѣхалъ канцлеръ Литовскій (князь Мартіянъ Огинскій), то послѣ встрѣчи его и проводовъ въ 34- мокъ, войтъ2196 «запросилъ пановъ маистратовыхъ, пана Кондрата Автушковича Войта и пановъ бурмистровъ и радедъ, такъ рочныхъ, яко и не рочныхъ, на ратушъ». Oro совѣщаніе, по всей вѣроятности, и имѣло своимъ предметомъ обсужденіе вопросовъ, которые были связаны для Могилева съ пребываніемъ въ немъ «ясневельможнаго его милости канъцлера». На слѣдующій день, T.-e. 5 января, магистратъ2197 ходилъ къ канцлеру съ поклономъ. При этомъ «поклону» было дано ему 50 штукъ таляровъ твардыхъ», что составило сумму въ 300 золотыхъ. Разумѣется нельзя было вручить эти деньги просто, нужно было ихъ обернуть MIH положить во что-нибудь, и на обертку (<YBHBAH€)) этихъ талеровъ пріобрѣтенъ отъ райцы, пана Яна Коробанки локоть «китайки небеское воднистое». Не забыта быда и пани «канцлеровая». Ей были поднесены два сорока горностаевъ на сумму въ 115 золотыхъ. При этомъ канцлеру магистратъ предложилъ въ видѣ дара два гарнца вина «фалянскаго» въ красивыхъ бутылкахъ, «фляшахъ гарцовыхъ», и разнаго «кореня», какъ-то «пукру», перца, имбиря, розынекъ везикихъ и мнейшихъ», миндалю, «гоздиковъ», шафрану, «рыжу» всего цѣною на 29 золотыхъ и 20 осмаковъ. Ho этихъ даровъ и расходовъ для выраженія городомъ своего почтенія канцлеру было Max Встрѣча его, когда онъ въѣзжалъ въ Могилевъ, потребовала расходовъ отъ города. «Споткали его всеми цехами» и на стрѣльбу «до дзяжъ большихъ и міейшихъ» израсходовали 25 фунтовъ пороху; при этомъ хоругвь «конная», которую держали при торжественномъ въѣздѣ канцлера, обошлась 17 золотыхъ2198. Маршалокъ канцлера получилъ отъ города 90 золотыхъ. Отъѣздъ канцлера изъ Могилева также былъ соединенъ съ большими расходами для магистрата. Самому ясневельможному его милости опять были поднесены 50 талеровъ, T.-e. 300 золотыхъ, да, сверхъ того, магистратъ израсходовался на его креденцаровъ, гайдуковъ, трубачей, становничія, пана капляра рейтарскаго, пана поручника и его «товарыство». Пріемъ князя Огинскаго Могилевомъ, описанный Могилевскою приходо-расходною магистратовою книгою, разумѣется, не былъ явленіемъ единичнымъ. Такъ пышно встрѣчали въ своихъ стѣнахъ Литовско-Русскіе города радныхъ пановъ, конечно, не только въ концѣ XVII вѣка, но и въ болѣе раннее время, желая имѣть въ нихъ могущественныхъ покровителей и ходатаевъ. Если большинство грамотъ-привилеевъ городамъ не говорятъ о ходатайствахъ радныхѣ пановъ за города, то, во всякомъ случаѣ, примѣры ихъ встрѣчаются. Когда Дисненскіе мѣщане хлопотали передъ королемъ Сигизмундомъ Августомъ о дарованіи имъ Магдебургскаго права ввиду ихъ трудовъ и расходовъ лля укрѣпленія замка во время войны съ Москвою, «за ними листомъ своимъ у причинѣ» короля «жедалъ» Григорій Александровичъ Ходкевичъ, Виленскій кашталянъ и гетманъ наивысшій Литовскій, староста Городенскій и Могилевскій, Королевская грамота, изданная 20 января 1569 года въ Люблинѣ, гласитъ, что король снисходитъ на челобитье Дисненскихъ мѣщанъ не только «зъ ласки» своей государевой и по удостовѣреніи ихъ трудовъ и «хути ку службамъ» королевскимъ старостою Дисненскимъ, но и «на прымову пана Виленьского»*.

Паны-рада, какъ и всѣ врядники, служившіе королю и речи посполитой, получали и награды. Этими наградами были пожалованія староствъ и державъ, назначеніе юргельта изъ земскаго скарба, повышеніе въ іерархическомъ порядкѣ сенаторскимъ врядомъ высшаго значенія MH дарованіе графскаго титула. Примѣры пожалованій староствъ и державъ мы видѣли выще*, также какъ и примѣры пожалованія юргельтовъ*. Жаловались сенаторамъ и пляцы въ городахъ для постройки домовъ*. Повышеніе по ступенямъ іерархической лѣстницы сенаторскихъ вря-

JA. O. u 3. P. I. № 151.* Стр. 269 u ca.* Стр. 615 um др.

* Лист пану Троцкому На пляц В Городне,Стефан Божю милостю корол Полский, великий княз Литовский, Руский, Пруский, Жомаитский, Мазовецкий, Ифлянтский, княжа Седмигродское и иных. Ознаймуем сим листом нашим нинешъним и потом в прышълый час будучимъ, иж мы господаръ, того потребно быти видечи, абы для отправованья потреб великоважных господарских и речи посполитос пан Троцкий, подканцълерый и гетъман полный ведикого князства Литовского, староста Борысовъский и Солецкий. его милост пан Крыштофъ Радивил, княжа на Дубинках, обецне на дворе Нашом господарском пры нас будучымъ, KOM свой властъный для покойного мешканя и отправованя таковых справ в месте нашом Городенъском, где бы набълижей замку нашого мети могъ, -с THX причин дали есмо сго милости пану Троцкому и сим дистом нашим даем пляцъ замковый, пры саду замковомъ надъ рекою Немном лежачом (SiC), почавъышы вдолжъ одным концом OJ DOBY, пдучого од мосту замкового HA дол ку Немну, а другим до улицы мостовое, з рычку идучое, противъ дому мешчанина Городенского Стефана Улька. а въ шир 3 одное стороны, почавъшы OT рову пры дому суди земского Городенского, пана Грыгоря Масалского ажъ до край пляцу того над садом замковым, вышей помененым. Маст его милост пан Троцкий сам и потомки его милости помененый пляц TAK, якова в собе вдолжъ и вшир маетъ на волности земской на себе держати и оного, ку пожытку своему наилепшому оборочаючи, спокойне ужывати на вечные и потомные часы, волны будучи TOT пляц з будовансм, HA HCM тепер и напотом будучнм, отъдати, даровати, продати, заменити и, куды ходтя (Sic), водлс воли и уподобаня своего 060- рочати, На шъто для певнейшое ведомости дали ссмо его милости пану Троцкому-сес нашъ нашъ (зіс) лист с подписомъ руки нашое господаръское, до KOTOрого ссмо и печат нашу прытиснути росказали, Ппсан у Городне, 22 іюня 1582 года. <Stcphanus Rex. Венцлавъ Акгрипа писарь». Jlur. Метр. z і.

156 oś. довъ, равно какъ совмѣщеніе съ однимъ врядомъ еще другого, также. давались въ награду сенаторамъ за ихъ заслуги. Наконецъ, наградою для раднаго пана могло быть и возведеніе въ графское достоинство. Титулъ графа, «кграбя», — какъ называютъ графа Литовскіе акты,--жаловался далеко не часто. За изслѣдуемый пе- - ріодъ времени его носили лишь три сенатора — Янъ Ходкевичъ, Василій Тишкевичъ и Николай Криштофъ Радивилъ. «Привилей пану Василю Тишкевичу, воеводе Подляскому на кграбьство» былъ данъ Сигизмундомъ Августомъ въ Кнышинѣ 5 ноября 1569 года*. Тишкевичъ имѣлъ титулъ графа на Логойскѣ и Бердичевѣ, Ходкевичъ на ПШкловѣ и Мыши* и Радивидъна Піидлховцѣ*. Графскій титулъ жаловался вельможѣ на тѣхъ или другихъ его имѣніяхъ. Но необходимо замѣтить, что имѣвшіе этотъ титулъ далеко не всегда имъ именовались. Василій Тишкевичъ въ своемъ завѣщаніи называетъ себя простоя рабъ Божій, Васипй Тишковичъ, воевода Смоленскій, староста Менскій и Пивскій»*. Надпись, сдѣланная на его гробницѣ въ Благовѣщенскомъ храмѣ Супрасльскаго монастыря, также не называетъ его графомъ*. Равнымъ образомъ, и Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ не всегда титулуется графскимъ титуломъ*, а Радивилъ, именуемый графомъ, встрѣчается прямо какъ исключеніе*.

Мы видѣли дѣятельность пановъ-радъ при королѣ и въ коммиссіяхъ, назначаемыхъ королемъ, видѣли взглядъ на нихъ Населенія Княжества и отношеніе его къ нимъ, видѣли и награды, которыя получали сенаторы отъ короля и которыя еще болѣе возвышали отдѣльныхъ лицъ сенаторскаго стана, Прежде чѣмъ переходить къ изображенію дѣятельности и значенія пановъ радъ въ эпохи безкоролевій, мы должны еще коснуться связей, которыя существовали между ними и народомъ-шляхтою и которыя соединяли эти два стана Литовскихъ. Тутъ прежде всего нужно отмѣтить власть и значеніе вряда сенатора въ воеводствѣ, или въ цѣломъ Княжествѣ. Воеводы, кашталяны, маршалки, гетманы, печатари и подскарбій земскій имѣли каждый свою компетенцію и власть, которой должна была подчиняться шляхта въ томъ или другомъ отношеніи непосредственно, соединеніе же нѣсколькихъ урядовъ въ рукахъ одного и того же сенатора еще болѣе увеличивало прямую власть надъ шляхтою ихъ носителей. Кромѣ того, сенаторы всегда владѣли державами и староствами, многіе владѣли староствами судовыми, что еще болѣе расширяло кругъ шляхты и врядниковъ, находившихся въ прямой зависимости отъ нихъ. Такимъ образомъ, самые вряды сенаторовъ ставили ихъ въ извѣстныя сношенія со шляхтою и создавали зависимость ея отъ нихъ, А также ихъ знакомство. Благодаря такому знакомству дѣдались возможными ходатайства радныхъ павовъ за шляхту, отдѣльныхъ шляхтичей и врядниковъ, или за цѣлые повѣты въ ихъ нуждахъ и потребностяхъ. Mer видѣли цѣлый рядъ примѣровъ такихъ ходатайствъ. Паны-рада были посредниками между шляхтою и королемъ, доводя до него нужды и интересы шляхетскіе, но они являлись также и проводниками желаній королевскихъ въ шляхетскія массы. До пановъ-радъ доходятъ слухи «отъ некоторое шляхты»2203, и они передаютъ королю о настроеніи ея по OTHO-" шенію къ тому или другому королевскому распоряженію, предупреждая разладъ, могущій возникнуть между королемъ и народомъ-шляхтою. Съ другой стороны, они побуждаютъ шляхту на сеймикѣ и вліяютъ на нее въ направленіи, желательномъ для короля, до извѣстной степени создаютъ отношеніе сеймикующей шляхты къ дѣламъ и вопросамъ, сообщеннымъ сеймику королевскимъ универсаломъ и посломъ государя2204. Не будемъ забывать, что такое содѣйствіе пана-рады государевымъ планамъ было тѣмъ болѣе цѣннымъ, что сенаторъ, дѣйствуя на сеймикѣ, оказываетъ на сеймѣ свое вліяніе двумя путями: въ званіи раднаго пана онъ засѣдаетъ и высказывается въ сенатѣ въ то время, когда въ посольской избѣ дѣйствуютъ послы повѣтовъ его воеводствъ и староствъ, на которыхъ онъ оказалъ свое вліяніе на ихъ сеймикахъ, лично, или черезъ намѣстниковъ, и которые были сами выбраны подъ его давленіемъ, да и инструкцію привезли съ собою, составленную повѣтовою шляхтою подъ его вліяніемъ. Но кромѣ всего этого, пана-раду съ народомъ-шляхтою связывала необходимость защищать интересы Литовскаго народа отъ опасностей, которыя могутъ имъ грозить отъ дѣйствій избирательнаго короля-чужестранца и «братіи»-Поляковъ. Первый, не имѣя надобности заботиться о государственномъ благосостояніи въ интересахъ своего потомства и династіи, могъ слишкомъ стремиться къ блеску своего царствованія въ ущербъ послѣдующему времени; онъ могъ расточить матеріальныя средства государственнаго скарба на привлеченіе къ себѣ людей, нужныхъ ему для его цѣлей, составляя партію преданныхъ сторонниковъ. Помимо всего этого, простое незнаніе жизненныхъ условій Княжества, его дѣйствительныхъ интересовъ и положенія могло создать цѣлый рядъ его дѣйствій и распоряженій, крайне вредныхъ для речи посполитой Литовской. Что касается до взаимныхъ отношеній Поляковъ и Литовцевъ, то мы уже знаемъ ихъ характеръ въ годы, наступившіе за Уніей 1569 года. Эти отношенія были таковы, что Литва должна была постоянно охранять свои права въ соединенномъ государствѣ отъ покушеній на нихъ со стороны Iloляковъ, и паны-рада Княжества были естественными блюстителями интересовъ и правъ Литовской речи посполитой, какъ OTдѣльной самостоятельной части соединеннаго государства. Панырада Литвы охраняли свободы, вольности и права Литовскаго народа отъ могущихъ возникать для нихъ опасностей со стороны короля и Короны. Это было также крѣпкою нитью, связывающею Литовскую шляхту съ ея сенатомъ.

Ho кромѣ извѣстныхъ отношеній, которыя слагались между шляхтою и панами-радами въ силу должностного значенія посліднихъ, существовали между ними отношенія и связи, въ основѣ которыхъ лежало экономическое положеніе радныхъ пановъ, создававшее для нихъ вліяніе среди повѣтовой шляхты. Какъ крупный MH богатый землевладѣлецъ, сенаторъ Не могъ Не пользоваться авторитетомъ среди шляхты тѣхъ повѣтовъ, въ которыхъ лежали его имѣнія, къ этому необходимо прибавить TO вліяніе на повѣтъ, которое было въ рукахъ пана-рады, благодаря службѣ у него цѣлаго ряда служебниковъ-шляхтичей, участвовавшихъ лично на сеймикѣ и обладавшихъ родственными и дружественными связями среди повѣтовыхъ обывателей. Даже врядники, не говоря уже о рядовой шляхтѣ, служили панамъ раднымъ*. Кромѣ того, мы видѣли выше, что въ «лавицу радъ» проникали не только издревле вельможные паны, но и шляхтичи повѣтовые и дворяне, постепенно поднимаясь по іерархической лѣстницѣ и, наконецъ, достигая сенаторскаго кресла, Они сохранязи среди повѣтовой шдяхты родныхъ, друзей и знакомыхъ и, конечно, черезъ нихъ имѣли полную возможность связи съ повѣтовою шляхтою.

Существовавшая между панами-радою и народомъ-шляхтою связь особенно должна была чувствоваться въ дни безкоролевій. Какова бы ни была дѣйствительная власть короля въ Польско-Литовскомъ государствѣ, онъ занималъ его престолъ и давалъ народу-шляхтѣ свою эгиду «стража справедливости» и защитника

* См. выше, примѣръ Евлашенскаго стр. 513, 514. его земель, имущества и жизни отъ враговъ. Ho послѣ смерти короля Литовскій народъ оставался лишь со своими сенаторами рядомъ съ народомъ Польскимъ, заботящимся только о себѣ, часто пренебрегая интересами Княжества. Выборы королей стали производиться противъ желаній и заявленій Литвы и даже съ нарушеніемъ ея правъ, на защиту которыхъ она должна была энергично выступать каждое безкоролевье. Само собою разумѣется, что сенатъ Литовскій долженъ былъ тѣснѣе сплачиваться съ Литовскою шляхтою каждый разъ, когда наступало безкоролевье. Со смертью короля наступало раснаденіе рады соединеннаго королевства на двѣ отдѣльныя рады -Польскую и Литовскую; Не было общаго короля, объединяющаго ихъ, и государственное тѣло соединенной Речи Посподитой распадалось на два, изъ которыхъ каждое начинало вырабатывать свои особыя требованія къ новому королю и каждое отдѣльно вступало въ завѣдываніе своими текущими государственными дѣлами, Для Княжества въ изслѣдуемый періодъ каждое безкоролевье соединялось съ двойными опасностями: съ дной стороны, Москва и Крымъ грозили ero границамъ, съ другой -Поляки своими поступками угрожали ero правамъ. Создавшееся черезъ это чувство общей опасности для всего Княжества должно было еще болѣе сближать сенаторскій и шляхетскій Литовскіе станы. Ho это мало, Въ эпохи безкоролевій просыпалось въ Княжествѣ сознаніе утраченной полной самостоятельности, а, проснувшись, оно должно было воскрешать въ умахъ мыслящихъ людей Литовскихъ пережитые удары Люблинскаго сейма 1569 года, Росло желаніе передѣлать статьи Люблинскаго договора и выговорить себѣ новыя права, измѣняющія его статьи и способныя дать Литвѣ болѣе совмѣстныя съ ея достоинствомъ и настоящимъ значеніемъ условія жизни въ оÓ- дцемъ съ Короною государствѣ. Конечно, въ эти эпохи единеыіе и связь между шляхтою и сенатомъ Княжества должный, банѣ бытъ особенно замѣтны. „OLO RapsT)()

Въ эпохи безкоролевій дѣятельность Литовскаво правытелістваі отдѣльнаго отъ Польскаго во время «инзеррвійнотодолнаноіѣѣша преслѣдовать двѣ цѣли и pa3BHBADDCH Ody SĄZYKIH JI PARICEUAŃ bu Во-первыхъ, на рукахъ у HerG7ÓbHN/qaGOR0 EBONACHONTYESPONYдарства внутренней и ввѣшнвйлэзрщжеденівотакумциаъѣ дѣлвакасуо дарствевныхъ., коворын HPA KNU корожяаюлиснимъ кѣ DO DAJĄ Паны-рада постоянные блюстители государственнаго блага и распорядители дѣлами въ Княжествѣ,гвъ жосвремй, какылвсі,істаны собираются лишь на съѣздъ и дѣлаютъ обязательныя для всѣхъ постановленія. Во-вторыхъ, Литовское правительство должно было заниматься вопросомъ о выборѣ новаго короля, о королевской елекціи, которую Литва должна произвести вмѣстѣ съ Польшею и которая вернетъ Речь Посполитую вновь къ обычному порядку государственной жизни, Mer говоримъ о Литовскомъ правитель ствѣ; но изъ кого же оно состояло? Правительствомъ великаго княжества Литовскаго во время безкоролевій была Литовская рада и съѣздъ обще-Литовскій, Тѣ обычныя дѣла, которыя при жизни короля велись имъ совмѣстно съ панами-радами, теперь ведутся радными панами одними, совершенно самостоятельно: тѣ же, которыя по своей важности не подлежали рѣшенію короляи сената, а требовали обсужденія сейма и сеймиковъ, рѣшалъ общеЛитовскій съѣздъ, въ вѣдѣніе котораго поступала и масса дѣлъ, и вопросовъ первостепеннаго государственнаго значенія, возникающихъ исключительно во времена безкоролевій, каковы установленіе чрезвычайнаго суда, выборъ новаго государя и т.д. Bp ряду распоряженій и дѣйствій пановъ-радъ послѣ смерти короля прежде всего выступаютъ ихъ дѣйствія но исполненію тѣхъ распоряженій, которыя уже были сдѣланы покойнымъ королемъ, но которыя оформить и скрѣпить своимъ листомъ помѣшала ему смерть. Изъ привилея короля Генриха, даннаго цирулнику Лукашу Вольфу 20 апрѣля 1574 года «на две селе у пущи Олицкой»2205, узнаемъ, что этотъ Вольфъ представилъ новому королю листъ Сигизмунда Августа, данный ему «на тые две села Мотълавку и Бухты такъже на 15 волокъ лесу и на BE волоки сеножати ему даные, и к тому другий листъ некоторыхъ пановърад, на онъ часъ при королю его милости будучихъ, TO естъ квязя Франъцышка, бискупа Краковского, подканъцлерого коруны Польское, пана Троцъкого, подканъцлерого великого князства Литовского, старосты Берестейского и Кобриньского, пана Остафъя Воловича, Еронима Синявского, каштеляна Каменецкого, Яна Дульского, каштеляна Хельминьского, старосты Браньского и Рокгозиньского, Миколая Криштофа Радивила кнежати На (ane и Несвижу, маршалъка дворного великого князства Литовского, с печатьми и С подписами рукъ ихъ милости, в которомъ пишут, сознаваючи TO, ижъ его кролевская милость, R неспособномъ здоровъю будучи, ихъ милости то, ижъ ему таковое опатренье за службы его далъ, ознаймити и привилей на тую данину пану Троцкому, подканъцлерому великого князства Литовского, старосте Берестейскому и Кобриньскому, пану Остафъю Boxoвичу, выдати росказати рачилъ». Король не успѣлъ самъ подписать этого привилея, и рады удостовѣрили своимъ листомъ лечившему его медику королевское пожалованіе. Въ это время цанырады еще не разъѣхались и не успѣли раздѣлиться на два совершенно отдѣльныхъ сената, Листъ ихъ, о которомъ говоритъ привизей Вольфу, былъ ими данъ, или въ послѣдніе часы жизни короля Сигизмунда, или тотчасъ послѣ смерти этого послѣдняго Ягеллона. Затѣмъ распоряженія Литовскихъ пановъ-радъ дѣлаются уже ими одними безъ всякаго участія Польскихъ сенаторовъ и являются совершенно самостоятельными ихъ дѣйствіями. Эти расперяженія касались и назначеній на должности, вакантныя въ данное время, и займовъ въ скарбъ земскій съ залогомъ столовыхъ земель, и исполненія судовыхъ приговоровъ и пожалованій державъ, и сношеній съ другими государствами.

4 декабря 1576 года Стефаномъ Баторіемъ было подтверждено за королевскимъ дворяниномъ Степаномъ Пацкевичемъ мостовничество дороги изъ Минска въ Кіевъ, данное ему панамирадами Литовскими во время только что окончившагося безкоролевья2206. Конечно, паны-рада дѣлали свои назначенія «до волии ласки» государевой, но, разумѣется, новый король никогда не отмѣнялъ, да и не имѣлъ возможности отмѣнить этихъ quasiвременныхъ назначеній сенаторовъ. Держа въ своихъ рукахъ HCполнительную власть въ текущихъ дѣлахъ великаго княжества Литовскаго во время безкоролевій, паны-рады Литовскіе вѣдали и финансовыя дѣла Литвы, изыскивая денежныя средства для скарба земскаго путемъ залога столовыхъ земель, что при жизни короля не могло совершаться иначе, какъ по его разрѣшенію и листу. Новымъ королямъ приходилось потомъ подтверждать такія распоряженія пановъ-радъ своими листами послѣ своего вступленія на престолъ. Такъ, въ эпоху безкоролевья, наступившаго послѣ смерти Сигизмунда Августа, паны-рады великаго княжества Литовскаго «взяли и позычили» въ земскій Литовскій скарбъ «за вѣдомостью и черезъ руки» Литовскаго земскаго подскарбія2207 у пана Лаврина Войны2208 500 копъ грошей Литовскихъ. въ этихъ деньгахъ «завели и заставили» ему паны-рады три села. Ho одно изъ этихъ Cerb—Porauu, принадлежащее къ селамъ Индурской волости оказалось на коронаціонномъ сеймѣ 1574 года отданнымъ Виленскому воеводѣ Николаю Радивиду, такъ какъ вся эта волость «съ певныхъ а слушныхъ причинъ» была ему пожалована королемъ Генрихомъ. Лавринъ Война тогда, «TO ку уближенью права и ку немалой шкодѣ своей розумѣючи, билъ» королю «чоломъ» о новомъ обезпеченіи ему скарбоваго долга2209. Къ тому же королю Генриху обратился Янъ Ходкевичъ2210, заявляя, что «панъ Виленьский, гетъмавъ навышъший великого князства Литовского, староста Городеньский и Могилевский, стрий его милости, маючи певное право и доживотье на старостве Городеньскомъ, еще за живота своего оное староство Героденьское спустилъ сыну своему, пану Алексанъдру, а потомъ панове-рады ихъ милость великого князства Литовского для великих а пильныхъ потребъ и отъправъ земскихъ вѣъ ономъ паньстве» королевскомъ, Литовскомъ великомъ княжествѣ, взяли у того же пана Александра Ходкевича «обычаемъ позычоным» въ земскій Литовскій скарбъ 8 тысячъ копъ грошей. Эти деньги «3 оногожъ староства Городеньского» пану Александру Ходкевичу они «выдерживати описали» такимъ образомъ, что сдавая въ скарбъ доходъ со староства и давая въ немъ отчетъ, онъ ежегодно будетъ по тысячѣ копъ грошей оставлять у себя въ счетъ уплаты ему долга скарбомъ; одинъ же изъ фольварковъ староства (Одельскій) онъ до выбранья тое сумы на выхованье свое мети маеть». Это такимъ образомъ своего рода проценты на ссуду. Когда Ходкевичъ вернетъ себѣ всѣ деньги, ссуженныя скарбу, то онъ будетъ держать эти земди на обычныхъ условіяхъ держанья староствъ и державъ въ Княжествѣ съ «личбою» въ скарбѣ.

Но не одними внутренними дѣлами управляли Литовскіе панырада въ Княжествѣ во время безкоролевій, Сношенія съ сосѣдними государствами не только не прерывались въ эти эпохи, а, наоборотъ, усиливались, такъ какъ къ обычнымъ вопросамъ и предметамъ переговоровъ прибавлялись еще посольства сосѣдей. имѣвшія цѣлью предстоящую королевскую елекцію. Сосѣднія съ Речью Посполитою государства должны были стремиться повліят. на эту елекцію въ томъ, или другомъ направленіи, такъ какъ этого требовали ихъ собственные интересы. Паны-рада Литовскіе получаютъ донесенія отъ нограничныхъ врядниковъ и дѣлаютъ свои распоряженія, отдавая приказанія должностнымъ лицамъ. Такъ, 17 марта 1573 года Литовскіе сенаторы2211 дали свое предписаніе «зацне урожоному пану брату и прыятелю» своему милому», пану Филону Кмитѣ Чернобыльскому, старостѣ Оршавскому, извѣстившему ихъ объ отправленіи Московскимъ царемъ пословъ къ панамъ-радамъ Короннымъ и Литовскимъ. Паны-рада Княжества полагаютъ того быти потребу великую, абы противъ тымъ посломъ стрѣчза была послана на границу». OHH предписали Витебскому воеводѣ, Полоцкому кашталяну и князю Константину Лукомскому старостѣ Ульскому, пану Боркулабу Ивановичу Корсаку старостѣ Дисненскому и пану Оникію Корсаку послать «почтовъ своихъ» первымъ четыремъ по 50, а послѣднему 30 коней «передъ Проводною Недѣлею за часу, покуля тые послы въ границу того панства не въѣдуть». Филона Кмиту паны-рада «жедаютъ», чтобы и онъ со ста конями своего почта Московскихъ пословъ «водлѣ звыклого обычаю съ тымъ людомъ служебнымъ стрѣлъ» на границѣ. Къ этимъ вооруженнымъ людямъ прибавятся еще 150 коней Криштофа Радивила2212. Панамъ радамъ Литовскимъ Оршанскій староста доноситъ обо всѣхъ «HOBHHAX'b>, которыя онъ долженъ былъ узнавать о дѣйствіяхъ Москвы и Крыма. OH сообщаетъ имъ о томъ, что «зъ земли непріятельское слышать», будто Московскіе воеводы, бывшіе въ Астрахани. ушли изъ нея послѣ двухлѣтней обороны противъ Ногайскихъ Татаръ и Черемисовъ вслѣдствіе недостатка провіанту и пуль: будто бы они вступили въ Казань, а Астраханью овладѣли Татары и Черемисы; прибавляетъ къ этому о возвращеніи Московскихъ войскъ, посланныхъ было въ Инфлянты, и о движеніи ихъ къ Казани, а также доноситъ о перемиріи Москвы со Швеціей2213, Сообщаетъ Кмита панамъ-радамъ и объ отъѣздѣ Грозваго царя съ сыновьями изъ Москвы въ Александровскую слободу2214, передаетъ и другіе слухи и достовѣрно ему извѣстныя событія въ сосѣднихъ государствахъ и намѣренія ихъ правительствъ2215. Желая отправиться со своего поста въ Краковъ на коронаціоѣный сеймъ «въ потребахъ» замка своего и въ CBOHX'b «власныхъ до леглостяхъ», Филонъ Кмита проситъ у пановъ-рацы разрѣшенія отлучиться отъ исполненія своихъ служебныхъ обязанностей. Когда разрѣшить emy эту поѣздку раднымъ панамъ «подъ тымъ часемъ ся не видѣло», Кмита остался въ Оршѣ, «того росказанія» сенаторскаго «не ослухиваючи»2216. Bo второе безкоролевье. когда въ февралѣ 1576 года въ Литву прибылъ Московскій гонецъ. Янъ Ходкевичъ писалъ «до пановъ-радъ ихъ милости, которые бы на тотъ часъ, у Вильни были», чтобы этотъ гонецъ былъ прыймованъ» въ Липнишкахъ или въ Сперенойнахъ2217. Такимъ образомъ, паны-рады ведутъ всѣ текущія дѣла великаго княжества Литовскаго, будутъ ли это дѣла внутренія, или внѣшнія. Если обратимся отъ эпохи. наступившей послѣ Люблинской Уніи ко времени до 1569 года, найдемъ много аналогичнаго въ дѣятельности пановъ-радъ Княжества эпохи его совершенно отдѣльнаго самостоятельнаго существованія съ ихъ дѣятельностью въ эпоху безкоролевій спольвой Речи Посполитой. Отъѣзды великаго князя Литовскаго въ Польшу, престолъ которой онъ занималъ одновременно съ престоломъ Княжества, ставили пановъ-радъ Литовскихъ при каждомъ такомъ отъѣздѣ въ m010- женіе своего рода Расправной палаты, каковая была при Московской думѣ, только съ большею авторитетностью и свободою дѣйствій и распоряженій. Въ самомъ дѣлѣ, павы-рада давали приказанія отпусковъ изъ земскаго скарба денегъ, мѣховъ и драгоцѣнностей2218. Они же посылали отъ своего имени листы къ ротмистрамъ, «приповѣдающіе» имъ службу2219, какъ и листы къ старостамъ и державцамъ «украинныхъ» замковъ съ извѣщеніемъ о «покорѣ» съ Москвою2220 и т. п., они дѣлали и различныя иныя распоряженія2221. Что касается сношеній пановъ-радъ Литовскихъ съ другими государствами, то и это было дѣломъ обычнымъ въ эпоху совершенно самостоятельнаго существованія Литовско-Русскаго государства2222. Итакъ, панамъ-радамъ Литовскимъ еще до перваго безкоролевья была знакома дѣятельность по управленію государствомъ въ «небытности» государевой. Всего черезъ три года послѣ Уніи 1569 года наступившее первое безкоролевье было еще такъ близко ко времени отдѣльнаго существованія Княжества, чтобы въ его дни у Литовскаго сената не оказалось навыка и умѣнья самостоятельно управлять государствомъ.

Мы видѣли уже, съ какимъ тактомъ и пониманіемъ нуждъ Литвы дѣйствовали паны-рада Княжества во время безкоролевій изслѣдуемаго времени2223. Но въ какомъ своемъ составѣ держала Литовская рада въ рукахъ правительственную власть въ Княжествѣ въ дни безкоролевій? Въ идеѣ, конечно, Литвою управляла вся ея рада, но въ дѣйствительности текущими дѣла Княжества завѣдывали тѣ его сенаторы, которые находились въ его столицѣ, Вильнѣ, и отдѣльные радные паны, значеніе и вліяніе которыхъ особенно выдавалось. Глейтовный листъ пановъ-радъ Литовскихъ, данный 21 февраля 1575 года, начинается такъ: «мы рады великого князства Литовского, который есмо на тотъ часъ у Вильни были»2224. Изъ перечисленія ихъ узнаемъ, что это была лишь небольшая часть Литовскаго сената, а именно Виленскій бискупъ Валеріанъ, Виленскій воевода и канцлеръ Литовскій Николай Радивилъ, Виленскій кашталянъ, Жомоитскій староста и земскій Литовскій маршалокъ Янъ Ходкевичъ, Минскій кашталянъ Янъ Глѣбовичъ и дворный маршалокъ Княжества Николай Криштофъ Радивилъ. А между тѣмъ этотъ листъ былъ опасною грамотою Московскимъ посламъ, стало быть его выдача была актомъ высокаго государственнаго значенія, Однако и бѣёльшій составъ сенаторовъ, ведущихъ текущія дѣла Княжества, также встрѣчается въ листахъ-предписаніяхъ радныхъ пановъ эпохи безко ролевій*. Отдѣльные сенаторы, выдававшіеся своимъ значеніемъ въ Княжествѣ, имѣли, конечно, рѣшающій голосъ въ общихъ распоряженіяхъ Литовской рады. Такъ, находившіеся въ Вильнѣ паны-рада* писали 11 февраля къ Яну Еронимовичу Ходкевичу, занимавшему въ то время выдающееся положеніе въ великомъ княжествѣ Литовскомъ, прося его не «омѣшкати» своимъ пріѣздомъ къ нимъ въ Вильну «такъ для принятья и слуханья Moсковского гонца, яко тежъ и для отправы посла Цесарского*. Въ томъ же письиѣ къ Ходкевичу паны-рада отвѣчали на выраженное имъ желаніе, чтобы былъ созванъ 20 февраля съѣздъ въ Новгородкѣ, о чемъ онъ писалъ панамъ-радамъ, «докладаючи, жебы и княже его милость Слуцкое могло тамъ быти и 3% ивыхъ повѣтовъ рыцерству снадне ca зъѣхати». Такимъ образомъ Ходкевичъ желалъ собрать обще-Литовскій съѣздъ не въ столицѣ Княжества, а въ Новгородкѣ, что требовало переѣзда туда и бывшихъ въ Вильнѣ сенаторовъ. Къ этому желанію послѣдніе относятся не совсѣмъ сочувственно, (HH пишутъ Виленскому кашталяну, что нужно бы было «фолкговати и его милости князю бискупу Виленскому. радѣ его королевской милости, владицы доховной преднѣйшей, брату нашому, который часъ и лѣта свов стравилъ и старкгалъ на службѣ его королевское милости и речи посполитой». Мало того, шляхта многихъ повѣтовъ заявляетъ, что мѣсто для съѣзда должно быть избрано такъ, чтобы каждому было недалеко пріѣхать; особенно Вилькомирская шляхта, писавъ и присылавъ къ панамъірадамъ пословъ, просила, чтобы «не по далеку краю ихъ мѣстце На зъѣханье зложоно было», и ея листъ сенаторы даже пересылаютъ къ Ходкевичу, Ho несмотря на все это, паны-рады склоняются передъ желаніемъ пача Виленскаго, старосты Жомоитскаго и земскаго маршалка Яна Ходкевича: такъ былъ великъ его авторитетъ и значеніе въ это время. Лишь о днѣ съѣзда паны-рада сдѣлали ему возраженіе, но и TO въ такой формѣ, что заравѣе соглашались съ нимъ, если онъ будетъ настаивать на своемъ желаніи, Они пишутъ Ходкевичу. прося его «въ TO пильно угленути», могутъ ли всѣ паны-рада и вся шляхта собраться въ желаемый имъ день, такъ какъ «естли бы часъ короткій зложонъ былъ, нижъ CH листы во BCH повѣты розошлють, тогды тотъ часъ збѣжить». OTO соображеніе тѣмъ справедливѣе, что настоящее посланіе пановъ-радъ къ Ходкевичу писано всего за девять дней до 20 февраля2227, которое послѣд-. Hiki назначаетъ днемъ сѣъѣзда. Паны-рады просятъ его, «своего брата», чтобы онъ, «намыслившися въ томъ, рачилъ» имъ уже совершенно опредѣленно «ознаймить листъ, на который бы часъ видѣлося» ему «тое зъѣханье зложити». Листы въ повѣты о съѣздѣ паны-рады уже приказали готовить, оставляя въ нихъ пустое мѣсто для вписанія дня съѣзда и, «дождавши» отъ Ходкевича «вѣдомости», распорядятся вписать его, Чтобы не было проволочки въ этомъ важномъ дѣлѣ, сенаторы просятъ Ходкевича «безъ мѣшканья» извѣстить ихъ объ его рѣшеніи и «печать свою ку запечатанью тыхъ листовъ, около зъѣханья въ повѣты писаныхъ, прислати». Воевода Виленскій Николай Радивилъ, бывшій въ то же время и канцлеромъ Литовскимъ, прибавляетъ отъ себя еще, что онъ послѣ отвѣта Ходкевича, оставивъ у себя листы для разосланья въ Виленскій повѣтъ, всѣ остальные листы, «росказавши въ нихъ уписати день. на который бы тотъ зъѣздъ мѣлъ быти, для розосланья» къ Ходкевичу «зъ ихъ милостью паны-радами пошлетъ».

Пересказаннымъ документомъ ясно рисуется значеніе Яна Еронимовича Ходкевича во время безкоролевья, наступившаго послѣ бѣгства изъ Кракова перваго избраннаго короля Польско-Литовской Речи Посподитой. Ходкевичъ рѣшаетъ, когда и гдѣ соберется весь Литовскій народъ-шляхта вмѣстѣ со своими панами-радою, и остальные сенаторы, въ томъ числѣ бискупы и Радивилы, склоняются передъ его рѣшеніемъ. Безъ его печати радные паны не могутъ разослать листовъ по повѣтамъ, и приложеніе печатей остальныхъ сенаторовъ безъ печати Ходкевича недостаточно въ глазахъ обывателей Литовскихъ для того, чтобы распоряженіе рады имѣло полную авторитетность. Въ главѣ, посвященной обще-Литовскому съѣзду, мы увидимъ, какую роѣ при созывахъ его игралъ врядъ земскаго маршалка, завимаемый Яномъ Еронимовичемъ Ходкевичемъ въ эту эпоху, теперь же мы должны лишь указать на то, какимъ вообще выдающимся значеніемъ пользовался этотъ сенаторъ въ Княжествѣ. Мы видѣли уже его крупную роль на Люблинскомъ сеймѣ 1569 года, а также въ сношеніяхъ Литовцевъ съ Поляками во время первыхъ двухъ безкоролевій2228; къ тому, что было приведено выше, нужно добавить то, что мы видѣли сейчасъ, —Ходкевичъ руководилъ Литвоюи въ ея внутреннихъ дѣлахъ, а не только въ сношеніяхъ съ Польшею.

Что касается до королевской елекціи, которая въ силу Люблинскаго договора должна была совершаться Поляками и Литовцами вмѣстѣ, TO, говоря о дѣятельности Литовскихъ сенаторовъ, вызываемой ею, мы должны указать на сношенія радныхъ пановъ Княжества съ кандидатами на престолъ соединеннаго государства и ихъ агентами, на сношенія пановъ-радъ между собою по дѣламъ елекціи и, наконецъ, на ихъ сношенія съ Короною по тому же предмету. Cb введеніемъ вольной елекціи и первымъ ея OCYществленіемъ послѣ смерти послѣдняго Ягеллона, Речь Посполитая, по словамъ Польскаго историка, стала «zajezdnym domem polityki obcej, targowicą władzy królewskiej»2229. Москва, Германія, Франція, Півеція выставили своихъ кандидатовъ на вакантный престолъ, и сразу Польско-Литовское государство представило изъ себя картину борьбы партій и честолюбивыхъ разсчетовъ, когда происки сосѣднихъ и дальнихъ чужестранныхъ государей перемѣшались на ея аренѣ съ корыстными разсчетами вельможъ и чистымъ патріотизмомъ шляхетской массы. смѣшаннымъ со стремленіями къ полной свободѣ совѣсти и развитію вольностей народныхъ. Эпоха первыхъ безкоролевій волнующееся море, HA поверхность котораго передъ глазами изслѣдователя всплываетъ столько поразительно- противоположныхъ цѣлей и стремленій, npoзрачно-чистыхъ рядомъ съ отвратительно трязными, увлеченій идеей и разсудочно-осмотрительныхъ разсчетовъ эгоизма рядомъ съ горячею преданностью государству и отечеству, Выборъ короля ставилъ вопросъ объ его личности, матеріальныхъ средствахъ, союзахъ, которые онъ принесетъ съ собою для Речи Поснполитой, правахъ народа и обязанностяхъ короля, въ соблюденіи которыхъ заставятъ присягнуть вновь избираемаго короля, давая ему корону, но принимая отъ него скрѣпленныя его присягою pacta conventa. Если Речь Посполитая ожидала предложеній отъ искателей блестящаго престола ея, передаваемыхъ черезъ ихъ пословъ, то отдѣльные сенаторы обыкновенно входили въ сношенія съ искателями короны и дѣлали это или сами своимъ починомъ, иногда даже внушая самую мысль о кандидатурѣ лицу, о ней и не думавшему, или же подаваясь на происки и щедро раздаваемыя обѣщанія агентами и посланцами кандидатовъ на Польско-Литовскій престолъ. Условія, на которыхъ обѣщали свою поддержку тѣ или другіе сенаторы. были, конечно, различны въ зависимости отъ нравственнаго уровня отдѣльныхъ лицъ: одни условія могли предложить такіе дѣятели, какъ Зборовскіе, и, разумѣется, совершенно другія требованія къ кандидату въ короли предъявляли такіе люди, какъ Янъ Замойскій, или Янъ Ходкевичъ. Какъ бы то ни было, чѣмъ вліятельнѣе было то или другое лицо изъ радныхъ пановъ государства, тѣмъ упорнѣе и сильнѣе стремились завербовать его въ число своихъ сторонниковъ искатели BAKAHTнаго престола. Царь Московсккй Иванъ Васильевичъ, потерпѣвшій неудачу во время избирательной борьбы перваго безкоролевья, такъ писалъ Яну Ходкевичу послѣ того, какъ Стенжицкій съѣздъ призналъ Польско-Литовскій престолъ вакантнымъ послі. бѣгства во Францію Генриха Валезія: «и только намъ послужишь, и тѣ три государства (Москва, Польша и Литва) случатца въ одно мѣсто, и намъ велитъ Богъ на тѣхъ государствахъ быти, — и мы тебя своимъ жалованьемъ во всякихъ почестливостехъ и въ прибыткѣхъ учнемъ нагорожать свыше иныхъ пановъ, также вотчинами и скарбомъ пожалуемъ тебя и здоволимъ»2230. Если съ Востока получалъ панъ Виленскій такія обѣщанія за свою поддержку на елекціи, то и съ Запада также не скупились на нихъ по отношенію къ нему. Петръ Зборовскій употреблялъ всѣ усилія, чтобы перетянуть его на сторону кандидатуры Чешскаго вельможи, Вильгельма изъ Розенберга, обѣщая ему 100 тысячъ золотыхъ за содѣйствіе дѣлу его избранія2231; однако, замѣтимъ, что самъ Вильгельмъ не считалъ возможнымъ подкупить Яна Еронимовича Ходкевича2232. Послѣдній, дѣйствительно, оставался вѣрнымъ своей склонности къ императорскому Габсбургскому дому и поддерживалъ его въ эпоху второго безкоролевья, какъ это дѣлалъ и во времена перваго2233. По отношенію къ другимъ раднымъ панамъ также дѣлались съ различною степенью успѣха попытки завербовать ихъ въ число сторонниковъ того или другого кандидата.

Совершенно естественно, что во времена безкоролевій панырады раздѣлялись на партіи: одни стояли за одного кандидата, другіе за другого. Если раздѣленіе сенаторовъ на партіи было дѣломъ обычнымъ даже въ то время, когда престолъ Речи Посполитой былъ занятъ сидящимъ на немъ королемъ, TO еще болѣе было основавій для образованія сенаторскихъ партій въ эпохи безкоролевій, когда престолъ «ваковалъ». BE эпоху второго безкоролевья главными руководителями Литовскаго народа были Янъ Еровимовичъ Ходкевичъ, Виленскій кашталянъ, Жомоитскій староста и земскій маршалокъ Княжества, и Николай Радивилъ (Рудый), Виленскій воевода и канцлеръ Литовскій2234. Оба они стояли во главѣ двухъ партій, на которыя раздѣлялась Литва, идя за авторитетомъ этихъ, самыхъ віятельныхъ своихъ сенаторовъ. Однако, мы видѣли то единодушіе, съ которымъ выступали Литовцы на общихъ съ Поляками съѣздахъ эпохи, изъ чего несомнѣнныхъ является, что всѣ разногласія въ Литвѣ примирялись и погашались на обще-Литовскихъ съѣздахъ и путемъ сношеній Литовскихъ дѣятелей между собою. Когда Корона самовольно провозгласила королемъ Стефана Баторія2235, нарушая тѣмъ совершенное Литовцами и частью Поляковъ избраніе императора Максимидіана, по началу Ходкевичъ и Радивилъ пошли разными путями, и первый сталъ склоняться на сторону Баторія, въ то время какъ послѣдній обнародывалъ универсалы, провозглашая императора2236; однако, затѣмъ, вся Литва вновь объединилась въ постановленіи Мстибоговскаго съѣзда отправившаго къ королю Стефану пословъ съ Литовскими условіями его признанія2237. Ho, боязнь за усиленіе главы одной партіи въ ущербъ значенія главы другой замѣтна въ корреспонденціи членовъ отдѣльныхъ партій. Сто- ‘ронникъ Яна Ходкевича, Минскій кашталянъ Янъ Глѣбовичъ писалъ ему 30 января 1576 года: «ale mciwy Panie, pisząc otworzyście jeśli kiedy, to teraz domowi W. Mci panów Zborowskich trzeba się czuć, bo jeśli tu Radziwiłłowie, a tam Mieleccy z Firlejami górę wezmą, siędzie bieda, a tak 7іе że, nigdy' gorzej...»*. Такъ рѣзко расходились обѣ Литовскія партіи въ своихъ интересахъ. Сторонниками Яна Ходкевича были Минскій кашталянъ Янъ Глѣбовичъ, Литовскій крайчій Янъ Кишка*, дворный подскарбій Княжества Лавринъ Война* и, конечно, многіе другіе сенаторы и врядники. Само собою разумѣется. что вопросы эпохи безкоролевій, какъ въ дѣлѣ королевской елекціи, такъ и въ другихъ нуждахъ и дѣлахъ государственныхъ, вызывали сношенія Литовскихъ радныхъѣъ пановъ съ сенаторами Коронными*.

Родство и единство взглядовъ въ вопросѣ о кандидатѣ на престолъ соединяли въ одну партію многихъ Коронныхъ и Литовскихъ сенаторовъ, а для Литовскихъ пановъ-радъ и сенаторовъ тѣхъ воеводствъ, которыя были оторваны отъ Княжества Польшею въ 1569 году, эта связь была еще легче и сильнѣе въ виду недавней принадлежности ихъ къ одному и тому же совершенно отдѣльному и самостоятельному великому княжеству Литовскому. Личныя связи здѣсь согрѣвались воспоминаніями прежняго политическаго единства, и, напримѣръ, Волынскій каштазянъ Михаилъ Мышка такъ высоко ставилъ Яна Еронимовича Ходкевича, что писалъ ему о своемъ уваженіи въ слѣдующихъ выраженіяхъ: «a 12 ja, Mciwy Panie Wileński, jako też і inszych zacnych ludzi wiele, to o W. Mci zawżdy rozumiem 1 dzierżę, że W. Mść cokolwiek podawać raczysz Rzeczypospolitej, dobrem to sercem czynisz, zabiegając wszemu złemu, raczysz przywodzić też do tego i mnie, który aczem chudy. ale nie widzę nic tak nazbyt dobrego, czemubym się więcej radować nad dobro pospolite miał, i dalibóg wiernie a życzliwe przeciw R. PD. we wszem postępuję»*. Рядомъ со сношеніями между отдѣльными панами-радами шли оффиціальныя сношенія между Литовскимъ и Короннымъ сенатами, Не только отдѣльные сенаторы сговаривались и сносились другъ съ другомъ для того, чтобы заранѣе подготовить почву для согласнаго голосованія во время елекціи.

"A. H R. G. P. ill. XI. M VI. дѣлая это по такимъ различнымъ соображеніямъ и цѣлямъ, необ-® ходимы были и оффиціальныя сношенія и пересылки обѣихъ частей сената спольной Речи Посполитой, такъ какъ нужно было обѣимъ частямъ соединеннаго государства дѣлиться своими взглядами на положеніе государственныхъ дѣлъ, политическія задачи и нужды даннаго времени, Примѣры такихъ пересылокъ мы видѣли выше, когда разсматривали отношенія Княжества и Короны въ эпоху перваго и второго безкоролевій*. | Мы познакомились бѣгло съ дѣятельностью радныхъ пановъ во время безкоролевій, выражавшейся въ снощеніяхъ съ кандидатами на престолъ и въ сношеніяхъ съ другими сенаторами, если бы мы рѣшились войти въ болѣе детальное изложеніе дѣйствій отдѣльныхъ пановъ-радъ Литовскихъ во время безкоролевій, то мы слишкомъ бы расширили наше изслѣдованіге, Выяснить взаимныя отношенія лицъ, стоявшихъ во главѣ Княжества въ эти эпохи, задача заманчивая и чрезвычайно интересная, но по своему объему она способна составить предметъ обширной cueціальной научной работы. |

Намъ нужно еще указать на воздѣйствіе радныхъ пановъ на народъ-шляхту Литвы въ эпохи безкоролевій. Паны-рада и шляхта стоятъ въ Княжествѣ рядомъ въ своемъ политическомъ значеніи. Поэтому излагая роль первыхъ во время безкоролевій Речи Посполитой и въ дни пріискиванія ею себѣ государя, необходимо ука. зать на факты, говорящіе о сношеніяхъ ихъ съ народомъшляхтою, Эти сношенія велись въ двухъ цѣляхъ и направіеніяхъ. Прежде всего, обыватели искали отъ своего повѣтоваго или воеводскаго пана-рады помощи въ повѣтовыхъ дѣлахъ и охраны ихъ его авторитетомъ и значеніемъ отъ обидъ и насилій. такъ легко приключающихся въ дни безкородевій, Ho и по дѣлу предстоящаго королевскаго избранія повѣтовые обыватели должны были также сноситься со своимъ раднымъ паномъ: онъ знаетъ вѣрно и обстоятельно то, что доходитъ до шляхты путемъ сдуховъ и отрывочныхъ пересказовъ, онъ «веле» можетъ и своймъ вліяніемъ въ силахъ дать направленіе дѣлу и въ сенатѣ, и среди шляхты, въ «шопѣ» радныхъ пановъ и «Sub Iove>, подъ открытымъ небомъ избирательнаго поля народа-шляхты. Потребности и нужды личныя, повѣтовыя и государственныя заставляли обывателей еще тѣснѣе становиться подъ эгиду своего воеводы и искать у него указанія, помощи и защиты. Вотъ, напримѣръ, посланіе

іУ) Cu. первую главу.

Жомоитскаго сеймика своему старостѣ-воеводѣ, Яну Ходкевичу, писанное 14 октября 1574 года2242. Собравшись на сеймикъ въ Крожы, мѣсто назначенное Ходкевичемъ, рады, тивуны, врядники и всѣ обыватели Жомоитской земли «обмышливали въ тыхъ рѣчахъ», отъ Ходкевича «словне всказаныхъ» черезъ пана Николая Станкевича Бѣлевича, Жомоитскаго подкоморія, Ойрагольскаго TH- ByHa. Сеймикъ благодаритъ Яна Ходкевича за его «старанье и 0бмышлянье» и, выбравъ своихъ пословъ, отправляетъ ихъ на коронацдгю короля Генриха, «злетивши имъ обо всемъ зъ милостивою волею и порадою» его, Ходкевича, «становити». Вслѣдъ за этимъ своимъ постановленіемъ сеймикъ излагаетъ въ посланіи къ своему старостѣ-воеводѣ ъ «великія кривды и незносные утиски» обывателямъ Жомоитскимъ «отъ людей свовольныхъ», приключившіеся по устанью справъ кгродскихъ въ земли Жомоитской»; овъ жалуется на поступки Николая Криштофа Радивила, Виленскаго воеводича, дворнаго Диховскаго маршалка, жалуется и на то, что «жидове» на мытныхъ пограничныхъ коморахъ «мыто надъ вольность и ухвалу соймовую беруть» съ товаровъ, которые шляхтичи «на потребу свою властную зъ границъ Прускихъ припровожають». Далѣе Жомоитскіе обыватели настаиваютъ передъ Ходкевичемъ на своихъ вольностяхъ и привилеяхъ, гаравтирующихъ имъ то, что лишь «обаватели и родичи земли Жомоитской» должны быть тивунами и врядниками въ ихъ землѣ. Кромѣ того, что изложено было Жомоитскимъ сеймикомъ письменно, онъ «въ иншихъ пильныхъ потребахъ всее речи» своей «посполитое» поручилъ еще своимъ посламъ «словне мовити и донести» Ходкевичу, Такимъ образомъ связь, между воеводою и обывателями его воеводства, и особенно его повѣта, была очень велика: мы видѣли, что ѣомоитскіе обыватели дали своимъ посламъ полномочіе поступать «зъ милостивою волею и порадою» своего старосты-воеводы. Понятно, поэтому, что дѣйствительно возможно было говорить о массахъ шляхты, зависящихъ отъ отдѣльныхъ пановъ-радъ2243 и идущихъ во время безкоролевья и елекціи за ними. |

На этомъ мы окончимъ изложеніе дѣятельности и положенія павовъ-радъ Литовскихъ въ годы, протекшіе отъ заключенія Люблинской Уніи до смерти короля Стефана. Mer еще встрѣтимся съ Литовскими сенаторами во второмъ томѣ настоящаго изслѣдованія, когда будемъ изучать ихъ дѣятельность на сеймикѣ, обще-Литовскомъ съѣздѣ и вальномъ Польско-Литовскомъ сеймѣ. Тогда и многія функціи сенаторовъ-врядниковъ и значеніе самой рады явятся намъ въ другихъ фактахъ, обнаружатся тѣ стороны, которыя остались въ тѣни, или совершенно еще не были затронуты въ настоящей главѣ, и многія черты, характеризующія пановъ-раду Княжества, затронутыя въ настоящемъ и310- женіи, уяснятся больше, когда передъ нашими глазами развернется дѣятельность Литовской рады въ политическихъ собраніяхъ народа-шляхты (сеймикъ и съѣздъ) и въ ея парламентѣ (сеймъ). Теперь же, чтобы закончить наше изложеніе, приведемъ текстъ присяги, которую приносили паны-рада во время безкоролевій, Текстъ этой присяги является дополненіемъ къ тому содержанію клятвеннаго обѣщанія, приносимаго сенаторами въ обычное время государственной жизни Речи Посполитой, которое мы видѣли выше. «Я (имя) клявусь въ томъ, что буду съ вѣрностью печься о благѣ и невредимости Речи Посполитой Польской и великаго княжества Литовскаго; не открою никому касающихся Речи Посполитой тайнъ въ ущербъ ея интересамъ и по мѣрѣ моихъ силъ и возможности буду увеличивать благо Речи Посполитой, что бы ни услышалъ, узналъ, или замѣтилъ Речи Посполитой вреднаго и вредоноснаго, буду ее охранять, противодѣйствовать его существованію и его отвращать. Такъ да поможетъ мнѣ Богъ и сей святой Крестъ»2244. Такъ гласитъ въ переводѣ на Русскій языкъ эта присяга, сохранившаяся въ Литовской Метрикѣ.

Примечания

2054 7. Szujski. Dzieie Polski. T. II. Str. 207. T. III. Str. 9.

2055 Воеводства и кашталянства Виленскія, Троцкія, Жомоийтскія, Смоленскія, Полоцкія, Новгородскія, Витебскія, Берестейскія, Мстиславскія и Мвнекія.

2056 Гетманъ наивысшій, канцлеръ, подканцлеръ, маршалокъ земскій, маршалокъ дворный и земскій подскарбій.

2057 Воеводство Троцкое держалъ KH. Стефанъ Андреевичъ Збаражскій (1566— 1586), воеводство Витебское Станиславъ Николаевичъ Пацъ (1566—1588).

2058 Воеводства: Виленское Николай Юрьевичъ Радивилъ (1566—1584), сго сынъ Криштофъ Радивилъ (1584—1603); Жомоитское (староство)- Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ (1563—1579), Янъ Станиславовичъ Кишка (1579-1589); Полоцкое Станиславъ Станиславовичъ Довойна (1542—1563 1573), Николай Николаевичъ Дорогостайскій (1576—1597), Новгородское Павелъ Ивановичъ Сапега (1558—1579), Николай Николаевичъ Радивилъ (1579—1589); Берестейское Юрій Васильевичъ Тишкевичъ (1566—1576), Гавріилъ Ивановичъ Горностай (1575—1588); Мстиславское Юрій Юрьевичъ Остикъ (1566—1578), Павелъ Николаевичъ Пацъ (1578 1593); Минское Гавріилъ Ивановичъ Горностай (1566—1576), Николай Павловичъ Сапега (1576—1588). Кашталянства: Жомоитское — Мальхеръ Станиславовичъ Піеметъ (1566 — 1570), Николай Станиславовичъ Талвошъ (1570—1588); Полоцкое Юрій Николасвичъ Зеновевичъ (1566—1579), Янъ Волминскій (1579—1688); Новгородское Григорій Гринковичъ Воловичъ (1566—1585), кн. Александръ Ивановичъ Ilosyбенскій (1536—1607); ВитебскоеПавелъ Николаевичъ Пацъ (1566—1578), Мальхеръ Жигмунтовичъ Сновскій (1578 1587); Мстиславское кн, Иванъ Васильевичъ Соломерецкій, панъ Гричунъ Bolina, Канцлерство Николай Юрьевичъ Радивилъ (1579), Евстафій Богдановичъ Воловичъ (1579—1587). Маршалковство земскоеЯнъ Еронимовичъ Ходкевичъ (1566—1579), Николай Криштофъ Радивилъ (1579—1586). Маршалковство дворное Николай Kpuпггофъ Радивилъ (1569—1579) Войтехъ Радивилъ (1579—1586). Гетманство наивысшес Григорій Александровичъ Ходкевичъ (1566—1572), Николай Юрьевичъ Радивилъ (1576—1586).

2059 Кашталянства: Виленское — Григорій Александровичъ Ходкевичъ (1564—1572), Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ (1574—1579), Евстафій Богдановичъ Воловичъ (1579—1587), Троцкое — Евстафій Богдановичъ Воловичъ

2060 (с. 672, место знака в тексте не установлено) Воеводство Смоленское Василій Тишкевичъ (1569—1571), Григорій Богдановичъ Воловичъ (1572—1577), Юрій Юрьевичъ Остикъ (1579), Филовъ Семеновичъ Кмита (1579—1587).

2061 (с. 672, место знака в тексте не установлено) Кашталянство Смоленское Григорій Госифовичъ Тризна (1569—1571) Доминикъ Николаевичъ Пацъ (1571—1579), Юрій Николаевичъ Зеновевичъ (1579—1583), Николай Николаевичъ Пацъ (1583—1585), Богданъ Павловичъ Сапега (1585—1586).

2062 (с. 672, место знака в тексте не установлено) Николай Юрьевичъ, Криштофъ, Николай Криштофъ, Николай Никодаевичъ и Войтехъ. .

2063 (с. 672, место знака в тексте не установлено) Павелъ Николаевичъ, Станиславъ Николаевичъ, Доминикъ Николаевичъ, Николай Николаевичъ.

2064 (с. 672, место знака в тексте не установлено) Павелъ Ивановичъ, Николай Павловичъ, Богданъ Павловичъ, Левъ Ивановичъ. .

2065 (с. 672, место знака в тексте не установлено) Евстафій Богдановичъ, Григорій Богдановичъ, Григорій Гринковичъ.

2066 (с. 673, место знака в тексте не установлено) Григорій Александровичъ и Янъ Еронимовичъ.

2067 (с. 673, место знака в тексте не установлено) Юрій Николаевичъ, Криштофъ Юрьевичъ.

2068 (с. 673, место знака в тексте не установлено) Гричунъ и Лавринъ.

2069 (с. 673, место знака в тексте не установлено) Юрій Васильевичъ и Василій.

2070 (с. 673, место знака в тексте не установлено) Cu. Archiwum Domus Sapiehanae. Т. I. M 4. 43

2071 Cu. первую главу, Характеристику Яна Еронимовича Ходксвича см. у А. и. Трачевскаго. Польское безкоролсвье по прекращенію династіи Ягеллоновъ. и. 1869. Crp. 111 n cx. Дословная выписка этой характеристики у II. А. Чистовича. Очеркъ исторіи Западно-Русской церкви, Ч. I. СПБ. 1882. Crp. 70—71.

2072 о Могилевскомъ староствѣ.

2073 Лит. Метр. 57 а. 110 —на Могилевъ; ibidem, x. 108, 108 об,на Городно.

2074 Biblioteka Ordyn acyi Krasińskich. Muzeum Konst. Swidzińskiego. Tom piąty i szósty. Warszawa. 1881. № 53. Cu. выше, стр. 440.

2075 J. Wolff. Sen. i dign. Str. 52.

2076 Свѣдѣнія о немъ въ привилеѣ, данномъ пану Филону Кмитѣ На Чер-
IA нобыльское имѣніе, Лит. Метр. "gg 1 4 обѣ. Cx. выше, стр. 431.

2077 (с. 676, место знака в тексте не установлено) Hnp., Лит. Merp. ѣс l oó.

2078 (с. 676, место знака в тексте не установлено) Державца Чернобыльскій находится въ спискѣ старостъ и державцевъ украинныхъ замковъ, которымъ, напримѣръ, были посланы 27 марта 1563 года листы отъ пановъ-радъ Литовскихъ, «ознаймуючи имъ, ижъ з бояры Moсковскими мир взят их милость рачили до Вспенъя Пречисто Богородицы».
II A й -lur. Merp. "mą 4.1 oś.

2079 (с. 677, место знака в тексте не установлено) Bua. Арх. Сб. I. № 39. (1562 г.).

2080 (с. 677, место знака в тексте не установлено) Вил. Арх. Сб. IV. и 5 (1662 r.).

2081 (с. 677, место знака в тексте не установлено) Cu. o немъ, нпр., Bua. Apx. C6. I, №№ 51, 52, 53, bb, Вил. Apx. Có. IV, XM 31, 60, 61, 62, 64, 65, 67, 72, 75.

2082 (с. 677, место знака в тексте не установлено) 1 iwona 1567 года онъ уже былъ Оршанскимъ старостою (Вил. Apr. С6. IV. № 65), а 2 апрѣля 1566 года еще не имѣлъ этого уряда (ibidem, 654).

2083 (с. 677, место знака в тексте не установлено) Źródła do dziejów Polskich, wydawane przez Mikołaja Malinowskiego i Alexandra Przezdzieckiego. Tom drugi. Wydanie Adama Zawadzkiego. Wilno, 1844. Str. 243 et sq. о значеніи Оршанскаго старосты, какъ врядника, черезъ котораго шли сношенія съ Москвою, говоритъ также «отписъ nepumi до пана Михаила Гарабурды, писара etc., в поселстве до Москвы посланого, которий се вернулъ от границ до Орши». Въ немъ читаемъ: «Жикгимонт Авъгустъ etc.—Hacapy нашому, державцы Свислоцкому, пану Михаилу Гарабуръдс. Даны намъ суть листы одинъ OT тебе, а другий or старосты Оръшаньского пана Филона Кмиты Чорнобыльского, до насъ господара писаные, с которихъ достаточне есмо вырозумели, зъ яких причинъ муселъ еси назад верънутися отъ границ и зостати у Орши, што ся стало з писаня воеводы Смоленъского до пана Филона, бы ся въ Орши позадержалъ, вымову незвыклую выписуючи неготовостью корму и подводъ за неданьемъ ему первей прнеханя твоего тамъ до Орши от пана Филона знати, што до господара его ты, посланникъ нашъ едешъ, а к тому яко бы для поветрия. которое у Смоленску

2084 Описаніе Рукоп. Orą. Виленской Публ. Библ, Bun. III. Вильна 1896 M 38 (стр. 87). Ср. также ibidem, стр. 17, 189.

2085 J. Wolff. Sen. i dign. Str. 72—73.

2086 Ibidem. Str. 78—80.

2087 Ibidem. Str. 57— 59.

2088 Ibidem. Str. 63—65.

2089 Ibidem. Str. 91—93.

2090 Bna. Apx. Co. VIL. №№ 21—28.

2091 (с. 681, место знака в тексте не установлено) Упоминаній очень много. Hnp., Jlur. Метр. 77 89.

2092 (с. 681, место знака в тексте не установлено) Seriptores rerum Polonicarum. Tomus VIII. Continct Epistolas ex archivo domus Radziwillianae depromptas. Cracoviae. 1835. Archiwum Domus Sapichanse. Tomus I. Continet codicem epistolarum 1575—1606. Bua. Apx. Сборникъ. T. VII. Письма Литовскихъ сенаторовъ, кромѣ того, разбросаны и по другимъ томамъ различныхъ изданій (другіе томы Bna. Apx. Сб., A. H. R. G. P. ill XI n T. д.).

2093 (с. 681, место знака в тексте не установлено) Hnp., Arch. D. Sap. Т. I. NM 14, 15 и др.

2094 Стр. 42, 43.

2095 A. Boniecki. Poczet Rodów. Str. 276.

2096 Cu. выше, стр. 94.

2097 A. Boniecki. Poczet Rodów, Str. 128.

2098 Ibidem. Str. 49.

2099 Cx. выше, стр. 235—237.

2100 Scriptores rerum Polonicarum T. I. Р. 151—156.

2101 .Iur. Merp. —g a 2 ип сл.у также
ТА .Inr. Merp. сѣ 303 m сл.

2102 «wiernosci przełozeństwa wierzen będę na tym urzędzie».

2103 (с. 684, место знака в тексте не установлено) Iur. Метр. "gr Текстъ этой присяги по Лит. Метр. 5*
III A 303 совершенно тождествененъ съ текстомъ доя. 2. Только два раза
вмѣсто naywysszey (naywyszszey) стоитъ naywiętszey (naywietszey). . IIA

2104 (с. 684, место знака в тексте не установлено) :Inr. Merp. -5— 1. 2.

2105 (с. 684, место знака в тексте не установлено) Juramentum scnatorum tempore interregni. Ihidem. Л. 4 oś.

2106 (с. 684, место знака в тексте не установлено) Juramentum, quod praestitit screnissinus Rex Sigismundus Augustus Dominis Lithuanis die XXT' Aprilis MDXXXFI. Ibidem. Л. 5 oó., 6.

2107 (с. 684, место знака в тексте не установлено) Кромѣ текста присяги великаго маршалка, имя Сигизмунда Августа даютъ przysięga canclerzowa u podcanclerzowa (x.

2108 (с. 684, место знака в тексте не установлено) , przysięga podskarbiego ziemskiego (1. 3—-3 0o6.), juramentum consiliariorum Regni serenissimo Principi Domino Sigismundo Augusto Poloniae Regi Magno Dnuci Lithuaniae etc. vivente patre praestitum (a. b—5 oćó.), juramentum, quod ргаевііііі serenissimus Rex

2109 (с. 685, место знака в тексте не установлено) , juramentum cancellarii et vicecancellarii Regni (x. 8 об. —9), jaramentum marschalci Regni ax. 9—9 об.).
IIA

2110 (с. 685, место знака в тексте не установлено) Лат. Метр. 5 5.

2111 Это особенно бросается въ глаза, когда встрѣчаются рядомъ 0ń0- значеніе короля п пана-рады. Такъ, въ листѣ, данномъ королемъ Генрихомъ Яну Ходкевичу на Ковно, читаемъ: якожъ записы короля его милости отъ
тыхъ особъ, которые то В заставе отъ короля его милости мели, его ммлостъ (Янъ Ходкевичъ) освободилъ и до рукъ свопхъ взялъ...» Лит. Метр. z л. 46 oś.

2112 Такъ, панъ Иванъ Ивановичъ Хребтовичъ установляетъ, что священникъ церкви его имѣнія Липскаго «водлугъ звыклости хрестиянское за Господаря Короля его милости, за пановъ-радъ, за ктиторовъ тое церквп. А пановъ своихъ и за всихъ православныхъ хрестіянъ уставичные мольбы до Господа Bora приносити и духовному враду и послушенству своему доснтъ чинити будетъ повиненъ до своего живота...» А. Bua. I. Crp. 6. Ср. ibidem, стр. 5.

2113 Hnp., Bua. Apx. Сб. I. № 57: «мы, войтъ, бурмистры и радцы мѣста Виленского, чинимъ явно тымъ нашимъ листомъ вснимъ вобецъ II кождому зособна, кому бы то надежало вѣдать, нинѣшнимъ и напотомъ будучимъ, ижъ, будучи намъ въ звыкломъ собранью нашомъ на ратушу въ paw мѣстской...ъ

2114 (с. 688, место знака в тексте не установлено) онъ долженъ показать то, на чемъ основывалось громадное значеніе въ государствѣ, бывшее достояніемъ пановъ радныхъ. Сенаторы спольной Речи Посполитой, обѣихъ частей ея, T.-e. обоихъ народовъ--Польскаго и Литовскаго, составляли съ 156% года одинъ общій сенатъ. Его общее собраніе собиралось во вре-

2115 (с. 688, место знака в тексте не установлено) Hup., «взяломъ зъ стороны сенаторское въ томъ зборе пана Kpucryсовомъ будучихъ черезъ руки ясне вельможныхъ и зацне врожоныхъ HH шляхетныхъ и опатрныхъ пановъ,пана ОстафяВоловича, кашталяна Троцкого...» u T. I. A. Bua. XX. M 28 (стр. 31).

2116 (с. 688, место знака в тексте не установлено) См., unp., Гейденшлнейнъ. Зап. о и. войнѣ. Crp. 108,

2117 B. Lengnich. Prawo pospolite Królestwa Polskiego. Kraków. 1836. Str. 379--381. Cp. X. W. Skrzetuski. Prawo polityczne narodu Polskiego. T. T. W Warszawie. 1782. Str. 136—138.

2118 Cu. выше, стр. 147.

2119 Дневн. п. m. Cr. В. Стр. 118.

2120 Ibidem, стр. 99 (<okrom senatorów nikogo tam nie przipusczono»).

2121 Hnp., ibidem, crp. 45, 52, 103, 104, 117.

2122 Гейденштейнъ, 3an. о и. войнѣ. Crp. 112.

2123 Дн. n. nn. Cr. Б. Стр. 74.

2124 Ibidem. Л. 22.

2125 По крайней мѣрѣ не зналъ составитель Дневника посл. mox. Cr. Батоpia, бывшій Короннымъ секретаремъ.

2126 Hnp., Дн. п. п. Cr. Б., стр. 2, 3.

2127 Ibidem. Стр. 09. 1%) Ihidem. Crp. 41. .

2128 Ibidem. Стр. 22.

2129 Ibidem. Crp. 118.

2130 Гейденштейнъ. Зап. о и. e. Стр. 31.

2131 Состояла изъ одиннадцати воеводствъ (Краковское, Сендомірское, Kiosское. Русское, Волынское, Подольское, Люблинское, Бельзское, Подляшское, Брацлавское, Черниговское).

2132 Гейденштейнъ. Зап. о и. в. Стр. 280.

2133 Дн. п. п. Cr. Bar. Стр. 122—127.

2134 Николай Криштофъ Радивилъ.

2135 См., напр., «vota przednieyszych radh Coronnych па propositią scimową w roku 1585». (Библіотека Главнаго Пітаба. Akta od 1585 do 1606 roku. Рукописная книга in folio). Первый говорилъ архіепископъ Гнѣзненскій, потомъ архіепископъ Львовскій, далѣе воевода Сендомірскій, воевода Подольскій, маршалокъ Коронный и канцдеръ.

2136 Cu. вышіе, стр. 159.

2137 Гейденштейнъ. Зап. о и. m, Стр. 305.

2138 Гейденштейнъ, Зап. о и. s. Стр. 284. Дн. п. п. Cr. В. Стр. 34.

2139 Дн. m. п. Or. Б. Стр. 86, 100. Приложенія №№ 59 а 60. Op. А. и. R. G. P. ill. XI. № XLIII n др. документы.

2140 (с. 697, место знака в тексте не установлено) Лит. Merp. туу7д, 47 об. 48 oó.

2141 (с. 697, место знака в тексте не установлено) См., нпр. Bandtkie—Stężyński. Hist. pr. P. Str. 596.

2142 (с. 698, место знака в тексте не установлено) Отписъ до панов-рад Литовских на лпст их мл., который пшнсали, хотечи всдати, естли бы соймъ далей HC был помкненъ для поветрея. 0 печатоване листов соймовых сыкгнетовою печатю II о зъехане поветов на
LA одно местъцо». .Ilur. Merp. 7 л. 5 06. —7. Cu. выше, стр. 88 и 89, прим. 2 n 3.
2?) Дн. nn. п. Ur. Б. Стр. 42.

2143 Ср. J. Szujski. Dz. P. IIL Str 38. -

2144 u. п п. Cr. Б. Стр. 109.

2145 Tbidem. Стр. 118. Протестація по указанію источниковъ дѣлается для того, чтобы не имѣть какого-либо ущерба въ своихъ правахъ и владѣніяхъ. Такъ, земянинъ Оршанскаго повѣта, панъ Мартіянъ Соморокъ, у котораго пропади во время войны документы. «aby w dobrach swoich leżących uszczerbku iakiego nie ponosił, żałował yprotestował takowym sposobem». Hcr.-IOp. Mar. XVII. Стр. 232. о значеніи протестапіи говоритъ также Гейденштейнъ: «co какъ ничье право не уменьшается, такъ и не усиливается. Зап. о и. войнѣ.
Стр. 16.

2146 Gwagnini. P. 42.

2147 Такъ, напримѣръ, врядъ Берестейскаго войскаго былъ пожалованъ Сигизмундомъ Августомъ 31 іюля 1570 года Григорію Вагановскому по ходатайству Остафія Воловича. См. выше, стр. 340. Особенно часто Hb актахъ изслѣдусмой эпохи, встрѣчается ходатайство Яна Еронимовича Ходкевича.

2148 Cu. выше, стр. 407 un прим. 4.

2149 Нпр., «листъ пана Зборовъского На Дубъно», данный Генрихомъ Baлезіемъ въ Краковѣ 10 апрѣля 1574 года, гласитъ отъ имени короля: «ознаймуемъ симъ листом нашимъ, ижъ мы, маючи ласкавое баченс на заслуги старосты Одоляновского и Кеского, пана Яна Зборовского, которими онъ первей королю его малости и великому князю Жикгимонъту Августу такъ на дворе его королевское милости служачн, якъ ку оброне и потребе речы посполитое паньствъ нашихъ немалые почъты и роты людсй служебныхъ водячи, добре, верне и накладне, наследуючи знаменитыхъ заслугъ продковъ своихъ зъ себе оказывалъ, А особливс и THX недавныхъ часовъ, кгды онъ до короля его милости Француского, брата нашого, вживаючи насъ на The паньства, на коруну Полскую и на великое князство Литовское, отъ Речи Посполнтое обраны будучи, ездилъ тогды и в томъ посельстве якъ пильне, BepHe а статечъне потребы Речи Посполитое 30 всякою учъстивостью Корунною отъпрововалъ, такъ и немалый наклад и утрату на маетъности своей приняти мусел, што BCC мы пану Яну Зборовскому, ласкою нашою хотечи вызнати и нагороду такъ зацныхъ заслугъ и утратъ его вделати, за причинною пановъ-рад нашихъ духовныхъ JI свецкихъ и за прозбою пословъ земскихъ, дали есмо ему в державу доживотную двор нашъ Дубно, в повете Горо-
IA деньскомъ лежачий....» Документъ HaxoquTcn—Jlur. Метр. ул. 43—44.
Другой примѣръ «Яцку Быстрейскому на тридцать и три волоки у волости Лидской в селе Кулбаках до очищеня именей его Піолоцкихъ», Лит. Метр.
IA gg л. 49. Jara: Кнышинъ, 10 ноября 1569 года.

2150 (с. 701, место знака в тексте не установлено) Напримѣръ, король Стефанъ пожаловалъ ротмистру своему Василію Немирѣ 10 czyxcób въ селѣ Красномъ въ Мстиславскомъ воеводствѣ «3а причиною их милости пановъ-рад и гетманов» государевыхъ «за учтивые,
I верные А не пооднокроть показаные службы» ero. .Iur. Метр. GG 106.
Han еще примѣръ: Янъ Ходкевичъ ходатайствовалъ объ юргельтѣ для польнаго писаря Лифляндіи, Войтеха Стабровскаго, и король Генрихъ утвердилъ юргельтъ за Стабровскимъ, дѣлая это, по словамъ привилея, <3 ласки» своей сгосподаръское и за причиною пана Виленьскаго, SKO администратора и
ГА гетъмана а земли Лифлянтъьской». Лит. Merp. ѣ7 74.
2, Нпр., тивунство п городничество Троцкое король Стефанъ отдалъ 30 іюля 1576 года пану Мартину Стравинскому, «маючи на ласкавой бачности» своей «господарьской залеценье воеводы Троцъкого, державцы Сомилишского и Жосленского, князя Стефана Корибутовича Збаражского а кашталяна Троцкого, подъканъцлерого великого князства Литовского, старосты Берсстейского ни Кобрыньского, пана Остафъя Воловича». Документъ находится -
IA Лит. Метр. 76 56—57.

2151 ur. Метр TA ax. 40—41 06

2152 Ibidem. Л. 19. Cu. выше, стр. 312, npum. I.

2153 Źródla do dziejów Polskich, wydawane przez Michała Grabowskiego i „Alexandra Przezdzieckiego. T. I. Wilno 1845. Str. 125, 126.

2154 Bnx Арх. Сб. VII. M 3.

2155 Примѣровъ чрезвычайно много въ документахъ гражданскихъ актовъ въ книгахъ Литовскихъ судовъ. Особенно хорошо и ясно опредѣляетъ это «при томъ были» записная грамота Вилденскому Пречистенскому собору, данная княгинями, Софіей Дмитріевой Зубревицкой и Маримьяною Семеновною Трабской (6 августа 1486 года). Въ концѣ ея читаемъ: <а свѣдомо то князь Ивану Жославскому, а князь Ивану Васильевичу, а пану Андрею Олександровичу, подскарбьему королеву, А брату его пану Солтану. маршалку короля его милостн, а брату нашому князю Семену Юръевичю Гадшанскому, а князю Ивану Глинскому, архимандриту Лаврошевскому Ѳеодосію, а пану Ѳеодку, господаря нашого писарю». Bua. Apx. Сб. VI. № 1. Иногда писалось: <А при томъ были и того суть добре сьедоми»; Нпр. А. Bur. XX. MM 6, 17 и др.

2156 Aur. Метр. 5; л. I. Cu. выше, стр. 629, 630,

2157 (с. 705, место знака в тексте не установлено) Il cr. I. 3.
П ст. IV. 45.

2158 (с. 705, место знака в тексте не установлено) TI cr. IV. 18.

2159 (с. 705, место знака в тексте не установлено) Напримѣръ, въ rpaMmoTk Сигизмунда Августа на аренду старыхъ и новыхъ мытъ во всемъ Княжествѣ, данной въ Кнышинѣ 15 августа 1569 года королевскимъ подданнымъ, «жидамъ Берестейскимъ», Исааку Бродавкѣ и Менделю Изаковичу, а вмѣстѣ съ ними и королевскому секретарю Валентому Иберфельту, читаемъ: «к тому тежъ они, мытники наши, слугъ своихъ, которыхъ будуть на местцахъ своихъ на коморахъ головныхъ и на прикоморъкахъ зоставовати, и кому бы кольвекъ якая потреба была, мають сами судити, а воеводы, старостове, дерьжавъцы и ихъ наместъники, войты и бурмистры до ихъ слугъ ничого мети не мають, звлащца в речахъ мытныхъ и промытах звыклыхъ окромъ кривавыхъ чотырохъ причинъ, естлибы CH OT слугъ ихъ який кгвалт, або забойство, пожога, або пакъ розъбой кому сталъ, таковых врадъники замъков и дворов наших маютъ и вольни будуть судитп и радити подле ихъ правъ и привильевъ жыдовъских, ведъже самыхъ тыхъ мытниковъ нашихъ особъ во всякихъ речахъ, буд купецъкихъ и мытъныхъ, або и крывавыхъ, яко ся вышей поменило, не маеть нихто з воеводъ, старостъ, державецъ и ихъ наместъниковъ судити, одно мы господаръ, або подскаръбий
IVA й нашъ земский». Лит. Метр. m 5 31 оś.

2160 (с. 705, место знака в тексте не установлено) Crp. 181 mn ca.

2161 (с. 705, место знака в тексте не установлено) Стр. 393. 45

2162 Лит. Merp. si* 10—11.

2163 «О неуступене села Бержъ, в державе его милоств Бойсакколской ему в суме пенезей заведеного».

2164 Лит. Метр. іуу я. 324 об 826.

2165 «Mu господаръ, намовившыся в томъ с паны-радами нашыми, выслухавшы обудву сторонъ, спору и мовенья, а не хотечы тое справы на сесь часъ выроком нашымъ конъчыть для малое личъбы панов-рад нашыхъ, пры насъ на тотъ час будучых, тую справу отложыли есмо до сойму валного, близко прышлого в року прышлом 85-x'b обеюм сторонамъ. Што для паметя до книгъ нашых господаръскихъ канъцлярейскихъ вписано». Лит. Merp.
IIA
6 326.

2166 nr. Merp. —51 л 234—236 об.

2167 Нпр. 14 іюля 1570 года«справа князя Анъдрея Курпъского 3 Матеем Рудоминою о збитье и поранене товарышов роты его». Ibidem. JI. 238 об. 244.

2168 Нпр., Лит. Метр. = x. 303—303 об.«Вызволене OT позву и року земенина повету Слонимского Ждана Миколаевича в запозваню от кашталяна Новгородского, старосты Слонимского, пана Григоря Воловича, его, а не инстыкгаторским именем, о 4 волоки в селе Бракове в повете Слонимском etc>. Jara: Городна, 18 ноября 1584 года.

2169 Hnp., JInr. Merp. -51 > л. 275 o6.

2170 Ibidem. JI. 278—279.

2171 (с. 708, место знака в тексте не установлено) Лит. Merp. 55 ля. 208 об.

2172 (с. 708, место знака в тексте не установлено) Ibidem. .T. 209.

2173 (с. 708, место знака в тексте не установлено) П ст. I. 3.

2174 (с. 708, место знака в тексте не установлено) Cp. II cr. III. 4.

2175 (с. 708, место знака в тексте не установлено) Григорій Война, кашталянъ Берестейскій, Янъ Шуйскій подкоморій Берестейскій, Мальхеръ Райскій дворянинъ королевскій.

2176 (с. 708, место знака в тексте не установлено) Дѣдо о спорной землѣ между земяниномъ Иваномъ Кадиховичемъ Брезовскимъ и Берестейскими мѣщанами. А. Bua. VI. Стр. 176.

2177 А. Вил, VI. Стр. 172.

2178 Отписъ до кашталяна Полоцкого пана Зеновича и до пана Боркулаба
IA Корсака о Телицу и Кощича». Лит. Merp. ул. 3—4 о6. Cu. выше, стр. 433, 434.

2179 A. Bua. VI. Стр. 136—136.

2180 Hup., ibidem, стр. 139.

2181 A. Bua. III. Стр. 13.

2182 Библіотека Главнаго Шітаба. Acta Historyczne. XI. Заглавіе документа: « Deputantur comisarii ad constituendos fines et terminos inter Magnum Ducatum Lithuaniae ct Palatinatum Podlachiae». Cu. выше, стр. 169, 170.

2183 Лит. Merp. 5 5 281, 281 об

2184 lu. n. u. Cr. Б. Стр. 160.

2185 Ibidem. Стр. 172.

2186 Cu. выше, стр. 2. | |

2187 Лит. Merp. "56 л. 20 Щб.

2188 для пилных и всликоважных потребъ Речи Посполытое за радою пановъ-радъ нашихъ зложили есмо соймъ валный у Варшаве.., (на 2 февр.
IA 1587 года). Лит. Merp. 66" 200. Дата документа: Городно, 8 ноября 1586 года. й IA

2189 Лит. Метр. —g6 1. 5 06.—7. Hara: Варшава, 25 ноября 1571 года.

2190 Aur. Merp. - io

2191 Вил. Арх. Сб. I. № 54. Издатели этого тома совершенно невѣрно отнесли документъ къ 1580 году. Онъ писанъ ранѣе 1558 года, такъ какъ Иванъ Горностай умеръ въ этомъ году. Еронима Ходкевича также не было въ 1580 году въ живыхъ, онъ умеръ въ 1561 году, См. J. Wolff. Senat. i dign. Str. 185 i 92.

2192 А. Вил. VI. Стр. 207.

2193 Вил. Apx. Сб. I. № 45. Необходимо отмѣтить ошибку издателей въ датированіи и этого документа, такъ какъ онъ относится ко времени до 1558 года, какъ и № 54.

2194 Źródła do dziejów Polskich, wydawane przez Mikołaja Malinowskiego i Alexandra Przezdzieckiego. Tom drugi. Str. 246. Cu. выше, стр. 681.

2195 T.-e. къ остальнымъ панамъ-радамъ Литовскимъ.

2196 Hcr.-IOp. Mar. IV. Стр. 68—71.

2197 «Панове маистратовые».

2198 За матерію для этой хоругвиіѣ золотыхъ, «кравцу» за работу 1 зол.; на капу (чехолъ) къ хоругви пошло Московской крашанины 2 локтя по 12 осмаковъ за локотъ, да кравцу за работу капы -б осмаковъ. Ibidem. Стр. 71.

2199 (с. 717, место знака в тексте не установлено) .Iur. Merp. 79 I 47 06.—48 06. Онъ такъ гласнтъ объ этомъ THтулѣ: «..и хотечи тую паметку его милости таковыхъ верных А значныхъ и пожиточныхъ службъ на особе его милости самого и потомстве его милости зоставити, а розмножаючи зацность и старожитность дому его милости, яко через руки зацные справы годные в речи посполитой отъ продковъ потомкомъ суть поданы, хотечи, абы и его милость потомству оздобенье дому его было побудкою до всякихъ зацныхъ справъ, с порадою пановъ-радъ нашихъ даруемъ и даемъ менованому воеводе Подляскому, Менскому и Пенскому старосте, державцы Лысковскому, Межирецкому и Анскому, пану Василью Тишкевичу, самому, детемъ его милости, потомкомъ и щадкомъ, титулъ зацности и вывышенья, то есть кграбство, которое его милостъ, дети его милости, потомки и щатки с всимъ вывышеньемъ, оздобою и окрасою на вечные часы вживати и на особахъ своихъ носити маютъ заровно, яко иные граби OT цезаровъ ихъ милости и королей християнскихъ учинены и вывышоны суть, такъ яко бы вси оздобы и окрасы, тому титулу належачие, тутъ описаны были, HM вжо впредъ речоны воевода Подляский панъ Василей Тяшкевичь, самъ, дети его милости, потомки и щатки того титулу, кграбства, зо BCHMH належностями, оздобою и вольностями вживати, славить писать, меновать, такъ в панствахъ нашихъ, яко и чужоземскихъ, а гербомъ своимъ прирожонымъ лелива, печатовати маютъ и вольны будутъ кромъ всякое переказы отъ вшелякого стану подъ караньемъ и виною звыклою, отъ цезаровъ и королей християнскихъ в таковой справе застановеной, которая, ач в семъ листе нашомъ описана не естъ, ветже властне за тымъ нашимъ позволсньемъ розумено быти маетъ, яко бы тутъ выображона была, а отъколь бы его милость самъ, дети его милости, потомки и щатки, яко упривилиованые кграфы, тымъ зацнымъ титуломъ кграбскимъ писатися мели, на вечные часы постановлясмъ. уфаляемъ и тотъ титулъ кграбства взносимъ на именья его милости Логойскъ и Бердичевъѣ.
IA ? А. 3. Р. ш. NM 55, 75, 76, 79, 82, 117. Cp. Лит. Merp. 57 4. 44 об.,
46, 50 об. 86, 93 об., 109, 118 о6., 119.

2200 (с. 717, место знака в тексте не установлено) A. Boniecki. Poczet Rodów. Str. 276.

2201 (с. 718, место знака в тексте не установлено) Bua. Apx. Сб. IX. M 23 (стр. 66). 23) Ibidem. № 24 (стр. 74). IA
3, Hnp., A. 3. P. III. № 94, Bra. Арх. C6. IX, стр. 78. Лит. Мстр. 7 5 48, 48 об.. 49 o6., 51 oó., 53, 53 об., 102, 103, 104 об., 105 oó., 106, 106 oś., 107 об., 117 о6.

2202 (с. 718, место знака в тексте не установлено) Hnp., «велможный панъ его милость, панъ Миколай Криштофъ Paдивил, княжа на Олыце и Несвижу, кграбя на Шидловцу, маршалокъ двор-
II A ный великого князтва Литовского», Лит. Метр. ля 264.

2203 Лит. Метр. 56 Б о6.—7. Cu. выше, стр. 88---90, прим. 2 и 3.

2204 Cu. выше, стр. 88—90, прим. 3.

2205 Лит. Merp. 57 ѣ. 19 06.—21 oś.

2206 «Стефанъ» и проч. «Ознаймуемъ симъ листомъ нашым, штож бил Ham чолом дворенинъ нашъ Степанъ Пацкевичъ и листъ ихъ милости пановъ-рад нашых великого князства Литовского под печатми и С подписом рукъ их милости перед нами покладалъ, писаный до всих князей, панов и обывателовъ великого князства Литовского, которые повинни по дорозе, 3 Менска до Кисва идучыи, поддаными своими мосты мостити и напровавати, ознаймуючы то пмъ через дист свой, иж мостовничый бывшый, Стома Пацкевичъ, в том часе зъ сего света зъшолъ, А тое мостовницство тым гостинцом В небытности нас господара без мостовничого в непорадку не хотечы зоставити и проездъ безпечный учынити, выбравшы на то человека годного, того Степана Пацкевача, тое мостовницство ему до води и ласки нашое господарское дали...» Дата
IA документа: Торунь, 4 декабря 1576 года. .Inr. Метр. 5 1: 17—17 об. Тотъ
IA же jokymeHTb—Iur. Метр. ѣ8 123 об.—і24.

2207 Николай Нарушевичъ.

2208 Дворный Литовскій подскарбій и писарь, староста Пинскій, державца Олитскій и Квасовскій.

2209 Вил. Арх. Сб. IIL. X 27. Ср. A. Bua. VIII. Стр. 253—255. га

2210 «Лист пана Александра Ходкевича На Городно». Лит. Метр. 57 15.
. IA 107 oó.—109. Ср. также A. Bua. VIII, стр. 229—230, или .Iur. Метр. 777
46—48.

2211 Бискупъ Виленскій Валеріянъ, Виленскій воевода и канцлеръ Литовскій Николай Радивилъ, земскій Литовскій подскарбій Николай Нарушевичъ и маршалокъ дворный Литовскій Николай Криштофъ Радивилъ.

2212 Вил, Арх. Сб. I. и 48.

2213 Źrodła do dz. P., wydawane przez М. Malinowskiego i A. Przezdzieckiego. Tom drugi. Str. 247.

2214 Ibidem. Str. 249.

2215 Ibidem. Str. 244 et sq.

2216 Ibidem. Str. 248.

2217 Bux. Apx. Сб. IV. X 16.

2218 М. В. Довнаръ-Запольскій. Литовскія Упоминки Татарскимъ Ордамъ. Скарбовая книга Метрики Литовской 1502–1509 г. Симферополь. 1898. Стр. 36 и др.

2219 Нпр., «месеца апреля первого дня писаны листы до ротмистровъ о приповедане службы от ихъ милости пановъ-радъ, то есть о(т) бискупа Виленского, Луцкого, Киевского, Жомоитъского, воеводы Виленского и Троцкого и розосланы тые листы з скарбу». Лит. Метр. III A/7 л. 2–2 об. (1 апр. 1563 года).

2220 Ibidem. Л. 1 об.–2 («ознаймуючи имъ, ижъ з бояры Московскими мир взят их милость рачили до Вспенья Пречисто Богородицы». 27 марта 1563 г.).

2221 Нпр., Вил. Арх. Сб. VII, №№ 13, 14.

2222 Нпр., Сб. Имп. Р. Ист. Общ. XXXV, №№ 70, 71 и др.

2223 См. первую главу.

2224 А. З. Р. III. № 62.

2225 (с. 728, место знака в тексте не установлено) Ibidem. M 61.

2226 (с. 728, место знака в тексте не установлено) Валеріянъ, бискупъ Виленскій, Малхеръ Гедройть, електъ Жіомонтскаго бискупства. Николай Радивилдъ, воевода Впленскій п Николай Криштофъ Радивилъ, дворный маршалокъ Литовскій.
3?) Bua. Apx. Сб. IV. X 16. Объ этихъ послахъ, съ просьбою пріѣхать въ Вильну ихъ выслушать, писали паны-рада Ходкевичу уже 7 февр. 1576 года. ILidem. № 15.

2227 Br документѣ день этого съѣзда обозначенъ одинъ разъ смѣсеца Февраля двадцатого дня». А въ другой, «шостогонадцать Февраля». Надо думать, что второе обозначеніе ошибка, такъ какъ и до 20-го февраля съ 11-го, когда писано настоящее посланіе Литовскихъ пановъ-радъ къ Ходкевичу, времени для разсылки листовъ о съѣздѣ немного, а въ 5 дней (если принять 16-е число), конечно, это сдѣлать едва ли возможно.

2228 Cx. первую главу.

2229 7. Szujski. Dz. P. ILU. Str. 10.

2230 Bua. Арх. Сб. IV. M 14.

2231 о. Вержбовскій, Двѣ кандидатуры На Польскій престолъ Вил гелѣмѣ изъ Розенберга и эрцгерцога Фердинанда, Варшава. 1889. Стр. 125.

2232 Ibidem. Стр. 137.

2233 Ibidem. Crp. 58. Тѣмъ непонятнѣе слова того же автора объ сизмѣнѣ Ходкевича Вильгельму изъ Розенберга (стр, 129), нѣсколько выше, въ томъ же изслѣдованіи читаемъ, что подкупить Ходкевича не удалось (стр. 137).

2234 Cp. ibidem, стр. 111—112.

2235 Cu. выше, стр. 134 n ca.

2236 Cu. выше, стр. 141, 142.

2237 См. выше, стр. 142 п ca.

2238 (с. 733, место знака в тексте не установлено) Издатель A. H. R. G. P. ill. XI ошибочно считаетъ (str 5, nota I) ero въ 1576 году Жомоитскимъ старостою. Этотъ урядъ занималъ вплоть до своей смерти Янъ Ходкевичъ, и лишь въ 1579 году его получилъ Кишка.

2239 (с. 733, место знака в тексте не установлено) Ихъ переписку см.въ A. H. R. G. P. ill. XI.

2240 (с. 733, место знака в тексте не установлено) Hnp., A. H. R. G. P. ill. XI. X II.

2241 (с. 733, место знака в тексте не установлено) Ibidem. № X.

2242 Вил. Арх. Сб. IV. и 10.

2243 о. Вержбовскій. Двѣ кандидатуры. Стр. 125.

2244 «Juramentum senatorum tempore interregni. Ego (nma) juro, quiu pro salute et incolumitate Reipublicae Polonac et Mag. Duc. Lithua. fideliter consulam, secreta, contingentia Rempublicam, nemini in jacturam Reipublicae pandam et pro posse meo utilitates Regni et Reipublicae augmentabo; quicqnid sciuero, intellexero, aut sensero Regno et Rcipublicae nocibile et damnosum. custodiam et, ne fiat, me opponam et illud auertam. Sic me Deus adiuvet e
MIA haec S. Crux». JIur. Merp. "g A 4 oś.