Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Глава III. Сенаторы Княжества, часть 2, с. 616-670: оригинал издания

Глава III. Сенаторы Княжества, часть 2, с. 616-670. Текст в орфографии издания 1901 года.

Сенаторы Княжества (часть 2 из 2)

По оглавлению издания:

  • Кашталяны - с. 616-635
  • Уряды министерскіе и лица, ихъ занимавшія въ изслѣдуемый періодъ времени - с. 635-637
  • Маршалокъ земскій - с. 637-642
  • Маршалокъ дворный - с. 642-645
  • Канцлеръ и подканцлеръ - с. 645-651
  • Подскарбій земскій - с. 651-665
  • Гетманъ наивысшій - с. 665-667
  • Администраторъ и гетманъ Лифляндіи - с. 667-670

Ho помимо всѣхъ этихъ доходовъ, опредѣленныхъ правитель ственною властью, въ сундукъ воеводы поступали и доходы совершенно другого характера. Это были подарки, дѣлаемые ему обывателями отчасти въ CHIY обычая, отчасти въ силу необходимости искатъ покровительства и защиты воеводы, какъ сильнаго вельможи, отъ опасностей, грозящихъ со стороны властей. Пріѣздъ воеводы въ какой-нибудь городъ, даже иногда не его административнаго округа, сопровождался поднесеніемъ ему весьма цѣвныхъ подарковъ1894. Акты сохранили свѣдѣнія о томъ, что даже одинъ изъ богатѣйшихъ вельможъ эпохи, Виленскій воевода Криштофъ Радивилъ, за ходатайство передъ королемъ въ интересахъ Виленскаго типографщика Луки Мамонича, получилъ въ 1588 году обѣщаніе послѣдняго доставлять ему ежегодно по три бочки хорошаго вина и по одной бочкѣ мальвазіи1895. Все это было въ духѣ времени и не представлялось ни предосудительнымъ, ни обиднымъ для самолюбія вельможи. По своему положенію сенатора, воевода получалъ различныя королевскія порученія, придававшія ему еще ббльшій авторитетъ, но съ этими порученіями познакомимся ниже, когда будемъ говорить о значеніи врядниковъ-сенаторовъ, какъ радныхъ пановъ, а не какъ врядниковъ того или другого отдѣльнаго уряда. Ниже увидимъ болѣе обстоятельно и значеніе ходатайствъ передъ королемъ сенаторовъ, а какъ таковыхъ, и воеводъ, но теперь мы должны замѣтить, что ходатайство воеводы не могло не быть особенно цѣннымъ тѣмъ болѣе, что онъ иногда къ своему голосу присоединялъ и голоса обывателей своего воеводства, Такъ, въ 1562 году Полоцкая архіепископія была отдана Сигизмундомъ Августомъ иноку Арсе- Hiro Піишкѣ «за писаньемъ и жеданьемъ воеводы Полоцкого и за чоломбитьемъ бояръ, шляхты и мѣщанъ, всего поспольства земли Полоцкое»1896.

Второе мѣсто послѣ воеводы занималъ въ воеводствѣ, кашталянъ. Оба они были панами-радами воеводства, его представителями въ сенатѣ, но ихъ значеніе и въ радѣ и въ воеводствѣ было неодинаково, Если въ севатѣ голосъ кашталяна иногда и могъ быть не менѣе авторитетнымъ, чѣмъ голосъ воеводы, то это было результатомъ личнаго значенія лица, занимавшаго кашталянію, притомъ соединявшаго съ нею нерѣдко другіе весьма вліятельные уряды. Конечно, голосъ Яна Еронимовича Ходкевича, сосдинявшаго съ Виленскою кашталяніею врядъ старосты Жомоитскаго, администраторство и гетманство Лифляндіи, земское маршалковство, не говоря уже о староствахъ и державахъ, ему принадлежавшихъ, былъ въ сенатѣ нисколько не слабѣе голоса Виленскаго воеводы Николая Радивила, Ho это могло быть лишь въ радѣ. Въ предѣлахъ воеводства вся административная власть центральнаго повѣта1897 и извѣстное значеніе по отношенію къ остальнымъ повѣтамъ воеводства лежали въ рукахъ воеводы и для кашталяна изъ нихъ ничего уже не оставалось. Значеніе кашталяна въ воеводствѣ выступаетъ лишь во время посполитаго рушенья. Ho разсмотримъ сначала тѣ взгляды на врядъ кашталяна, которые высказаны въ литературѣ. Это лучше всего введетъ насъ въ ознакомленіе съ дѣятельностью этого врядника сенаторскаго стана. Порай-Кошицъ1898 раздѣляетъ кашталяновъ на высшихъѣъ и низшихъ. Ссылаясь на Бандтке, онъ приводитъ значеніе слова castellum, какъ города, крѣпости, замка, укрѣпленнаго города. Кашталянъ такимъ образомъ, по опредѣленію Порай-Кошица, былъ комендантомъ замка. «Какъ помощники воеводъ», говоритъ цитируемый авторъ далѣе, «кастеляне раздѣляли занятія ихъ по военной части и по части земскаго управленія, были судьями уголовныхъ дѣлъ и предсѣдателями на сеймикахъ, а въ случаѣ отсутствія воеводъ вступали въ управленіе ихъ должности». Kamталяны высшаго и низшаго разряда различались, по словамъ Порай-Кошица, своимъ значеніемъ: «первые, подъ главнымъ начальствомъ воеводъ, управляли областью или воеводствомъ (castellani provincjales) и посему въ гражданской іерархіи непосредственно слѣдовали за воеводами и рядомъ съ ними засѣдали въ сенатѣ, а послѣдніе--завѣдывали однимъ только городомъ и принадлежащимъ къ нему округомъ или уѣздомъ (castellani territoriales), въ сенатѣ же составляли второй рядъ сенаторовъ и назывались некресловыми кастеллянами, потому что сидѣли въ сенатѣ позади воеводъ, на скамьяхъ». Это изображеніе кашталянскаго уряда страдаетъ цѣлымъ рядомъ ошибокъ. Мы не стаzn oo posz yo немъ входить въ разборъ его, какъ изложенія значенія и положенія Короннаго кашталянства, но какъ разсказъ о врядѣ кашталяна Литовскаго, оно не можетъ быть принято ни въ какомъ случаѣ. Прежде всего Литовскій сенатъ не знаетъ раздѣленія кашталяновъ на высшихъ и низшихъ. Всѣ Литовскіе кашталяны въ спольномъ Польско-Литовскомъ сенатѣ находились въ ряду кашталяновъ высшихъ (kasztellani większi), a двое изъ нихъ Виленскій и Троцкійдаже В% ряду воеводъ1899. Комендантами замковъ также нельзя считать кашталяновъ Литовскихъ, такъ какъ врядъ ихъ не былъ вовсе достояніемъ всѣхъ замковъ Литовскихъ, притомъ не былъ достояніемъ цѣлаго ряда пограничныхъ, T.-€. имѣвшихъ наибольшее значеніе замковъ, въ которыхъ начальствовали старосты и ротмистры. Объ управленіи кашталянами воеводствами «подъ главнымъ начальствомъ воеводъ -. также не можетъ быть и рѣчи, ибо это управленіе находилось въ центральныхъ повѣтахъ старыхъ воеводствъ въ рукахъ самихъ воеводъ и ихъ намѣстниковъ, а въ остальныхъ повѣтахъ въ рукахъ старостъ и ихъ намѣстниковъ, подстаростъ. Не можетъ быть рѣчи и объ уголовномъ судѣ кашталяновъ, такъ какъ судъ по уголовнымъ преступленіямъ принадлежалъ гродскому суду повѣтовому и его врядникамъ. Что касается до предсѣдательства на сеймикѣ, то дѣйствительно кашталянъ могъ явиться предсѣдателемъ на немъ, но вовсе не по своему кашталянскому вряду и въ силу его обязанностей, а просто BT. сизу своего авторитета HA старшинства между сеймикующею шляхтою. При этомъ кашталяны далеко не всегда и присутствовали на сеймикахъ своихъ повѣтовъ1900.

Вторымъ мнѣніемъ, высказаннымъ о кашталявахъ Литовскихъ, когорымъ мы займемся, является мнѣніе и. Д. Бѣляева1901 Ilo словамъ покойнаго изслѣдователя, учрежденіе должности кашталяновъ не многимъ опередило время изданія перваго Литовскаго статута, T.-e. 1529 годъ. Въ Литвѣ кашталянъ «не только былъ непосредственнымъ начальникомъ гарнизона, но и второстенеянымъ предводителемъ всей мѣстной шляхты во время похода».

Были кашталяны только въ тѣхъ областяхъ, которыя управлялись воеводами, и являлись «собственно помощниками и товарищами воеводъ и въ ихъ осутствіе временно заступали ихъ мѣсто». Be числѣ обязанностей кашталяна было прежде всего «смотрѣніе за исправностью укрѣпленій, состоящихъ въ его вѣдѣніи». Затѣмъ, «какъ военачальникъ, онъ преимущественно завѣдывалъ военными людьми, состоящими на жалованьи, или наемными; но тѣмъ не менѣе на его обязанности лежало собирать въ походъ всю мѣстную шляхту и вести ее на сборное мѣсто и передавать воеводѣ, а иногда онъ и самъ въ походѣ занималъ мѣсто воеводы». Кромѣ военныхъ дѣлъ, кашталяну, по словамъ Бѣляева, принадлежали и судебныя обязанности: «кастелянъ, подобно маршалку, былъ высшимъ судьею, когда тяжущіяся были не AOBOJbны судомъ подкоморія». Бѣляевъ говоритъ, что нѣтъ пока и3- вѣстій о томъ, вѣдалъ ли кашталянъ и другія судебныя дѣла, «но по всему вѣроятію, кастелянъ завѣдывалъ всѣми судебными и административными дѣлами, когда онъ заступалъ иѣсто отсутствующаго воеводы, или когда ему самому поручалось какое-либо староство, данное какому-либо воеводѣ, который тамъ не жилъ, а получалъ только съ даннаго староства доходы». Бѣляевъ не знаетъ, получалъ ли кашталянъ доходы по своему вряду, но онъ говоритъ: «кажется должно признать, что кастеляну за его кастелянскую службу всегда назначалось какое-либо староство или державство, какъ источникъ опредѣленнаго дохода». Наконецъ, въ заключеніе, изслѣдователь признаетъ, что «кастеляны въ Литовскомъ княжествѣ до Люблинской уніи, имѣли далеко не то значеніе, какое они получили послѣ Люблинской уніи, слѣдуя Польскимъ порядкамъ». Мнѣніе и. Д. Бѣляева заслуживаетъ особенно тщательнаго разбора: и мѣсто въ ряду научныхъ дѣятелей, и авторитетъ покойнаго изслѣдователя, и значеніе, которое имѣетъ IV томъ его «Разсказовъ» въ Русской исторической литературѣ, какъ до самаго недавняго времени1902 единственный, стройный и захватывающій въ своемъ изложеніи очень много предметовъ трудъ по внутреннему строю великаго княжества Литовскаго, заставляютъ это сдѣлать, а потому мы и привели его мнѣніе почти все его COÓCTBEHHEIMH словами, Ho и мнѣніе Бѣляева не можетъ быть признано правильнымъ ни въ общемъ, ни въ деталяхъ своихъ.

Въ самомъ дѣлѣ, начиная съ представленія о времени возникновенія кашталянства въ Литвѣ все почти ошибочно въ этомъ мнѣніи, Первыя кашталяніи въ Княжествѣ возникли въ 1413 го- Ay, T -е. за сто слишкомъ лѣтъ до изданія перваго Литовскаго статута. Городельскій привилей, создавшій въ Литвѣ первыя воеводстваВиленское и Троцкое,-- создалъ и кашталянства въ этихъ воеводствахъ1903, HK паны, или кашталяны Вилевскій и Троцкій часто упоминаются актами времени послѣ Городельскаго привилея1904. Несомнѣнно вѣрнымъ нужно признать то, что кашталяны были лишь въ тѣхъ областяхъ, которыя имѣли и воеводъ, но нельзя согласиться, какъ это мы уже видѣли при разборѣ мніѣ- His Порай-Кошица, что кашталяны замѣняли воеводъ во время отсутствія послѣднихъ изъ воеводствъ, для такой замѣны существовали воеводскіе намѣстники, да сверхъ того кашталяны и не могли служить такимъ замѣнамъ, такъ какъ ихъ отлучки для сеймовъ и радъ государевыхъ происходили одновременно съ OTлучками воеводъ для тѣхъ же самыхъ цѣлей. Завѣдываніе городскими укрѣпленіями находилось въ рукахъ городничихъ, а не кашталяновъ1905, а наемными войсками командовали ротмистры и гетманы. Высшимъ судьею по апелляціоннымъ жалобамъ на судовыя разбирательства подкоморія кашталянъ былъ также не по своему уряду: онъ высылался въ качествѣ коммиссара королемъ и дѣйствовалъ такимъ образомъ, какъ коммиссаръ, а вовсе не какъ кашталянъ. Самъ 70-й артикулъ IV-ro раздѣла статута 1566 года, на который ссылается Бѣляевъ, совершенно ясно говоритъ объ этомъ; вообще судъ кашталяна имѣлъ мѣсто въ обычное время лишь тогда, когда онъ получалъ «коммиссію», т.е. высылался въ качествѣр коммиссара вмѣстѣ съ другими членами коммиссіи, назначаемыми, какъ и онъ, спеціально на каждое OTдѣльное дѣло королемъ. О приписавныхъ къ кашталянствамъ староствахъ и державахъ не можетъ быть и рѣчи: ихъ не было и староства и державы жаловались самымъ различнымъ сенаторамъ и врядникамъ безъ всякаго пріурочиванія тѣхъ или другихъ державъ или староствъ къ одному какому-нибудь уряду. Ty державу, которую держалъ кашталянъ, могъ получить послѣ смерти владѣльца, совсѣмъ не его преемникъ по кашталянству., Кромѣ того, повышаясь по іерархической лѣстницѣ врядовъ Княжества, врядники сохраняли свои староства и державы, вовсе ине думая передавать ихъ своимъ преемникамъ по оставляемымъ врядамъ. Нельзя согласиться и съ утвержденіемъ Бѣляева, что послѣ Уніи въ положеніи кашталяновъ произошла какая-то радикальная перемѣна, — Люблинская Унія отнюдь не внесла измѣненій въ мѣстное значеніе ни одного Литовскаго вряда. Перемѣны въ мѣстномъ значеніи и компетенціи Литовскихъ областныхъ урядовъ создавались эпохою середины шестидесятыхъ годовъ, создавшей второй Литовскій статутъ. Что касается до роли кашталяна во время посполитаго рушенія, то онъ не собиралъ шляхту (притомъ своего повѣта, а не цѣлаго воеводства), А принималъ ее отъ хоружія центральнаго повѣта, собиравшаго ее и приводившаго къ кашталяну, какъ принимали повѣтовые маршалки шляхту своихъ повѣтовъ отъ ея хоружихъ1906. Кашталянъ не замѣнялъ воеводу во время мира, да и какъ онъ могъ это дѣлать, занимая обыкновенно еще другіе вряды, бывая иногда одновременно кашталяномъ, одного воеводства и воеводою другого1907? Конечно, естественно, ожидать, что если не было во время рушенья воеводы на мѣстѣ, кашталянъ становился во главѣ шляхты воеводства, какъ единственный панъ-рада его во время отсутствія воеводы, но статутъ знаетъ лишь, что кашталянъ можетъ замѣнять воеводу въ судѣ во время рушенья, пока воеводская шляхта не. достигнетъ гетманской ставки1908.

Гораздо осторожнѣе поступилъ въ дѣлѣ характеристики кашталянскаго вряда K. Н. Бестужевъ-Рюминъ, который просто опредѣлилъ кашталяновъ, какъ помощниковъ воеводъ, не входя въ подробное изложеніе ихъ дѣятельности и компетенціи1909. Ho слишкомъ короткое, это опредѣленіе не даетъ читателю сколько-нибудь яснаго представленія о характерѣ кашталянскаго вряда.

Обращаясь къ Польской литературѣ исторіи права Речи Посполитой, мы встрѣчаемъ трактованіе и Польскихъ, и Литовскихъ кашталяновъ вмѣстѣ, съ однѣми и тѣми же чертами и характеристикою вряда, чего не должно бы было быть ввиду OTличій, существовавшихъ между кашталянами Литовскими и ихъ Коронными товарищами, Тутъ уже прежде всего бросается въ глаза существованіе въ Коронѣ кашталяновъ большихъ и меньшихъ, совершенно неизвѣстное Княжеству. Отдѣльно мы остано вимся лишь на мнѣніи Вольфа въ его трудѣ «Senatorowie i dignitarze Wielkiego Księstwa Litewskiego». Онъ говоритъ1910, что въ Литвѣ кашталянскій урядъ былъ учрежденъ для увеличенія числа сенаторовъ. Кашталяны, по мнѣнію Вольфа, бывали замѣстителями воеводъ, а обязанностью ихъ собственнаго вряда было предводительство надъ войскомъ округа, Слова Вольфа о причинѣ учрежденія кашталяній въ Княжествѣ могутъ бытъ приняты цѣликомъ — они, какъ увидимъ, прямо подтверждаются источниками. Что же касается до замѣстительства воеводы и предводительства надъ войскомъ округа, то слова нашего автора должны приниматься съ нѣкоторыми ограниченіями, Кашталянъ являлся замѣстителемъ воеводы лишь въ его авторитетѣ, какъ сенатора воеводства, около котораго группируются врядники и обыватели воеводства, но онъ не былъ замѣстителемъ воеводы въ его административной и судебной дѣятельности, такъ какъ для этого каждый воевода имѣлъ своего намѣстника, который и стоялъ во главѣ замковаго, или гродскаго вряда воеводства подъ высшимъ начальствомъ воеводы. Начальникомъ же земскаго войска кашталянъ былъ лишь для шляхты центральнаго повѣта воеводства начальствовалъ надъ нею подобно тому, какъ надъ шляхтою остальныхъ повѣтовъ начальствовали маршалки, и сдавалъ, какъ они, команду воеводѣ, лишь только приведетъ къ нему рушившуюся шляхту, притомъ и самъ становясь подъ эту комавду.

Въ Русской литературѣ на должность кашталяна было высказано много вѣрнаго въ совершенно забытой, писанной шестъдесятъ лѣтъ тому назадъ статьѣ автора, не пожелавшаго подписать своего имени, помѣщенной въ «Русскомъ Историческомъ Сборникѣ» Общества исторіи и древностей Россійскихъ1911. Авторъ этой статьи приводитъ въ переводѣ слѣдующую выписку изъ сочиненія Станислава Кристановича, писавшаго въ началѣ XVII croлѣтія1912: «Кастелляніи соотвѣтствуютъ уѣздамъ, землямъ, или частицамъ Воеводства.. Въ каждомъ изъ Воеводствъ полагается четыре, три и не менѣе двухъ Кастелляній, Кастеллянъ, будучи тоже сенаторомъ и намѣстникомъ Воеводы, во время народнаго ополченія начальствуетъ вмѣсто его надъ дворянствомъ своего округа. Кромѣ управленія въ военное время, Кастелляны не пользуются никакимъ другимъ судебнымъ вѣдомствомъ (jurisdictio) въ своихъ земляхъ. Нынѣ считается 83 кастелляновъ въ Польшѣ, то-есть 31 большихъ (majores) н 52 меньшихъ (minores). Большіе допущены наравнѣ съ прочими сенаторами къ самымъ тайнымъ совѣщаніямъ; рѣдко, или даже никогда, меньшіе, хотя и они слывутъ сенаторами, Кромѣ того, тремъ изъ Кастелляновъ присвоено первенство въ сенатѣ даже передъ Воеводами, то-есть: Краковскому, Виленскому и Троцкому». Это свидѣтельство Станислава Кристановича и должно быть полагаемо въ освованіе характеристики кашталяновъ Речи Посполитой эпохи послѣ Люблинской Yasiu. Говоря о Литовскихъ кашталянахъ, мы должны только устранить изъ него TO, что относится спеціально къ Короннымъ. Итакъ, врядъ кашталянскій былъ вторымъ послѣ воеводы сенаторскимъ урядомъ воеводствъ Литовскаго великаго княжества. Всѣ кашталяны Литовскіе занимали мѣсто въ спольномъ Польско-Литовскомъ сенатѣ между кашталянами большими, засѣдая въ радѣ государства рядомъ съ воеводами. Въ перечнѣ Литовскихъ сенаторовъ, находящемся въ 65-ой книгѣ Записей Метрики Литовской, помѣщенномъ тамъ въ спискѣ лицъ, которымъ были отправлены сеймовые листы 1580 года1913, находимъ слѣдующихъ кашталяновъ: Виленскаго, Троцкаго, Кіевскаго, Жомоитскаго, Смоленскаго, Полоцкаго, Новгородскаго, Витебскаго, Берестейскаго, Мстиславскаго и Минскаго. Если выкивуть изъ этого списка кашталяна Кіевскаго, который съ 1569 года принадлежалъ къ числу Коронныхъ врядниковъ, то окажется 10 кашталяновъ для вели-

скыихъ и преимущественно польскихъ городовъ до XIII cr.> Crp. 155—299 -Сборника. .

KATO княжества Литовскаго. Тѣхъ же кашталяновъ встрѣчаемъ въ спискѣ сенаторовъ, составленномъ въ 1569 году послѣ соединенія Литвы и Польши въ одно государство, когда слились и сенаты этихъ государствъ въ одинъ, спольный*. Два изъ Литовскихъ кашталянствъ, а именно Виленское и Троцкое, были учреждены въ і413 году, и ихъ врядники занимали въ Литовской радѣ одни изъ самыхъ первыхъ мѣстъ, входя въ число «пановъ-радъ стар- IUHX'b>, дѣйствительно старшихъ не только по своему мѣсту въ сенатѣ, но и по времени учрежденія своихъ урядовъ по сравненію съ остальными, возникшими впослѣдствіи воеводскими и кашталянскими должностями, Виленскій кашталянъ занималъ третье мѣсто въ радѣ Литовской (послѣ бискупа и воеводы Виленскихъ), Троцкій-пятое (послѣ бискупа, воеводы и кашталяна Виленскихъ и воеводы Троцкаго). Остальные кашталяны, явившіеся въ Княжествѣр позднѣе, въ Литовскомъ сенатѣ занимали мѣста ниже всѣхъ Литовскихъ воеводъ, въ спольномъ же, Польско-Литовскомъ — размѣщались между большими кашталянами Коронными въ то время, какъ Виленскій и Троцкій занимали мѣста среди воеводъ. Всѣ кашталянства Княжества, кромѣ Виленскаго, Троцкаго и Смоленскаго, были учреждены въ 1566 году. Виленское и Троцкое, какъ мы уже видѣли, — въ 1413 году, а Смоленское — 8» 1569 году*. Названіе кашталяна очень часто замѣнялось названіемъ пана воеводства, и нерѣдко одно и то же лицо, въ одномъ и томъ же документѣ называлось и паномъ, и кашталяномъ*. При этомъ панами воеводствъ назывались не только кашталяны Виленскій и Троцкій, но и остальные*. Учрежденіе новыхѣъ кашталянствъ вмѣстѣ съ новыми воеводствами было совершено Сигизмундомъ Августомъ на Виленскомъ сеймѣ конца 1565 и начала 1566 годовъ. Какъ гласитъ его грамота по повѣтамъ Литовскимъ, оно было сдѣлано по просьбѣ самихъ обывателей «А к TOMY жедали нас панове-рады наши с прозбами покорными OT всихъ станов рыцеръства, на тотъ съемъ зобраных о примножене радъ и достоенствъ врадовъ в кожъдомъ повсте*.

Мы видѣли выше1918, что послы королевскіе, явившіеся на повѣтовые сеймики 1566 года, созванные передъ Берестейскимъ сеймоимъ, объявили и словесно Литовскимъ обывателямъ объ учреж. деніи новыхъ кашталяній вмѣстѣ съ новыми воеводствами и повѣтовыми врядами. Такимъ образомъ, учрежденіе новыхъ воеводствъ и новыхъ кашталяній въ і566 году было одною изъ частей общей реформы Княжества, завершенной въ 1566 году, реформы, помощью которой Литва готовилась съ полнымъ достоинствомъ и равенствомъ вступить въ YHio съ Польшею. Учрежденіе новыхъ воеводствъ и кашталяній входило, какъ органическая часть въ эту реформу и въ преобразованіе рады Княжества, приближаемой къ сенату Короны черезъ введеніе въ нее новыхъ врядниковъ сенаторовъ, одноименныхъ съ Коронными. Однако, одинъ изъ кашталяновъ, явившихся въ 1566 году, выдавался изъ ряда товарищей своимъ особеннымъ положеніемъ. Это былъ кашталянъ Мстиславскій. Случилхось такъ, что въ то время, какъ на остальныя только что учрежденныя должности были назначены врядники изъ другихъ областей и лица, не занимавшія административныхъ урядовъ въ земляхъ только что образованныхъ новыхъ воеводствъ, на кашталянію Мстиславскую былъ назначенъ Мстиславскій староста, князь Иванъ Васильевичъ Соломерецкій1919. Онъ, сдѣлавшись кашталяномъ, сохранилъ за собою и Мстиславское староство, оставаясь на этомъ урядѣ вплоть до своей смерти, послѣдовавшей около 1580 года1920. Такое соединеніе двухъ врядовъ, Мстиславскихъ въ однѣхъ рукахъ должно было выдвинуть князя Соломерецкаго изъ ряда его товарищей, такъ какъ въ предѣлахъ Мстиславскаго повѣта онъ пользовался не только значеніемъ кашталяна, но и всею судебно-административною властью старосты съ его правами и доходами, Все Мстиславское воеводство имѣло только одинъ Мстиславскій повѣтъ, а это еще болѣе возвышало князя Соломерецкаго въ его значеніи, потому что, благодаря этому обстоятельству, власть его, какъ старосты, простиралась на цѣлое воеводство. Акты Княжества вполнѣ сохранили для изслѣдователя это значеніе Мстиславскаго кашталяна. 31 марта 1569 года изъ Люблина былъ данъ Сигизмундомъ Августомъ «отъпис до князя Ивана Соломирецького»1921, въ которомъ король отвѣчалъ ему на его листъ объ опасностяхъ со стороны Москвы и о томъ, что имъ не получено еще денегъ и одежды для стрѣльцовъ, находящихся въ его замкѣ1922. Конечно, онъ доносилъ обо всемъ этомъ, какъ староста, а не какъ кашталянъ. Донесеніе князя Соломерецкаго было обыкновеннымъ донесеніемъ украиннаго старосты, и образцы такихъ донесеній сохранились до нашего времени въ достаточномъ числѣ1923. Тотъ же князь Соломерецкій въ современныхъ актахъ является и дѣйствующимъ въ совершенно обычной дѣятельности повѣтовыхъ старостъ. Сигизмундъ Августъ далъ въ Люблинѣ 3 апрѣля 1569 года ему предписаніе, въ которомъ говорилъ: «кашталяну и старосте Мстиславъскому, князю Ивану Соломирец- KOMY —што перъво дали есмо были земянину нашому повету Мстиславъского, Протасу Кастровицкому. село нашое у волости Мстиславской, прозываемое Бобыничы, ино потомъ 3 некоторыхъ причинъ то отъ него взято и ку замъку нашому Мстиславъскому прыверънено». Теперь король, «за чоломъбитьемъ его» и помня его службы, пожаловалъ Кастровицкому находящееся при Мстиславскомъ замкѣ «селище, где передъ тымъ было село» королевское Рудомино, въ которомъ 6!/, службъ. Кастровицкій имѣетъ на это пожалованіе «особливый листъ, данину» государеву. Обращаясь къ князю Соломерецкому, грамота заканчивается такъ: твоя бы милость о томъ ведалъ и тое селище, вышей мененое Рудомино, естлибы не большъ, одно полъсемы службы кгрунъту было, тому Костровицькому завелъ и подалъ и, в то его увезавши, ужывати ему не заборонялъ; нехай то онъ держыть и вжываеть водъле листу нашого, на то ему даного, а с того служъбу земъскую военъную заровъно 3 ынъшыми земяны нашыми Мстиславъскими служить»1924. Грамота эта и рисуемая ею дѣятельность князя Соломерецкаго въ Мстиславскомъ повѣтѣ не даютъ мѣста никакому сомнѣнію въ томъ, что онъ былъ въ его предѣлахъ старостою со всѣми обязанностями и правами послѣдняго. Мы видѣли выше1925, что реформа 1566 года оставила старостъ при нѣкоторыхъ воеводахъ, и эти старосты управляли воеводскимъ повѣтомъ, несмотря на то, что рядомъ съ ними находился самъ воевода. Воеводство Мстиславское, также созданное лишь въ 1566 году, было въ числѣ такихъ воеводствъ, но старостинскій врядъ BE первую половину изслѣдуемаго времени въ немъ занималъ его кашталянъ. Послѣ смерти князя Ивана Соломерецкаго Мстиславское староство было отдѣлено отъ кашталяніи того же воеводства и передано въ руки воеводы, который такимъ образомъ взялъ въ свои руки цѣликомъ всю воеводскую власть въ своемъ воеводствѣ, хотя и держалъ ее не по одному воеводскому вряду, а по двумъ воеводскому и старостинскому. Въ самомъ дѣлѣ, въ спискѣъю сенаторовъ, которымъ были посланы сеймовые листы 1580 года, читаемъ: «воеводе и старосте Мстиславскому и Вилкомирскому, державцы Берженицкому, пану Павлу Миколаевичу Пацу»1926. Теперь уже воевода вѣдалъ и администрацію, и судъ старосты въ повѣтѣ1927. Ho случай, который представляло собою соединеніе въ рукахъ Мстиславскаго кашталяна власти старосты воеводскаго повѣта съ кашталянствомъ того же воеводства, былъ исключительнымъ явленіемъ, и это соединеніе, какъ мы уже видѣли, прекратилось со смертью лица, занимавшаго оба эти уряда. Исключеніемъ же было и исполненіе обязанностей Полоцкаго воеводы Полоцкимъ кашталяномъ, Юріемъ Зеновьевичемъ. Послѣдній несъ воеводскія обязанности за Станислава Станиславовича Довойну, попавшаго въ Московскій плѣнъ при взятіи Полоцка войсками Ивана IV1928. Самое отсутствіе административнаго центра, захваченнаго Москвою, и врядника, державшаго въ своихъ рукахъ судъ и администрацію воеводства-повѣта въ остаткахъ Полоцкой земли, сохраненныхъ еще Княжествомъ, прекрасно рисуется документомъ, къ пересказу котораго мы тенерь переходимъ. Этотъ документъ--«отписъ до пана воеводы Виленьского в речи кашталяна Полоцкого, пана Юря Зеновевича о вряд кгродский земли Полоцкое»1929, Изъ этого листа, даннаго Сигизмундомъ Августомъ въ Варшавѣ 25 октября 1571 года къ Николаю Радивиду, узнаемъ, что Виленскій воевода писалъ къ королю «в речи кашталяна земли Полоцъкое, старосты Чечерского, Пропойского и Лепелского, пана Юря Зеновъевича, то естъ около вряду кгродского земли Полоцкое, абы в Леплю былъ постановленъ». Но въ то время, когда Полоцкій воевода находился въ плѣну, на его воеводскую власть было сдѣлано покушеніе и отъ нея стали отрывать часть того, что ей принадлежало. «Староста Дисенский, пан Боркулабъ Корсакъ, листы отъ» короля «одержавши, кгрод у Дисне мѣти и шляхту земли Полоцкое судити хочеть». Виленскій воевода просилъ короля, чтобы онъ запретилъ Боркулабу Корсаку «в то ся вступовати» и постановилъ «вси справы враду кгродского земли Полоцъкое пану кашталяну у Леплю отъправовати»; просилъ также Радивилъ короля распорядиться извѣщеніемъ и его самого, воеводы Виленскаго, о разрѣшеніи этого дѣла. Королевское рѣшеніе гласитъ слѣдующее: «ачъ и намъ господару такъ бы CH видело, абы оный кгрод слушней у Леплю, а нижли у Дисне былъ, нижли ижь яко твоя милость пишешъ, же панъ

венно Русскими историками въ разсказѣ объ этомъ успѣхѣ Московскаго войска. Гурнацкі&й такъ разсказываетъ о паденіи Полоцка. — «Главною причиною того, что Полоцкъ напрасно (nikczemnie) попалъ въ Московскія руки, были раздоры воеводы съ ротмистрами, А также неразуміе, выразившееся въ томъ, что воевода Довойна заключилъ съ Москвою перемиріе На извѣстное время, не, выговоривъ себѣ того, чтобы Москвитяне оставались на своемъ мѣстѣ и не подвигали шанцовъ ближе къ замку. Они придвинули свои шанцы къ самому замку, лишь только было оглашено перемиріе, а когда оно окончилось, зажгли и замокъ. Hamu игасили, и оборонялись, пока могли, и наконецъ, не имѣя возможности погасить огня, вышли изъ замка на волю князя Московскаго, Взятъ въ плѣнъ воевода вмѣстѣ съ женою, взятъ Глѣбовичъ, взятъ владыка и, сколько тамъ ни было Литовцевъ, всѣ взяты». Dzieje w Koronie Polskiey za Zygmunta I-go y Zygmunta Augusta aż do smierci iego z przytoczeniem niektorych postronnych ciekawości od roku 1538 aż do roku 1572 przez Łukasza Górnickiego Tykocińskiego i Wasiłkowskiego Starostę spisane. Zbiór pisarzów polskich. Częśc druga. Pisma ѣ. Górnickiego. Tom IV. W Warszawie. 1828. Str. 186.

Боркулабъ листы наши на то до Дисны одержалъ, которых мы собе на паметь привести не можем, якимъ ся то обычаемъ стало, тогды на сесь часъ зараз того на конец отъправити намъ ещо не здалося, але откладаемъ то до сейму пришлого, на которомъ твоя милость самъ будешъ, такъже пан кашталян Полоцъкий и пан Боркулабъ быти можеть. А на OH часъ то водде воли нашое господарьское и рады вашое милости пановъ-рад нашихъ, якобы наслушней было, осмотрети и постановити хочем». Мы не знаемъ, какъ разрѣшилось, въ концѣ концовъ, это дѣло, такъ какъ сеймъ 1572 года не оставилъ послѣ себя конституціи, а лишь рецессъ, отлагающій дѣла до слѣдующаго вальнаго сейма1930, а королевской грамоты, которая, по всей вѣроятности, была дана Сигизмундомъ Августомъ, мы не встрѣтили въ бывшихъ въ нашихъ рукахъ книгахъ Литовской Метрики, Bo всякомъ случаѣ, если дѣло и было рѣшено въ пользу Полоцкаго кашталяна, то послѣдній дочлженъ былъ судить шляхту Полоцкую не въ качествѣ кашталяна, а въ качествѣр Лепельскаго старосты, присудъ котораго увеличивался, Если бы кашталянъ былъ по праву своего вряда замѣстителемъ воеводы въ его судебно-административномъ значеніи, то, конечно, король не могъ бы дать своихъ листовъ Дисенскому старостѣ, отдающихъ ему судъ на шляхтою Полоцкаго воеводства, Картина, которая рисуется приведенною грамотою, во всякомъ случаѣ, дѣйствительно характерна для состоянія Полоцкой земли въ ея остаткахъ, еще сохраненныхъ въ эту эпоху Литвою: характерна она и для значенія кашталяна, отнюдь не несомнѣннаго замѣстителя воеводы при такомъ даже исключительномъ положеніи вещей, какъ плѣнъ послѣдняго. Этотъ документъ лучше всякихъ другихъ фактовъ опровергаетъ тѣ ученыя мнѣнія, которыя считаютъ кашталяна обязательнымъ замѣстителемъ воеводы по вряду послѣдняго.

Обязанности кашталяна по его должности проявляются лишь во врёмя посполитаго рушенья, и мы уже видѣли его роль въ это время, когда знакомились съ организаціей рушенья повѣтовой шляхты Княжества1931. Однако, и помимо часовъ рушенья кашталянъ выступаетъ со своимъ авторитетомъ сенатора въ жизни шляхты своего повѣта, Когда собирается повѣтовый сеймикъ, кашталянъ играетъ на немъ видную роль вмѣстѣ со своимъ BOCводою, какъ сенаторъ, имѣющій громадный авторитетъ среди сеймикующей шляхты. Вмѣстѣ съ воеводою онъ оказываетъ весьма замѣтное вліяніе на шляхту и на ея сеймикованье1932. Какъ сенаторъ, кашталянъ является нерѣдко членомъ коммиссій, назначаемыхъ королемъ. Такъ, Новгородскій кашталянъ, староста Слонимскій, Григорій Воловичъ былъ, напримѣръ, членомъ коммиссіи для разбора, сначала въ 1568 году, а потомъ въ 1569-мъ, дѣла о захватѣ Слонимской королевской пущи государевымъ дворяниномъ, княземъ Гаврилою Кгимбулятовичемъ Пятигорскимъ и его женою1933. Равнымъ образомъ бывали кашталяны и членами посольствъ, отправляемыхъ въ другія государства1934. Ho были коммиссіи, въ которыя кашталяны назначались обязательно. Это —коммиссіи, высылавшіяся для разсмотрѣнія дѣлъ по апелляціямъ на рѣшенія повѣтовыхъ подкоморскихъ судовъ. Если тяжущійся былъ недоволенъ разрѣшеніемъ дѣла судомъ подкоморскимъ, онъ подавалъ апелляціонную жалобу королю, и государь высылалъ коммиссаровъ для разсмотрѣнія этого дѣла, Такъ какъ дѣла о границахъ земельныхъ имуществъ были весьма серьезными дѣлами1935, притомъ требующими знакомства съ территоріей повѣта, то составъ такихъ коммиссій долженъ былъ подбираться особенно тщательно. Въ такую коммиссію долженъ входить непременно авторитетный врядникъ изъ числа повѣтовыхъ должностныхъ лицъ, и такимъ обязательнымъ членомъ этихъ коммиссій былъ кашталянъ для подкоморскаго суда центральнаго повѣта, какъ маршалокъ для остальныхъ повѣтовъ1936. Когда въ 1581 году былъ учрежденъ главный Литовскій трибуналъ, какъ высшее апелляціонное судидище, въ которое съ этого времени должны были направляться апелляціонныя жалобы, то высылка коммиссій для пересмотра подкоморскихъ рѣшеній перешла въ его вѣдѣніе, но кашталянъ, или маршалокъ, остались по прежнему обязательно назначаемыми ихъ членами1937.

Кашталяны, какъ и другіе сенаторы, владѣли староствами и державами, и акты даютъ массу примѣровъ такого владѣнія. По этимъ державамъ и староствамъ кашталяны и имѣли постоянныя дѣла, а не по своимъ кашталянскимъ урядамъ, которые, какъ мы уже видѣли, лишь изрѣдка требовали ихъ труда и дѣятельности. Кашталяны получаютъ но этимъ староствамъ и державамъ королевскія предписанія, и, хотя въ нихъ король обращается къ нимъ, говоря «пане кашталяне»1938, содержавіе такихъ предписаній обыкновенно касается ихъ староствъ и державъ, а не кашталянскаго уряда, Какъ другія состоятельныя лица, кашталявы ссужали скарбъ, подучая за то «въ заставу» отъ правительства города и земли. Такъ, въ эпоху второго безкоролевья кашталянъ Минскій, державца Оникштенскій, Радошковскій и Зейгвольскій, Янъ Глѣбовичъ, ссудилъ администратора и гетмана Лифляндіи, знаменитаго Яна Ходкевича, 1700 копъ Литовскихъ грошей, нужныхъ ему на уплату жалованья наемнымъ войскамъ. Въ этихъ деньгахъ Ходкевичъ «заставилъ» ему въ 1575 году королевскій замокъ Зейгволтъ1939 со всѣми его фольварками и полостью, и Стефанъ Баторій подтвердилъ это распоряженіе Ходкевича своимъ листомъ, даннымъ въ Торунѣ 12 декабря 1576 года1940. Tore же Глѣбовичъ нѣсколькими мѣсяцами раньше получилъ отъ Баторія привилей «на державу Радошковскую в суме пенезей и правом ложивотным»1941. Иногда жаловались кашталянамъ, какъ многимъ другимъ врядникамъ, и юргельты изъ скарба. Такъ, кашталяну Полоцкому Зеновьевичу былъ данъ въ Кнышинѣ 28 гюля 1576 года за подписью Стефана Baropia и скрѣпою писаря Михаила Гарабурды листъ, «потвержаючы юръкгелтъ, на службу Лепельскую отъ короля его милости Жыкгимонта Августа поступленый, абы з доходовъ Могилевъскихъ на светый Мартинъ в кождый годъ до лепъшого опатренья давано его милости по триста KON грошей Литовъскихъ»1942. Было послано предписаніе и державцѣ Могилевскому, старостѣ Городенскому, Александру Ходкевичу. чтобы онъ выдавалъ «пану Полоцъкому» этотъ юргельтъ изъ Могилевскихъ доходовъ, а подскарбій земскій будетъ отъ него принимать эту выдачу при его отчетѣ, «на личбе» въ скарбѣ1943. Это не единственный примѣръ выдачи юргельта кашталяну, Можно указать на упомянутаго уже Минскаго кашталяна, Яна Глѣбовича, который получалъ юргельтъ въ 400 копъ грошей ежегодно, дарованный ему на всю его жизнь Баторіемъ. Изъ привилея, даннаго Глѣбовичу въ Варшавѣ 9 тюля 1576 года, узнаемъ, что этотъ юргельтъ былъ данъ ему за заслуги его и его предковъ, а OCOбенно въ воздаяніе за то, что онъ былъ захваченъ въ плѣнъ при взятіи Москвою Полоцкаго замка*. Такимъ образомъ, юргельтъ былъ данъ Глѣбовичу ввиду особаго положенія, въ которомъ находился этотъ сенаторъ, побывавшій въ плѣну и вышедшій «на окупъ и на отъмену 3 вязенья»*. Слѣдовательно, юргельтъ не былъ присвоенъ должности кашталяна, а давался иногда кашталяну за его личныя, даже и не по вряду, заслуги. Чтобы закончить наше изслѣдованіе кашталянскаго вряда, намъ остается только сказать, что привилеи, назначающіе на него,

IA* Лит. Метр. 56* 46 06.—47. «Привилей кашталяну Менскому пану

Яну Глебовичу На юркгелтъ в кождый год по чотырыста Kon грошей».

* Ibidem.

* Приводимъ образецъ привилея на кашталянскій урядъ. «Привилей его милости пану Малхеру Завишы на кашталянею Витебскую,-Жикгимонтъ третий Божю милостью корол Полский, и великий княз Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Мазовецкий, Ифлянтский, тою же милостью назначоный корол Швецкий, Кготский, Вандалский и великое княжа Финлянское. Ознаймуем сим нашим листом всим вобецъ икождому зособна, кому бы того потреба была ведати, ижъ мы господаръ, маючи залецоную годность и службы маршалка нашого пана Малхера Завиши, которые онъ, з молодости лет своих служачи продком нашимъ королемъ их (дальше нѣсколько буквъ заклеено, несомнѣнно тутъ было написано «милости Полі)ским и великим княземъ Литовским и речи посполитой 3 нелитованьем маетности своее на войнах оказывал, заслугуючи тым ласку нашу господарьскую. На што мы господаръ ласкавый взгляд и бачене маючи а хотечи то ему ласкою нашою господарьскою нагородити н оного тымъ хутлившого ку службам нашим и речи посполитое способити и учтивостью стану сенаторского обдарити, 3 ласки нашое господарьское в лавицу межи инших пановъ-рад наших посадити, дали есмо ему HM симъ нашим листом даем кашталянею Ввтебскую. Маеть его милость панъ Малхер Завиша, кашталянъ Витебский тую кашталянею Витебскую до живота своего, албо до иншого болшого вывышенья и опатренья нашого господарьского уживати, на немъ всякое учтивости, такъ на соймех BAJHHX панствъ наших в KopyHe Полской и у великом князстве Литовском на местцу своемъ, правом посполитым упривильеваном, заседати, такъ теж на соймиках и везде на зъездех всяких посполитых радити и вотовати спри- CerH Ii водле наболшое умеетности своее, такъ теж уживаючы всяких пожитковъ, которие бы здавна на тую кашталянею належали потому, яко и первший кашталян Витебскый держал. И на то дали есмо его милости пану Малхеру Завиши сесь нашъ листъ с подписом руки нашое. до которого и печать нашу привесити есмо Bede. Писанъ у Кракове» 6 февраля 1588 года. «Подпись руки господарское. іелияшъ Пелкгримовский писарь». Лит. Метр.

гл "55 л. 277—277 oś. точнаго опредѣленія вряда черта, общая, какъ мы уже не разъ замѣчали, громадному большинству Литовскихъ привилеевъ на должности.

Вслѣдъ за панами-радами, соединявшими со своимъ сенаторскимъ кресломъ мѣстное значеніе, каковыми были, бискупъ, воевода и кашталянъ, списокъ сенаторовъ, составленный въ 1569 году1944, называетъ слѣдующихъ Литовскихъ сенаторовъ: наивысшаго маршалка, канцлера, подканцлера, земскаго подскарбія и дворнаго маршалка. Это были своего рода министры, вѣдавшіе по своимъ урядамъ дѣла обще-земскаго значенія. Списокъ сенаторовъ Польско-Литовской Речи Посаолитой ничего не говоритъ. о гетманѣ наивысшемъ. Мы уже видѣли выше1945, что великій гетманъ долженъ былъ быть непремѣнно лицомъ сенаторскаго стана. Но нужно пояснить, почему онъ не попалъ въ списокъ пановъ-радъ 1569 года, Очевидно, причиною этого было то, что великое гетманство Коронное какъ разъ въ это время «ваковало», не замѣщенное послѣ смерти гетмана и Русскаго воеводы Никодая Сѣнявскаго, хотя Польская шляхта и хлопотала на Люблинскомъ сеймѣ о назначеніи новаго гетмана1946. Что же касается до гетмана великаго Литовскаго, то Григорій Александровичъ Ходкевичъ, занимавшій врядъ наивысшаго гетманства Княжества въ 1569 году, получилъ свое кресло въ спольномъ сенатѣ по должности Виленскаго кашталяна, Такимъ образомъ, не было надобности для Литвы обозначать своего гетмана отдѣльно въ числѣ членовъ Польско-Литовскаго сената: гетманъ Княжества и безъ того засѣдалъ въ немъ, а ввиду того, что не былъ обозначенъ въ спискѣ и гетманъ Коронный, не было надобности хлопотать о внесеніи въ этотъ списокъ Литовскаго гетмана для равноправія Княжества съ Короной не было ничего невыгоднаго въ этомъ пропускѣ. Вообще же не только врядъ наивысшаго гетмана, но и остальные министерскіе уряды Княжества совмѣщались съ воеводствами, кашталянствами, или другими сенаторскими врядами. Въ самомъ дѣлѣ, за изслѣдуемый періодъ времени должность земскаго маршалка Литовскаго была занята слѣдующими вельможами, смѣнявшими одинъ другого: Яномъ Еронимовичемъ Ходкевичемъ (1566—1579), Николаемъ Криштофомъ Радивиломъ (1579—1584) и Львомъ Ивановичемъ Сапегою (1585— 1589). Первый былъ въ то же время Виленскимъ кашталяномъ (1574—1579) и Жіомоитскимъ старостою (1563 1579), а третій — подканцлеромъ (съ 1585 года), Канцлерами въ это же время были: Николай Юрьевичъ Радивилъ (1566—1579), воевода Валеяскій, потомъ гетманъ наивысшій, и Евстафій Богдановичъ Воловичъ (1579—1587), Троцкій, а съ 1579 года Виленскій кашталявъ. Подканцлерскій урядъ за тотъ же періодъ времени занимали: Евстафій Богдановичъ Воловичъ (1566—1579), до 1569 года бывшій &ворнымъ маршалкомъ, а съ 1569 по 1579 годъТроцкимъ кашталяномъ, Виленскій кашталянъ Николай Радивилъ (1579 — 1584) и Левъ Ивановичъ Canera. Что касается должности земскаго подскарбія, то съ 1566 года по і575-ый ее занималъ Николай Павловичъ Нарушевичъ, съ 1576 по 1580-ый —Лавринъ Матвѣевичъ Война, а съ 1580 по і586-ой Янъ Яновичъ Глѣбовичъ. Всѣ они въ то же время были писарями, а послѣдній, сверхъ того, и сенаторскимъ врядникомъ, Минскимъ кашталяномъ. Наконецъ, дворными маршалками въ изучаемую эпоху были два Радивила. а именно Николай Криштофъ (1569 1579) и Альбертъ или Войтехъ (1579 1586). Просматривая этотъ списокъ мы видимъ, что въ большинствѣ случаевъ вряды сенаторскіе министерскіе соединялись въ однѣхъ рукахъ съ другими должностями, вводившими своихъ врядниковъ. въ «лавицу пановъ-радъ». Гетманство наивысшее, какъ мы видѣли, тѣмъ болѣе должно было бытъ замѣщаемо сенаторомъ, уже имѣвшимъ свое кресло въ радѣ соединеннаго государства. Въ самомъ дѣлѣ, наивысшимъ Литовскимъ гетманомъ былъ съ 1566 до 1572 года Виленскій кашталянъ Григорій Александровичъ Ходкевичъ, а съ 1576 года, послѣ четырехлѣтняго ваката, Николай Юрьевичъ Радивилъ, Виленскій воевода и канцлеръ Литовскій. Послѣ его смерти, послѣдовавшей въ 1584 году, для этого вряда снова наступилъ вакатъ, на этотъ разъ пятилѣтній, Кромѣ великаго гетманства въ Княжествѣ, cyществовало еще гетманство польное, которое могло соединяться съ сенаторскимъ кресломъ, а могло съ нимъ и не соединяться. (b врядомъ гетмана польнаго мы уже познакомились выше1947. Теперь намъ нужно только сказать, что съ 1579 года польный гетманъ, Николай Криштофъ Ративилъ, соединялъ свой гетманскій урядъ съ Троцкой кашталяніей и подканцлерствомъ. На примѣрѣ Радивила мы видѣли, что врядъ гетмана польнаго могъ заниматъ и не сенаторъ, а потому онъ и разсмотрѣнъ нами въ числѣ врядовъ, не соединенныхъ съ мѣстомъ въ радѣ. Третьимъ гетманствомъ, существовавшимъ въ первую половину изслѣдуемаго неріода было гетманство въ Лифляндіи, когорое держалъ въ своихъ рукахъ Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ, соединяя его съ администраторствомъ въ этой странѣ. Ходкевичъ былъ въ то же время Вилеискимъ кашталяномъ, Жомоитскимъ старостою и земскимъ Литовскимъ маршалкомъ и, сверхъ того, старостою и державцею нѣсколькихъ державъ и староствъ. Съ гетманствомъ Инфлявтъ - Ходкевичъ, такимъ образомъ, соединялъ цѣлыхъ три сенаторскихъ кресла.

Итакъ, мы должны признать, что министерскіе вряды, помѣщенные, въ спискѣ сенаторовъ, составленномъ въ 1569 году, обыкновение соединялись съ воеводскими и кашталянскими должностями, что, конечно, уменьшало число лицъ, которыя могли бы засѣдать въ соединенномъ сенатѣ. Познакомимся теперь поближе съ каждымъ изъ этихъ урядовъ въ отдѣльности. To обстоятельство, что министерскіе вряды соединялись обыкновенно въ однѣхъ рукахъ съ другими сенаторскими должностями, должно говорить о малой обременности дѣлами по своимъ врядамъ этихъ врядниковъ. Лишъ должность земскаго подскарбія была дѣйствительно завалена массою дѣлъ, притомъ дѣлъ, не терпящихъ отлагательства, но эта должность обыкновенно и не соединялась съ другими сенаторскими урядами.

Маршалокъ земскій занималъ первое мѣсто между министрами Княжества, Ero присяга вводитъ насъ въ обязанности* земскаго маршалковства. Маршалокъ земскій въ своей присягѣ клянется исполнять свои обязанности на сеймахъ и на дворѣ королевскомъ. Кромѣ того, подобно другимъ сенаторамъ, онъ присягаетъ подавать свою раду въ сенатѣ вѣрно и по крайнему своему разумѣнію, а также хранить тайны, ему извѣстныя. Онъ даетъ клятву отвращать и предупреждать все, что услышитъ вреднаго королю и государству, и предупреждать объ этомъ короля и сенаторовъ. Далѣе онъ присягаетъ принимать во вниманіе личность, «достоинство и годность» каждаго, не допускать никакихъ ссоръ, пожоговъ II распутства, на дворѣ королевскомъ и на сеймахъ, а, если что нибудь таковое приключится, то строго карать виновныхъ. Во всемъ остальномъ маршалокъ земскій обязуется исполнять обязанности своего уряда, дѣйствуя согласно съ Литовскимъ статутомъ, притомъ поступать не безъ рады и общей воли всѣхъ остальныхъ радныхъ пановъ.

Такимъ образомъ, мѣстомъ функціонированія уряда земскаго маршалка Литовскаго были сеймъ и королевскій дворъ. При вступленіи земскаго маршалка въ должность, ему вручался жезъъ. какъ знакъ его вряда, и передъ этимъ жезломъ должны бызи склоняться всѣ, подчиняясь юрисдикціи этого врядника на сеймахъ и на дворѣ королевскомъ. Врядъ маршалка земскаго обыкновенно и проявляетъ себя во время сейма или на государевомъ дворѣ. Когда собирается сеймъ и для присутствованія на немъ съѣзжаются король съ дворомъ, сенаторы, врядники MH, шляхта. маршалокъ земскій вмѣстѣ съ дворнымъ маршалкомъ распоряжается отведеніемъ «господъ», квартиръ для съѣхавшихся на сеймъ*. Bo время сейма земскій маршалокъ, какъ членъ сената, засѣдаетъ въ немъ и подаетъ свою раду въ дѣлахъ, обсуждаемыхъ радными панами. Въ радѣ маршалокъ раздаетъ голоса ceнаторамъ и поднимаетъ жезлъ для возстановленія тишины и для предупрежденія о рѣчахъ королевскихъ*. Дѣлаемыя королемъ назначенія на вряды оглашаются земскимъ маршалкомъ. Такъ, когда На Люблинскомъ сеймѣ 1569 года, король назначилъ 0 іюня этого года Евстафіля Воловича Троцкимъ кашталяномъ*, оставшійся послѣ этого назначенія вакантнымъ врядъ дворнаго маршалка былъ пожалованъ Сигизмундомъ Августомъ Николаю Христофору Радивилу, и это назначеніе было утверждено королевскимъ привилеемъ, даннымъ того же 20 гюня 1569 года*). Но эти назначенія были рѣшены королемъ еще раньше того дня, когда онъ подписалъ привилеи на нихъ, и оглашены они были земскимъ маршалкомъ*. To же самое о дѣятельности земскаго маршалка читаемъ въ привилеѣ, данномъ въ тотъ же день 20 іюня 1569 года на врядъ крайчія Яну Кишкѣ: «quod et nuper per magnificum Ioannem Chodkieuicz :capitaneum Samogitiae generalem et Magni Ducatus Lithuaniae suppremum marschalcum viua voce fecimus...»*, гласитъ этотъ послѣдній отъ королевскаго имени. Черезъ земскаго маршалка король давалъ свои обѣщанія относительно наградъ MH пожалованій, Такъ, передъ королемъ Генрихомъ заявилъ въ 1574 году Янъ Ходкевичъ1954 о томъ, что король Сигизмундъ Августъ, «маючи ласкавое баченье на заслуги старосты Рогачевского, пана Григоря Баки», за его службы «ему опатренье слушъное дати мелъ и то былъ черезъ пана старосту Жомоитского, яко маршалъка земского ему обецалъ». Такое значеніе земскаго маршалка давало ему возможность чаще, чѣмъ кому-либо другому изъ пановъ-радъ, рекомендовать королю лицъ для назначенія на вряды, и дѣйствительно маршалокъ земскій чаще, чѣмъ какой-нибудь другой панъ-рада, упоминается актами «жедающимъ у причинѣ», «дающимъ справу», или «вѣдомость» о службахъ и T. д. Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ, занимавшій постъ земскаго маршалка, даетъ, напримѣръ, королю Стефану въ 1576 году «справу» о вакатѣ въ Минскомъ воеводствѣ вряда войскаго послѣ смерти князя Петра Пузины. Минскимъ воеводою былъ въ это время назначенный на эту должность 6 Люля того же 1576 года Николай Павловичъ Canera. Можетъ быть, онъ еще Не успѣлъ войти въ дѣла своего воеводства къ 22-му іюля 1576 тода, когда былъ данъ Баторіемъ ero привилей на врядъ Muaскаго войскаго, но, во всякомъ случаѣ, королю было заявлено о необходимости назначить въ Минскъ войскаго никѣмъ другимъ, какъ именно маршалкомъ земскимъ. Привилей далѣе продолжаетъ: «а ижъ подъ тымъ часомъ бачачи быти того потребу, абы тотъ врадъ в томъ воеводъстве особою якою зацъною засажонъ былъ, подавши намъ его милость (Ходкевичъ) на то земенина тоежъ земли Меньское, Стефана Юръевича Ванькевича, просилъ насъ за нимъ, абыхмо его, яко чоловека з народу зацъ- HOTO, шляхетъного, А до того годного, на тотъ врадъ преложили»1955.

Итакъ, дѣятельность земскаго маршалка на дворѣ королевскомъ и во время сейма проявлялась въ слѣдующихъ направленіяхъ: онъ распоряжается назначеніемъ «господъ» для прибывшихъ лицъ двора и сенаторовъ, онъ руководитъ порядкомъ въ радѣ и онъ оглашаетъ назначенія на должности и пожалованія, ходатайствуя нерѣдко при этомъ за награждаемыхъ и назначаемыхъ. Но кромѣ этого, какъ мы видѣли уже изъ содержанія его присяги, онъ имѣлъ свою юрисдикцію. Гейденштейнъ передавая содержаніе споровъ, возникшихъ въ 1580 году въ королевскомъ лагерѣ, по поводу того, кому поручить осаду Велижа, говоритъ, что пря особѣ королевской вся гражданская юрисдикція должна находиться въ рукахъ великаго Короннаго маршалка1956. Но если надъ Поляками ее имѣлъ маршалокъ Коронный, то юрисдикція надъ Литовцами должна была находиться въ рукахъ маршалка зеискаго Литовскаго. Онъ отъ своего вряда посылаетъ мандаты, вызывающіе на судъ королевскій въ случаѣ возникновенія Abia на королевскомъ дворѣ1957. Онъ же произноситъ приговоры надъ нарушителями порядка и спокойствія въ королевской резиденціи. налагая наказанія до смертной казни включительно1958. Къ изложенному для характеристики дѣятельности земскаго маршалка во время обычнаго теченія государственной жизни Речи Посполитой, T.-€. когда король царствуетъ, занимая престолъ соединеннаго государства, нужно прибавить еще нѣсколько словъ объ участіи маршалка земскаго въ тѣхъ церемоніяхъ, которыя имѣли мѣсто на дворѣ королевскомъ. Предъ королемъ въ торжественныхъ его выходахъ маршалки Коронный и Литовскій несли свои маршальскіе жезлы, и никто не имѣлъ права идти тогда между ними и королемъ. Когда королева Марія-Казиміра добивалась того, чтобы въ торжественныхъ выходахъ королевичи шли позади маршальовъ, впереди короля Августа П, маршалокъ великій Коронный Станиславъ Любомирскій не допустилъ этого.

Функаіовируя во время царствованія королей, врядъ маршалка не переставалъ функціонировать и во время безкоролевій. Въ это время онъ даже пріобрѣталъ особое значеніе въ государствѣ. Orb маршалка земскаго Литовскаго во время безкоролевья зависитъ назначеніе съѣздовъ Литовскихъ, А также сеймиковъ по Княжеству, и если въ сношеніяхъ Литовскихъ радныхъ пановъ съ Яномъ Ходкевичемъ въ эпоху двухъ первыхъ безкородевій проглядываетъ уваженіе ихъ къ его личному авторитету, то въ то же время оно, несомнѣнно, обусловливалось и значеніемъ его. какъ маршалка земскаго Литовскаго1959. Кромѣ своего значенія, какъ врядника, отъ котораго зависятъ назначенія собраній шляхетскихъ для нуждъ Княжества, великій маршалокъ сохранялъ еще въ своихъ рукахъ и юрисдикцію, но эта юрисдикція уже простиралась на все Княжество, а не на одинъ только дворъ государевъ. Такъ, въ 1572 году во время безкоролевья, наступившаго послѣ смерти Сигизмунда Августа, къ Яну Ходкевичу, какъ земскому маршалку1960, обратился «dobry uczciwy człowiek», митрополитъ «Cerkwi Ruskiey>, жалуясь ему въ своемъ письмѣ на пановъ Ярослава и Щаснаго Головчинскихъ, «швагровъ» Ходкевича въ томъ, что они отняли фольварокъ въ Свенциникахъ, издавна «наданый» на церковь, и выгнали оттуда митрополичьяго врядника, Прежде чѣмъ исполнить просьбу православнаго митрополита HU выдать наноминальный листъ своимъ родственникамъ, Ходкевичъ проситъ ихъ, «іако powinny przyjaciel», вернуть несправедливо захваченный ими фольварокъ и предупредить такимъ образомъ законное теченіе дѣла со всѣмя его послѣдствіями. Маршалки земскіе оглашаютъ мѣсто для совершенія королевской елекціи, назначаемое примасомъ, архіепископомъ Гпѣзненскимъ1961. Bo время перваго безкоролевья Янъ Фирлей, великій маршалокъ Коронный, даже оспаривалъ у примаса право стоять во главѣ государства, считая это право своимъ1962. Что касается до оглашенія избранія королевскаго, то поиинація Генриха была

— -.ѣѣѣ начата примасомъ и провозглашена Короннымъ и Литовскимъ земскими маршалками*; провозглашеніе же Баторія королемъ соединеннаго государства совершилось безъ участія Литовцевъ*.

Чтобы покончить наше изложеніе функціонированія вряда земскаго маршалка Княжества, нужно сказать еще нѣсколько словъ о значеніи великаго маршалка во время войны. «Что же касается до Польскаго гетмана», читаемъ у Гейденштейна,* сто обычаемъ предковъ установлено такъ, что высшая военная власть должна принадлежать (великому) гетману, а вся гражданская юрисдикція при особѣ королевской должна находиться въ рукахъ великаго маршалка Короннаго, въ случаѣ же отсутствія гетмана, маршалокъ принимаетъ на себя его обязанности въ лагерѣ». Едва ли можно сомнѣваться въ томъ, что порядокъ, излагаемый Гейденштейномъ для гетмана и земскаго маршалка Коронныхъ былъ такимъ же и для одноименныхъ врядовъ Литовскихъ. Трудно себѣ представить, чтобы земскій маршалокъ не имѣлъ никакого земско- военнаго значенія въ государствѣ, въ которомъ большинство земскихъ врядовъ возникло именно въ цѣляхъ организаціи военнаго дѣла въ посполитомъ рушеньѣ. Мы видѣли выше, какое значеніе имѣлъ маршалокъ земли Волынской*. Несомнѣнно, что и маршалокъ земскій долженъ былъ играть выдающуюся роль во время рушенья шляхты-народа Княжества На основаніи словъ Гейденштейна о значеніи въ лагерѣ земскаго маршалка Короны рядомъ съ ея гетманомъ можно по аналогіи заключать, что и Литовскій земскій маршалокъ во время рушенья былъ вторымъ лицомъ по значенію и замѣстителемъ наивысшаго гетмана Княжества.

Кромѣъ маршалка земскаго великое княжество Литовское имѣло въ числѣ своихъ сенаторовъ-врядниковъ маршалка дворнаго. Нося то же названіе маршалка, этотъ послѣдній стоялъ на lepapхической лѣстницѣъю' Литовскихъ сенаторскихъ врядовъ, гораздо ниже маршалка земскаго. Земскій маршалокъ занималъ первое послѣ кашталяновъ мѣсто въ спискѣ сенаторскихъ врядовъ Княжества, маршалокъ же дворный стоялъ въ этомъ спискѣ самымъ послѣднимъ, и переходъ, изъ дворныхъ маршалковъ на маршалковство земское являлся очень крупнымъ повышеніемъ сенатора по іерархической лѣстницѣ урядовъ, Въ привилеѣ, данномъ Сигизмундомъ Августомъ 20 гюня 1569 года Николаю Криштофу Радивилу на должность дворнаго маршалка, его обязанности распадаются на двѣ главныя части: 1) marschalcatus curiae. 2) disciplina aulae, T.-e. обязанности маршалка въ сенатѣ и порядокъ на дворѣ королевскомъ1965. Исполняя первую часть своихъ обязанностей, онъ раздаетъ голоса сенаторамъ во время ихъ засѣданій, какъ это дѣлаетъ и маршалокъ земскій, Черезъдворнаго, какъ и черезъ земскаго маршалка, король объявляетъ о своихъ назначеніяхъ. Такъ, Баторій, назначивъ Яна Замойскаго великимъ Короннымъ гетманомъ въ 1581 году, объявилъ свое назначеніе черезъ дворнаго Короннаго маршалка, Андрея Зборовскаго1966. Tor же Зборовскій оглашалъ и другія назначенія по Коронѣ1967, такъ какъ великій Коронный маршалокъ, Опалинскій, не былъ при королѣ во время похода. Аналогичную роль при назначеніяхъ по Княжеству, конечно, долженъ былъ играть дворный маршалокъ Литовскій, замѣняя собою земскаго марщалка Княжества, Кромѣ того, маршалокъ дворный стоялъ во главѣ дворныхъ королевскихъ врядниковъ и дворянъ. Бо время посполитаго рушенья онъ, безъ сомнѣнія, имѣлъ среди нихъ то же значеніе, которое имѣлъ маршалокъ повѣтовый среди врядниковъ и шляхты своего повѣта. Стоя во главѣ дворянъ, онъ передаетъ имъ и королевскія распоряженія относительно переѣзда двора съ одного мѣста На другое*. Bo время переѣздовъ королевскаго двора онъ назначаетъ «госноды», какъ и маршалокъ земскій*. Наконецъ, дворный маршалокъ исполняетъ свои опредѣленныя обязанности и во время придворныхъ церемоній, притомъ иногда замѣняя земскаго маршалка, если послѣдній отсутствуетъ. Помимо обязанностей дворнаго маршалка «in сшгіа» и «in aula» привилей Николаю Криштофу Радивилу говоритъ о «foralia>*, о сборѣ съ торговцевъ, взимаемомъ маршалкомъ дворнымъ, по словамъ грамоты, «рго пза зно», T.-€. въ свою пользу, AKTH знаютъ о распоряженіяхъ маршалковъ, касающихся сборовъ въ скарбъ государевъ. Такъ, 4 іюля 1568 года изъ Ковна черезъ дворянъ были разосланы листы «до мест о позычку». Вмѣстѣ съ ними были посланы «листы пана маршалъка его милости дворного, писаны до поборъцовъ, абы в мешчая пенези отбирали»*. Оригинала этихъ листовъ маршалка въ книгѣ Метрики Литовской не сохранилось онъ не былъ вписавъ въ нее, а былъ лишь упомянутъ. Королевскій же листъ вписанъ въ книгу, и вотъ содержаніе листа, писаннаго въ Бобруйскъ, по образцу котораго составлены были и всѣ остальные листы, лишь съ замѣною именъ и суммы «позычки» другими*. «Войту HU всимъ мешчаномъ места Boópyfickoro. Ижъ великие пилные А праве кгвалтовные потребы на сес часъ припали, на которые пенезей до скаръбу нашого естъ потреба, А податокъ на потребу речи посполитое, на сойме, тепер недавно минуломъ, уфаленый серебъшчина ешче не выбрана, про то покладаем на тое место нашо на всих васъ суму пенезей двесте копъ грошей». Въ Бобруйскъ посылается королевскій дворянинъ и мѣщанамъ приказывается, чтобы они черезъ недѣлю послѣ предъявленія имъ настоящаго листа дворяниномъ, отдали требуемыя съ нихъ деньги тамошнему поборцѣ, Стомѣ Макеевичу, проволоки никоторое в томъ не чинечи и того часу и дня назнаее

1?) Дворный маршалокъ Коронный, напримѣръ, передалъ двору королеяское рѣшеніе «рушиться» въ Вильну (1581 r.). Дн. п. п. Or. Б. Стр. 156. чоного ничимъ омешкати Не смеючи». Поборца же эти деньги представитъ въ скарбъ и, когда постановленный сеймомъ податокъ будетъ внесенъ въ скарбъ, бирчіе земскіе, назначенные «на OTбиране серебъшчины», вернутъ мѣщанамъ взятыя у нихъ теперь деньги1972. Такимъ образомъ, мы имѣемъ случай принудительнаго займа въ скарбъ съ городовъ, и маршалокъ дворный посылалъ свое приказаніе «выбирать» этотъ заемъ, постановленный королемъ.

Въ той же книгѣ Публичныхъ Дѣлъ Метрики сохранилась и такая запись <А то листы пана маршалъка дворного писано, жебы серебшчизну на ден Нароженья Павъны Марии до скарбу ero kp. млсти отнесли»1973. Запись эта сдѣлана также въ 1563 году. Наконецъ, тамъ же встрѣчаемъ и еще одну запись, говорящую о дѣятельности дворнаго маршалка —«месеца сент. 21 дня послано князя Ивана Жижемского 3 листы, то естъ 3 листы пана маршалъка его милости дворного до мешчанъ, абы поборы арендовали в местах»1974, Camaro текста маршалковскихъ листовъ въ книгѣ не приведено въ обоихъ послѣднихъ случаяхъ также, но, во всякомъ случаѣ, несомнѣнно, что дворный маршалокъ игралъ какую-то роль при сборѣ денежныхъ податковъ, налагаемыхъ сеймомъ, а также и при финансовыхъ операціяхъ скарба въ городахъ. Однако, мы не имѣемъ возможности подробно выяснить эту сторону дѣятельности вряда дворнаго маршалка, такъ какъ намъ не удалось встрѣтить въ источникахъ болѣе или менѣе опредѣленныхъ для этого данныхъ.

Второе послѣ земскаго маршалка мѣсто въ ряду сенаторовъминистровъ занималъ канцлеръ. Его присяга тождественна по своему содержанію съ присягою подканцлера. Вотъ ея текстъ1975 времени Сигизмуда Августа въ переводѣ съ Польскаго языка: «X (ямя) присягаю въ томъ, что на этомъ врядѣ канцлерства (или подканцлерства), мнѣ порученномъ, буду вѣренъ наіяснѣйшему князю и пану, пану Сигизмунду Августу, королю Польскому и великому князю Литовскому и потомкамъ его королевской милости; не выдамъ никакихъ листовъ пергаменныхъ безъ вѣдома, вози и устнаго приказанія его королевской милости, великаго князя; точно также и листовъ бумажныхъ, какъ въ Княжество, такъ и на сторону, которые бы служили во вредъ достоинству, авторитету и величію короля и великаго князя, или благодаря которымъ могъ бы приключиться какой-либо вредъ королю или Княжеству, или, наконецъ, которые были бы противны правамъ и вольностямъ посполитымъ Княжества или противорѣчили бы другимъ листамъ, выданнымъ изъ канцеляріи, или имѣли бы другой съ ними смыслъ никакихъ мембрановъ не буду выдавать и писать иначе, какъ съ вѣдома короля, по приказанію и съ вѣдома котораго только и обязуюсь выдавать мембраны. Въ радѣ буду подавать мой совѣтъ королю самому и Литовскому княжеству и речи посполитой правдиво, вѣрно и благожелательно, Никакихъ тайнъ, мнѣ ввѣренныхъ, никогда и никому не открою иначе, какъ по волѣ и приказанію его королевской милости, Все вредное, что только замѣчу и увижу, откуда бы то ни было, доложу королю, въ томъ его предупрежу и самъ, сколько буду имѣть возможно- CTH, буду отражать и отвращать. Такъ помоги мнѣ Божеіъ

Текстъ этой присяги, относящійся ко времени послѣдняго Ягеллона Hu, вѣроятно, къ эпохѣ еще до Уніи 1569 года, рисуетъ обязанности кавцлера исключительно въ дѣлѣ выдачи листовъ изъ канцеляріи. Въ соединеніе съ Польшею Княжество вступило, имѣя своимъ канцлеромъ Виленскаго воеводу, Николая Юрьевича Радивила. Ho въ 1579 году онъ сложилъ съ себя должность канцлера, сдѣлавъ это по словамъ привилея1976, даннаго на канцлерство его преемнику, «et propter ingrarestentem aetatem et propter onera imperatoris belli, cuius officio difficili ac negocioso nunc fungitur>. Привилей этотъ, данный Евстафію Воловичу, Не перечисляетъ обязанностей канцлера, А лишь исчисляетъ достоинства Воловича, назначаемаго на эту должность. Конечно, онѣ остались такими же, какими были и во время канцлерства Радивила, какими были и наканунѣ Уніи 1569 года.

Текстъ присяги, приносимой по своему вряду канцлеромъ, говоритъ лишь о завѣдываніи имъ королевскою канцеляріей и листами, документами, изъ нея выходящими. Въ рукахъ канцлера находилась большая печать великаго княжества Литовскаго —бірйіпш шаіпе Magni Ducatus Lithuaniae, безъ приложенія которой не признаются дѣйствительными листы и грамоты, выходящіе отъ короля. Въ силу того, что канцлеръ и подканцлеръ были хранителями TOCYдарственной печати и прикладывали ее къ документамъ, они носили названіе «печатарей». Когда на сеймики 1571 года были посланы Сигизмундомъ Августомъ сеймовые листы и инструкціи посламъ его запечатанными не, какъ обыкновенно, большою печатью Княжества, а просто королевскимъ сигнетомъ, повѣтовая шляхта стала требовать новыхъ листовъ съ обычною печатью, и паны-рада даже нашли нужнымъ заявить объ этомъ королю1977. Изъ грамоты короля, писанной къ сенаторамъ въ отвѣтъ на это ихъ заявленіе, узнаемъ, что листы эти были запечатаны сигнетомъ, T.-€. перстнемъ королевскимъ, потому, что во время ихъ изготовленія и разсылки при королѣ не было никого изъ печатарей. Король говоритъ, что въ Польшѣ дѣло обычное если нѣтъ при королѣ печатарей, то листы всегда запечатываются сигнетовою печатью, чтобы не было никакой задержки въ отправленіи государственныхъ дѣлъ. Если бы пришлось привилеи или данины выпустить изъ канцеляріи съ сигнетовою печатью, то эти документы «собе отновляли потомъ у большое печати». Сигизмундъ Августъ говоритъ, что, когда канцлеръ, пли подканцлеръ живутъ при королѣ, то и листы сеймовые и всѣ иныя справы земскія должны отправляться не иначе, какъ «через руки и справу» ихъ. Печатари въ этомъ дѣлѣ требовали, чтобы листы до ихъ разсылки были посланы для подписи и приложенія печати къ канцлеру или подканцлеру. Переписка эта короля съ панами-радами даетъ намъ прекрасныя свѣдѣнія о значеніи печатарскаго вряда въ Квяжествѣ. Безъ приложенія печатарями печати не имѣетъ силы привилей королевскій; онъ долженъ быть утвержденъ не только королевскою подписью, но и государственною печатью. Если въ поднятомъ шляхтою вопросѣ о запечатываніи сеймовыхъ листовъ слышится, главнымъ образомъ, опасеніе за права Княжества въ соединенномъ государствѣ, то для пановъ-радъ особенно, а также и для самой шляхты, это нововведеніе могло казаться опаснымъ прецедентомъ для услиленія королевской власти. Печатарь могъ противиться болѣе или менѣе удачно королевскому распоряженію и могъ даже прямо отказаться приложить печать къ грамотѣ, идущей въ разрѣзъ съ правами Литвы и съ ея обычными порядками.

Литовская печать, повидимому, имѣлась въ двухъ экземплярахъ: одинъ долженъ былъ находиться у канцлера, другой у подканцлера; иначе нельзя себѣ объяснить, почему королю представлялось возможнымъ посылать одни и тѣ же листы для приложенія печати и къ тому, икъ другому печатарю безразлично. Самая печать Княжества представляла изъ себя «погоню», т.-е. изображеніе скачущаго вооруженнаго всадника. Хранилась она со всевозможною осторожностью и заботливостью. Евстафій Воловичъ, находясь въ лагерѣ Баторія во время его похода 1581 года, хранилъ Литовскую печать подъ замкомъ въ желѣзномъ сундукѣ, прикрѣпленномъ къ ножкѣ постели*. Однако, несмотря на всю заботу объ ея сохранности, бывали случаи пропажи печати, Она была украдена у того же Воловича въ ночь на 18 іюля 1581 года*. Конечно, пропажа печати вызвала общую тревогу, озаботила самого короля и потребовала даже изданія особыхъ универсаловъ*.

Итакъ, въ обязанностяхъ канцлера мы должны прежде всего отмѣтить храненіе государственной печати: онъ хранитъ ее и прикладываетъ къ королевскимъ грамотамъ, не имѣющимъ безъ нея несомнѣниой силы и безспорваго значенія, Другою стороною въ дѣятельности канцлера было управленіе и завѣдываніе государ- CPBEHROIO канцеляріей Княжества. Какъ государственная печать хранилась у канцлера и подканцлера, причемъ они оба могли утверждать королевскіе листы, прикладывая ее, такъ и канцеляpieli завѣдывалъ канцлеръ при ближайшемъ участіи и помощи CO стороны подканцлера, Подъ вачальствомъ канцлера состоялъ цѣлый штатъ писарей и дьяковъ, которые вели книги канцеляріи подъ надзоромъ и завѣдываніемъ обоихъ пановъ-печатарей. т.-е. канцлера и подканцлера. Ho мы уже выше познакомились съ Литовскою канцеляріей, когда разсматривали обязанности писарей Княжества*. На королевскомъ дворѣ въ канцеляріи Литовской служили многія лица, подобно Ужвенскому тивуну, Семену Войнѣ, который служилъ тамъ «з давнихъ часовъ, а праве з молодости летъ своихъ»1981, или подобно секретарю королевскому, земскому Виленскому писарю Андрею Мацкевичу, который Сигизмунду Августу также «3 молодости летъ своихъ при канъцлярыи, на служъбахъ его королевское милости бываючи, охотне прислуговывалъ»1982. Всѣ они, конечно, находились «подъ справой» канцлера MH NOJканцлера, несли ли обязанности писарей, или дьяковъ, или употреблялись на другія нужды и надобности Литовской канцеляріи.

Въ радѣ королевской канцлеръ Литовскій долженъ былъ играть выдающуюся роль. И то, что этотъ врядъ вручался самымъ первымъ по своему значенію раднымъ панамъ Литовскимъ, и то, что онъ имѣлъ значеніе, изложенное выше, уже говоритъ намъ за это. Въ самомъ дѣлѣ, канцлеръ долженъ былъ стоять особенно близко къ королю вслѣдствіе постоянныхъ сношеній съ нимъ государя по поводу каждаго листа и привилея королевскаго, обязательно проходящаго черезъ руки его иди подканцлера. «Намова» короля съ канцлеромъ должна была быть дѣломъ особенно частымъ, обычнымъ и необходимымъ. Когда, напримѣръ, Сигизмунду Августу написахъ Кіевскій бискупъ, Николай Пацъ, что онъ еще не получилъ пожалованныхъ ему полутораста волокъ въ землѣ 7ѣомоитской, король ему отвѣчалъ изъ Варшавы 29 марта 1571 года: «в той речи мы господаръ сезде з воеводою Виленъскимъ, канцлеромъ великого князства Литовского, старостою Мозырским и Лидъскимъ, державцою Борисовъскимъ, паномъ Миколаемъ Радивиломъ намову учинивши, через его жь милость твоей милости волю вашу ознаймити не занехаемъ»1983. Гейденштейнъ говоритъ, что канцлеръ «предсѣдательствуетъ въ радѣ, въ судахъ, вводитъ пословъ и представляетъ королю о просьбахъ и заслугахъ отдѣльныхъ лицъ; къ канцлеру же, въ случаѣ отсутствія маршалка. переходитъ и вся власть послѣдняго»1984. Ho въ этой характеристикѣ вряда канцлера явное недоразумѣніе, такъ какъ предсѣдателемъ рады былъ король, а во время безкоролевій — примасъ, что же касается до судовъ, то вовсе не существовало никакого спеціальнаго суда, или вида судовъ, въ которомъ канцлеръ былъ бы предсѣдателемъ по своему вряду. Вѣрнымъ въ характеристикѣ должности канцлера, которую находимъ въ «Запискахъ о Московской войнѣ», трудно признать и то, что канцлеръ вводилъ по своему вряду пословъ къ королю. Когда 1 февраля 1581 года Стефану Баторію представлялись прибывшіе Московскіе послы, TO представленіе ихъ было совершено слѣдующимъ образомъ. На встрѣчу посламъ вышли два кашталяна, Жарновскій и Сохачевскій, и проводили ихъ до избы, въ которой находился король вмѣстѣ съ сенаторами. Передъ дверями ихъ встрѣтилъ Евстафій Воловичъ, Виленскій кашталянъ и канцлеръ Литовскій, вмѣстѣ съ дворнымъ маршалкомъ Короннымъ. Но Воловичъ встрѣтилъ пословъ съ маршальскимъ жезломъ въ рукахъ1985, и ясное дѣло, что въ данное время онъ исполнялъ обязанность отсутствовавшаго земскаго маршалка, а не канцлера. Bo время пріема пословъ KABILлеръ по своему собственному вряду не встрѣчалъ пословъ, а давалъ имъ королевскій отвѣтъ. Когда 12 февраля 1581 года тѣ же Московскіе послы были вновь введены маршалками къ королю и, когда ударивъ ему челомъ, едва дошли до своей скамьи, канцлеръ Литовскій произнесъ громкимъ голосомъ: «слово господарское». Когда послы встали, онъ объявилъ имъ королевское рѣшеніе — согласно ихъ желанію, они еще разъ должны переговорить съ панами-радами, удалившись въ другой домъ1986. Передача канцлеромъ рѣшеній и мыслей королевскихъ была тѣмъ естественнѣе, что онъ былъ ближайшимъ совѣтникомъ короля и исполнителемъ его повелѣній, какъ начальникъ государственной канцеляріи. Не будемъ забывать, что Коронный канцлеръ Янъ Замойскій, былъ обычнымъ ораторомъ на сеймахъ эпохи Баторія, высказывая въ своихъ знаменитыхъ рѣчахъ мысли и намѣренія короля.

Что касается до объявленія назначеній и пожалованій королевскихъ, то, повидимому, нужно признать, что они дѣлались канцлеромъ такъ же, какъ и маршалкомъ земскимъ. Мы видѣли выше, что Литовскій канцлеръ долженъ былъ извѣщать Кіевскаго бискупа о королевскомъ пожалованіи, «Дневникъ» послѣдняго похода Баторія говоритъ также и о назначеніяхъ, оглашаемыхъ канцлеромъ1987.

Характеризуя врядъ канцлера, мы уже дали и характеристику должности подканицлера. Въ самомъ „дѣлѣ, оба эти врядника, хранители государственной печати стоятъ во главѣ государственной Литовской канцеляріи, и какъ канцлеръ завѣдуетъ выдачею листовъ и привилеевъ изъ канцеляріи, такъ и подканцлеръ получаетъ приказанія королевскія выдать привилей тому или другому лицу1988. Мы видѣли выше, что присяга ихъ обоихъ по своему содержанію совершенно тождественна; слѣдовательно, ихъ обязанности были одинаковы и ихъ положеніе отличалось лишь старшинствомъ вряда и большею авторитетностью, съ нимъ связанною: подканцлеръ былъ младшимъ товарищемъ канцлера. При королевскихъ пріемахъ также присутствовали подканцлеры1989, но, конечно, и тутъ была замѣтна меньшая авторитетность ихъ, чѣмъ канцлеровъ.

Познакомившись съ врядами печатарьскими, перейдемъ къ характеристикѣ едва ли не самаго труднаго и сложнаго по кругу дѣлъ, ему подчиненныхъ, вряду должности земскаго подскарбія. Завѣдываніе государственными финансами — дѣло сложное и нелегкое вообще, затруднялось въ Княжествѣ еще болѣе, благодаря спеціальнымъ условіямъ, въ которыхъ находился Литовскій земскій скарбъ изучаемой эпохи, при своей задолженности, неаккуратныхъ поступленіяхъ, системѣ Ъ залога столовыхъ имѣній, военныхъ расходахъ эпохи и рядѣ другихъ неблагопріятныхъ условій. Земскій подскарбій, подобно всѣмъ остальнымъ врядникамъ великаго княжества Литовскаго, при вступленіи въ свою должность приносилъ присягу. Текстъ ея введетъ насъ въ кругъ его дѣятельности, а потому приведемъ его въ переводѣ съ Польскаго языка, какъ мы это дѣлали и при изложеніи дѣятельности другихъ врядовъ. Текстъ этотъ, какъ и текстъ присяги маршалка и печатарей, относится къ эпохѣ послѣдняго Ягеллона. «Я (имя) присягаю въ томъ, что буду на порученномъ мнѣ врядѣ подскарбства вѣренъ наіяснѣйшему князю и пану, пану Сигизмунду Августу, королю Польскому великому князю Литовскому, его потомкамъ MH великому княжеству Литовскому; врядъ мой буду исправлять съ искреннею вѣрностью. и съ величайшимъ усердіемъ не для моихъ собственныхъ выгодъ, а лишь для пользы его королевской милости. Всякіе клейноты и инсигніи великаго Княжества, привилеи и скарбъ его буду хранить съ великою тщатель- HOCTŁIO, всѣ доходы и все, что належитъ и принадлежитъ скарбу его королевекой милости, буду выбирать съ величайшею вѣрностью и вниманіемъ и буду завѣдывать ими съ величайшею вѣрностью и стараніемъ. Чеканить монету, когда явится въ этомъ надобность, буду съ выгодою, нужные расходы изъ государственнаго скарба--выправу жолнеровъ, дворянъ, пословъ и всѣ справы, которыя только какъ къ собственной, такъ и къ государственной выгодѣ его королевской милости и великаго Княжества относятся, также всѣ мои обязанности и вряды согласно опредѣленію статутовъ княжества Литовскаго буду обдумывать и выполнять. Ilo приказанію его королевской милости, великаго князя Литовскаго и за радою сенаторовъ и врядниковъ его королевской милости въ радѣ короля его милости и великаго Княжества буду подавать совѣты доброжелательно, никакихъ тайнъ, довѣренныхъ мнѣ королемъ его милостью или панами радами его королевской милости, никому не открою и не объявлю противъ волии къ ущербу и униженгю короля и великаго Княжества. Все, что увижу, пойму, придумаю и услышу, доведу до свѣдѣнія короля его милости и сенаторовъ и въ томъ его королевскую милость и сенаторовъ предостерегу и по мѣрѣ силъ моихъ буду (вредное) отражать1990. Такъ помоги мнѣ Боже!»1991. Присяга была составлена еще до 1569 года, но врядъ земскаго подскарбія нисколько не измѣнилъ своего значенія и компетенціи и поелѣ заключенія Люблинской Yniu. Мы уже знаемъ, что Литовскій скарбъ послѣ Уніи остался по прежнему отдѣльнымъ скарбомъ Княжества и 06% измѣненіи положенія и значенія земскаго Литовскаго подскарбія не было и рѣчи на Люблинскомъ сеймѣ 1569 года.

Ввиду отвѣтственности, сложности и значенія вряда земскаго подскарбія, назначеніе на него должно было быть дѣлаемо съ особою осторожностью. Въ моментъ вступленія Стефана Баторія на престолъ Речи Носполитей врядъ этотъ «ваковалъ» послѣ смертв земскаго подскарбія Николая Павловича Нарушевича, послѣдовавшей въ 1575 году. Новый король, только что вступившій на Польско-Литовскій престолъ, замѣстилъ этотъ врядъ, назначивъ на Hero дворнаго подскарбія, Лаврина Войну, но сдѣлалъ это Не иначе, какъ обратившись съ просьбою о рекомендаціи достойнаго и способнаго лицана эту должность къ панамъ-радамъ Польскимъ HM Литовскимъ1992. Привилей, данный Лаврину Войнѣ на ero врядъ, въ отличіе отъ обыкновенно выдаваемыхъ привилеевъ на должности, очень подробно перечисляетъ кругѣъ дѣлъ, подлежащихъ вѣдѣнію земскаго подскарбія, и даетъ такимъ образомъ для изслѣдователя весьма цѣннный матеріалъ. Обязанности земскаго Ѵподскарбія этимъ привилеемъ раздѣляются на его Щбя- 3AHHOCTH въ радѣ королевской и въ скарбѣ земскомъ. Въ сенатѣ подскарбій долженъ подавать мнѣнія и воты, пѳльзуясь при этомъ всѣми преимуществами и почетомъ, принадлежащими званію пана-рады и земскаго подскарбія. Такимъ образомъ въ радѣ королевской онъ засѣдаетъ рядомъ съ другими панамирадами, принимая участіе на равныхъ съ ними условіяхъ въ совѣщаніяхъ и дѣятельности сената, Гораздо сложнѣе были ero обязанности по управленію и завѣдыванію скарбомъ земскимъ Литовскимъ. Весь земскій скарбъ «в справованю своемъ» долженъ имѣть онъ и никто другой, какъ говоритъ привилей. Завѣдуя скарбомъ земскимъ, онъ вѣдаетъ и поступленія въ него и изъ него выдачи. Поступленія въ скарбъ идутъ отъ воеводъ, старостъ. державцевъ, ловчаго Литовскаго, намѣстниковъ, тивуновъ, лѣсничихъ, цельниковъ, мытниковъ, поборцевъ («такъ хрестиянъ яко и жидовъ), войтовъ, старцевъ и всякихъ врядниковъ, какимъ бы именемъ они ни назывались, словомъ ото всѣхъ, кто собираетъ какіе бы то ни было доходы, подлежащіе передачѣ въ скарбъ черезъ ихъ посредство, со столовыхъ имѣній, мытъ, товаровъ лѣсныхъ, всякихъ арендъ и т. I. Принимая эти поступленія, подскарбій долженъ выслушать отчетъ «личбу» и, провѣривъ его, принятъ то, что представлено правильно, и выдать свой «квитъ», квитанцію въ пріемѣ. Вѣдая всѣ эти доходы, подскарбій можетъ замѣтить необходимость ревизіи того или другого источника скарбоваго дохода, будетъ ли это воеводство, староство, лѣсничество, или какая-либо другая доходная государственная статья. Въ такомъ случаѣ онъ имѣетъ право самъ своею властью, не спрашиваясь у короля и пановъ-радъ, послать ревизоровъ для такой ревизіи и послѣ нея своею властью сдѣлать постановленіе объ уменьшеніи или увеличеніи скарбоваго дохода по той или другой доходной статьѣ.

Ho не однихъ ревизоровъ назначаетъ подскарбій своею властью. Онъ также назначаетъ мытниковъ и поборцевъ для сбора старыхъ мытъ, серебщизныхъ поборовъ и всякихъ податковъ съ имѣній государевыхъ, княжескихъ, панскихъ, духовныхъ и земянскихъ, которые были установлены въ великомъ княжествѣ Литовскомъ, и имъ даетъ приказаніе «с пильностью» выбирать ихъ въ скарбъ земскій. Доходы скарба получались не только съ воеводствъ HU державъ, отданныхъ въ держанье и управленіе; HCточникомъ доходовъ государственныхъ была и сдача въ аренду государственныхъ земель и угодій, Подскарбій имѣетъ власть сдавать въ аренду фольварки, гумна, доходы староствъ и державъ, принадлежащіе скарбу, точно такъ же, какъ всѣ товары лѣсные въ великомъ княжествѣ Литовскомъ и въ земляхъ, ему принадлежащихъ, такъ же какъ и мыта самъ лично и черезъ своихъ писарей «справовати» и сдавать въ аренду съ наибольшею выгодою для скарба. Такимъ образомъ въ рукахъ подскарбія земскаго сосредоточивается все завѣдываніе доходами земскаго скарба, Въ силу этого со смертью всякаго державцы столоваго имѣнія (будетъ-ли это воевода, староста, державца, намѣстникъ, тивунъ, лѣсничій, владыка или архимандритъ Русскій), въ ихъ земли подскарбій земскій (и притомъ онъ одинъ и имѣетъ на это право) посылаетъ своихъ уполномоченныхъ, беретъ земли на государя, держитъ ихъ и всѣ доходы, идущіе съ нихъ въ скарбъ, въ него собираетъ; что же касается до тѣхъ доходовъ съ этихъ земель, которые причитаются державцѣ ихъ, то онъ беретъ ихъ себѣ и обращаетъ въ свою частную собственность. Онъ завѣдуетъ и эксплоатируетъ эти земли, изыскивая въ нихъ новые источники дохода вплоть до того времени, когда будетъ назначенъ новый ихъ державца, а съ назначеніемъ такового подскарбій же долженъ передать ему эти земли и сдѣлать его въ нихъ хувязанье». Такова компетенція подскарбія земскаго по отношенію къ тому, что является источникомъ доходовъ для скарба великаго княжества Литовскаго. Но скарбъ не только получаетъ доходы, онъ дѣлаетъ и расходы на нужды государственныя. Эти расходы, прежде всего и главнымъ образомъ, дѣлаются на оборону государства и на военныя его нужды. Подскарбій ведетъ счетъ тому, сколько выслужили на скарбѣ государственномъ «люди служебные» конные и пѣшіе, замковые и польные, также пушкари, — счетъ и того, что они уже выслужили, и того, что они будутъ выслуживать. Кромѣ содержанія войска, оборона государства требуетъ устройства и содержанія въ исправности крѣпостей. Поэтому подскарбій долженъ не только выплачивать «заслужоное» людямъ служебнымъ и пушкарямъ, но и ремесленникамъ замковымъ, а также и то, что требуется на строевые расходы и снабженіе провіантомъ замка Виленскаго и другихъ Литовскихъ замковъ, а особливо Русскихъ и Лифлянтскихъ. Всѣ эти расходы распоряженіемъ подскарбія вписываются въ скарбные реестры и согласно имъ производится изъ скарба выдача государственныхъ денегъ. Но не на одни военные расходы производитъ подскарбій выдачи изъ земскаго скарба; юргельты, т.-е. пенсіи, назначаемыя королемъ какъ людямъ военнымъ, такъ и земскимъ врядникамъ, также выдаются имъ по назначенію королевскому. Наконецъ, обязанностью земскаго подскарбія является и чеканка монеты. Согласно Люблинскому договору 1569 года монета въ Литвѣ и Коронѣ должна быть uniformis et aequalis, одна и та же. Поэтому привилей Лаврину Войнѣ на подскарбство, который мы теперь пересказываемъ, говоритъ, что земскій Литовскій подскарбій долженъ чеканить монету въ Литвѣ такую же, какую король установитъ и для Польши. Для чеканки монеты онъ долженъ устроить монетный дворъ въ Вильнѣ, или въ какомъ-либо другомъ мѣстѣ, гдѣ въ Княжествѣ ему покажется удобнѣе и выгоднѣе. Какой доходъ, расходъ и выгода въ Коронѣ будутъ отъ чеканки монеты для Короннаго скарба, такіе же должны они быть и въ скарбѣ земскомъ Литовскомъ; какой доходъ и вознагражденіе за трудъ будетъ поступать въ Коронѣ въ личную собственность Короннаго подскарбія, такія же суммы будутъ получаемы и земскимъ Литовскимъ подскарбіемъ въ его личную пользу. Изъ бѣглаго перечня обязанностей подскарбія, представляемаго привилеемъ на этотъ врядъ, мы видимъ всю сложность его обязанностей и громадное количество дѣлъ, подлежащихъ его вѣдѣнію. Разумѣется, одинъ подскарбій не могъ управиться со всѣми дѣлами, относящимися къ завѣдыванію его вряда. У него существовалъ цѣлый рядъ подчиненныхъ ему лицъ.

Этими подчиненными его были скарбный, скарбные писари и дворяне, находившіеся въ распоряженіи скарба и потому, особенно въ позднѣйшее время, называемые скарбовыми дворянами. Само собою разумѣется, что всѣ скарбовые врядники назначались королемъ не иначе, какъ по рекомендаціи и представленію ему кандидата на должность самимъ земскимъ подскарбіемъ. Въ 1576 году, въ годъ назначенія Лаврина Войны на должность земскаго подскарбія, скарбнымъ былъ Упитскій староста, ключникъ и подключій Виленскій, панъ Иванъ Зарецкій, находившійся въ Вильнѣ при скарбѣ*. Скарбный былъ ближайшимъ помощникомъ подскарбія и вторымъ послѣ него по значенію врядникомъ земскаго скарба. Онъ принимаетъ и записываетъ скарбовые приходы и расходы, и черезъ его руки принимаются въ скарбъ поступленія и дѣлаются изъ Hero выдачи. Панъ скарбный, какъ врядникъ государственный, существуетъ уже въ началѣ XVI столѣтія, Въ самомъ дѣлѣ, скарбовая книга 1502—1509 годовъ*, заключающая въ себѣ отчетность Литовскаго скарба по CHOHICніямъ съ Татарскими ордами, составлена скарбнымъ. Скарбнаго нерѣдко упоминаютъ источники и послѣдующаго времени*. Кромѣ скарбнаго при скарбѣ находятся въ распоряженіи 3exскаго подскарбія скарбные писари, обязанность которыхъ состояла въ принятіи и выслушиваніи «личбы», отчетовъ лицъ, представ. ляющихъ въ скарбъ поступающіе въ него доходы. Скарбовыми писарями бывали, конечно, какъ и на всѣхъ Литовскихъ врядахъ, лица свѣтскія*, но въ видѣ исключенія встрѣчаются и лица духовныя, столь часто занимавшія канцелярскія должности въ Польшѣ*. Иногда въ распоряженіе подскарбія откомандировывались даже секретари*. Ho не только на мѣстѣ, въ скарбовой канцеляріи исполняли свои обязанности скарбовые писари: они несли также обязанности ревизоровъ и поборцевъ. Такъ, Еронимъ Квилецкій былъ ревизоромъ королевскаго замка Плотельскаго 7. а королевская грамота, данная въ Вильнѣ 9 пюля 1563 года, предписывающая выдачу постановленной на сеймѣ серебщизны, гласитъ: «гдежъ и бирчихъ на то обрано тежъ черезъ BCH станы, до которыхъ у Вильни тую серебщизну относити и отдавати маете, то естъ маршалъка нашого державцу Вилкомирского, пана Яна Кмиту, а декана Виленского,ардьякона Варшевъского, писара нашого скарбного, князя Яна Маковецкого, а, при них дьяком поборовымъ, тивуна Дирваньского, Яна Кградовъского»2000. Давая возможность изслѣдователю присутствовать при самомъ назначеніи скарбовыхъ писарей, документы въ то же время указываютъ на положеніе ихъ, какъ писарей королевскихъ, хотя и служащихъ въ дѣлахъ скарба. Наконецъ въ распоряженіи подскарбія находились дворяне для различныхъ надобностей скарба. Какъ мы уже замѣтили выше, въ позднѣйшее время въ Литовскихъ актахъ упоминаются такъ называемые скарбовые дворяне2001. Ho въ періодъ времени, подлежащій настоящему изслѣдованію, повидимому, еще не было спеціально причисленныхъ для исполненія скарбовыхъ порученій дворянъ, а подскарбій земскій просто бралъ для своихъ надобностей тѣхъ или другихъ дворянъ королевскихъ изъ находившихся въ данное время незанятыми другими порученіями и службами на королевскомъ дворѣ. Можно лишь думать, что подскарбій бралъ для своихъ порученій обыкновенно однихъ и тѣхъ же дворянъ. Это должно было быть потому, что онъ долженъ былъ нѣкоторымъ изъ дворянъ оказывать большее довѣріе, чѣмъ остальнымъ, А также и потому, что они были уже не новичками въ поручаемыхъ имъ дѣлахъ, что давало извѣстную увѣренность въ успѣшномъ исполненіи даннаго имъ порученія. Иногда порученія подскарбія исполняли и простые его служебники2002. Врядъ подскарбія, по всѣмъ признакамъ, еще не закончилъ вполнѣ въ изслѣдуемую эпоху своей организаціи, въ которую жизнь и потребности вносили все новыя черты и требованія.

Прежде чѣмъ показать, какъ проявлядась дѣятельность земскаго Литовскаго подскарбія въ фактахъ реальной дѣйствительности, сохраненныхъ Литовскими актами, остановимся на отвѣтственности этого врядника-сенатора, на вопросѣ о томъ какъ, передъ кѣмъ и въ какихъ предѣлахъ она отдавалась. Привилей Лаврину Войнѣ на должность земскаго подскарбія говоритъ, что всѣ, отчеты воеводъ, старостъ и державцевъ всѣхъ видовъ, разъ они приняты земскимъ подскарбіемъ, будутъ признаны королемъ, панами-радами и всѣми станами Княжества: всѣ аренды и сдѣланныя подскарбіемъ распоряженія, касающіяся мытъ, поборовъ, столовыхъ имѣній, король считаетъ себя «повиннымъ» признать и «держать»; всѣ выдачи изъ скарба, сдѣланныя имъ на земскія нужды, равнымъ образомъ должны быть принимаемы королемъ и его преемниками безъ всякой «вонтъпливости». Итакъ, во всѣхъ расходахъ, и пріемахъ поступленій земскій подскарбій облеченъ полнымъ довѣріемъ со стороны короля и становъ, и всякое его дѣйствіе не должно возбуждать никакихъ сомнѣній въ правильности и безкорыстности. Этого мало. Привилей Лаврину Войнѣ гласитъ, что онъ будетъ занимать земское подскарбство до своей смерти, или до повышенія его на высшую должность; король не считаетъ, слѣдовательно, возможными какой-нибудь проступокъ, или оплошность подскарбія, могущіе обнаружить его недобросовѣстность, или неспособность, Такимъ образомъ, правильность его показаній приходовъ и расходовъ земскаго скарба въ его отчетахъ не можетъ быть контролирована, но онъ долженъ все-таки представить свой отчетъ, свою «личбу» государю и всей «речы посполитой». Отчетъ этотъ принимается съ полнымъ довѣріемъ къ цифрамъ поступленій и выдачъ, но самыя цифры должны быть представлены подскарбіемъ въ его отчетахъ съ указаніемъ источниковъ поступленій и назначеній расходовъ. Кромѣю того, земскій подскарбій, скарбный и писари скарбные должны всегда имѣть готовыми реестры своихъ «личбъ», чтобы представить ихъ въ случаѣ надобности, Привилей на земское подскарбство, разсматриваемый нами, даетъ Лаврину Войнѣ не только гарантію довѣрія къ нему и его дѣйствіямъ со стороны короля, онъ гарантируетъ также его семьѣ, что она не будетъ привлекаема къ уплатѣ въ скарбъ тѣхъ недочетовъ, которые могутъ въ немъ обнаружиться въ случаѣ, если подскарбія настигнетъ смерть прежде, чѣмъ онъ сдастъ свою «личбу»: въ случаѣ смерти его, отчетъ въ скарбѣ должны будутъ дать скарбный и скарбовые писари, а не семья и потомки его.

Литовскій скарбъ времени послѣ Люблинской Уніи не имѣетъ спеціальнаго изслѣдованія*. Выше мы уже имѣли случай коснуться нѣсколькихъ страницъ, посвященныхъ Литовско- My скарбу Павинскимъ; видѣли и ошибочность представленій покойнаго ученаго о скарбѣ Княжества*. Литовскій скарбъ имѣлъ очень большія отличія отъ скарба Короннаго, и объ этомъ мы уже упомянули выше. Теперь же мы можемъ прямо перейти къ изображенію дѣятельности Литовскаго подскарбія земскаго, какъ ее обрисовываютъ дошедшіе до насъ акты Княжества.

Поступленія въ Литовскій скарбъ были слѣдующія. Во-первыхѣъ доходы со староствъ и державъ. Мы уже знаемъ, что старосты и державцы столовыхъ земель должны были отдавать доходы ихъ въ земскій скарбъ Княжества, удерживая изъ нихъ себѣ установленную закономъ часть. Поэтому теперь мы уже Не будемъ останавливаться вновь на этихъ поступленіяхъ. Но подскарбій земскій не только принималъ доходы со столовыхъ земель; послѣ смерти державцы, или старосты онъ управлялъ державою и передавалъ ее новому державцѣ.

Другимъ источникомъ доходовъ земскаго скарба были мыта, которыя арендовались, обыкновенно, жидами, но иногда и шляхтичами, даже вельможами*. Затѣмъ, въ числѣ скарбовыхъ доходовъ были раздичные сборы, существовавшіе въ городахъ. Самое преобразованіе села въ городъ дѣлалось, по словамъ королевскихъ грамотъ, «для розмноженья пожитковъ скарбу нашого (короля) господарьского и земского»*. Въ скарбъ же шли поборы CE Евреевъѣ). Все это обыкновенныя поступленія въ земскій скарбъ. Но рядомъ съ ними поступали въ него и доходы чрезвычайные. Къ этому разряду скарбовыхъ поступленій принадлежатъ Halaгаемые сеймомъ, или королемъ поборы на города, а также принудительные займы съ нихъ, и серебщизна, налагаемая сеймомъ на все Княжество — и на шляхту, и на все остальное его населеніе для покрытія чрезвычайныхъ расходовъ государства*. Къ этому нужно прибавить поступленія въ видѣ ссудъ, которыя дѣлали скарбу его кредиторы, получавшіе въ залогъ своихъ денегъ столовыя имѣнія и державы*. e

"ITO касается выдачъ изъ скарба, TO онѣ прежде всего дѣлались на военныя нужды Княжества, T.-e. на постройку и содержаніе крѣпостей и на жалованье наемнымъ войскамъ. Однако, какъ мы уже знаемъ, земскій скарбъ по большей части не былъ въ силахъ аккуратно расплачиваться по земскимъ нуждамъ. Приходилось часто принимать тѣ или другія мѣры «для уфолькгованья» его, такъ какъ онъ «на сесь час розъными бремены обътяжонъ»*. Затрудненія скарба имѣли своею причиною или чрезвычайные расходы, или уменьшеніе поступленій*, но какъ бы TO ни было, объ его затрудненіяхъ источники говорятъ очень часто ѣ). Для того, чтобы добыть денегъ, государство прибѣгало къ займамъ «черезъ руки» подскарбія, закладывая во взятой въ дошпъ суммѣ староства, державы и столовыя имѣнія*. Ho случалось нерѣдко, что наличныхъ денегъ не хватало, несмотря на займы: тогда приходилось вступать въ то или другое соглашеніе съ caмими ротмистрами, требующими слѣдуемыхъ имъ со скарба денегъ. Такъ, король Генрихъ въ своей грамотѣ отъ 2 мая 1574 года говоритъ: пану Мальхеру Зигмунтовичу Сновскому* сумма, слѣдуемая ему за содержаніе его роты «на сес часъ отъ насъ 3% скарбу нашого заплачона быти не могла, тогды около тое заплаты учинили есмо з нимъ постановенье тым обычаемъ, ижъ бояр нашихъ з ыменьями ихъ, ку двору Куренецъкому здавна належачыхъ и тежъ пущу тамошнюю Куренецъкую з гоны бобровыми и зъ иными всякими ее пожитъками» къ его державѣ Куренецкой взносимъ и записуемъ»2015.

Кромѣ «заслужоного» ротмистрамъ, выдавались изъ земскаго скарба различнымъ лицамъ «юргельты», T.-€. также денежныя жалованья. Выдавались юргельты и должностнымъ лицамъ военнымъ2016, и панамъ-радамъ2017, и врядникамъ2018. Ko времени Стефана Баторія накопилось столько выдачъ юргельтовъ изъ земскаго скарба, что онъ отдалъ приказаніе земскому подскарбію, «абы юркгелтов и пенезей стравных, от королей Жикгимонта Августа и Генриха постановленых, никому без особливых листовъ господарских не давалъ,2019. Кромѣ постоянныхъ юргельтовъ должностнымъ лицамъ, дѣлались также единовременныя выдачи. Такъ, Михаилу Гарабурдѣ, отправленному посломъ въ Москву и задержавшемуся въ Оршѣ, Сигизмундъ Августъ писалъ въ листѣ, данномъ изъ Варшавы 28 октября 1571 года: «.. А ижь, до того часу в Орши мешкаючи, не малый коштъ приняти мусишъ, то тобе ласкою нашою господарьскою паметовати хочем и з скарбу нашого нагородити роскажемъ»2020.

Подскарбію тѣмъ труднѣе было вести свое скарбовое дѣло, что нерѣдко доходы скарба расходовались еще до поступленія ихъ въ него. Листъ Сигизмунда Августа, данный 15 іюля 1568 года и вписанный 14 апрѣля 1574 года въ листъ короля Генриха, гласитъ, что Янъ Ходкевичъ, «за листы» королевскими «заховываючи певный почотъ людей служебныхъ ездъныхъ и пешихъ и беручи пенези зъ скарбу» короля «земского и розъныхъ платовъ и доходовъ» короля «господаръскихъ и податковъ земскихъ»2021, Не только отдалъ въ уплату войскамъ эти деньги, но еще выдалъ имъ и свои собственныя. Тотъ же листъ Генриха, въ который вписана эта грамота Сигизмунда Августа, говоритъ, что часть израсходованныхъ Ходкевичемъ собственныхъ его денегъ была ему возвращена «такъ зъ скарбу короля его (милости), якѣ С певъных местцъ,2022. Выдавались изъ мытныхъ сборовъ и юргельты до поступленія мытныхъ денегъ въ скарбъ. Такъ, Владимірскій плебанъ, князь Криштофъ Подосскій заявилъ Сигизмунду Августу, что «водле фунъдушу и наданя продковъ» королевскихъ першимъ плебаномъ Володимеръскимъ и ему самому з мыта коморы Луцкое плачивано в кождый годъ по чотыры копы грошей». Такъ какъ мытники перестали выплачивать эти деньги на Владимірскій костелъ, то плебанъ и обратился къ королю съ просьбою, чтобы онъ св томъ ему шкодовати» не допустилъ, «а оные пенези, за прошлые годы задержаные, выдати и потомъ завжды платити» приказалъ. «Справу» королю въ этомъ дѣлѣ далъ «намененый владыка Пиньский и Туровский, Иванъ Борздобогатый», заявивъ, что, «кгды он мыта Волыньские заведал, тогды тотъ юркгельтъ плебаномъ Володимерскимъ завъжды плачиванъ былъ». На основаніи этой справки король отдалъ приказъ, чтобы законное требованіе юргельта Владимірскимъ костеломъ было удовлетворено и впередъ его право на него не было бы нарушаемо2023.

Стоя во главѣ финансоваго управленія государства и вѣдая источники земскихъ доходовъ, подскарбій получаетъ отъ короля предписанія разслѣдовать дѣло въ случаѣ претензій частныхъ лицъ на государственныя имущества. 6 мая 1574 года, напримѣръ, король Генрихъ далъ такое приказаніе Литовскому подскарбію, Николаю Нарушевичу: «то на твою милость, пане подскарбий земский, прекладаем, абы еси, о томъ (вы)веданье певное взявши, естли намъ до оного пляцу права никакого нетъ» дѣло въ томъ, что было предъявлено женою маршалка Сновскаго и женою ротмистра Григорія Войны ихъ право на пляцъ въ Вильнѣ, который былъ захваченъ Виленскимъ городничимъ къ королевскимъ конюшнямъ2024.

Акты знаютъ цѣлый рядъ реестровъ, которые находятся въ скарбѣ, какъ документы, необходимые ему въ его дѣдахъ: реестры скарбные2025, или реестры выбиранья доходовъ2026, квиты ѣ) и T. IL часто упоминаются въ современныхъ актахъ. Вѣдая сборы въ скарбъ, подскарбій вступаетъ въ сношенія съ плательщиками этихъ сборовъ и пишетъ имъ свои листы съ различными извѣщеніями2027. Но кромѣ документовъ, которые составляются по нуждамъ скарбовымъ, въ скарбѣ хранятся и другіе документы, въ него поступающіе, а именно «права» на имѣнія, которыя въ него поступаютъ отъ ихъ владѣльцевъ, передающихъ свои земли скарбу въ обмѣнъ на другія, жалуемыя имъ государемъ2028, Выше мы видѣли, что въ скарбѣ хранились государственныя инсигніи Княжества и привилеи, и подскарбій земскій, вступая въ должность, клялся охранять ихъ. Такимъ образомъ, скарбъ былъ въ то же время архивомъ и хранилищемъ клейнотовъ и драгоцѣнностей государственныхъ2029.

Кромѣ того, скарбъ Литовскій игралъ роль учрежденія государственно-почтоваго онъ разсылалъ по Княжеству листы и универсалы королевскіе. «Тые листы, пописавши, посланы ку разосланю до скарбу господарского» читаемъ въ ряду записей, сдѣланныхъ въ Литовской Метрикѣ въ 1564 году2030. Ho если въ данномъ случаѣ имѣемъ дѣло съ листами, писанными въ исполненіе королевскаго распоряженія отъ самого подскарбія, то въ другихъ сдучаяхъ содержавіе разсылаемыхъ скарбомъ листовъ не имѣетъ никакого отношенія къ спеціальному кругу дѣлъ, вѣдаемыхъ скарбомъ.

IA 1?) Нпр., JInr. Merp. "57 1 8 06. (описана доходность дворовъ и мѣ- IA стечекъ), иди Лит. Метр. 749 1. 39 - 40 (описанъ циншъ). . IA Напримѣръ, въ числѣ записей 1566 года читаемъ TAKYJO' стые листы посланы ку розосланью до скарбу»2031; между тѣмъ содержаніемъ этихъ листовъ было королевское распоряженіе «0 еханье до Друцка на певный час для пописанья се перед паномъ гетманомъ»2032. Надо притомъ замѣтить, что листы по этому дѣлу не всѣ были разосланы изъ скарба, а весьма значительная часть ихъ была отправлена прямо со двора, черезъ королевскихъ дворянъ; при этомъ и непосредственно дворянамъ, и въ скарбъ для разсылки были переданы листы къ адресатамъ совершенно одинаковаго значенія — и къ сенаторамъ, и къ князьямъ, и къ панамъ, и къ врядникамъ, и въ повѣты были доставлены листы черезъ оба способа безразлично. Такимъ образомъ, за скарбомъ Литовскимъ мы должны признать еще одну функцію — значеніе государственной почты при разсылкѣ правительственныхъ распоряженій и листовъ, хотя и не всѣ эти листы разсылались скарбомъ обязательно.

Помимо своихъ обязанностей, какъ врядника, завѣдывающаго скарбомъ государственнымъ, подскарбій земскій получалъ иногда и порученія, не входящія въ его прямыя обязанности, Такъ напримѣръ, онъ бывалъ въ числѣ депутатовъ, выбранныхъ для сбора установленнаго сеймомъ податка2033. Ho надо думать, что вообще избѣгали давать земскому подскарбію стороннія порученія, такъ какъ его врядъ требовалъ слишкомъ много вниманія и времени отъ своего врядника.

Вознагражденіемъ земскаго подскарбія за его трудъ служатъ его доходы по вряду, которые мы уже видѣли выше2034, а также юргельтъ, идущій ему изъ скарба. Привилей на земское подскарбство Лаврину Войнѣ говоритъ, чти послѣдній будетъ пользоваться всѣми доходами и «пожитками», которыми владѣли его предшественники, а именно Евстафій Воловичъ и Николай Нарушевичъ, приведенные въ примѣръ. какъ ближайшіе подскарбіе, бывшіе до Войны. Получалъ подскарбій и земельныя пожалованія подобно остальнымъ врядникамъ и сенаторамъ Литовскимъ. Наконецъ, получалъ онъ и повышенія по іерархической лѣстницѣ сенаторскихъ врядовъ. Такъ, Евстафі@й Воловичъ изъ подскарбія былъ сдѣланъ въ 1566 году подканцлеромъ, а потомъ продолжалъ и еще далѣе возвышаться, получая новые вряды, и затѣмъ достигъ канцлерства и Виленскаго кашталянства (1579 r.). Присутствуя въ радѣ, земскій подскарбій также съ удобствомъ могъ наблюдать свои личные интересы и интересы своихъ близкихъ. Такъ, Николай Нарушевичъ, какъ даетъ знать королевская грамота отъ 12 апрѣля 1574 года2035, «мовилъ, королю Генриху «именемъ тивуна Виленьского, пана Станислава Нарушейича, брата своего», дѣлая это въ интересахъ послѣдняго.

Сенаторскіе уряды, съ которыми мы сейчасъ познакомились, были врядами, постоянно существовавшими въ Княжествіѣ. Ho была должность, которая постояннаго замѣщенія не требовала, хотя она и была самою высшею въ государствѣ, - подъ начальство ея врядника становились всѣ сенаторы безъ исключенія, какъ и весь народъ-шляхта. Эта должность врядъ гетмана наивысшаго. Если просмотримъ списки гетмановъ наивысшихъ Литовскихъ2036, то прямо бросятся въ глаза постоянно встрѣчающіеся вакаты въ XVI и XVII столѣтіяхъ. Въ большинствѣ случаевъ послѣ смерти гетмана наивысшаго нѣсколько лѣтъ преемникъ ему не назначался. Уже одно это должно говорить за то, что наивысшій гетманъ не былъ врядникомъ, дѣятельность котораго требовалась бы для государства безпрерывно. Разъ получивъ титулъ гетмана, вельможа носилъ его уже вплоть до своей смерти, или до добровольнаго отъ него отказа, но функціонировалъ врядъ великаго гетмана не постоянно, а лишь въ болѣе, или менѣе исключительныя эпохи, Гетманъ наивысшій долженъ былъ функціонировать лишь во время весьма серьезныхъ войнъ, притомъ, главнымъ образомъ, когда собиралось посполитое рушенье. Какъ врядъ не постоянно существующій, гетманство наивысшее не нашло себѣ мѣста въ ряду сенаторскихъ урядовъ въ спискѣ 1569 года2037, Ho какъ мы уже замѣтили выше2038, гетманъ наивысшій долженъ былъ быть обязательно сенаторомъ, притомъ однимъ изъ самыхъ первыхъ по своему значенію.

Самое назначеніе наивысшаго гетмана дѣлается нѣсколько иначе, чѣмъ назначеніе остальныхъ врядниковъ. Въ то время какъ остальныхъ сенаторовъ и врядниковъ король назначаетъ, повышая по службѣ и жалуя, гетмана наивысшаго онъ просить принять на себя обязанности этого ypaja. Назначивъ въ 1576 году Николая Радивила на врядъ гетмана наивысшаго Литовскаго, Стефанъ Баторій объявилъ объ этомъ универсаломъ2039 по Княжеству; въ этомъ универсалѣ читаемъ: «про то ужили есьмо жеданьемъ нашимъ королевскимъ воеводу Виленского, канцлера великого князства Литовского, старосту Ошменского и Лидского; пана Миколая Юрьевича Радивила, абы тую працу и небезпечности рѣчи посполитое на себе принялъ». Тотъ же универсалъ объясняетъ и причину, почему потребовалось непремѣнно назначеніе наивысшаго гетмана. Король говоритъ объ опустошеніи Москвою Инфлянтъ и о приближеніи Московскаго войска къ границамъ Княжества; затѣмъ, призывая шляхту къ общему рушенью противъ врага, продолжаетъ: «чому забѣгаючи и ознаймуючи всимъ станомъ, листы наши писати есьмо казали, жедаючи абы, яко къ кгвалтовному припадку, къ отпертью непріятелю, кождый зъ хути и зъ милости своее къ рѣчи посполитой, для насъ господаря, и боронячи отчизны и славы народу своего, поспѣшили и на одно мѣстцо до войска збиралися, А ижъ до такового собранья есть потреба певноѣ парсоны, къ справованью надъ всимъ войскомъ порядку», то король и упросилъ Виленскаго воеводу принять на себя обязанности наивысшаго Литовскаго гетмана.

Итакъ гетманъ наивысшій главнокомандующій всѣми войсками Княжества, т.-е. и наемнымъ, и шляхетско-народнымъ. Мы видѣли выше2040, что шляхта не станетъ въ своемъ рушеньѣ подъ команду начальника наемнаго войска, гетмана польнаго2041; видѣли также, что и самъ гетманъ польный становился «подъ справуѣ гетмана наивысшаго2042. Какъ начальникъ послѣдняго, онъ комаядуетъ наемными войсками, непосредственнымъ начальникомъ которыхъ былъ польный гетманъ2043. Что же касается до роли наивысшаго гетмана во время посполитаго рушенья, то мы уже видѣли ее, когда изучали повинности. шляхты Литовской. Гетманъ наивысшій былъ главнокомандующимъ всѣми военными силами Литовскими. Какъ таковой, онъ является дѣйствительно «наивысшимъ» лицомъ въ цѣломъ государствѣ.

Мы Не будемъ долго останавливаться на этомъ врядѣ функціи его мы встрѣтили выше, когда говорили о военныхъ врядникахъ Княжества и о посполитомъ рушеньѣ народа-шляхты2044. Теперь обратимся еще къ одному вряду, чтобы закончить обзоръ всѣхъ сенаторскихъ урядовъ изслѣдуемаго времени. Этотъ врядъ администраторство и гетманство Лифляндіи. Если гетманство наивысшее нельзя назвать постоявнымъ урядомъ, то администраторство и гетманство Лифляндіи было должностью уже совершенно исключительною. Эта должность возникла слѣдующимъ образомъ. Въ 1561 году во главѣ Ливоніи, принятой Княжествомъ подъ свою власть и охрану, былъ поставленъ Кеттлеръ, бывшій магистръ Ливонскаго Ордена, въ то время герцогъ Курляндскій. Ho въ 1566 году Литовскіе станы, собравшіеся на Берестейскомъ сеймѣ, рѣшили поставить во главѣ и военнаго, и гражданскаго управленія Ливоніи старосту Жомоитскаго и маршалка земскаго Княжества, Яна Еронимовича Ходкевича. 2-го августа 1566 года состоялось это назначеніе, и Ходкевичъ получилъ въ свои руки завѣдываніе Инфлянтами2045. Въ грамотѣ2046, адресованной Волмерскому старостѣ, князю Александру Ивановичу Полубенскому, А также «всимъ CTa- | ростамъ и державцамъ замковъ арцыбискупства Рижского и всихъ иныхъ замковъ и державъ» королевскихъ «въ земли Лифлянтской и тежъ всимъ ротмистромъ и ихъ товаришомъ ротъ ѣздныхъ и пѣшихъ, которые служатъ въ земли Лифлянтской», читаемъ приказаніе повиноваться Яну Ходкевичу. Власть его въ Инфлянтахъ хорошо обрисовывается слѣдующими словами короля, обращенными въ этой грамотѣ къ старостамъ, державцамъ и наемнымъ воŃ- скамъ Лифляндіи: <...и злѣтили есмо его милости (Ходкевичу) всю справу, моцъ и владность арцыбискупства Рижского и иные BCH замки наши, и гетманство земли Лифлянтскоѣ, давши ему суполную моцъ арцыбискупствомъ Рижскимъ и всими замки нашими въ оной земли Лифлянтской, также и вами, людми служебными, рядити и справовати, и непріятелемъ границъ того панства съ добрымъ и пожиточнымъ нашимъ отпоръ чинити, и укривжонымъ подданнымъ справедливость дѣлати, и служебныхъ пріймовати въ службу и имъ приповѣдати, и всякіе рѣчи водлугъ зданья его милости справовати». Ходкевичъ будетъ и судить наемниковъ въ случаѣ жалобъ на нихъ со стороны мирныхъ жителей, онъ же будетъ и расплачиваться съ жолнерами, такъ какъ онъ отъ короля «науку достаточную маетъ, откуль заплату теперешнего заслужоного» наемныхъ войскъ въ Лифляндіи «чинити будетъ». Такимъ образомъ Ходкевичъ получилъ всю полноту власти въ Ливоніи въ тѣхъ ея предѣлахъ, въ которыхъ можетъ имѣть ее лишь самъ король.

При такомъ высокомъ положеніи администраторъ и гетманъ Лифляндіи долженъ былъ имѣть и извѣстный внѣшній блескъ, который бы окружалъ его, какъ правителя страны. На свое «BHхованье» Ходкевичъ получилъ въ Лифляндіи, замокъ Зейгволтъ2047, въ которомъ долженъ былъ имѣть свою резиденцію, если положеніе дѣлъ не требовало его присутствія въ другомъ мѣстѣ. Какъ правитель Ливоніи, онъ принимаетъ посольства, отправляемыя прямо къ нему2048. Ходкевичъ не былъ новичкомъ въ Ливоніи и былъ хорошо знакомъ съ войною въ ея предѣлахъ, когда получилъ свое назначеніе. Еще задолго до него онъ вмѣстѣ Ch Чечерскимъ и Пропойскимъ старостою, паномъ Юріемъ Миколаевичемъ Зеновевичемъ, былъ гетманомъ въ Инфлянтахъ, находясь тогда подъ командою гетмана наивысшаго*. Конечно, и онѣ уже зналъ Ливонію, да и его знали мѣстныя войска, когда состоялось его назначеніе правителемъ Инфлянтъ. Военное положеніе, на которомъ находились Инфлянты, требовало соединенія военной власти съ гражданскою, какъ для болѣе удачной борьбы съ Москвою, такъ и для того, чтобы защищать мирныхъ жителей отъ насилій наемныхъ солдатъ. Ходкевичъ и долженъ былъ преслѣдовать обѣ эти цѣли. Не подучая изъ скарба аккуратно слѣдуемыхъ на веденіе войны и оборону Лифляндіи денегъ, Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ «якъ на заплаченье людемъ служебънымъ, такъ на опатренье замковъ и на многие розъные а пильные потребы военъные не малую суму властныхъ пенезей своихъ былъ выдалъ», разсказываютъ акты*. При этомъ приходилось ему и просить ротмистровъ выставлять на свой счетъ роты до уплаты изъ скарба*, и даже закладывать свои собственныя земли*, такъ какъ военные расходы не могли ожидать, пока скарбъ CO-' берется съ силами и пришлетъ денегъ. Мы видѣли выше, въ какомъ отчаянномъ положеніи былъ Ходкевичъ въ 1574 и 1575 годахъ*, умоляя Корону помочь ему деньгами и войскомъ и требуя этого отъ нея потому, что она установила на Ливонію свое право рядомъ съ правомъ Литвы. Когда, утомленный всѣми дѣлами по управленію Ливоніей, Ходкевичъ сложилъ въ 1578 году съ себя администраторство и гетманство Инфлянтъ, преемникъ

stellanum Vilnensem r. majestati шівза». Дата: «Rigae, 18 marcii anno 1577>. Московскій Архивъ Министерства Иностранныхъ Дѣлъ. Метрика Коронная. X XXL л. 52—53 06.

JA. 3. Р. шт. №№ 26 (1559 r.), 27 (1560 r.). A. O. n 3. P. I. M 137.

(1559 r.) u др. IA ему не былъ назначенъ, и въ эту страну для командованія войсками былъ посланъ гетманъ польный Литовскій, Криштофъ Радивилъ, который уже дѣйствовалъ тамъ ‹7 wiadomoscią», гетмана наивысшаго, своего отца, Виленскаго воеводы ПНиколая Радивила2053. Тамимъ образомъ администраторство и гетманство Лифляндіи, какъ особый врядъ, прекратило свое существованіе въ 1578 году съ отказомъ отъ него Яна Ходкевича.

Примечания

1894 Cx. приходо-раскодныя книги Могилева, изданныя въ Hcr.-IOp. Maтеріалахъ. Нпр. II, стр. 41 и ca.

1895 Вил. Арх. Có. VII. Crp. 55—59.

1896 А. 3. P. IIL № 30. Ср. содѣйствіе Новгородскаго воеводы Павла Сапеги въ дѣлахъ митрополита къ королю. А. 3. P. JIL. № 18.

1897 Конечно, какъ мы уже видѣли, это было только въ центральныхъ повѣтахъ старыхъ воеводствъ.

1898 Порай-Кошицъ, Ист. p. о Лит. дв. Стр. 41—42.

1899 Vol. leg. II. Str. 98.

1900 Hnp., на Берестейскомъ сеймикѣ избирательномъ-трибунальскомъ 1634 года присутствовали кромѣ Берестейскаго кашталяна кашталяны Виленскійи Новгородскій, не бывшіе такимъ образомъ на сеймикахъ своихъ воеводскихъ повѣтовъ. A. Bna. II. Стр. 170.

1901 Разсказы изъ Русской исторіи, и. 1872. Стр. 384—388.

1902 До появленія въ печати труда .V. К. Любавзскаго. Литовско-Русскій сеймъ. и. 1901.

1903 Vol leg. I. Str. 30. Документы, объясн. ист. 3..Р. края и его OTH. къ P. и къ II. Стр. 12.

1904 Hnp., A. Ю. и 3. P. I, №№ 27, 28 и др.

1905 Cu. выше. стр. 333, 338.

1906 Ш cr. II. 6. Cu. выше, стр. 540.

1907 Hup., Янъ Еронимовичъ Ходкевичъ былъ кашталяномъ Виленскимъ и въ то же время старостою Жомоитскимъ.

1908 TI cr. II. 6.

1909 Русская исторія, Томъ второй. Выпускъ первый. СПБ. 1885. Стр. 61. Укизывая на ошибку и. Д. Бѣляева въ пріуроченіи времени появленія кашталяновъ въ Литвѣ къ эпохѣ статута 1529 года, K. и. Бестужевъ-Рюминъ говоритъ объ упоминаніи кашталяній привилеемъ Ягайлы 1387 года, Ho въ этомъ привилеѣ слово castelania, по всей вѣроятности, означало лишь округъ, область, во главѣ которой стоитъ замокъ, а совсѣмъ не кашталянство въ томъ смыслѣ, въ которомъ хочетъ понимать его покойный ученый.

1910 Senatorowie i dignitarze W. Ks. Litewskiego. Str. 97.

1911 Русскій Историческій Сборникъ, издаваемый Обществомъ Hcropim в Древностей Россійскихъ. Редакторъ профессоръ Погодинъ. (T. IV). Knnzzs 2 и 3. Москва. 1841. Историческій взглядъ на древнсе образованіе славши-

1912 Стр. 260—261. Сочиненіе это называется -ѣ{іаіив Regni Poloniae Descriptio. (Lugd. Batav. 1627). Приведена въ статьѣ и Латинская выписка пзъ оригинала.

1913 Лит. Merp. 5 I 44 Щб.

1914 (с. 624, место знака в тексте не установлено) Vol. leg. II. Str. 93.

1915 (с. 624, место знака в тексте не установлено) J. Wolff. Sen. i dign. Str. 130.

1916 (с. 624, место знака в тексте не установлено) Hnp., A. 3. P. TIL. № 147.

1917 (с. 624, место знака в тексте не установлено) Нпр., панъ’ Смоленскій, A. 3. P. III. № 135. Панъ Bnzenckii— Ibidem. XM 45. 75, 158 и др.; панъ Троцкій--ѣііемт. №№ 48, 125 и ap.
5 Iur. Merp. 7* 94 об. Дата. Кнышинъ, 22 марта 1566 года. (Документъ находится на л. 91—95 оó. Изданъ и. К. Любазскимъ, Л..Р. сеймъ. Приложенія. Стр. 166—167).

1918 Стр. 589.

1919 J. Wolff. Sen. i dign. Str. 114.

1920 Be 1580 году сеймовый листъ посылался уже «каштеляну МстиславГА скому, пану Гричуну Войне» (Лит. Метр. 55 5 4 оś.) Такимъ образомъ,
Вольфъ ошабочно считаетъ его живущимъ до 1586 года. Что касается до Гричуна Войны, то онъ совершенно не помѣченъ Вольфомъ, и послѣ князя Соломерецкаго прямо показанъ Мстиславскимъ кашталяномъ Станиславъ Павловичъ Нарушксвичъ.

1921 JInr. Merp. "10* 45. Въ разсылкѣ сеймовыхъ листовъ 1568 года
(сеймикъ На 11 ноября этого года) значится: «кашталяну и старосте Мстислав-
ITA скому, князю Ивану Соломирецкому», Лит. Merp. g 4. 161. Ср. также
A. 3. P. III. № 67 (1576 r.).

1922 «Жыкгимонтъ Августъ. Кашталяну и старосте Мстиславъскому, князю Ивану Соломирецькому. Мели ecMO тыхъ часовъ листъ твоей милости, до насъ писаный, которово вырозумели есмо, о чомъ еси до насъ писалъ. А ижъ ся о поступъкох непрыятеля нашого великого князя Московъского ни © забранью войска его, которое с княземъ Пронъскимъ у Смоленъску лежить, намъ ознаймилъ, то еси добре учинилъ и напередъ которые бы слухи съ стороны непрыятельское тебе доходили, жебы еси черезь писанъе свое намъ ведати не омешкивалъ. К тому тежъ пишешъ до насъ, ознаймуючы, же людемъ езднымъ, которыхъ есмо тобе двесте консй тамъ на оном замъку мети росказали, и водле постановенъя нашого вже тебе заплата дошла, нижъли на 400 стрельцовъ пешыхъ, которые еси водле постановенъя пана Виленъского, гетъмана наивышъшого великого князтва Литовского, старосты Городенъского и Могилевъского, пана Грыгоръя Алекъсанъдровича Ходъкевача на ономъ же замъку мелъ, пенезей и суконь тобе не дано II просишъ, абыхмо заплату заслужоного онымъ стрельцомъ вделати веледи». Король распорядился въ исполненіе просьбы князя Соломерецкаго и приказалъ приготовить листы къ гетману и къ подскарбію съ повелѣніемъ удовлетворить его требованію денегъ (гетманъ изъ средствъ земскаго податка) и платья (подскарбій). Лнт.
II A Мстр. то* 4—5.

1923 Особенно часто посылалъ ихъ Оршанскій староста, панъ Фиалонъ
Кмита. о немъ см. ниже.

1924 «Листъ Костровицкому до князя Ивана Соломнрецкого, ижъбы ему селище Рудомино, полъсемы службы подалъ и в то его увезалъ». Лит. Метр.
NI A 167* 6—6 oś.

1925 Crp. 591 u ca.

1926 nr. M PA „4 об eTP- 65

1927 6 декабря 1584 года въ Городнѣ королёвскіе ассессоры слушали дѣло «за отосланьемъ от подстаростего Мстиславъского, Марътина Верыбоговича. и за зложеньемъ часу» черезъ королевскій листъ земянамъ Мстиславскимъ, Богдану, Василію, Радку и Дмитрію Васильевичамъ Зубовичамъ съ Мстиславскимъ же земяниномъ, Николаемъ Ковнацкимъ о пяти земляхъ, «которые земли они Зубовичы под собою мают, а Ковнацкий под отцомъ их то был упросилъ». Ковнацкій на судъ не явнлся, А Богданъ Васильевичъ Зубовичъ явился самъ за себя II въ качествѣ уполномоченнаго своихъ братьевъ. «Онъ, даючы таковую справу, жаловалъ, ижъ дей тотъ Ковнацкий в року 1569-мъ у каштеляна и старосты Мстиславъского II Радомъского, небожчыка князя Ивана Васильевича Соломерецъкого, оную пять земль, звышгіъ менованых, NOI отъцом их, Васильемъ Зубомъ, давшы таковую справу, яко бы в пусте лежатя мели, упросилъ и листъ собе на то отъ него одержалъ, а потомъ за листомъ прычынънымъ того жъ небощыка князя Соломерецъкого и за даньсмъ справы своее омыльное королю его милости, теперешнему пану нашому милостивому Стефану и листъ его королевское милости на то собе былъ одерьжалъ. Нажли дей яко перед тым за листом князя Соломерецкого, такъ же и зл листомъ господаръским николи тых земль не деръжалъ и въжыванью (SIC) HX не былъ. о што дей потомъ в року 1574-и перед воеводою и старостою теперешним ЭМстиславским, его милостью паномъ Павъломъ Пацомъ 3 отцомъ их право и росправу мелъ. Тогъды его милость панъ воевода за оказаньемъ листу небожчыка пана Василья Подубеньского, старосты Метиславского, за каторымъ отецъ их тых земль в уживанью был и тежъ же вжо отъ летъ сорока то HA себе деръжали, службу земскую военъную с того служыть пры тыхъ землях отца Ax зоставил, а Миколай Ковнацъкий от суду пана воеводы Мстиславъского до его кр. милости апелевалъ, которое апеляцыи пан воевода нимъ допустилъ, назначывшы певный рокъ перед его. кр. милостью становитисе..., и T. д,«Декрет земяном Мстиславским Зубовичом 35 Миколаемъ Ковнацкимъ о пят земль, которие был Ковнацкий под отцом их упроспл во Мстиславском
ПА повете». Лит. Метр. ст 377—378 об.

1928 С. и. Соловьевъ, Исторія Россіи съ др. временъ. Ku. I. СПБ. 1594. Crp. 191. Интересны подробности взятія Полоцка, опускаемыя обыкно-

1929 .Inr. Merp. GI 1.

1930 Cu. выше, стр. 86—91.

1931 Cx. выше, стр. 540 и ca.

1932 Cu. выше, стр. 88, 89, прим. 3. |
III A

1933 Лит. Метр. 9 а. 139 о6.—140. Кромѣ Григорія Воловича, въ coставъ этой коммиссіи входили: Берестейскій воевода, державца Волковыйскій Юрій Тишкевичъ, ловчій Литовскій, староста Меречскій, державца Ейшискій, Воранскій, Коневскій, Довговскій и Перелайскій Григорій Воловичъ, маршалокъ господарскій, державца Немоноитскі@й Янъ Палускій m дворянинъ королевскій Григорій Скуминъ.

1934 Нпр., однимъ изъ пословъ въ Москву въ 1570 году былъ Николай Талвошъ (С. М. Соловьевъ, Ист. P. Ka. II. Стр. 203), какъ разъ въ этомъ году перемѣщенный съ кашталянства Минскаго на кашталянство Жомоитское (Л. Wolff. Sen. i dign. Str. 109).

1935 Cu. JK. M. Hap. Пр. 1899 r. № 8. Стр. 341, 342. —

1936 II cr. IV. 70.

1937 Ш cr. IX. 7. Cp. JK. M. Нар. Пр. 1899 r. M 8, стр. 379 381. Нужно замѣтить, что только что назначенные въ 1566 году кашталяны сразу въ этомъ же году должны были исполнить чрезвычайно важное порученіе по граничному дѣлу. Въ Литовской Метрикѣ между актами 1566 года находится «Спя-
HI A санье поветовъ и границъ, ихъ въ великомъ княжествѣ Литовскомъ ( 7 л.
117—125). Въ концѣ этого документа читаемъ: стые границы мають быти чорозъ кашталяна и увесь врадъ кожъдого повету выпростованы и копцами засыпаны водле наболшого уваженя, яко наслушней быти розумеючи, водами живыми и дорогами, а где не можетъ быти, тогды копцами осыповати IX). Документъ изданъ М. К. Любавскимъ, Лит.Р. сеймъ. Приложенія. № 55.

1938 Такъ, напримѣръ, обращается король Генрихъ къ кашталяну Bepeстейскому, державцѣ Трабскому, пану Яну Гайкѣ, въ листѣ, данномъ въ Краковѣ 10 мая 1574 года. Въ этомъ листѣ находится предписаніе пану Гайкѣ передать пану Азрубалю Цыпрнскому и ‹увязывающему» его дворянину три сельца и застѣнокъ въ державѣ Трабской, На всю Трабскую державу имѣлъ Янъ Гайко отъ Сигизмунда Августа справо доживотное». Лит. Merp.
57 л. 119 06.—120.

1939 Этотъ замокъ былъ отданъ Сигизмундомъ Августомъ Яну Ходкевичт въ пожизненное владѣніе и HA «выхованье» его во время пріѣздовъ въ Лифлянты.

1940 .Inr. Merp. 57* 102—106.

1941 .Iur. Merp. 56 53—60. О причинахъ этого пожалованія IDHBH- |
лей отъ имени Стефана Баторія говоритъ такъ: кородю заявилъ Янъ Глѣбовичъ, «ижь за взятемъ замку Полоцъкого до рукъ неприетельских не мало вменей его милости отчизных въ сторону неприетельскую пошло, за которие его милости и до сего часу ниякая нагорода не стала CH и, ачъ была обетница короля его милости славное памети Жикгимонъта Августа, продка нашого, на што и листъ его королевское милости зашитый до себе в отъпинсе маетъ, не отмавяючы дати ему замокъ Ii двор нашъ Радошковъский. Нижли за зестьемъ зъ света его королевское милости тая обстница и данина Радоші ковичъ его милости не дошла, ажь его милость панъ Меньский самъ Радошковичы пенезьми своими властными окупилъ у потомъковъ маршалъка нашого, державцы Радошковского, пана Каленицкого Тишковича, отложивши сумы всее, в скарбъ нашъ великого князства Литовского взятое. копъ чотыри тисячи деветнадцать и грошей сорокъ, HA INTO и листы головные, BOMB пану Каленицъкому было то OT продка нашого заведено, перед нами оказовалъ...ъ Jara: Кнышинъ, 4 августа 1576 года.

1942 .Iur. Merp. 5a I 18.

1943 Ibidem.

1944 Vol. leg. IL. Str. 93.

1945 Стр. 564, 566.

1946 Дн. Л. c. Crp. 257 и др.

1947 Стр. 435—440.

1948 (с. 638, место знака в тексте не установлено) Cu. выше, стр. 605.

1949 (с. 638, место знака в тексте не установлено) Cx. выше, стр. 67.

1950 (с. 638, место знака в тексте не установлено) Привилей ВоловичуЛит. Merp. LA л. 60 06.—61 оś.

1951 (с. 638, место знака в тексте не установлено) Ibidem. Л. 61. o6.—63.

1952 (с. 638, место знака в тексте не установлено) Ibidem. Л. 62 oó.

1953 (с. 638, место знака в тексте не установлено) Ibidem. I. 04.

1954 Лист пана Baku на села Верхстокъ, Курашово и инъшие, до живота
ему даные». Лит. Merp. ra а. 48 — 49 оś. Дата: Краковъ, 18 апрѣля 1574
года.

1955 «Стефану Ванькевичу на войское MenHckoe>. Дата: Тыкотинъ, 22 іюля
1576 года. Лит. Метр. Pa 1. 16—16 оś.

1956 Гейденщтейнъ. 3an. о и. войнѣ. Стр. 112.

1957 Cu. выше, стр. 413.

1958 Bandtkie-Stężyński Hist. pr. p. Str. 618.

1959 Cx. ниже, въ изложеніи дѣятельности пановъ-радъ Литовскихъ во врсмя безкоролсвья.

1960 Bua. Арх. Сб. X. M 2 (Стр. 218).

1961 Въ универсалѣ, выданномъ подъ Варшавою 25 августа 1587 года гюслѣ номинаціи двухъ королей (Спгизмунда и Максимиліана), читаемъ: <my, rady ricerstwo oboiga narodu coronny (sic) Polskiey i wielkiego xięstwa Litewskiego, wszystkim, komu to wiedziec naliezy, oznaimuiemy, isz, ziachawszy sie do Warszawy na seim elekcyei krolia, staralismy, aby naprzod uulnera R. P. spolnei oboiga narodu excessi exorbitanciae, grawamina przed nominatią krolia zniessione i wwsą k liubę wprawione byli, chcąc pana do rządu przywiesc, liecz, isz niektorzy z senatorow, z ricerstwa coronnego, miedzi ktoremi i czi byli, co sie na to podpisali, nie prziymuiąc w tei mierze conwocatyci, burzili to nam rozmaietemi sposoby, czas zwłocząc. Za tem wielie liudzi iako senatu, tak ricerstwa więtsza częsc, widząc czas zwłoczony i rozumieiąc, ze nad zwyczai seimowy elcctia daliei trwac nie miała, roziachali sie, a w tym częsc senatorow i Ticerstwa coronnego okrom narodu Litewskiego, odłącziwszy sic na osobne mieisce od kola generalnego oboiga narodu, od mieisca, wszech stanow naznaczonego i przez arcibiskupa Gnieznienskiego marszalki oboiga narodu publicowanego bez bytnosc i wiadomosci częsci R.P., to icsth wszytkiego narodu wielkiego x. Litewskiego...»
Jur. Метр. IA a. 236.

1962 Cx. выше, стр. 92 u ca. 41

1963 (с. 642, место знака в тексте не установлено) Cx. вышіе, стр. 103.

1964 (с. 642, место знака в тексте не установлено) Гейденитейнъ, 3an. о и. войнѣ. Стр. 112. 35) A. Ю. и 3. P. I. X 79 (15% г.).

1965 «Quam ob rem cum post ascensum magnifici Eustachii Wołowicz Magni Ducatus Lithuaniae vicecancellarii et marschalci curiae nostrae ad ampliorem castellanatum Trocensem gradum, marschalcatus curiae nostrae Magni Ducatus Liithuaniae vaccaret, hic nobis occurrebat cum illum hoc tempore mandandum arbitraremur. Quod quidem paulo ante publice viua voce per magnificum Ioanuem Chodkiewicz, capitaneum. Samogitiae et Magni Ducatus Lithuaniae suppremo (sic) marschalco (sic) fecimus et nunc hisce litteris nostris facimus: marschalcatum curiae nostrae eundem ac aulae nostrae disciplinam et regimentum sententiarum rogandarum hospitiorum assignandorum foraliumque pro usus (sic) suo exigendorum ius et potestatem eidem dantes et committentes cum caeteris omnibus negotiis et muneribus, quae sub ditione huius magistratus antiquitus, ac potissimum magnifico Eustachio Wołowicz illum gerente, erant ac cum omnibus priuilegiis, praerogatiuis et emolumentis, quae ad eum ex legibus vel consuetudine pertinet, vel deinceps pertinebunt nullis omnino exceptis>. Лит. Merp. IU A 62 об., 63.

1966 Гейденштейнъь, Зап. о и. войнѣ. Crp. 190. Коронный великій маршалокъ Опалинскій не находился при королѣ въ походѣ.

1967 Hnp., Дневникъ п. п. Cr. Б. Стр. 16.

1968 (с. 644, место знака в тексте не установлено) Cu. выше, стр. 643 прим. I.

1969 (с. 644, место знака в тексте не установлено) о значеніи слова см. и. Горбачевскгій. Словарь древняго актоваго языка С.-3. края и царства Польскаго. Стр. 135.

1970 (с. 644, место знака в тексте не установлено) lur. Метр. nA а. 11 06.; листы до поборцевъ Берестейскаго ®@ Волковыйскаго упомянуты въ книгѣ Метрики отдѣльно, выше на x. 10 оó.

1971 (с. 644, место знака в тексте не установлено) «Тые листы такъ писаны о данье пенезей водле вложенья соймового кождого MecTa>. Ibidem. Л. 11.

1972 Лиѣ, Merp Ш A

1973 Ibidem. JI. 39.

1974 Ibidem. JI. 44. II A 1. 3 g*
a. 11, 11 06.

1975 Iur. Merp.

1976 Лит. Метр. IA a. 1—I1 oś.

1977 Cu. выше, стр. 88—90, прим. 3. На одной грамотѣ Баторія городу Городнѣ, относящейся къ 1576 году, значится -са pieczęć w. x. Lit. mnieysza>» (А. Bua. VII. Стр. 103). Ho едва ли это не погрѣшность изданія, въ самомъ дѣлѣ, если меньшая печать Литовская была приложена къ этому документу при королѣ Стефанѣ, то нужно ожидать, что и на подтвержденіи этой rpa моты Сигизмундомъ Ш будетъ находиться та же печать, между тѣмъ, на ней значится просто печать Княжества. По всей вѣроятности, въ Литвѣ была только одна большая печать государственная.

1978 (с. 648, место знака в тексте не установлено) Дн. m. п. Cr. Б. Стр. 31.

1979 (с. 648, место знака в тексте не установлено) Ibidem. Стр. 29, 80.

1980 (с. 648, место знака в тексте не установлено) Ibidem. Приложенія. № 53 (стр. 277, 278). +) Стр. 402—405.

1981 Лист пану тивуну Ужвеньскому на державы Полонку и Кгоржьды».
IA Дата: Краковъ, 4 мая 1574 года. Лит. Merp. ѣ7 ѣ 86—87.

1982 «Листъ пана Мацкевичовъ на полторы волоки под Ковномъи на застенокъ у волости Велюньской»., Дата: Краковъ, 29 апрѣля 1574 года. Ibidem. JI. 1 06.-—-2 o6.

1983 Лит. Merp. 55 4. 11 o.

1984 Гейденштейнъ. 3an. o M. в. Crp. 112.

1985 Дн. п. п. Cr. Б. Стр. 2.

1986 Ibidem. Cry. 5.

1987 Дн. п. m. Cr. Б. Стр. 162.

1988 Hnp., .Iur. Merp. 7 20 об.

1989 Hnp., Дн. m. п. Cr. Б. Стр. 20.

1990 Здѣсь другою рукою вписано еще слѣдущее: <на sądach sprawiedliwę dam зепіепсіе».

1991 Лит. Метр. л. 3—3 06.

1992 Aur. Merp. ѣд 1. 18—21 о6. Ввиду очень большого объема, документъ
не можетъ быть изданъ въ примѣчаніи, А потому ограничиваемся лишь подробнымъ его пересказомъ. Дата документа: Варшава, 30 іюля 1576 года.

1993 (с. 656, место знака в тексте не установлено) Jur. Merp. тѣ a. 31 06.—33.

1994 (с. 656, место знака в тексте не установлено) и. Довнаръь-Запольскій, Литовскія Упоминки Татарскимъ Фрдамъ. Скарбовая книга Метрики Литовской 1502—1509 r. Симферополь. 1898.

1995 (с. 656, место знака в тексте не установлено) Нпр., «пан скаръбный взял листы соймовые розослати». .InT. Merp. MIA 77 і. 2 еб. (1563 г.).

1996 (с. 656, место знака в тексте не установлено) Нпр., «державцы Ясвонскому, писару скарбу нашого, Ярониму Kseлецкому» приказъ Сигизмунда Августа (1563 r.) Вил. Apx. Сб. I. и 41 (стр. 138). |

1997 (с. 656, место знака в тексте не установлено) Hnp., деканъ Виленскій, архидьяконъ Варшавскій, писарь королдсвскій
IMA скарбный, князь Янъ Маковецкій, Лит. Merp. 7 А 26 (1563 r.).

1998 (с. 656, место знака в тексте не установлено) Cu. выше, стр. 400.

1999 (с. 656, место знака в тексте не установлено) Вил. Apx. Сб. I. M 41.

2000 Jer. Метр. 7 1.36.

2001 См. выше, стр. 413.

2002 Hup., Jlur. Merp. —7— a. 67 (1564 r.). стого жъ дня писано листъ
до мытниковъ Луцкихъ, абы 3 служебниками пана подскарбего, Василемъ Коледою а Григоремъ Конюховичом, скуповали за пенези поборовые и мытные волы, яловицы, овцы, мяса вепровые, сала, масла, сыри и к тому горохи и пушоно, TOT листъ понесъ Василъ Коледа».

2003 (с. 659, место знака в тексте не установлено) Въ настоящее время печатается въ Кіевскихъ Университетскихъ Извѣстіяхъ изслѣдованіе и. В. Довнаръ-Запольскаго, посвященное финансовому устройству Княжества, но мы не воспользовались имъ, такъ какъ наша работа печаталась одновременно съ этимъ трудомъ.

2004 (с. 659, место знака в тексте не установлено) о скарбѣ Литовскомъ въ книгѣ А. Павинскаго мы уже говорили выше стр. 377 и сл.

2005 (с. 659, место знака в тексте не установлено) Cu. выше, стр. 489 и прим. 2.

2006 (с. 659, место знака в тексте не установлено) Лит. Метр. пру и. 52 0ó. Cu. выше. стр. 605.

2007 (с. 659, место знака в тексте не установлено) Cp. AL. K. Любавскій, JL-P. сеймъ. Crp. 643 и ap.

2008 (с. 660, место знака в тексте не установлено) Cu. поборовые универсалы въ Vol. legum.

2009 (с. 660, место знака в тексте не установлено) Cu. выше, стр. 269 и cx. о числѣ «заведенныхъ» въ залогъ столовыхъ имѣній самъ король Сигизмундъ Августъ говоритъ такъ: «ведъже маючы на бачности нашой господаръской потребу речы посполдитос, ижъ на сесь часъ за уставичными войнами (Sic) OT немалого часу, которую 3 непрпятелемъ нашым великимъ княземъ Московъскимъ ведомо, скарбъ нашъ земский великого князства Литовского великие беремена на собе поносит, которыи с пожытковъ и доходовъ замковъ, дворовъ, местъ и волостей нашыхъ потребамъ военымъ досыть вчынити не можетъ, кгдыжъ много замковъ, дворовъ и местъ и волостей оногожъ паньства нашого великого князства Литовского от стоду нашого господаръского рознымъ особамъ обычаемъ заставнымъ въ пенезях заведъшы не на што инъшого, только на потребу земскую военъную черезъ руки пана подскаръбего земского выдати есмо росказали.., Лит. Мстр. IV A
то 7 20 оś.

2010 (с. 660, место знака в тексте не установлено) .Inr. Merp. 57 л. 78 06.

2011 (с. 660, место знака в тексте не установлено) Cu. выше, стр. 289.

2012 (с. 660, место знака в тексте не установлено) Cu. выше, стр. 269 u др.

2013 (с. 660, место знака в тексте не установлено) Ibidem.

2014 (с. 660, место знака в тексте не установлено) Маршалокъ господарскій, судья земскій Новгородскій, державца Куренецкій.

2015 Jur. Merp. 57 ѣ 53 об. Cu. выше, стр. 285, прим. 2.

2016 Нпр. писарю польному. См. выше, стр. 439.

2017 Cu. выше, стр. 615 и др.

2018 Hnp., см. выше, стр. 400.

2019 Лит. Метр. ѣс ѣ 28—29. Дата: Варшава, 13 августа 1576 года.

2020 «Отписъ перший до пана Михаида Гарабурды писара etc., в поселстве до Москвы посланого, которий се вернулъ от границ до Оршиъ. Дата Вар-
IA шава, 28 октября 1571 года, Jlur. Метр. ѣс 1 об., 2.

2021 Лит. Merp. ру л, 11.

2022 Ibidem. .T. 10 o6. IA

2023 Лит. Метр. 49 і. 35—35 оó. (3 ноября 1568 года).

2024 Лит. Метр. 777 115—115 об. Cu. выше, стр. 336, првм. 2

2025 Hnp., .Inr. Merp. ug 1. 30—30 o6.

2026 Hnp., Лит. Merp. -55- 1. 64, или Лит, Merp. -57> 1. 117 06., 119 06.
и др. Ср. квиты поборовые А. Bua. VI, стр. 231.

2027 Нпр., «писаны листы OT его милости пана подскарбего а по двором господарскимъ о живность, фолкгу чинечи, абых 3 двух волокъ третего вы-
III A правовали». .Inr. Метр. Tp 1. 64. (1664 r.).

2028 Нпр., .Iur. Merp. 57 1- 18 06.

2029 Cu. и. К. Любавскій, Лит..Р. сеймъ. Стр. 395.

2030 Лит. Метр. 7 — пл. 65.

2031 Ibidem. JI. 101.

2032 Ibidem. Л. 102. Op. «листы до пана подскарбе(го) ку розсыланьюг. Ibidem. Л. 181 об. (1568 г. листы сеймовые). Man еще: «Toro ж року 66 в месецы апрели писаны листы увяжчие до поветовъ о невыданье податку поголовного и послано листы ку розосланью до скарбу месеца апреля 20 дня». Ibidem. JI. 102 oó.

2033 « Wielmoznemu Janu Hlicbowiczowi na Dąbrownie, casztalianowi Mienskiemu, podskarbiemu ziemskiemu y pisarzowi naszemu W. X. Lit., urodzonemu Stanisławowi Naruszewiczowi, ciwunowi Wilienskiemu a urodzonemu Dmitrowi Chalieckiemu, miecznikowi W. X. Lit., deputatom na odbiranie y szafowanie podatkow ziemskich, na seimic walnym Warszawskim ufalionych, postanowionym >».
IA Листъ Баторія отъ 14 января 1582 года. Jlur. Метр. 7% “ 110—110 об.

2034 Стр. 650 и слѣд.

2035 Лит. Метр. "57 5 18 06.—19 06.

2036 J. Wolff. Senat. i dign. Str. 149—152.

2037 Vol. leg. II. Str. 93.

2038 Crp. 564.

2039 A. 3. P. ш. № 69

2040 Стр. 440.

2041 о гетманѣ польномъ см. стр. 435 и ca.

2042 Стр. 440.

2043 Листъ писаный ку пану гетъману великого князтва Лптовского, пану Григорю Ходкевичу, жебы сто и двадцат копъ 3% серебъщизных податковъ до князя Романа Федоровича Санъкгушъковича HA люди служебъные послалъ. -Жѣикгимонт Август. Пану Виленъскому, гетману напвышому великого князства Литовского, пану Грыгорю Ходкевичу, Мовилъ намъ воевода Браславъский, староста Жытомпрский, державъца Речыцкий, княз Романъ Федоровичъ Санъкгушковича, ижъ с потребъ пильныхъ речы посполитое задержалъ пры собе на служъбе нашой людей пенежъных з роты князя Костентына Вишъневецкого, 30 коней, которые под справою, ведомостью и послушенствомъ его цалую чвирть году без пенезей служыди, за которую чвиртъ року, платячы пмъ накожъдого коня по 4 копы грошей, прыйдеть дей всего 120 копъ грошей. Про то хочемъ мети, ижъбы твоя милость тые пенези, 120 копъ грошей, с пенезей податку серебъщызного, на сойме Городенъскомъ в року 68-мъ На люд пенежный ку обороне земъской уфаленого, до рук его милости князя воеводы Браславъского бирчымъ земли Волынъское отдати велелъ и у которомъ повете его милость взяти их похочеть, заплатити казалъ. Писанъ
III в Люблине» 28 іюня 1569 года. Лит. Метр. "о" 46. Изъ этого документа
видно, что гетманъ вѣдалъ и серебщизну, установленную сеймомъ на веденіе войны.

2044 Cu. выше, стр. 537 и ca. Подробно говоритъ о гетманскомъ урядѣ и. К. Любавскій. Лит..Р. сеймъ. Стр. 411—415.

2045 и. К. Любавскій. Лит..Р. сеймъ. Стр. 749.

2046 A. 3. P. IIL M 40.

2047 Cu. выше, стр. 632 и mpum. 3.

2048 Hnp., «instructio ad dominum castellanum Vilnensem a castellanis regise majestatis Ultradunensis Ducatus, Gasparo a Minckhausen data, per eundem ca-

2049 (с. 669, место знака в тексте не установлено) Лит. Merp. 7 + 10 об. о расходахъ Ходкевича въ Лифляндіи coхранилось въ Метрикѣ очень много упоминаній.

2050 (с. 669, место знака в тексте не установлено) Такъ, Ходкевичъ «для убезпеченья земъли Ифлянтъское ужилъ въ томъ» пана Сновскаго, «ижъ онъ», выставидь бы на свой счетъ pory. nr.
IA Merp. 57*- 53 об. См. выше, стр. 275.

2051 (с. 669, место знака в тексте не установлено) Cu., нпр., Лит. Merp. 57 46 oó.

2052 (с. 669, место знака в тексте не установлено) См. выше, стр. 117 и ca.

2053 Biblioteka Ordynacyi Krasińskich. Muzeum Konstantego Świdzińskiego. Tom piąty i szósty. № 53. См. выше, стр. 440.