Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Глава I. Люблинский сейм 1568-1569 годов, часть 2, с. 45-85: оригинал издания

Глава I. Люблинский сейм 1568-1569 годов, часть 2, с. 45-85. Текст в орфографии издания 1901 года.

Люблинскій сеймъ 1568—1569 годовъ (часть 2 из 2)

По оглавлению издания:

  • Сенаторы и послы земскіе Княжества на Люблинскомъ сеймѣ; дальнѣйшій ходъ переговоровъ объ Уніи и выработка привилея на нее - с. 45-51
  • Литовцы и Поляки въ вопросѣ о печати на подтвержденіяхъ королями правъ обоихъ народовъ и на привилеѣ Уніи; Литовскія требованія и отношеніе къ нимъ Поляковъ; дальнѣйшіе переговоры - с. 51-54
  • Засѣданіе 27 іюня. Рѣчь Ходкевича къ королю и обращеніе его къ Коронному сенату. Отвѣтныя рѣчи Краковскаго бискупа и короля (лично и черезъ подканцлера). Отвѣтъ Ходкевича. Удаленіе Литовцевъ изъ сената для обсужденія дѣла. Возвращеніе ихъ и новая рѣчь Ходкевича. Рѣчь Евстафія Воловича. Отвѣтъ Краковскаго бискупа. Новая рѣчь короля и рѣшеніе принятія Уніи - с. 54-60
  • День 28 іюня и новыя разногласія. Te Deum въ костелахъ - с. 60
  • День 1 іюля и присяга на Унію членовъ сейма - с. 60-61
  • Te Deum въ костелѣ св. Станислава - с. 62
  • День 2 іюля — продолженіе принесенія присяги; королевская пропозиція спольному сенату и ея обсужденіе - с. 62-63
  • Размѣщеніе Литовскихъ пословъ въ посольской избѣ сейма - с. 63
  • Раздѣленіе пословъ спольной избы въ ихъ требованіяхъ на Литовскую и Коронную части - с. 63-64
  • Вопросъ о значеніи высшихъ Литовскихъ урядовъ рядомъ съ Коронными и его разрѣшеніе - с. 64-68
  • Литовская и Польская части сейма въ обсужденіяхъ дѣлъ Короны и Княжества. Защита Литвы. Кварта. Вопросъ о посполитомъ рушеньѣ и наемныхъ войскахъ. Составленіе побороваго универсала. Отдѣльная работа Литовцевъ надъ дѣлами Княжества. Составленіе сеймовой конституціи - с. 68-79
  • Выводы изъ фактовъ дѣятельности перваго спольнаго сейма Речи Посполитой: отдѣльность Литвы отъ Короны, недовольство Княжества дѣяніями сейма 1569 года и Уніей, на немъ установленной, и недовѣріе Литовцевъ къ Полякамъ - с. 79-83
  • Договоръ Уніи и сепаратистическія стремленія Литовцевъ - с. 83-85

Гаково было настроеніе Литовскихъ сенаторовъ, въ то время когда заключалась Люблинская Унія, На самомъ сеймѣ Литовскіе паны-рада не переставали смѣло выступать защитниками политическихъ правъ великаго княжества Литовскаго. 6 гюня, T. e. на другой день послѣ объявленія королевскаго рѣшенія о присоединеніи Кіева къ Коровѣ, Литовскіе сенаторы съ земскими послами Княжества явились въ замокъ по королевскому приказанію, переданному имъ Короннымъ маршалкомъ. Когда они сошлись съ Короннымъ сенатомъ, великій маршалокъ Литовскій Янъ Ходкевичъ «съ горечью и гнѣвомъ говорилъ, что Полякамъ не слѣдовало отнимать у нихъ издавна принадлежащихъ Литовскому княжеству областей, не доказавъ справедливости такого отнятія, какъ это слѣдовало-бы сдѣлатьѵ. Составитель дневника сейма 1569 года прибавляетъ: «много онъ говорилъ объ этомъ; дѣлалъ даже колкіе упреки»*. Ходкевичу отвѣчалъ Краковскій епископъ Филиппъ Падневскій, который ссылался на привилеи и на то, что еще въ Варшавѣ Поляки просили короля о возвращеніи имъ Волыни и Подляшья, которыя они считаютъ своею собственностью; Литовцамъ лучше было не уѣзжать съ сейма они знали, что въ ихъ отсутствіе Поляки поднимутъ вопросъ о земляхъ. ВŁ заключевіе Падневскій заявилъ, что Поляки не вступятъ съ Литовцами ни въ какіе переговоры и будутъ стоять упорно за привилей на Унію, данный имъ королемъ. OH закончилъ свою рѣчь такъ: «угодно вамъ принести присягу и сѣсть вмѣстѣ съ нами въ радѣ? Извольте, господа (vraszmoscie) это сдѣлать»*. Почва подъ собою чувствовалась Лоляками въ это время уже твердо: король на ихъ сторонѣ и выдалъ уже привилей на Унію въ желанномъ для Поляковъ духѣ, а Литва ослаблена отторженіемъ отъ нея Волыни, Подляшья и Кіевщины, т. €. цѣлыхъ четырехъ воеводствъ*. Отвѣтъ Ходкевича епископу Краковскому подчеркиваетъ послѣднее особенно сильно. «Не знаю», сказалъ онъ, «какая это будетъ унія, когда мы видимъ, что уже теперь между вами сидятъ Литовскіе сенаторы. Вы уже обрѣзали намъ крылья! Между вами уже сидятъ воеводы Волынскій, Кіевскій, Подляшскій, а также и другіе паны-рада- кашталяны». Однако Ходкевичъ попросилъ дать Литовцамъ привилей на Унію: они обсудятъ ero. Польскіе сенаторы согласились это слѣзлать, но попросили поскорѣе покончить съ этимъ дѣломъ139. Упреки, высказавные Ходкевичемъ, былл настолько сильны, что послы Коронные на другой день обратились къ королю съ жалобою на Литовскихъ сенаторовъ за ихъ вчерашнія рѣчи, Король отвѣтилъ, что онъ дурно смотритъ на поведеніе пановъ-рады Литовскихъ, но желаетъ, чтобы на ихъ поступокъ не обращалось вниманія въ интересахъ дѣла заключенія Уніи. «Сказать правду», прибавилъ онъ, «Литовцы не могутъ не сердиться: невзгода ихъ не маловажная,у нихъ вѣдь оборваны крылья». Однако все-таки Полякамъ онъ сказалъ добиваться свосго140. Ho посольская изба не успокоилась и послѣ этого отвѣта Сигизмунда Августа, 9 гоня послы земскіе отправили въ сенатъ четырехъ своихъ депутатовъ съ упрекомъ сенаторамъ, пропускающимъ безъ отвѣта гнѣвныя рѣчи Литовцевъ, которыхъ нельзя терпѣть. Изба заявила, что не желаетъ всгупать съ Литвою ни въ какіе переговоры помимо новаго привидея на Унію, дарованнаго королемъ. Сенатъ далъ отвѣтъ этимъ депутатамъ въ томъ смыслѣ, что онъ смотритъ на Унію и на привилей о ней согласно съ избою и не поступитъ иначе, чѣмъ рѣшила она141. Въ тотъ-же день прибыли въ Ceнатъ Литовскіе паны-рада, и Ходкевичъ вновь держалъ рѣчь отъ ихъ имени. (Hb высказалъ, что радѣ Литовской не нравится новый привилей, такъ какъ въ началѣ его упоминаются всѣ старые привилеи на инкорпорапію, между тѣмъ какъ Унія, если уже идти отъ привилеевъ прежнихъ, должна быть заключена на основапіи Александрова привилея, дарованнаго moca); всѣхъ старыхъ и смягчающаго ихъ. Далѣе онъ высказалъ слѣдующія требованія Литовцевъ: 1) вновь избираемый король долженъ послѣ принесенія присяги Польшѣ, принести ее и Литвѣ, какъ король Польскій и великій князь Литовскій, и подъ привилеями должны быть двѣ печати -Коронная и Литовская, 2) должности и достоинства въ Литвѣ должны быть сохранены въ своей чести и въ своихъ почетныхъ мѣстахъ, 3) параграфъ объ экзекуціи долженъ быть изложенъ болѣе обстоятельно, 4) сеймы должны бывать поперемѣнно (alternatim)—pasb въ Польші, и разъ въ Литвѣ, 5) послѣ того какъ все это будетъ исполнено Поляками, Литовцы дадутъ имъ привилей На себя, а Поляки такой-же Литовцамъ, затѣмъ всѣ вмѣстѣ сядутъ въ радѣ, и король конфирмуетъ этотъ приви лей; 6) что касается до контумаціи, то если хотятъ ее сохранить Поляки, Литва уступаетъ это на ихъ волю. Сгою рѣчь Ходкевичъ закончилъ словами: «спрячьте, господа, привилей, полученный вами безъ насъ, а намъ дайте другой»142. Итакъ Литва принимала Унію даже съ оторваніемъ земель отъ нея и только требовала признанія ея правъ на равенство съ Польшею, признанія ея и Короны двумя совершенно равными по своему значенію частями соединеннаго государства: присяга короля каждой части спольной Речи Посполитой, значеніе врядовъ, сеймы alternatim должны говорить объ этомъ постоянно, а взаимное обязательство поставитъ Литву и Польшу въ положеніе двухъ договорившихся до Уніи государствъ, давшихъ одно другому обязательство въ исполненіи условій ея. Вмѣстѣ съ тѣмъ, Литовцы старались обезопасить себя насчетъ нераспространенія на нихъ екзекуціи, А относительно контумаціи, какъ наказанія за отъѣздъ съ Люблинскаго сейма, то даже соглашались на упоминаніе о ней въ привилеѣ на Унію, не смотря на то, что этотъ документъ будетъ вѣчныя времена постоянно передъ глазами обоихъ народовъ. Когда Коронные сенаторы довели этотъ отвѣтъ Литовцевъ до свѣдѣнія короля, послѣдній по совѣщаніи съ сенатомъ пригласилъ въ засѣданіе и пословъ земскихъ. Примасъ Уханскій отъ имени сената сказалъ посламъ, что сенатъ думаетъ назначить KOMMHCCIO изъ пяти сенаторовъ (въ числѣ ихъ печатарь) для измѣненія предисловія къ привилею, хотя и не желаетъ отступать отъ него. Такимъ образомъ будетъ составленъ новый привилей, какъ-будто по 060- юдному согласію Поляковъ и Литовцевъ; тогда дѣло будетъ лучше и тверже, Новый привилей будетъ съ печатями обоихъ государствъ, что же касается до измѣненія пунктовъ, о которыхъ говорятъ Литовцы, то теперь сенатъ не считаетъ нужнымъ говорить съ ними: 060 всѣхъ дѣлахъ будетъ рѣчь тогда, когда сядутъ вмѣстѣ въ одно засѣданіе, Посольская изба взяла это дѣло на свое обсужденіе, и, быстро покончивъ съ нимъ, послы отправились въ сенатъ съ такимъ приговоромъ: благодарить короля за его стараніе; огъ новаго привился, даннаго въ 1569 году, не отступать, но взять изъ конца его въ предисловіе (arenge), что Литовцы прибыли на сеймъ и согласились На Унію; Литовской печати на привилеѣ изба не желаетъ, привилей на Унію дадутъ Литовцы Полякамъ, а послѣдніе Литовцамъ, и король пусть конфирмуетъ это соглашеніе (zgodę) особымъ привилеемъ143. Король и сенатъ согласились дать Литовцамъ такой отвѣтъ, какого требовала посольская изба, и онъ въ тотъже день, T. €. 9 іюня, былъ переданъ примасомъ приглашеннымъ въ сенатъ Литовскимъ раднымъ панамъ. Ходкевичъ возражалъ, но сенаторы ему отвѣтили: «согласитель только, господа, сѣсть съ нами въ одномъ засѣданіи; привилеи-же пусть пишутъ, а вы, господа, пересмотрите копію ихъ»144. Прошли два дня, и посольская изба рѣшила поторопить короля и сенатъ съ окончаніемъ привилея на Унію. 12 іюня послы постановили идти къ королю съ просьбою о томъ, чтобы былъ составленъ145, наконецъ, и переданъ на ихъ обсужденіе привилей на Унію146, послѣ чего пусть король утвердитъ его своею грамотою. Перемышльскій судья Орѣховскій, говорившій по порученію избы объ этомъ рѣчь королю, ссылался на то, что уже много времени прошло въ сеймовыхъ занятіяхъ, «и какое теперь время? Теперь такое время, что въ хозяйствѣ дорогъ каждый день»147. Землевладѣльческое значеніе шляхты и необходимость заботиться о сельскомъ хозяйствѣ, единственномъ средствѣ къ существованію рядовой. не должностной и не частно-служилой шляхты, требовали скорѣйшаго окончанія слишкомъ затянувшагося сейма. Въ самомъ дѣлѣ, уже полгода длились засѣданія его, а дѣло Уніи не было еще закончено, и нетерпѣніе пословъ имѣло свои основанія, Но теперь дѣло заключевія Уніи стало подвигаться впередъ уже быстро. 15 іюня въ Коронный сенатъ явились опять Литовскіе сенаторы, отъ имени которыхъ снова говорилъ, какъ земскій Литовскій маршалокъ, староста Жомоитскій Явъ Еронимовичъ Ходксвичъ. ОѲнъ сказалъ: «безъ горечи нельзя вспомнить того, что съ нами дѣлается, Если вы, господа, желаете держать съ нами равенство, то мы не понимаемъ, почему намъ нужно терпѣть столь достойныя сожалінія вещи быть ниже васъ»? Онъ требовалъ сохраненія значенія IUTOBCKHX'b должностей, чего «требуютъ всѣ привилеи, въ OCOÓCHвости, привилей Александра». Если сеймы будутъ происходить только въ Польшѣ и грамоты будутъ утверждаться лишь печатью Коронною, то чтб останется отъ значенія Литовскихъ врядовъ, T. €. маршалковъ и печатарей? Ходкевичъ представилъ Коронному сенату Литовскій проектъ привилея, который представляетъ изъ себя немного лишь измѣненный привилей Польскій; это исправзеніе сдѣлано для сохраненія достоинства Литвы. Привилей этотъ дадутъ на себя Литовцы Полякамъ, а Поляки Литовцамъ*.

Рѣчь Ходкевича слушали, и сенаторы, и послы Коронные, такъ какъ онѣ сошлись въ этотъ день вмѣстѣ, чтобы произвести счетъ денегъ съ налоговъ прошлыхъ годовъ*. Сенатъ выедалъ пословъ, чтобы обсудить вмѣстѣ съ королемъ, вернувшимся опятьвъ сенатъ, — онъ присутствовалъ при счетѣ, денегъ и вышелъ изъ сената на время пребыванія тамъ Литовцевъ. Послы удалились и въ посольской избѣ стали разсуждать о происходившемъ. Посолъ Познанскаго воеводства Бѣховскій предложилъ послать къ королю и сенаторамъ депутацію и заявить имъ, что посольская изба не отступатъ отъ принятаго уже привилея, налагающаго на Литовцевъ ковтумацію, и не желаетъ никакого другого*. Когда большинство оказалось за отправленіе этой депутаціи, маршалокъ избы сдѣлалъ заключеніе послать ее*. Были выбраны депутаты, но они отказались идти; тогда пошла цѣлая половина избы съ маршалкомъ во главѣ, который отъ имени пословъ просилъ короля Не обсуждать поданной Литовцами рукописи»*. Это заявленіе привело въ сильный гнѣвъ Сигизмунда Августа и сенатъ, и посламъ было приказано выдти изъ сената и подождать, пока король окончитъ свое совѣщаніе съ сенаторами, А спустя нѣсколько времени имъ былъ данъ такой отвѣтъ: король недоволенъ, что послы вмѣшиваются въ его дѣла, притомъ не согласившись всѣ*. На слѣдующій день, т. e. 16 іюня, всѣ послы земскіе Коронные были вызваны королемъ въ сенатъ, и канцлеръ отъ имени короля еще разъ выразилъ имъ королевское неудовольствіе по поводу ихъ поступка, которымъ онѣ хотѣли запретить королю CO: вѣщаться о дѣлахъ, чего дѣлать изба не имѣетъ права, —поступокъ пословъ оскорбилъ короля и сенатъ. Король взялъ подъ свою защиту исправленный привилей: по словамъ канцлера, въ немъ не было отвергнуто ничего изъ находившагося въ первой редакціи привилея на Унію, и различіе ихъ лишь въ выраженіяхъ. Послѣ рѣчи канцлера Коронный маршалокъ ударилъ своимъ жезломъ, требуя этимъ общаго молчанія, и самъ король обратился къ посламъ съ рѣчью. Онъ говорилъ о своихъ трудахъ, KOTOрыхъ онъ не жалѣетъ для дѣла Уніи, говорилъ о величіи совершеннаго дѣла 1 о томъ, что нельзя спѣшить съ такимъ важнымъ предпріятіемъ. Онъ выразилъ затѣмъ и самъ свое неудовольствіе посламъ за ихъ вчерашній поступокъ, напомнивъ при этомъ имъ, что они сами иногда по долгу обсуждаютъ дѣла, но король съ сенатомъ по нѣскольку дней ожидаютъ ихъ и HC обижаются на замедленія, Маршалокъ посольской избы Чарнковскій отвѣчалъ королю отъ имени пословъ. Онъ просилъ Сигизмунда Августа не смотрѣть дурно на поступокъ избы, дозволить посламъ обсудить дѣло и взять съ собою рукопись новаго привилея. Затѣмъ говорили примасъ и вновь отъ королевскаго имени канцлеръ, и къ посламъ внизъ былъ отправленъ подканцлеръ, чтобы прочитать имъ предъ ихъ обсужденіемъ рукопись и объяснить, почему кое-что прибавлено и кое-что измѣнено въ новомъ привилеѣ сравнительно со старымъ. Послѣ этого послы удалились въ свою палату, стали обсуждать дѣло, но послы Краковскаго воеводства высказались за то, чтобы стоять на своемъ и не обсуждать новаго привилея. Ихъ мнѣніе одержало верхъ152, но посольскій маршалокъ унесъ съ собою просктъ новаго привилея, свѣрилъ его у себя на дому со старымъ, контумаціоннымъ прививилеемъ и составилъ списокъ того, что прибавлено было въ немъ противнаго первому привилею. Все это онъ принесъ въ избу на слѣдующій день (17 іюня), читалъ посламъ и показывалъ, чтб при нять можно и чего принимать нельзя, Послы теперь его слушали со вниманіемъ и не возставали противъ чтенія, какъ вчера, такъ какъ успѣли уже одуматься. Они были такъ заняты этимъ діломъ, что даже просили короля нѣсколько обождать, когда онъ ихъ позвалъ въ сенатъ. Наконецъ они были готовы, явились въ сенатъ, и посольскій маршалокъ обратился къ королю съ рѣчью. Онъ говорилъ о скорби пословъ по поводу королевскаго гнѣва на вихъ, объ уваженіи къ государю и сенаторамъ, благодарилъ короля и просилъ сего и сенатъ не гнѣваться на избу, Затѣмъ онъ сталъ читать привилей и свои на него замѣтки и сказалъ, чтб на предисловіе привилея изба уже согласилась съ сенатомъ. Сличеніе статей привилея на Ѵнію происходило около трехъ часовъ въ присутствіи короля, который и самъ многое прибавлялъ и исключалъ, какъ нравилось панамъ-радамъ и посламъ земскимъ. Весь привилей былъ исправленъ въ полномъ и единодушномъ согласіи, Разошлись только въ одномъ пунктѣ, котораго желала Литва, а именно въ томъ, гдѣ стояло: «новый король послѣ коронаціи будетъ утверждать права всѣхъ панствъ на одномъ листѣ, но на этомъ листѣ должны быть двѣ печати —Коронная и Литовская». Король и сенатъ стояли за исполненіе этого требованія Литовцевъ, но послы не соглашались и попросили позволенія выдти въ сосѣднюю залу, чтобы сговориться между собою. Рѣшеніемъ, выработаннымъ ими было: «идти къ королю, просить, чтобы была одна печать, и сказать, что отступить отъ этого рѣшенія мы не можемъ. При этомъ послы говорили, что даже Не нужно и убѣждать Литовцевъ соглашаться на требованіе Поляковъ—имъ просто нужно указывать формальнымъ образомъ на Паршавскій рецессъ, отъ котораго Поляки не желаютъ отступать. Слова короля, высказанныя имъ послѣ этого упорства въ высшей степени характерны и знаменательны. Онъ сказалъ послѣ своего совѣщанія съ сенаторами: «если не хотите согласиться на двѣ печати, то увидите, что будетъ хуже: я этого уже не увижу: зло это обнаружится при другомъ королѣ, но говорю, что вы желаете худшаго, для того, чтобы объ этомъ осталась память на вѣчныя времена. Что-же касается до Литвы, то она согласится на одну печать».153

Итакъ привилей на Унію былъ выработанъ, и статьи его установлены Короннымъ Люблинскимъ сеймомъ 1569 года. Оставалось только заставить Литовцевъ присягнуть на него и сѣсть въ общее

засѣданіе, т.е, формальнымъ образомъ установить Унію: о томъ. '

чтобы она сдѣлалась дѣйствительно реальнымъ, «братскимъ» COединеніемъ Поляки не заботились и къ этому не стремились. Однако вопросъ о печати едва не разстроилъ всего дѣла вновь. 20 гоня шли цѣлый день переговоры Литовцевъ съ Поляками, и Ходкекевичъ въ заключеніе ихъ сказалъ отъ имени Литовской рады: мы должны исполнить то, что угодно королю, но согласиться по совѣсти, по доброй волѣ на то, чтобы къ грамотѣ, которою новый король будетъ утверждать наши привилеи, не была приложена наша печать, не можемъ. Мы принуждены будемъ допустить это лишь насиліемъ надъ нами». Литовцы просили вести съ ними дѣло «ігаіегпе», а не <summo jure>*. 21 іюня вновь пришлось посольской избѣ обсуждать вопросъ о печати, Онъ ставился такъ: согласиться ли на требованіе Литовцевъ, или изъ-за печати разъѣхаться и отказаться отъ YHiu?* Послѣ преній рѣшено идти къ королю и настаивать на своемъ требованіи одной печати на подтвержденіяхъ правъ Короныи Литвы новыми королями, но если нельзя будетъ добиться исполненія этого требованія, то согласиться съ королемъ и сенатомъ*. Король не далъ отвѣта сразу, но отложилъ ero до слѣдующаго дня*. Въ этотъ наступившій день, T.-e. 22 іюня, король и сенатъ совѣщались о требованіи пословъ относительно печати. Сенаторы допускали обѣ печати (Коронную и Литовскую) не только на конфирмаціонныхъ привилеяхъ будущихъ королей, но даже и на привилеѣ Уніи. Когда послы узнали объ этомъ, они заявили, что ни подъ какимъ видомъ не согласятся на послѣднее, чтобы не казалось, что YHIIO утверждаетъ не только Польскій король, но и великій князь Литовскій, Отвѣта послы опять не получили въ этотъ день онъ былъ отложенъ до завтра*. 23 іюня сенатъ Коронный пригласилъ для переговоровъ Литовскихъ сенаторовъ, и послѣ длинныхъ переговоровъ оказалось, что послѣдніе не хотятъ уступить въ слѣдующемъ: 1) контумація на Литву не должна упоминаться въ привилеѣ на Унію и 2) наслѣдство Литовскаго престола, уступленное королемъ Польшѣ на Варшавскомъ сеймѣ 1563—1561 года, должно принадлежать Литвѣ наравнѣ съ Короною. Что же касается до печати, то сенатъ Коронный не сдѣлалъ въ вопросѣ о ней уступки и не хотѣлъ въ него вдаваться. Когда это было сообщено посольской избѣ, она постановила: на требованіе объ уничтоженіи упоминанія о KOHTYмаціи не соглашаться, а наслѣдство Литовское будугъ имѣть Литовцы, если будутъ вѣрно держаться вмѣстѣ съ Поляками и не отрываться отъ нихъ; когда Литва будетъ уже не Княжествомъ, а частью Короны, то во всемъ Польскомъ будетъ участвовать наравнѣ съ Поляками, T.e. лишь послѣ заключенія Уніи Литовцы получатъ право на это наслѣдство, заявляла изба*. Рѣшено

— родѣ идти завтра къ королю и просить его покончить наконецъ все дѣло, а также просить и о томъ, чтобы Литовцы болѣе не всту-. пали въ переговоры съ Поляками, такъ какъ они не отступятъ отъ привилеевъ159. 24-го іюня Холмекій подкоморій Сѣницкій изложилъ все это въ своихъ рѣчахъ, сказанныхъ королю, а потомъ сенату отъ имени посольской избы160. Отвѣтъ королевскій На выраженныя желанія избы былъ отложенъ до завтра, и посзамъ было приказано удалиться въ ихъ палату. Послѣ ухода пословъ король шесть часовъ провелъ въ переговорахъ съ Литовцами и Поляками. Литовскіе сенаторы и земскіе послы Княжества находились во время этихъ переговоровъ въ одной палатѣ, а севаторы Коронные въ другой, король же переходилъ изъ одной залы въ другую, стараясь привести къ концу дѣло Уніи. Oka3алось, что Литовцы настаивали на правѣ своего участія въ наслѣдованіи престола Княжества наравнѣ съ Короною, а также и на томъ, чтобы въ привилеѣ на Унію было пропущено указаніе на привилеи, данные на Люблинскомъ сеймѣ до настоящаго. Это понесли два сенатора въ посольскую избу. По другому дневнику они явились къ посламъ земскимъ съ такимъ сообщеніемъ: король можетъ привести Литовцевъ къ тому лишь, что они принесутъ присягу и сядутъ въ засѣданіи сената, но онъ не можетъ привести ихъ къ тому, чтобы они сами дали на себя записи въ томъ, что дѣло Уніи рѣшено вслѣдствіе ихъ отъѣзда изъ Люблина. Они люди свободные и не хотятъ согласиться на это»161, Однако посольская изба наотрѣзъ отказалась исполнить Литовское желаніе. Воевода и кашталянъ Ленчицкіе, посланные королемъ HU сенатомъ въ избу съ этимъ желаніемъ, должны были вернуться въ сенатъ съ отказомъ пословъ исполнить его. Черезъ нѣсколько часовъ въ избу явились отъ короля два кашталяна (Левчицкій и Данцигскій), которые объявили, что Литовскіе сенаторы уже дали свое согласіе на всѣ статьи привилея и лишь просиди, чтобы въ немъ не упоминалось о наслѣдствѣ Литовскаго престола, о которомъ говоритъ Варшавская деклярація, Въ понедѣльникъ, т.е, 26 іюня, король надѣется закончить все дѣло. Теперь Литовцы разсуждаютъ объ Инфлянтахъ, но король не согласился на ихъ домогательства и приказалъ сказать имъ, что Инфлянты будутъ принадлежать вмѣстѣ Коронѣ и Княжеству и ихъ оборона будетъ общимъ дѣломъ всѣхъ государствъ кородевее ѳ ѵѳ скихъ162. Таково было содержаніе королевскаго извѣщенія посольской избы 24 поня, но окончить дѣло Уніи 26 іюня, какъ оно обѣщало, не удалось, Въ этотъ день цѣлые десять часовъ163 велись снова переговоры между Литовскимъ MH Польскимъ сенатами, и король вновь переходилъ постоянно изъ одной залы въ другую, уговаривая сенаты своихъ двухъ государствъ, все еще не имѣвшіе возможности слиться въ одинъ и засѣдавшіе въ двухъ различныхъ залахъ. Наконецъ, былъ посланъ въ посольскую избу отъ короля Ленчицкій кашталянъ, который принесъ давно ожидаемую вѣсть: Литовскіе сенаторы на все согласились, и завтра наступитъ конецъ трудному дѣлу заключенія Уніи164. Ho вотъ насталъ и этотъ давно желанный день вторникъ 27 110HA. Коронные сенаторы уже засѣдали вмѣстѣ съ королемъ, а послы земскіе ожидали въ своей палатѣ приглашенія отъ короля, когда прибыли Литовскіе паны-рада, Когда всѣ собрались, великій Литовскій маршалокъ Янъ Ходкевичъ обратился къ королю съ оÓ- ширною рѣчью. «Свѣтлѣйшій, милостивый король!» говорилъ OWE. «Вашей королевской милости извѣстно, что настоящее наше дѣло обсуждено со всѣхъ сторонъ панами-радою и станами великаго княжества Литовскаго. Теперь оно дошло до такого положенія, что сами мы безъ оскорбленія нашей совѣсти никакъ не можемъ рѣшиться отказаться отъ того, чего мы требовали отъ сенаторовъ Королевства. Поэтому, какъ вѣрные и покорные ваши подданные, мы пришли теперь къ вашей королевской милости, чтобы представить вамъ, на чемъ остановилось это дѣло, т.-е, чтобы объявить вамъ, что въ прошедшую пятницу мы добровольно согласились на всѣ пункты уніи, кромѣ слѣдующихъ пяти: 1) о наcrfxeref Литовскаго престола, 2) объ Инфлянтахъ, 3) о печати Литовской Речи Посполитой, 4) о Варшавскомъ рецессѣ и 5) о Люблинскомъ привилеѣ». Ilo приказанію короля Литовцы «Cb везликою болью и стѣсненіемъ» своего «сердца дозволили вынудить у себя «согласіе и на эти пятъ пунктовъ, но какъ это», продолжалъ Ходкевичъ, «намъ больно этого невозможно выразить словами. Вѣдь мы, какъ вѣрные сыны отечества, обязаны заботиться объ его благѣ, сколько у насъ есть силъ». Король самъ, по словамъ оратора, можетъ засвидѣтельствовать, что Литовскіе панырада, сколько хватало силъ, защищали свое отечество, которое сохранили цѣлымъ до настоящаго времени своею кровью и жизнью. «Если же теперь» Литовцы «не могли довершить этой защиты, то это потому, что нужно было уступить препятствіямъ, судьбѣ и обстоятельствамъ времени». Литовцы должны уступить, но они уступаютъ «не какому бы то ни было декрету, а волѣ» короля, sexequutora legum и общаго государя, принесшаго государству присягу» (przysieglego). Литовцы даютъ свое согласіе на одну печать для привилеевъ и постановленій (praw), общихъ обоимъ государствамъ. Касательно Инфлянтовъі Ходкевичъ говорилъ о томъ, сколько жертвъ деньгами и людьми стоила ихъ защита Литвѣ; сверхъ того имъ дана Литвою клятва, что OBH будутъ всегда при Княжествѣ; въ виду всего этого Литовцы не будутъ противиться отдѣленію отъ нихъ Инфлянтовъ, если оно будетъ добровольное, но просятъ короля разрѣшить въ такомъ случаѣ Литву въ ея данной имъ клятвѣ. Сверхъ того справедливо было бы и вознаградить Княжество, если отъ него отходятъ Инфлянты, за его расходы и жертвы на нихъ. Перейдя къ вопросу о Наслѣдствѣ Литовскаго престола, Ходкевичъ заявилъ, что Литва обладаетъ правомъ свободнаго избранія своего государя, а вовсе не является наслѣдственнымъ государствомъ-вотчиною. Привидлеи предковъ Сигизмунда Августа доказываютъ это. Сигизмундъ Старый былъ избранъ на престолъ Литовцами въ то время, когда онъ. жилъ въ далекой Силезіи,и онъ самъ объ этомъ свидѣтельствуетъ. Сигизмундъ Августъ также былъ избранъ Литовцами въ государи свои, когда еще былъ ребенкомъ. Издавна въ Княжествѣ сидѣли государи не по своему праву наслѣдства, а по добровольному избранію Литовцевъ. Но какое бы то ни было наслѣдственное право на Литву, если можетъ быть только вообще таковое въ государствѣ, имѣющемъ избирательный престолъ, у Сигизмунда Августа, это право. переданное королемъ Польшѣ Гаршавскимъ рецессомъ и Люблинскимъ привилеемъ, обращаетъ Литовцевъ въ подданныхъ Короны. Поэтому Литовцы не могутъ, по своему разсужденію и соблюдая свою честь и доброе имя, согласиться на то, чтобы были упомянуты въ договорѣ YHin Варшавскій рецессъ и Люблдинскій привилей, дарующіе Польшѣ Литовское наслѣдство: объ этомъ, какъ и о другихъ вещахъ, въ нихъ упомянутыхъ, Литовцы никогда ничего не слыхали, ничего не знаютъ и ни съ кѣмъ не вели переговоровъ. Какъ честнымъ людямъ, Литовцамъ неприлично давать аппробацію такимъ вещамъ. «Притомъ», съязвилъ Ходкевичъ, «вѣдь не въ обычаѣ, чтобы рабы утверждали даръ своихъ господъ». Заключевіе этой рѣчи Литовскаго патріота ярко рисуетъ то безвыходное положеніе, въ которомъ находилась Литва, Вотъ это заключеніе, «Такъ какъ намъ уже не къ кому обратиться за помощью, развѣ только къ Bory и къ вамъ, нашъ милостивый государь, правитель и хранитель (saffarz) нашего достоинства (potcziwosci naszich), защитникъ правъ нашихъ, помазанникъ Божій, то вотъ мы теперь и стоимъ передъ вашею королевскою милостью. Какъ добровольно мы пріѣхали сюда, такъ добровольно и теперь стоимъ передъ вашею королевскою милостью, вѣрные и послушные подданные ваши, и дѣлаемъ это съ радостью, принося вамъ нижайшую просьбу нашу, дабы ваша королевская милость такъ до конца изволили дѣйствовать (sprawować), чтобы все это не было совершено съ неволею и позоромъ (anbą) намъ и нашимъ потомкамъ. Не допусти же. государь, насъ опозорить, но пусть актъ Уніи заключенъ будетъ такъ, чтобы на насъ не было ни одного пятна, Будь же, наконецъ (już), государь, самъ стражемъ и умѣрителемъ этого дѣла, и да будетъ то намъ величайшею твоею милостью, если все это ты благоволишь постановить въ любви къ намъ. Конечно, больно бы было намъ и внукамъ нашимъ, что мы должны смотрѣть на это дѣло не съ любовью, но съ горечью, или винить насъ, что мы не понимали (замѣчали) нашего порабощенія, Мы уже доведены до такого положенія, что должны пасть къ ногамъ вашей королевской милости съ нашими униженными просьбами». Послѣ этихъ словъ Литовцы съ рыданіями пали на колѣна передъ Сигизмундомъ Августомъ, и Ходкевичъ продолжалъ: сименемъ bora умоляемъ тебя, государь, помнить наши службы и нашу полную (stateczną) вѣрность тебѣ, нашу кровь, которую мы проливали ради твоей славы. Благоволи устроить насъ такъ, чтобы для всѣхъ это дѣло было съ честью, а не съ посмѣяніемъ и приниженіемъ нашимъ, устроить съ соблюденіемъ совѣсти твоей государевой и того, въ чемъ ты присягалъ намъ прежде. Именемъ Бога умоляемъ объ этомъ, благоволи помнить все это государь»! Рыдая поднялись Литовцы, и горе ихъ было такъ безотрадно и сильно, что даже изъ Поляковъ рѣдко кто не плакалъ, смотря на нихъ. Ходкевичъ, между тѣмъ, обратился къ Коронному сенату съ нѣсколькими словами, взывая къ нему съ просьбою окончить дѣло такъ, чтобы оно было совершено вполнѣ согласно съ совѣстью, честью Литовцевъ и общею братскою радостью обоихъ народовъ165.

На рѣчь Ходкевича отвѣчалъ бискупъ Краковскій Филиппъ Падневскій, отъ имени сената двоекратно прося Литовцевъ согласиться на Унію и покончить такимъ образомъ все дѣло. Bo время этой рѣчи Коронные сенаторы встали всѣ со своихъ креселъ, подкрѣпляя этимъ словесную просьбу въ рѣчи Падневскаго166. Посхѣ этой рѣчи Краковскаго бискупа сказалъ нѣсколько словъ самъ король167, заключивъ ихъ своею благодарностью Литовцамъ за принятіе уже нѣкоторыхъ пунктовъ Уніи. [lo существу же на просьбы Литовцевъ отвѣчалъ отъ королевскаго имени Коронный подканцлеръ, читая по тетрадкѣ заранѣе приготовленную рѣчь168. Въ этомъ отвѣтѣ высказывалось окончательное мнѣніе (ostateczne zdanie) короля, причемъ высказывалось и королевское желаніе, чтобы Литовцы остановились на немъ, имъ разрѣшивъ все дѣло (па tim przestali). Унія, дарованная королемъ въ Люблинѣ на основаніи Александрова привилея, не можетъ ни въ чемъ вредить Литовскому княжеству, Артикулъ о наслѣдствѣ Литовскаго престола можетъ имѣть мѣсто въ актахъ записей обоихъ народовъ На Унію, такъ какъ, соединившись съ Польшею, Литва получитъ участіе и во всѣхъ правахъ, принадлежащихъ Полякамъ, а слѣдовательно и наслѣдство Литовскаго престола будетъ принадлежать обоимъ народамъ одинаково, «въ настоящемъ случаѣ соединяется и сливается вольный народъ съ вольнымъ, равный съ равнымъ, и они всегда будутъ вмѣстѣ избирать себѣ одного государя». Люблинскій привилей, которымъ недовольны Литовцы, король вовсе не считаетъ противнымъ интересамъ Литвы; король былъ бы радъ, если бы онъ былъ данъ въ присутствіи Литовцевъ на сеймѣ, но они уѣхали; изданный, хотя и въ ихъ отсутствіи, онъ не можетъ быть поколебленъ въ своемъ законномъ значеніи и силѣ. Король высказывалъ надежду, что Литовцы согласятся, наконецъ, на условія Уніи и черезъ это согласіе породнятъ съ собою Коронные станы; явится взаимное довѣріі и будетъ расти взаимное согласіе, «при которыхъ можно будетъ со временемъ исправить все, что только вы признавте нужнымъ исправить» читалъ подканцлеръ въ королевской рѣчи, обращаясь къ Литовцамъ. «Теперь же извольте, господа, удовольствоваться (przestać) для общаго блага тѣмъ, что сдѣлано, и дать свое согласіе на то, чего требуютъ отъ васъ Коронные станы» стояло въ ней далѣе; король вспоминалъ о своихъ обязанностяхъ по отношенію къ обоимъ государствамъ, говорилъ что не убѣждалъ бы Литовцевъ сдѣлать то, въ чемъ скрывается для нихъ униженіе или порабощеніе и видитъ, наоборотъ, что Унія послужитъ къ общей пользѣ и славѣ. Поэтому король и совѣтуетъ, и требуетъ въ силу своей власти, чтобы Литовцы остановились на этихъ условіяхъ Уніи, дали на нихъ свое согласіе и безъ дальнѣйшихъ разсужденій вступили-бы въ дѣйствительное взаимное общеніе обѣихъ сторонъ. Подканцлеръ кончилъ читать свою тетрадку, тогда снова сталъ говорить король. Онъ сказалъ, что считаетъ себя поступившимъ по совѣсти въ дѣлѣ Уніи, проливалъ слезы, высказывая убѣжденіе въ угодности Богу сдѣланнаго имъ и предписывалъ Лигтовцамъ исполнить желаніе Короны. Рѣшившій все дѣло съ вопіющимъ нарушеніемъ своихъ прежнихъ клятвъ, данныхъ Литвѣ, послѣдній Ягеллонъ заявлялъ о томъ, что онъ не забылъ присягъ своихъ, принесенныхъ обоимъ государствамъ; Унія Литвѣ благо, а не зло169. На рѣчь короля отвѣчалъ Ходкевичъ. Онъ попросилъ у короля для Литовцевъ разрѣшенія удалиться изъ засѣданія, чтобы обсудить прочитанное и высказанное имъ. Получивъ это разрѣшеніе, они удалились въ свою залу и послѣ трехчасового обсужденія вернулись въ сенатъ. Ходкевичъ вновь говорилъ рѣчь отъ ихъ имени170. Грѣхи Литовцевъ, сказалъ онъ, прогнѣвали Бога и навлекли на Литву несчастія. Долго перечислять ихъ. Къ числу ихъ относится и происходящее теперь перенесеніе Речи Посполитой изъ Литовскаго народа въ другой народъ. Литовцы умоляютъ короля изыскать способы облегчить ихъ положеніе, Литовцы рѣшились на все: они знаютъ, что послѣ Бога должны повиноваться королю первому и все предоставлять разсужденію государеву, Но Литовцы просятъ короля изложить высказанное имъ въ видѣ привилея, или рецесса и добавить къ этому, что они имѣютъ право такъ оберегать свои права, какъ найдутъ лучшимъ и наиболѣе почетнымъ. На Люблинскій привилей Литва соглашается, но съ условіемъ, чтобы было сдѣлано требуемое ею прибавленіе и дано письменное удостовѣреніе (rewersał) того, что Унія не принесетъ ей зла. Они просятъ объ этомъ документѣ свидѣтельствѣ дѣла, чтобы оно было памятно на вѣчныя времена. Не изъ страха смерти согласились Литовцы исполнить волю короля и Коронныхъ сенаторовъ и не изъ разсчетовъ на выгоды, но сдѣлали это изъ желанія блага Речи Посполитой, по братской любви и для пріобрѣтенія милости корозевской и любви своихъ братьевъ пановъ-рады Коронныхъ. Реверсалъ королевскій поможетъ королю привести къ Уніи и тѣхъ Литовцевъ, которыхъ нѣтъ На Люблинскомъ сеймѣ. «У всякаго человѣка», такъ заканчивалъ свою рѣчь Ходкевичъ, «бываютъ и друзья, и враги; поэтому, чтобы ни одинъ нашъ врагъ не могъ укорить насъ, будто мы то, что здѣсь сдѣлали, сдѣлали за подарки или по какимъ-либо другимъ побужденіямъ, мы просимъ васъ, ваша королевская милость, и васъ всѣхъ, господа, сохранить въ своей памяти, что мы защищали здѣсь наше отечество, какъ слѣдовало защищать его. Лучшаго свидѣтельства въ этомъ. чѣмъ то, какое дадите намъ вы, государь, вы, сенаторы, и это собраніе пословъ, намъ не нужно»171. Когда кончилъ свою рѣчь Ходкевичъ, сказалъ нѣсколько словъ Евстафій Воловичъ, подканцлеръ KHaxecrBa. Онъ благодарилъ за обѣщаніе братской любви, данное Короннымъ сенатомъ въ рѣчи бискупа Краковскаго. Литовцы увѣрены въ томъ, что сенаторы Коронные будутъ ходатайствовать за Литовдевъ передъ королемъ. «Благоволите господа», говорилъ Воловичъ, «такъ обсуждать дѣла, чтобы честь и свобода нашего народа оставались нетронутыми. За это мы не только воздадимъ вамъ братскою любовью, но съ радостью будемъ отслуживать вамъ посильными нашими услугами». Литовцы Не сомнѣваются въ томъ, что въ актѣ Уніи, если это будетъ нужно, сенаторы Коронные сами будутъ охранять вольности Княжества, чтобы этотъ славный актъ вѣчнаго общенія достигъ своего окончанія не только на бумагѣ или пергаменѣ, но братскою любовью, чтобы можно было сказать, что по здравому разсужденію и съ любовью братскою дошли до разрѣшенія дѣла. которое затѣмъ уже было окончено рѣшеніемъ королевскимъ172. Литовцамъ отвѣчалъ Краковскій бискупъ, который возблагодарилъ Бога за совершившееся соединеніе, принесъ благодарностъ Литовцамъ и выразилъ желаніе сенаторовъ Коронныхъ все дѣлить поровну съ ними, засвидѣтельствовавъ при этомъ преданность братскую имъ со стороны Короннаго сената. Сенаторы Польскіе стояли во время этой рѣчи, выражая тѣмъ свое въ ней участіе, День закончился173 рѣчью короля, въ которой выражалась его радость по поводу COвершившагося и обѣщаніе заботы о Литвѣ и Коронѣ174.

Итакъ, 27 іюня, наконецъ, былъ рѣшенъ вопросъ объ Уніи Литвы съ Польшею. Оставалось лишь оформить дѣло привилеемъ, да принести присягу въ соблюденіи договора. Но разногласіе не замедлило обнаружиться и при этомъ. 28 іюня Литовскіе децутаты явились къ Короннымъ посламъ для исправленія привился на Унію. Опять Литовцы возобновили свое требованіе, чтобы на конфирмаціонныхъ грамотахъ, которыя будутъ давать новые короли правамъ обоихъ народовъ, были двѣ печати — Коронная и Литовская. Поляки не соглашались, и Литовскіе депутаты перенесли дѣло на рѣшеніе короля, Ho Унія уже считалась рѣшенною, и въ этотъ день по костеламъ пропѣли Te Deum laudamus, и проповѣдники призывали народъ благодарить Бога за совершившееся175. На слѣдующій день вмѣстѣ съ сенаторами Короны и Литвы былъ въ засѣданіи король: исправлялся привилей на Унгю. Посламъ было сначала приказано обождать въ ихъ избѣ, но такъ какъ оказалось, что въ этотъ день дѣла не окончить, то король послалъ имъ сказать, что Литовскіе сенаторы на все согласились; пусть поэтому послы приготовятся къ присягѣ на завтра и пусть не забудутъ захватить съ собою завтра свои печати, Наступило и это завтра, въ этотъ день, і іюля, была дѣйствительно принесена взаимная присяга сенаторами и послами земскими обоихъ соединившихся государствъ. Сначала присягали паны-рада Короны съ примасомъ и бискупами во главѣ176, затѣмъ рада Литовская. При этомъ сенаторы Подляшья, Волыни и Кіева приносили присягу Литвѣ вмѣстѣ съ другими панамирадою Короннаго сената, какъ члены ero. Послѣ принесенія npnсяги сенаторами присягали земскіе послы, сначала Польскіе- по воеводствамъ, потомъ Литовскіе, «При этомъ актѣ», разсказываетъ составитель двевника сейма 1569 года, «сенаторы Iloxbскіе благодарили Бога, что далъ имъ дожить до этого времени, и сильно плакали, такъ что канцлеръ, читавшій формулу присяги, не могъ читать и бросилъ, сталъ читать ее великій маршалокъ; потомъ уже, успокоившись, канцлеръ продолжалъ читать формулу присяги сенаторамъ и посламъ. Литовскій подканцлеръ читалъ точно также форму присяги Литовскимъ сенаторамъ и посламъ»177. Не обошлось, однако, безъ споровъ и рѣзкихъ выходокъ и въ этотъ день. Еще до принесенія присяги поднялся споръ между послами Великой и Maioń Польшъ изъ-за того, что въ привилеѣ на Унію послы Познанскіе бызи поставлены выше Краковскихъ178, а во время самаго принесенія присяги обнаружилось нежеланіе антитринитаріевъ, бывшихъ въ числѣ пословъ Коронныхъ, присягать Тріединому Bory. Когда пришло время приноснть присягу Холмскому подкоморію Николаю Сѣницкому и ero товарищамъ, онъ отказался присягать CB. Троицѣ. Призванный къ королевскому столу, присяга приносилась у стола, подлѣ короля, стоявшаго съ обнаженною головою. — онъ, прежде чѣмъ стать для присяги на колѣна, сказалъ: «А не буду присягать во имя Троицы и того Bora, котораго не признаю». Разгнѣванный этимъ король самъ потребовалъ отъ Сѣницкаго, чтобы онъ не вносилъ безпорядка въ совершавшійся актъ. Сѣницкій принесъ присягу, но BCE-TAKH не произнесъ словъ: «рави Bogu w Troiczi jedinemu». Ero единовѣрцы, два Мазовшавина — ѣолинскій и Бросковскій, не присягнули вовсе: они предпочли совсѣмъ уйти изъ палаты179. Не обошлось и безъ столкновенія на почвѣ политическихъ интересовъ только что соединившихся Уніею сенатовъ: сенаторы Литовскіе требовали, чтобы вмѣстѣ съ ними присягали и Инфлянты, какъ часть Литовскаго княжества, сенаторы же Польскіе заявили, что Инфлянты принадлежатъ Коронѣ въ такой же степени, какъ Литвѣ, а поэтому они принесутъ присягу OTдѣльно180. Когда окончилось принесеніе присяги181 лицами, присутствовавшими въ палатѣ, король сѣлъ верхомъ на заранѣе приготовленнаго коня и отправился вмѣстѣ съ сенаторами и послами Коронными, а также множествомъ народа въ костелъ св. Станислава, гдѣ со слезами воздавалъ хвалу Богу и приказахъ пѣть Te Deum laudamus, причемъ и самъ присоединилъ свой голосъ къ голосамъ поющихъ182. На слѣдующій день, T.-e. въ субботу 2-го. роля, присягали тѣ члены сейма, которые не принесли присяги по отсутствію наканунѣ. При этомъ король настойчиво требовалъ присяги отъ неприсягнувшихъ, и извѣстные уже намъ автитринитаріи Жолинскій и Бросковскій были принуждены исполнить королевское требованіе слѣдующимъ образомъ: Коронный маршалокъ передалъ маршалку посольской избы, что король по совѣщаніи съ сенаторами запретилъ имъ, какъ не желающимъ присягнуть, участіе въ засѣданіяхъ сейма, и антитринитаріи поспѣшили принести требуемую отъ нихъ присягу183, Когда такимъ образомъ присяга была принесена всѣми участниками Любливскаго сейма, канцлеръ предложилъ теперь уже спольному Польско-Литовскому сенату на обсужденіе слѣдующую королевскую пропозицію. «Литовскіе сенаторы», говорилось въ ней, «желали прибавить къ привилею на Унію нѣкоторые пункты, которые не были включены въ него потому, что ихъ предполагалось обсудить въ то время, когда Польскіе и Литовскіе сенаторы составятъ одно засѣданіе, Поэтому теперь нужно говорить о нихъ, ибо король ихъ отложилъ до общаго засѣданія». Теперь, послѣ окончанія Уніи MH предлагается королемъ подавать сенаторамъ мнѣнія по этимъ вопросамъ. Они слѣдующіе: 1) оборона государства, 2) монета, 3) когда присягать Инфлянтчикамъ теперь или потомъ? 4) посольство въ Москву, 5) Литовскіе вряды, 6) мѣсто общихъ сеймовъ, 7) избраніе королей, 8) обезпеченіе королевскаго потомства согласно рецессу, 9) мѣста для князей. Дневникъ, изданный Дзялынскимъ, прибавляетъ къ этому еще вопросъ объ обезпеченіи Литвы184. Стали подавать мнѣнія185, но подавались они, повидимому, не по всѣмъ этимъ вопросамъ. Наиболѣе энергично трактовали вопросы о защитѣ Литовскаго княжества HH объ Инфлянтахъ, хотя нѣкоторые сенаторы высказались и по другимъ изъ предложенныхъ вопросовъ. Изъ сенаторскихъ мнѣніі обнаружилась, между прочимъ, ясно непригодность посполитаго рушенья въ дѣлѣ государственной обороны въ эту эпоху: многіе сенаторы высказались въ этомъ направленіи, а Литовскіе паны рада (кашталянъ Виленскій, воевода и кашталянъ Троцкіе) заявили, что отъ рушенья «будетъ не защита Литвы, а опустошенье ея». Относительно Инфлянтовъ, Янъ Ходкевичъ по прежнену требовалъ сохраненія ихъ за Княжествомъ, понесшимъ большя издержки на нихъ. Совѣщаніе сената, повидимому, не выраѲотахо никакого общаго рѣшенія въ этотъ день, хотя и длилось такъ долго, что король даже опоздалъ къ ужину186.

Въ слѣдующій рабочій день сейма, понедѣльникъ 4 іюля, пропозицію королевскую должна была обсуждать посольская изба, ко прежде чѣмъ она приступила къ этому дѣлу, необходимо было разрѣшить споры о мѣстахъ для пословъ отдѣльныхъ воеводствъ Коронныхъ и Литовскихъ. такъ какъ въ составъ прежней посольской избы Коронной были введены послы Литовскіе, и имъ нужно было дать мѣсто на скамьяхъ ея, влвинувъ ихъ въряды Польскихъпословъ, апри этомъ поднимались вопросы мѣстнической чести. Коронный наршалокъ вмѣстѣ съ Сендомірскимъ воеводою лично явились въ избу, и первый, приказавъ разставить скамьи, самъ указывалъ по списку мѣста для пословъ каждаго воеводства187. Послѣ этого наршалокъ избы поставилъ на обсужденіе субботнее предложеніе короля, Но оказалось, что посольская изба, въ которой соединизись послы обоихъ народовъ, сразу раздѣлилась въ своихъ интересахъ. Послы Краковскаго воеводства заявили, что они не будутъ ни о чемъ разсуждать до тѣхъ поръ, пока избѣ не будетъ дано отвѣта на ея, сдѣланное ею сще до окончательнаго рѣше- Bia дѣла Уніи, предложеніе о храненіи и расходованіи кварты, а Визенское воеводство черезъ одного изъ своихъ пословъ объявнзо, что ни о чемъ не будетъ говорить до тѣхъ поръ, пока кородь не сдѣлаетъ постановленія относительно врядовъ Литовскаго княжества. Всѣ другія Коронныя воеводства, а въ ихъ числѣ Возынское, Подляшское и Кіевское, присоединились къ голосу Краковскаго; всѣ же Литовскія воеводства — къ голосу Виленскаго188. Такъ рѣзко обозначилось различіе интересовъ у представителей соединившихся въ одну Речь Посполитую народовъ: вопросъ о квартѣ, имѣвшій первостепенное значеніе для Польши, не представлялъ ни малѣйшаго интереса для Литвы, хотя и Щ5- суждался въ общемъ сеймовомъ собраніи пословъ обоихъ народовъ. ситва не знала кварты въ предѣлахъ Княжества и не желала допускать обсужденія ея прежде, чѣмъ будетъ рѣшенъ жгучій для Литовцевъ вопросъ объ ихъ врядахъ рядомъ съ врядами Коронными. Когда затѣмъ въ другомъ уже засѣданіи189 подавались голоса въ посольской избѣ о квартѣ, Литовскіе послы даже не подавали о ней и мнѣній на томъ основаніи, что они не имѣли къ ней никакого отношенія. Характерно также въ этомъ первомъ засѣданіи соединенной Польско-Литовской посольской избы было то, что, сговорившись о своихъ дѣлахъ, Поляки сказали Литовцамъ, что они сами могутъ заявить королю о Литовскихъ врядахъ; Поляки предоставляли имъ самимъ, отдѣлгно отъ нихъ, хлопотать о Литовскомъ дѣлѣ190. и дѣйствительно въ рѣчи, произнесенной на другой день (5 1044) передъ королемъ отъ имени посольской избы Холмскимъ подкоморіемъ Сѣницкимъ не было ни слова о Литовскихъ врядахъ, а требовалось лишь исполненіе желанія пословъ относительно кварты191.

Мы не станемъ слѣдить далѣе, день за днемъ, какъ работалъ Люблинскій сеймъ, обсуждая дѣла, подлежавшія ero дѣятельности, такъ какъ онъ занялся послѣ разрѣшенія дѣла Уніи Коронными дѣлами, представлявшими интересъ лишь для Польши, а не для Литовскаго княжества, и остановимся только на нѣсколькихъ вопросахъ и сторонахъ его дѣятельности, представляющихъ интересъ для нашей цѣли, выясненія отношеній Княжества и Короны, какъ они устанавливались въ 1569 году. Изъ этихъ вопросовъ прежде всего обращаетъ на себя вниманіе вопросъ о правахъ и функціяхъ высшихъ Литовскихъ врядовъ рядомъ съ одноименными врядами Коронными въ соединенномъ Польско-Литовскомъ государствѣ. Дѣятельность однихъ на общихъ сеймахъ должна была исключать дѣятельность другихъ, а между тѣмъ, согласно привилею на Унію, значеніе Литовскихъ врядовъ должно было оставаться въ полной его неприкосновенности, Мы видѣли, вопросъ этотъ поднимался уже пе разъ, поднятъ онъ былъ и въ первомъ соединенномъ засѣданіи 4 поля пословъ 3CMскихъ Литвы и Польши. Дѣйствительно вопросъ этотъ настоятельно требовалъ разрѣшенія. 8 іюля192 король вмѣстѣ съ сенатомъ приступилъ къ обсужденію того, какъ будутъ впредь исполнять свои обязанности маршалки Короны и Княжества, Разсказывая объ этомъ, авторъ сеймового дневника прибавляетъ, что объ этомъ былъ большой споръ между маршалками обоихъ народовъ, создавшій большія затрудненія193 На другой день, T.-e. 9-го числа, въ посольскую избу явился посланный отъ короля Коронный подскарбій съ изложеніемъ на бумагѣ обязанностей маршалковъ обоихъ народовъ для обсужденія этого дѣла послами, Be этой бумагѣ такъ разрѣшался маршалковскій вопросъ. На настоящемъ, Люблинскомъ сеймѣ первенство долженъ сохранить за собою маршазокъ Коронный; пусть онъ раздаетъ голоса въ радѣ и управляетъ, но жезлы должны поднимать передъ королемъ маршалки обоихъ народовъ. Судитъ Поляковъ маршалокъ Коронный, ЛитовцевъЛи- ToBCKIK. Дѣла смѣшанныя, T.e. справы Поляковъ съ Литовцами въ Литвѣ и въ Польшѣ, подлежащія вѣдѣнію маршалковскаго уряда разбираютъ оба маршалка въ замкѣ королевскомъ. На настоящемъ сеймѣ должно быть постановлено (Opatrzono) сеймовою конституціею въ цѣляхъ сохраненія врядовъ Коронныхъ и Литовскихъ цѣликомъ при ихъ власти, чтобы на слѣдующемъ сеймѣ alternutim имѣлъ всю власть маршалковскую маршалокъ Литовскій; и такъ всегда должны на сеймахъ, бывающихъ по очереди въ Брестѣ-Литовскомъ и въ Варшавѣ, чередуясь, держать весь маршалковскій урядъ-въ Берестьѣ маршалокъ Литовскій, въ Варшавѣ маршалокъ Коронный. Король объяснялъ необходимость такого постановленія данною Литовцамъ клятвою сохранить значеніе врядовъ, а такъ какъ у нихъ отнято право имѣть отдѣльный сеймъ, то для сохраненія значенія врядовъ Литовскихъ необходимо допустить созываніе сеймовъ поочередно разъ въ Литвѣ, другой разъ въ Польшѣ194. Посольская изба не вошла въ обсужденіе этого дѣла. Она была занята вопросомъ о сборѣ, храненіи и расходованіи кварты, вызвавшимъ большіе раздоры между послами Великой и Малой Польшъ изъ-за выбора мѣста для храненія. Послы земскіе отказались обсуждать вопросъ о маршалкахъ, предоставивъ его сенату и королю; посольская изба поняла, что сенаторы передали это дѣло ей для того, чтобы свалить на нее потомъ всю вину за то или другое его разрѣшеніе*. Ho вопросъ этотъ не могъ быть отложенъ въ долгій ящикъ. 16 1014 Литовскіе послы вновь заявили въ избѣ, что они не станутъ обсуждать вмѣстѣ съ Поляками никакого дѣла до тѣхъ поръ, пока не будетъ устроено дѣло объ урядахъ княжества Литовскаго*, и Перемышльскій судья, говорившій въ этотъ день королю рѣчь отъ имени посольской избы, объявилъ ему въ числѣ другихъ заявленій и то, что изба не можетъ обсуждать вопроса о защитѣ Литвы, такъ какъ Литовскіе послы не хотятъ говорить о ней, пока Не кончится споръ о маршалковскихъ урядахъ*. Отвѣчая на эту рѣчь, Сигизмундъ Августъ, сказалъ. что онъ самъ разрѣшитъ споръ о маршалковствахъ*. На слѣдующій день (17 іюля) Литовцы сами черезъ одного изъ пословъ Литовскихъ. Сновскаго, заявили сенату, что не будутъ обсуждать никакого дѣла до разрѣшенія этого спорнаго вопроса*. Однако вопросъ этотъ Не такъ легко было разрѣшить. Давая клятву сохранить значеніе Литовскихъ врядовъ, Поляки не продумали содержанія этого обѣщанія и не представляли себѣ ясно того, какъ будетъ устроенъ спольный Польско-Литовскій сеймъ въ деталяхъ своей организаціи и дѣятельности, Требовали спольнаго сейма, но легкомысленно не ставили себѣ вопроса, какъ же онъ будетъ устроенъ; думали, что Литовскій сеймъ просто-на-просто сольется съ Короннымъ, и не предвидѣли никакихъ затрудненій при этомъ сліяніи, необдуманно клянясь сохранить неприкосновенными значеніе и права Литовскихъ урядовъ. А между тѣмъ эти уряды, въ особенности маршалковства (великое и дворное), на спольномъ сеймѣ должны были играть одну и ту же роль съ урядами Польскими, тѣмъ исключая ихъ, такимъ образомъ, нужно было по меньшей мѣрѣ измѣнить, если не уничтожить совсѣмъ значенге Коронныхъ маршалковъ на сеймѣ, сохраняя его для Литовскихъ. Примасъ ясно выразилъ такое положеніе вопроса. 17 іюля онъ говорилъ въ сенатѣ: < что касается Литовскихъ сенаторовъ, то не знаю, какъ тутъ быть. Недавно мы имъ клялись, что сохранимъ имъ ихъ должности, которыя и дѣйствительно будутъ сохранены; но съ другой стороны, я не желалъ бы, чтобы должности Королевства потеряли какъ-нибудь свое значеніе, чтобы онѣ подвергались какому-либо измѣненію; впрочемъ, OTO неизбѣжно бываетъ, когда соединяются государства. Хотя бы меня въ куски изрубили, какъ говорили въ старину, не стану говорить противъ совѣсти, Убереги меня отъ этого Богъ»199. Какъ бы TO ни было, но вопросъ этотъ долженъ былъ быть разрѣшенъ. Съ его разрѣшеніемъ знакомитъ насъ письмо Литовскаго земскаго подскарбія Николая Нарушевича къ Виленскому воеводѣ Николаю Радивилу, писанное въ Люблинѣ 28 гюля 1569 года200. Въ этомъ письмѣ читаемъ: «власть урядовъ великаго и надворнаго Литовскихъ маршалковъ уже опредѣлена его королевскою милостью такимъ образомъ, что эти должности должны быть copulata съ врядами маршалковъ Польскихъ; жезлы должны поднимать вмѣстѣ въ Польшѣ и въ Литвѣ, раздавать голоса (Wota) долженъ Польскій маршалокъ Полякамъ, Литовскій Литовцамъ. какъ уже они и дѣйствуютъ (sprawuią); Поляка долженъ судить маршалокъ Польскій, Литовца--Литовскій; при apeстованіяхъ злочинцевъ при слугахъ великаго Польскаго маршалка долженъ имѣть одного, или двухъ слугъ маршалокъ Литовскій въ видахъ предупрежденія уменьшенія чести (dlia przestrzegania ubliżenia) Литовскаго народа. Объ остальныхъ функціяхъ (oynych władzach) этихъ врядовъ отложено до другого сейма»201. Точно также излагаетъ отношенія маршалковъ обоихъ народовъ и королевскій привилей, данный 19 іюля 1569 года202.

Другимъ вопросомъ первостепенной важности и огромнаго интереса является вопросъ объ участіи Литовцевъ въ дѣлахъ общаго сейма. Представлялъ ди изъ себя сеймъ картину дѣйствительно общей работы Поляковъ и Литовцевъ въ дѣлахъ, подлежавшихъ его обсужденію, или же въ самыхъ дѣлахъ существовало раздѣленіе на дѣла спеціально Коронныя, представлявшія интересъ лишь для Польскихъ членовъ сейма, и дѣла Литвы, дѣла спеціальнаго интеpeca Литовцевъ? Ho кромѣ этихъ дѣлъ спеціальнаго характера,

первый спольный сеймъ Польско-Литовскій долженъ былъ разрѣшить и дѣла обще-государственныя, Какъ относились другъ къ другу оба народа при разрѣшеніи этихъ дѣлъ? Тутъ мы не имѣемъ въ виду тѣхъ исключительныхъ вопросовъ, которые касались отдѣльныхъ частей самаго договора, какъ вопросъ о власти маршалковъ, только что нами разсмотрѣнный, но лишь дѣла, содержаніемъ которыхъ было не созданіе статей акта Уніи и ихъ толкованіе, а разрѣшеніе, такъ сказать, обычныхъ общегосударственныхъ нуждъ и потребностей, Такимъ дѣломъ являлся вопросъ объ. устройствѣ обороны государства и связанный съ нимъ вопросъ о налогѣ для нея. Защита Княжества отъ Московскаго врага его являлась не только дѣломъ государственной необходимости, но и личной чести Польскаго народа. Обращаясь къ посламъ земскимъ, примасъ Уханскій говорилъ 13 іюля: «обсудите защиту государства. Мы взяли Литовское княжество и другія государства: нужно Щбсудить, какъ бы не оказалось, что мы взяли ихъ на посрамленіе себѣ, T.-e. что взяли ихъ и не защищаемъ. Какая это будетъ слава!»203. 15 тюля посольскій маршалокъ предложилъ избѣ подавать мнѣнія о защитѣ Литвы204. Ho изба предпочла заняться вопросомъ о долгѣ короля Коронѣ, поставленнымъ также маршалкомъ, притомъ передъ вопросомъ о Литвѣ, и такъ увлеклась имъ, что вовсе и не коснулась Литовской защиты205. 16 гюля королемъ черезъ канцлера было приказано избѣ заняться обсужденіемъ защиты Княжества, о чемъ уже давно было сдѣлано ей предложеніе, но изба опять разсудила иначе. Она постановила: «не обсуждать дѣла о защитѣ Литовскаго княжества. Литовскіе послы заявили, что не станутъ съ нами обсуждать никакого дѣла, пока не будетъ устроено дѣло о должностяхъ Литовскаго княжества: такъ и намъ не слѣдуетъ заниматься этимѣ дѣломъ. Лучше намъ прежде устроить свои дѣла ...»*. о защитѣ Литвы не хотятъ говорить сами Литовцы, поэтому не могутъ разсуждать о ней и послы Коронные приговорила изба, не упустивъ, однако, воспользоваться этимъ дѣломъ для TOTO, чтобы добиться отъ короля уничтоженія мыта Русскихъ рудниковъ, которое было поставлено необходимымъ условіемъ для начала занятій избы вопросомъ объ оборонѣ*. Рѣчь оратора избы* къ королю заявила ему о невозможности изъ-за самихъ Литовцевъ обсуждать оборону*, и Сигизмундъ Августъ отвѣтилъ, что Литовцы будутъ обсуждать защиту государства, такъ какъ онъ самъ разрѣшитъ вопросъ о маршалковствахъ*. l августа вновь было приказано заняться дѣломъ защиты Литвы; канцлеръ предложилъ посламъ заняться этимъ вопросомъ, саѣі sie czas nie wliokł>*. На другой день маршалкомъ избы было предложено земскимъ посламъ подавать мнѣнія объ оборонѣ ѣ). Но обсужденіе ея не было ведеко съ большимъ интересомъ. Краковское воеводство отказалось говорить объ оборонѣ, Познанское — соглашалось дать по 20 грошей съ дана, чтобы Московская гра. Hua и Инфлянты не оставались совершенно безъ войска. Въ то же время послы Виленскаго воеводства собрали около себя остальныхъ Литовскихъ пословъ, и всѣ они постановили сдѣлать избѣ общее заявленіе черезъ одного изъ пословъ Княжества. Это заявленіе требовало помощи Поляковъ дѣлу уничтоженія тягостей, лежащихъ на обывателяхъ Литовскихъ. Послы Литовскіе не желаютъ приступать ни къ какому дѣлу, пока эти тягости не будутъ сняты съ Литвы. Относительно защиты Литовцы объявили, что они не будутъ говорить о защитѣ путемъ денежнаго побора, но поѣдутъ противъ врага посполитымъ рушеньемъ, причемъ просятъ о рушеньѣ и_Поляковъ. На это послы Коронные отвѣчали: «если вамъ, господа, не нужна постоянная защита, то мы и не будемъ объ ней говорить, но не видимъ также настоятельной надобности и

* Ja. Л.с. Crp. 561* Дн.Л.с. Crp. 562.* Перемышльскаго судьи. въ посполитомъ рушеньѣ». Посылаются въ Москву послы, и, если имъ удастся заключить миръ, то не будетъ нужды въ посполитомъ рушеньѣ ни Литвѣ, ни Польшѣ; если же мира заключено не будетъ, то необходимо послать на границы войско, чтобы непріятель не посмѣлъ сдѣлать вторженія. Поэтому нужно говорить о деньгахъ на постоянное войско. Если окажется, что необходимы чрезвычайныя мѣры, то король созоветъ сеймики и вальный сеймъ: будутъ приняты мѣры для отпора врага и, въ случаѣ надобности, Поляки двинутся посполитымъ рушеньемъ, но это они могутъ сдѣлать лишь въ слѣдующемъ году и то не иначе, какъ послѣ совѣщанія пословъ со своею шляхтою. Однако Литовскіе послы всетаки не хотѣли говорить объ обыквовенной оборонѣ (о potoczney obronie)210. Тогда и Польскіе ихъ товарищи постановили не раз. суждать о ней, заявить объ этомъ королю (для защиты же Польши есть кварта и кварцяныя деньги) и просить его окончить такъ долго длящійся сеймъ211. Все это было высказано королю въ тотъ же день въ рѣчи посольскаго маршалка, а послѣ нея выступилъ впередъ одинъ изъ Литовскихъ пословъ, Сновскій, и просилъ Сигизмунда Августа отъ имени всѣхъ ихъ снять съ Литовцевъ дежавшія на нихъ тягости, безъ чего они не приступять къ обсужденію никакого дѣла. Что касается до защиты, TO, по словамъ Сновскаго, Литвѣ «не нужна обычная оборона постояннымъ войскомъ, такъ какъ неизвѣстно еще, намѣренъ ли король воевать съ Москвою»212. Послѣ этого посольскій маршалокъ сказалъ: наіясвѣйшій, милостивый корольі Должно открыто высказать вашей королевской милости, ничего не скрывая. Господа (Литовцы) утверждаютъ, что ваша королевская милость обязаны своею казною устроять обыкновенную оборону»213. Добавилъ еще нѣсколько словъ Радѣевскій староста. Ходкевичъ и Воловичъ вскричали тогда, обращаясь къ Литовскимъ посламъ: «ради Бога! что дѣлаете! вѣдь намъ нужна постоянная защита!» На все, высказанное ему, СигизмундъАвгустъ отвѣтилъ, что онъ рѣшилъ воевать съ Москвою, но, пока вернутся послы изъ Москвы да пока будетъ обдумано, какъ вести войну, нужна обыкновенная оборона. Что же касается до того, будто король обязанъ самъ ее устроивать, то такого закона нигдѣ найти невозможно. Ходкевичъ возразилъ Сигизмунду Августу, что король обязанъ обезпечить военною обороною замки. Сигизмундъ Августъ согласился съ нимъ, сославшись на законы (pismu), RO не продолжалъ своей рѣчи далѣе и приказалъ посламъ удалиться къ себѣ и обсуждать это дѣло214.

Сущность всего дѣла была въ томъ, что въ Польшѣ еще въ 1563 году Сигизмундъ Августъ отказался отъ четвертой части (кварта) доходовъ съ королевскихъ столовыхъ имѣній215, которая поступала на наемъ такъ называемаго кварцянаго войска для постоянной защиты гравицъ Польши Такимъ образомъ Польскіе обыватели не знали расходовъ на обыкновенную оборону границъ Польскихъ и должны были платить налогъ или подниматься въ посполитомъ рушеньѣ лишь въ случаяхъ чрезвычайной нужды государственной. Литва не имѣла кварты королевской и должна была устраивать на средства своихъ обывателей и обычную, и чрезвычайную оборону своего Княжества. Послы Литовскіе, опираясь на данное имъ обѣщаніе равенства въ правахъ съ Поляками и добивались послѣ Уніи, установленія такого же порядка обычной защиты границъ Литовскихъ на средства королевскихъ имѣній, какъ это было въ Польшѣ, имѣвшей кварту. Ho если послы Литовскіе стремились къ новому порядку и расширенію вольностей народа Литовскаго, сенаторы Княжества зорко наблюдали за сохраненіемъ старыхъ правъ Литвы, и Ходкевичъ напомнилъ Сигизмунду-Августу объ его обязанности относительно содержанія въ боевой готовности укрѣпленій Литовскихъ, обязанности, опредѣленной письменными документами.

3 августа посольская изба стала разсуждать о налогѣ и coraaсилась дать на дѣло защиты государства трехлѣтній налогъ по 20 грошей съ лана, но съ Литовскими послами по этому вопросу соглашенія, однако, не состоялось216. Причину трудности сговориться Полякамъ съ Литовцами излагаетъ самъ составитель дневника сейма, разсказывая о событіяхъ 4 августа. Оказалось, что въ Литвѣ поборы организованы иначе, чѣмъ въ Коронѣ. Be Литвѣ существовало два побора — большой и малый*. Первый собирается со всякой торговли и идетъ въ скарбъ самого короля (49 skarbu samego krolia iego mosczi) на нужды королевскія и на обезпеченіе (opatrzenie) замковъ. ВŁ этотъ поборъ не включается чоповое, но такъ какъ сумма его гораздо больше, чѣмъ сумма чопового, то Литовскія воеводства старались о томъ, чтобы было равенство въ поборѣ въ Литвѣ и въ Польшѣ, такъ какъ онѣ составляютъ теперь одно тѣло. Кромѣ того, этотъ поборъ въ Литвѣ шелъ не прямо на удовлетвореніе нуждъ государственныхъ, но въ скарбъ королевскій, почему Литовскіе послы и заявили желаніе, чтобы онъ шелъ на государственныя нужды. Что касается до малаго побора, то онъ продолжится лишь до дня Всѣхъ Святыхъ* Ho этимъ не окончились недоразумѣнія съ постановленіемъ побора. 6 августа посольская изба читала поборовый универсалъ, изданный на истекшее трехлѣтіе, и рѣшила принять тотъ же поборъ и на слѣдующее трехлѣтіе, сдѣлавъ лишь измѣненія въ дѣлѣ организаціи передачи его сборщиками въ дальнѣйшія инстанціи*. Однако, при этомъ возникло серьезное затрудненіе ввиду особенностей поборовъ Литовскихъ. Въ Литвѣ серебщизна взималась съ дворовъ, и этого никакъ не могли понять Поляки, какъ несвойственнаго Польшѣ. Поэтому послы Коронные выбрали нѣсколько человѣкъ и, присоединивъ ихъ къ маршалку избы, поручили имъ всѣмъ вмѣстѣ съ нѣсколькими Литовскими послами согласить поборы Литовскій и Польскій. При этомъ послы Княжества уперлись на томъ, чтобы поборъ съ городовъ королевскихъ шелъ на обыкновенную оборону, какъ въ Польшѣ, а не въ скарбъ королевскій, какъ это было до Уніи*. 9 августа передъ королемъ въ сенатѣ при послахъ земскихъ былъ прочитанъ поборовый универсалъ, но такъ какъ поборовый универсалъ въ Литву не понравился королю и сенаторамъ Княжества, то Сигизмундъ Августъ поручилъ подскарбіямъ Коронному и Литовскому согласить ихъ, чтобы было полное равенство*. Tak закончилось составленіе побороваго универсала 1569 года*.

Мы видѣли сейчасъ, какъ обсуждалось на первомъ спольномъ сеймѣ Литвы и Польши дѣло защиты государственной. Нельзяме подмѣтить постоянно обнаруживавшагося различенія сеймомъ интересовъ Короны и Княжества даже въ дѣлѣ защиты границъ. Казалось-бы, какое дѣло должно быть болѣе общимъ для всего соединеннаго государства, если не дѣло защиты отъ общаго врага, а между тѣмъ видимъ полное раздѣленіе вопроса о защитѣ rocyдарства на два: защиту Польши и защиту Литвы. Самые источники средствъ различны для той и для другой. На обычную защиту первой идетъ Коронная кварта, на обычную защиту второй устанавливается поборъ, несмотря на то, что Литва всѣми силами добивалась на сеймѣ введенія въ ней Польскаго порядка въ этомъ отвошеніи. Правда, что поборъ на защиту Княжества былъ установленъ по всему государству, онъ будетъ взиматься и съ Короны и съ Княжества, но посольская изба во время обсужденія его постоянно выдѣляетъ свое, Польское, не смѣшивая его съ Литовскимъ. Нельзя было не позаботиться объ охранѣ Литвы, это было бы равносильно полному разрушенію только что заключенной Уніи и вошющимъ попраніемъ ея договора, но въ высокой степени характернымъ для этой Уніи является выдѣленіе сразу своего и своей обороны Коронною частью посольской избы, только что провозгласившей сліяніе въ единое тѣло Литвы и Польши, но охраняющей отъ расходовъ на Литву свою кварту. Если Литва, такимъ образомъ, стремилась неустанно къ сохраненію во многихъ политическихъ сторонахъ своей отдѣльности отъ Польши, то и послѣдняя, противясь этому, сама ставила преграду полному сліянію Княжества съ Короною, подчеркивая отдѣльность своего кошелька и своихъ матеріальныхъ интересовъ отъ Литовскихъ.

Посчотримъ теперь, какъ относятся на сеймѣ 1569 года Литовцы къ дѣламъ, имѣющимъ значеніе лишь для Польши, и какъ относятся Поляки къ дѣламъ спеціально-Литовскимъ. Mer видѣли уже выше, что Литовскіе послы прямо отказались 15 іюля подавать свои мнѣнія о квартѣ на томъ основаніи, что Княжество не подлежитъ ей222. Такимъ образомъ, Литовцевъ интересуетъ лишь то, что касается ихъ непосредственно, какъ ихъ частно-Литовское дѣло, или какъ обще-государственное, а къ мѣстно-Польскому у нихъ нѣтъ ни малѣйшаго интереса. Взглянемъ и на то, какъ смотрятъ Поляки на мѣстно-Литовскія дѣла. Прежде всего необходимо отмѣтить, что ораторъ посольской избы, передавая ея просьбы королю и сенату, передавалъ и просьбы Литовцевъ*. Ходкевичъ* и Воловичъ* даже искали ходатайства избы передъ государемъ по дѣламъ частнымъ. Но если посольская изба занималась и мѣстно-Литовскими дѣлами, то встрѣчаемъ и примѣры исключительно Литовской работы надъ ними. Мы видѣли выше, какъ о требованіи Литовскомъ заявлялъ королю отдѣльно, послѣ рѣчи оратора избы, одинъ изъ пословъ земскихъ Литовскихъ*. Статьи конституціи сеймовой, касающіяся Княжества, были составляемы Литовскими послами отдѣльно и уже затѣмъ читались посольской избѣ. Подъ 30-мъ поля въ дневникѣ сейма записано между прочимъ: «потомъ читали Литовскіе артикулы, но не кончили и постановили, чтобы Литовцы избрали изъ своей среды нѣсколько человѣкъ, эти лица отправились-бы къ посольскому маршалку и вмѣстѣ съ нимъ скорриговали конституціи. Tak было постановлено, такъ и сдѣлано»*. 1 августа послы Литовскіе просили избу, чтобы имъ было разрѣшено прочитать ихъ конституціи, которыхъ они не успѣли приготовить и отдать наверхъ (въ сенатъ) вмѣстѣ съ конституціями Польскими*. Это чтеніе вызвало столкновеніе Литовцевъ съ Поляками изъ-за Инфлянтовъ, которые присвоивали себѣ Литовцы. Изъ преній, возникшихъ по поводу этого, обнаружилось, что Литовскіе послы земскіе имѣли и отдѣльныя сношенія съ сенатомъ, повидимому, цѣлымъ, а не только Литовскимъ, ведя съ нимъ переговоры относительно своихъ желаній*. Y Литовцевъ были и свои частныя дѣла, о которыхъ они ходатайствовали передъ королемъ, прося поддержки у Поляковъ*. Дневникъ Люблинскаго сейма 1569 года вообще даетъ очень много интересныхъ подробностей для выясненія того, какъ составлялись сеймовыя конституціи спольнаго Польско-Литовскаго сейма*. Проектъ конституціи составлялся посольскою избою. 21 поля послы земскіе принесли проектъ въ избу231, но онъ оказался неудачнымъ и былъ разорванъ232. На другой день вновь былъ принесенъ послами проектъ конституціи, составленный маршалкомъ избы Чарнковскимъ, но на него не послѣдовало едивогласнаго согласія пословъ, и 23 гюля изба читала уже новый проектъ конституціи, составленный Холмскимъ подкоморіемъ Сѣвипкимъ и Перемышльскимъ судьею Орѣховскимъ233. Однако, и этому проекту не удалось удостоиться одобренія всѣхъ пословъ земскихъ234. Чтобы, наконецъ, покончить это дѣло, посольская изба составила въ тотъ же день (23 іюля) цѣлую коммиссію, въ которую вошли Холмскій подкоморій Сѣницкій, Калишскій судья Потворовскій и по одному послу изъ каждаго воеводства. Но не удалось окончить дѣла и этой коммиссіи: поднялся споръ изъ-за постановленій относительно Пруссіи, и Калишскій судья разорвалъ то, что имъ было написано. Тогда конституція была написана

ціально для какой-нибудь отдѣльной части (не Литвы) Речи Посполитой, или же нужно признавать обязательными для Литвы лишь тѣ статьи конституцій, въ которыхъ обозначено, что онѣ изданы для Княжества, Въ ученой литературѣ Русской девяностыхъ годовъ истекшаго стодѣтія вопросъ этотъ былъ поднятъ съ очень большою энергіею по поводу одного частнаго случая (считать ли наслѣдство графа Манузи. открывшееся въ 1822 году, выморочнымъ на основаніи кадуковаго права, или признать на него права представителей боковыхъ линій рода графа Манузин). Возникши въ судѣ, на почвѣ гражданскаго иска, вопросъ этотъ былъ перенесенъ повѣренными сторонъ (покойный профессоръ С.-Петербургскаго Университета С. А. Бершадскій и присяжный повѣренный Б. Г. Ольшамовскій) на почву ученаго изслѣдованія. Правитедьствующій Сенатъ, когда дѣло было перенесено въ него, пройдя черезъ Ковенскій Окружный Судъ Hu Виленскую Судебную Налату, обратился къ профессорамъ Владимірскому-Буданову, Сергѣевичу, Пахману и Леонтовичу съ просьбою высказаться по возбужденному этимъ дѣдомъ историко-юридическому вопросу. Кромѣ того, вопросомъ заинтересовались С. JT. Пташицкій и проф. А. Гольмстенъ, высказавшіеся по нему въ печати, Такимъ образомъ создалась цѣлая литература вопроса въ напечатанныхъ работахъ С. А. Бершадскаго, проф. Гольмстена. проф. Леонтовича, r. Ольшамовскаго и г. Пташицкаго. Мы не станемъ останавливаться на этомъ вопросѣ въ настоящемъ томѣ нашей работы, отлагая его до ея продолженія, до главы, посвященной Польско-Литовскому сейму, и отсылаемъ читателя къ этой литературѣ, въ которую вводитъ книжка г. b. Г. Ольшамовскаго. Обязательность для Ведикого Княжества Литовскаго Конституцій Вальныхъ Сеймовъ бывшей Польской Рѣчи Посполитой въ связи съ вопросомъ о выморочности (Кадукахъ) по Польско-Литовскому Законодательству. Спб. 1897. маршалкомъ избы Чарнковскимъ по его произволу (wWedlie swei fantasiel), и, такъ какъ посламъ надоѣло все это дѣло, они согласились принять написанное имъ235. Затѣмъ послы явились наверхъ, къ королю. Чарнковскій передалъ тамъ артикулы конституціи, но послѣ этого выступили впередъ Орѣховскій и Сѣницкій; первый просилъ позволенія представить для конституціи статьи о Русскомъ воеводствѣ, второй представилъ составленныя имъ конституціи о Пруссіи, Сигизмундъ Августъ приказалъ имъ обоимъ отдать ихъ статьи подканцлеру, Посламъ земскимъ былъ данъ королемъ отвѣтъ черезъ канцлера: король съ сенатомъ разсмотритъ проектъ конституціи, составленный избою, а послы должны удалиться въ свою палату и обсуждать мѣры къ защитѣ государства, оставивъ лишь депутатовъ для суда по дѣламъ экзекуціи236. Въ слѣдующіе дни сенатъ съ королемъ обсуждалъ представленный ему избою проектъ конституціи237. 26 іюля королемъ былъ присланъ въ избу подскарбій съ тѣми статьями конституціи, которыя были уже обсуждены имъ и сенатомъ. Это были еще не всѣ, статьи, а лишь нѣкоторыя. 27 іюля изба читала эти возвращенныя ей статьи и видя, что сенаторы измѣнили нѣкоторыя изъ нихъ, рѣшила добиться того, чтобы оставлено было такъ, какъ было раньше принято ею238. Послѣ рѣчи Перейышльскаго судьи, сказанной въ этомъ смыслѣ передъ королемъ по порученію посольской избы239, къ посламъ былъ присланъ Сигизмундомъ Августомъ подканцлеръ Коронный съ исправленными пунктами ковституціи, Онъ читадъ рукопись, и посольская изба согласилась принять внесенное въ проектъ сенатомъ, но для редакціи конституціи избрала въ помощь подканцлеру трехъ лицъ изъ своего состава —Сѣницкаго, Потворовскаго и Прилецкаго240. 30 іюля посольскій маршалокъ принесъ съ собою въ избу проектъ конституціи, но чтеніе его не состоялось за другими дѣлами241. въ тотъ же день послы стали читать статьи конституціи по дѣламъ Литвы, но, не окончивъ чтенія постановили, чтобы Литовцы, избравъ изъ своей среды нѣсколькихъ лицъ, отправили ихъ K% посольскому маршалку для корригаціи конституцій. «Такъ было постановлено, такъ было и исполнено», прибавляетъ дневникъ сейма242. і августа посольская изба читала конституціи, составленныя Короннымъ подканцлеромъ вмѣстѣъ съ депутатами избы. OTO чтеніе взяло много времени, такъ какъ послы, читая, одно исключали, другое прибавляли; наконецъ, согласившись всѣ, въ полномъ согласіи пошли наверхъ къ королю, и Чарнковскій, маршалокъ посольскій, представилъ конституцію государю243. Однако, оказалось, что въ этой конституціи не было статей, касающихся Литвы, составленіе которыхъ было дѣломъ Литовцевъ. Когда земскіе послы, передавъ конституцію королю, вернулись въ свою палату, послы Литовскіе просили дозволить имъ читать ихъ статьи, KOTOрыхъ они не успѣли приготовить во-время и передать наверхъ вмѣстѣ съ Коронными244. Посольскій маршалокъ возстановилъ тишину и сказалъ Литовцамъ приступить къ чтенію. Ho уже первый пунктъ ихъ вызвалъ большіе споры. Br немъ Литовцы «ужъ очень» (już bardzo) присвоивали Княжеству Инфлянты. Поляки заявили Литовцамъ, что это противорѣчитъ конституціямъ Короннымъ, которыя только что составлены въ избѣ и которыя прослушали сами Литовцы. Наконецъ, въ сенатѣ вмѣстѣ съ сенаторами Коронными засѣдаютъ и Литовскіе сенаторы. Ѳни подаютъ свои голоса по дѣламъ, разсматриваемымъ сенатомъ, и, если посольская изба получила единогласный отвѣтъ его на свою конституцію, это эначитъ, что и Литовскіе паны-рада согласны съ нимъ. Поляки при этомъ напомнили Литовцамъ ихъ недавнюю присягу на Унію. Несмотря на это, Литовцы все-таки желали читать свои конституціи и заявили, что имъ наверху былъ данъ другой отвѣтъ, чѣмъ Полякамъ. Послѣ завязавшагося между Литовскими послами и Холмскимъ подкоморіемъ Сѣницкимъ спора маршалокъ предложилъ сдать разсмотрѣніе Литовскихъ статей конституціи въ коммиссію, составленную изъ Польскихъ и Литовскихъ членовъ избы: пусть эта коммиссія разсмотритъ ихъ и, что можно удержать въ нихъ, удержитъ, а чего нельзя удержать, выкинетъ. Это предложеніе встрѣтило общее согласіе245. Подъ 4 августа въ дневникѣ, изданномъ Дзялынскимъ, записано, что Литовскіе послы просили въ этотъ день Польскихъ помочь имъ въ томъ, чтобы король утвердилъ статьи, поданныя ему съ Литовскими просьбами246. Такимъ образомъ, въ это время королю уже были представлены проекты постановленій Литовскихъ. Ho составленіе окончательной редакціи конституціи сейма 1569 года было задержано самимъ королемъ, высказавшимъ требованіе внести въ нее еще четыре пункта, а именно о безкоролевьѣ, о посполитомъ скарбѣ, о гетманской присягѣ и объ обезпеченіи королевскаго потомства247. Изба отказалась слушать своего маршалка, говорившаго объ этомъ въ избѣ 5 августа, и отправилась къ королю съ просьбою воспретить ему читать на сеймѣ уже составленныя конституціи, такъ какъ постановлевія сейма закончены и всѣ остальные вопросы должны ожидать сейма слѣдуюmaro248. Однако сенатъ настаивалъ на внесеніи въ конституцію пунктовъ, предложенныхъ королемъ. Послы возражали, но, наконецъ, согласились на томъ, чтобы внести эти пункты въ сеймовый документъ въ видѣ рецесса. Послѣ этого послы удалились въ свою палату, прочитали еще разъ конституцію и, поднявшись вновь въ сенатъ, передали ее черезъ своего маршалка Чарнковскаго королю. іірочитаны были статьи, на которыя состоялось согласіе сената и избы, и дѣло выработки конституціи было, наконецъ, закончено249.

Приглядываясь къ изложенному ходу составленія конституціи Любдинскаго сейма 1569 года, перваго спольнаго Польско-Литовскаго сейма соединенной Речи Посполитой, нельзя не замѣтить, что особность Литвы рѣзко проглядываетъ на немъ. Литовскіе послы составляютъ статьи конституціи, касающіяся Литвы, отдѣльно отъ Поляковъ и лишь уже готовыми читаютъ ихъ избѣ. Только послѣ того, какъ обнаружилось противорѣчіе въ Литовскихъ статьяхъ конститупіи съ остальными, т.-е, Коронными ея статьями, была составлена коммиссія для разсмотрѣнія ихъ, образованная изъ нѣсколькихъ Польскихъ и Литовскихъ пословъ земскихъ. Ранѣе этого обнаруженія изба даже поручала корригащшю Литовскихъ конституцій самимъ Литовцамъ совиѣстно съ посольскимъ маршалкомъ. Ясно до очевидности, что Поляки мало интересовались собственными дѣлами Литвы до тѣхъ поръ, пока эти дѣла не затрогивади непосредственно интересовъ самихъ Поляковъ. На Люблинскомъ сеймѣ видимъ не «братское» обсужденіе дѣлъ обоихъ народовъ, а стремленіе каждой части спольной Речи Посполитой обезпечить свои личные интересы; самое чтеніе Литовскихъ KOHституцій сопровождается не «братскимъ» совѣтомъ и заботою о благѣ обоихъ народовъ, а ссорою: представители одного народа наблюдаютъ за представителями другого, чтобы они не провели на сеймѣ чего-либо вреднаго для личныхъ интересовъ ихъ народа. MEI довольно долго занимались изученіемъ дневника Люблинскаго сейма250, наблюдая дѣятельность этого знаменитаго сейма съ точки зрѣнія выясненія отношеній Литвы и Короны, какъ OBM складывались на первомъ спольномъ сеймѣ соединенной Речи Посполитой. Но наблюденіе надъ этимъ первымъ общимъ сеймомъ только-что возникшаго въ 1569 году Польско-Литовскаго государства настолько необходимо для выясненія почвы, на которой развивались отношенія Литвы и Польши въ послѣдующія десятилѣтія, которымъ посвящено настоящее изслѣдованіе, что не представляется возможнымъ болѣе бѣглое изученіе этого сейма. Подведемъ теперь итоги подъ нашими наблюденіями надъ дѣйствіями и занятіями Люблинскаго сейма 1569 года. Основнымъ выводомъ, который съ полною очевидностью слѣдуетъ изъ всего изложеннаго выше, является отдѣльность Кнлжества отъ Короны, ясно сознаваемая и Поляками, и Литовцами XVI столѣтія. Существуютъ рядомъ съ общегосударственными дѣлами отдѣльныя Литовскія и отдѣльныя Польскія дѣла, притомъ даже отдѣльно обсуждаемыя сначала и уже потомъ предъ внесеніемъ въ конституцію сообщаемыя для разсмотрѣнія цѣлому, общему сейму. Интересъ у Литовцевъ къ собственно Польскимъ дѣламъ отсутствуетъ, какъ онъ отсутствуетъ и у Поляковъ къ дѣзамъ собственноЛитовскимъ. При этомъ взаимное недовѣріе и полное отсутствіе «братства» господствуютъ между представителями «братскихъ», по словамъ формальныхъ выраженій актовъ, народовъ. Отдѣльность Литвы отъ Польши. такъ рѣзко превозглашаемая реальною дѣйствительностью, несмотря на звучащее фальшивымъ звукомъ оффиціальной лжи заявленіе акта Уніи, что оба государства составляютъ <jedno сіаіо», единое тѣло, подчеркивается и сохраненіемъ Литовскихъ должностей въ ихъ значеніи на спольномъ сеймѣ, что дѣлало и самый сеймъ не Короннымъ, какъ его обозначаетъ договеръ Уніи, а Польско-Литовскимъ сеймомъ соединенныхъ представителей двухъ отдѣльныхъ частей государства. На общемъ сеймѣ Литовцы и Поляки имѣли своихъ отдѣльныхъ высшихъ сановниковъ, передававшихъ волю короля, руководившихъ совѣщаніями сената, поддерживавшихъ порядокъ на сеймѣ и творившихъ судъ по преступленіямъ, совершаемымъ во время него. Голоса Литовскимъ панамъ-радамъ раздаетъ Литовскій маршалокъ, Польскимъ Коронный, судитъ Поляка маршалокъ Короны, Литовца-маршалокъ Княжества. Требованіе сохраненія Литовскихъ должностей неприкосновенными въ ихъ правахъ и значеніи, требованіе, въ которомъ такъ замѣтно примѣшивалось къ идеальной охранѣ Литовскаго княжества въ его значеніи и величіи матеріальное желаніе Литовскихъ врядниковъ-сенаторовъ, боявшихся за свои вряды, сохранить ихъ вполнѣ, спасло въ значительной степени Литву отъ сліянія съ Короною і).,Пока существовало сеймовое значе- Hie высшихъ врядовъ Литовскихъ, до тѣхъ поръуу Литовскаго народа всегда передъ глазами стояли внѣшнія, видимыя и осязаемыя для каждаго знаки отдѣльности Литвы и Польши. Они были какъ бы маяками, которые освѣщали Литовскую отдѣльность. Ho кромѣ отдѣльныхъ однозначущихъ должностей сознаніе особности Литвы въ первыя десятилѣтія послѣ Уніи поддерживалось и существованіемъ долгое время Литовской монеты, несмотря На всѣ заботы о полной замѣнѣ ея Польскою. Счетъ на гроши Литовскіе сохраняется не только еще въ самомъ концѣ XVI столѣтія*, но даже

pa poza - —— и въ XVII вѣкѣ253. Могучею силою, сохранявшею Латовскому народу сознаніе его особности былъ Русскій языкъ, остававшійся языкомъ его законовъ и юридической жизни вплоть до конца XVII вѣка, когда послѣдовало coaequntio jurium254, сдѣзавшее Польскій языкѣ языкомъ и Литовскаго суда. Третій Литовскій статутъ, составзявшійся въ царствованіе Стефана Батерія, повторяетъ требоваmie П-го статута о томъ, чтобы земскій писарь «всѣ листы, выписы и позвы» писалъ «по Руску литерами и словы Рускими»255. Охраняя Русскій языкъ въ своихъ законахъ, королевскихъ расперяженіяхъ и судахъ, Литва охраняла и свою особность отъ Короны. Кромѣ того, въ первыя десятилѣтія послѣ Уніи Польскій языкъ не былъ знакомъ массѣ Литозскаго народа. Мы не говоримъ о мѣщанствѣ и крестьянствѣ, не знавшихъ его за немногими исключеніями, мы говоримъ о шляхтѣ, и ниже, когда будемъ излагать устройство и дѣятельность Литовскаго повѣтоваго сеймика, этотъ фактъ обнаружится съ полною очевидностью. Вмѣстѣ съ языкомъ охраняли сознаніе Литвою своей особности и ея внутренніе вряды и порядки, созданные обычаемъ и стариною и стоящіе подъ защитою статута Литовскаго. Старые привычные порядки, старина, сохранялись, и сохраненіе старины въ государственномъ и общественномъ строѣ было даже возведено въ политическій принципъ Литовскаго княжества. Есля сохраненіе старины было принципомъ, высказываемымъ Литовскимъ правительствомъ уже въ XIV и XV столѣтіяхъ256, то оно оставалось имъ и въ послѣдующее время отдѣльнаго государственнаго существованія Литовскаго княжества, какъ оставалось и въ эпоху, наступившую послѣ Люблинской Уніи 1569 года, и Литва, какъ увидимъ ниже, зорко охраняла свою старину.

Но Люблинскій сеймъ создалъ и новые факты, которые еще болѣе должны были усиливать сознаніе Литвою своей особности отъ Польши. На немъ вскрылось съ оскорбительною наготою эгоистичное отношеніе Поляковъ къ своей «братіи» Литовцамъ. Особенно характернымъ было отторженіе отъ Княжества земель и присоединеніе ихъ къ Коронѣ. Это отторженіе было и нелогичнымъ дѣйствіемъ, и въ то же время крайне враждебнымъ по отношенію къ Литвѣ поступкомъ, Если самое отторженіе отъ Литовскаго великаго княжества Подляшья, Волыни и Кіевщины и присоединеніе ихъ къ Коронѣ само по себѣ является страннымъ актомъ со стороны братскаго народа257, притомъ составившаго, по словамъ договора Уніи, съ Литвою jedno ciałо, то мотивы и OCHOванія, которые высказывались за и противъ этого акта звучатъ еще болѣе чистымъ и характернымъ звукомъ истиннаго смысла ограбленія Польшею Литвы во время заключенія пресловутой Уніи. Кіевъ не совѣтовали отторгать отъ Княжества нѣкоторые сенаторы, потому что обладаніе имъ будетъ дорого стоить Коронѣ, пусть Литва владѣетъ имъ и тратится На его защиту258. Какое различіе въ положеніи дѣла въ понятіяхъ Поляковъ и Литовцевъі! Съ одной стороны эгоизмъ и холодный разсчетъ рядомъ съ заносчивостью чувствующаго за собою сиду момента и обстоятельствъ эгоиста, съ другой кровавыя слезы и безысходное горе истиннаго страданія людей, находящихся въ безвыходномъ положеніи. Отторженіе Волыни, Подляшья и Кіева съ Брацлавомъ въ глазахъ историка дёлжно имѣть двоякое значеніе. Boпервыхъ, самый фактъ перехода земель отъ Литвы къ Коронѣ въ 1569 году отрицаетъ возможность считать Литву и Польшу совершенно единымъ государствомъ. Иначе отторженіе это не имѣло бы никакого смысла-оно было бы простымъ перекладываніемъ изъ одного кармана въ другой. Поляки не только оторвали отъ Литвы земли, воспользовавшись отъѣздомъ Литовцевъ съ Люблинскаго сейма, но не хотѣли вернуть ихъ Княжеству и послѣ возвращенія ихъ на сеймъ и принятія Уніи, несмотря на просьбы Литовцевъ. Ясно, что отдѣльность Литвы и Польши прекрасно сознавалась и Поляками, и Литовцами отторженіе земель отъ Литвы и присоединеніе ихъ къ Польшѣ лучше всего доказываетъ это. Ho фактъ отторженія Польшею отъ Литвы Волыни, Подляшья и Кіевщивы долженъ имѣтъ въ глазахъ историка и другое значеніе. Онъ вызывалъ въ Литовцахъ чувство глубокаго недовольства Уніею и Поляками и недовѣріе къ послѣднимъ. Богатыя и населенныя земли были отняты отъ Княжества; это влекло за собою уменьшеніе матеріальныхъ его средствъ и силъ, такъ какъ обыватели этихъ земель стали отбывать свои земскія повинности оборону государства и уплату налоговъ на Польшу, а не на Литву. Силы Квяжества и доходы Литовскаго скарба значительно уменьшились; благодаря утратѣ. имъ Подляшья, Волыни и Кіева съ Брацлавомъ. Конечно, Литовскій народъ не могъ быть доволенъ этимъ, и мы увидимъ, что онъ не забывалъ требовать возвращенія себѣ отнятыхъ земель. Ho не одно недовольство Литовцевъ было результатомъ ограбленія ихъ Поляками, Недовѣріе къ Польшѣ, необходимость наблюдать за каждымъ шагомъ Поляковъ, не клонится ли онъ къ нарушенію Литовскихъ интересовъ, должны были явиться постоявными спутниками Литовцевъ, когда они имѣли Xbuo съ Поляками, Развѣ возможно было полное сліяніе Литвы съ Польшею при такихъ условіяхъ! Странный поступокъ Поляковъ по отношенію къ «братскому» народу, который они ограбили совсѣмъ не по-братски, уничтожалъ въ корнѣ возможность этого и въ то же время заставлялъ Литовцевъ еще тѣснѣе сближаться нежду собою въ виду опасности повтореній Польскихъ вивисекцій территоріи Литовскаго княжества: чувство опасности и необходихость общей защиты всегда были самыми могущественными факторами сближенія людей. Все, что вообще происходилхо въ 1569 году хежду Литовцами и Поляками, создало атмосферу такого недовольства Литовцевъ Поляками и такого взаимнаго недовѣрія, что спяніе обоихъ народовъ сдѣлалось надолго невозможнымъ. Унія, заключенная тѣмъ способомъ, который избрали Поляки, создавая вѵѣшнее соединеніе, создавала въ то же время глубокую рознь ѵежду обоими народами, и всякая мысль о ней вызывала въ сознаніи Литовцевъ столько оскорбительнаго и унизительнаго, что о сліяніи двухъ народовъ въ «единое тѣло» не могло быть и рѣчи. Память хранила роковыя событія 1569 года и воскрешала ихъ въ сознаніи Литовскаго народа.

Въ такомъ-то настроеніи вступало Литовское великое княже-. ство въ соединеніе.съ Польскою Короною, установленное Любзинскимъ привилеемъ на Унгю 1569 года, Какъ мы сейчасъ видѣли, нельзя ожидать отъ Литовцевъ шаговъ въ пользу сліянія Литвы съ Польшею: настроеніе ихъ было таково, что они не только не могли пойти на уничтоженіе того, что давала Унія особности Княжества отъ Короны, а, наоборотъ, должны были охранять его, расширять въ толкованіи статей договора и стрениться къ формальному расширенію его путемъ юридическихъ измѣненій и дополненій документа. А самый договоръ Уніи давахтъ много. поводовъ и возможностей для проведенія въ жизнь

Литовскихъ стремленій. Два изъ постановленій договора YHiu 1569* года обращаютъ ma себя выниманіе въ этомъ orwomegiu. Первое. говоритъ объ общей радѣжш Hu ея дѣятельности, второе гарентируетъ Литовскому квяжеству сохраненіе его титула, правъ, значенія врядовъ, достоинствъ и фамилій, Артикулъ объ общемъ. сенатѣ говоритъ, что BCE паны-рада и станы обоихъ народовъ. должны помогать другъ другу вѣрно, всѣми своими силами, счи-. тая общими счастье и несчастье. Но мы видѣли сейчасъ, какое настроеніе создала Унія 1569 года въ Литовцахъ и какъ различны оказались интересы и цѣли обоихъ народовъ. Если въ дѣлахъ внѣшней обороны не сходились представители обоихъ народовъ въ желаніи дѣйствовать сообща и защищать другъ друга, не желая жертвовать свои средства на защиту «брата», и такимъ. образомъ отказывались исполнять статьи Уніи, то въ дѣлахъ. внутреннихъ это нежеланіе работать другъ для друга было еще замѣтнѣе. Мы видѣли, какъ отказывались Литовцы разсуждать. о неинтересныхъ для нихъ Польскихъ дѣлахъ На Люблинскомъ. сеймѣ, мы видѣли также, какъ поверхностно относились Поляки къ дѣламъ Литовцевъ. Явленіе это, обнаружившееся на первомъ. спольномъ сеймѣ соединившихся Литвы и Польши, должзво было сдѣлаться постояннымъ и проявляться на послѣдующихъ. Сеймъ. былъ постоянно занятъ и спѣшилъ поскорѣе покончить со своими дѣлами, ибо шляхту ожидали ея домашнія дѣла и хозяйство и она не жедала затягивать своего собранія, ради котораго нужно было проживаться въ городѣ, гдѣ засѣдалъ сеймъ. Кромѣ того, на сеймѣ возникалъ всегда рядъ вопросовъ принципіальныхъ, къ нимъ присоединялись дѣла и вопросы личные, поднимались ссоры и споры, а время уходило, и шляхта спѣшила уже вернуться къ своему майонтку. Литовскія конституціи, не представляя непосредственнаго интереса для Польскихъ членовъ сейма, должны были проходить безъ общаго обсужденія ихъ, что не могло не поддерживать сепаратизма Литвы. Итакъ, противоположность интересовъ и отсутствіе искренности и дружественнаго чувства между Поляками и Литовцами, соединяясь съ отсутствіемъ интереса другъ къ другу и спѣшностью въ обсужденіи обычныхъ, не громкихъ и не принципіальныхъ дѣлъ, разрушали на дѣлѣ статью договора Уніи объ общихъ совѣтахъ и дѣлали ее неисполнимою въ дѣйствительности, Но если эта статья сразу оказалась неспособною сдѣлаться жизненною, то гаравтированіе титула квяжества Литовскаго, значенія его врядовъ, достоинствъ и фамилій и утвержденіе его особыхъ правъ сами по себѣ громко провозглашали особность отъ Польши Литвы во внутреннемъ ея строѣ и постоянно напоминали обывателямъ Литовскимъ, что они члены Литовскаго княжества, а Не Польскаго королевства, хотя Унія m говорила, что Литва и Польша составляютъ одно тѣло. Къ этому ножно прибавить HK отсутствіе въ Литвѣ екзекуціи правъ, выговоренное себѣ Литовцами на „вѣчныя времена и напоминавшее также объ отличіи Княжества отъ Польши. Словомъ, Литва и Польша оставались отдѣльными единицами съ особыми территоріями и особыми правами и послѣ7 Уніи 1569 года, хотя онѣ и имѣли общій сеймъ и общаго короля. Заключеніе Уніи въ томъ видѣ и тѣми способами, какъ оно совершилось, дѣйствительно «нанесло новую рану Литовцамъ и повело къ пущему раздоруѣ259 и отнюдь не слило Литву и Польшу совершенно. Не даромъ такъ старательно хлопотали о точномъ опредѣленіи границъ Короныи Княжества260: это были границы двухъ государствъ, имѣющихъ зишь общее высшее правительство, и Польскій историкъ правъ, если стать на точку зрѣнія Польши и ея патріота, говоря, что «унія въ томъ видѣ, въ какомъ ее заключили, содержала въ себѣ коренной недостатокъ»261. Въ самомъ дѣлѣ, Литовское великое княжество осталось и послѣ 1569 года со своими порядками и особенностями: сеймъ Люблинскій потребовалъ лишь того, чтобы Литовцы сѣли съ Поляками въ общемъ сеймѣ, и не думалъ о болѣе глубокой реформѣ Литвы, благодаря которой она сдѣлазась бы Польшею. Оказалась предоставленною времени эта задача, но время, играя въ руку Польшѣ, болѣе высокая культура которой работала надъ ассимиляціей Литвы, въ то же время внушало и Княжеству убѣжденіе въ необходимости бытъ на сторожѣ по отношенію къ Польшѣ и беречь свою отдѣльность: факты пренебреженія Польшею интересами Литвы были всегда предъ глазами Литовскаго народа.

Посмотримъ теперь на то, какъ прожило Литовское великое княжество первыя десятилѣтія, протекшія со времени заключенія Люблинской Уніи. Изученіе фактовъ этой эпохи покажетъ намъ, чѣмъ были въ дѣйствительности Княжество и Корона въ ихъ взаимныхъ отношеніяхъ въ соединенномъ государствѣ; что же касается до строя Литвы въ изучаемую эпоху, то его должны будутъ обрисовать намъ послѣдующія главы настоящаго изслѣдованія.

Примечания

136 (с. 45, место знака в тексте не установлено) Baa. Арх. Có. VII, X 27. —

137 (с. 45, место знака в тексте не установлено) „Ia. Л. e. Стр. 407. 3?) fa. Л. с. Стр, 407— 408.

138 (с. 45, место знака в тексте не установлено) Волынское, Подляшсекое, Кіевское и Браславля Подольскаго.

139 „la. Л. c. Стр. 408.

140 Ja. Л. c. Crp. 409.

141 Дн. Л. c. Стр. 410.

142 „la. Л. c. Стр. 411, 412.

143 Дн. Л. Стр. 412—414,

144 Дн. Л. с. Crp. 414, 416.

145 Этотъ привилей составлялся, какъ мы уже видѣли выше, сенаторскою коммиссіей. Хотя посольская изба и требовала, чтобы надъ нимъ работала не чрезвычайная сенаторская коммнссія, А просто, какъ обыкновенно, печатари (канцлеръ и подканцлеръ), но король приказалъ сохранить прежнее рѣшеніе свое и сената (Дн, .T с Стр. 411).

146 Ju. Л. c. Стр. 416.

147 Ju. Л. c. Crp. 417.

148 (с. 49, место знака в тексте не установлено) „lu. Л. с. Стр. 424, 425.

149 (с. 49, место знака в тексте не установлено) Дн. Л. с. Стр. 423. 23) Дн..і.с. Стр. 426.

150 (с. 49, место знака в тексте не установлено) Дн. Л. стр. 428.

151 (с. 49, место знака в тексте не установлено) (Ju. Л. стр. 428, 429. ©) Дн. .I. c. Urp. 429, 430. - 4

152 День 16-ro іюня изложенъ въ ,[и. Л. с. на стр, 430—440.

153 День 17 іюня изложенъ въ Дн..і. с. на стр. 440—440.

154 (с. 52, место знака в тексте не установлено) „lu. A. c. Стр. 454, 450.

155 (с. 52, место знака в тексте не установлено) Ju. .I. c. Стр. 455. зу Дн. Л. с. Стр. 455-—459.

156 (с. 52, место знака в тексте не установлено) Ju. Л. с. Стр. 460.

157 (с. 52, место знака в тексте не установлено) „la. .I. c. Стр. 460,

158 (с. 52, место знака в тексте не установлено) „lu. Л. c. Стр. 461 u 463.

159 Ma. Л. c. Стр. 461. 462.

160 Дн. .L. c. Стр. 462, 463.

161 Дн. Л. с. Стр. 464.

162 jl. Л. c. Стр. 465, 466.

163 «Переговоры продолжались отъ 11-ro до 20-го часу» записано въ дневникѣ сейма (стр, 466). Въ Польшѣ въ эту эпоху, также какъ и въ другихъ странахъ Европы (Германіи, Италіи, Чехіи и др.) начинали счетъ часовъ отъ захода солнца, считая по 24 часа въ суткахъ. Первый часъ такимъ образомъ начинался въ первой четверти послѣ солнечнаго захода, когда зазвонятъ въ костелѣ На «Апіоі Pański». Такъ какъ заходъ солнца бываетъ въ различное время года, въ разные часы по современному нашему счету, то и первый часъ совпадалъ поэтому въ различное время года съ разными часами нашего счета. Въ іюнѣ заходъ солнца въ Польшѣ около 8-мп часовъ вечера, стало быть 11-й часъ это 7-й утра, а 20-й--4-й пополудни но нашему счету. Cu. Maurycjusz hr. Dzieduszycki. Dni, посу, godziny. We Lwowie 1874. (Przedruk z «Przeglądu Lwowskiego») Str. 17, 18, 22, 23.

164 Дн, Л. с, Стр. 466.

165 Дн. Л. e. Стр. 467—471.

166 Дн. Л. с. Стр. 472— 474.

167 Дн. Л. с. Стр. 474—475.

168 „lu. Л. e. Стр. 4759—4785.

169 Дн. Л. с. Стр. 478—480.

170 Jiu. Л. с. Стр. 481.

171 Дн. I. с. Стр. 481—488.

172 Дн. Л. c. Стр. 183 4814.

173 Ibidem.

174 с... o wssem bądczie tego pewni, że o wsitkiem dobrem panstwa onego tak, jako koronnego, staranie me pilne bedzie y kazdemu z osobna waszmoscziow łaską, swą nagradzacz tho сѣсхе».

175 „la. Л. c. Стр. 485.

176 Первымъ принесъ присягу примасъ Яковъ Уханскій, за нимъ бискупы, потомъ свѣтскіе сенаторы по порядку.

177 Дн. I. с. Стр. 486—187.

178 Дн, Л. с. Стр. 485486.

179 Дн. I. с. Crp. 487. о Николаѣ Сѣницкомъ см. Н. Любовича. Псторія реформаціи въ Польшѣ. Кальвинисты и Антитринитаріи, Варшава. 1883. Стр. 218 н ca. (Онъ былъ прежде въ числѣ вожаковъ протестантовъ).

180 „u. Л. c. Стр. 487.

181 Ja. Л. c. Стр. 18н 189.

182 Дн. Л. c. Стр. 490.

183 „la. JI. c. Стр. 490-491.

184 Дн, Л. с. Стр. 491-492.

185 Дн. Л. с. Стр. 492--502,

186 Дн. JI. c. Стр. 502.

187 Ia. JL. с. Стр. 502. Однако, это распредѣленіе мѣстъ Короннымъ марШалкомъ не прекратило споровъ совершенно. б-го іюля даже передъ короіемъ заведи споръ послы Великой и Малой Польшъ о мѣстѣ для пословъ Ви- IRCKATO воеводства. и королю лично пришлось разрѣшить его приказаніемъ Посламъ Виленскаго воеводства засѣдать рядомъ cb послами Познанскими. da. I. c. Crp. 507.

188 Дн. Л. c. Стр. 502—603,

189 l. Л. с. Стр. 548 (15-го іюля).

190 Дн, Л. с. Стр. 504.

191 „In. Л. e. Стр. 501—505.

192 Дневникъ, изд. Кояловичемъ, даетъ 9 іюля, какъ день этого обсужденія, дневникъ, изд. Дзялынскимъ, 8-е. (Дн.Л. e. erp. 524). Мы принимаемъ послѣднюю дату, такъ какъ 9-го числа бумага съ изложеніемъ обязанностей маршалковъ была уже передана посольской избѣ.

193 Ja. Л. о. Стр. 524.

194 Дн. Л. с. Стр. 524—525.

195 (с. 66, место знака в тексте не установлено) a. Л. c. Стр. 526.

196 (с. 66, место знака в тексте не установлено) u. JL c. Crp. 56].

197 (с. 66, место знака в тексте не установлено) In. JL c. Стр. 563.* Дн, Л. c. Стр. 564.

198 (с. 66, место знака в тексте не установлено) Дн, Л. c. Crp. 569.

199 Дн. Л. с. Стр. 573.

200 Вил, Арх. Сб., VII. № 27. Oro письмо по датѣ, напечатанной издателями, написано 28 іюня. Но если это не опечатка въ изданіи, то описка въ рукописи, и выѣсто 28 Iunii нужно, несомнѣнно, читать 28 lulii. Въ этомъ письмѣ Нарушевичъ говоритъ о полученномъ имъ письмѣ Николая Радивила, оплакивающемъ <pogrzeb y zgładzenie na wieczne czasy wolney a udzielnei rzeczy pospolitey, usegdy W. Xięstwa Litewskiego». Унія была рѣшена окончательно лишь 27, 11051, и потому невозможно считать датою письма Нарушевича 28 іюня, ибо это значило бы признавать возможнымъ, что въ одни сутки гонецъ успѣлъ съѣздить въ Вильну изъ Люблина и вернуться въ него обратно съ письмомъ Радивила, на которое отвѣчаетъ Нарушевичъ. Кромѣ того, письмо Нарушевича, изданное въ VII томѣ Вил. Арх. Сборника, говоритъ о назначеніи 9 вагуста днемъ закрытія сейма. Въ концѣ іюня не могло быть и рѣчи о днѣ окончанія сейма, такъ какъ еще слишкомъ много дѣла было впереди, Лишь 18 поня посольская изба избрала депутатовъ для составленія списка петицій воеводствъ и подумала о томъ, 4TO нужно сдѣлать до окончанія сейма (Дн. А. с. Стр. 574, 575). Подъ 20 іюля вновь встрѣчаемъ запись о дѣятельности этихъ депутатовъ (Дн. Л. с. Стр. 576). Еще 27 іюля послы земскіе заявляли королю о своемъ желаніи поскорѣе окончить сеймъ (fla. JI. с. Стр. 584): очевидно, что даже 27 іюля еще не было опредѣлено время его окончанія. Наконецъ, и слова письма Нарушевича о маршалкахъ, какъ уже дѣйствующихъ по своимъ урядамъ, могутъ относиться лишь къ іюлю мѣсяцу и потому, что первое засѣданіе спольнаго Польско-Лптовскаго сената состоялось только | іюля.

201 Bua. Apx. Сб. VII. Стр. 48.

202 Zbiór Pamiętników do dziejów Polskich. Wydał Włodzimierz Stanisław Hry. de Broel-Plater. Tom 2. Warszawa 1858. Str. 17, 18. Характеристику BpHдовъ Литовскихъ великаго и дворнаго маршалковъ читатель найдетъ въ III главѣ настоящаго изслѣдованія.

203 Дн. Л. с. Стр. 534.

204 Дн. Л. с. Стр. 546.

205 Дн „I. с. Стр. 516—549.

206 (с. 69, место знака в тексте не установлено) Дн. Л. с. 563.

207 (с. 69, место знака в тексте не установлено) Дн. Л. с. Стр. 564.

208 (с. 69, место знака в тексте не установлено) Дн. Л. с. 595.

209 (с. 69, место знака в тексте не установлено) l. Л. с. Стр. 599.

210 Дн. Л. с. Стр. 601.

211 Дн. Л. e. Crp. 602.

212 Дн, Л. с. Стр. 602—608.

213 Т. e. Литва хотѣла того же, что было въ Польшѣ, имѣвшей отъ короля кварцяныя деньги на наемъ постояннаго войска для охраны границъ.

214 Дн. Л. с. Стр. 603—604.

215 Cx. o квартѣ: Vol. legum II. Petershurg 1859, str 17 (O pozwoleniu czwartej części na obronę potoczną”. A. Pawsśński. Skarbowość w Polsce i jej dzieje za Stefana Batorego. Źródła Dziejowe VIIl. Warszawa. 1881. Str. 132—141. Cu. также въ общихъ трудахъ по исторйг Польши, np. и. Бобржинскій. Очеркъ исторіи Польши. II. СПБ. 1891. Стр. 84 и Л Szujski. Dzieje Polski. T. IL. W Krakowie 1795. Str. 366.

216 Дн. Л. c. Crp. 605.

217 (с. 72, место знака в тексте не установлено) Переводъ на стр. 607 невѣренъ.

218 (с. 72, место знака в тексте не установлено) Дн. Л. с. Стр. 607, 608.
A) Hu. Л. c. Crp. 614,

219 (с. 72, место знака в тексте не установлено) Дн, JI. c. Стр. 615,

220 (с. 72, место знака в тексте не установлено) Дн,Л.с. Crp. 627, 622.

221 (с. 72, место знака в тексте не установлено) Поборовый универсалъ въ Княжество изданъ въ Документахъ Mock. Apx. Mun. Юстиціи. (T. I. и. 1897 г., стр. 502—505). Мы уже выше имѣли случай указать ошибку издателя относительно этого документа. Разсказъ дневника сейма объ его составленіи дополняетъ высказанныя нами выше COображенія.

222 Дн. Л. с. Стр. 548.

223 (с. 74, место знака в тексте не установлено) Дн. JL. с. Стр. 585.

224 (с. 74, место знака в тексте не установлено) da. Л. с. Crp. 595 (за Борковскаго).

225 (с. 74, место знака в тексте не установлено) Дн. JI. с. Crp. 589. (0 возвращеніи ему Ломазовъ, Воина и Кодынца, отобранныхъ отъ него за отказъ присягнуть съ Подляшьемъ. Объ его дѣлѣ также стр. 595, 596, 597).
+) Сновскій 2 авг. Дн. Л. с. Стр. 602, 608.

226 (с. 74, место знака в тексте не установлено) Дн. Л. с. Стр. 589.

227 (с. 74, место знака в тексте не установлено) Дн. Л. c. Crp. 598.

228 (с. 74, место знака в тексте не установлено) Ju. Л. c. Стр. 598.

229 (с. 74, место знака в тексте не установлено) Jlu...I. c. Стр. 608.

230 (с. 74, место знака в тексте не установлено) Мы не касаемся въ настоящемъ томѣ нашего изслѣдованія BONpoca о томъ, насколько и въ какихъ частяхъ своихъ были обязательны статьи конституцій Польско-Литовскаго сейма для великаго княжества .InTOBCKATO, T. e. были ли обязательны для него всѣ статьи конституцій, относительно котерыхъ не было обозначено, что имъ не подлежитъ Литва, или что онѣ изданы спе-

231 Дн. JI. c. Стр. 576.

232 ja. JL. c. Стр. 577.

233 Ju. Л. c. Стр. 577.

234 Дн. JI. c. Стр. 577, 578.

235 Ja. JL. c. Стр. 578.

236 Ja. JI. c. Стр. 579.

237 Дн. Л. с. Стр. 582 (записано подъ 26 іюля).

238 Дн. Л. с. Стр. 584.

239 Jla. Л. c. Стр. 584—587.

240 Дн. JL. c, Стр. 587—588.

241 Дн. Л. c. Стр. 588.

242 Дн. Л. c. Crp. 589.

243 Дн. Л. c. Стр. 590.

244 Дн. AI. c. Crp. 598.

245 Дн. Л. с. Стр. 598—599.

246 Дн. Л. с. Стр. 608.

247 Дн. А. e. Стр. 610.

248 Ja. Л. c. Crp. 611.

249 ju. JL. c. Стр. 612—618.

250 Кромѣ сочиненія и. о. Кояловича (Люблинская Унія или послѣднее соединеніе Литовскаго княжества съ Польскимъ королевствомъ на Люблинскомъ сеймѣ въ 1569 году. СПБ. 1863), названнаго нами выше ввиду особенной близости его издоженія къ разсказу Дневника сейма 1569 года, съ Люблинскимъ сеймомъ знакомятъ слѣдующіе труды: и. и. Малышевскій. Люблинскій съѣздъ 1569 года. (Памятники Русской старины въ Западныхъ губерніяхъ, издаваемые съ Высочайшаго соизволенія П. и. Батюшковымъ. Выпускъ восьмой. Холмская Русь, СПБ. 1885. Стр. 108—197), и. о. Кояловичь. Присоединеніе Подлѣсья къ Польшѣ на Любл. сеймѣ 1569 года (Ibidem. Стр. 198—216), Д. И. Иловайскій, Исторія Россіи, Томъ третій, и. 1890. Стр. 127—148, М. К. Любавскій. Литовско-Русскій сеймъ. и. 1901 Глава VII. MH указываемъ здѣсь лишь на тѣ труды Русской исторической литературы, въ которыхъ читатель можетъ найти болѣе или менѣе подробное изложеніе хода занятій сейма 1569 года, составленное по его дневникамъ. Что-же касается до трактованія Люблинскаго сейма 1569 года и его значенія въ Русской и Польской литературѣ, то изложеніе его слишкомъ бы увеличило и безъ того очень разроспіпеся размѣры настоящаго изслѣдованія, А потому мы надѣемся посвятить ему особую работу. Нельзя, кромѣ того, здѣсь не указать на погрѣшность столь полезнаго пособія Л. Финкеля (Biblografia Historyi Polskiej Część I. We Lwowie 1891. Str. 114), въ которомъ упоминается актъ Виленской конфедераціи 1569 года, якобы напечатанный въ Холмскомъ Греко-Уніатскомъ Мѣсяцесловѣ на 1870 годъ. Это недоразумѣніе, такъ какъ въ Холмскомъ Мѣсяцесловѣ 1870 года HA стр. 66—78 напечатанъ актъ Виленской конфедераціи диссидентовъ 1599, пропущенный вообще у Финкеля (Str. 128, 129).

251 (с. 80, место знака в тексте не установлено) Ср. слова объ этомъ примаса въ 1569 r. Дн. JI. e. Стр. 664. Приложеніе XI.

252 (с. 80, место знака в тексте не установлено) Примѣровъ тысячи, Въ числѣ ихъ А. Bua. XX и 108. (1598 г.).

253 Hup. Hcr.-IOp. uar. XXII. M 113 (1628 г.).

254 Volumina legum V. Petersburg. 1860. Str. 417.

255 Ш. cr. IV. 1. П. cr. IV. 1.

256 и. Ясинскій. Уставныя земскія грамоты Литовско-Русскаго государства, Кіевъ. 1889. Стр. 2. 6

257 Это, какъ мы видѣли выше, сознавала н часть самихъ Поляковъ.

258 Дн. JI. c. Стр. 402.

259 А. Трачевскій. Польское безкоролевье по прекращеніи династіи Ягеллоновъ. M. 1869. Стр. XXXI.

260 Cu. нпр., документъ подъ заглавіемъ «Рериіапіог comisarii ad constitaendos fines et terminos inter Magnum Ducatum Lithvaniae et palatinatum Podlachiae». Библіотека Главнаго Illra6a. Acta Historyczne. M 2901. XI. 06% этомъ рѣчь будетъ еще ниже въ настоящей же главѣ.

261 и. Бобржияскій, Очеркъ ncropiu Польши. II. Cnó. 1891. Стр. 91.