От Либавы до Митавы. Ринген: оригинал издания
Переезд через Курляндию, местные исторические воспоминания. С. 74-77. Текст в орфографии издания 1897 года.
От Либавы до Митавы. Ринген, с. 74-77. Начало на с. 74.
бтьо Либавы до ЛЛитавы
Рингенъ.
Особенности курляндскаго пейзажа. Воспоминанйе о знаменитомъ дурбенскомъ сраженіи. Станція Рингенъ. Особенности школъ въ губерніи. Гривка. Исключительность нѣмецкаго вліянія. Передача лютеранскихъ школъ въ министерство народнаго просвещенія. Противоречіе въ ландратской коллегіи. Митава.
Ш7прный сельский@й пейзажъ, скользившйй передъ окнами вагоновъ, 2х везшихъ путниковъ въ Митаву, густая зелень луговъ и отдѣльно с7(0‘“ стоявшйе крестьянскіе дворы, далеко не всегда монументальнаго характера, роскошное солнечное освещеніе, ударявшее по листве, серебрившейся росою и слѣдами вчерашняго ливня, вовсе не сходились съ мыслью о томъ, что поездъ мчится вблизи одного изъ м\сть, важнаго историческаго значенія, подлѣ Дурбена, где произошла 13 Шоля 1260 года, шестьсотъ тридцать шесть лѣтъ назадъ, самая кровавая, самая важная битва въ исторіи#и порабощенія края нѣмецкими рыцарями. То, что передъ глазами мель- Бали не деревни, а отдѣльные крестьянскіе дворы, это тоже одинъ изъ слѣдовъ дурбенскаго н другихъ сраженій: деревни, вѣчно возмущавшіеся, еще въ т8 дни были уничтожены и народъ расселенъ по отдѣльнымъ дворамъ, что, въ смысле полицейскаго наблюденйя за покоренными, было тактически и стратегически очень правильно. Деревень въ томъ смыслѣ, какъ понимаютъ ихъ теперь, то-есть общежит?й значительнаго числа крестьянъ, нѣтъ въ латышской части прибалтийскаго края и поныне, а имѣются фермерскія хозяйства, отдѣльные дворы, полное разъединеніе. Это же придаетъ пейзажу совсѣмъ особый видъ, и вотъ какими эстетическими послѣдствіями сказываются сотни лѣтъ спустя чисто-административныя мѣропріятія. Къ роковому дню дурбенскаго боя немецкими рыцарями рѣшено было положить конецъ всякимъ мыслямъ о свободе& со стороны порабощенныхъ народностей, роившихся особенно сильно именно въ техъ мѣстахъ, по которымъ шелъ теперь поѣздъ. Къ ландмейстерскимъ знаменамъ собрались рыцари изъ Пруссіи\и, Лифляндіи, Эстляндіи, Курляндіи, собрались и другіе охочіе крестоносцы и повели съ собою, въ качестве вспомогательнаго войска, —пора- - порабощенныхъ нми куроновъ, которыхъ въ настоящее время нѣтъ и слѣда, такъ основательно счищены они съ лица земли. Воинская сила собралась могущественная, и весь цв\тъ рыцарства находился налицо. Дикари-мятежники расположились пестрыми полчищами близъ дурбенскаго з&замка, одноименнаго съ нимъ озера и окаймляющихъ его болотъ. Болота расстилались въ те& дни такъ широко, что на военномъ совѣте рыцарей тотчасъ же возникъ вопросъ: не лучше ли имъ спѣшиться и привязать коней гд\-либо за боевою линіей? Большинство рыцарей высказалось противъ этого, обиднаго для ихъ гордости, маневра, равно какъ и противъ того, чтобы удовлетворить очень справедливому желанію куроновъ, помогавшихъ имъ, получить обратно, въ случае% побѣды, своихъ женъ и дѣтей, захваченныхъ непріятелемъ и находившихся въ его лагере$. Рыцари желали, оставаясь вѣрными своимъ меркантильнымъ обычаямъ, чтобы куроны, ихъ союзники, «выкупили» у нихъ этихъ женъ и дѣтей, которыя еще не были отобраны, а только имѣли быть отобранными! Не трудно, казалось бы, предвидѣть будущее; но рыцарей, какъ говорится, Богъ попуталъ, а куроны вошли въ тайное соглашеніе съ непріятелемъ и поняли очень хорошо, что значить стоять въ тылу своихъ собственныхъ войскъ. Когда начался знаменитый бой и грузные рыцарскйе кони подъ столь же грузными седоками вязли въ трясинахъ, въ самый разгаръ сѣчи, кинулись на рыцарей съ тылу возмущенные отказомъ ихъ куроны, и цѣлыхъ восемь часовъ длилось поголовное избіеніе попавшего въ западню рыцарства; полегли все рѣшительно военачальники, поникли долу ихъ красивые оруженосцы и пажи, фохты и комтуры, а большинство взятыхъ въ пл\нъ сожжено и четвертовано. Конечно, хранятъ и сегодня тинистые берега Дурбенскаго озера не одну броню, не одинъ чеканный шлемъ нѣмецкой силы, почти поголовно истребленной. Не будь у неё тогда въ запасе безъ малаго всей католической Европы, движимой папой и немедленно замѣстившей съ избыткомъ вакансіи убитыхъ, будь тогда чуть-чуть посильнее и посвободнее Русская земля, —и судьбы Балтики вышли бы совсѣмъ другими, и цѣлая четверть века рыцарскаго хозяйничанья сгинула бы бесслѣдно и навсегда. Этого не случилось, но память дурбенской битвы живетъ и будетъ жить въ преданіяхъ и легендахъ мѣстныхъ жителей, ожидая художника исторической живописи для ея воспроизведенія. Въ настоящее время по этой дороге, близъ станціи Риигенъ, находится росенрингенское министерское двухклассное сельское училище. Училище это является первымъ въ крае съ русскимъ языкомъ и возникло только въ 1885 г. после довольно долгихъ задержекъ, слѣдъ которыхъ имѣется въ одномъ изъ очень любопытныхъ дѣлъ министерства народнаго просвещенія. Училище помѣщается въ прочномъ каменномъ доме, стоимостью около 70.000 руб., н имѣло уже въ первую зиму 270 учениковъ, тогда какъ въ мѣстномъ евангелическо-лютеранскомъ значилось только девять. Такой быстрый успехъ\хъ училища съ русскимъ преподавательскимъ языкомъ среди латышей обратилъ на себя всеобщее вниманіе.
Съ легкой руки этой школы, уже возникло другое, совершенно сходное съ нею, училище, въ Эстляндской губерніи, Везенбергскаго уезда, Катентакской волости, и готовятся къ открытію два въ Лифляндской губерніи. Дай Богъ имъ всевозможнаго преуспѣянія, все они будутъ на мѣстѣ, и въ Курляндской губерніи въ особенности. Много любопытнаго пришлось услышать отъ мѣстныхъ людей. Курляндская губернйя, такъ сказать, покрыта явными и неявными школами, что, при смѣшанномъ населеніи губернйи, представляется особенно неудобнымъ; евреевъ въ губерніи 60.000 человекъ, католиковъ около 57.000. Кроме того, за послѣднее время географическое положенйе нѣкоторыхъ уѣздовъ губерніи, вдающихся клиномъ въ польско-литовскіе земли, и, рядомъ съ этимъ, распоряженія тайнаго совѣтника Сабурова, стоявшего еще не очень давно во главе учебнаго дѣла въ Россіи, вызвали явленіе совсѣмъ исключительное, а именно: огромный наплывъ сюда учащихся изъ Бѣлоруссіи и Литвы; такъ какъ съ 1881 года разрешено было учреждать уездныя училища, то и возникли многія, прежде не существовавшія, и они, при своемъ рожденіи на свѣтъ, будучи избавлены отъ правительственнаго контроля, находились подъ наблюденіемъ нѣсколькихъ выборныхъ нѣмецко-дворянскихъ коллегій, Самыя видныя мѣста среди такихъ, не то училищъ, не то гимназій, занимаютъ основанныя въ Гривкѣ подлѣ Двинска гофмейстеромъ, ныне городскимъ головой Риги, бывшимъ до того лифляндскимъ губернаторомъ, Эттингеномъ. Мужское училище открыто въ 1871 году и подарено основателемъ его курляндскому дворянству; позже оно преобразовано въ семиклассное, съ преподаваніемъ на нѣмецкомъ языкѣ, причемъ большинство преподавателей не знаютъ вовсе русскаго языка, а нѣкоторые не подвергались испытанію въ Россйи и, кажется, не принимали даже русскаго подданства. То же самое должно сказать по гривскомъ женскомъ училищѣ, основанномъ темъ же гофмейстеромъ Эттингеномъ въ 1873 году и преобразованномъ въ шестиклассное. Эти п другія училища въ Курляндской губернйи, при томъ условіи, что здѣсь, на всемъ протяженіи отъ Риги до Ковны, ни одного русскаго училища, дающего какіе-либо права, не существуетъ, обусловливаютъ то, что поляки, литовцы и евреи, въ огромномъ количествѣ, направляются въ Курляндію и этимъ самымъ поступаютъ въ кругъ вѣдѣнйя выборной отъ нѣмецкихъ дворянъ «высшей комиссіи школъ», въ которой представителемъ нашего правительства является одинъ только человѣкъ, членъ отъ министерства внутреннихъ дѣлъ, а не народнаго просвещенія. Каковы должны быть послѣдствія такихъ порядковъ, —- довольно ясно само собою.
Еще въ 1838 году министръ народнаго просвещенія графъ Уваровъ обратилъ вниманіе именно на Курляндію, но всѣ его добрыя начинанія быстро перешли въ архивъ. Только въ самое недавнее время новый законъ передалъ въ веденіе министерства народнаго просвещенія около 2.000 лютеранскихъ школъ въ прибалтийскомъ краѣ и положилъ основаніе совершенно новой системе$. Это вѣское правительственное мѣропріятіе находится въ прямомъ противорѣчіи съ «Матерйалами къ изученію положенія крестьянъ въ Лифляндіи»— изданіемъ высшего мѣстнаго административно -дворянскаго нѣмецкаго учрежденія, ландратской коллегіи. Въ изданіи этомъ, очень не задолго до утвержденія названнаго закона, изображено было слово въ слово слЕдующее: «Для борьбы противъ существующей по закону организаціи народныхъ школъ, національная агитація избрала лозунгомъ чтобы школы въ Лифляндіи были изъяты изъ вѣдѣнія министерства внутреннихъ дѣлъ и подчинены министерству народнаго просвещенія; въ действительности, цель заключается въ томъ, чтобы лишить народныя школы ихъ церковнаго характера. Это явленіе, —заключаетъ коллегія, —представляется въ одинаковомъ смысле и печальнымъ, и опаснымъ». Если вѣрить этому заключенію, то правительственное мѣропріятіе передачи школъ, уже совершившееся, пошло само навстрѣчу мнимой опасности, а открытіе новыхъ русскихъ училищъ свидѣтельствуетъ о томъ, что и въ печаляхъ бываютъ проблески счастья, при которыхъ возглашаются благодареніе Господу и многолѣтіе Царю.
Къ четыремъ часамъ пополудни 20-го іюня поездъ подошелъ къ Митаве$, потонувшей въ зелени своихъ садовъ. Луга окружаютъ городокъ и до сихъ поръ и оправдываютъ происхожденйе его имени: «М#е @йет Аце»—посреди луга. Другіе полагаютъ, что это названіе произошло отъ того, что митавскій замокъ, давшйй имя всему городу, стоитъ посреди р. Аа; а еще вѣрнее, происходитъ оно отъ латышскаго слова М№аха, т. е. мѣсто обмѣна: зд\сь, на пограничной рѣке№ Аа, въ древнія времена, рижскіе купцы и пріезжіе литовцы обмѣнивали свои товары на туземные. Выше другихъ поднимается надъ городомъ, подъ шапкой, каланча-башня губернской гимназіи, одного изъ лучшихъ зданйй, когда-то Асайешіа-Ребгпа. Въ ней нзъ числа 588 учениковъ, только одиннадцать русскихъ, но, темъ не менѣе, она содержится на казенный счетъ.