Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Тихвин: оригинал издания

Монастырь, чудотворная икона, местная торговля и водная система. С. 302-315. Текст в орфографии издания 1897 года.

Тихвин, с. 302-315. Начало на с. 302.

Тихвинь.

Наплывъ богомольцевъ къ празднику. Тихвинскіѣ монастыри. Явленйе иконы. Особенности возникновенйя монастыря. Построенйе храма. Цари Василий Іоанновичъ и Тоаниъ Васильевичъ. Начало обители. Славная защита въ лихолетье?е. Описаніе соборнаго храма Успенія. Икона Тихвинской Божіей Матери. Икона Старорусской Божіей Матери. Кому принадлежитъ она? Вековыя ходатайства. Другія иконы. Историческая картина Истомина. Ризница и ея богатства. Другіе храмы монастырскіе. Крылечко и его иконы. О Реконской обители. Странникъ Шапошниковъ. Легенда о могилѣ Іоанна Антоновича Ульриха. Введенскйй женскій монастырь н его былое. Усыпальница царицы Дарьи Алексѣевны. Закладка памятника Петру Великому.

щ День праздника Тихвинской Божіей Матери въ городе Тихвинѣ, 26-го Поня, занялся хорошйй; огромныя толпы народа размѣстились по берегамъ Тихвинки, по направленію къ монастырю, ясныя очертанія котораго, высившіеся на лѣвомъ берегу рѣки, въ стѣнахъ и башняхъ, съ остріями куполовъ и колоколенъ, видны были очень хорошо изъ оконъ помѣщенія, находившегося на правомъ берегу, въ домѣ начальника Шоссейной дистанціи, построенномъ на довольно высокомъ, песчаномъ холму побережья и окруженномъ деревьями. Обѣдня назначена была въ Богородицкомъ мужскомъ большомъ монастырѣ.

Въ высшей степени типичны толпы богомольцевъ въ дни большихъ монастырскихъ праздниковъ, толпы, состоящія изъ множества представителей дальнѣйшихъ окраинъ русскихъ, со всѣми отличіями, свойственными ихъ очертанйямъ и одеяніямъ. Большинство — сѣрый людъ и люди возрастные; затемъ слѣдуетъ значительное количество мелкаго купечества, на яркихъ одѣяніяхъ женщинъ котораго играютъ все семь основныхъ цвѣтовъ радуги и вполне% отсутствуютъ тѣ смѣшанныя краски, которыми отличаются одежды дамъ, сл%- следующихъ моднымъ журналамъ. Велико также количество старухъ и стариковъ, вся жизнь которыхъ распредѣлена исключительно между посещеніями различныхъныхъ обителей; въ нихъ преобладаніе темныхъ и сѣрыхъ одѣяній, классическіе посохи, котомки и лица, опаленныя всѣми вьюгами сѣвера, всѣми горячими полднями нашего юга, лица, рѣзкіе черты которыхъ могутъ доставить художнику по экспрессіи богатѣйшую пищу. Еще вчера, по пути сюда, вдоль песчаной, трудной дороги встрѣчались подобные странники и страннички, направлявшіеся въ Тихвинъ, другой главный путь, водяной, ведетъ сюда отъ Петербурга—Невою, озеромъ и каналами—и совершается въ пять дней. На праздникъ прибыло народу болѣе десяти тысячъ человѣкъ; въ самомъ Тихвине$ жителей 6,554; каменныхъ домовъ 35, деревянныхъ — 1,088; но въ уездѣ изъ числа 18,571 дома—каменныхъ только 2.

Живописно и неподвижно стояли толпы народныя у воротъ монастырскихъ, въ ожиданіи начала богослуженія. Въ воротахъ, надъ которыми пом%- Щщается небольшая церковь Вознесенйя, временъ царя Федора Іоанновича, на входившихъ смотрѣли во множестве лики угодниковъ Божіихъ, а изъ глубины двора монастырскаго, въ концѣ густо оттененной аллеи, стояли открытыми врата главнаго храма Успенія. Справа и слѣва, изъ-за ограды высились памятники богатаго кладбища и, где только можно было людямъ вскарабкаться повыше, чтобы лучше рассмотрѣть, вездѣ виднѣлись непокрытыя головы и творились крестныя знаменйя. Сквозь паперть церковную, огибающую храмъ Успенія съ западной и южной стороны, украшенную потемнѣвшими изображеніями изъ Апокалипсиса и другими, путники прослѣдовали въ соборъ. Вправо отъ входа, подле№ массивнаго столба, виднѣлась главная святыня монастырская--ликъ Богоматери Тихвинской, озаренный солнечнымъ свѣтомъ и множествомъ огней; къ празднику этой иконы, чтимой во всей Руси, и къ поклоненію ей, именно въ этотъ день прибылъ сюда народъ. Чтобы напомнить значеніе Тихвинской святыни, прежде описанія посѣщений и осмотровъ, слѣдуетъ обратиться къ давно прошедшему времени и восстановить, хотя вкратце, основныя черты ея возникновенія и исторіи, тесно связанныя съ бытіемъ русской державы, отъ далекихъ и мрачныхъ дней. Только вслѣдъ за такимъ напоминаніемъ одухотворятся въ полномъ значеніи твердыни монастырскіе, и понятно станетъ всероссййское ея почитаніе.

Не вдали отъ Ладожскаго озера, тамъ, где№ кончается водное сообщеніе съ Волгой, называемое Тихвинскимъ, расположены по сосѣдству четыре монастыря. Главная обитель, это — монастырь Тихвинскйй-Богородицкйй, въ двухъ стахъ саженяхъ отъ него Введенский девичий, въ четырехъ верстахъ Бесѣдный Николаевский и въ пятнадцати Дымскйй Антоніевъ. Если принять въ расчетъ многочисленные часовни и кресты, поставленные набожностью людскою и разбросанные далеко кругомъ, по лЁсамъ, дебрямъ и дорогамъ, то весь этотъ уголокъ земли Русской является святымъ мѣстомъ, исстари пользующимся извѣстностью, въ особенности въ простомъ народѣ, далеко кругомъ, даже «далѣе морей бушующихъ». Въ Дымскомъ Антоніевскомъ монастыре$ почиваютъ мощи преподобнаго Антонія; во Введенскомъ девичьемъ покоится благовѣрная царица Дарья Алексѣевна, четвертая супруга Іоанна Грознаго; въ большомъ Богородицкомъ посѣтитель не встречаетъ обычной святыни—мощей, или какойлибо замѣчательной могилы, и этому есть спои причины, о которыхъ мы скажемъ впослѣдствіи.

Дѣвичйй Введенский монастырь расположенъ въ двухстахъ саженяхъ отъ мужского Богородицкаго. По древнему обычаю православной церкви, какъ это видно изъ житія преподобнаго Пахомія, а также Юліана и Василисы и нѣкоторыхъ другихъ, обители мужскіе и женскіе устраивались иногда одна подлѣ другой, причемъ общее руководство духовное поручалось въ такихъ случаяхъ игумну. Таковы были въ Москве монастыри Чудовъ и Вознесенскій, въ Новгородѣ, Владимирѣ, Ростовѣ. Настоятель Тихвинскаго Богородицкаго монастыря въ то же время благочинный Введенскаго дѣвичьяго, и въ этомъ смыслѣ оба они составляютъ какъ бы одну обитель. Въ католическомъ міре бывали монастыри двуполые, въ одной ограде№; они носили имя монастырей св. Бригитты, и развалины ближайшего къ намъ, къ Россіи, находятся подлѣ самаго Ревеля.

Одинъ изъ множества тихвинскихъ паломниковъ, подъѣзжая къ стёнамъ монастырскимъ въ 1854 году, нашелъ ихъ «благородной полувоенной архитектуры»—опредѣленіе, рѣшительно не поддающееся критической оцѣнкѣ,; этотъ Паломникъ обратилъ также вниманіе на то, что въѣздныя ворота «стройныя, нѣсколько вогнутыя, съ четырьмя іонийскими колоннами, съ огромными, рѣшетчатыми, прекраснаго рисунка створами, въ которыхъ болѣе 600 пудовъ вѣса»; опредѣленіе воротъ «нѣсколько вогнутыя» это относительно точности сродни «благородной полувоенной» архитектурѣ; преданіе гласитъ, что ворота эти подарены императоромъ Павломъ 1 и украшали когда-то въѣздъ въ Аничковскйй дворецъ.

Возникновеніе Тихвинской обители значительно отличается отъ большинства возникновений другихъ на Русской землѣ. Обыкновенно начиналось съ пустынножительства того или другого отшельника, подле котораго собирались другіе люди, искавшіе уединенія и молитвы, возникали келійки, созидалось монастырское общеніе, затемъ составлялся уставъ. Очень часто избранное богобоязненными людьми мѣсто не замедливало стать цѣлью странствий къ нему паломниковъ, шли къ нему нищйе, шли князья, и слава о чудесахъ и исцѣленіяхъ души и тѣла расходилась съ ними обратно, обусловливая притокъ другихъ людей, нуждавшихся въ укрѣпленйи вѣры, въ добромъ совѣтѣ, въ ут8- утешеніи. Видимымъ доказательствомъ являются чудотворныя и явленныя иконы и въ большинствѣ случаевъ святыя мощи тѣхъ замѣчательныхъ дѣятелей церкви, отъ которыхъ начинался монастырь: совершивъ все земное, прикрытые большею частью въ «образѣ ангельскомъ» схимою, они отходили на вечный покой, и тогда начиналась ихъ вторая дѣятельность—предстательство за всѣхъ прибѣгающихъ къ нимъ. Пе признавать воздѣйствія?я монастырской жизни на историческое развитіе наше-—-значитъ отрицать фактъ прошедшего, настоящего и буду- Щаго; и сильно ошибается тотъ, кто видитъ только обрядовое значеніе монастырскаго житія?я ип считаетъ, что только темныя, необразованныя массы людскія подчиняются его вліянію. Такъ можетъ говорить человѣкъ, не читавшйй отцовъ церкви или если и читавшій, то испугавшийся синтаксическаго строя ихъ излоеетеы питотиооэ ооиииеея

оежу

ы утие

сеччс

«оллиси,

иуинип

5оо-лѣпе Тихвинской Бож!ей Матери. Видъ тихвинскаго монастыря.

Съ фот. грав. М. Рашевскйй.

женйя, ихъ цитатъ и текстовъ н, изъ-за внѣшности, проглядѣвшйй смыслъ; но кто взялъ на себя трудъ, —а такихъ изъ числа людей свѣтскихъ бесконечно мало,— дѣйствительно вникнуть въ писанное, тотъ непремѣнно измѣнитъ свое мнѣніе до основанія. Наши монастыри составляютъ одну изъ живоносныхъ артерий народной жизни. Были таковыми когда-то для своихъ странъ и монастыри католическіе, но теперь они не болѣе, какъ окаменѣлости нѣкогда живыхъ артерій, и въ дѣйствительной жизни, подобно нашимъ, не участвуютъ. Тихвинская обитель началась, сложилась и действовала несходно съ большинствомъ другихъ. Въ конце& ХіУ века, при великомъ князѣ Дмитріи Іоанновичѣ Донскомъ, мѣсто, на которомъ теперь высится монастырь, было, по словамъ лѣтописца, совсѣмъ пустынно и этого мѣста «никто же знаеше и никимъ же именовано бысть, не точію человѣкомъ, но и звѣремъ земнымъ въ жилище тогда не обреташеся, понеже блатно бе% и равностью не одержимо и не како же отнюдь стройно». И въ этой-то дремотной дебри, неизвѣстно кѣмъ и какъ, построенъ храмъ для помещенія явленной иконы, пришедшей сюда по воздуху изъ Царьграда. Икона эта шла по воздуху, останавливалась надъ нѣсколькими мѣстами и, наконецъ, нашла, избрала свое мѣсто здѣсь; она снизошла съ воздуха, говоритъ преданйе, на глазахъ многочисленной толпы, умолявшей икону сойти къ ней. Объ исчезновенйи въ это время одной изъ иконъ цареградскихъ имѣется свидѣтельство тогдашняго константинопольскаго патріарха. Относительно того, которая именно изъ иконъ прибыла къ Тихвину, можно повторить слова св. Дмитрйя Ростовскаго н успокоиться на томъ, что «неизвЁстныхъ намъ вещей тщетнымъ любопытствомъ не истязующе». Кому явилась икона, кому явилась именно на этомъ м\стй Матерь Божйя со св. Николаемъ, кто построилъ храмъ? Все это, въ прямую противоположность другимъ нашимъ обителямъ, остается относительно Тихвина въ тумане$. Ни къ какому имени, ни къ какому событйю не пріурочивается ея возникновеніе: это дѣйствительно въ полномъ смыслѣ слова историческая дебрь, которой «никто же знаеше н никемъ же именована бысть» и въ которой появилась икона. Немного позже эти историческіе сумерки освещаются двумя послѣдовательными пожарами. Семь лѣтъ спустя после построенія церкви и часовни обѣ сгораютъ отъ непогашенной свѣчи; отстроенныя вновь, они, ровно чрезъ пять лѣтъ, въ соотвѣтствующую ночь, снова сгораютъ; въ обоихъ случаяхъ икона спасена: въ первый разъ она найдена невредимою на можжевеловомъ кустѣ, во второй--въ самомъ пепле пожарища; спасенъ и крестъ часовни. Третйй по счету, гораздо обширнѣйший храмъ и часовня, воздвигнутые на этомъ мѣстѣ, простояли болЁе ста лѣтъ, когда великий князь Василйй Іоанновичъ, прослышавъ о явленной иконе% Тихвинской, велитъ на счетъ казны своей построить церковь каменную съ папертями и, несколько лѣтъ спустя, лично посещаетъ ее въ сопровожденіи преосвященнаго Макарія Новгородскаго, впослѣдствйй митрополита. Это великокняжеское посѣщеніе фактъ уже совсѣмъ историческйй, но большего Богородицкаго монастыря все-таки еще нѣтъ, а возникаетъ въ пустынѣ, по волѣ великокняжеской, малый монастырь Николаевскйй Бесѣдный, вѣроятно, не задолго предшествовавшйй большому Тихвинскому Богородицкому, и только х

177 л\ть спустя послѣ явленйя иконы, при посѣщеніи церкви въ 1547 году царемъ Іоанномъ Васильевичемъ, онъ, видя, что икона управляется мірскимъ священствомъ и что вокругъ церкви расположено множество селений, повел$- ваеть основать мужскую обитель.

Несходны съ судьбами другихъ монастырей, даже совсѣмъ противоположны имъ, первые годы, слѣдовавшйе за царскимъ повелѣніемъ. Тогда какъ въ Соловкахъ, въ Кирилловѣ, въ Кйевѣ, на Валаамѣ пустынножительство устраивалось подлѣ первоучителя, подле№ его келийки, и основанія устава монастырскаго преподавались и завещались имъ, здѣсь,—въ Тихвине, возникло монастырское братство подлѣ богатаго каменнаго храма, извѣстнаго уже на всю Россію, и дѣло постройки зданій, составленіе устава и обычаевъ монастырскихъ поручено царемъ цѣлой группе архимандритовъ и игумновъ другихъ обителей, нарочно собранныхъ для этого и поставленныхъ подъ главенство архіепископа новгородскаго Пимена. Если въ другихъ обителяхъ отъ малаго начала, отъ одной келийки плодились другія, шло распространеніе не вдругъ, а общежитіе, трапеза и стены являлись только послѣ вѣкового существованія, здѣсь сооружено сразу 44 кельі, поставлена обширная трапезная, прорыта канава, воздвигнуты стены, а деревянныя церкви замѣнены каменными. При возникновеніи другихъ обителей, подле нихъ,и опять-таки мало-помалу, возникали поселки, деревушки, обращавшйеся иногда, со временемъ, въ города, — въ Тихвине наоборотъ: ко времени устройства монастыря, на мѣстѣ этомъ расположено было множество селеній, и для освобожденія мѣста существовавший старый посадъ отнесенъ версты за три въ сторону. Характерною особенностью является, наконецъ, и то, что царское повелѣніе, последовавшее въ 1547 году, воплотилось только 11 февраля 1560 года, съ назначеніемъ, вслѣдъ за окончаніемъ работъ и по составленіи устава, первымъ игумномъ Кирилла.

Не прошло и полувѣка со времени возникновенія обители, иноки которой сошлись къ ней изъ разныхъ другихъ монастырей и, слѣдовательно, какъ и уставъ монастырскйй, не возникли на мѣстѣ, а были собраны съ разныхъ м%сть—какъ уже пришлось имъ постоять за себя, за святыню, за отечество и показать, что въ этомъ они то же, что остальные ихъ собратья. Наступило лихолетье. Самозванецъ «виста бо паки инъ нѣкій звѣрь, нарицая себя царевичемъ Дмитріемъ Углицкимъ», появились другіе самозванцы, а за спинами ихъ всякіе люди, «польстіи и литовстіи»; призванные нами на помощь шведы, предводимые де-ла-Гарди, вмѣсто защиты, «взяли на копье» всю Великую область новгородскую и вмѣсте съ нею и Тихвинскую обитель.

Удрученная до глубины душевной, занятая врагами, страна тихвинская и ея монастырь не переставали молиться за судьбы раздираемой междоусобицей родины, какъ вдругъ къ нимъ, къ плѣненнымъ и окруженнымъ кольцомъ войскъ непріятельскихъ, доходитъ вѣсть о воцареніи царя Михаила ио томъ, что ко Пскову двигаются за рекой Устью воеводы царскіе, и что надо послать просить ихъ принять обитель и вручить ее царю православному. Предстояла двойная трудность: сговориться людямъ тихвинской стороны съ люл въ обители, а затёмъ, принявъ общее рѣшеніе, оповѣстить сквозь ряды пріятельскіе дружины наши, шедшія на Псковъ подъ начальствомъ князя Симеона Прозоровскаго. И то, и другое исполнили Воейковъ и Арцыбашевъ и возвратились въ обитель. Скоро увидѣли со стѣнъ монастырскихъ приближеніе русскаго воинства; произошла стычка на Усть-рѣке%, и шведы разбиты; игуменъ Онуфрий и сидѣвшйй въ занятой шведами обители воевода Трусовъ порешили кончить со шведами и внутри обители, ударили на нихъ и перебили.

Извѣщенный о двойномъ пораженіи, де-ла-Гарди, стоявшйй въ ста верстахъ отъ Тихвина, двинулся къ нему; 13 іюня 1613 года вырезалъ онъ въ посадѣ Тихвинскомъ всѣхъ, не успѣвшихъ скрыться за стЁнами обители, и тогда начался длинный рядъ усилий шведскихъ одолѣть единственный русский оплотъ, оставшййся или, лучше сказать, вышедший изъ-подъ ихъ власти въ стране$ новгородской. Лѣтопись подробно сообщаетъ о всехъ судьбахъ упорной борьбы: нашелся въ обители измѣнникъ Гаврилко, родомъ изъ Смоленска, явились въ ней раздоры, и все это подъ грохотъ «огненнаго стрелянія изъ великихъ бранныхъ сосудъ». Пока въ осажденной обители пришли къ решенію оповестить царя и просить о присылкѣ помощи и къ нему отправлены послы, царь уже зналъ о судьбахъ Тихвина и направилъ къ ному отъ себя рать подъ начальствомъ Сумбулова. Монастырскйе послы встретили ее, но неосторожность воеводы и измѣна переяславца Федора были причиною пораженія этой рати, и осада обители возобновилась съ бодьшею противъ прежней ожесточенностью; игуменъ Онуфрій взятъ въ полонъ.

Красноречиво описаніе лѣтописца о томъ, что происходило въ обители въ это время; какъ въ значительномъ сборищѣ всѣхъ возрастовъ и половъ, въ виду ярости осаждавшихъ, возникло «самонадѣяніе и нечистоты грѣховныя», и какъ Пречистая Дѣва, явившись старцу Мартиніану, пришедшему сюда изъ Соловокъ, повелѣла изгнать «развратниковъ и сквернодѣлателей», что п исполнено. Одновременно съ этимъ работали шведы въ подкопахъ, противъ которыхъ наши повели подземные «слухи»; опять имѣла мѣсто измѣна: бѣжали казакъ Тяпка и помѣщикъ Пересвѣтовъ изъ предѣловъ ростовскихъ и оповѣстили шведовъ объ оскуденіи и неурядицахъ въ обители. Тогда рѣшенъ былъ приступъ. Понесли шведы лестницы и огонь для поджога, но вышедшіе на стены кр\крепостныя, старъ и младъ, лили на нихъ кипящую воду, смолу, кидали бревна, а 14 сентября 1614 года, послѣ вторичнаго явленія двумъ старцамъ, Богородица совершила чудо: показалось шведамъ, что идутъ отъ Москвы несмѣтныя русскіе полчища, и они, «возмятошася, всколебашися и яшася бѣгства, со студомъ, другъ друга со зади біюще». Во слѣдъ бегущимъ вышли защитники изъ крѣпости и гнали шведовъ «сѣкуще аки стебліе.

Только временно отдохнулъ монастырь: нс прошло года, какъ состоялось второе нападеніе; думали тихвинскіе, захвативъ икону, бѣжать въ Москву, но икона не поддавалась, не могли ее снять съ мѣста, и тогда рѣшено было умереть, не сдавая обители. Только въ полднѣ ходьбы находились шведскіе войска, и опять совершилось то же чудо: появилось передъ глазами шведовъ несметное воинство, и они отъ рѣки Сяси бѣжали. Вѣсть о бѣгстве$ враговъ, принесенная въ монастырь, возбудила недовѣріе; но груды оружія, брошеннаго швешведами, поломанные кустарники и множество людей, втоптанныхъ въ болота, подтвердили не только о бѣгстве№, но по его невѣроятной стремительности.

Вслѣдъ за появленіемъ двухъ призраковъ спасательныхъ ратей и бѣгствомъ шведовъ отъ Тихвина не замедлила освободиться и вся новгородская страна. Миръ, заключенный со шведами въ 1617 году, состоялся въ пятидесяти пяти верстахъ отъ Тихвина, на рѣке№ Сяси, въ Столбовѣ, предъ копіей, снятой съ чудотворной иконы Тихвинской, и монастырская жизнь пошла навстрѣчу временамъ более мирнымъ.

Соборная церковь Успенія Пресвятыя Богородицы, какъ и все въ монастыре№, сгорѣла почти до основанія въ великйй пожаръ 1626 года, но, при возобновленіи, старались воссоздать ея былой обликъ. Она имѣетъ пять луковицеобразныхъ главъ на высокихъ шейкахъ, съуживающихся подъ самыми куполами. Внутри соборъ очень свѣтелъ; круглый куполъ покоится на барабанѣ, въ которомъ прорѣзано десять очень узкихъ оконъ; внизу барабана изображенія праотцевъ—-Ноя, Авеля, выше--въ два ряда—-ангелы Господни, еще выше—силы небесныя, надъ ними, уже въ самомъ куполѣ, херувимы и серафимы и, наконецъ, вѣнцомъ этого живописнаго одухотворенія, на высшей вышине!—изображеніе Св. Троицы. Своды храма крутые, цилиндрическіе; четыре массивныхъ столба, обставленные понизу иконами, несутъ куполъ; белыя стѣны въ два свѣта; обильная стѣнопись, трудовъ ярославскихъ людей, подъ надзоромъ Логина Шустова, окончена при императоре$ Павле 1. Ст&ны, арки, откосы, своды, алтарь, діаконникъ, паперть населены вплотную изображеніями сценъ изъ Библіи и Евангелія, важными обликами отцовъ церкви, пророковъ, святителей, мучениковъ и ихъ дѣянйй; на горнемъ ибстВ есть изображеніе Спасителя въ виде архіерея; въ другомъ мѣсте Онъ изображенъ въ видѣ младенца; въ алтаре «Отче нашъ» въ шести картинахъ; сцены изъ Ветхаго Завѣта идутъ по стёнамъ по верхнему поясу, каждое въ отдѣльной рамочкѣ и небольшой величины. Характерны изображенія страшнаго суда, темницы изъ книги Лѣствичника, Нифонта съ чудесами и видѣніями, образъ, именуемый «отрыгну сердце мое благо, и многія другіе. Всѣмъ имъ далеко до художественности, но для людей простыхъ и глубоко вѣрующихъ они и ясны, и краснорѣчивы, и хороши, и это еще вопросъ: правы ли будутъ тй, которые предложатъ для поклоненйя простому народу изображенйя академически-правильныя и колоритныя, но ничего не говорящіе тому сердцу и тому пониманію, для котораго они, главнымъ образомъ, назначены. Шестиярусный иконостасъ, увѣнчанный Распятіемъ, это цѣлая книга въ лицахъ, цѣлая хартія иконъ; верхнйй ярусъ—страсти Господни; художество не поскупилось на л\лепныя украшенйя колоннъ, карнизовъ, кронштейновъ, и въ нихъ царятъ гроздья, листья, лозы, витыя колонки; чудотворная икона Богоматери Тихвинской поставлена, какъ сказано, на первомъ, правомъ отъ входа столбѣ; на лѣвомъ столбѣ помѣщена другая святыня—икона Богоматери Старорусской.

Первая изъ нихъ виднѣется подъ дробною, богатою сѣнью, не подходящею стилемъ своимъ къ иконостасу и остальной лѣпной и рѣзной работѣ, и драпируется занав\сками, пеленами, подзорами, которыхъ имѣется въ ризницѣ нѣсколько; на наружныхъ сторонахъ створовъ ея изображены Богоматерь п св. Николай, на внутренникѣ—архангелы Михаилъ и Гавріилъ; вся она укра- Шена каменьями, имѣющими значительную цѣнность. Противъ иконы, въ западной стЁнкѣ, пробито широкое окно, такъ что икона видна и при запертыхъ дверяхъ церкви, и тутъ вечное присутствіе молящихся, собирающихся со всѣхъ далекихъ странъ земли Русской. Икона Тихвинской Божіей Матери одна изъ самыхъ богатыхъ по цѣнности украшенйй, превосходящей 100,000 рублей; замѣчателенъ изумрудъ — пожертвованіе императрицы Анны Іоанновны въ 1734 году, на немъ вырѣзано Распятіе?е съ предстоящими; сафиръ великой княгини Екатерины Павловны и др.; лампада передъ нею вся золотая, въ каменьяхъ, стоить свыше 42,000 рублей и принесена въ даръ графомъ Николаемъ Петровичемъ Шереметевымъ въ 1803 году, по смерти жены и рожденіи сына Дмитрйя, который, въ свою очередь, поднесъ иконѣ громадный серебряный подсвѣчникъ, въ три слишкомъ пуда вѣсомъ. Съ 1886 года икона переносится ежегодно въ мае& и сентябре$ изъ холоднаго собора въ церковь Рождества Богородицы и обратно; передъ нею постоянно теплятся 10 свѣтильниковъ въ серебряныхъ лампадахъ. Съ иконы Тихвинской Богоматери снято нѣсколько копий и многіе изъ нихъ чудотворны. Такъ, имѣется копйя подъ Москвою въ Драгомиловѣ и въ Малыхъ Лужицахъ, въ Кирсановской женской обители Тамбовской губерніи, въ Пензенской губерніи въ Керенскомъ женскомъ монастырѣ и въ городе$ Чембарахъ; съ послднею сопряжено воспоминаніе о чудесномъ спасеніи города отъ холеры въ 1848 г. Темное изображенйе лика Богоматери Тихвинской съ предвечнымъ Младенцемъ на рукахъ хорошо извѣстно всей Россіи; въ многоценной золотой ризе& кажетъ она яснѣе, чѣмъ при снятіи ризы, потому что долгіе, долгіе годы погасили, почти совершенно, глубокою теменью черты, когда-то созданныя кистью; одно изъ преданйй приписываетъ ее св. Луке%.

Вторая святыня храма, это икона Богоматери Старорусской, находящаяся на л\левомъ, отъ входа въ храмъ, столбе№. Поясной ликъ огромныхъ размѣровъ, почти четыре аршина безъ двухъ вершковъ вышины, при трехъ аршинахъ ширины, сохраняетъ черты гораздо явственнѣе, чѣмъ ликъ Тихвинской, на которомъ, кроме№ темени, видно очень немногое. Судьбы этой иконы тайнственны: въ Старую Руссу доставлена она, какъ говоритъ печатный источникъ 1609 года, «когда-то» изъ Греціи; преданіе гласитъ также, что въ 1370 году перенесена она въ Тихвинъ для избавленія города отъ повѣтрія, где% и пребываетъ въ настоящее время. Уже въ 1787 году ходатайствовали граждане Старой Руссы о возвращенйи своей дорогой иконы. Но имъ прислали въ ут - утешеніе только копію; съ 1805 года идутъ многія усиленныя, упорныя ходатайства о возвращеніи святыни на ея древнее место, но все$ они остаются бесслѣдны, несмотря на то, что правъ Старой Руссы на икону не отрицаетъ никто; на ходатайство 1850 года Св. Синодъ положилъ опредѣленіе, въ которомъ, «не отвергая принадлежности образа Руссѣ», предложено «оставить оный въ Тихвинѣ до времени» и предоставлено гражданамъ Старой Руссы «просить у тихв“нцевъ свой образъ». Какъ и почему рѣшилъ тогда Св. Синодъ такъ, а не иначе, сказать трудно; но, во всякомъ случае, если бы гдѣ предстояло восстановленіе справедливости, несомнѣнно нарушенной и никѣмъ не отрицаемой, такъ это именно въ данномъ случае: болѣе пятисотъ л\т: тому назадъ отбыла икона со своего древняго мѣста; сто л\ть слишкомъ ходатайствовали люди о возвращеніи имъ ихъ многочтимой собственности, и все-таки не достигли своей цѣли. И это темъ непостижимѣе, что, во-первыхъ, Тихвинъ и Старая Русса принадлежатъ къ той же епархіи; что, во-вторыхъ, Тихвинъ богатъ и безъ того своею собственною, прибывшею къ нему иконой; что недавно тамъ прославлена еще и другая икона, а Старая Русса, гораздо древнее Тихвина, несравненно болѣе, чѣмъ Тихвинъ, посещаемая изъ недалекой отъ неё столицы, —не имеетъ ни одной подобной святыни и должна довольствоваться копіей съ неё и ничемъ неизгладимымъ воспоминаніемъ. Мы не знаемъ, слѣдовали ли за ходатайствомъ 1850 года другія ходатайства и не можемъ, конечно, предугадать решенія, которое послѣдовало бы на новое, если бы таковое появилось, но вышеупомянутое опредѣленіе Св. Синода 1850 года какъ бы вызываетъ староруссцевъ на него, и собственникомъ святой иконы признается не Тихвинъ5.

Перечисленйе другихъ иконъ храма Успенія заняло бы слишкомъ много мѣста, но нельзя не обратить вниманія еще на одинъ небольшой ликъ Пресвятыя Богородицы Іерусалимской, называемой «всемъ скорбящимъ утешеніе», писанный по штукатурке№, съ которымъ повторилось чудо, имѣвшее нѣкогда мѣсто въ Лидѣ где№ не могло быть исполнено распоряженіе Юліана Отступника, повелѣвшего «сѣчивами и оскордами» выбить изъ стены краски подобнаго же образа, краски, по мѣрѣ ударовъ, только углублялись въ стёну. такъ, какъ и тутъ, при работахъ по счистке№ для возобновленіе перетлевшей живописи; волей-неволей пришлось только подновить очертанйя; въ настоящее время изображеніе это обведено позолоченною рамой и представляется не фреской, а иконой, висящею на стене, какъ разъ напротивъ иконы Старорусской.

Литургія въ главномъ храмѣ монастырскомъ, въ день годового праздника, совершалась особенно торжественно. Здёсь, какъ и въ Соловецкомъ монастыре%, только въ меньшей степени, имѣются отличія въ богослуженіи, дарованныя монастырю въ разное время: рипиды, коверъ, изображенія на мантіяхъ архимандритовъ, священнослуженіе съ отверстыми царскими вратами, съ посохомъ и многое другое. Церковное п\пеніе безупречно хорошо, и замѣчательно выдавался теноровый голосъ одного изъ мантийныхъ монаховъ, управлявшего хоромъ. Существениною частью въ богослуженйи являлось также кажденіе Тихвинской иконе%, для котораго, такъ какъ она расположена недалеко отъ входа въ церковь, священнослужащіе каждый разъ проходили вдоль всей церкви, и толпа народа, безмолвно расступаясь, давала имъ открытый путь.

Въ одномъ изъ угловъ паперти церковной замѣчается картина, не лишенная значительнаго историческаго интереса, а именно: перенесеніе императоромъ Павломъ иконы Тихвинской Божіей Матери изъ одного монастырскаго храма въ другой, писанная въ 1801 году Василіемъ Истоминымъ. На картин8—-портретныя изображенія императора и императрицы Маріи, великихъ князей Александра и Константина Павловичей, въ очень юные годы, и множество придворныхъ кавалеровъ и дамъ въ соотвѣтствующихъ времени одеяніяхъ, а также духовенства; вѣроятно, большинство—-портреты; нельзя, напримѣръ, не узнать Безбородко и нѣкоторыхъ другихъ.

Изъ главнаго храма ходъ ведетъ въ сосѣднюю ризницу. Ризница эта чрезвычайно богата вкладами, одѣяніями, сосудами, ковчегами, крестами, панагіями, пеленами на чудотворную икону. Большинство нашихъ царей и царицъ обогащали обитель дарами, о чемъ свидетельствуютъ многіе сохранившіеся грамоты, большею частью въ копіяхъ; въ подлинникахъ, кажется, только три; много жертвовали разные вельможи и купцы; имеется митра въ 10,000 рублей, трудъ и даръ игуменьи новгородскаго Духова монастыря Максимиллы (Шишкиной); имеется покровъ 1662 года, даръ князей Прозоровскихъ, на гробницу отца ихъ, въ схимникахъ Сергія, того самаго, который защищалъ обитель Тихвинскую, видѣлъ своими глазами чудеса Богоматери, что, вѣроятно, и рассказано вЫшитою вязью по борту покрова, прочесть которую надобно, какъ говорятъ, очень много времени. Замѣчательны некоторыя старыя Евангелія, такъ, напримѣръ, одно 1552 года, даръ богатаго новгородца, съ характерными заставками, орнаментами, писанное крупнымъ уставомъ и начинающееся съ Іоанна; въ числе рукописей замѣчательны «Хронографъ» ХУТ вѣка, «Повесть чудна и зело полезна, сложена отъ древняго списанія о иконномъ изображенйи и о написаніи иконы» Богородицы Одигитріи; малая продолговатая книга Псалтырь царя и пророка Давида, писанная, что очень характерно, съ печатной, въ 1680 году, повел\ніемъ царя Феодора въ Москве, въ типографіи Верхней; стихотворилъ ее Симеонъ Полоцкйй] а ноты по риоем положены, повелѣніемъ Іоанна и Петра Алексѣевичей, «чрезъ композицыю, сиречь, чрезъ творенйе дьякомъ Василіемъ Титовымъ»; книга Іоанна Златоустаго «Маргаритъ», писанная въ 1562 году, и 532-лѣтний календарь «кругъ миротворный», писанный въ 1540 году, съ таблицами п чертежами, съ прорѣзями для круговъ луннаго обращенія. Вообще библіотека монастырская не лишена, если судить по каталогу, значенйя и подобрана хорошо и богато, относительно творенйй отцовъ церкви, патериковъ и духовно-философскихъ сочиненій.

Отъ соборнаго?храма путь лежалъ къ другому храму монастырскому, расположенному въ одномъ изъ угловъ ограды, ближе къ святымъ воротамъ, къ храму Покрова Пресвятой Богородицы, именовавшемуся до 1871 г. храмомъ Рождества Пресвятой Богородицы. Здесь многое ново, многое передѣлано, и, блистая позолотой, вовсе не говоритъ о древности; образа только из-подъ кисти; обрамленія иконостасовъ и иконъ новѣйшихъ рисунковъ. То же, но только въ большей степени, слѣдуетъ сказать и о церкви Воздвиженія, сооруженной двадцать три года тому назадъ, увѣнчанной девятью главами и большимъ куполомъ; тутъ о древности нѣтъ и помину, что не мѣшаетъ, конечно, достоинствамъ произведенныхъ работъ. Зато въ обличіи древности поднимается По сосѣдству невысокая звонница, продолговатая, съ пятью пролетами, напоминающая своихъ родныхъ сестеръ Ростова Великаго и Великаго Новгорода.

Надѣлавшее въ 1856 году много шума мгновенное исцѣленйе тихвинскаго мѣщанина Боровскаго произошло не передъ главною иконой Тихвинской Божіей Матери, а передъ ликомъ Ея, писаннымъ а] йезсо, въ подобіе Ей, на наружной стѣне Тихвинской церкви, надъ западными св. вратами. Чудо состояло въ томъ, что юноша, ползавшйй на колѣняхъ Два года за невозможностью ходить, болезнь котораго была исслѣдована и пользована врачами, сразу исцѣлился во время молитвы передъ этою иконой. Настоятель монастыря просилъ тогдашняго митрополита Никанора произвести формальное исслѣдованіе. Въ общемъ присутствіи командированныхъ съ этою цѣлью лицъ духовнаго и гражданскаго вѣдомствъ, уезднаго предводителя дворянства, городничего и врачей, спрошено подъ присягой множество свидѣтелей, и несомнѣнность факта подтверждена. Въ настоящее время, после признаннаго чуда, этого мѣста не узнать: Святая икона, когда-то открытая на монастырской ст&н% всѣмъ непогодамъ, видневшаяся высоко надъ землей, къ которой поднимались по деревянной лѣстницѣ, составляетъ теперь центръ особой, очень обширной, каменной часовни подъ куполомъ съ пятью главами, и къ ней поднимаются по двумъ широкимъ каменнымъ, идущимъ дугами лестницамъ. Сама икона обставлена и обвешена богатыми дарами вѣрующихъ, освещается яркимъ свѣтомъ просторной часовни и многими лампадами. До совершенйя чуда это мѣсто называлось «крылечкомъ», такъ зовется оно и теперь, и будетъ, конечно, называться бесконечно долгіе годы. На наружной стѣнѣ часовни, между оконъ, писаны во весь ростъ великіе подвижники Египта и Палестины. Предъ этою иконой «на крылечкѣ», какъ и на церковной паперти, подлѣ окна, продѣланнаго противъ иконы Тихвинской, постоянно находятся молящіеся.

Для полноты свѣдѣнйй объ осмотрѣнномъ мужскомъ монастырѣ слѣдуетъ сказать еще немногое. Въ свое время монастырь былъ богатъ, такъ что въ 1764 году, при перечисленіи его во П классъ, онъ владѣлъ 4,312 крестьянами, 4,481 десятиною земли и четырьмя приписными монастырями. Въ Т классъ возведенъ въ 1853 году, но съ тѣмъ, чтобы дополнительное число братіи оставалось на содержанйи обители, безъ расходовъ отъ казны; общежительный уставъ принять съ 1798 года.

Хотя между настоятелями и тихвинскими дѣятелями монастырскими много именъ почтенныхъ, но выдающихся все-таки нѣтъ, какъ нѣтъ и особыхъ, исторически сложившихся, подлѣ того или другого подвижника, ярко и самостоятельно очерченныхъ преданйй и ученій. Одна изъ причинъ этого кроется въ самомъ характере возникновенія монастыря по царскому повелѣнію, а другая въ томъ, что Тихвинъ лежитъ на торной путине% нашихъ водяныхъ сообщенйй; путина эта существовала въ очень далекой древности и подвижничеству не способствовала; она сдѣлалась особенно людною со времени канализации, предпринятой Петромъ 1.

Въ заключенйе еще одно очень любопытное свѣдѣніе, сообщенное на м\ст& и сохраняющееся въ виде несомнѣннаго преданія. Передаютъ, будто на монастырскомъ кладбище похороненъ привезенный изъ Шлиссельбурга въ 1764 году Іоаннъ Антоновичъ Ульрихъ; говорятъ, что подъ страхомъ смертной казни запрещалось сообщать объ этомъ кому-либо, что онъ похороненъ ночью, что памятника нѣтъ, но м\место показываютъ: оно находится недалеко отъ собора, вправо, если идти къ нему отъ святыхъ воротъ.

Преобладающее значеніе Тихвинской святыни, пребывающей въ мужскомъ монастыре, и постоянное движеніе паломниковъ и поклонниковъ къ ней, обусловило то, что въ двухстахъ саженяхъ отъ него, словно въ оттѣненіи, можетъ быть еще до возникновенія монастыря мужского, держался и устроился Введенскій дѣвичий монастырь.

Исторія этого девичьяго монастыря, —полнѣйший однолѣтокъ исторйи мужского. Изъ него велъ свою атаку на главный монастырь де-ла-Гарди и, въ отмщеніе за неудачи, сжегъ его 14 сентябри 1613 года до основанія. Одинъ симпатичный женскйй обликъ сохраняется и поныне\ и какъ бы присущъ этому монастырю: это невольная постриженица, четвертая супруга царя Іоанна Васильевича Грознаго, Анна Алексѣевна, изъ рода Колтовскихъ, находившаяся въ обители именно во время разгрома ея де-ла-Гарди.

Въ пестрой летописи семи браковъ Іоанновыхъ, заключенныхъ послѣдовательно съ Юрьевою, Темрюковою, Собакиною, Колтовскою, Васильчиковою, Василисою Мелентьевой и Марею Нагихъ, четвертый бракъ съ будущею постриженицею Тихвинскою стоялъ, такъ сказать, на рубеже беззаконностей Іоанновыхъ. Анна Алексѣевна была «двицею весьма незнатной», и царь женился на ней «безъ требованія святительскаго благословенія» и уже потомъ созвалъ епископовъ, которые, «проливая слезы», все-таки признали этотъ бракъ и часть наложенныхъ на царя епитимий приняли на себя; но «дабы беззаконія царя не были соблазнительны для народа, епископы грозили ужасною церковною клятвой тому, кто дерзнетъ взять четвертую жену». Это совершилось въ 1572 году, а уже въ 1577 году царица пострижена, вѣроятно насильно, въ Тихвинской обители и уступила мѣсто свое Анне№ Васильчиковой; называлась лп эта пятая жена Іоаннова царицей, совершилось ли бракосочетанйе—неизвѣстно, но съ ея преемницею, «прекрасною вдовой» Василисою Мелентьевой, царь положительно не вѣнчался, а взялъ только молитву на сожитіе№ съ нею, съ «женищемъ»; отъ послѣдней, седьмой супруги Іоанновой, отъ Маріи Нагихъ, родился царевичъ Димитрій, и этимъ обусловилось все, что сопряжено съ именемъ Годунова.

Инокиня Дарья, бывшая царица Анна Алексѣевна, во время хозяйничанія въ монастырѣ шведовъ и литовцевъ, съ двумя племянницами своими, княжнами Леонидой и Александрой Гагариными, скиталась по лѣсамъ, какъ в другіе монахини, н тайно, говоритъ преданіе, собирались они въ обитель на служенйе литургіи; жила она въ это время близъ одного озера, называемаго Царицынымъ, где№ теперь поставлена часовня, и еще въ 1854 году виднѣлись остатки какого-то деревяннаго жилья. После Столбовскаго мира Введенская обитель восстановлена вполне и лучше прежняго инокиней-царицей, управлявшею сю. Въ монастырѣ хранится ея духовная, въ которой объяснено, что все въ храмахъ и монастырѣ устроено ею, и подробно указано, кому что наслѣдовать, причемъ не забыты и распределены различные розданные ею крестьянамъ «для ихъ скудости» денежные займы и приказано взять: съ Иванки пятьдесятъ рублевъ, съ Макарки двадцать рублевъ, съ Федьки десять, съ Михалки два рубли и т. н. Главнымъ наслѣдникомъ оказался монастырь, ею воссозданный.

Согласно новѣйшимъ изысканіямъ Токмакова, противорѣчащимъ тому, что извѣстно было до сего дня, Введенскйй монастырь основанъ въ 1560 году, т. е. позднее Богородицкаго, задуманнаго царемъ Іоанномъ въ 1547 году и воплотившегося въ 1560; это мнѣнйе о возникновеніи обѣихъ обителей одновременно едва ли справедливо, и дѣвичью Введенскую надо, кажется, признать за древнейшую. Возобновленіе ея въ ХУТ вѣке опред\ляетъ характеръ монастырской архитектуры, но въ послѣднее время зданія сильно подновлены. Надъ широкими дверями монастыря, каменными и невысокими стенами съ башнями, обсаженными деревьями, имѣющими несколько садовъ и содержимыми въ порядкѣ, высится колокольня, выстроенная недавно въ «простомъ и пріятномъ стилѣ»; это одно изъ ничего не говорящихъ опредѣленій} часто встрѣчающихся въ любительскихъ описаніяхъ нашего зодчества, и по характеру своему близко напоминаетъ «благородную полувоенную архитектуру» большего монастыря. Монахинь и послушницъ 200, но въ полное монашеское одѣяніе пострижено только 26, въ томъ числѣ одна схимонахиня. Всѣ доходы монастыря 8,400 рублей, изъ которыхъ отъ правительства на ладанъ, просфоры и штатной суммы полагается 311 руб. 70 коп.; до 1764 года за обителью считалось 1,388 душъ, съ 380 десятинами и угодьями.

Монастырь окруженъ стеной и внутреннйй дворъ его оттененъ вѣковыми деревьями. Въ немъ два храма: холодный о трехъ куполахъ и лѣтнйй храмъ о двухъ. Въ первомъ изъ нихъ шестиярусный иконостасъ и обиліе иконъ, очень древнихъ; влево отъ входа покоится инокиня Дарья, супруга Іоаннова, и нѣчто въ родѣ раки, съ неугасаемою лампадой, обозначаетъ мѣсто ея послѣдняго упо-- коеня. Въ монастыре поютъ замѣчательно хорошо, въ чемъ можно было уб8- убедиться при посѣщенйи кельи игуменьі: зд\сь, какъ и въ жилищѣ архимандрита мужского монастыря, спѣто было нѣсколько духовныхъ пѣсенъ, и звучали голоса замѣчательные, свидѣтельствовавшіе о томъ, что монастырское пѣніе въ Тихвине стоитъ на высокой степени совершенства и дѣлаетъ честь темъ, кто завѣдуетъ и наблюдаетъ за нимъ.

Весьма продолжительный осмотръ многоценныхъ предметовъ Тихвинской святыни окончился часамъ къ двумъ пополудни, и путника прослѣдовали въ свое помѣщеніе для кратковременнаго отдыха, такъ какъ къ тремъ часамъ предполагалась закладка памятника Петру Великому, которая, въ назначенный срокъ, и состоялась. Памятникъ этотъ будетъ имѣть видъ хорошенькой маленькой каменной часовни на правомъ берегу Тихвинки, противъ монастыря; нельзя не замѣтить, что сколько бы памятниковъ ни поставили великому царю надъ нашими водными системами, всѣ они будутъ у мѣста, потому что глухіе дебри пробуждены имъ и, въ значительной степени, исхожены его собственными царскими стопами.

ме млиилл ои ллеели.

Сноски

5. Икона эта, какъ извѣстно, въ настоящее время уже возвращена Старой Руссѣ.