Вейсенштейн: оригинал издания
Замок, город и сюжеты средневековой истории края. С. 188-197. Текст в орфографии издания 1897 года.
Вейсенштейн, с. 188-197. Начало на с. 188.
Вейсенитейнь.
Мыза Аррокюль. Мызная полиція. Отъѣздъ въ Вейсенштейнъ. Пейзажъ. Преобладаніе деревянныхъ построекъ. Историческое о православіи въ 1849, 1865 и 1883 годахъ. Дѣятельность администраціи. Шестимѣсячные сроки и предбрачныя расписки. Проповѣди пасторовъ. Генералъ-губернаторъ Суворовъ и другіе. Пророчество Императора Николая 1. Характеръ новейшихъ обращенйй въ православіе. Якобсонъ. Свѣтскйй характеръ лютеранской консисторіи. Развалины. Историческое. Церкви. Картина Ге. Параллель между русскимъ священникомъ и лютеранскимъ пасторомъ. Возвращенйе въ Аррокюль.
ъ четыре часа пополудни, 30 іюня, покинувъ Юрьевъ, путники прибыли около семи часовъ на станцію Ракке, отстоящую отъ города на 74 версты. Ровно черезъ часъ находились они въ Аррокюлѣ, имѣнйи, принадлежащемъ графинѣ Толь, урожденной Игнатьевой, съ тѣмъ
расчетомъ, чтобы проѣхать въ городъ Вейсенштейнъ и вернуться обратно,
для дальнѣйшего следованія въ городъ Везенбергъ.
Вейсенштейнъ, Везенбергъ—два небольшйе городка Эстляндской губерніи, мало кому известные у насъ даже по имени, представляли тотъ интересъ, что могли дать образчикъ самыхъ маленькихъ, еще не посѣщенныхъ центровъ балтийскаго края.
Местность подле Аррокюля ровная, безлѣсная. Господскйй домъ массивный, каменный, окруженный экономическими постройками, оттененъ почтенными деревьями стараго сада, къ которому, почти вплотную, прилегаетъ роскошный, большой паркъ, и въ одномъ мѣсте его виднѣется красивая часовня — усыпальница семьи хозяевъ.
Нельзя было не обратить вниманія на тотъ порядокъ, который здесь, какъ и въ другихъ усадьбахъ этого края, бросался въ глаза. Чувствовалась умелая, опытная, очень строгая рука мѣстной администраціи и сами собою напрашивались сравненія съ нѣкоторыми особенностями нашего, отходящего въ былое, строя сельской полиціи, требующего значительнаго измѣненія. Конечно, не въ одной сельской полиціи дѣло, но почти полное отсутствіе ея во всякомъ случае не достоинство. Если въ чемъ, такъ именно въ этомъ надо отдать прибалтийскимъ нѣмцамъ полную справедливость, и нѣкоторыя заимствованія будутъ вовсе не вредны.
Организація прибалтийской полицйи, насколько она еще не тронута мѣропріятіями новейшего времени, представляется весьма своеобразною. Собственно говоря, тутъ две% полиціи: одна, имѣющая нѣкоторое, но только по внѣшности, сходство съ нашею городскою и сельскою полиціей, и другая, совершенно своеобразная, административной власти не подчиненная, «мызная» полиція, становящаяся, по самому существу своему, и очень нерѣдко, не только во враждебныя, но даже и въ комическіе отношенія къ первой, въ особенности къ нижней ея инстанціи—полиціи волостной; но видимый порядокъ зависитъ отъ системы, которая основана на самыхъ дѣйствительныхъ средствахъ: денежныхъ штрафахъ, взимаемыхъ строго и безъ всякаго снисхожденія.
Вейсенштейнъ—-городокъ, отстоящій отъ Аррокюля на 32 версты. Отчасти знакомый уже характерный пейзажъ, имѣющій немного деревень, снова развернулся въ бледномъ освещеніи солнца, по временамъ заволакиваемаго облаками. Дорога, тщательно размѣренная столбиками и камнями, свидѣтельствовавшими о хозяйственномъ распредѣленіи ея между тЁми, кому надлежитъ чинить, шла по мѣстности довольно ровной, только изрѣдка сбѣгая въ пологія котловины едва замѣтныхъ холмовъ. Крестьянскіе дома, попадавшіеся въ пути, были далеко не роскошны, попадались попросту хаты съ накрененными пристройками, жердяные заборы; телѣги и лошади плохенькія.
Крестьянскіе дома далеко не роскошны и во многомъ напоминаютъ наши, те№, что побѣднѣе. Въ здешнихъ четырехъ уездахъ Эстляндской губернйи: Ревельскомъ, Везенбергскомъ, Вейсенштейнскомъ и Гапсальскомъ или, какъ ихъ тутъ называютъ, въ провинціяхъ Гарріи, Вирландѣ, Іервенѣ и Вике, „число всѣхъ домовъ, крытыхъ тЁмъ или другимъ матеріаломъ, за 1885 годъ, представляется въ слѣдующихъ, очень красноречивыхъ для пейзажа и другихъ соображеній, цифрахъ
тесомъ. .. ........ 690 домовъ черепицей. . . ......... 1,и135 э лубкомъ. ............ 4,626 соломой. . ......... 33,и891 »
Въ Лифляндской губернйи соотношеніе остается почти темъ же для всѣхъ восьми уездовъ:
тесомъ ,. . ........ 1,184 дома лубкомъ. ........... 10,174 › соломой. ........... 56,769 ,
Изъ этихъ цифръ явствуетъ, что нѣкоторая романтичность въ прибалтийскомъ пейзаже, несомнѣнно, существуетъ и, съ этой точки зрѣнйя, еще не утратила той художественности, которая, по словамъ извѣстнаго германскаго эстетика Фридриха Фишера, сглаживается и исчезаетъ съ развитіемъ культуры, телеграфовъ и желѣзныхъ дорогъ. Противъ цифръ спорить трудно.
Направляясь въ Вейсенштейнъ, путники подвигались на западъ, къ тѣмъ мѣстамъ Эстляндской губернйи, где№ началось или, лучше сказать, много-
Братно начиналось движеніе эстовъ въ православіе. Изъ разговоровъ съ м\местными жителями выяснилась одна, до такой степени своеобразная, особенность Вейсенштейна, что она не могла не навести на цѣлый рядъ мыслей по вопросу объ отношеніяхъ православія къ лютеранству въ здѣшнемъ крае. Изъ разговоровъ этихъ можно было заключить, что здешній православный священникъ, или его предшественникъ, и лютеранскйй пасторъ, или его предшественникъ, жили постоянно не только въ мирѣ, но даже въ дружбе%, и что только смерть пастора прекратила ее. Это нѣчто совершенно исключительное, единственное и какъ примѣръ разрѣшенія одного изъ жгучихъ мѣстныхъ вопросовъ, крайне желательнаго. Этой дружбы, этого единенйя между духовенствомъ православнымъ и лютеранскимъ, къ сожалѣнію, нѣтъ здѣсь нигдѣ. Отчего? что говоритъ прошедшее? что говоритъ настоящее?
При описаніи Риги было упомянуто вкратце о первомъ движеніи въ православіе въ сороковыхъ годахъ, обусловленномъ неурожайнымъ временемъ, тяготой тогдашняго безвыходнаго положенія@я крестьянъ и, главное, запрещеніемъ имъ вступать въ гернгутерскіе братства въ 1839 году. Упоминалось о страшно тяжелыхъ годахъ православной церкви въ краѣ. Все, что можно было сдѣлать противъ православія, было сдѣлано: преосвященному Иринарху возбранено записывать желавшихъ обратиться въ православіе и сказано не принимать никакихъ по этому предмету просьбъ; въ Петербургъ, шефу жандармовъ Бенкендорфу, написано отъ генералъ-губернатора Палена, что это движеніе въ православіе—«возмущеніе» и потребованы войска; оберъпрокуроръ Св. Синода рекомендовалъ Иринарху «не вмѣшиваться въ это чисто гражданское дѣло» и, наконецъ, въ 1841 году самъ преосвященный, подъ «присмотромъ особаго чиновника, увезенъ, черезъ Митаву, въ Псковъ. Такимъ образомъ было «усмирено» представленное «возмущеніемъ» и признано «гражданскимъ дѣломъ» стремленйе чисто духовнаго свойства. Ведь не проявилось же оно раньше, пока существовали гернгутерскіе общины и доступъ къ нимъ народу не запрещался; общинъ этихъ, еще въ концѣ прошлаго вѣка, имѣлось въ крае сто сорокъ четыре, и шли къ нимъ бѣдные люди потому, что проповѣдники гернгутерскіе не были тЁмъ, чёмъ были всегда лютеранскйе пасторы — «церковными помѣщиками» — «Кисеп-Негпэ; потому что гернгутерскйй домъ молитвы не былъ домомъ страха, не объявлялись тутъ распоряженія помѣщиковъ, объясняемыя и подкрепляемыя текстами Св. Писанія съ церковной кафедры и покорность не была единственной темой гернгутерскихъ проповѣдей. Не подтасованъ же, въ самомъ дл8, исторіей тотъ фактъ, что, какъ только запретили гернгутерство въ 1839 году, такъ тотчасъ же, словно по данному знаку, въ сороковомъ году, началось движеніе въ православіе? Что гернгутерство успокаивало, удовлетворяло людей бѣдныхъ, видно уже изъ числа общинъ,—-числа, которое, ко времени ихъ закрытія, значительно возросло. Отчего же въ самомъ дѣле№ не сказывалось стремленіе къ православію раньше? Отчего же не обвиняли тогда, бессильное теперь, гернгутерство въ томъ, въ чемъ обвиняютъ православную церковь: Въ обѣщанйи, для привлеченія къ себѣ, всякихъ земныхъ благъ? Удивительно ли, что крестьяне бросились тогда къ православію, потому что очень хорошо испытывали на себе% практику того, что доказывали на ландтаге 1841 года Гиммельстіернъ и Фелькерзамъ словами, а именно: что дворяне, освободивъ крестьянъ безъ земли, совершили вовсе не подвигъ, а <выгодное дѣло», «ейп рпбез Сезсѣ&й»э.
Какъ бы то ни было, но первое движеніе въ православіе, мало-помалу, прекращено, и пламя направлено подъ пепелъ. Глубоко справедливо мнѣніе, что православная церковь въ те& дни, «благодаря примиряющему отношенію своему, охранила край отъ более важныхъ замѣшательствъ». Но развѣ, въ самомъ дѣлѣ, не достаточной причиной перехода въ православіе послужило закрытіе двухсотъ религіозныхъ гернгутерскихъ общинъ, удовлетворявшихъ тй потребности духа, которыя не удовлетворялись «церковными помѣщиками», объяснявшими распоряженія св\светскихъ помещиковъ въ духовныхъ проповѣдяхъ? Разве$ нужно непремѣнно доказывать то, чего не было, а именно: что православіе подкупало обѣщаніемъ денегъ, земли и проч., когда действительная причина такъ ясна.
Какъ бы то ни было, но живое движеніе сороковыхъ годовъ было ослаблено, оно ушло вглубь, и тутъ встр/чаемь мы въ 1845 — 1846 годахъ достаточно своеобразную, только совсемъ особыми условіями объяснимую, борьбу правительственныхъ мѣропріятий и м\местныхъ распоряжений. Съ одной стороны, Императоръ Николай 1, по донесенію шефа жандармовъ, графа Орлова, поставляетъ балтийскаго генералъ-губернатора въ извѣстность, «что отказывать въ присоединеніи къ нашей церкви противно нашимъ установленіямъ и чтобы просители были немедленно присоединяемы и божественное богослуженіе совершалось на ихъ языкѣ», что «не слѣдуетъ допускать подстрекательствъ къ переходу въ православіе, но, вмѣсте съ тёмъ, устранять всякое тому противодѣйствіе». Съ другой стороны, рижское городское управленіе объявляетъ латышамъ, что, съ переходомъ ихъ въ православіе, они лишаются права быть возчиками, и всѣ желавшйе присоединиться высланы изъ города; православнымъ священникамъ запрещено пос щать жилища православныхъ на помѣщичьихъ земляхъ; запрещено хоронить перешедшихъ въ православіе на лютеранскихъ кладбищахъ н т. д. Тюрьмы оказались полными, а обращеніе все шло, да шло, и въ православіе обратилось около ста тысячъ народа. Некоторыя правительственныя уступки, напримѣръ: запрещеніе православнымъ священникамъ, даже въ предѣлахъ своего прихода, исполнять требы иначе, какъ въ сопровожденіи благонадежнаго чиновника; распоряженіе о томъ, чтобы записыванія на присоединеніе къ православію дѣлались тоже въ присутствіи полицейскаго чиновника и, въ особенности, установленіе въ декабрѣ 1845 года шестимѣсячнаго срока со времени заявленія желанія присоединиться къ православію (за это Шестимѣсячное время «отступникъ» могъ вволю убеждаться въ томъ, что будетъ ожидать его: онъ становился «внѣ закона»), не умиротворяли людей, метавшихъ громъ и молнію въ православіе; все ярче раздавались проповѣди Вальтера, Бергхольца, Кельбранта, Мазинга, предававшія русскихъ анафемѣ. Тяжело, безвыходно тяжело, было для крестьянъ это время, и все-таки генералъ - губернаторъ Головинъ свидѣтельствовалъ «о безприм%рной кротостинарода народа», а особые суды, установленные для дѣлъ «о разглашателяхъ» православія, несмотря на все свое желанйе, не могли постановить ни одного приговора.
Хотя въ 1865 году рижскому архіепископу Платону, впослѣдствіи митро- Политу кіевскому, и удалось исходатайствовать отмѣну шестимѣсячнаго срока наставленйя, но, одновременно съ этимъ, въ томъ же году, послѣдовала совершенно сходная съ этою, по значенію своему, другая правительственная мѣра, а именно отмѣна, для прибалтийскихъ губернйй такъ называемыхъ «предбрачныхъ подписокъ», которыми, при смѣшанныхъ бракахъ, брачущіеся обязывались крестить д\детей въ православную вѣру. Объ этой отмѣнѣ упорно ходатайствовало мѣстное дворянство; не довольствуясь антиправославною пропагандою и тѣмъ, что начались отпаденія отъ православія, совершавшіеся благодаря попустительству властей, оно желало обеспечить лютеранству будущіе, нарождающіеся поколѣнія. Томъ Х, часть 1, зак. гражд., глава 1], ст.67, гласитъ, что: если женихъ или невѣста принадлежатъ къ православному исповеданію, то, въ этомъ случае, везде№, кроме$ Финляндіи, требуется, чтобы лица другихъ исповѣданій, вступая въ бракъ съ лицомъ православнаго исповѣданія, давали подписку о томъ, что дети ихъ будутъ крещены въ православіе. 15 марта 1865 года послѣдовало секретное повелѣніе, отмѣнявшее для балтийского края обязательность этихъ подписокъ, и только Императоръ Александръ ШШ, 36 іюля 1885 года, повелѣлъ «немедленно принять мѣры», къ восстановленію въ полной силе№ существующего закона относительно отобранія, при смѣшанныхъ бракахъ, подписокъ. восстановленіе общего для государства закона, съ которымъ оно выросло и окрѣпло, окончательно уничтожитъ ту несообразность, что русскіе, завоевавшйе прибалтийский край, явились въ качествѣ побежденныхъ, поступившись однимъ изъ своихъ основныхъ, существенныхъ законовъ. Ближайшему будущему назначено только слѣдить за точнымъ исполненіемъ его.
Прямымъ слѣдствіемъ долговременной уступчивости и непослѣдовательности административныхъ властей и безусловной неуступчивости и послѣдовательности мѣстнаго дворянства явилось то, что съ конца шестидесятыхъ годовъ, въ прибалтийскомъ крае, усилилось въ народе обратное только помянутому, движеніе изъ православія#я въ лютеранство. Много способствовалъ этому занявшйй съ 1855 года м\место генерал-супер-интенданта Вальтеръ, и съ кафедръ церковныхъ стали громко доказывать на все$ лады, что крестьяне обращались въ православіе путемъ обманнымъ. Характерно, что въ 1857 году генералъ-губернаторъ, во всеподданнѣйшемъ отчете}, ходатайствовалъ о пересмотре$ «всехъ законоположенйй лютеранской церкви», есть о такой именно мѣрѣ, о какой ходатайствовали въ 1861 году, во время возмущенія, епископы въ Варшавѣ относительно церкви католической! 9-го марта 1864 года Вальтеръ, при открытіи лифляндскаго ландтага, произнесъ рѣчь, въ которой доказывалось, что въ балтийскихъ губернйяхъ «господствующею церковью должна быть протестантская, а господствующею народностью — нѣмецкая! Хотя последнее изъ упомянутыхъ ходатайствъ было отклонено комитетомъ министровъ, хотя Вальтеръ былъ высланъ, но зато въ край командировано особо дов8доверенное лицо, немедленно, якобы, убѣдившееся въ томъ, что движеніе въ православіе& въ 1845 и въ 1846 годахъ было «офиціальнымъ обманомъ» и что изъ 140,000 православныхъ только "/ло часть къ 1864 году исповѣдуетъ ‚эту в%ру!
Было время, когда цензура православныхъ изданйй находилась въ рукахъ лютеранъ; когда не вѣдомство Свят&йшаго Синода, а министерство внутреннихъ дѣлъ изготовляло и представляло всеподданнѣйшіе доклады о вопросахъ чисто догматическихъ по деламъ церковнымъ въ балтийскомъ краѣ. Было время, когда писанія Сиверса, Бока, Экардта и Ширрена ставили насъ на непрошеный судъ Европы, и въ 1870 году, въ Женевѣ, Ени читалъ публичныя лекціи объ угнетеніи лютеранства въ прибалтийскихъ губерніяхъ, и члены евангелическаго союза возымѣли дерзкую мысль испросить, по этому поводу, аудіенцію у Императора Александра П за границей!
И несмотря на все это, православіе находило людей, искавшихъ его, жертвовавшихъ всѣмъ своимъ имуществомъ, потому что, по мѣстному воззрѣнію, пользованіе усадьбами являлось привилегіей лютеранъ, и человѣкъ, становившийся православнымъ, лишался права на него. Какъ не вспомнить при этомъ случае% двухъ пророчествъ. Одно принадлежитъ преосвященному Иринарху, писавшему въ 1841 году въ Синодъ: «Посѣянное въ Лифляндіи сѣмя православія прозябнетъ и возрастетъ. Другое—это слова Императора Николая 1. Онъ повелѣлъ составить проектъ «духовно-лютеранской академіи»,— проектъ, не понравившійся прибалтийскому дворянству, предпочитавшему, чтобы духовенство оставалось его слепымъ орудіемъ, и 23-го марта 1843 года государь, на докладе% объ этомъ графа Уварова, начерталъ; «Когда изъ непонятныхъ видовъ сами они (дворяне) противодействуютъ, то остается предоставить волѣ Божіей дальнѣйший шйй ходъ сего дѣла. Кто знаетъ, можетъ-быть, неисповѣдимый Промыслъ направляетъ невидимою рукой сію церковь къ разрушенію, и тогда никакая сила не остановитъ стремленія народа къ православію. Должно только все такъ подготовить, чтобы церковь наша была готова принять новыхъ чадъ. Для того уже все духовныя книги и служебники переводятся на мѣстные языки». Правъ былъ преосвященный Иринархъ—сѣмя «прозябло» и дало ростки; правъ былъ Императоръ, сказавъ, что «никакая сила» не удержитъ людей отъ стремленйя къ православію. Стремленіе это продолжало сказываться постоянно, несмотря на то, что люди съ достаточною наглядностью могли убедиться въ томъ, что всякая надежда на поддержку ихъ въ законодательныхъ и административныхъ сферахъ потеряна, и все-таки они шли, и шли не всегда въ одиночку, а даже скопомъ. Такъ, скромное посланіе преосвященнаго Филарета, переведенное на эстонскій и латышскій языки, обусловило, въ 1866 году, переходъ въ православіе большей части Тукума, хотя полиція и отбирала эти листки, «не пропущенные лютеранской цензурой», и въ марте& 1867 года самъ преосвященный перемѣщенъ. Вся мрачность картины положенйя православія въ крае% отразилась вполнѣ въ одномъ литературномъ произведеніи, въ Запискахъ священника Лийца, подъ псевдонимомъ Индриха Страумита; это «эпопея наболѣвшей души народа, мартирологія праправославія, и когда можно будетъ ихъ напечатать, то они сдѣлаются любимѣйшимъ чтеніемъ для народа». Лийцъ кончилъ курсъ въ рижской семинаріи въ 1857 году.
Въ 1876 году уничтожено прибалтийское генералъ-губернаторство, и притупились мѣстные балтийскіе интересы, въ виду другихъ, гораздо болѣе крупныхъ историческихъ событій Замолкъ, на наряду съ другими, и вопросъ религіозный. Къ этому времени, или немного ранее его, правительственная уступчивость достигла своего апогея: въ 1874 году, 22-го іюля, предписано прекратить все д&ла, возбужденныя противъ лютеранскихъ пасторовъ за совершеніе требъ надъ уклоняющимися отъ православія, а въ 1880 году министръ внутреннихъ дѣлъ Маковъ, увѣдомленный лифляндскимъ губернаторомъ о томъ, что пасторъ Гассельблатъ совратилъ въ лютеранство тридцать шесть человекъ, не принялъ противъ него никакихъ мѣръ «въ ввиду того, что онъ въ первый разъ сдѣлалъ это преступленіе»! Отпаденія отъ православія, подъ всевозможными давленіями, принесли свой плодъ: съ 1857 по 1863 отпало до 9,000 человѣкъ, въ 1864—11,000, въ 1880—до 40,000. По отчету преосвященнаго Филарета, изъ общего числа православныхъ въ крае% (194,787 человѣкъ) не уклонившихся только 117,288. Проповѣди пасторовъ, шестимѣсячные сроки, уничтоженіе предбрачныхъ подписокъ и, главное, взгляды дворянства, поддержанные нередко и высшими административными властями, своихъ цѣлей достигали.
Местные люди приглашались, какъ это видно изъ рѣшенія статсъ-секретаря Макова, на «вторичныя» преступленія. Смутно и бестолково было положеніе религіозныхъ делъ въ крае, о которомъ можно бы было привести, въ случае% надобности, множество поразительнѣйшихъ фактовъ, съ именами собственными и самыми прочными датами, но, избѣгая особенно мрачныхъ красокъ, надо обойтись безъ нихъ. Вдругъ, уже очень недавно и опять-таки не по почину православной церкви, а по почину лютеранской, усилились вторичныя обращенія въ православіе, которыя совершаются и до сихъ поръ. Какъ тогда, въ сороковыхъ годахъ, главнымъ поводомъ, послѣднею каплей въ чашѣ, было уничтоженіе гернгутерскихъ общинъ, такъ тутъ явилось собираніе пожертвованйй на 400-лѣтний юбилей Лютера, начавшееся въ октябре$ 1883 года. Первообращенный явился въ Леалѣ, затѣмъ пошли обращенія въ вердерскомъ и паденормскомъ приходахъ, протянулись они на прибалтийскіе острова, на Даго, и нашли себе№ дорогу дальше, чѣмъ прежде, въ Курляндскую губернію— въ Сисмакенъ, Домеснесъ и Тальсенъ; переходятъ не только эсты и латыши, но даже малые остатки, какимъ-то чудомъ сохранившихся, ливовъ. Нетъ въ этихъ обращенйяхъ той многочисленности, которая сказывалась раньше, но въ нихъ гораздо более прочности. Если въ сороковыхъ годахъ главной причиной было закрытіе гернгутерскихъ общинъ и неясное исканйе «духа жива», то теперь стремленйе это получило больше прочности, благодаря тому, что съ нимъ слился, ставшій яснымъ, вопросъ о національности. Эсты и латыши не хотятъ умирать какъ племя, они взываютъ о своемъ желаніи быть въ единстве съ русскимъ царемъ и русскимъ народомъ; возникло вновь понятіе и терминъ
«царской вѣры», долженствующей быть господствующею въ краѣ, терминъ, бывшйй въ ходу до 1845 года, и, наконецъ, иначе смотритъ на этотъ вопросъ наше правительство, во многомъ уже восстановившее весьма старательно „ подпиленныя и подточенныя святыя права православія.
Эти вторичныя обращенія съ 1883 года начались прежде всего съ сектантовъ, которыхъ въ балтийскомъ крае\ много. Тогда только умеръ Якобсонъ, редакторъ эстонской газеты «Саккала», человѣкъ, ставшйй во главѣ движенія по вопросу о единенйи съ Россйей; насколько его не любило местное дворянство, видно изъ того, что оно выхлопотало восьмимѣсячное запрещеніе «Саккалы; насколько онъ былъ дорогъ другимъ, выказалось на его похоронахъ въ 1882 году, въ Феннернѣ, очень недалекомъ отсюда: многіе тысячи проводили его въ могилу. Онъ не дожилъ до развитія обращеній въ православіе, но на нихъ смотрятъ десятки тысячъ отпавшихъ отъ православія, смотритъ лютеранское крестьянство, связанное съ киркой, въ большинстве случаевъ, отъ временъ историческихъ, только внешними узами. О томъ, насколько вообще эсты и латыши склонны къ измѣненію вероисповѣданий, что об обусловлено какъ насильственнымъ введеніемъ католичества въ ХШПП вкй, такъ и безпри, мѣрно легкимъ, такъ сказать, административнымъ обращеніемъ страны въ лютеранство въ ХУТ вѣке%, даетъ многія любопытныя указания Трусманъ, въ своемъ труде: «Введеніе христіанства въ Лифляндіи».
Перебирая и сопоставляя самые разнообразные источники по этому вопросу, нельзя не остановиться на нѣкоторыхъ любопытныхъ замѣчаніяхъ. Такъ, одинъ изъ доводовъ множества немецкихъ памфлетовъ, направленныхъ противъ православія, это тотъ, что Императоръ Всероссійскій, воплощеніе власти свѣтской, есть, въ то же время, и глава церкви, и что это, будто бы, лютеранамъ непригодно. Мы не имѣемъ никакой причины обсуждать здесь суть этого вопроса; но странно, что и въ маленькомъ прибалтийскомъ крае и его маленькой самостоятельной лютеранской церкви, отношеніе свѣтской власти къ духовной представляется именно такимъ, противъ какого возражаютъ памфлеты. Пасторы выбираются здесь исключительно дворянствомъ, въ силу патронатства; супер-интендантовъ выбираетъ ландтагъ; хозяйствомъ завѣдуютъ въ Лифляндской губерніи ландраты, въ Курляндской — матрикулованные дворяне, и, наконецъ, мѣстныя евангелическо-лютеранскіе консисторіи, составляющіе высшія губернскіе инстанціи по дѣламъ духовно-судебно-административнымъ, состоятъ изъ свѣтскаго президента, духовнаго вице-президента, двухъ духовныхъ и двухъ св\светскихъ засѣдателей, и все% они избираются не кѣмъ инымъ, какъ дворянствомъ, несомнѣнно, св\светскимъ. Не представляетъ ли такая консисторія, высшая духовная инстанція, доказательство того, что м\местная светская власть въ прибалтийскомъ крае% есть, въ то же самое время, и высшее воплощеніе власти духовной? Не такъ уже это непригодно, какъ объясняютъ различные памфлеты относительно церкви православной.
Городокъ Вейсенштейнъ, имѣющйй около 3,000 жителей, опрятенъ и миловиденъ, какъ н большинство городковъ въ здѣшнемъ краѣ. Красиво поднимается надъ нимъ расположенная на холме изящная, о пяти куполахъ, правоправославная церковь, а на другомъ холмѣ—восьмигранная башня старой развалины. Улицы все$ мощены; лютеранская церковь — что совершенная особенность— уступаетъ русской въ благолѣпіи, но старше ея годами я очень почтенна въ своихъ скромныхъ, безъ всякихъ изворотовъ и кривлянйй, архитектурныхъ линіяхъ.
Какъ ни малъ Вейсенштейнъ, но и онъ имѣетъ что рассказать какъ о далекомъ быломъ, такъ и о болѣе близкихъ къ намъ дняхъ. Основанъ онъ ландмейстеромъ Медемомъ въ 1265 или 1266 годахъ, одновременно съ Митавой. Въ ХУ в№х% умеръ здесь комтуръ Гельвигъ Гильзенъ, обладавшій почему-то неисчерпаемыми богатствами; по смерти его, ихъ забралъ ландмейстеръ Керсдорфъ и отправилъ въ Пруссію, и, несмотря на то, что орденъ протестовалъ, клады Вейсенштейна исчезли. Было здѣсь и другое начальствующее лицо, фохтъ фонт-Тюленъ, носившйй на груди своей золотую цепь въ 21 фунтъ вёсомъ. Съ 1572 по 1581 годъ сидѣлъ здѣсь русский воевода, послѣ него шведы, затѣмъ поляки. Очень любопытенъ длившййся не одно столѣтіе споръ города съ помѣщиками сосѣдняго Мексгофа, на землѣ котораго онъ возникъ. Уже въ 1398 году получилъ Вейсенштейнъ свои особыя <привилегіи». Королева Христина шведская, обильно раздававшая здѣсь въ крае% своимъ вельможамъ помѣстья, подарила замокъ Мексгофъ фельдмаршалу Торстенсону въ 1636 году; въ 1669 году продано это владѣніе Ферзену и Страсбургеру, и за первымъ изъ нихъ въ 1673 году утверждено Карломъ ХП владѣніе. При редукціяхъ, Мексгофъ перешелъ къ шведской коронѣ, но вдова, наслѣдница, не убоялась спорить даже съ нею. Когда редукціямъ, по великодушію русскаго царя, данъ былъ обратный ходъ, то комиссія, рассматривавшая права владѣнія, утвердила собственность Мексгофа за барономъ Штакельбергомъ, и городъ Вейсенштейнъ, по примѣру прежнихъ летъ, эксплуатировался новымъ помѣщикомъ не хуже старыхъ. Однимъ почеркомъ пера Екатерины П, послѣ необозримо долгихъ споровъ, былъ Вейсенштейнъ освобожденъ отъ крѣпостной зависимости, сдѣланъ въ 1783 году уезднымъ городомъ, а Штакельбергъ вознагражденъ со щедростью, им!вшею слишкомъ частое примѣненіе въ балтййскомъ крае&: указъ 1-го декабря 1789 года объясняетъ, что, взамѣнъ земель, луговъ и строенйй, отошедшихъ въ пользу вновь созданнаго города, и въ вознагражденіе за перешедшіе къ короне сборы и подати, Штакельбергамъ отданы въ вѣчное владѣніе четыре мызы съ угодьями. Споръ среднев\коваго характера былъ поконченъ, но заплатила за это опять-таки наша щедрая казна.
Небольшой лютеранскйй храмъ въ Вейсенштейнѣ, сгорѣвший въ 1845 году, вновь отстроенъ, какъ и многіе лютеранскіе храмы, на русскіе деньги, великодушно пожертвованныя Императоромъ Николаемъ Г, освященъ онъ въ 1847 г. Одно изъ украшенйй его не могло не броситься въ глаза, Как-то странно и невѣроятно было очутиться, совершенно неожиданно, лицомъ къ лицу, съ картиной, служащею здёсь образомъ, болѣе чёмъ радикально-реальнаго характера, а именно съ копіей, во всю величину, «Тайной Вечери»—Ге. Кто не помнитъ очень хорошо времени возникновенйя этой картины, времени «Современника» и «Русскаго Слова», времени радикализма шестидесятыхъ годовъ; въ
— -ч нииии
христіанской церкви, въ доме% благодати, она совершенно немыслима. И гдѣ же виситъ эта картина?--Въ Вейсенштейнѣ, тюрьму котораго, какъ говорятъ, можно бы упразднить, потому что въ ней заключенныхъ не бываетъ и суще- „существованіе ея было искусственнымъ образомъ поддержано сторожемъ, посадившимъ, какъ говорятъ, въ нее своего сына, чтобы значился по спискамъ хотя какой-нибудь арестантъ; въ Вейсенштейнѣ мирномъ городке, где дружили даже пасторъ со священникомъ и гдѣ, еще въ тридцатыхъ годахъ, согласно преданію, по счастливой мысли одного врача, вполнѣ достойной подражанія, была разыграна въ лотерею семья неймущихъ: на лотерею брали билеты и выигравшйй обязывался —п д\действительно исполнилъ обязательство,— содержать эту семью.
Достойны внимательнаго осмотра мѣстныя развалины. Теперь высится только одна восъьмиугольная башня съ погребомъ, отъ которой былъ когда-то ходъ къ озеру, но еще въ 1872 году стояла тутъ другая, круглая башня, опрокинутая бурей; хотя отъ стенъ з&замка сохранилось немного, но общій планъ его совершенно ясенъ и имеется остатокъ церкви. Молодыя деревца поднимаются по зеленеющимъ газонамъ стараго пепелища.
Не мало интереснаго замѣчено въ этотъ день. рассказъ о дружбѣ русскаго священника и лютеранскаго пастора упорно наводилъ мысль на параллель положенія обѣихъ церквей въ балтийскомъ крае№. Пасторъ здѣсь—-у себя дома; онъ хорошо обставленъ и пользуется доходами съ пасторатскихъ владѣній; еще въ юрьевскомъ университете сходится онъ со своими однолѣтками, занимающими со временемъ въ крае болѣе или менѣе видныя места; онъ регзопа ктайвзйпа у ближнихъ помѣщиковъ, где онъ креститъ, женитъ, хоронитъ. Нашъ священникъ чужбине№; онъ не получаетъ того же жалованья, а вида не имѣетъ; онъ имѣетъ д\ло только съ самыми бѣднѣйшими людьми, съ «изгоями» края, и тЁ, кто друзья пастора, —его несомнѣнные недоброжелатели. Трудны миссйи православныхъ въ странахъ языческихъ, но, право, гораздо труднее имъ въ прибалтийскомъ краѣ. И скромны же эти люди, и робки, и цѣпко стоятъ на своихъ постахъ во главе тЁхъ русскихъ «тружениковъ», о которыхъ въ своей юрьевской рѣчи вспоминалъ Великий Князь.
Въ третьемъ часу пополудни путники возвращались тЁмъ же путемъ, какимъ прибыли, въ Аррокюль. Влѣво отъ пути, въ имѣніи барона Штакельберга, виднѣлся курганъ, въ которомъ покоятся ратники царя Іоанна, шедшего отсюда на Ливонію; владѣлецъ предположилъ4 поставить памятникъ. Подле% экипажа, справа и сл\ва, потянулся тотъ же пейзажъ, те№ же глядѣвшйе на проезжихъ изъ-за воротъ и изгородей молчаливые люди. На Наутро предстоялъ выездъ по желѣзной дорогѣ къ Везенбергу.
Сноски
4. Намѣреніе это уже приведено въ исполненіе.