Транзунд. Вильманстранд. Иматра: оригинал издания
Финляндские берега, водопад, природные впечатления и память о военных действиях на Балтике. С. 12-20. Текст в орфографии издания 1897 года.
Транзунд. Вильманстранд. Иматра, с. 12-20. Начало на с. 12.
Ижатра.
Посещеніе Бьерке. Транзундскій архипелагъ п рейдъ. Две чичаговскіе победы. Практическая эскадра. Путь къ. Вильманстранду. Сайменское озеро. Харрака. Истокъ Вуоксы. Рыбная ловля. Путь къ Иматрѣ. Сравненйе ея съ другими водопадами. Фантазйя финляндскаго
, поэта Топеліуса. Отъездъ въ Выборгъ.
ъ одиннадцать часовъ вечера, восьмаго Поня, съ малаго рейда. въ Кронштадте, пароходъ, на которомъ находились путешественники, двинулся въ путь. Вечеръ былъ душный, солнце садилось въ сѣрой мглѣ, барометръ падалъ, н очертанія Кронштадта, съ остріями мачтъ, съ очень длинными складами н гигантскими бѣлыми буквами, написанными вдоль берега, для опредѣленія девіаціи, скрылись незамѣтно.
На слѣдующий день, утромъ, въ восьмомъ часу, судно находилось близъ острова Бьерке. Влѣво виднелась кирка Койвиста, было разбросано нѣсколько строенйй по скалистому пологому берегу и стоялъ лоцманский домъ. Отсюда до Петербурга сто верстъ, до Выборга—сорокъ пять.
Островъ Бьерке, должно быть, тотъ самый, что посѣщался моряками, какъ гласятъ хроники, еще въ Х вѣке. Длина его 20 верстъ, ширина 3 —4 и въ средине только 1/з версты. Глубина воды между нимъ и материкомъ отъ 8 до 15 саж. такъ что здѣсь имѣется отличнѣйшая стоянка для цѣлаго флота, приготовленная самою природою. На острове$ виднѣется небольшое укрѣпленіе, Богъ вѣсть кѣмъ построенное, очевидно, старинное: пятидесятилѣтняя сосна, выросшая на валу, является доказательствомъ этого.
Пароходъ снялся съ якоря, чтобы слѣдовать неширокимъ Транзундскимъ плесомъ на Транзундский рейдъ, къ Выборгу. Судя по картѣ, это мѣсто по-
“ски ‘чзй: ‘чобткйд -эна -либо тзйвооча чеико ч-эйэ9 иротнкииниф
побережья кишмя-кишить островами, и все они, какъ озера и горы олонецкаго края, тянутся отъ юго-востока пъ северо-западу; видимо, что тутъ работали те% же геологическіе силы.
Выборгский@й заливъ вдается въ материкъ отъ Транзундскаго архипелага на двадцать пять верстъ; въ шести верстахъ отъ Выборга, на половинномъ расстояніи между нимъ и Транзундомъ, заливъ съуживается на 600 саж., и тутъ, посрединѣ, лежитъ островокъ Харкисари съ остаткомъ петровскаго редута. Онъ сохранился хорошо, кладка камней совершенно ясна, и густая трава покрываетъ его бархатною подушкою. Транзундскіѣ острова, съ ихъ тремя главными проливами, защищенными рядомъ укрѣпленій составляющихъ позицію въ двенадцать верстъ, находятся отъ Выборга въ двѣнадцати верстахъ. Къ югу, къ морю, Транзундский рейдъ одинъ изъ лучшихъ въ Балтийскомъ морѣ, имѣетъ глубины 6—10 саж., скрыть отъ вѣтровъ и способенъ пріютить въ себе№ весь балтийскій флотъ. Недалеко отъ Харкисари, въ самомъ узкомъ мѣсте, гдѣ фарватеръ дѣлаетъ крутой оборотный сгибъ, на двухъ островахъ, Уранъ-Сари и Равенъ-Сари, высятся очень почтенныя земляныя укрѣпленія, и по зелени травы чернѣютъ пушки. Намного далее слѣва виднѣлся островокъ съ укрѣпленіемъ, заложеннымъ собственноручно Великимъ Княземъ Николаемъ Николаевичемъ Старшимъ.
Одинъ изъ проходовъ между островами навѣки памятенъ морскою побѣдой нашею въ 1790 году. Знаменитый Чичаговъ, умершйй въ 1809 году и покоящийся въ Александро-Невской лаврѣ, начальствовалъ тогда надъ флотомъ. Еще въ 1789 году удачно сразился онъ со шведами близъ Эланда, и 2 мая 1790 года вторично одержалъ на Ревельскомъ рейдѣ верхъ надъ шведскимъ флотомъ, находившимся подъ начальствомъ герцога Зюдерманландскаго; орденъ Андрея Первозваннаго и 1.388 крестьянъ въ Могилевской губерніи послужили ему наградой за эту победу. Испытавъ пораженіе, шведский флотъ поспѣшилъ укрыться къ Выборгу; не давъ ему времени опомниться, Чичаговъ, уже научившййся побеждать шведовъ, соединясь съ эскадрой Крузе, заперъ, 20 мая, находившихся подъ начальствомъ самого короля шведовъ въ Выборгскомъ заливе$. Э1 и 22 іюня пытались они прорваться, причемъ несколько фрегатовъ, кораблей и другихъ судовъ, съ 5.000 команды и 200 офицеровъ взяты были Чичаговымъ. Шведы должны были заключить миръ, а побѣдителю даны за побѣду: Георгий 1-й степени, 2.417 крестьянъ въ Белоруссіи, похвальная грамота, шпага съ алмазами и серебряный сервизъ. Отъ мѣста чичаговской. победы до Выборга, какъ сказано, всего двѣнадцать верстъ.
Въ третьемъ часу дня пароходъ прибылъ въ Выборгъ, и путешественники, приставъ къ берегу въ виду древняго Шлосса, отправились далѣе по желѣзной дороге$ въ Вильманстрандъ, къ пристани, для проѣзда далѣе Сайменскимъ озеромъ на пароходе№. При роскошномъ солнечномъ освещеніи городокъ н высившіеся, справа отъ пути, высокіе, обросшйе травой валы укрѣпленйй смотрели очень красиво; прихотливые берега Сайменскаго озера, все$ поросшіе густою, темною хвоей, обрисовывались надъ синевой воды великолѣпно.
Вильманстрандъ основанъ въ 1451 году шведами съ прямою цѣлью —пом%ц Ш Ш | ММм №ѣ Г | Г
Видъ города Вильманстранда.
По фотогр. грав. М. Рашевскій
шать русскимъ войскамъ обходу Выборга. Много нашей крови пролито въ этихъ мѣстахъ. По фридрихсгамскому миру городокъ перешелъ къ намъ. Подле него расположенъ финскихъ войскъ. Жителей въ немъ около двухъ тысячъ человѣкъ, имѣется православная церковь съ 1785 года и, что радостно,—русская первоначальная школа. Былъ здѣсь не долгое время Суворовъ; въ. 1771 г., когда, получивъ повелѣнйе возобновить наши укрѣпленйя на шведской границѣ, онъ принялъ начальство надъ финскими войсками, то очаровалъ, какъ гласитъ легенда, мѣстное населенйе тѣмъ, что посѣтилъ крѣпость Нейшлотъ,. одѣвъ чухонское одѣяніе поверхъ. мундира, съ георгіевской лентой черезъ плечо.
Сайменское озеро, соединяющееся каналомъ съ Выборгскимъ заливомъ, занимаетъ пространство въ 600 верстъ и разными водяными путями связано на огромныя пространства съ внутренними”частями Финляндіи, что, при существованіи въ Княжествѣ 7.080 верстъ безупречныхъ дорогъ, очень важно.
Начало канала виднѣлось съ палубы парохода. Самое озеро, изрезанное множествомъ бухтъ, изобилуетъ островами и отдѣльными скалами и представляетъ множество художественныхъ мотивовъ, какъ двѣ капли воды напоминая шхеры, опоясывающія сѣверный берегъ Финскаго залива. Пароходъ шелъ быстро, и къ восьми часамъ вечера завидѣли съ палубы красивыя строенія, балконы и веранды дачи В. И. Асташева, высящйеся подлѣ самаго истока изъ озера рѣки Вуоксы, направляющейся отсюда, чтобы образовать Иматру, сбѣжать въ Ладожское озеро и направить воды свои къ гранитнымъ набережнымъ Петербурга.
До 1883 года мЁста эти были совершенно безлюдны. Владѣлецъ Харраки есть н ея создатель. Будучи рьянымъ и знающимъ д&ло рыболовомъ, онъ не могъ не прельститься тѣмъ, что у самаго истока Вуоксы, по заливу озера, въ вечернйй часъ плещутся десятками аршинные лососки, поблескиваетъ форель и юлятъ харіусъ и окунь. Располагая большими средствами, еще большимъ вкусомъ и не меньшею настойчивостью, В. И. Асташевъ, гдѣ вынималъ, где присыпалъ земли, снесъ булыжники, разбилъ садъ, устроилъ длинную гранитную набережную, имѣющую для мѣстной рыбной ловли особое значеніе, воздвигъ пристань п поставилъ надъ этимъ нѣсколько жилыхъ помѣщеній, изъ которыхъ два назначены собственно для хозяина и его гостей, Эти два помѣщенйя очень красивы, а видъ съ ихъ балконовъ на широкое озеро, на многіе острова и убегающіе въ вдаль берега, на клокочущую подлѣ своего истока Вуоксу относится, бесспорно, къ лучшимъ, типическимъ финляндскимъ видамъ. Это-русск поселокъ съ его радушіемъ и гостепріимствомъ.
Отъездъ на Иматру посд\довалъ ровно въ девять часовъ утра; до дороги, ведущей къ Иматрѣ, пришлось ѣхать на пароходе%, а затемъ пять верстъ пути сдѣлано въ экипаже$.
Иматра была извѣстна издревле, и еще пѣвецъ «Калевалы» говоритъ о Финляндіи: «Въ моемъ отечествѣ три водопада, но ни одинъ изъ нихъ не сравнится съ Иматрою, образусмою Вуоксой». Пе можетъ быть сомнѣнія въ томъ, что Иматра отнюдь не водопадъ, а водоскатъ, быстрина, пучина, имѣющаяптити ——
Виды на Иматрѣ.
Ориг. рис. П. Ги&дича, грав. Діамантовскйй.
Щая много грандіознаго и совершенно исключительная для Европы, если не считать нѣкоторыхъ финляндскихъ и олонецкихъ собратьевъ ея, менѣе значительныхъ. Названйе водопада во всякомъ случае не неудачное, которымъ могутъ обидѣться, не говоря уже о Шафгаузенскомъ, сосѣдніе настоящіе водопады Нарвскйй и Кивачъ. Нѣтъ города на свѣте&, который имѣлъ бы по соседству столько водяныхъ чудесъ, какъ Петербургъ: Иматра, Нарва и Кивачъ близки къ нему.
Задолго до того м\места, гд8 волны Вуоксы, весьма быстрыя и широкія, спираются въ узкое, съ пологими боками ущелье водоската Иматры, уже бурлятъ они% и клокочутъ, какъ бы подготовляясь къ тѣмъ адскимъ терзаніямъ, которымъ подвергнутся въ самой стремнинѣ. Здѣсь, при ширине потока въ 139 футовъ, на протяженіи 2.950 футовъ по наклонной плоскости скатываются они, а отнюдь не падаютъ, на 63 фута вышины, съ тѣмъ, чтобы временно успокоиться и въ трехъ верстахъ ниже, у такъ называемаго Валенъ-Коски, образовать нѣчто менѣе грандіозное, въ смыслѣ водяной картины, но болѣе живописное по общей раме$ и ширинѣ пейзажа.
Если въ Нарвскомъ водопадѣ и Кивачѣ огромныя массы воды, падая съ утесовъ вглубь, ломаются, дробятся, крошатся, — въ Иматре$ они% распластываются, мнутся, рѣжутся, четвертуются. Тамъ и здѣсь мученія, пытки; тамъ и здѣсь ни одно живое существо, даже смѣлый и могучий?й здѣшній лосось, не проходитъ стремнины живымъ, не отваживается пускаться въ нее и разве$ только попадаетъ случайно, чтобы исчезнуть безъ слѣда. Некоторые врачи увѣряютъ, будто различныя страданія людскіе&я вызываютъ различнаго рода крики, то же и здѣсь Нарва и Кивачъ ревутъ, гремятъ, грохочутъ, гудятъ; Иматра стонетъ, свищетъ, визжитъ н неистово плачетъ. Гранвилль рисовалъ животныхъ людьми и людей животными; если позволено обратиться къ подобной же перефразировке природы, то Нарва и Кивачъ—-львы, Иматра—чудовищная, безумная, страдающая змѣя.
Сохраняя за собою полную самостоятельность, не будучи водопадомъ, Иматра, по массе воды её составляющей, величественнѣе даже Н‘Ніагары, не говоря уже о Кивачѣ и Нарвѣ. Вотъ любопытная сравнительная табличка въ футахъ:
Ніагара. Иматра. Ширина .. ....... .. 720 139 Вышина. ..... .. 160 63
Кубическихъ футовъ воды въ одинъ часъ. 42.000.000 64.764.000
то-есть, Иматра низвергаетъ въ часъ почти на 23 милліона куб. футовъ воды болѣе, чёмъ Ніагара; можно представить себѣ размѣры свиста, визга и стоновъ Иматры.
Стенанія Иматры слышны за шесть верстъ. Извѣстны всѣмъ камни, обточенные водоскатомъ и увозимые отсюда путешественниками. По мнѣнію естествоиспытателя Паррота, это окаменѣлыя ракушки; другіе мнѣнія, болѣе правдоподобныя, видятъ въ нихъ окаменѣлыя глины; это послѣднее подтверждается еще и тёмъ, что встречаются катышки, окаменелые только на наполовину.
Надъ самою Иматрой имеется довольно хорошая и доступная по цѣнамъ гостиница, и посѣщаютъ ее изъ Петербурга очень многіе. Это дѣло моды, потому что Нарвский водопадъ, находящййся гораздо ближе, съ сообщеніемъ самымъ удобнымъ по желѣзной дороге и безъ всякихъ пересадокъ, не менее живописный, —остается для петербургскихъ жителей какъ бы ёегга іпсодпйа.
Финляндскйй поэтъ Топеліусъ, описывая Иматру, говоритъ, что въ ней имѣются всѣ три момента драмы: борьба, паденйе и примиреніе; что, до вступленія въ жерло пучины, вода Вуоксы обуревается тѣми же предчувствіями, какія посѣщали въ великіе?е моменты жизни Александра Македонскаго, Цезаря, Наполеона. «Иматра,—-говоритъ Топеліусъ,—это настоящая революція природы, низвергающая первобытныя силы, заброшенныя въ полузамерзшую страну, посреди спокойнейшего народа, чтобы пробудить ихъ обоихъ изъ забытья». «Эти виды, —продолжаетъ онъ,—часто уподобляются покореннымъ націямъ, пробивающимъ себѣ дорогу къ свободе№». Фантазія Топеліуса достаточно сильна, такъ какъ онъ видитъ даже въ очертаніяхъ Балтийскаго моря какую-то сирену, голова которой расположена у Торнео и рассматриваетъ Финляндію; на спине% ея Скандинавія, края одежды сирены составляютъ Эстляндія и Лифляндія, а «руки протянуты къ Россіи, съ угрозою или ласкою—нейзвѣстно».
Покинувъ Иматру, путники проѣхали до Валенъ-Коски, откуда, тѣмъ же путемъ, возвратились въ Харраку. Отъѣздъ въ Выборгъ на пароходе посл8- довалъ въ два часа. Берега Сайменскаго озера встретили путешествовавшихъ роскошнымъ лѣтнимъ днемъ; ландышъ и сирень отцвѣли, но колокольчикъ, мальва и гвоздика чуть не глушили собою сочную траву, небольшихъ, н0 тщательно охраняемыхъ, между голыми скалами, луговъ.