Рига: оригинал издания
Богатство торгового города, церкви, городские учреждения, промышленность, образование и инфраструктура. С. 93-117. Текст в орфографии издания 1897 года.
Рига, с. 93-117. Начало на с. 93.
Соборъ. Кемъ и какъ онъ посещается. Вольная пожарная команда. Печальная судьба преосвященнаго Иринарха. Первое движеніе въ православіе въ сороковыхъ годахъ. Историческіе?я его причины. Вечерняя прогулка по Двинѣ. Несколько историческихъ картинокъ. Воспоминаніе о ‹редукціяхъ. Обликъ Риги по сравненйю съ Ревелемъ. Домкирхе и Петри. кнрхе. Риттергаузъ. Домъ Черноголовыхъ. Городская ратуша. ЗАмокъ и его исторія. Зданйя большой и малой гильдий#, «Литераты» и ихъ значенйе. Александровская и Ломоносовская гимназіи. Политехническое училище, его особенности, права п корпораціи. Рижско-русскія общественныя учрежденйя. Садовниковская богадельня. Маріинский пріютъ и Александровское училище. Общества «Баянъ и «Ладо., «Улей, Общество отставныхъ воинскихъ чиновъ. Латышское общество. Домъ моряковъ. Памятникъ 1812 года.
ож въ десять часовъ утра, 22-го Поня, поездъ подходилъ къ Ригѣ. „ Пройдя мостъ чрезъ Двину, онъ двигался по высокой насыпи, и далеко внизу, въ городскихъ улицахъ, подходящихъ къ вокзалу самыми людными частями своими, виднелись толпы народа. День былъ воскресный, и путешественники отправились прямо въ православный соборъ. Роскошный солнечный свѣтъ и толпы народа придавали зрѣлищу яркія краски жизни. Отрадно было подъѣзжать къ величавому православному храму, вполнѣ достойному представителю русской церкви въ космополитической Риге; отрадно именно потому, что путники наглядѣлись вволю на маленькія и утлыя русскіе церковки въ крае, съ ихъ алтариками, ветхими ризами духовенства и пѣвчими, взятыми съ бору да съ сосенки.
Соборъ въ Риге красуется на широкой площади, которую городъ домогался ие разъ застроить, но всегда терпѣлъ неудачу, такъ какъ имеется Высочайше утвержденный планъ, по которому частныя постройки на этой площади допускаемы быть не могутъ; соборъ поражаетъ красотою пестрой кладки и правильностью линйй. Постройка начата въ мае 1876 года и сдана въ духовное ведомство въ апрелѣ 1884 года. Стоимость, по первоначальной смѣтѣ, предполагалась въ 240.000 рублей, а обошлась въ дѣйствительности въ 531.745 рублей 11 копѣекъ; трудно сказать, что именно изъ роскоши отделки приходится на долю последнихъ 11 копеекъ? Строителемъ былъ академикъ Чагинъ.
Великолепный храмъ во имя Рождества Христа Спасителя о пяти полукруглыхъ куполахъ, въ византийско-русскомъ стилѣ, пестрой кладки. Внутрь церкви свѣтитъ только главный куполъ, подъ прочими просвѣтовъ нѣтъ; онъ покоится на четырехъ круглыхъ аркахъ; храмъ въ два свѣта, причемъ въ окнахъ круглыя стекла, глядящіе множествомъ свѣтлыхъ глазъ, въ немъ три придела\ла, среднйй, главный, расположенъ глубже другихъ; съ боковъ п сзади хоры на отдѣльныхъ столбахъ, причемъ пѣвчіе располагаются не у алтаря, а надъ входомъ въ церковь, противъ него; надъ алтаремъ крашеный въ голубое сводъ со звѣздами, и свѣтовое впечатлѣнйе писанныхъ по стѣнамъ внутри храма орнаментовъ чрезвычайно удачно; иконы всѣ безусловно новыя, хорошіе, колерами своими совершенно согласованы съ общимъ тономъ свѣтового впечатлѣнія. Входъ въ церковь черезъ пристройку; иконостасъ трехъярусный, подъ тремя арочками. Есть снаружи храма невысокая звонница; говорятъ, что она въ основной проектъ не входила, а пристроена позже, во вниманіе къ размѣрамъ одного изъ колоколовъ, пожертвованныхъ храму императоромъ Александромъ ПП.
Много любопытнаго по исторіи русской церкви въ западной Россіи заключаетъ въ себѣ жилище преосвященнаго Доната, епископа рижскаго и митавскаго. Множество воспоминанйй вызывалось цѣлымъ рядомъ собранныхъ здѣсь портретовъ предшественниковъ его по рижской кафедрѣ. Въ святительскихъ одеяніяхъ, съ панагіями и свѣтскими орденскими знаками на груди, каждый съ тѣмъ выраженіемъ лица, которое хорошо могъ объяснить себе всякій} знакомый съ исторіей епископской кафедры въ Ригѣ, глядѣли со стѣны одинъ подле% другого: Иринархъ, Филаретъ, Платонъ, Веніаминъ, Серафимъ, Филаретъ. Кафедра эта устроена въ Риге въ 1836 году, какъ викаріатъ псковской епархіи для борьбы съ федосеевскимъ толкомъ, и Иринархъ былъ первымъ, занявшимъ ее. Извѣстно, какъ, въ началѣ сороковыхъ годовъ, тягость положенія мѣстныхъ крестьянъ, которая только въ то время обратила на себя доброе вниманіе такихъ сердечныхъ мѣстныхъ людей, какъ Гиммельштернъ и Фелькерзамъ, неурожай и голодъ 1839—1840 годовъ и запрещеніе вступать въ гернгутерскіе братства, котораго добилось дворянство въ 1889 году, — все это, вмѣсте взятое, обусловило первое движеніе къ православію, задержанное такъ печально вслѣдъ за командировками князя Урусова и Бутурлина. Въ другомъ месте придется припомнить съ большею опредѣленностью все это движеніе, однимъ изъ фазисовъ котораго въ шестидесятыхъ годахъ была командировка графа Бобринскаго, назвавшего второе движеніе народа въ православіе «офиціальнымъ обманомъ!» Въ тихомъ обиталищѣ преосвященнаго съ особенною ясностью воскресали въ памяти самые тяжкіе дни православія,
Рига. Лютеранская церковь св. Петра.
когда, во что бы то ни стало, его хотЁли «изубожить»... Генералъ-губернаторъ Паленъ серьезно ходатайствовалъ о томъ, чтобы въ Венденъ, гдѣ тогда движеніе сосредоточивалось, былъ вызванъ самъ преосвященный Иринархъ, «чтобы разъяснить крестьянамъ, въ присутствіи члена губернскаго правленія, пхъ заблужденіе». Это ходатайство исполнено не было, но зато въ 1841 году Преосвященный Иринархъ самъ отозванъ изъ Риги и увезенъ въ Псковъ подъ присмотромъ особаго чиновника, командированнаго обер-прокуроромъ Свят&йшаго Синода, смотр\вшаго въ те№ дни совсѣмъ иначе, чѣмъ теперь. И сегодня, почти полвѣка спустя, глядятъ изъ грузной золоченой рамы, какъ бы желая
Рига. Православный каесдральный соборъ.
говорить, сосредоточенныя черты лица почтеннаго святителя, въ лицѣ котораго православная церковь понесла въ те& дни глубочайшее, не нелегко забываемое оскорбленіе.
Мрачныя воспоминанія эти вызваны, конечно, не съ цѣлью пробуждать какое-либо чувство отместки. Что главныя причины тогдашняго перваго движенія въ православіе не были дѣломъ агитаціи нашего духовенства, въ которой его обвиняли, а явились послѣдствіемъ веками сложившегося невыносимаго быта крестьянъ, достаточно привести слѣдующіе два свидѣтельства двухъ” коронованныхъ лицъ. Въ 1586 году король польский!# Стефанъ Баторій„ предлагая- Гая ландтагу темы для занятій, выразилъ, что «утесненія, которымъ подвергаются лифляндскйе крестьяне со стороны помѣщиковъ, столь жестоки и без-
Рига. Пороховая башня, бесчеловѣчны, что во всемъ міре%, даже между язычниками и варварами, не встречается ничего подобнаго». Когда, въ 1764 году, лѣтомъ, проезжала по Лифляндіи Екатерина ПП, то, согласно ея приказанію, ландтагу 1765 года предложено было генералъ-губернаторомъ Броуномъ обсудить «нищету крестьянъ, которую Ея Величество при проѣздѣ по провинціи Лифляндіи собственными глазами узрѣла». Вотъ въ этомъ, а ни въ чемъ другомъ заключались въ сороковыхъ годахъ причины движенія къ православію.
Блестящею, богатою, радушною представляется пріезжему Рига, и невольно напрашивается мысль о томъ, насколько обусловлено это богатство Риги, не говоря о труде№ мѣстнаго населенія, тѣмъ, что подъ скипетромъ русской державы впервые, безусловно впервые, если не считать короткаго времени Плеттенберга, после$ почти шестисотлѣтняго существованйя, вступила Рига въ періодъ мирнаго благоденствія. Необходимы нѣкоторыя историческія воспоминанія, которыя тутъ будутъ умѣстны.
„Семисотлетіе Риги уже завершилось. Чего-чего не видалъ городъ за это время, какимъ вліяніямъ не подвергался, какихъ разнообразныхъ положений и противоположенйй не испыталъ? Мало городовъ, имѣющихъ такое великолѣпное прошлое, съ точки зрѣнія чисто художественной. Вотъ несколько картинокъ, на выдержку взятыхъ изъ длиннаго ряда столѣтій.
ХШП векъ, 1201 годъ; по устью Двины еще дремлютъ вѣковые леса, полные священныхъ деревьевъ язычества; обитатели безмолвныхъ сосѣднихъ странъ—длиннокудрые эсты, латыши, куроны и ливы. Къ холму, называвшемуся Риге, подплываютъ суда съ военною силою, позваниваютъ доспѣхи, высятся копья и бердыши; воздвигается замокъ, стены готовы, но обитателей еще нѣтъ, ихъ привезутъ изъ чужихъ краевъ, изъ католическихъ странъ, на самомъ рубеже православія. Это — основаніе города епископомъ Альбертомъ. Только восемь лѣтъ спустя уже совершается въ Ригѣ первая казнь, со всѣми мрачными подробностями средневѣковой юстиціи: казнятъ рыцаря Соеста, убившего орденсмейстера Винно; это начало, это фронтисписъ ко всѣмъ пестрымъ ужасамъ междоусобій, имѣющихъ явиться въ только образованномъ рыцарскомъ орденѣ.
ХіУ и ХУ века—время той же бесконечной вражды рыцарскаго ордена съ рижскимъ архіепископомъ, за котораго стоитъ городъ Рига. Тринадцать мѣсяцевъ продолжается одна изъ многочисленныхъ осадъ его; въ городе голодъ в болѣзни со всѣми ихъ ужасами. Часть городской стены разрушена. Рыцарство, сквозь пробоины, врывается въ городъ, осѣненное своими штандартами и хоругвями, окруженное рейткнехтами и пажами, и колѣнопреклоненный, приниженный, плачущйй магистратъ встр\чаетъ его. Есть и другіе картинки того же времени. Торжественная встрёча въ Риге папскаго легата, пріехавшего разбирать распрю ордена съ архіепископомъ, по 230 пунктамъ обвинений, что и совершается въ процессе такой длины, что одни документы измѣряются десятками аршинъ, орденъ «покупаетъ» выгодное ему рѣшеніе папы, и все разбои рыцарей признаются не чѣмъ инымъ, какъ христіанскими подвигами. Это—1312 и 1319 года. Проходитъ пять лѣтъ, н, въ той же Ригѣ, другой папскйй легатъ, При погашенныхъ свѣчахъ и глухомъ колокольномъ звоне всѣхъ церквей, проклинаетъ орденъ и отлучаетъ его отъ церкви. Орденъ, владѣющйй огромными богатствами и вооруженный до зубовъ, въ ответъ на это смѣется.
ХУТ векъ имѣетъ свои три картинки. Бѣгутъ изъ Риги, забравъ свои пожитки, католическіе монахи, предъ лицомъ реформаціи, проповѣдуемой Кнопке; б\бегство совершается довольно мирно, хотя и не безъ иконоборства; вѣрный преданіямъ, самъ архіепископъ предпочитаетъ «продать» рижский соборъ за 18.000 марокъ и удаляется въ Кокенхузенъ; остался въ городѣ только одинъ католическйй монахъ,—это безмолвная фигурка на одномъ изъ частныхъ домовъ Риги, красующаяся въ качестве воспоминанія и поныне$. Другая картинка: апофеозъ счастливыхъ годовъ ордена, послѣднихъ годовъ его, подъ управленіемъ Плеттенберга, каменный обликъ котораго, какъ окаменѣлое осажденіе времени, во всѣхъ орнатахъ и регаліяхъ имперскаго князя и властителя ордена, избраннаго также всѣми сословіями Лифляндіи протекторомъ, безмолвно красуется и по сей день во внутреннемъ дворе$ рижскаго зАмка, рядомъ съ изображеніемъ Богоматери, въ одну съ нею величину, будто репйапё ей!
Третья картинка имѣетъ мѣсто въ томъ же ХУТ вѣке. Могучего ордена нѣтъ больше, онъ исчезъ. Въ Риге\ властвуетъ король польский Сигизмунд-Августъ- Августь, давшйй дворянству привилегіи; но онъ же, а еще более%е Стефанъ Баторий!#, ихъ п нарушилъ. Польскіе законы замѣняютъ старые мѣстные, уничтожаются ландтаги и вводятся сеймики; лучшіе староства раздаются полякамъ и литовцамъ, а изъ лифляндскихъ дворянъ—только тёмъ, кто оказалъ польскому правительству значительныя услуги; являются іезуиты, является снова католическій епископъ въ Риге, многіе лютеранскіе&я церкви, какъ здесь, такъ и въ Бендене и Юрьевѣ, обращены снова въ костелы, и лютеранство становится вѣроисповѣданіемъ «терпимымъ»; такъ называемые «календарные беспорядки, за которыми слѣдуютъ казни, совершаются тутъ въ совершенно польской обстановкѣ. |
Другая картина: ХУТПП вйвкъ — первая его половина. Поляковъ нѣтъ больше; въ Риге новый властитель —это король шведский Густавъ-Адольфъ; красуются въ Риге шведскіе ратники, шведскіе эмблемы; и опять лютеранство; впервые обращено вниманіе на крестьянина, производится кадастръ и ограничивается, на время только, патримоніальная юстиція. Мало-помалу подмѣшиваются къ картинкѣ тй краски, на которыхъ способна будетъ выясниться характерная и мрачная личность Паткуля. Рижское бюргерство прочно заняло упразднившееся за орденомъ и архіепископомъ мѣсто, и регентша, Гедвига- Элеонора, въ благодарность за верность, даетъ членамъ городскаго совѣта дворянство, а на гербъ города надѣваетъ корону, которая красуется на немъ н до сихъ поръ.
Во второй половине ХУП вѣка слѣдуетъ очень быстрая и полная перемѣна декорацйй: отъ дворянства отнимается всякое право вмѣшиваться въ дѣла правительства; ландратская коллегія, учрежденная въ начале шведскаго влавладычества, уничтожается за злоупотребленіе ландратами своей властью; вводится правительственный контроль за ландтагами, и, наконецъ, Карлъ Хі, шведский, отбираетъ въ казну все& дворянскіе и друпл имѣнйя, «когда-либо короне$ принадлежавшія». Что же не принадлежало когда-то короне? Пять шестыхъ дворянскаго имущества переходитъ такимъ образомъ къ казнѣ. Это—знаменитыя «редукціи», явленіе совсѣмъ исключительное. Дворянство настолько обѣднѣло, что, по свидѣтельству Эккарта, ко времени ландтага 1714 года, доходы рыцарства достигали 200 талеровъ п оно просило отсрочить ему недоимку въ 15 талеровъ? Какъ бы въ насмѣшку обобранному королемъ дворянству, ему одному позволено «держать борзыхъ собакъ». Отчасти, на эти огромныя деньги ведется сыномъ Карла ХТ, Карломъ ХПП, война противъ русскихъ. Въ самой Ригѣ, во время редукцйй, хозяйничаетъ заклятый врагъ дворянства, суровый королевскйй намѣстникъ Гастферъ. Испуганное и обѣднѣвшее рыцарство уходитъ на службу къ чуждымъ властителямъ, и нѣтъ европейской арміи, говоритъ Эккартъ, въ которой въ половинѣ ХУППП вѣка не служили бы прибалтийскіе нѣмцы; они дали двадцать одного фельдмаршала и, безъ счета, генераловъ.
Въ начале$ ХУППП века опять, и въ который разъ, совершается полное преображеніе. 10-го №іюня 1710 года войска Петра Т вступаютъ въ Ригу вслѣдъ за долгой осадой, девятой по счету вс\хъ осадъ, выдержанныхъ городомъ за все время; дѣйствію «редукцій», благодаря царской милости, только милости, данъ обратный ходъ, дворянство опять начинаетъ богатеть, и Рига, во главе% всего балтийскаго побережья, впервые вступаетъ въ долгйй періодъ почти двухсотлѣтняго мира подъ Русской державой.
Лѣтомъ 1764 года посѣщаетъ Ригу Императрица Екатерина П. На следующемъ за этимъ ландтаге№ 1765 года генералъ-губернаторомъ Броуномъ, отъ Императорскаго имени, дѣлаются различныя «ргорозйопеп» въ пользу крестьянъ, тягость быта которыхъ государыня «видѣла своими очами; ландмаршалъ Будбергъ произноситъ свою «Багапріе». Это засѣданіе ландтага чрезвычайно бурно, и фрейгерра Шульца Ашерадена, стоявшего за крестьянъ, дворяне собираются выкинуть въ окно, «въ наказаніе ему и въ подобающйй примѣръ другимъ». Голоса за крестьянъ поднимаютъ;въ 1796 году— Меркель, въ 1849—Фелькерзамъ и вмѣсте съ ними наше Правительство, какъ крупнѣйший собственникъ прибалтийскихъ губерній, унаслѣдовавшйй значительную часть земель, принадлежавшихъ ордену и архіепископу. Не слѣдуетъ забывать ни въ какомъ случае, что, помимо безраздѣльной принадлежности прибалтийскаго края Россіи, Правительство наше является въ немъ дѣйствительно крупнѣйшимъ собственникомъ, — крупнѣйшимъ настолько, что самые колоссальные майораты края, вмѣсте взятые, предъ этою собственностью ничто. Въ этомъ смыслѣ нашъ управляющий государственными имуществами въ прибалтийскихъ губерніяхъ въ нѣкоторомъ смысле прямой наслѣдникъ и архіепископа, и гермейстера.
1783-й годъ застаетъ въ Ригѣ опять-таки новую картину. Много молятся, много звонятъ, много стреляютъ: это вводятъ новое городовое положеніе. До того собирался «рыцарскйй конвентъ» въ Риге, просивший Императрицу одновременно съ «ревельскимъ конвентомъ остаться при старыхъ порядкахъ, свѣтлѣйший князь Потемкинъ, имя котораго многіе переводятъ здѣсь «князь мрака», этого ходатайства до Ея Величества не допустилъ. Новые губернскіе порядки существовали только до 1796 года, до Императора Павла.
Пестрота, эффектъ и быстрая смена перечисленныхъ набросковъ, выхваченныхъ изъ долгой, самостоятельной исторіи Риги, остаются, собственно говоря, такими же и за все время управленія краемъ нашими генерал-губернаторами, — управленйя, длившегося до 1876 года, до кончины князя Багратіона; перем\нялись только имена, размеры пожеланйй и отдельныхъ стремленйй были сокращаемы, но традиціонныя противоположности оставались. Отошедшіе нынѣ въ былое генерал-губернаторскіе управленйя, имѣющіе каждое собственное имя, очень рѣзко отдѣлялись одно отъ другого и имѣли каждое свои очень хорошо сохранившіеся черты. Во многихъ изъ нихъ не узнаваемы были Высочайшія предначертанйя, но судъ потомства еще не наступилъ. Въ з&замкѣ, въ пом\щенйи начальника губерніи, имѣются портреты многихъ изъ генерал-губернаторовъ, и тутъ, какъ въ помѣщенйи преосвященнаго, можно читать по писанымъ кистью лицамъ исторію долгихъ, долгихъ л\тъ этого своеобразнаго уголка нашей Русской Земли.
Во вн$шнемъ облик% Риги, помимо размѣровъ и богатства, бьющихъ въ глаза въ ея монументальныхъ сооруженйяхъ новѣйшего времени, отличается отъ Ревеля, полнаго и до сихъ поръ многими архитектурными памятниками среднихъ в\вековъ, тѣмъ, что она «поюнѣла». Имеетъ и Рига древніе памятники, въ ряду которыхъ стоитъ назвать, напримѣръ, домъ Черноголовыхъ, соборную церковь, замокъ, церковь св. Петра; но они какъ бы теряются въ обступившей ихъ отовсюду поросли новаго, заглушающей архитектурное представительство прежнихъ дней. Въ Ревелѣ, въ его очертанйяхъ, во многихъ, сравнительно съ народонаселеніемъ, церквахъ, въ частныхъ домахъ, въ направленіяхъ и размѣрахъ улицъ не чувствуется руки инженера, направлявшего ихъ; они шли, тянулись, разв\разветвлялись, какъ Богъ послалъ; въ Риге, въ особенности въ новыхъ частяхъ ея, а они почти всѣ новыя, замѣчается общая планировка и древніе памятники ея все болёе и болѣе сиротѣютъ, хилѣя въ постоянно сильнѣющемъ потоке& новой торговой жизни. Трактирная н ресторанная жизнь въ Риге тоже очень развиты, и пивныя являются, какъ и во вс\хъ торговыхъ центрахъ, продолженіемъ биржи. Относительно газетъ — Это чуть ли не самый пестрый городъ, потому что тутъ дома—нѣмецкіе, эстонскіе&я и латышскіе, каждая со своими взглядами на рѣшеніе разныхъ вопросовъ.
Лютеранскйй соборъ, Маріенкирхе, болѣе известный подъ именемъ Домкирхе, былъ построенъ въ 1215 году и, какъ сказано, въ 1551, во времена введенія реформаціи, совершенно «мирнымъ путемъ», «денежной сдѣлкой», перешелъ отъ послѣдняго архіепископа Вильгельма за 18.000 марокъ въ пользованіе лютеранъ, некрасивый чепчикъ на колокольне помещенъ на нее въ 1776 году в только еще недавно освобождены боковые нефы храма, служившіе-
Шшіе складами соли и льна. Храмъ этотъ о трехъ нефахъ, изъ которыхъ средній значительно выше. Четыре массивные столба составляютъ главную внутреннюю опору; готическіе?е мотивы сказываются зд\сь гораздо полнее, чёмъ въ ревельскихъ церквахъ, красивыми стрѣльчатыми сводами, окнами съ цвѣтными стеклами и расчлененіями верхнихъ частей столбовъ на пятигранныя колонки алтарь подъ готическимъ верхомъ; на канцелѣ—маленькіе фигурки
Рига. Домъ «Черноголовыхъ».
апостоловъ. Въ соборе% покоятся: первый по времени епископъ Мейнгардъ (4 1196), первый проповѣдникъ католичества, прибывшйй на пустынные берега Двины, въ струяхъ которой до того не отражались облики меченосцевъ, и послѣднйй} продавецъ собора, Вильгельмъ (} 1563), видѣвшйй своими глазами обмираніе орденской силы, безвозвратно затмившейся. Здѣсь же покойтся знаменитый архіепископъ Стодевешеръ, самое ехидное, самое лживое воплощеніе католическаго духовнаго лица среднев\коваго типа, настолько же обманный и лицепріятный при жизни, насколько молчаливый и поучительный собесѣдникъ въ качестве№. одного изъ характернейшихъ покойниковъ почтеннаго собора; Стодевешеръ руководилъ судьбами архіепископіи тридцать лѣтъ и назначенъ папскою буллой 1448 года. Всякихъ гробницъ, какъ и подобаетъ, въ соборѣ очень много, и на значительномъ числе ихъ читаются сразу нѣсколько надписей, потому что, вслѣдъ за торжествомъ реформаціи, лютеране начали пользоваться готовыми католическими могилами, удвояя въ натуре и надписями безмолвное населенйе собора. Одна изъ эпитафій гласитъ, что тутъ покоится
Рига. Внутреннйй видъ Риттергауза.
Магдалина Рейнъ (} 1688), ста двадцати л\ть отъ роду, видевшая семьдесятъ шесть человекъ своихъ дѣтей, внуковъ и правнуковъ, «ступай, смертный, и постарайся сподобиться такого же долголѣтія», —-гласитъ эпитафія, скромно умалчивая о пожеланіи такой же плодовитости; въ Митавѣ, какъ упомянуто было выше, имѣется примѣръ плодовитости еще большей, достигавшей цифры 300. Надъ люднымъ царствомъ мертвыхъ Домкирхе зачастую поднимается голосъ самаго большего органа въ свѣте№, поставленнаго въ 1883 г.; газовый двигатель его въ четыре лошадиные силы, съ него звучитъ 6.800 трубъ, изъ которыхъ наибольшая, самая густая, имѣетъ тридцать футовъ вышины; регистровъ 125; Либава оспариваетъ, какъ сказано, первенство своего органа, но въ ангельскихъ голосахъ, уох се]езйв, поспорить съ нимъ не можетъ. Рига, какъ извѣстно, имѣетъ своего суперинтенданта, не зависящего отъ лифляндскаго генерал-суперинтенданта; ему подчинены: въ городе—три церкви съ тремя пасторами, въ пригородахъ—-пять церквей съ шестью пасторами и внѣ города—четыре прихода съ шестью церквами и четырьмя пасторами. Церковь св. Петра, Петрикирхе, существуетъ съ Х\ вѣка; древняя колокольня ея рухнула въ 1666 году; въ 1667 году случился пожаръ, въ 1721 году слѣдовало почти полное разрушеніе молніей, и Петръ Т повелѣлъ восстановить ее по древнему образцу, на русскіе деньги, что и было исполнено къ 1746 году. При описаніи Ревеля упоминалось о возрожденіи церкви Олая великодушіемъ Императора Александра Т ио многихъ другихъ подаркахъ-
Рига. Риттергаузъ.
Бахъ державныхъ властителей нашихъ различнымъ городамъ и учрежденіямъ прибалтийскихъ губернйй, не изъ желанйя какой-либо отплаты, а съ тѣмъ что, какъ выраженіе чувства взаимности, желательно было отмѣтить что либо подобное со‘стороны лютеранъ прибалтийскаго края въ пользу православныхъ церквей, которыя, мало-помалу, возникаютъ и требуютъ только немного земли для построенія дома молитвы, скромнаго жилища причту н уголка кладбищу съ православными крестами въ память почившихъ. Въ алтарѣ Петрикирхе покоится Кноппе, первый проповѣдникъ здѣсь лютеранства. Множество гробницъ и легіонъ эпитафій свидѣтельствуютъ о далекихъ годахъ и пестромъ прошломъ. Шпицъ этой церкви, вмѣсте съ пѣтухомъ, достигаетъ 440 футовъ высоты.
Наиболѣе выдающиеся изъ старыхъ памятниковъ свѣтскаго характера — риттергаузъ, замокъ, ратуша п домъ Черноголовыхъ.
Въ риттергаузѣ, изъ ниши надъ входною дверью, глядитъ изображеніе Плеттенберга; это послѣднее имя того длиннаго ряда именъ всѣхъ мейстеровъ ордена, которыя значатся въ одной изъ залъ риттергауза. Въ роскошныхъ и типичныхъ портретахъ имѣется тутъ, въ большомъ залѣ и маломъ готическомъ, цѣлая галерея властителей Риги: Плеттенберга, короля Сигизмунда-Августа, Императоровъ Петра Т, Павла 1, Александра Т, Николая ], Александра П и Александра ШП. Въ большомъ зале$ смотрятъ гербы матрикулованныхъ дворянскихъ родовъ Лифляндской губерніи, фигурныя изображенія которыхъ-
Рига. Зймковая площадь.
рыхъ имеютъ каждое что порассказать, и рассказы нѣкоторыхъ изъ нихъ ведутъ далеко назадъ, не ближе, чѣмъ къ крестовымъ походамъ. Въ числѣ характерныхъ- „ныхъ украшенйй главнаго зала слѣдуетъ упомянуть о бюстахъ Паткуля н Кетлера н о двѣнадцати прелестныхъ венеціанскихъ видахъ Каналетто, висящихъ въ сосѣднихъ помѣщеніяхъ.
Домъ Черноголовыхъ, отличающййся отъ всехъ домовъ Риги самымъ типичнымъ, фигурчатымъ, остроконечнымъ, цветистымъ фасадомъ, существуетъ съ Х1У вѣка «Шварцгэйптеры», ‹ Черноголовые», © которыхъ уже упоминалось ранее, какъ о корпораціи, пережили много в\вековъ и были чѣмъ-то совершенно противоположнымъ рыцарскимъ союзамъ, составленнымъ для грабежа г шимъ различныя мѣстныя названія: «общество ящерицъ» въ Лифляндіи (съ 1397 года), «подорожники» въ Бранденбургѣ, и многія другіе. Черноголовые въ Риге не разъ проливали кровь въ защиту своего очага, и вотъ причина того глубокаго уваженія, которымъ они пользовались. Въ городскомъ соборе% имѣли они свои почетныя мѣста съ ратсгерами рядомъ, и имена ихъ виднеются на сѣдалищахъ и До настоящего времени. Теперь Черноголовые имѣются только въ Ригѣ и Ревеле№; и здѣсь, и тамъ, въ старинномъ зданіи виднеется ц&целый рядъ изображеній былыхъ властителей Риги; есть картина побѣды Петра П надъ шведами, и хранится очень ценное собраніе всякихъ средневековыхъ кубковъ, блюдъ, канделябровъ и пр., хорошей нѣмецкой работы.
Если въ Ревелѣ «Черноголовые», въ каскахъ и красныхъ отворотахъ, напомнили собою взводъ преображенцевъ начала царствованія Императора Александра ПП—-здесь было нѣчто совсѣмъ другое: черные фраки, при черныхъ штиблетахъ,складная треуголка подъ мышкой и шпага въ стальной оправѣ при бедрѣ, называемая «Са]апбегіейесеп»——одѣянія, напоминавшія, вообще, кромѣ париковъ, салонныхъ кавалеровъ времени круглыхъ фижмъ и черныхъ мушекъ. И тутъ возникалъ вопросъ: что такое «Черноголовые?» Это не клубъ, не ученое учрежденіе, скорее всего благотворительное, но во всякомъ случаѣ какой-то центръ. Ихъ въ настоящее время двадцать пять человѣкъ, обязательно холостыхъ и не дворянъ; они имѣютъ капитала около 250,000 руб., платятъ пенсіи, достигающіе, какъ говорятъ, до 3,000 руб.; взносы при поступленіи мѣняются отъ 600 до 800 руб.; но что такое «Черноголовые» — непостижимо.
Городская ратуша построена въ 1765 году на м\стй прежде бывшей, воздвигнутой въ 1595 году; въ 1847 подверглась она значительной перестройке& и утратила, отчасти, типичность, не утративъ, конечно, дорогихъ для города цѣлыхъ сонмовъ воспоминаний. Тутъ въ тяжелые годы бесконечно долгой борьбы между орденомъ, архіепископомъ и бюргерами шли совещанія, тутъ толковали граждане съ представителями королей польскихъ и шведскихъ, тутъ решено было, когда пришла пора, подчиненіе Россіи. Именно въ стѣнахъ ратуши обсуждались въ осажденной нашими войсками Риге и универсалъ, и аккордные пункты, и въ ратушѣ, более чёмъ гдѣ-либо, чувствуются плоды 180-лѣтняго мирнаго существованія Риги подъ скипетромъ нашей державы. Теперь помѣщается здесь же управленіе городской думы, и это, въ историческомъ развитіи, послѣднйй по времени фазисъ жизни богатой, идущей еще къ большему богатству, Риги. На площади противъ ратуши графъ Шереметевъ въ 1710 году принималъ присягу гражданъ на подданство Россіи.
Какъ было во времена рыцарства, такъ, отчасти, н теперь, ратушѣ долженъ быть противопоставленъ замокъ, въ которомъ имѣютъ мѣстопребываніе губернаторы, съ тою разницей, конечно, что изъ оконъ з&замка не стрѣляютъ теперь въ народъ, какъ это бывало прежде. Замокъ этотъ—живое воспоминаніе одного изъ порабощенйй города орденомъ, находившимся тогда подъ верховенствомъ Моренгейма. Это было въ марте& 1380 года. На Мюльграбене собраны были ратсгерами горожане, после долгой защиты, когда и голодъ, и болѣзни, и измѣна духовныхъ лицъ привели ихъ въ невозможность защищаться. Со слезами на глазахъ повѣдали старейшины о необходимости подчиниться; униженно обращались мы, говорили они, о помощи къ папе, кардиналамъ, къ морскимъ и сухопутнымъ городамъ, къ разнымъ властителямъ — п не было намъ помощи. Рѣшено было сдаться. Повелѣвъ снести тридцать эллей городской стены, сквозь эти широкіе ворота, чрезъ засыпанный ровъ, втягивался въ торжественномъ шествіи въ городъ Моренгеймъ со своими рыцарями. Въ хроникѣ Луки Давида рассказаны тяжелыя пов\сти о тогдашнихъ жестокостяхъ рыцарей. На страхъ городу, разумно предвидя непрочность его покорности, Моренгеймъ построилъ замокъ. Зубчатые твердыни этого прежняго зАмка ца-
Рига. Городская ратуша.
царили до 1484 года, до времени отместки, расплаты. Рыцари снова были вынуждены уступить его горожанамъ и, быстрѣе чѣмъ созидался з&замокъ, разнесенъ онъ на части: магистратъ объявилъ стѣны его даровою каменоломней для желавшихъ строиться. Недовольный т\мъ, что съ мая по іюнь могучія стены еще держались, магистратъ распорядился о скорѣйшемъ разрушеніи, и тогда-то обусловилась одна изъ удивительнѣйшихъ, когда-либо и гдѣ-либо имѣвшихъ мѣсто картинъ. Вынуты были изъ-подъ стЁнъ каменные основанйя, подведены балки, пустота наполнена хворостомъ и соломой и пущенъ огонь. Когда все было объято пламенемъ, рухнула моренгеймовская громада, подобно гигантской декораціи, со всей вышины своей, при великомъ ликованіи народа. Прошелъ после% этого только 831 годъ; сыновьямъ и внукамъ людей, сокрушавшихъ зАмокъ, пришлось, по повелѣнію ордена, создавать новый. Это случилось за время управленія Плеттенберга въ 1515 году, и безмолвный обликъ магистра-строителя еще виднеется надъ воротами замка во второмъ дворе$ его. Этотъ новый замокъ подвергался тоже перестройкамъ въ 1783 и 1843 —1844 годахъ, и въ настоящее время только одною изъ сторонъ своихъ, и то изъ-за другихъ строенйй, смотритъ на Двину съ вершины своего холма. Въ немъ помѣщаются, кромѣ губернатора, замковая церковь съ квартирою для священника, губернское правленйе, казенная палата, камера прокурора, губернское казначейство, Нобсег!сЬё, канцелярія губернатора, чертежная, консисторія, Гапйдегіс№&, Огапѣет 7в 3 й. = в
Рига. Биржа.
пипрвхетісЬё, врачебная управа, землеустроительное отдѣленіе, архивъ, приказъ общественнаго призренія п много частныхъ квартиръ. Этотъ перечень свидѣтельствуетъ о громадности зАмка, но отнюдь не о его красотѣ.
Что касается зданий большой и малой гильдій, то они, какъ произведенія новѣйшего времени, не относятся къ числу исторически характерныхъ построекъ и входятъ въ ряды тѣхъ, которыя, подобно театру, политехническому училищу и многимъ другимъ, свидѣтельствуя о богатстве города, лишили его той типичности, которая такъ хороша въ Ревеле$ и утрачена здѣсь навсегда. Большая гильдія или гильдія св. Марйи, — это собранйе купцовъ и литератовъ; малая или Іоанновская состоитъ изъ ремесленниковъ и цеховыхъ. Зданія обѣихъ гильдий совершенно новыя, но очень характерны старые портреты и картины, сюда перенесенные; на л\лестницѣ—изображенія альдермановъ и виды прежнихъ, не существующихъ более%е зданйй, стенъ и кр\крепостныхъ воротъ Риги. Есть нѣкая типичная легенда о значеніи, какое имѣлъ въ прежнее время одинъ изъ залъ, такъ называемый «ВгацбКкатшшпег»—комната невестъ.
Только названные нами участники большой гильдіи, «литераты», составляютъ явленіе до такой степени исключительно балтййское, и въ то же время не балтийское, въ такой мѣре характерное и обильное послѣдствіями, что на нихъ слѣдуетъ остановиться нѣсколько дольше. Это явленіе совсѣмъ балтийское, потому что оно такъ же оригинально, какъ Катерининское женское учрежденіе съ голубыми крестами на шее въ Митавѣ, какъ красные и черные Шварцгэйптеры въ Риге и Ревелѣ; не балтийскимъ является оно въ смыслѣ своей сравнительной новизны, потому что историки края, безъ различія оттенковъ, объ историческомъ возникновеніи литератовъ, кажется, не говорятъ вовсе. Не только понятіе?е, но и самое слово литератъ (не литераторъ) такъ ново и туманно, что людямъ, желающимъ разъяснить себе его смыслъ и незнакомымъ съ путанными мѣстными законоположеніями, необходимо обращаться за разъясненіемъ къ юристамъ края. Юристы объясняютъ, что «литератъ» долженъ обозначать человѣка образованнаго и что таковые «литераты» установлены правилами 26 марта 1877 года, въ которыхъ объяснено, что это т8 образованныя лица, которыя могутъ участвовать въ выборной дѣятельности городскаго самоуправленія, вне общихъ условйй ценза, внося отъ 3—6 рублей въ годъ. Далее%е юристы объясняютъ, что статья 17-я названныхъ правилъ относитъ къ литератамъ «вс\хъ именуемыхъ по мѣстнымъ обычаямъ таковыми», а въ числе$ «мѣстныхъ обычаевъ», поименованныхъ въ сводѣ «мѣстныхъ - узаконенйй», имѣется, въ двухъ какихъ-то статьяхъ, весьма и весьма растяжимое опредѣленіе, что литераты суть лица, «имѣющіе какое-либо ученое званіе». Далѣе будетъ объяснено, что губернскіе присутствйя обыкновенно предоставляютъ опредѣленйе этой учености думамъ, а думы признаютъ литератами всѣхъ лицъ, «посещавшихъ» высшіе учебныя заведенйя, въ предѣлахъ Россіи или за границей, съ окончаніемъ или безъ окончанія курса — безразлично. Такимъ образомъ, «ученое званйе» свода мѣстныхъ узаконений преобразовывается на практике въ «посѣщеніе высшего учебнаго заведенйя, хотя бы безъ окончанія курса и даже только за границей, и это служитъ аттестатомъ или свидетельствомъ зрѣлости! Дальнѣйшее развитіе?е идеи литератства спутываетъ дѣло еще больше: въ Курляндской губерніи литераты дѣйствуютъ въ томъ разряде№ думы, въ которомъ они пожелаютъ; въ Лифляндской они идутъ по ПП разряду, по размѣру сбора со свидѣтельствъ на мелочной торгъ. Въ настоящую минуту дѣло находится въ томъ положеніи, что мѣстныя думы, или, правильнѣе, управы, могутъ составить себе при выборахъ какое угодно большинство, напустивъ литератовъ, и дать этимъ собранію горожанъ любую, удобную или неудобную Правительству, окраску.
Въ Риге имѣются две% русскія правительственныя гимназіи: Александровская мужская съ 479 учениками н Ломоносовская женская съ 266 ученицами. Оба зданйя довольно помѣстительны. Можно надѣяться, что въ русрусской правительственной гимназіи между юношами нѣтъ ни одного члена «союза германскихъ гимназистовъ», и, что одна изъ прописей, гласящихъ со стёнъ зала: «всякая душа властямъ предержащимъ да повинуется, понимается ими въ русскомъ духѣ, т&къ, какъ понимаема быть должна. Слѣдуетъ вспомнить, что, тогда какъ правительственная русская женская гимназія Риги не выдавала дипломовъ на званіе домашнихъ учительницъ, за неимѣніемъ права, — правами этими, исходатайствованными въ 1880 году управлявшимъ министерствомъ народнаго просвещенія, Сабуровымъ, пользуется въ Юрьеве$ частное
Рига. Городской театръ.
женское заведене Муйшель, такъ называемое «МеПпвс№е Апзйа]». Это —одна изъ тѣхъ несообразностей, которыя рѣжутъь глаза.
Несравненно роскошнѣе, внушительнѣе зданіе политехническаго училища. Политехники раздѣляются по корпораціямъ съ ихъ знаменами; широкіе, пестрые, шелковые шарфы черезъ плечо, маленькіе шитыя золотомъ и серебромъ шапочки на головахъ, длинныя, съ невѣроятно широкими пугающими рукоятками шпаги («$сЫрег’ы») въ рукахъ, наклоненіе знаменъ и салюты шлегерами напоминаютъ, какъ две капли воды, обстановку германскихъ университетовъ и, если бы не синйе мундиры министерства народнаго просвещенія на начальствующихъ лицахъ, можно было бы думать, что находишься не въ
Россіи. Корпораціи дозволены закономъ 18-го февраля 1871 года, причемъ сказано, что корпораціи имѣютъ цѣлью подготовку къ полезной дѣятельности въ «отечестве». Въ какомъ: большомъ или маломъ? Корпораций@й въ училище шесть: три нѣмецкіхъ, одна русская и две% польскихъ. Несмотря на неоднократныя домогательства латышей учредить свою корпорацію, имъ этого до сихъ поръ не удается достигнуть, такъ какъ учрежденіе новыхъ корпорацйй зависитъ отъ согласія существующихъ, а этого согласія существующіе корпораціи не даютъ. Рижскйй политехникумъ, какъ это видно по одной изъ таблицъ, выставленныхъ въ залахъ, По количеству учащихся первый въ свѣтѣ: Рига—
Рига. Политехническое училише.
856 человекъ, Берлинъ—600, Цюрихъ—400, Мюнхенъ—400, Ганноверъ—250.
Наиболѣе посѣщаемые факультеты — химический, механико-инженерный и сельскохозяйственный. Портретъ одного изъ бывшихъ воспитанниковъ, извѣстнаго африканскаго путешественника, считающегося вездѣ «немецкимъ» путешественникомъ, Швейнфурта, бывшего политехника, въ жилетке$ и съ ружьемъ въ рукѣ, красуется на одной изъ стенъ, делая честь всѣмъ факультетамъ политехникума одинаково. Согласно положенію 16-го мая 1861 года, политехникумъ содержится на средства сословий безъ «всякаго» участія казны; темъ не менѣе, казна даетъ 10,000 руб. ежегодно н, кроме того, предоставила ему на двадцать четыре года, съ 1877, казенное имѣніе Петергофъ и выдала при этомъ 10,000 руб. на постройки въ имѣнйи. Управляется политехникумъ
Русско-балтійскій вагонный заводъ въ Ригѣ. Общій видъ.
По фотогр. грав. М. Рашевскій.
совѣтомъ, въ которомъ членами состоятъ: директоръ, депутаты четырехъ дворянствъ, отъ города Риги и рижскаго купечества. Все преподаваніе нѣмецкое, но большинство воспитанниковъ поляки, литовцы. еврей и латыши. При окончаніи курса ученики получаютъ похвальный аттестатъ, носятъ на правой сторонѣ груди особый знакъ и по воинской повинности причислены къ первому разряду, есть къ окончившимъ въ высшихъ учебныхъ заведеніяхъ.
Въ Риге$ лишкомъ 32,000 русскихъ (по послѣдней однодневной переписи 1881 года на 170,000 человѣкъ 32,094 русскихъ кореннаго происхожденія), и отрадно заявить тутъ же, что, согласно небольшой книжке, только изданной и озаглавленной «Рижскіе русскіе я общественныя учрежденія», русскіе постепенно примешиваютъ къ нѣмецкой окраскѣ Риги очень существенные, самостоятельные колера. Всѣхъ такихъ учреждений въ настоящую минуту 19, они имѣютъ до полумилліона рублей капиталовъ и на столько же собственнаго, общественнаго имущества. Наиболѣе заслуживаютъ вниманія изъ рижскихъ учрежденйй шесть; изъ нихъ: богадѣльня Садовникова, русское благотворительное общество, вспомогательное общество отставныхъ воинскихъ чиновъ, мужское общество пѣнія «Баянъ», литературно-музыкальное общество «Ладо» и «Улей».
Садовниковская богадѣльня основана по духовному завещанію умершего въ 1853 году купца 1-й гильдіи, рижскаго уроженца, Фирса Садовникова, на капиталъ въ 125.000 руб., достигающйй въ настоящее время 200,000 руб. При богадѣльне очень хорошенькая небольшая церковь во имя св. Фирса; она вся въ образахъ, значительная часть стѣнъ облицована деревомъ. Зданія освящены въ 1876 году; призрѣвается изъ обѣднѣвшихъ православныхъ гражданъ Риги пятьдесятъ два лица, большинство женщинъ; по воле завещателя, богадѣльня содержитъ также две№ бесплатныя школы, для сорока мальчиковъ и столькихъ же девочекъ. Ежегодный расходъ на все —9.500 руб. Капиталъ хранится почему-то въ рижской городской думе%, выбирающей для заведованія комитетъ изъ четырехъ человекъ\къ. Въ одной изъ комнатъ имѣется портретъ завещателя: черты лица его видимо болѣзненны, но преисполнены доброты.
Принадлежащйй рижскому благотворительному обществу Маріинскій дѣтскйй пріютъ и при немъ Александровское училище для приходящихъ дѣтей, съ сапожнымъ классомъ, также достойны полнаго вниманія Общество учреждено въ 1862 году и имеетъ теперь капитала до 65,000 руб. и два собственныхъ дома, въ которыхъ помѣщаются пріютъ и училище; въ первомъ 50 дѣтей- детей-пансіонеровъ и 50 приходящихъ, въ училище 26 учениковъ. Ежегодные расходы—до 18.000 руб.; общество пользуется, по пріюту, пособіями Ихъ Величествъ и устраиваетъ лотереи и базары. Внѣшній видъ и внутреннйе распорядки производятъ хорошее впечатлѣніе.
Общества «Баянъ и «Ладо, мужское и женское, собираются обыкновенно въ роскошномъ залѣ дома, принадлежащего русскому акціонерному обществу «Улей». Залъ въ два свѣта, съ хорами. Въ Риге существуетъ также единственное въ Россйи общество отставныхъ воинскихъ чиновъ. Въ настоящее время въ обществе$ 72 почетныхъ члена, 92 д\действительныхъ и капитала 6.732 руб. Въ прошломъ году выдано пособий 193 руб., на погребеніе умершихъ членовъ 215 руб. и на лѣкарства больнымъ 86 руб. Основано общество семнадцать лѣтъ тому назадъ по почину одного изъ отставныхъ воинскихъ чиновъ, Ивана Петрова Петрова.
Рижское латышское общество, возникшее еще въ 1868 году, стоитъ какъ бы во главе прочихъ латышскихъ обществъ, рассыпанныхъ по городу и краю. У него две% цѣли: благотворительная и распространеніе образованія между латышами, въ смыслѣ сближенйя съ русскимъ народомъ, съ русскою жизнью.
Рига. Плавучий мостъ.
Общество обладаетъ довольно значительными средствами, составившимися изъ разныхъ вкладовъ, одинъ завѣщалъ свой домъ, другой 16.000 руб. деньгами, ит. д. Однимъ изъ способовъ благотворенія является раздача стипендий латышамъ въ петербургскйй} московский и юрьевский@ университеты. Во время самарскаго голода, въ 1873 году, русскіе и латышскія общества собрали 40.000 руб.; въ 1877, во время войны, латышскія общества отправили солдатамъ много вещей и 12.000 руб. деньгами, на 25-лѣтіе царствованія Императора Александра П и на коронацію Императора Александра Ш рижское латышское общество стояло во главе$ латышей для выраженія вѣрноподданническихъ чувствъ. При учрежденіи общества выдающимися дѣятелями г° были православные латыши—-протойерей Дрекслеръ и священникъ Крауклисъ. Рижскйй «домъ моряковъ» —«беетпапрозѣапв Рейегв &ез Сговзеп» — учрежденіе, бесспорно, очень полезное и любопытное. Зданйе построено въ 1884 году за счетъ рижскаго купечества и имѣетъ капитала до двухсотъ тысячъ рублей. Въ немъ помѣщаются: навигаціонная школа, имеются помѣщенія для двѣнадцати инвалидныхъ моряковъ, морское бюро н помѣщенія для матросовъ, гдѣ за пятьдесятъ копѣекъ въ сутки человѣкъ имѣетъ квартиру и столъ. Въ школе%, на курсе 1884—1885 годовъ, находилось въ штурманскихъ классахъ четырнадцать учениковъ, въ приготовительномъ двенадцать, въ отдѣленіи ма-
Рига. Желзнодорожный мость.
машинистовъ и кочегаровъ сорокъ четыре человѣка; курсовъ два: для капитановъ и для рулевыхъ. Типичны во второмъ этаже& комнатки въ виде% каютъ числомъ до тридцати восьми, устроенныя для интерновъ; некоторыя воспоминанія вызывались моделями двухъ, будто бы, первыхъ русскихъ военныхъ кораблей, пришедшихъ въ Ригу, «Оавз Взсве \арепі»» и «Сотшапфог». Видъ съ высокаго балкона, обращеннаго къ Двине , на весь городъ, раскинутый на противоположномъ берегу, со всѣми его шпилями, со всѣми судами на рѣкѣ, одинъ изъ замѣчательнѣйшихъ. Для увѣковѣченйя дней, проведенныхъ въ Ригѣ въ 1885 году Ихъ Высочествами Великимъ Княземъ Владиміромъ Александровичемъ и его Августійшею Супругою, рижское купечество постановило пожертвовать капиталъ въ 10,000 рублей для содержанія на проценты съ него дряхлыхъ моряковъ въ пріютѣ «дома моряковъ».
Въ Риге на Дворцовой площади мѣстнымъ купечествомъ сооружена въ 1814 г. такъ называемая «побѣдная колонна». Она сдѣлана изъ гранита и поставлена на 4-х-угольномъ пьедестале; наверху — богиня побѣды съ лавровымъ вѣнкомъ и пальмовою вѣтвью въ рукахъ. По сторонамъ пьедестала — двуглавые орлы. На памятнике| две№ надписи: русская и латинская; русская надпись гласитъ: «Силы двадцати царствъ и народовъ съ мечомъ и огнемъ вторглись въ Россію и пали въ смерть и плѣнъ. Россія, погубя губителя, расторгла узы Европы; Александръ Первый побѣдоносною десницею возвратилъ и утвердилъ царямъ царства, законы народамъ». |