Ч. II, очерк VI. Природа Белоруссии, с. 329-338: современная орфография
Ч. II, очерк VI. Природа Белоруссии. А. К. Киркор. С. 329-338. Текст в современной орфографии.
Очерк VI. Природа Белоруссии
А. К. Киркор. С. 329-338, начало на с. 329.
Море Геродота.—Реки Геродота.—Природа Белоруссии.—Холмы и возвышенности.—Геогностическия особенности.—Неманский, Днепровский и Западно-Двинский бассейны.—Каналы.—Озера.—Болота.—Звери.—Птицы.—Охота.—Рыбная ловля.—Садоводство.—Пчеловодство.
Эти бедные селенья,
Эта скудная природа, —
Край родной долготерпенья!..
Не поймет и не оценить
Гордый взор иноплеменный,
Что сквозит и тайно светит
В наготе твоей смиренной.
Ф. ТЮТЧЕВ
Дика и величественна, разнообразна и изменчива природа Белоруссии. Много в ней таких особенностей, каких вы не встретите нигде, разве на крайнем Севере. Воды, болота, земля и леса составляют канву, на которой тысячелетия избороздили самые причудливые узоры, то открывая их наготу, то закутывая гущею непроходимых лесов и болот, и делая почти недосягаемыми для человеческого глаза.
Тысячелетия отделяют нас от той эпохи, когда вся долина Припети, или так называемое Пинское полесье, была тоже залита водою,— морем Геродота, страною вод и туманов, как ее называет Дарий Гистасп в своем походе на Скифов. Существуете до сих пор непроходимое болото Гричин (в 10 в. от Слуцка), которое по народному преданию будто бы и теперь имеет подземное сообщение с Черным морем. Геродот говорит, что народ Будины, или Вудины, живете над большущим озером (морем), в которое вливаются четыре большие реки: Оар, Сюргис, Лик и Танаис. Думают, что древняя река Оар — нынешняя Горынь, Сюргис — Стыр, Лик — Случ. Танаисом назывался Дон, который в этой стране вовсе не протекает, и о какой реке говорит Геродот,—определить трудно.
Бассейны рек, прорезывающих Белоруссию, придают ей совершенно отличные черты. Так по течению Немана и его притокам (Ложе, Уссе, Суле, Уше, Сервече) местность холмиста, весьма живописна, разнообразна. В Новогрудском уезде (Минской губернии), Неман, протекая по северо-восточной границе, придаете особенную картинность местности, вообще возвышенной, перерезанной холмами, среди коих пространные надбрежные долины во многом напоминают живописные местности Трокского уезда, тоже по течению Немана.
Совершенно другое зрелище представляют нам побережья Днепра. Здесь природа величественна, сурова. Нет того разнообразия, той игривости картин, какие видим по течению Немана.
Днепр, большею частию протекая среди дремучих лесов, поднимая на своих водах барки и байдаки, с высокими щеглами, придает окрестным местам вид хотя и мрачный, даже местами полудикий, не менее того запечатленный кипучею деятельностью. По берегам его вы видите сотни людей, в тяжелом труде приспособляющих смолу, деготь, клепку и т. д. Здесь и самая физиономия народа отличается особыми типами: народ видимо удручен работою, угрюм, молчалив. Здесь и песня другая: она щемит вам душу, она рисует вам так много горького, неприглядного, пережитого этим страждущим народом.
На побережьях Западной Двины как будто сливается картинность Немана с суровостью Днепра, образуя нечто среднее между ними, но не лишенное особенностей и картинности. В этом отношении Инфлянты (Витебской губернии), с многочисленными озерами, развалинами древних замков, могилами и городищами представляют живописную суровую природу, связанную с воспоминаниями о кровавом давно-минувшем прошлом этой страны.
Совсем другой мир представляет нам долина Припети, это Геродотово море. Для естествоиспытателя, даже для поэта, здесь найдется такое обилие предметов для изучения, для наблюдений, какого почти невозможно встретить в других местах. Составляя самую болотистую часть едва ли не во всей России, долина Припети меняет свой вид и производимое им впечатление, по временам года. Изборожденная реками, речками, ручьями, разливами, протоками, усеянная озерами, озерками, бродами, залегаемая непроходимыми болотами, она весною и теперь имеет вид моря, будучи почти на третью часть залита водами. Недаром полешук говорит, что Припеть следует назвать три-пят, т. е. трижды пять, потому что в нее впадает пятнадцать рек. Летом—другая картина, особенно когда лето знойное. Болота, еще недавно залитые водою, подергиваются прозрачною дымкою тумана, теряющагося в дальней синеве. Местами виднеются высокие бугры, как будто островки. Их покрывает значительная растительность, да и все болото имеет вид, как будто покрыто растительностью. Эти бугры для неопытного, незнакомого с местностью весьма опасны. Иногда, в жаркое время, хотя и с большим трудом, кое-как можно добраться до них, можно и вскарабкаться на самый холмик и продержаться на нем несколько минут, но тонкое сплетение корешков растений, образующее холмик, не выдержит тяжести, оно прорвется, и тогда разверзается адская пучина, готовая поглотить неопытного. Были такие несчастные случаи.
По рассказам старожилов, случается, что при весьма сильных жарах болота высыхают на столько, что делаются доступными человеку и даже на них сеят просо; но это бывает в несколько лет раз.
Поражающее явление, страшная картина, когда в знойное лето воспламенится болотный торф. Пламя охватывает громадные пространства. Ночью все небо пылает величественными столбами зарева. Звери с ужасом бегут, ища спасения в воде, другие забегают даже в деревни. Никто не тушит этих пожаров; да и нет никакой возможности их потушить, ежели проливной и продолжительный дождь не подоспеет на помощь.
В 1828 году лето было очень знойное. Самые отдаленные и непроходимые болота сделались доступными. Несколько крестьян, воспользовавшись этим, зашли далеко от своих жилищ. Каково же их было удивление, когда, в местности весьма отдаленной и совершенно им неизвестной, неожиданно натолкнулись они на две высокие сосны, между которыми вставлена была перекладина и на ней висел небольшой церковный колокол. Вокруг были явственные следы человеческого жилья, кости животных, разбросанные обломки посуды и т. п.; виднелись и небольшие насыпи с истлевшими крестами. Пораженные этим, крестьяне спешили возвратиться в деревню и рассказали про виденные ими чудеса. Никто не мог объяснить, что это значило и каким образом очутился там церковный колокол. Наконец в соседней деревне нашелся старейший из старцев, который вспомнил, что отец его рассказывал, как во время шведской войны, когда никому не было пощады, а морозы были до того люты, что большая часть болот замерзла, крестьяне, набрав с собою досок, устраивали, где оказывалась необходимость, плотины и таким образом зашли в самую глушь, на выдающийся остров, загнали туда немного скота, снесли съестные припасы, построили небольшие шалаши, устроили даже род часовни и повесили колокол. Так прожили они десять недель. Потом, когда узнали, что неприятель ушел, возвратились домой, захватив что понужнее и предполагая вновь отправиться, чтобы снять колокол и забрать остальное имущество. Но вслед за сим наступила оттепель и добраться до колокола не было уже никакой возможности. Так он и оставался там до 1828 года, когда крестьяне торжественно возвратили колокол в свою приходскую церковь. Рассказ этот, вероятно, относится к 1706 году, когда, как известно, Карл XII прибыл в Пинск с многочисленным войском, намереваясь отсюда отправиться на Волынь; но, постояв месяц и убедившись в невозможности совершить такой поход по необозримым болотам, оставил Пинск. Приведенный выше рассказ не согласуется только с историческим фактом во времени года, ибо, на сколько нам известно, Карл XII посетил этот край не зимою — но в мае. Впрочем, весьма вероятно, что неистовствовавшие отряды войск Карла XII могли явиться гораздо раньше, еще зимою.
Среди болотных пущ встречаются глубокие, холодные ручьи. Замечательно, что некоторые из них не замерзают даже при двадцатиградусных морозах.
В глубине лесов, далеко от человеческого жилья попадаются большие озера, известные весьма немногим из туземцев. Доступ к ним возможен только во время знойного лета, или в большие морозы. Но некоторые из озер почти никогда не замерзают, так что на них всю зиму целые стаи диких гусей и уток свободно плавают, находя обильную поживу в мелкой рыбе и особенно в вьюнах. Они жиреют до такой степени, что почти теряют способность летать, и местные охотники, когда есть возможность добраться до озера, убивают их целые сотни.
В эти-то озера изливаются сотни ручьев и небольших речек, во множестве прорезывающих по всем направлениям долину Припети. Но есть и такие озера, к которым доступ совершенно невозможен ни в какое время года.
Еще недавно беззаботно и почти в совершенной безопасности жили здесь, в узких реченках, в большом количестве бобры и выдры. Речка Случь испещрена была замысловатыми постройками бобров. В настоящее же время на Случе их совсем уже нет, да и вообще очень мало осталось бобров и выдр. Охотники истребляют их страшно, выручая за хорошого бобра до двадцати, иногда и более рублей, а за выдру от трех до пяти руб.
Как в целом Белорусском полесье, так в особенности в долине Припети, леса составляют главное богатство края. В лесах владельцы, по местному выражению, гонять деготь, смолу, выделывают поташ, строевые брусья, доски, дрань, гонт, клепку, даже мачты для кораблей, щегла (тоже род мачты) для байдаков. Зимою гнут полозья, дуги, ободья, оси, оглобли и т. д. Все эти предметы на местных судах отправляются в Данциг, в Кенигсберг, в Кременчуг и другие места, откуда в замен получаются соль и другие предметы.
В последние годы, конечно, многое изменилось; много лесов истреблено, но в долине Припети пройдут сотни лет, а леса не истребятся. Это свой особый, угрюмо-мрачный и дикий лесной мир, к которому даже осушение болот не скоро проложит свободный путь. Это мир, в котором привольно живут медведи, волки, лоси, дикие козы, черные россомахи. Только бури и ураганы производят безнаказанно страшные опустошения в этих лесах, особенно на окраинах. Сотни дерев вырываются с корнем, гигантские сосны перерезываются на-двое; опустошения бывают так велики, что потом надобно много усилий, чтобы очистить путь.
В Минской губернии количество лесов составляет 60% общого пространства. В Могилевской и Витебской до 35% .
Минская губерния справедливо называется страною туманов или озер. Небольшие холмы и возвышенности замечаются только в северной и северо-западной части губернии и служат водоразделом Балтийского и Черного морей. Исключение составляет Новогрудский уезд, где поверхность вообще более возвышенна, перерезана холмами. Но самый высокий холм находится в Минском уезде, известный под именем Лысой горы, вышиною в 161 сажень.
Геогностический состав почвы губернии во многих местах заключает в себе много задатков для богатого земледельческого промысла. Осадки болот и озер образуют серую землю и покрывают глину, мергель, супеск, песок и обыкновенные камни.
Северо-западная часть губернии принадлежит к третичной формации, юго-восточная же часть вся состоит из наносных и дилювиальных осадков позднейшого образования; поэтому-то здесь на огромных пространствах залегает торф и торфяные болота.
В Витебской губернии почти вся площадь принадлежит к девонской формации, восточная же часть принадлежит к каменноугольной. Из горных пород заме чаются пласты красных песчаников и известняка. Окаменелости попадаются преимущественно в высоких берегах Западной Двины. Холмы Витебской губернии служат продолжением Авратынской выси. Продолжения Валдайских возвышенностей служат здесь водоразделом бассейнов Финского залива и Западной Двины.
В Могилевской губернии, в северной части девонская формация, в западной и южной части губернии — нижняя третичная формация. Северная часть перерезана кряжем холмов, продолжением Валдайской возвышенности; южная же часть более ровная.
Из минералов в Могилевской губернии находятся: железные руды в Могилевском, Быховском, Рогачевском и частию Чаусовском уездах; глины кирпичные, горшечные и фаянсовые в разных местах; в Горецком уезде встречается красная земля, употребляемая для окраски кровель. Оршанский уезд богат известью, которую в большом числе сбывают по Днепру в другие губернии. Около г. Сенно находятся минеральные источники. Вблизи г. Горок есть родник, содержащий в себе железо.
В Могилеве есть ключи, содержащие соленую воду.
В Минской губернии находятся железные руды, известняк и мел в Речицком уезде, а также в Новогрудском.
Реки в Белорусском полесье принадлежат к трем главным бассейнам: Неманскому, Днепровскому и Западно-Двинскому. Важнейший, конечно, Днепровский бассейн, к которому принадлежат Березина и Припеть, составляющие, как по величине площади, ими занимаемой, так и по богатству вод, как бы два отдельных бассейна. Течение Немана в Минской губернии простирается на 211 верст; из этого числа 89 верст внутри губернии и
Рисунок на отдельном листе: Половодье.
122 по границе Виленской губернии, так что только левый берег принадлежит Минской губернии. Неман придаете здесь особый живописный характер местности. На протяжении площади, занимаемой Неманом, в него впадают Ложа, Усса, Сула, Уша, Сервеч. Важную роль играет здесь приток Немана Шара (о которой мы уже говорили при описании Гродненской губернии). Вытекая из Новогрудского уезда, она течете с севера на юг до границ Пинского уезда, где соединяется с Огинским каналом.
В Борисовском уезде есть еще небольшая река Эсса, принимающая в себя устье Веребского канала, соединяющого Западную Двину с Березиной. Эсса впадаете в Лепельское озеро Витебской губернии.
Днепр течет по границе Минской губернии на протяжении 230 верст, принадлежа губернии правым своим берегом и принимая в себя две главные реки этой губернии: Березину и Припеть. В Могилевской же губернии Днепр своим бассейном занимаете почти всю площадь губернии и непосредственно принимаете в себя 97 рек и 152 речки. Главный приток Днепра здесь река Сож, которая одна принимаете в себя 88 рек и 245 речек, так что Могилевская губерния едва-ли не богаче всех губерний России обилием рек, речек, ручьев, составляющих громадное число, более тысячи. Днепр протекаете губернию на протяжении 410 верст. До м. Шклова он течет в тесных и крутых берегах; а близь Орши берега представляют обнаженные песчаники и доломиты девонской формации. Левый берег выше правого, но от Орши, где река поворачиваете на юг, правый берег становится возвышенным, а левый отлогим. Ниже Могилева замечаются рыхлые породы нижней третичной формации. Наибольшая ширина Днепра достигает 160 сажен, весною же разливы его простираются на несколько верст.
Березина, в Минской губернии, течет на протяжении 590 верст. Бассейн её состоит из 146 рек и речек. Наибольший из притоков Березины—Свислоч, протекающий 211 верст.
О Припети мы скажем в особом очерке.
Сож протекает по Могилевской губернии около 300 верст и в м. Лоеве впадает в Днепр. Правый берег её возвышен и местами живописен. Леса, луга, озера придают её долине особенную картинность. Во время разливов она затопляет почти всю долину и горизонте вод возвышается до пяти сажен.
После Днепра важнейшею рекою считается в Белорусском полесье Западная Двина. Она главным образом принадлежит Витебской губернии, где её течение простирается на 680 верст. На северовостоке она на протяжении 30 верст отграничивает Витебскую губернию от Псковской. Точно также по границе Могилевской губернии протекает 27 верст.
Берега Западной Двины высоки и круты; один берег постоянно господствуете над покатостями другого. Как падение реки неравномерно (от 4 до 42 сажен), так течение, ширина, глубина и самое дно весьма изменчивы. Наибольшее падение в порогах, круто поднятых один над другим. Пороги эти в некоторых местах идут каменными грядами через всю ширину реки, препятствуя свободному плаванию судов с грузами, которое вполне безопасно и удобно только весною и осенью. Самые опасные пороги за местечком Крейцбургом, где на протяжении пяти верст девять порогов, имеющих общее название Перекориш. Течение Западной Двины местами, там, где берега более сжаты, очень быстро и равняется 1,5 ф. Ширина от 50 до 200 сажен. Дно то песчаное, то каменистое, перегораживамое мелями, островками, каменистыми грядами, плитняковыми уступами. Несмотря на все эти препятствия, судоходство по ней весьма значительно.—Западная Двина около 230 дней в году свободна от льда. Глубина её достигает четырех сажен и более.
Из множества притоков Западной Двины мы упомянем важнейшие: Межа, Каспля, Улла. Все они менее или более судоходны, и в этом отношении некоторые весьма важны для торгово-промышленной деятельности края. По одной Каспле судорабочих бывает более шести тысяч человек.
В Витебской губернии есть еще реки, непосредственно впадающие в озера Ильмень, Псковское, Лубань; так напр. Великая, впадающая в Псковское озеро, Ловать в озеро Ильмень.
Кроме такого множества рек и речек, в Белорусском полесье замечательны еще следующие каналы: Огинский, в Минской губернии, сооруженный в начале второй половины ХИИИИ столетия великим гетманом Огинским, для соединения р. Шары, впадающей в Неман, с р. Яселдою, притоком Припети. Канал проходит через два озера: Вулько и Выгоновское. Первое, глубокое, с твердыми берегами, служит удобною пристанью для зимовки судов, последнее же находится на возвышенной плоскости. Оно составляет главный резервуар канала. Вместе с озерами канал имеет протяжения 44 ½ версты; ширина по дну до пяти саженей, глубина до трех футов.
Сергучовский или Березинский канал прорыт в 1804 году для обхода нижней части реки Сергуча, где она по весьма узкому и извилистому течению не способна для судоходства. Длина канала 8 верст 300 сажен, ширина 11 ½ сажен, по дну 5 сажен, глубина 10 футов. Канал этот в последнее время требовал значительных исправлений. Поэтому, по распоряжению правительства, 8 октября 1879 года приступлено к работам, именно к очистке канала от наносов в открытой его части между рекою Березиною и первым шлюзом, на протяжении 530 ног. саж.
Веребский канал вырыт в 1802 г., для соединения реки Берешты с Эссою. Длина его две версты 228 саженей. Канал этот находится на границе Борисовского уезда Минской с Витебскою губерниею, собственно в Лепельском уезде.
Канал, соединяющий озеро Плавию с озером Берештою, длиною семь верст 300 сажен, шириною пятнадцать, а по дну 8 сажен.
Все эти каналы входят в состав Березинской системы, посредством Западной Двины и Днепра, вспомогательных ветвей, как-то: озер и каналов, соединяющей Балтийское море с Черным.
Кроме этих каналов в состав Березинской системы входят, в том-же Лепельском уезде, Лепельский канал, соединяющий реку Эссу с Лепельским озером, и Чашниковский, сооруженный для обхода изгибов на реке Улле при местечке Чашниках.
Белорусское полесье богато озерами, из коих большая часть не имеют никаких названий. В Минской губернии, кроме озера Выговичи, отличающагося своим возвышенным, положением и служащого резервуаром вод для р. р. Яселды и Шары, замечательно озеро Князь или Жид, в Мозырском уезде, богатое рыбою. Расположенное среди дремучих лесов, оно занимает около 43 квад. верст пространства (длина 16 и ширина 5 верст). Жители прибрежных деревень Пуховичи, Ляховичи, селения Князь-Озеро и Дяковичи, производят значительную торговлю рыбою из этого озера с Минском, Житомиром, Слуцком и другими городами Западной России. Сохранилось несколько преданий об этом озере и странных названиях онаго, впрочем исторически ничем не подтверждаемых. Народное предание говорит, что посреди озера, на острове существовал замок, принадлежавший князьям Слуцким-Олельковичам. Один из этих князей, поссорившись с своим братом, заточил его в этот замок. Спустя некоторое время, когда князь еще был в замке, воды озера сильно поднялись, затопили остров и разрушили замок, причем конечно погиб несчастный князь. Были случаи, когда со дна озера добывали кирпич, разную утварь, обломки железа и между прочим, будто-бы, некоторые части разбитых в дребезги царских дверей. Наконец уверяют, что на дне озера сохранились даже каменные своды.
В Новогрудском уезде замечательно озеро Свитезь, прославленное Мицкевичем. Здесь он просиживал многие часы под тенью вековых дубов и здесь написал свою прекрасную балладу «Свитезь», в которой выходят на сцену озерные нимфы «Свитезянки». Это те же русалки, или «Гоплянки», как их называют в Познани от озера «Гопло». Великий поэт наложил на это озеро печать чего-то волшебного. Оно и в самом деле не похоже на другие. Озеро небольшое, имеет вид продолговатого круга, со всех сторон окаймлено дубовыми и березовыми рощами. Берега как будто нарочно вымощены разноцветными камешками. Вода чистая, как в источнике. Дно твердое, покрытое мелкими камешками и белым песком. Кто в первый раз приезжает в Новогрудок, непременно посетит и Свитезь, находящееся недалеко от города. На берегу озера, в лесу, была хижина лесника, местного сторожила. Когда я посетил это озеро (1856 г.), лесник с горестью говорил мне: «с тех пор, как уехал панич (Мицкевич), паненки (т. е. свитезянки, или русалки) уже больше не появляются на озере». — А при нем появлялись? — спросил я. «А як-же, отвечал добродушный старик, все их видели, да он же и описал их.»
В Витебской губернии насчитывают более 2,500 озер, из коих многие не имеют даже названия. Большею частию озера лежат среди возвышенных берегов, поросших лесом. В Лепельском уезде замечательны озера: Лепельское и Черствяны, величиною каждое в одиннадцать кв. верст. Из Лепельского озера вытекает река Улла. На западной стороне озера, на полуострове находился древний замок; теперь там церковь. Город расположен на южном берегу озера. Небольшой ручей соединяет озеро Черствяны с озером Тетча, где на восточном берегу стоял город Лебедь. В Динабургском уезде самые болыния озера Сивер в 39 кв. верст и Рушона в 36 кв. верст. Из Сивера истекает река Дубна, впадающая в Западную Двину. На озере Рушона десять небольших островов, поросших березовыми рощами. В Дриссенском уезде глубокое и бурное озеро Освей, имеющее 42 кв. версты поверхности. На южном берегу озера находится замечательное местечко Освей. В северо-западной части есть большой остров, называвшийся в прежнее время Ду. На этом острове находится небольшая деревушка; в прежнее время здесь была церковь Рождества Богородицы. Озеро Освей соединено с озером Лисно, имеющим 21 ½ кв. верст поверхности, посредством канала в 14 верст длины. Кроме того Лисно соединяет приток с рекою Свольною, впадающею в Дриссу. Этот соединительный путь служит для сплава леса. В Полоцком уезде озеро Нещарда, или Несчерда, имеющее более 24 кв. верст поверхности. Северный берег его, усеянный высокими холмами и селениями, весьма красив. На восточной стороне озера есть полуостров, на котором войска Иоанна Грозного построили сильно укрепленный замок, называвшийся также Несчерда. Замок этот 13 декабря 1579 года взят был и сожжен польскими войсками. В Себежском уезде большие озера Осына и Свибло, имеющие до 14 кв. верст поверхности. Последнее славится необыкновенной величины лещами. Озеро Неведро на границе уездов Невельского с Себежским. Самое значительное из озер, на северо-западной границе Режицкого уезда, Лубань, занимающее площадь до 73 кв. верст. Топи и болота, окружающие озеро, доказывают, что в прежнее время оно занимало еще большую площадь. Из озера идет канал на протяжении 15 верст, соединяющий его с рекою Евикштою. Эта же река берет и свое начало из этого озера. В северной стороне находится довольно значительный луговой остров. Весьма живописное озеро Розно в юго-восточной части того же уезда, которого площадь занимает до 48 ½ кв. верст. Оно окружено со всех сторон горами, на коих разбросаны деревни и посады. Глубина озера до двадцати сажен. На севере образуется залив, именуемый озером Дукисты-галом. Озеро Ешо имеет в длину семь верст, шириною более двух, замечательно тем, что на нем разбросано 25 небольших островов, покрытых сосновым лесом. Пролив соединяет его с озером Золва, очень узким, длиною в 6 верст.
В Могилевской губернии мало озер. Они рассеяны между Днепром и Западною Двиною и отличаются возвышенными берегами; напротив, с южной стороны, между Днепром и Сожею имеют низменные берега, окруженные луговыми долинами.
Южная часть Минской губернии славится своим болотным царством. Это так называемое Пинское полесье, собственно долина Припети, о которой мы поговорим в особой статье. В остальных двух губерниях, болот относительно немного. В Могилевской губернии, в северной части, есть значительные болота Веретея, имеющие 25 верст в длину и 15 в ширину.
Возвращение с охоты на медведя.
В Витебской губернии самые значительные болота в северо-западной части. Болото около озера Лубани, о котором мы говорили, имеет более 120 кв. верст. Большая часть болот окружает озера, или примыкает к верховьям рек. Во всей губернии считают до 432 тысяч десятин болотистого пространства. Особенно много болот в Динабургском уезде, где некоторые из них величиною в 136 кв. верст, и в уезде Полоцком. Болото Лонница занимает здесь 77 кв. верст и на нем семь небольших озер. С севера оно примыкает к реке Дриссе, с юга к Полоте.
Уверяют, что в прежнее время в Минской губернии водились зубры и соболи. Ныне нет их вовсе. О зубрах, соболях, диких лошадях упоминается в Литовском статуте 1588 г. Дикие звери живут привольно в лесах белорусских. Во всех трех губерниях водятся во множестве медведи, волки, лоси, дикие козы, серны, кабаны, лисицы, выдры, куницы, рыси, норки, барсуки, зайцы, редко россомахи и др. Оленей немного. Бобры еще существуют, но далеко не в таком количестве, как бывало прежде. Впрочем, в настоящее время землевладельцы стали очень заботиться об их сохранении.
Обилие лесов и вод снабжает жителей во множестве дичью и рыбою разных видов. Из дичи водятся глухари, куропатки, тетерева, рябчики, утки, бекасы, дупеля, дрофы и др. Из рыб известны различных сортов щуки, лещи, караси, окуни, плотва, налимы, угри, судаки, большущие сомы; попадается даже форель, падуста и селява, но отличная видом и вкусом от прославленной трокской селявы.
Охота как на зайцев и птиц, так в особенности на дикого зверя (облавы), также как в Литовском полесье, составляли любимое занятие дворянства и в Белоруссии. Приемы те же как и в Литве. Те же приживальцы (резиденты), командующие охотою, стрельцы, стаи собак и т. д. Конечно, теперь многим не до охоты, да и нет прежних удобств. Крестьян нельзя согнать на охоту, с зачетом им проведенного на охоте времени за барщину. Впрочем, охоты на дикого зверя и теперь совершаются так-же торжественно, хотя гораздо реже. Очевидец и конечно сам охотник, белорус, почтенный генерал Без-Корнилович, вот как описывает охоту в Белоруссии, в недавнее время (1855): «Если стрельцы донесут, что обошли лося, медведя или нашли гнездо волков, тогда помещик дает знать соседям, приглашая их к себе в назначенный день на охоту: собирает стрельцов и крестьян. Охотники устраивают облаву, размещая крестьян полукругом по дороге или просеке; другой полукруг занимают стрельцы; стремянный ведет собак вокруг отъезжого поля и оттуда их спускает в лес, чтобы гнали зверя на охотников; сам верхом скачет за собаками, ободряя их трубным звуком. По особому лаю гончих, охотник узнает, что собаки напали на след зверя, расставленные по дороге крестьяне криком и стуком принуждают зверя бежать в ту сторону, где стоят стрельцы, которые их убивают. Все убитые на облаве звери принадлежат хозяину».
К этому мы можем прибавить, что в числе дворовых людей и даже крестьян есть записные охотники, отличающиеся не только меткою стрельбою, но необыкновенною смелостью, находчивостью и удалью. Без всяких приготовлений, такой охотник, один с плохим, полуизломанным ружьем да ножем за поясом, выследит медведя или другого крупного зверя, подпустит его к себе на несколько шагов и метким выстрелом положит на месте. Есть и такие молодцы, которые без ружья, с ножем да секирою бросаются на зверя и одолевают его.
Рыбная ловля в Минской губернии составляет значительный промысел и доставляет большие выгоды. В других губерниях Белорусского полесья тоже весьма значительная рыбная ловля неводами, бреднями, сетями, мережами и бучами. У прибрежных жителей рек и озер рыболовство входит в народные обычаи, соединяется с известною увековеченною обрядностию и сопровождается весьма древними песнями.
Садоводство весьма распространено в целом Белорусском полесье. Положительно можно сказать, что нет ни одного помещичьего имения, в котором бы не было фруктового сада. Много садов в белорусских городах и местечках; но приятнее то, что и многие из крестьян имеют небольшие фруктовые садики. В начале нынешнего столетия, владелец имения Дубровна и многих других в Оршанском уезде Могилевской губернии, князь Любомирский, большой любитель и знаток садоводства, почти силою заставлял своих крестьян заводить сады. Много было ропота по этому поводу; но последствия были самые благоприятные: садоводство развилось повсеместно в имениях князя, сделалось необходимостью, породило подражателей и поддерживается до наших дней. Есть много богатых, отлично содержимых оранжерей в больших имениях.
Известно, что мед был любимым напитком, как в Литве, так и в Белоруссии. Медоварением занимались даже монастыри разных орденов, но в особенности иезуитские. Мед иезуитский славился повсюду. Поэтому и на пчеловодство было обращено особенное внимание. Пчеловодством занимались не одни помещики, но и крестьяне. У зажиточного крестьянина бывало до 80 и более ульев. В настоящее время пчеловодство значительно упало, но нельзя сказать, чтобы страсть к нему и любовь уменьшились. И теперь весьма многие как помещики, так и крестьяне содержать пасеки, некоторые даже значительные. Но выделка меда весьма ограниченная. Крестьяне больше всего рассчитывают на продажу воска, которого цена, в сравнении с прежним, постоянно возрастает. Медоварением преимущественно занимаются Евреи в городах. А еще мы помним время, когда за барским столом вино подавалось только в особенных случаях, зато мед и превосходные наливки (из вишень, малины, смородины, крыжевника и т. д.) составляли любимый напиток.
Во всей Белоруссии пчеловодством занимаются более крестьяне. Помещики содержат так называемых домовых пчел, для которых ставят пасеки, т. е. собрание ульев в саду, огороде, или в особо огороженных местах. У крестьян же пчелы лесные. Дерево, из которого выдолблена середина, называется борть или барть. Их ставят в лесах, и в них пчелы охотно поселяются. Другие же делают ульи и ставят их на высоких деревьях, преимущественно в липовой или березовой роще. Крестьяне напыскают ульи, т. е. окропляют уксусом, медом и растворами из трав и цветов пахучих, что привлекает пчел в уставленный на дереве улей. Придуманы даже средства, как защитить улей от медведя. Для этого устраивают так называемые подкуры, заключающиеся в том, что к дереву, на котором уставлен улей, прикрепляют особое бревно, препятствующее медведю взобраться на дерево. Бревно так устроено, что, когда медведь хочет сбросить его, оно сильно ударяет медведя. Есть еще и другие способы защиты от медведя, придуманные крестьянами, как напр. набивка дерева большими железными гвоздями, устройство вокруг дерева толстых остроконечных кольев и т. п. Вообще пчеловодство, особенно в Могилевской губернии, для крестьян весьма выгодно. К сожалению, однако, в последнее время гораздо менее бортей или ульев на деревьях, потому что завелись охотники выбирать из них чужой мед. Это тем прискорбнее, что в прежнее время такие действия считались ужаснейшим преступлением.
А. К. Киркор.