Ч. II, очерк VIII. Поселения в Белорусском Полесье, с. 425-428: современная орфография
Ч. II, очерк VIII. Поселения в Белорусском Полесье. А. К. Киркор. С. 425-428. Текст в современной орфографии.
Продолжение очерка VIII части второй «Поселения в Белорусском Полесье», с. 425-428; начало на с. 425.
На правом возвышенном берегу Днепра, при впадении в него р. Друти, лежит уездный город Рогачев, весьма древнее поселение, с городищем, на котором потом построен был замок, существовавший до 1780 года; следы его в земляной насыпи, обведенной рвом, и до сих пор видны. Рогачев, несомненно, был поселением в доисторическое время; в этом удостоверяют как городище, так и множество курганов в окрестности, в которых случайно находили бронзовые и каменные изделия. Некоторые идут далее и производят имя Рогачев от литовского слова rаgаs, алтарь, что не имеет никакого основания; чтобы Литовцы имели свои поселения в нынешней Могилевской губернии в доисторическое время, — этому нет никаких доказательств и ничто не наводит на самую мысл об этом. Производство слова Рогачев от «рога», образуемого крутым поворотом р. Друти при устье, тоже довольно эксцентрично, но все же имеет некоторый смысл. По летописям, Рогачев делается известным с XII столетия, именно с 1142 г., когда вел. кн. Всеволод Ольгович отдал его своему брату Игорю. Рогачев еще во времена Гедимина подпал под власть великих князей литовских и принадлежал пинским князьям. В 1509 г. пинский князь Федор Ярославович и его супруга Елена—завещали, в числе прочих городов, и Рогачев королю Сигизмунду I (Старому). Рогачев с ХV столетия служил яблоком раздора между Москвою и Литвою. Иоанн III посылал даже в Краков посла своего Беклешева к королю Казимиру, но король именно в это время умирал в Гродне, и об уступке Рогачева не могло быть речи. Тогда вел. кн. московский, считая для себя важным обладание Рогачевы м, как стратегическим пунктом, направил свои войска на этот город, и в том же году Рогачев был взят. Вскоре однако Литовцы отняли его, и с того времени борьба возобновлялась часто, а Рогачев переходил из рук в руки, — то к Литовцам, то к Русским. Окончательно им завладели Русские только после первого раздела Польши. Рогачев сделан был сперва провинциальным, а потом, с 1802 г., уездным городом. Пристань на реке способствует развитию торговли. Предметы торговли, главнейшим образом, лес и изделия из него. Отправляют также, хотя не всегда, хлеб, булыжный камень, скипидар, смолу, овощи.
К не менее древним поселениям принадлежит также Чечерск, при впадении реки Чечоры в Сож. И здесь в окрестности множество курганов, а на городище построен был замок, от которого уцелели часть вала и ров. На месте замка чечерские старосты построили палаты, в которых Екатерина II ночевала во время своего посещения Белоруссии и бытности в Чечерске у супруги генерал-губернатора гр. Чернышевой. В XII столетии в Чечерске был князем Олег Святославович, сын князя черниговского. Здесь же, в Чечерске, в 1168 г., Олег угощал тестя своего великого князя Ростислава Мстиславовича, когда тот ехал из Киева в Новгород. Но Чечерск никогда не был удельным княжеством и входил в состав Черниговского. Потом, при литовском владычестве, сделан был староством. С 1621 г. старостою был Александр Сапега. Екатерина II подарила Чечерск генерал-губернатору гр. Чернышеву.
Из других местечек Рогачевского уезда мы упомянем Стрешин, при р. Днепре. Стрешин или Стрежева в XII ст. принадлежал Полоцкому княжеству, и некоторое время Черниговскому; при литовском владычестве, в конце ХИV ст. он был причислен к имениям виленской капитулы. — Люшев, со многими другими имениями в Пинской земле, в течение нескольких столетий находился во владении Солтанов и ныне принадлежит гр. Михаилу Солтану. Весьма редкое, а в этой стране едва ли не единственное явление, чтобы имение преемственно переходило в течение целых столетий из рук в руки в одном роде. Здесь же и фамильный склеп с гробницами Солтанов. Костел здесь основан в начале ХVИИ столетия. Жлобай при Днепре. Здешние жители почти исключительно занимаются постройкою судов.— Корма при реках Соже и Парачевке, с пристанью на правом берегу Сожи.
Гомель, летописный Гом (Гомы, Гомий), на высоком и крутом берегу Сожи, был древнейшим поселением в земле Радимичей. В XII столетии он принадлежал Черниговскому княжеству. В 1142 г. был занят смоленским князем Ростиславом. Потом Изяслав Давидович Киевский завладел Гомом, а когда его изгнали из Киева, он, в 1159 г. сюда и удалился. В Х1У ст. Гомель с целою Сожскою землею был уже во власти Литвы. Когда Василий Ярославович, князь Боровский, шурин ослепленного князя Василия, преследуемый Шемякою, бежал в Литву, король Казимир-Ягеллон, в 1446 г., отдал ему с некоторыми другими городами на житье и кормление г. Гомель. Потом он был отдан другому выходцу из Москвы, Иоанну Андреевичу Можайскому, а после его смерти король Александр предоставил Гомель сыну его Симеону, который, в 1500 г., возвратился в Москву, но удержав за собою Гомель; Иоанн же III положил условием, чтобы владения этого Симеона не воевать. В 1535 году князь Радзивилл без боя взял город, ибо жители сами отворили ему ворота. С этого времени Гомель назначен был староством, жалуемым королями разным лицам. В 1648 г. Богдан Хмельницкий овладел Гомелем и вырезал 1500 человек жителей. Потом в 1655 г. жители ужь сами предались казакам. Несмотря на это, по Андрусовскому миру, Гомель остался за Литвою. Последним гомельским старостою был князь Михаил Чарторыйский, который возобновил существовавший с древних времен замок, воздвиг новые дубовые здания и укрепления, с бойницами, стенами, рвом и подъемными мостами. По присоединении Белоруссии по первому разделу Польши, Гомель назначен был уездным городом Рогачевской провинции, но, в 1777 г., упразднен. Екатерина II пожаловала Гомель со всеми принадлежащими к нему деревнями фельдмаршалу графу Петру Румянцеву-Задунайскому. Последний, вместо деревянного, построил каменный великолепный замок. В 1795 году, по наследству после фельдмаршала, Гомель достался сыну его, знаменитому канцлеру, графу Николаю Петровичу Румянцеву. Он любил Гомель и заботился об его украшении. Им же воздвигнуты здесь церкви св. Петра и Павла, св. Троицы и Преображения Господня на кладбище; в склепе Петро-Павловской церкви почивает канцлер, скончавшийся в 1826 г. Канцлером построены также: католический костел, с большим зданием для духовенства духовное, училище, ланкастерская школа, школа для благородных воспитанников, гостинные ряды, аптека и др. Канцлер в духовном завещании своем включил условие, что если бы его наследники пожелали продать Гомель, то могут продать не иначе, как фельдмаршалу или канцлеру. Воспользовался этим фельдмаршал граф Паскевич-Эриванский, князь Варшавский и, в 1834 году, купил Гомель от наследника канцлера, родного его брата. Ныне Гомель принадлежит сыну фельдмаршала, генерал-адъютанту графу Федору Паскевичу-Эриванскому, князю Варшавскому.
Тут же при Гомеле находилось селение Белица, которое, в 1777 г., обращено в уездный город; в 1852 г. он оставлен заштатным, а уездным городом назначен Гомель. Затем, в 1854 г., Белица присоединена к Гомелю, как предместье города.
Князь Варшавский, подобно канцлеру Румянцеву, заботился об украшении замка и самого Гомеля. Прекрасный, великолепный мост, на высоких арках, длиною в 280 сажен, ведет через Сожь в город. Мост этот, замечательный в архитектурном отношении, окончен в 1857 г. Под ним свободно проходят суда. К замку пристроена четырехугольная башня, соединенная с замком крытою галлереею с колоннами. Перед замком построена высокая, круглая эспланада, на которой стоят орудия, подаренные фельдмаршалу императором Николаем. Внутри, в богатой ниши из настоящого агата, поставлен бюст императора Николая из каррарского мрамора, прекрасной работы. Разные трофеи двух фельдмаршалов, собрание редких достопримечательностей, дорогие подарки царствующих лиц, богатое собрание разных предметов изящных искусств, делают гомельский замок настоящим историко-археологическим музеем. Вообще, такого великоления и богатства, особенно по отношению к садам и паркам, в имении частного человека нет в целой Белоруссии, да немного подобных и в целой России.
В 1856 г. был страшный пожар, истребивший в Гомеле 540 домов; но заботливостью владельца и щедротами монарха, он скоро обновился еще в лучшем виде. В настоящее время Гомель—лучший из уездных городов Белоруссии. Гр. Паскевич, в 1848 г., основал здесь сахарный завод; есть и другие заводы; в торговом отношении значение города весьма важно. Местное купечество торгует лесом, отправляемым в Херсонь, шерстью, пенькою, льняным и конопляным маслом, отправляемым в Ригу и Варшаву. Пристань весьма оживлена. Три ярмарки в году: в Новый год, в Духов день и Воздвижение креста, привлекают много иногородных купцов, особенно из Москвы, Тулы и других мест. Предместье Слобода заселено почти исключительно старообрядцами; у них есть своя молельня.
В Гомельском уезде, при р. Соже находится Ветка, гнездо раскольников, где они постоянно находят приют с XVII века. Местность эта принадлежала шляхтичу Халецкому. При Алексее Михайловиче большое число старообрядцев бежало в Белоруссию. На землях Халецкого они основали несколько слобод и главную из них назвали Веткой. Для Халецкого это было очень выгодно; пустопорожние, незаселенные земли, большею частию лесистые, по заключенным условиям, стали приносить ему доход. Старообрядцы платили хорошо, а потом стали приобретать земли в собственность. Число их постоянно увеличивалось, так что в 1695 году их насчитывали уже более 40000 человек. Никто и не знал в России об этих беглецах. Но когда вспыхнула Шведская война, раскольники образовали из себя на стоящие дружины, нападали на Шведов, одних убивали, других брали в плен и приводили к Петру. Потом они поступили в полную его команду и усердно исполняли все его приказания. Петр был ими доволен и простиль их за побег. У них была уже в Ветке Покровская церковь, освященная Феодосиемь, которого они признают основателем поповщинской секты. В царствование Анны Иоанновны, в Ветке нашел убежище некто Епифаний Яковлев, киевский монах, по подложным документам посвященный ясским митрополитом в сан чигиринского епископа. В этом сане он начал посвящать раскольников в священники и диаконы. Он был уличен и сослан в Сибирь, но раскольники успели его освободить и привезли в Ветку. По этому случаю, по приказанию императрицыв 1735 г., полковник Сытин с войском отправился в Белоруссию, окружил Ветку и захватил 40000 раскольников, которых и привел с собою в Россию. Мера эта не помогла;— в самое короткое время Ветка и другие слободы опять заселились раскольниками. Потом, в 1754 г., Екатерина II командировала генерала Маслова с войском для захвата ветковцев. Тот вывел их до 20000, но уже в Сибирь. Несмотря на это, раскольники и до сих пор занимают Ветку, хотя уже в меньшем количестве. Живут они достаточно; пристань у них очень удобная; бывают ярмарки, базары, строятся плоты, и вообще ведут довольно значительную торговлю. Ветка сделана местечком, и потому здесь живут и Евреи, соперничающие с раскольниками в торговле. В Ветке есть раскольничья молельня. Есть и православная церковь; по православных здесь немного. У раскольников был и мужской монастырь, в Макарьеве, в 15 верстах от Гомеля. Он был основан еще в половине XVIII ст. В 1845 году, по старанию архиепископа Антония, монастырь принял единоверие и потом признан штатным единоверческим монастырем. По упразднении Чонского и Лаврентьевского раскольничьих монастырей, вся богатая церковная утварь и иконы переданы в Макарьевский монастырь. Одна риза Тихвинской Богородицы, переданная из Чонского монастыря, стоила 30000 рублей, другая— Владимирской Божией Матери 15000 руб. Ныне они составляют собственность Макарьевского монастыря.
Из местечек Гомельского уезда более значительны по населению Носовичи и Хальч.
А. К. Киркор.