Глава III. Привилегии Витовта литовским евреям, с. 184-196: современная орфография
Привилегии Витовта 1388 года трокским и брестским евреям: списки и тексты, родство с грамотами Болеслава Калишского и Казимира Великого и западноевропейскими образцами, суд, защита жизни, имущества и веры. С. 184-196. Текст в современной орфографии.
Судя по рукописи (образец которой у Дзялынского) и по самому языку текста, список этот принадлежит временам Сигизмунда 1.
Второй по времени русский текст грамоты Витовта был обнародован Перльштейном 276; напечатан он польским шрифтом и яко-бы на польском языке; но язык этот справедливее нозвать полонизацией древне-русского текста, и понимание многих мест текста Перлыштейна становится возможным только при сличении его с русским текстом Дзялынского.
Разсматривая более подробно этот текст, мы видим следующее: 1) Он внесен в 1791 г., декабря 9-ro в гродския[?] книги Луцкого замка с копии, выданной в 1648 году, июня[?] 10, с „прав, данных евреям-караимам общины Трокской и всем вообще караимам, проживающим где бы то ни было в Княжестве Литовском“. „Права“ эти были представлены ко внесению в гродския[?] Трокския книги евреем и войтом Трокским Глишаном Сушкевичем. 2) После титула Сигизмунда 1, который, между прочим, назван князем Опольским, говорится, что на просьбу „евреев Трокской общины“ из Тракая, Бреста, Гродно, Луцка, Владимира и иных городов Великого Княжества Литовского, Сигизмунд 1 подтверждает представленную ему привилетию Витовта, в которой выписаны права и вольности евреев. Затем следует полонизированный русский текст грамоты Витовта, по местам искаженный до полного отсутствия смысла 277, обрываясь на совершенно непонятной фразе: „па б chcemy, аБу зайпедо Яуйа иеп хариаси6 пиёросиасаП“ (вместо слеьдующих слов русского текста „Надто, хочем, иж бы жадный жида к заплате заставы его в день светый не припужал“), за которою ех айrupto следует: А при том были свидетели князь Федор, воеевода Луцкий, — бывший[?] здесь, тогда-же Зигмунд, рыцари или бояре из Литвы, также (?) Мингагло (1) из Ошмяны, и также из Литвы иные бояре. — Время и мексто выдачи привилегии не обозначены. За этим искаженным текстом привилегзи[?] Витовта следует подтверждение её Сигизмундом 1, выданное на челобитье евреев, проживающих в „местечках“ (?1) „Тракай, Луцк и В. княжестве Литовском“ (!) „Дано в Мельнику полторы тысячи и семь лет“. Затем следуют имена панов рад, также значительно искаженные, так напр., Ян из Заберезыня назван паном Заборчим (!), князь Иван Глинский, воевода Новгородский, назван державцею Пенянским, Войтех Янович,—староста Ковенский и Белский,—старостою Калишским и Белтским, Опалинский, губернатор Познанский— Галинским, губернатором Позвининским (?1) 278.
Список г. Перльштейна заканчивается, совершенно соответственно своему внутреннему достоинству, тем, что заглавие подтвердительной грамоты Сигизмунда П Литовским евреям от 1514 г.: — „Робуегйхепие Krola Ги-си wielkiego Хиесиа Im-ci Zygmunta па niektorych (!) artykuł zydowski, ktore йфапе Пп ха wielkiego Xięcia Witolda 1 ха Alexandra Кгоиа Пи-си, робяегфлепие Кгоиа Wielkiego Хиесиа Пи-си, iako wyzey орбапо"[?] 279, —принято за окончание первой грамоты.
Текст грамоты Витовта в списке Перльштейна может показаться на первый взгляд за копию с особой привилегии, выданной Витовтом Караимам В. Княжества Литовского.
Но более внимательное рассмотрение текста г. Перльштейна не допускает возможности такого предположения, и вот по каким основаниям: 1) Грамота эта, как гласит текст, под- ‚ тверждена Сигизмундом Г по просьбе евреев: „Zboru ТтосКиевоя ТгоКом, я Вглевсиа, я Стойпо, я Lucka, я МПойхишегха[?] 1 innych miast naschych \. Х. Плы.,—следовательно[?], из этих слов мы должны заключить, что в 1507 г. к Трокской караимской общине (zboru) принадлежали караимы, проживающие в городах: Тракай, Брест, Гродно, Луцк и Владимир.
Однако, не говоря уже о неестественности такого оборота речи, как: „луйбхи zboru ТгосКиесо х Trokow и т. д.“, совершенно не согласного с духом языка актов и никогда не встречающагося,—самое слово „збор жидовский“ появляется в употреблении гораздо позже: а именно, впервые мы его встречаем в 1540 г., декабря 7, в Гродненской Замковой книге за 1540—41 г. стр. 258 и 355, а затем немного позже, в 1561 г. июня 17, в договоре меущан Брестеких с Брестскими же евреями 35). Ранее же того, как в грамотах, данных всем евреям Литвы, так и отдельным общинам 39), мы слова „збор“, в смысле еврейской общины, не встречаем.
Только с 60 гг. ХУП стол., слово „збор“, „збор жидовский“, начинает входить во всеобщее употребление, так как отношения, соответствующие слову збор, начинают креипнуть только к половине ХУПв[?] Под словом „збор“, впоследствуи[?] „кагал“, разумелась совокупность евреев, живших в известной мевстности, имевших общую синагогу, кладбище, суд и представлявших административную единицу, закрывавшую собою отдельного еврея перед лицем государственной власти. В состав „збора“, „кагала“, входили не только лица, живпия[?] в городе или меБстечке, (по имени котораро обыкновенно назывался этот „збор“, „кагал“), но и лица, хотя проживающие в других местах, но связанные иножеством разнообразных отношений со своим „збором“.
Но если обратить внимание, что в начале ХУТ в. евреи живут только в городах В. Княжества Литовского, да и то далеко не во всех, и,—за исключением специальной общееврейской подати — „1000 червонных злотых“ — в податном отношении не различаются от остального городского населения,—по отбыванию же повинностей общегосударственных и местных также ничем не отличаются от мещан;, затем, если припомнить, что цеховая организация промыслов устанавливается прочно в Литве лишь к концу ХУП в. 280, а понятия[?] Магдебургского права, с его узкорелигиозною точкою зрения, в Литве мало были распространены,— что в начале ХУТ в. не было ни сословной ни корпоративной замкнутости, обособленности вер, сословий, цехов и пр., с которыми мы встречаемся все более и более после Люблинской унии, то станет понятным, почему слово „збор“ могло нолучить общепринятое значение только в более позднее время.
Далее, не опираясь даже на устные предания, существующие в среде евреев-раввинистов, мы, на основании дошедших кънам люстраций от половины ХУТ в., можем смело утверждать, что ни в Бресте, ни в Гродно, ни в Пинске, и весьма вероятно во Владимире и Кременце, евреи-караимы не составляли общин и даже едва ли владели оседлостью.
В самом деле, не смотря на отсутстви&е враждебности в отношениях раввинистов к караимам до конца ХУТ в., они, темъне менее отличали себя друг от друга, составляя, например в Луцке, две независимые общины.
Поэтому то в ревиззи Луцка от 1552 г. мы и встречаем их отдельно: „Жкидове, которые слывут Караимове“, „жидове Арабанове“ 281; точно также в присяжной записи обывателей Луцкого повета на подчиненёе[?] постановлениям Люблинского сейма. 1569 г., мы встречаем отдельные присяги представителей обоих зборов 282.
Ничего подобного мы не встречаем в люстрациях, одновременных с Луцкою, каковы, например, люстрации[?] Кременца и Владимира 283.
Но если относительно Кременца и Владимира может быть приведено возражение, что в люстрациях 1552 г. не сказано, какие евреи составляют Кременецкую и Владимирскую общину, быть может и караимы, то против этого можно возразить следующее: Во Владимире с 1546—53 г. был раввином Исаак Бецалес 284, который вел полемику с знаменитым Соломоном Луриею, раввином Острожским. Этот Бецалес написал комментарий ко всему талмуду, чем, конечно, не мог заниматься караим. Что же до Кременца, то здесь уже в 70 гг. ХеУТ ст. фигурировал, к качестве раввина, знаменитый в летгописях[?] польско-литовских евреев талмудист— Мардохай Яфа 285.
Точно также в дошедших к нам весьма точных люстрациях Бреста, Гродно, Пинска и других, менее важных, городов Великого Княжества Литовского 286 нигде не встрецчаем даже упоминания о караимах. | Трудно предположить подобное забвение со стороны люстраторов;—но кроме того во всех названных выше городах показана повсюду одна только синагога, чего, очевидно, не могло быть, если бы в этих городах проживали совместно евреи-раввинисты и евреи караимы.
Если, затем, мы обратим внимание на дошедшие к нам, правда от гораздо более позднего времени, указания на караимские поселения, причислявиПяся к „збору Трокскому“, то увидим, что к нему принадлежат караимы Великого Княжества Литовского, проживающие в разных воеводствах и поветах, под различными юрисдикциями, но только в следующих местах: в Пасволе (РавзмоПи), Шатах (Szatach), во дворе пани Левоновой, в Новом месте, в корчме п. Склимонта Умэстовского, судьи гродского Упитского, в деревне п. Качука, во дворе пани Милашевской, в местечкЪ Святом озере, во дворе п. Гзевялтовского, хорунжого Троцкого, во дворе пана Лукьянского, в местечке Салатах, в местечке Поневежу 287. Важнейшими из этих поселений[?] были: Святое Озеро, Крони, Шаты, Пасволь, Биржи, Салаты 288 и Новое место 289.
Нам кажется, что после всего вышесказанного, мы смело можем утверждать, что слова: „Зуйом1ие zboru Trockiego х ТтоКом, я Вгезсиа, я Стойпо, з ГисКа, з Wlodzimierza 1 innych miest \. х. ТайемвКиесо“,—[?] вставка в текст г. Перльштейна, сделанная в. позднейшие времена.
Это предположение подтверждается, как нам кажется, еще и сле/дующим обстоятельством.
Обе привилегии, напечатанные г. Перльштейном, находятся, по его словам, в Актах замка Луцкого, за 1791 г., № 6, т. е., предъявлены все вместе ко внесению в книги гродского ЛуцкагоСуда в 1791 г., месяца декабря 9д-то 290.
Для окончательнейшого убеждения, что приведенные выше слова все-таки позднейшагто времени, просим обратить внимание еще на третью грамоту г. Перльштейна, выписанную из книг гродских Брестских в 1616 году, мая 26, и внесенную для засвидетельствования в книги гродекого Луцкого суда вмексте с первыми двумя грамотами. “ В этой выписи заключается кошя с привилегии, выданной Сигизмундом ППП и носящей в современной надписи заглавие „Потверженье привилеев Королей, Их Милостей, и Великих Князей Литовских всим жидам зборов, мест и местечек розных у Великом Княжестве Литовском на вшелякии права и вольности их“. Привилегия эта, русский текст который внесен в актовые книги Метрики Литовской 291, напечатанна сверх того дважды в пятом томе Актов Виленской Археографической Коммиссии, на польском языке: первый раз в подтверждение прав всем Литовским евреям Королем Яном Казимиром 292, второй раз—в подтверждение прав Литовским евреям Королем Михаилом 293. Подтверждение Яна Базимира было явлено в Брестские гродския книги в копии, взятой из книг метрики Литовской, подтвержденёе[?] Короля Михаила—в подлинникЗ.
Внимательное сличение русского текста Метрики литовской и польских переводов не показывает ни малейшого отличия, даже в мельчайших подробностях, исключая нескольких орфографических ошгибок.
Оба польские текста, снятые с того же самого русского подлинника, что и Польский текст г. Перлыптейна, гласят согласно: ВШШ Матш[?] czolem, Нозройаги, узлузсе żydowie zborow BrzesКиесо, Trockiego, СтойжлейзКиесо, Pińskiego у х ШпвлусЬ[?] miast, miasteczek МавиусЬ Krolewskich, kniazkich, pańskich у ziemianskich, duchownych у świeckich м Wielkiem Xięstwie Litewskim (у) м zemiach Ки niemu паиеласусЬ шпиевлхКаиаси[?])“ 294.
Трудно предположить, чтобы эти известные исследователи опустили такие И далее,—Сигизмунд [П1, говоря о том, что хотя он уже подтвердил всем сословиям и всем народам ЮКоролевства Польского и Великого Княжества Литовского права, дарованные его предшественниками, начиная с Казимира Великого, —и что в этом подтверждении заключаются „Тей wszyskie Пзёу, рглумиleia, prawa у моиповси иийфиош пагойп żydowskiego ой ргхойКом Naszych пайапе, iednakże Му, х laski Naszey КгоПемзКиеу, па czolombicie wszystkich сЬ żydow м \Ж. Х. Lit. у ж ziemiach, Ки пиа (?) należących, пиПевхлКаиасусЬ[?], иути[?] osobnym listem у przywileiem М№аязуш... umocniamy, земегфхашу[?]“.. „Т па tosmy wszyskim żydom м państwie Мазлуто \. Х. ии. пиезиКаиасуш, йаП %еп Nasz Нзи“...— Соответствующие-же мевста[?] у Перльштейна читаются так: „ВШ Новзройаги czolem уувлувсу żydzi zboru Trockiego, Brzeskiego, Luckiego, СтойхепвяКиезо, РиизКиеко 1 innych Karaimowie miast, miasteczek Naszych Hospodarskich 1 ziemianskich ейс“... и далее.-..«ией[?] wszystkie listy, przywileje, ргама 1 моПпозси Шифхога пагойи żydowskiego, Karaimom zboru ТгосКиесо, Brzesteńskiego, Luckiego ой ргхойКому МавлусЬ пайапе, 1ейпаКяе Му х laski Мавзле) КгоиемзКиеу па czolom bicie умзлузи[?] КсЬ żydow karaimow м Wielkim Xięstwie Litewskim 1 хиешиасе[?] Ки пиеши należących шиевхkaiacych ёут osobnym ргхумПезет Мазлуш зёуегйхаизешм“. „Т па tosmy wszystkim żydem хБоги ТгосКиесо, СгойхиейвКиезо, Luckiego, м еуши[?] państwie Naszym \. Х. Litt. пиевляКаиасуш 4аП &иеп Nasz ЦПвз&[?]“... 295.
Едва ли кого-нибудь нужно убеждать, что мы имеем дело с самою грубою подделкою.
Не говорим уже о том, насколько возможно такое выражение, как „wszyscy żydowie zboru ТтосКиезо, Brzeskiego, Luckiego,
Grodzienkiego, Pińskiego 1 innych Karaimowie шиави[?]“, —или же фразы во вступлени— „РглумПе).. wszystkim Ип żydom Slonimskiego, Вгхевkiego, Luckiego (чего?) 1 innym wszistkim м \. Х. Litt. mieszkającym 1 bedącym Кагаипмош[?]“. | Нет надобности обращать особенное внимание на ту странность, что имена „зборов“, которым дана эта привилегия, постоянно меняются, что привилегия дается: то всем евреям-караимам (как в начале), то просто всем евреям (как в конце), достаточно только заметить, что Канцелярия Великого Еняжества Литовского, выдавшая эту привилегию, несомненно помнила, что со времени Люблинской унии 1569 г., вся Волынь, а вместе с нею и город Луцк, принадлежали к Польше, а потому Луцкие евреи, будь они раввинисты или караимы, никак не могли быть названы, проживающими в Княжестве Литовском и странах к нему принадлежащих.
Так как прибавки эти встречаются в грамотах, хотя и разновременных по происхождению, но представленных к явке и затем обнародованных одновременно, то едва ли можно сомневаться в том, что одна и та же, весьма неискусная рука, попыталась возвеличить прошлое Литовских караимов. Быть может этим обстоятельством, в связи с мнениями высказанными Чацким, следует объяснить и тот факт, что грамота г. Перльштейна обрывается как раз на параграфе (8 30), в котором дело идет об обвинении евреев в убийстве христианских детей, приеме в заклад ворованных лошадей, провозе фальшивой монеты и т. д. Невероятно, чтобы во времена Витовта караимы отказадись от подтверждения за ними тех льгот по суду, которые связаны в привилегии с обвинением евреев в только что указанных преступлениях, а равным образом и от тех льгот, которые предоставлены евреям последними двумя параграфами грамоты Витовта. Нельзя также предположить, чтобы Трокские караимы ХТУ в. представили Витовту копию с австрийской привилегзи[?] Фридриха ПП от 1238 г., также не имеющей означенных параграфов, нельзя этого предположить потому, что некоторые соответствующие параграфы той и другой редакции несходны между собою; наоборот текст Перльштейна, за исключением отсутствия последних шести 833, дословно сходен с редаквциею русского текста Дзялынского.
Перейдем теперь к русскому тексту Виленской Ар. Ком. Текст этот взят из актовой книги Брестского гродского суда за 1671—1672 гг., в которую кошя привилегии Витовта, взятая из актовых книг Виленскаге гродского суда за неизвестный год (во всяком случа,е[?] не ранее 1566 г.) 296, была внесена в 1580 году.
Текст этот отличается от текста Дзялынского прежде всего более полонизированным языком, так напр., вместо „або“ везде пишется „альбо“, вместо „абы“ — „жем“, „ижбы“, вместо „как“— „як“ и т. д., старинное словцо „через“ заменено поздиейшим „без“ и т. п. Кроме мелочных отмен в отдельных словах и выражениях, список В. А. К. отличается еще следующими особенностями:
В первом $ её,— виесто общого положения списка Дзялынского, что для доказательства против еврея, как в денежных делах, так и в делах, касающихся личности еврея, свидетелями должны быть два христианина и один еврей,— введено следующее различие: по денежным претензиям и по делам, касающимся личности еврея, требуются показания одного христианина и одного еврея, по делам же о подлогах 297, показание двух христиан и двух евреев. Не/сколько иначе редижирован конец 2-го параграфа. Третий параграф редижирован гораздо яснее; в 11 $ объяснено, что евреи должны платить такие же пошлины на заставах, как мещане тех городов, в которых евреи проживают,—в списке же Дзялынского сказано глухо, что евреи должны платить такие же пошлины, как и иные (люди).
В-8 12, вмексто употребленных у Дзялынекого слов „мытник“ и „розбойник“, написано „врадник“ и „подозреный человек“. В & 16, вместо слов текста Дзялынского, что неявившийся в суд после третьего вызова своего судьи, „вина, которая положона для впометанья 25), судьи маеть заплатити“, поставлено: „таковый маеть вину судьи своему платити, которая будет ниже описана“. — Точно[?] также в $ 18 определена разница между присягою, приносимою на свитке Моисевом, в делах свыше 50 фунтов литого серебра, и присягою у дверей синагоги,—чего в списке
‚ Дзялынского нет.
‚ В“ особенности интересно пзийнонг[?], внесенное списком В. А. &. в 19 8, а именно: виесто неопределенного обЪещания В. Князя— в списке Дз. „Быть оборонцою“ против лица подозреваемого в убиийстве[?] еврея, в списке В. А. К. говорится: „Мы (В. пиазоа[?] жидам напротив подозренному мистра (298 выдати хочем“.— В 26 8 вмеето непонятного положения текста Дз., что дицо, отра- ‚вившее еврейского ребенка, должно быть наказано как вор (злодей), в тексте В. А. К. говорится о наказании за воровство ребенка.—27 8 имеет редакцию отличную от текста Дз., хотя по существу не представляющую каких либо отмен; то же нужно сказать и о $ 28.— В 8 29 вместо жестокого („окрутне“) наказания за принуждение еврея к возврату заложенной у него вещи или произведение насилий в доме еврея, В. Князь в тексте В. д. К. грозит, что виновный в таких преступлениях „виною нашое коморы (?) мает быти каран“. К концу этого $ присоединено положение, вовсе не имеющееся в тексте Дз. (8 30 польского текста, $ 31 текста Болеслава Калишского). В несколько иначе редижированном $ 30 текста В. А. К. встречается еще и следующая особенность: к словам списка Дз., что еврей за убийство христианского ребенка должен быть наказан: „виною маеть быти каран за поступок“, —прибавлено, „которая будет ниже описана“, между тем, как никакого наказания за это преступление „ниже“ во всей „грамоте нет. В 31 8 относительно дошадей, украденных у христианина и заложенных еврею, список В. А. К. определяет более казуистично, что лошади эти могли быть еврею также проданы, или променены. В 32 8 мещане[?] названы „почестными“. В 383 $ вместо наивного выражения текста Дз., что в случае неоказания помощи еврею во время ночного нападения на него, „всякий сусед, и теж жид, тридцать шелегов мают заплатити“, в списке В. А. К. говорится просто „каждый сусед повинен заплатити 30 шелегов“.
Вее эти особенности списка В. А. К., не представляющие почти ни одного отклонения от смысла привилегии Витовта по списку Дз., объясняются, при сличении этого списка с привилегиею евреям Князя Болеслава Калишского, чрезвычайно легко. Все особенности списка В. А. К. произошли от того, что переписчик в тех меыстах[?] грамоты Витовта, которые ему казались непонятными, прибегал к переводу текста грамоты зБолеслава Калишского на русский[?] язык. По мекстам это заимствование доходит до рабской копировки: так, напр., в $38 16 и 30, соответствующих 88 17 и 30 привилегии Болеслава Калишского говорится о наказании, которое „следует за сим“ или же, „которое ниже обозначено“, между тем как ни в той, ни в другой привилегиях нигде ниже, в противность обещаниям, эти наказания не обозначены.
Однако существенные отличия[?] грамоты Витовта, о которых ниже, остались неприкосновенными, точно также как вступление к тексту грамоты и заключение онаго, хотя послелднее с небольшим отступлением в редакции.
В виду всего этого мы признаем русский[?] текст В. А. К. за вариант текста Дзялынского, относящийся ко второй половине ХУ1 в.; отличия[?] этого варианта обусловливаются: отчасти, естественными следствиями всякого копирования, отчасти, полонизациею русской речи вообще, и стремлением переписчика уяснить темные иеста подлинника при помощи грамоты Болеслава Калишского.
Нам остается сказать несколько слов о латинском тексте привилегии Витовта Литовским евреям, напечатанной у Дзялын- | скаго из кодекса Порыцко-Пуловского, которым Чацкий и пользовался единственно в своих сочинениях. Текст этот, согласно словам вступления[?] к Порыцко-Пулавскому латинскому тексту Литовского статута, есть ничто иное как перевод русского текста грамоты на латинский язык. В этом убеждает нас также и самый текст. Переводчик, очевидно, не вполне владел русским языком, а потому, при почти буквальном переводе, многие устаревшие выражения или трудные для понимания ийста опущены им совершенно, напр. вступление и вторая половина д-го &; точно также в 5 8 вместо слов „истенная застава“, т. е.. отыскиваемый залог, сказано просто „Бос“ (рирпиз), в $ 9 соответствующем 8 10 русского текста, слова „право“, т. е. суд, переведено jus, в& 16, „вина, которан положена для впометанья, судьи маетьзаплатити“, переведено „mulctam дпае Пппровяиба евё propter memoriale judicis, solvere йае}Ъеи[?]“, в $ 24 „жадного в дому жидовском не хочет гостем мети“, т. е. дома еврейские освобождаются от шпостоя, переведено „1п domo jadaei nemini diversari зеп hospitari Псеай[?]“, в & 25 „противку кгвалтови“, насилия, переведено, „сопёга violatorem"; в $ 26 „злодей“, т. е. вор, переведен „тпаП‘асиог“, вес & 27 изложен гораздо кратче русского текста, и опущеновесьма важное положение русского текста, что еврей освобождается от всякой ответственности за продажу заложенной вещи передъзалогодателем, если со времени залога оной прошел год и день,— так как слова русского текста „через час, одного року держал-бы“ передано, „tenuerit ultra diem гейетирЫоп1в[?]“; $ 28 вовсеопущен. В 8 29 соответствующем 30 $8 русского текста слова: „жиды маються выстерегати... от посполитое крови“, т. е., евреи должны остерегаться от употреблени@я какой бы то ни было. крови, переведено: „judei... debeant... сауете а sanguine риБНсо“ (2). В 8 31 русского текста, соответствующем 8 30 латинского. текста, слова: „а жид тое речи (т. е. обвинения в приняти заведомо краденой вещи) будет выбавен“, — передано буквально: „tune judaeus а ге Щрва liberatur“. В 32 $ русского текста, слова „жебы мынцари.. жидов с фальшивыми пенятьми... сами, через посла Нашего Воеводы и теж через мецщан... имати не смели“, переведено в & 31 лат., „monetarij... judeos спла adulterina плпопеиа[?]... рег взе апи рет nuncium Раиайии Nostri, и, анё рет сиуез сареге пиПо modo ргаезпплапи[?]“. Таким образом, положение грамоты Витовта, чтобы монетчики не смели иначе заарестовать евреев с фальшивою монетою, как в присутствии данного воеводою „вижа“, т. е. присяжного свидетеля, или же иешщан, т. е. не иначе как в присутствии лиц заслуживающих доверия,— превращается в переводе в безусловное запрещение арестовывать евреев с фалыпивой монетой.
Примечания
276. Временник Московского Общества Истории и древностей Российских, книга 16, Москва. 1853. Смесь. «Древние привилегии аптовско-волынских карапмов. извлеченные из актов замка Луцкого».
277. Так вмфесто[?]: „И теж коли один шалку[?] приставитт, а други[?] не приставит, в том Его Милость им вину и пересуд отложил“, пмеем: „Х иее сйу godzien przystawic а фгусу ше przystawie, о буши[?] Тедотоо8С[?] па. wine 1 рглезай ойиойук[?]:. И ниже, слова русского текста „або один коли шапку приставит, а другой не приставит, в том Мы им вину п пересуд отложили“, переданы так: „аБо иейеп komu схарКи przystawić, а drugi пие ргхузиам16. у бФуш[?] ieśmi Шп мипе 1 рглезай хаиоз11[?]“. Отсюда тщетные усилия переводчика (Клеванова) передать хоть сколько-нибудь вразумительно содержание иных мест грамоты.
278. Ср. Дзялынский, вышен. изд., стр. 109.
279. Ср. заглавие. этой грамоты у Дзялынского, р. 110 и, еще ближе, в Актах 3. Р., т. П, № 86, где в конце приведен заголовок:.,„Потверженье Короля и Великого Князя его милости Жикимонта на некоторые члонки, або артикулы, жидовскии, которыи даны им за Великого князя Витовта и за Александра Короля, Его милости“. Грамота эта совершенно отлична по содержанию от грамоты 1838 года. Докум. и Рег., т. П, № 189. „дцельники Господарские: Давыд Шмерлевич и Абрам Длукгач, сами от себе и за порученьем всего збору жидов Берестейских... поведили“... т. Т, № 62 Док. и Р., т. 1, № 2 от 1389 г. „жидове Городенские... Л 7, 1441 г. Tudei Trocenses... № 48 и пр. „Били Нам (Королю) чолом подданыи Наши жидове вси“. Там же. № 52, 1555 г. Ходатайствует перед королем жид Пиньский Нахим Песахович ‚„сам от себе и от всих жидов в Паньстве Его Милости Господарском, в в Великом Княжестве Литовском, перемешкиваючих“.
280. Там же, № 68, 1556 г. Тюля 10.
281. Документы и регестры к пстории литовских евреев т. П, № 27.
282. Архив Юго-Запад. России, т., ч. 2 № акта 1.
283. Док. и Рег. к Ист. Лит. евр. ibid, №№ 26 и 28.
284. Graetz. Geschichte &. Лийеп., Т. 1Х, 1866 г. р. 469—71.
285. Тр1а. Т. 1Х, р. 485.
286. Д. и Р. т. П, №Ж 118, 180, 185, 231 Люстрация Трокского воеводCTBA, которая показана взятою в министерство государственных имуяцеств, по справкам со входящимп книгами министерства государственных имуществ з3а подлежащий год не оказалась поступившею.
287. Актовые книги Виленского Центральцого Архива. № 2410, за 1667 г. стр. 471, Декабря 12 дня, 1667 г. Трокского гродского суда. Декрет Коммиссии Скарбовой по жалобе Генерал-прокурора (Инстигатора), на то, что „Niewierni żydzi Karaimowie м \. Х. Lit. ро roznych Woiewodstwach у роwietach у pewnych jurisdictiach ш1езиКаиасу йо zboru ТгосКиезо рглупаиехасу. Тоже у Сырокомли; выше назв. соч., стр. 76, где исчислены следующие караимские кагалы, на основании податного тарифа 1669 г., а именно: Трокский, Новомейский, Биржанский, Салатский, Свято-Озерский и Кроньский.
288. Актовые книги Виленского Центрального Архива, № 5966, за 1674— 1677 & 1034, документ от 1656 г. Августа 7.
289. ТЫа. акт. книга № 5864, за 1671—74 гг. Ю1. 667; № 5962 за 1660— 1661 г., Ро!. 2,486. Срав. также тариф поголовной подати с трокского. сбора у Сырокомли „Wycieczki ро илииие[?]“.
290. Внесение привилегии сотни лет спустя не представляет чего-либо выдающагося в обычной практике того времени. Ср., напр., грамоту Короля Александра Гродненским евреям от 22 Марта 1503 г., внесенную в актовые книги Метрики Литовской полтораста лет спустя, т. е. 1654 г. Док. и Рег. Т. 1, № 39 и 40. Но странным представляется, что г. Перльштейн предпочел позднейпие списки Г-ой и П-ой грамот, более древним, которые, по его же словам, внесены в книги того же Луцкого замка за 1568 г., № 369. Пожалеть об этом следует тем более, что этих грамот мы не встречаем в „Грамотах В. Князей Литовских“, Антоновича и ГЕозловского, где собраны древние грамоты В. Князей Литовских, кому бы они ни были выданы, причем грамоты эти заимствованы главным образом из книг КЛевского. Центрального Архива, между прочим и из книг Луцкого замка за 1568. выдающияся грамоты н с такими важными отклонениями ст пзвестных уже в то время.
291. Актовые книги М. Л. Записей № 73, 8 245.
292. Акты Виленской Археогр. Ком., т. №, р. 146.
293. ты4., р. 186. |
294. В русском оригинале, —вышеприведенный перевод с которого сделан с дозволения Короля Владислава ГУ, это выражено так: „Били Нам, Господарю, чолом вси жидове зборов: Берестейского, Троцкого, Городненского, Пинского и з инших мест и местечек Наших Господарских Княжских, панских и земянских, духовных и светких, у Беликом Князстве Литовском и в землях, ку нему належачих, мешкаючии“.
295. Русский текст Метрики Литовской. „..Геж веи листы привилья права и вольности людем народу жидовского от продков Наших наданыи, однакож Мы, з ласки Нашое Господарское, на чоломбитье всих жидов у Великом Князстве Литовском и в землях ку нему належачих, мешкаючих, тым особым листом Привелеем Нашим“... „умоцняем, ствержаем... „И на то есьмо всим жидам, в панстве Нашом, Великом Князстве Литовском, мешкаючим, сесь Наш лист“...
296. Предположение свое о том, что в книги Виленского гродского суда привилетия Витовта была внесена не ранее 1566 г., мы основываем на словах текста Виленской Археографической коммиссии, что для внесения в книги Брестского гродского суда была предъявлена выпись из книг гродских Виленских, между тем раньше 1566 не было деления книг на гродския, земские и проч., а были только книги „замковые“, —и „мевстския“, в последние вносились акты, касаюииеся[?] всех лиц свободного состояния, в тех городах, в которых было введено магдебургское право, — чему доказательством могут служить дошедшие к нам замковые книги Гродненского, Луцкого, Кременецкого и пр. судов.
297. „Рфечи, альбо учинку фальшивом“.
298. „Памятное“, Литовского права. Ср. Акты Запад. России[?] Т. П.