Глава I. Еврейская солидарность и русские законы, с. 61-67: современная орфография
Кагальный строй XVII-XVIII веков и российские законы: численность евреев Литвы в конце XVIII века, кагальные долги и подати, споры старших и подчинённых общин - Бреста, Пинска, Вильно, Гродно, хазака и реформа 1764 года. С. 61-67. Текст в современной орфографии.
Любой литовский староста не нашел[?] бы ничего нового в этих && Положения 1835 г.!
Сверлыми отличиями Положениёя 1835 г. от шпостановлений польского права можно назвать следующее: Уравнение евреев, купцов и мешщан в правах по торговле и промыслам с купцами и мещанами христианами, что было, впрочем, прямым следствем отмены магдебургского права Екатерининским Положением о городах. 2) Просветительные стремления Положения, выразивпПяся в дозволении евреям вступать в средние и выспиия[?] учебные заведения наравне с христианами.
Впрочеми, просветительные тенденции „Положения“ могли рассчитывать на самую незначительную реализацию, так как окончившим курс в высших учебных заведениях предоставлялись права по службе не иначе, как всякий раз с Высочайшого разрешения (8 111).
Если принять во внимание, что „Устав 1827 г. о рекрутской повинности и военной службе евреев“, определив отбывание этой повинности еврейскими обществами отдельно от христ;анских (8 13) и возложив попеченше и ответственность в точном и правильном исполнении её на самые еврейские общества (8 24), вооружил их властью отдавать в рекруты всякого еврея, во всякое время, за неисправность в податях, за бродяжество и другие беспорядки (3), нетерпимые в оном (?2) ($ 34), а следовательно предоставил такую пипрокую[?] власть еврейской общине над всякой неугодной ей личностию, что против нея безсильными должны были оказаться определения 16 8 „Дополнения к еврейскому рекрутскому уставу“, того же 1827 г., требующого „чтобы при представлении рекрут без очереди, под предлогом пороков, не были допускаемы притеснения людям бедным и хоропого поведения за поступки, противные суеверию и здоупотреблениям евреев“.— А так как не подлежит ни малейшему сомнению, что все дела между евреями решались и по присоединении Литовских областей к России[?] темии[?] же духовными еврейскими судьями, как и в старину, то можно сказать, что меры нашего законодательства послужили к устранению того внутренпего движения к освобождению личности, которое началось в среде еврейских общин Литвы в ХУШ в., стремлению, поддержанному лишь одно мгновение конституцией 1764 г.
Ряд мер, имевиих в виду обезпечить во что бы то ни стало бездоимочность поступления казенных податей, укрепил старинное господство денежной олигархии, а стремление приурочить все классы населения к тому или иному сословию[?] и команде на целые полвека удержало китайскую стену между евреями и христизанским населением, которая старательно воздвигалась в Литве с половины ХУТ века. | Присоединение к российской державЪТ[?] областей, в которых крепостничество в самых уродливых средневековых формах продветало в течении двух с половиною столетий, не могло не отозваться крайне неблагоприятным образом на воззрениях и русских помещиков. Если со времени Петра Великого к нам настойчиво пересаживалось понятиее[?] о шляхетском достоинстве, если с постепенным освобождением дворян от обязательной службы и принижением креиостного люда укореняются в нашем высшем обществе представления о коренном различии дворянства -и недворянства, то само собой понятно, какого рода ласковый прием должны были найти шляхетские воззрения на еврея как насущество низшей породы, прирожденного панского фактора и приспешника.
Со второй половины царствования императора Александра Г законодательство нание все сильнее и сильнее стремится создать ряд замкнутых, обособленных общественных кругов, разделенных между собою непереходимыми границами.
Сословише[?] отделяется от сословия, ведомство от веломства, управление от управления. У всякого свои спецральные[?] интересы, свои права, свои учреждения.
Всякое заботится о себе самом и с пренебрежением смотрит на низшее. А внутри каждого таже картина. Занесенный в \МТ книгу потомок знатных родов пренебрежительно смотрит на просто столбового дворянина, столбовой на вчерашнего выскечку—колежского асессора.— Благочинный держит в ежовых рукавицах низшую духовную братию, а для смирения дьячков и пономарей у духовного правления имеются канчуки, цепки и проч.
Для всех этих разрозненных сословий нет общих прав и общого суда, общих податей и повинностей, нет никакого общого дела.
Странно было бы требоват, чтобы в такой общественной обстановке евреи представляли исключение.
Коренное изменение всех этих сословных различий и розни, миогло быть дано только коренным изменением тех общественных отношений, на которых опиралась русская государственная жизнь. Великое дело освобождения русских крестьян важно не потому только, что с шестнадцати миллионов рабов сняты были тяжелые цепи. Нет. Этот шаг был первым шагом к признанию равенства всех перед законом, к освобождению личности в сфере частного и публичного права. Все важнейппя[?] реформы прошлого дарствования глубоко проникнуты этою мыслиюЕстественно, что законоположения о евреях не ушли от общого течения этих идей, не смотря на те или другие отклонения.
Отсылая желающих ближе познакомиться с характером нашего законодательства о евреях к трудам г. Оршанского: „Евреи в России“ и „Русские законы о евреях“, трудам, которые грешат лишь тем, что, говоря о евреях, забывают проводить параллели в отношениях законодателя к евреям и к другим общественным классам, заметим мельком, что положение исследователя, поставившого своею задачею изучение мотивов, которыми руководилось наше законодательство по отношению к евреям, дело крайне затруднительное.
Как известно, наши законы со времен Петра 1 отличаются удивительною категоричностью: или вовсе мотивы их не объясняются, или же приводятся какие-либо общие соображения, поэтому истинные мотивы законов не могут быть выяснены без предварительных архивных работ.
С другой стороны исследователь интересующийся еврейским вопросом. должен оставить всякую надежду на русскую литтературу.Если евреи, проживая за чертой оседлости, лишь по наслышке были известны в коренной России, а лица стоявиия[?] во главе управления знакомились с евреями по докладам и представлениям местных властей; если припомнить, что в былые времена к обсуждению каких бы то ни было правительственных мероприят?й не привлекалось общественное мнение, то станет совершенно понятным, что до прошедпгого[?] царствования не существовало вовсе русской литературы по еврейскому вопросу вообще или в частностях.
Правительство наше для своих собственных целей, для проникновения в сокровенную глубину еврейства, не раз, однако, обращалось к литературному содействию тех или других лиц,не щадя денежных средств; но, к сожалению, деньги эти тратились совершенно безплодно. Так напр., по поручению императора Александра и, при помощи и под покровительством императора Николая 1, Аббат Кларини прервал, как он выражается, свои занятия по перевоводу Талмуда для того, чтобы написать двухтомную „Теорию Щудейства“ 104. Это сочинение с широковещательным[?] заглавием, испещренное еврейскими текстами, способно было внушить к себе_ доверие в лицах, недостаточно знакомых с еврейством. Весьма возможно, что в КЛарини признали-нового Колумба, а в его книге— ключ к тайнам иудейства[?], так как вздорные воззрения этой книги не остались без влияния на Положение 1835 г. Однако ближайшее изучение сочинения Киарани не оставляет сомнения, как доказали авторитетные ученые, в роде недавно умершого др-. Цунца 105, что многообЪщающая книга есть нечто иное, как сплошной плагиат из сочинений Ейзенменгера, Ватензейля, Соломона Маймона и пр.
е В 1842 г., при пособии[?] императора Николая Т, появилось роскошное издание первого трактата Вавилонского талмуда „Берахот“ в немецком переводе др. Е. М. Пиннера 106. Но издание это остановилось, по неизвестным причинам, на первом томе. Быть может, причина заключалась в самом авторе, так как по отзывам компетентных лиц другое его произведение „Compendium Чег Ierusalemischen Talmud“, долженствовавшее служить введением к талмуду, оказалось далеко неудовлетворительным. Быть может, однако, что и воззрения правительства на пользу перевода талмуда изменились; по крайности известно, что приготовленный около этого же времени перевод на русский язык талмудического трактата „Санхедрин“ не только не получил разрешения цензуры, но даже предисловие к нему могло появиться в печати лишь 20 лет спустя 107.
По поводу известного Саратовского дела была составлена по „поручентю[?] Министерства Внутренних Дел и удостоена Высочайшого поднесения „Записка“ Скрипицына, преисполненная глубокого невежества и незнания элементарных основ еврейской жизни 108. С начала -прошлого царствования, кроме оффициальной литературы, по еврейскому вопросу является много статей, статеек, корреспонденций, больших и малых передовых статей, книжечек и книжонок, но все они, за немногими исключениями, не имеют ничего общого с научными, строго объективными, приемами исследования. Авторы, писавшие по этому вопросу, почти никогда не касаются истории евреев в Литве, Польше или вообще на Западе Европы. Кропотливой работе по источникам они предпочитают беззаботное плавание под флагом либеральных или консервативных доктрин. В то время как юдофилы исходят из утверждения неотъемлемости прирожденных прав человека и неэобходимости распространения действия оных на всех, без исключения, русских подданных; противники их исходят из доктрины провиденциально возложенных на ту или другую национальность задач, и, по их инению, провиденциальная задача еврейского племени заключается в эксплуатировании всего человеческого рода. Но если в настоящее время учение о прирожденных правах человека и гражданина, по своей крайней неопределенности и бездоказательности, заменено в государственной теорши[?] иными исходными началами, если принцип Паиззелfaire, laissez-passer потерял с З3О-х годов нынешнего столетия безусловных поклонников даже в Англии, то с другой стороны и противоположная доктрина о специальных задачах, провиденциально возложенных на различные национальности, точно также немного насчитывает защитников в среде серьезно мыслящих людей. Кдва ли можно найти теперь ученого, который, без дальнейших оговорок, подписался бы под теми положениями, что евреи призваны провозвестить миру идею единого БВога, греки —идею искусства, римляне—права и т. д.
Современная наука гораздо осмотрительнее в своих выводах и гораздо более склонна те или други@я особенности социальных явлений ставить в зависимость от условий, при которых они возникают, — степени культуры народа, его экономического развития, характера собственности и т. д., чем от расовых или племенных его. свойств. Во всяком случае, до тех пор, пока психология человека и психология народов (этнология) не станут на более твердую почву, мы не имеем права отыскивать темных или светлых сторон национального характера в физиологических его особенностях, а должны направить наши изыскания на историческую почву.
Поэтому, оставив совершенно в стороне литературу корреспонденций, общих мест и взглядов, мы обратимся к серьёзным сочинениям на иностранных языках (на русском есть всего одно), име/ющим в виду историю евреев в Литве, Польше и собственно Россши[?]. Но так как ответить на вопрос, что такое русские евреи, чем они должны и могут быть, возможно не иначе, как уяснив, чем они были в Литве и Польше, то, прежде всего, критическому обзору сочинений по истории Литовских и Польских евреев посвящается слеудующая глава.
Примечания
104. Те№ёогие[?] йп Judaisme, appliquée & 1а ге огше[?] йез Izraélites @е бопз[?] 1ез pays @е ГЕпгоре, ее зегуап$ еп méme temps d’ouvrage ргёрагабойге & 13, уегзиоп йп Thalmud йе Babylone, раг ГаБьё П.. А. Chiarini, ргош[?] фззепг @е langues еёе d’antiquités orientales & Гпииуегеи66[?] гоуаие де Уагзоуие, у. —Ц, 1а 8. Paris. 1880.
105. Яппх. Vermischte Schriften. Собрание сталей, изданное по случаю 50 летнего юбилея Цунца.
106. Talmud Babli, Babylonischer Talmud. Tractat Berachot, Зевепзргйche. Мии deutscher Ubersetzung ппй адет[?] Сопипепиатеп Raschi пий Tosephot, хоп аг. Е. М. Риппег. Erster Ва. ВегПи, 1842; немецкий и сврейской[?] тексты еп regard.
107. Вестник Русских евреев 1871 г. № 14,18, 19. „О талмуд® и вазности ето“. Статья, написанная как введение к одному из талмудических трактатов около 25 лет назад.—Судя по времени—1846 г., начальным буквам (9 —в) и месту —КИиев, а равно и на основании слов компетентных лиц, автором был ФЭедоров, впоследствии цензор еврейских книг в Варшаве.
108. Оценка этого труда находптся в известном труде проф. Д. А. Хвольсона: „о некоторых средневековых обвинениях против евресв“. 1880 г.