Очерк II. Состав и направления литературы, часть 6, с. 126-136: оригинал издания
Западно-русская книжность конца XVI - первой половины XVII века: Библия и богослужебные книги, старопечатные издания, переводы отцов церкви и Курбский, полемика об унии, грамматики и словари, проповедь, исторические сочинения, школьная драма и повести, перенос учёности в Москву. С. 126-136. Текст в орфографии издания 1888 года.
Златоуста, по киевск. изд. 1623 г.), – Леонтий Карповичъ (†1620)171, Тарасій Левоничъ Земка (†1632)172, Мелетій Смотрицкій (†1633)173, Захарія Копыстенскій (†1627)174, Петръ Могила (†1649)175, Игнатий Аксеновичъ Старушичъ (†1650)176, и наиболѣе плодовитый изъ нихъ, Кириллъ Транквилліонъ Ставровецкий177, авторъ Евангелия Учительнаго (1619) и Перла Многоцѣннаго (1646)178. Къ сожалению, проповѣди этихъ первыхъ западно-русскихъ проповѣдниковъ, большею частью, до насъ не дошли, – а нѣкоторых проповѣдниковъ неизвестны и сами имена179, и только случайно сохранившіеся рукописи или указанія свидѣтельствуютъ о ихъ существовании.
Подъ покровомъ кіевской академіи между тѣмъ тихо и незамѣтно возникаетъ и развивается драма, – создаются первыя мистерии, полагаются первыя основания русскаго театра. Два главныхъ, основныхъ, элемента видимъ мы дѣйствующими во всей длинной исторіи западнаго средневѣковаго театра. «Борьба двухъ стихий, церковно-литургической и народно бытовой, которыя то расходятся, то сливаются между собою, пока одна изъ нихъ (народно-бытовая) не беретъ окончательно перевѣса надъ другой – составляетъ главное содержаніе исторіи средневекового театра»180. Постепенное усиление народно-бытоваго элемента на счёте церковно-литургическаго и окончательное удаленіе послѣднего – составляетъ сущность его исторіи. Западная драма зарождается въ церкви; древнейшая мистерия, X‒XI вв., составляеть только часть праздничной литургии, – они даже не играются, а поются, во время богослуженія на латинскомъ языкѣ. Въ XII‒XIII вв. содержаніе церковной мистерии значительно расширяется. Въ нее получаетъ доступъ народно-бытовой элементъ; мистерии разыгрываются, хотя въ церкви, но уже на народномъ языкѣ, и ближе становятся къ земнымъ, житейскимъ, сторонамъ народной жизни. Въ періодъ отъ XIV‒XV вв. западная мистерія окончательно порываетъ свою связь съ богослуженіемъ: дѣйствіе ее переносится на площадь, улицу, ярмарку, и завѣдываніе ею изъ рукъ духовенства переходить мало-помалу въ руки свѣтскихъ любителей... Ни церковно-богослужебное начало, ни языческое, народно-бытовое, не участвовали въ первомъ зарожденіи русскаго театра. Первыя юго-западныя мистерии обязаны были своимъ появлениемъ совершенно особому фактору, перешедшему, по примѣру западно-европейскихъ іезуитскихъ школъ, и въ Кіевскую академію – драмѣ школьной... Хотя въ русскомъ народномъ творчествѣ, въ обширномъ кругу народныхъ обрядовъ, пѣсенъ, игръ, связанныхъ съ древнѣйшими вѣрованіями народа, таились богатые задатки драматическаго начала, – хороводныя пѣсни и игры, полуязыческие народные обряды встречи весны, проводовъ и похоронъ зимы, святочныя переряживанія и т. п., все это представляло естественные, самобытные зачатки русской драмы, – но къ нимъ не пришла на помощь ни церковь, съ своимъ богослуженіемъ, какъ было въ западной Европе, ни литература...
Изданія книгъ богослужебныхъ, книга Св. Писаній, творений отцовъ церкви и вообще сочиненій духовно-нравственныхъ, первые опыты учебной литературы, сочиненія полемическія, труды богословско-катехизическіе, исторические и каноническіе, проповѣди, первые опыты учебной литературы и зачатки филологическихъ изученій, первые опыты школьной мистерии – всѣ эти разнообразные элементы молодой западно-русской литературы и науки XVI – пол. XVII в. увеличивались еще однимъ, весьма обширнымъ, отдѣломъ, развивающимся, – хотя и по другимъ причинам, – также около этого времени въ юго-западной Руси: вмѣстѣ съ другими фактами образованія и литературы, въ юго-западную Русь, при посредничествѣ той же польской литературѣ, съ конца XVI в. и особенно въ XVII, начинаетъ переходить множество западно-европейскихъ повѣстей и сказаній свѣтскаго содержанія (литература «странствующихъ» рассказовъ). Переходившие этимъ путемъ памятники иноземной образованности очень скоро становились отсюда извѣстными и въ сѣверо-восточной Руси, значительно увеличивали, какъ тамъ, такъ и здѣсь, для древне-русскаго читателя объемъ чтеніе, – разнообразили его содержанія и вмѣстѣ развивали любовь къ нему.
Два послѣдніе отдѣла, западно-русская драма и западно-русская литература странствующихъ рассказовъ, своимъ главнымъ развитіемъ, относятся, впрочемъ, уже ко второй половинѣ XVII въ., и стоятъ въ неразрывной связи съ тѣми же отдѣлами московской литературы этого времени.
Нельзя не упомянуть еще объ одномъ отдѣлѣ литературныхъ произведений, – рано занявшемъ довольно замѣтное мѣсто въ возникшей западно-русской литературѣ и особенно развившемся съ учрежденіемъ Кіево-могилянской коллегии, – изданий панегирическаго и риторическаго содержанія181, характеръ и тонъ которыхъ сильно сказывался вообще во всѣхъ произведениях западно-русской литературы этого времени. Почти на всѣхъ нихъ, въ большей или меньшей степени, съ ихъ внѣшней стороны, лежалъ отпечатокъ какой-то силлабическо-хвалебный. Панегиризмъ и риторика, искусственная вычурность, какъ отрицаніе литературной простоты и естественности – всюду ощущаются весьма замѣтно. Проникши отсюда и въ сѣверо-восточную Русь, направленіе это очень долго продолжаетъ господствовать и здѣсь, – перейдя подъ конецъ въ дифирамбы ложноклассической поэзіи...
Таковъ былъ общий объемъ и главных течений возникшей западно-русской литературы конца XVI–перв. пол. XVII в. Мы виднмъ передъ собою литературу нѣсколько односторонне, но широко развившуюся и довольно разнообразную... Значеніе и важность этой молодой литературы, помимо ее безотносительнаго объема и содержанія, увеличивается въ глазахъ историка еще одной стороной: юго-западная литература конца XVI–перв. XVII в. сослужила великую службу сѣверо-восточной Руси XVII вѣка. Уже съ первыхъ годовъ XVII в. въ Московскомъ Государствѣ начинаетъ весьма замѣтно сказываться вліяніе юго-западной литературы и образованія.182 Юго-западная Русь, вмѣстѣ съ Польшей, явилась въ этомъ случаѣ для далекой Москвы посредницей и связующимъ звѣномъ съ западною Европой. Отмеченное сейчасъ вліяніе юго-западной литературы и образованія было здѣсь, въ Москвѣ, прямымъ подготовленіемъ и приближавшимся реформам...
Сноски
171. Казанъе двое одно на Преображенье Господа Бога и Спаса наш. Иис. Христа; другое на Успенье преч... Богородицы присно Девы Маріи, и пр., – изд. въ Евю, въ 1615 т. По указанію заглавія, проповѣди были произнесены 6 и 15 августа того же года. «Казанья» посвящены кн. Аннѣ Ходкевичовнѣ Корецкой; посвящение напеч. Гильтебрандтомъ, въ примечанияхъ къ IV т. Рус. Ист. б-ки, стр. 11‒12. Проповѣди переизданы архив. Леонидомъ, въ Чтеніяхъ Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс., 1878 г., кн. III. Леонтий Карповичъ род. ок. 1580 г.: въ первый разъ упоминается въ 1609 году, числѣ пословъ, отправленныхъ изъ Вильни, отъ православнаго духовенства и мирянъ, на варшавский сеймъ, для борьбы съ уніатскимъ митр. Поцѣемъ. Въ это время Карповичъ былъ еще свѣтскимъ. Въ 1610 году онъ упоминается, какъ «корректоръ» книгъ, издававшихся виленскимъ правосл. братствомъ; за напечатание Фриноса Смотрицкаго, «корректоръ» Карповичъ, по приказанію короля, былъ посаженъ въ тюрьму – и въ этомъ заключеніи провелъ два года, пересылаясь изъ одной тюрьмы въ другую. Рассказываютъ, что следы отъ оковъ были замѣтны на его телѣ даже послѣ смерти. Около 1615 года Карповичъ былъ сдѣланъ архимандритомъ: въ этомъ году напечатаны его Казанъе двое, произнесённый имъ уже въ качествѣ «архимандрита монастыря общежительнаго братскаго, виленскаго»... Въ 1620 г. онъ былъ выбранъ въ архіепископы Полоцкие, но въ этомъ же году скончался. Подробнѣе см.: преосв. Макарія, Ист. Рус. Церкви, X, стр. 435‒444. Голубева, Ист. Кіев. дух. акад., I, стр. 105‒107. Его же, – въ Холмско-Варшавскомъ Епарх. Вестникѣ. 1880, № 3. Біографические свѣдения о Л. Карповичѣ даетъ главн. образ, надгробная речь о немъ Мелетия Смотрицкаго: Казанъе на честной погребъ и пр., Вильна, 1620.
172. Тарасій Земка былъ однимъ изъ ученыхъ иноковъ Кіево-Печерской лавры, гдѣ и оставался съ 1624 г. до самой смерти; одно время онъ былъ игуменомъ Кіевскаго Богоявленскаго монастыря, какъ это видно и подписи на оборотѣ заглавнааго листа Лексикона П. Берынды, гдѣ подъ составленными имъ виршами онъ подписался такъ: «Иеромонахъ Тарасий Левоничъ Земка, игуменъ Богоявленскій, Кіевский, проповѣдникъ слова Божія монастыря Печерскаго». Подъ предисловиемъ къ Цветной триоди (Кіев, 1631 г.) также встрѣчаемъ подпись: «Иеромонахъ Тарасий Легковичъ Земка, проповедникъ слова Божія и корректоръ въ типографіи монастыря Печерскаго, Кіевскаго».
173. Казанъе на честный погребъ пречестного и превелебного мужа... Леонтия Карповича... архимандрита Виленскаго. Презъ Мелетия Смотриского, архиепископа Полоцкого, владыку Виленскаго и Мстиславского, електа архимандрита Виленского, отправованое, – нап. въ Вильнѣ въ 1620 г.
174. Отъ Зах. Копыстенскаго сохранилось двѣ проповѣди: Казанъе на честномъ погребе... Елисея въ иеросхимонасехъ Евфимия Плетенецкаго (изд. въ Кіев.-Печер. лаврѣ, въ 1625 г.) и Омилиа албо казане на роковую память... Елисея Плетенецкаго.. (тамъ же, 1025), – помимо своего проповѣдническаго значения, весьма любопытный и важный, въ смыслѣ историческаго источника. Въ нихъ сообщается не мало свѣдѣний и замѣчаній, какъ лично о Елисее Плетенецкомъ, такъ и о его просвѣтительной дѣятельности, въ качествѣ архимандрита Кіево-Печерской лавры. «Почившій архимандритъ – замѣчаетъ между прочимъ авторъ «казаня» – проповедниковъ слова Божего приспособлялъ, задержовалъ, выховане ихъ стану и повинности пристоине и доволне давалъ, и самъ любовне ихъ слухаючи, неохочимъ слухачомъ до чулости былъ поводомъ и прикладомъ».. И далѣе: «Науки намъ такъ познана разныхъ діалектовъ якъ и выразумѣнья письма святого жичилъ (почивший архимандритъ, Плетенецкий) и о дидаскалы искусные старался».. Къ этой сторонѣ деятельности Плетенецкаго, Копыстенский возвращается и въ «омилии»: «Мы поминаемъ, замѣчаетъ онъ – ученыхъ людей прибежище, наукъ любящихъ промотора и школъ на разныхъ месцахъ зычлинаго фундатора». См. Голубева, Петръ Могила и пр., I, 279‒282. О самомъ Зах. Копыстенскомъ см. Голубева, ib., стр. 283‒288, и его же, Ист. Киевск. Дух. Ак., I, стр. 108‒117.
175. Крестъ Христа Спасителя и каждого человѣка: на казаню публичном презъ Петра Могилу м. б. архимандрита... лавры Печерския... въ кротце выражоный, – нап. въ Кіевѣ, въ 1632. Къ книжке, послѣ краткихъ стиховъ на гербъ кн. Иеремии Корибута Вишневецкаго, приложено посвятительное посланія къ нему отъ автора книги. Проповедь подробно изложена – у Голубева, Петръ Могила и пр., I, стр. 402‒409.
176. Казане погребовое надъ теломъ яснеосвецоного князя... пана Илии Святополка... Четевертенского... презъ вел. госп. о. Игнатия Оксеновича Старушича, ректора и игумена монастыря братского Кіевскаго, одправованое... – нап. въ Кіевѣ; Печерской лаврѣ, въ 1641. Ср. Рус. Ист. Библ., IV, coll. 28. 38. 40.
177. Біографические сведения о Кирилле Транквилліоне Ставровецкомъ крайне скудны и отрывочны. Ок. 1589 года онъ былъ учителемъ львовской братской школы, затѣмъ вскорѣ (въ 1592 г.) долженъ былъ удалиться въ Вильну, – но спустя нѣсколько лѣть опять вернулся. Въ послѣдние дни жизни, по-видимому, у него были большие непріятности. Въ старости онъ перешелъ въ унію, получилъ отъ короля игуменство въ Черниговѣ, гдѣ и умеръ въ 1046 году (– «здохъ року 1646».., по выраженію одной современной рукописи). См. о немъ: Голубева, Кіев. митр. Петръ Могила, I, прилож. стр. 218‒234; его же, Ист. Кіев. дух. ак., I, стр. 117‒118.
178. Евангеліе Учительное, албо казаня на неделя презъ рокъ и на праздники господские и нарочитымъ святымъ угодником Божиимъ. Съставлена трудолюбиемъ иеромонаха Кирилла Транквилиона, проповедника слова Божего, – нап. въ Рохманове, въ 1619 году. До насъ сохранилось нѣсколько экземпляровъ этой книги, различающихся по заглавнымъ листамъ и посвященіямъ (извлеченіям изъ посвященій и предисловий – у Строева, Оп. кн.Толстого, № 64, стр. 142‒155). Одинъ изъ экземпляровъ, теперь извѣстныхъ, посвященъ авторомъ кн. Ю. Чарторыжскому, другой – кн. Иринѣ Вишневецкой, третий – кн. Корецкому. Предисловія довольно любопытны по содержанію. Въ «предисловіи экземпляра, посвященнаго Ю. Чарторыжскому, авторъ говоритъ, обращаясь къ читателю: «Винница Христова, ласкавый читателю, завше потребуетъ роботниковъ пилныхъ, чуйныхъ и працовитыхъ, абы въ ней працовали около збавеня душъ людскихъ, кровію Христовою откупеныхъ: ямъ тыжъ, наубожайший между оными роботниками, и въ единънадесятый часъ пришедший на роботу до винограда Христова, и узрѣлемъ, яко многой працѣ потребуетъ, для очищениа своего; або вѣмъ заросла дикостю лѣтораслий своихъ и подъ тенемъ ея зміеве плѣжутъ и хитры и лисове жируютъ, онагры и дикіи ослове зелены виноградъ поломали «и любимую часть Господню въ попрание дали, доброродныи грона сладость свою сховали, тилко квасныи и тръпкии пародии въ кутѣ части моея зостали. Пре то я, сіа зрящи, жалѣніемъ разжалехся, и сердцемъ поболѣхъ, и ревностью поревновахъ, о спасеію братіи моей, рода моего российского, и съ оными дѣлателми древними заровно понесохъ варъ деневный, працуючи около збавеня душъ людскихъ: подъялемъ многіи и болѣзни и труды, крывавыи поты, тылко единъ Богъ вѣсть (которий тайнаа сердца испытуетъ), и велит коштъ на такъ трудное и преважное дѣло, которое побудило автора. Не що иное, тылко милость ближнего и збавеня людское, подвиже мя на то: ибо око мое видело, въ родѣ моемъ, много таковыхъ человѣковъ, обоихъ станувъ, сводного такъ и духовны, къторыи удалися за чужими науками и разными постилями, противныхъ церкви Божей, за аріанскими, понурскими и калвенскими; и яко муха, на сладости меда, такъ и они, на прелестныхъ и спасенію шкодливыхъ, утопали и ядомъ горести смертоносной душъ своихъ и людскихъ забивали. Пре то, я ревностью поревновахъ по братіи моей и умыслилемъ зобрати казаня, з многихъ писаній божественныхъ: въ первыхъ з Евангеліе Ис. Христовы, Сына Божиа, и отъ святыхъ богословцевъ, вселенскихъ учителей, наипаче же отъ бесѣдъ евангельскихъ и апостольских; и яко трудолюбива пчела, съ цвѣтовъ разумнаго раю, събирахъ духовную сладость и съставихъ книгу сію учителную, съ истинными догматы благочестиа нашего, святыа Въсточныа и апостольскиа церкви. И не просто самъ, на сіе дѣло трудное, выше силы моей, дерзнухъ: но въ первыхъ слово Господа моего И. Христа побуди мя, абымъ таланту его, мнѣ недостойному увѣренного, не закопавъ въ темную землю неведомости, безъ прибытку и безъ пожитку ближнихъ моихъ; а къ тому, человецы нѣкоторым сановитым и разумныи, подвигоша мя на сіе дѣло святое и честное. Наипаче же разгорѣся во мнѣ огнь трудолюбиа, кгдымъ пріалъ благословеніе отъ святѣйшихъ четырехъ патріарховъ... За повелѣніемъ и благословеніемъ старшихъ, умыслихъ книгу сію изобразите деломъ друкарскимъ, для розмноженя науки збавенной... Ибо Винница, если не обрежется ножемъ и не покопается, тогда въ запустѣниѣ будетъ, изыйде тръние въ ней, яко на цѣлизнѣ, и въ дичину възыйдутъ лѣторасли ея: такъ и душа человѣческая, кътораа называется виноградомъ Божіимъ, если же не будетъ очищена, словомъ Христова учениа, и яко ножемъ не обрежетлися и не обнизитъ высота гордого помысла, и аще не покопается богодуховнымъ поучениемъ, тогда таковаа душа запустеет»... (Строевъ, Опис. книги гр. Толстого, стр. 145‒148). Въ посвящении другаго экземпляра авторъ упоминаетъ о гоненияхъ, которыя воздвиглись на него за его книгу; объясняя причину поднесения своей книги княгинѣ Иринѣ Вишневецкой, – авторъ, обращаясь къ ней, говоритъ: «Дарова тебѣ Господь Богъ нашъ Ис. Христосъ таковый разумъ, освѣченый зарею Духа святаго, на упатрованя речий божественныхъ и людскихъ, и сердце мужественное, и таковую крѣпость, до зветязства оного часу, кгды доброго ненавистный діаволъ зѣло розъярився на мя, видячи, яко зготовалемъ на него стрѣлу ядовитую; тогда подвигъ на ми великую войну и штурмы кгвалтовныи засадивъ, абы працу, кошты и крывавыи поты мои, внѣвечъ рассыпалъ и угасивъ такъ пресветлый свѣтилникъ науки збавенной Евангеліи Христовы. Помни, кгды, съ подущена его, нѣкоторіи человѣцы знаменитыи обыйдоша незлобивую душу твою, яко лвы рыкающи, хуленіемъ на святое и праведное, смущающи и растерзающи, лукавыми радами, доброе н чистое сумненя В. К. М.: сами усилуючи свѣть правды тмою закрити и жрудло живой воды гноемъ словес своихъ закидати, и труды мои въ дѣлѣ Божемъ разорити; а на остатокъ запрещающи клятвами и грозячи и устрашаючн гееною. Но не възмогли поколебати твердой души и устрашити мужественного сердца: сила бо наивышшего Бога справила въ женскомъ слабомъ естествѣ и даровала таковое звѣтязство В. Б. М., ижесь зветяжила зрады хитрого чарта и отразила штурмы его; помовиска потварн злыхъ людый, на мя, мѣсца не мели у В. К. М., що и до конца, уповаю, мети не будутъ».. О гоненияхъ этихъ авторъ упоминаеть и въ «предмовѣ до чительника» въ той же книгѣ: «Азъ, за повелѣніемъ и благословеніемъ старшихъ умыслихъ книгу сію нзъобразити дѣломъ друкарскимъ: и егда сіа увѣдевъ доброго ненавистный діаволъ, тогда барзо спротивился трудомъ моимъ и дѣлу сему святому и преважному, и отвсюду подвиже на мя лютую брань, чрезъ человѣковъ нѣкоторыхъ, малоумныхъ и зазросливыхъ, въ родѣ моем, иныхъ же неблагодарныхъ и простотою глупства помраченыхъ, зело розъяри, гневомъ и наострить языкъ тѣхъ, хулениемъ на святое; и не ей токмо, но и смерти предати мя умыслиша, книги ради сея. Господь же възбранивъ лукавому совѣту ихъ, и да не поставитъ имъ Господь, мой оборонца, сего въ грёхъ: ибо діаволъ многую ми (тѣми) сътворивъ пакость, и нанесе бѣду и болѣзнь души моей; ибо хулного языка ихъ слово гнилое, лжѣ и яду зміа невольного исполнение, промчеся всюду, по всей земли Росийской, смущающи грады и народъ посполитый побуряющи на мя, творящи укоризны, поношениа, смѣхотворениа и навѣты оболганіа; приводячи въ огиду книгу сію и науку душеспасителной евангелии предъ простыми людми, и многихъ неискусныхъ потягнуша за собою въ ровъ погыбели и въ тму лжи своея. Наипаче же, всѣхъ злѣшаа и болѣзнѣйша души моей, яко и отъ вѣры святой и отъ съединеніа вѣрныхъ, словесы своими, дрерзнуша отлучити мя и въ сонме нечестивыхъ причитати: не потвари и неправда ихъ сниде на главу ихъ; а мою невинность откриетъ Господь, Богъ мой, предъ многими свѣдителми въ родѣ моемъ. Еще бо и нынѣ имать Господь много верныхъ рабовъ своихъ, украшенныхъ разумомъ духовнымъ и просвещенныхъ умомъ: тыи, еще вникнутъ въ писанія многогрешной руки моей, тогда узрятъ въ немъ и познаютъ истинну, яко не еретическимъ духомъ естъ писане, не оным Духомъ святымъ, къторий действовал въ апостолех Христовех въ богослевцех»... Евавгелие Учительное Кирилла Транквиллиона въ 1696 напечатано было въ Уневском монастырѣ вторым изданием; изданія украшено было болѣе 80-ю картинками (въ заставках).
Сіа книга названная Перло Многоценное, съставленна трудолюбием презь Кирилла Транквилиона и проповедника слова Божія, архимандрита Чернеговского монастыра, Елецкого, съ всею еже о Христе братьею, общею монастыря: новыи песни похвалныи, треиперсоналному бозству, Отцу и Сыну и Духу святому, ново на свѣть видана з новой друкарни ею, – въ Чернигове въ 1646 г. Книга была посвящена авто- ром кн. Самуилу Корецкому. Въ предуведомлении указывается: «Книга сіе нарицаема Перло Многоценное для двох причин поважных, для высокого разума богословского и сладкоглаголивого языка риторского и для поэтицского художества. Книга то святая филозофии бозской мает въ собѣ розум; которая съдержит въ собѣ похвалу триперсоналному бозству, и страсти Христове, и похвалу пр. Богородици, и иныи многи песни духовнии, сладкии, веселыи и плачливии. Композитор або складач сихъ вершов – Кирил старий Транквилион Ставровецкий, проповедвик слова Божего, и архимандрит Черниговский»... Книга написана на польско-русскомъ языкѣ и состоить частью изъ поучений, частью изъ вирш духовнаго и нравоучительного содержанія,– въ честь св. Троицы, Божией Матери, ангелов, святыхъ, апостолов, – на дни праздничные Рождества Христова, на Вознесенье, стихи на страсти Христовы, плачь Богородицы (въ прозе), – ряд нравоучительных стиховъ, подъ заглавіемъ «лекарств», и т. д.
179. Отъ первыхъ времён зап.-русской проповѣди до насъ сохранился напр. большой рукописный сборникъ проповедей, произнесённых ок. 1641 года, въ Кіев, каким-то неизвестным проповедником. Авторомъ ихъ, былъ вѣроятно, кто-либо изъ преподавателей Кіево-Могилянской Коллегии, – авторъ вообще отличается образованием и начитанностью, и цитирует множество книгъ не только славянскихъ и польскихъ, но и латинскихъ. О сборнике этомъ см. Опис. рук. Моск. Синод, б-ки, отд. II, 3, стр. 183‒196.
180. Стороженко, Предшественники Шекспира I, М., 1872, стр. 72.
181. Разумеем изданія: 1) Προσφώνημα. Приветъ... Михаилу митр. Киевскому... въ братской школѣ лвовской составленный... нап. въ Львовѣ, въ 1591. Приветъ написанъ стихами и прозою, на славянскомъ и греческомъ языкахъ. 2) Плачъ альбо Ляментъ по зестю з свѣта сего вечной памяти годного Григориа Желиборского, – нап. во Львовѣ, въ 1615 году. 3) Везврунокъ цнотъ (образецъ добродѣтелей) превелебного въ Бозе е. м. Елисея Плетенецкаго, архим. Кіевскаго, – напеч. въ честь Ёлисея Плетенецкаго, въ Кіево-Печерской лаврѣ, въ 1618 г. 4) Верше на жалостный погребъ зацного рыцера Петра Конашевича Сагайдачного, гетмана... зложоный презъ инока Касиана Саковича ректора школъ киевскихъ, въ братстве. Мовленые отъ его спудеовъ на погребе того зацного рыцера, нап. въ Кіевѣ, въ 1622 г.; въ концѣ: Материя для учиненя подякованя при погребе якою зацною чловека, соч. Саковича; книжка перепеч. Голубевымъ, въ приложеніяхъ къ исслѣдованію: Ист. Киевск. дух. Ак., I, 17‒46. 5) Епикидион албо верше жалобным на погребение Василисы Яцковны, сочим. Стефана Полумерковича, – нап. въ Луцкѣ, въ 1628 г. 6) Ляментъ по святобливе зошломъ ввлебном г. о. Иоанне Василевичу презвитери именемъ церкви православіе Восточного, братства Луцкаго..., написаный презъ многогрешного иеродиакона Давыда Андреевича инока..., нап. въ Луцкѣ, въ 1628 году. 7) Имнологиа си есть песнословиѣ албо песнь през части писмомъ мовленая на день Воскресения... пастыру опекунови и добродееви своему през делателе въ типографіи въ даруночку низко принесенаа, – въ Кіево-Печерской лаврѣ, въ 1630 г. 8) Εὐχαριστήριον албо вдячность; ясне превебнейшому во Христе его м. г. о. киръ Петру Могилѣ, Воеводичу земель Молдавских, великому архимандритови св. лавры Печерской киевской... од спудеовъ гимназиум его милости з школы реторики. За гойныи добродейства, собѣ и церкви православной, въ фундованю школъ показанью, – нап. въ Кіево-Печерской лаврѣ, въ 1632 году. Настоящая брошюра – единственный памятникъ Лаврской школы, Преобразованной Петръ. Могилою. Книжка сполна нап., въ приложениях, въ исследовании Голубева: Ист. Въ. духов, акад., 1886, стр. 9) Εὐφονία веселобрмячаа, на высоцеславный фрон митрополии Киевской щасливе вступучему, въ Бозе преосвященному е. м. г. о. къ. Петру Могилѣ... отъ типографов въ той же св. чуд. лавры Печерской працуючих, при оунижоном поклоне, прудко деликованая лѣта 1633, и т. п.
182. Влияние это для Московской Руси было какъ бы невольным. Известна участь, какую имело въ Москвѣ Учительное Евангеліе Кирилла Транквлллиона. «По государеву цареву и въ. къ. Михаила Феодоровича всея Россіи указу, а по благословению отца его... святейшего Филарета патріарха – книга подвергнута была тщательному разбору; дошедшие до насъ (въ рук. XVII въ.) Списокъ со свитка укоризненна Кириллу Транквиллиону Ставровецкому, погрешительным словесем блужения его ересем въ книгѣ Учительн. Евангеліе новаго (недавнего) сложения его (Сборн. XVII въ. Моск. Синод. б-ки, № 294, л. 2‒76 и др.) подробно указываеть «въ той книгѣ и вѣрѣ и ереси и погрешения и блужения» Кирилла Транквиллиона на взгляд московскихъ критиков. Последние были къ западно-русскому автору слишкомъ строга; въ книгѣ многое называется «ересью» и «блужениемъ» по одному подозрению, а иногда – и по-простому непониманію критиками западно-русскаго языка (см. Опис. Рук. Моск- Син. б-ки, отд. II, 3, стр. 437‒439). Какъ бы то ни было, но вследствіе найденныхъ въ книгѣ «ересей» и «блужений», – въ первыхъ числахъ декабря 1627 года, ко всемъ воеводамъ Московскаго Государства были посланы следующие грамоты: «Велѣли мы и отецъ нашъ, в. г. святейш. патр. Филаретъ Никитичъ Московский и всея Руссіи, сыскать и досмотрите литовскія печати въ книгахъ въ Учительныхъ Евангилияхъ архимандрита Кирила Транквилиона Ставровецкаго его слогу (составленія); и въ тѣхъ книгахъ въ Учительныхъ Евангелияхъ сыскано и досматривано и приправлено къ древнимъ святыхъ отецъ книгамъ къ Евангелиямъ Учительнымъ и къ инымъ божественнымъ книгамъ, и въ тѣхъ Кириловыхъ книгахъ его слогѣ сыскались многии ереси и супротивства древнимъ Учительнымъ Евангелиямъ и инымъ св. отецъ божественнымъ книгамъ. И мы... указали: на Москвѣ и во всѣхъ городах, литовские печати Учительныя Евангилия архим. Кирила Транквилиона Ставровецкаго и иныя книги его Кирилова слогу собрати и на пожарах сжечь, чтобъ та ересь и смута въ мірѣ не была. И какъ къ вамъ ся наша грамота придетъ, и вы бъ велѣли по торгамъ кликати биричамъ по многіе дни: у которыхъ людей такія литовские Учительныя Евангилия или иныя книги его Кирилова слогу есть, и тѣ бъ люди тотчасъ несли безмѣнно къ вамъ въ съйзжую избу; а кто именемъ какія книги литовские печати Кирилова слогу Транквиліона Ставровецкаго принесутъ, и вы бъ тѣхъ людей имена велѣли писати на росписи поименно. А собравъ... тѣ литовские печатныя Учительныя Евангилия и иные книги Кирилова слову, велѣли на пожарѣ сжечь, чтобы та ересь и смута однолично (въ мірѣ) не была; да о томъ и всемъ отписали»... Вмѣстѣ съ этимъ давался и другой приказъ: «Велѣли бъ всякимъ людямъ сказывати именно и запасъ крепкой учините, чтобъ однолично литовские печати никакихъ книгъ Кирилова слогу ни кто у себя не держал и впередъ никакихъ книгъ литовские печати и письменныхъ литовскихъ не покупали; а кто нынѣ такіе книги литовские печати Кирилова слогу у себя утаитъ, или кто впредъ учнетъ литовские книги какие покупати – тѣмъ людямъ отъ насъ быти въ великомъ градскомъ наказании, а отъ отца нашего в. г. Филарета Никитича святейш. патріарха – въ великомъ духовномъ наказании и въ проклятии (Собр. Госуд. Грамотъ и Договоровъ, III, М., 1822, № 77, – окружная грамота на Верхотурье, отъ 1 дек. 1627 года). 4 декабря – «въ Москвѣ на пожаре сожгли 60 книгъ, что были вышли изъ Литвы и именовались Евангеліе Учительные слогу (составленія) Кирилла Трамквилліона..., а жегъ ихъ приставъ Григорей Ивановъ сынъ Горизонтовъ» (Дворцовые Разряды, II, Спб., 1851, стр. 821‒822). Недовѣрие къ Литвѣ и юго-западной Руси въ Москвѣ выражалось не разъ и по другимъ случаямъ. Такъ, напр., въ январе 1632 года къ псковскимъ воеводамъ послана была царская грамота, которою запрещалось покупать у литовскихъ людей хмель: «Писали намъ изъ Вязьмы – говорилось въ грамотѣ – воеводы наши, князь Романъ Пожарской съ товарищи: посылали они за рубежъ для вѣстей лазутчиковъ, и тѣ лазутчики, пришедъ изъ-за рубежа сказывали имъ, – что въ литовскихъ городах баба вѣдунья наговариваетъ на хмѣль, которой изъ Литвы возятъ въ наши городы, чтобъ тѣмъ хмѣлемъ въ нашихъ городехъ на люди навѣсть моровое повѣтріе». Вслѣдствие этого предписывалось воеводамъ объявить – «во Псковѣ, въ городѣ, и на посадѣ, и по слободамъ, и во всемъ Псковскомъ уезде, селехъ и въ деревняхъ, всякимъ людемъ велѣли учинити заказъ крёпкой, подъ смертною казнью, которые люди поедутъ въ литовские городы для торговли, и они бъ у литовскихъ людей и у зарубежскихъ мужиковъ хмѣлю не покупали и во Псковъ и во Псковский уездъ не привозили отнюдь, никоторыми дѣлы» (Акты Археогр. Эксп., III, № 197, стр. 283‒284)... Несмотря однако на крайнюю подозрительность и боязнь, съ которыми относилась Московская Русь къ юго-западной, – книги и изданія послѣдней быстро распространялись въ Московскомъ Государствѣ и – въ значительномъ количестве. Очень много книгъ «литовской печати» находимъ уже въ числѣ книгъ, пожертвованныхъ, въ 1606 году, патр. Иовомъ въ Старицкий монастырь (см. Истор. Библ. Тверск. епархіи, I, стр. 38–40 (Опис. книгъ Старицкаго м-ря). Пр. Макарія, Ист. Рус. Церкви, ΧΙ, стр. 47‒48). По каталогу 1630 года, въ библіотекѣ патр. Филарета находились, между другими, слѣдующие книги: «...Книга Псалтырь, печатная литовская въ десть... Часословъ литовской, печатной, въ полдесть... Книга Маргаритъ, печать литовская, въ полдесть. Сто тридцать четыре тетрати въ десть, Бесѣды апостольские на четырнадцать посланий, печать литовская, мелкая... Книга въ полдесть, печать литовская., а въ ней писано Собрание и сочиненія молитвы исповеданием Фикарею Святогорцемъ... Книга Библія, печатная, въ десть... Книга по гречески Катихизис, по литовски Оглашениѣ, русскимъ языкомъ Беседословие, въ тетратехъ, въ десть... Книги Бесѣды апостольские на 14 посланий, печать литовская... Служебникъ, печать литовская, въ немъ же листъ Ставленая поповская.,. Двѣ книги Бесѣды деяния апостольскихъ, печать литовская, въ десть, да три листа, письмо греческое, Евангеліе десть тетр., литовская печать. Книга Псалтырь, въ полдесть, печать литовская... Книга въ полдесть Катехизись, по гречески Оглашение... Книга писменая въ полдесть, князя Василія Острожскаго На еретиков Римлянъ... Книга Катехизисъ, переплетена въ десть, печать московская... (Сборникъ Муханова, изд. второе).