Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Ч. II, очерк VIII. Поселения в Белорусском Полесье, с. 370-384: оригинал

Ч. II, очерк VIII. Поселения в Белорусском Полесье. А. К. Киркор. С. 370-384. Текст в орфографии издания 1882 года.

Продолжение очерка VIII части второй «Поселения в Белорусском Полесье», с. 370-384; начало на с. 370.

Даже въ польской литературѣ нѣтъ безпристрастной, исчерпывающей предметъ, біографіи Карла Радзивилла. Недавно во Львовѣ изданы записки о его жизни, почерпнутыя изъ несвижскаго архива; но въ нихъ много преувеличеній, много лести, и безпристрастною книгу эту никакъ нельзя назвать. Не менѣе того обиліе приводимыхъ фактовъ, не подлежащихъ сомнѣнію, рисуетъ намъ этого человѣка совершенно иначе, нежели какъ себѣ усвоила беллетристическая литература, въ которой онъ играетъ весьма видную роль. Изъ этихъ записокъ видимъ, что Радзивиллъ любилъ народъ и много заботился о его пользахъ; любилъ изящныя искусства и науку, не жалѣя ничего для пріобрѣтенія замѣчательныхъ произведеній или для поощренія и обезпеченія подвизавшихся на этихъ поприщахъ тружениковъ. Въ литературѣ разсказываютъ про его чудачества, представляютъ его даже неучемъ. Чудачества, правда, бывали; но подъ ними не разъ скрывалась болѣе глубокая мысль; неучемъ же назвать его никакъ нельзя — это былъ человѣкъ съ высшимъ образованіемъ по времени. Его пребываніе въ Венгріи и Вѣнѣ, гдѣ его ласкали Іосифъ и Марія-Терезія, его ухаживанія за Таракановою въ Италіи, требовали большихъ суммъ, отчего онъ и прослылъ расточителемъ; но у него были свои виды въ этомъ случаѣ, не лишенные политическаго оттѣнка. Такъ въ Несвижѣ, гдѣ онъ жилъ почти постоянно, когда былъ въ краѣ, подъ видомъ забавы, развлеченій, основывались такія учрежденія, которыя принесли бы много пользы государству и которыя въ то же время доказываютъ умъ дальновидный и желаніе быть полезнымъ. Въ Несвижѣ онъ основалъ артиллерійское училище и положилъ начало устройству школы мореходства. Вблизи Несвижа построилъ онъ дома и палаты, назвавъ ихъ Альба, вырылъ пруды, прорылъ каналы и завелъ маленькую флотилію. Жившіе въ этой колоніи подчинялись особому уставу, а для юношества было заведено училище; были и опытные моряки, которые преподавали практически мореплаваніе. Въ Несвижѣ были театръ и оркестръ, считавшіеся лучшими въ странѣ. Радзивиллъ любилъ садоводство и много на него жертвовалъ, заботясь о его процвѣтаніи въ многочисленныхъ своихъ имѣніяхъ.

Въ 1784 году король Станиславъ-Августъ посѣтилъ Несвижъ и прожилъ здѣсь съ 16 по 22 сентября. Генералы Моравскій, Пацъ, Юдицкій, все дворянство Виленскаго и Новогрудскаго воеводствъ, многочисленныя свиты магнатовъ, полкъ Радзивилла въ числѣ трехъ тысячъ человѣкъ, выѣхали на встрѣчу короля. Гостей, прибывшихъ въ Несвижъ, считали до пяти тысячъ человѣкъ. Обѣды, балы, ежедневныя театральныя представленія, охоты, смотры радзивилловскихъ войскъ, упражненія артиллерійскихъ кадетъ и моряковъ въ Альбѣ занимали все время. Но король находилъ также свободные часы для подробнаго осмотра кабинетовъ, галлерей, достопамятностей и архива, который въ особенности интересовалъ его. Передъ нами выписка изъ офиціальнаго протокола, въ которомъ описанъ каждый часъ пребыванія короля въ Несвижѣ. Читая, кажется, видишь передъ собою сцены изъ «Тысячи и одной ночи».

Князь Радзивиллъ Сирота учредилъ ординацію въ Несвижѣ, которая существовала двѣсти лѣтъ, до кончины князя Доминика въ 1813 году. Несвижъ нѣкоторое время принадлежалъ кн. Витгенштейну, а потомъ, по семейному договору, поступилъ въ собственность прусскихъ Радзивилловъ, кои и нынѣ имъ владѣютъ. Въ 1795 г. Несвижъ сдѣланъ былъ уѣзднымъ городомъ Минскаго намѣстничества, но въ 1796 г. оставленъ заштатнымъ.

Библіотека перевезена въ Петербургъ еще въ 1772 году; картинная галлерея очутилась въ Берлинѣ въ палатахъ прусскихъ Радзивилловъ; латы, доспѣхи и пр. Радзивилловъ перевезены въ Верки кн. Витгенштейна (близъ Вильно); сокровища и достопамятности разграблены войсками Чичагова въ 1812 году. Остались только воспоминанія и развалины. Уцѣлѣлъ еще хотя отчасти архивъ.

Въ 18 верстахъ отъ Несвижа другое маіоратское имѣніе Радзивилловъ, замѣчательное своею древностью. Это Клецкъ, древній Клеческъ, столица удѣльнаго княжества въ землѣ Дреговичей. Клецкъ находился при рѣкѣ Лани, нынѣ въ Слуцкомъ уѣздѣ. По присоединеніи къ Литвѣ съ 1442 г. составлялъ удѣлъ Михаила Сигизмундовича, внука Кейстута. Сигизмундъ-Августъ отдалъ Клецкъ Радзивилламъ, гдѣ одинъ изъ нихъ, Ольбрахтъ, а также Николай, Христофоръ и Станиславъ учредили особый маіоратъ въ 1586 году. Замокъ здѣшній, построенный на древнемъ городищѣ, окруженъ пространными болотами. Въ окрестности много кургановъ. Замокъ былъ сильно укрѣпленъ. Здѣсь князь Михаилъ Глинскій 7 августа 1506 года одержалъ знаменитую побѣду надъ Татарами, когда ихъ погибло около 20 тысячъ. Трупами своими они запрудили цѣлое озеро, такъ что вода въ немъ приняла цвѣтъ красноватый, отчего оно и прозвано Красный ставъ. Во время Николая Чернаго ученіе Кальвина было здѣсь сильно распространено, и министромъ кальвиновъ въ Клецкѣ состоялъ извѣстный Симеонъ Будный. Когда послѣдній сдѣлался поборникомъ аріанизма и переѣхалъ въ Лоскъ, министромъ въ Клецкѣ назначенъ былъ тоже извѣстный Ѳома Фальконіусъ Соколовскій, но и этотъ кончилъ аріанизмомъ. Впрочемъ кальвинизмъ существовалъ здѣсь не долго. Сынъ Николая Чернаго, князь Альбертъ, отнялъ кальвинскій сборъ и обратилъ его въ католическій костелъ. Въ XVII столѣтіи основанъ былъ монастырь доминикановъ. Православныя церкви считаются здѣсь весьма древними.

Могильна, на Нѣманѣ, отъ Пацовъ перешла къ Радзивилламъ, памятна побѣдою одержанною вел. кн. лит. Рингольдомъ надъ союзными князьями русскими, въ 1235 году.

Въ 20 верстахъ отъ Клецка находится мѣстечко Ляховичи, при рѣкѣ Вѣдзмянкѣ или Вѣдняжкѣ. Здѣсь была знаменитѣйшая крѣпость въ цѣлой Бѣлоруссіи. Основателемъ ея былъ извѣстный полководецъ Янъ-Карлъ Ходкѣвичъ. Ляховичи сначала принадлежали къ королевскимъ староствамъ, потомъ перешли къ Ходкевичамъ и наконецъ къ Сапѣгамъ. Во время казацкихъ войнъ крѣпость была четыре раза осаждаема, но всегда безуспѣшно; въ 1660 г. въ теченіе шести мѣсяцевъ осаждалъ ее воевода Хованскій, но не успѣлъ взять, потерпѣвъ окончательное пораженіе 26 іюня. Жители были доведены до крайней нищеты, такъ что сеймъ освободилъ ихъ на девять лѣтъ отъ податей и повинностей. Потомъ, съ 1706 года Ляховичи сдѣлались центральнымъ пунктомъ, откуда русскія войска и казаки дѣлали нападенія на Шведовъ. Наконецъ шведскіе полководцы Траутфеттеръ и Крейцъ штурмомъ взяли крѣпость.

Въ здѣшнемъ католическомъ костелѣ почиваетъ Ѳома Рейтанъ, посолъ новогрудскій, пользующійся громкою извѣстностью въ исторіи Польши за послѣдніе годы ея существованія. — Въ Ляховичахъ существуетъ магометанская мечеть для Татаръ, переселенныхъ въ Новогрудскій уѣздъ еще во времена Витовта.

Недалеко отсюда мѣстечко Старобино, послѣдняя населенная мѣстность при рѣкѣ Случѣ, ибо далѣе берега этой рѣки вовсе не заселены.

Перейдемъ теперь въ такъ называемую украину бѣлорусскую, въ Новогродскую землю, отличающуюся не только своимъ плодородіемъ, но и очаровательнымъ мѣстоположеніемъ, много напоминающимъ живописный Трокскій уѣздъ, особенно по теченію Нѣмана. И здѣсь множество рѣчекъ, ручьевъ и озеръ, прорѣзывающихъ уѣздъ но всѣмъ направленіямъ и сливающихся въ двѣ главныя рѣки, въ величавый Нѣманъ на сѣверо-востокѣ и Шару на югѣ. Высокіе холмы, пространныя долины, вездѣ богатая растительность, дубовыя рощи, темные лѣса украшаютъ Новогродскую землю, разнообразятъ постоянно мѣняющіеся виды и не даютъ отдыха взорамъ. Много пережила эта древнѣйшая славянская земля, орошенная потоками бѣлорусской и литовской крови. Много и памятниковъ временъ первобытныхъ сохранилось здѣсь до нашихъ дней. Прекрасный и достопамятный по историческимъ воспоминаніямъ край этотъ находится какъ-бы на рубежѣ мрачнаго, туманнаго, болотистаго Мозырскаго полѣсья, отдѣляемый отъ него, на югѣ, Шарою.

Первое мѣсто здѣсь принадлежитъ по древности и высокому историческому значенію столицѣ славнаго Миндовга, Ново-городку, Parva Nowogardia, или нынѣшнему Новогрудку. Онъ расположенъ въ 15 верстахъ отъ Нѣмана; въ городѣ же протекаетъ небольшой притокъ Нѣмана. Древность поселенія доказывается городищемъ большихъ размѣровъ, на которомъ въ XI или XII столѣтіи воздвигнутъ былъ замокъ. Кто именно былъ его основателемъ, съ опредѣленностью сказать трудно. Полагаютъ, что Владиміръ В. или Ярославъ I, другіе же относятъ основаніе къ 1116 г. Ярополкомъ сыномъ Мономаха. Подъ годомъ 1128 лѣтописи упоминаютъ о Новогрудкѣ, какъ о столицѣ удѣльнаго княжества, а подъ годомъ 1227 упоминается удѣльный князь новогрудскій, Изяславъ. Въ 1240 г. Койданъ, вождь монгольскій, разорилъ городъ, взялъ и разрушилъ замокъ. Вскорѣ послѣ этого Эрдзивиллъ, князь литовскій, присоединивъ къ Литвѣ Новогрудокъ, возобновилъ и укрѣпилъ замокъ и отстроилъ городъ. Съ этого времени, или, какъ полагаютъ другіе, еще съ 1235 г., Новогрудокъ является столицею Литовско-русскаго княжества, и сюда переѣхалъ потомъ на постоянное жительство керновскій князь Миндовгъ. Впрочемъ, по сказанію лѣтописи Быховца, Новогрудкомъ завладѣлъ отецъ Миндовга, Рингольдъ, именно въ 1235 году, одержавъ побѣду надъ друцкимъ княземъ Дмитріемъ и его союзниками. Мы уже знаемъ о томъ высокомъ значеніи, какое получилъ этотъ городъ въ царствованіе славнаго короля Миндовга. Мы уже говорили и о его коронаціи. Когда вел. кн. Гедиминъ поселился въ Трокахъ, а потомъ въ Вильнѣ, Новогрудокъ поступилъ во владѣніе сына его Коріата, а потомъ перешелъ къ сыну послѣдняго Ѳедору. Около 1352 г. здѣсь властвовалъ Дмитрій Корибутъ, сынъ Ольгерда. Въ царствованіе Витовта Новогрудокъ пользовался особеннымъ его уваженіемъ. Нѣкоторые важнѣйшіе государственные акты совершались именно здѣсь, какъ напр. въ 1415 г. образованіе новой Литовско-русской митрополіи, состоявшееся въ Новогрудкѣ. Король Ягайло, въ 1432, здѣсь вступилъ въ бракъ съ прекрасною Сонкою, дочерью князя Гольшанскаго и Вяземскаго. Въ 1444 бывшая великокняжеская столица сдѣлана главнымъ воеводскимъ городомъ, къ которому причислены Волынскъ, Слонимъ и Слуцкъ. Въ 1448 году здѣсь происходилъ сеймъ въ присутствіи короля Казиміра. Магдебургскими законами городъ сталъ пользоваться едва въ 1511 году на основаніи граматы Сигизмунда I. Городъ много выстрадалъ отъ нападеній Монголовъ, галицкихъ князей, Рыцарей, Русскихъ. Послѣдніе владѣли имъ съ 1654 по 1660 годъ. Съ 1581 по 1775 годъ здѣсь черезъ каждые два года собирался трибуналъ. Въ 1751 пожаръ истребилъ большую часть города, и съ этого времени Новогрудокъ потерялъ прежнее значеніе столичнаго города, постепенно нисходя на степень небольшого городишка. По присоединеніи въ 1795 году къ Россіи, въ слѣдующемъ году Новогрудокъ сдѣланъ уѣзднымъ городомъ Слонимскаго намѣстничества, въ 1797 г. Литовской губерніи, въ 1801 Гродненской, а въ 1842 Минской.

Замокъ Миръ.

Древнее городище, на которомъ еще видны развалины замка, окружено было двумя валами, изъ коихъ первый имѣетъ въ окружности 539, а второй 382 метра. Сохранившіеся глубокіе рвы были шириною до 79 метровъ. Видъ съ валовъ простирается на 70 и болѣе верстъ. Замокъ состоялъ изъ 7 башень съ орудіями. Нынѣ замокъ въ развалинахъ; сохранились только двѣ башни и полуразрушенныя стѣны съ бойницами. Насупротивъ городища, или Замковой горы, есть еще высокая насыпная гора, называемая и до сихъ поръ горою Миндовга. Здѣсь-ли почилъ литовскій герой, положительно неизвѣстно; но во всякомъ случаѣ эта курганная насыпь свидѣтельствуетъ о той любви и уваженіи, которыя питалъ къ нему не только литовскій, но и русскій народъ.

Еще въ началѣ XVII столѣтія въ Новогрудкѣ было десять церквей. Древнѣйшій храмъ основанъ былъ въ XI столѣтіи. Въ древней церкви Бориса и Глѣба находилась чудотворная икона Божіей Матери. Нынѣ двѣ церкви. Костелъ фарный основанъ въ началѣ XV столѣтія будто-бы на томъ мѣстѣ, гдѣ было капище Перкуна, что едва-ли достовѣрно; по крайней мѣрѣ, о капищахъ языческихъ въ Новогрудкѣ XIV и XV ст. мы ничего не знаемъ. Въ этомъ костелѣ замѣчателенъ довольно изящный мраморный памятникъ, воздвигнутый новогродскимъ кастеланомъ Иваномъ Рудоминою въ память его соратниковъ, погибшихъ въ сраженіи подъ Хотиномъ въ 1621 году. На памятникѣ изображенъ самъ Рудомина, стоящій на колѣняхъ, а около него девять безголовыхъ воиновъ, съ головами сложенными въ ногахъ, означающими, что онѣ были отрублены Турками.

Въ Новогрудкѣ существовала коллегія іезуитовъ, а также монастыри доминикановъ, францискановъ, бонифратеровъ. Кальвинисты и аріане имѣли свои сборы.

Въ Новогрудкѣ и въ окрестностяхъ живутъ въ небольшомъ числѣ Татары, потомки переселенныхъ еще Витовтомъ изъ Крыма.

Указываютъ еще домъ, въ которомъ провелъ юношескіе годы Адамъ Мицкевичъ, принадлежавшій отцу поэта, занимавшемуся нѣкоторое время адвокатурою въ Новогрудкѣ, а послѣ его смерти проданный оставшимися тремя сыновьями регенту Біолту. Въ этомъ же домѣ умеръ впослѣдствіи Іуліанъ Корсакъ, тоже замѣчательный поэтъ и другъ Мицкевича.

Какъ цѣлый Новогрудскій уѣздъ, такъ и въ особенности ближайшія его окрестности богаты древними городищами и могильными курганами. Въ трехъ съ половиною верстахъ отъ города, въ имѣніи Брицянка, принадлежавшемъ іезуитамъ, а въ 1774 году купленномъ литовскимъ писаремъ Юріемъ Бялопіотровичемъ, множество кургановъ бронзоваго вѣка (въ 1856 г. изслѣдованныхъ мною). Далѣе, слѣдуя Валевскимъ трактомъ на Гнилицы, Прилуки, принадлежащія къ имѣнію Карповича, Чомброва, въ лѣсу, на лѣвой сторонѣ, недалеко отъ корчмы, множество кургановъ. Еще болѣе ихъ близъ деревни Валевки (казенное имѣніе, бывшее Незабытовскихъ). Слѣдуя трактомъ въ казенное имѣніе Городище, за озеромъ Свитезь, о которомъ мы уже упоминали, встрѣчаемъ также много кургановъ. Въ 20 верстахъ отъ Новогрудка,по тракту въ Миръ, есть имѣніе Кореличе, принадлежавшее къ маіоратству Несвижскому, а нынѣ кн. Витгенштейна, въ которомъ большой сахарный заводъ. Во всѣхъ этихъ мѣстахъ почва самая плодородная. Въ трехъ верстахъ отъ Кореличъ находится деревня Ловчице, заселенная Татарами, имѣющими здѣсь свою мечеть. Въ Ловчицахъ тоже много кургановъ. На значительной возвышенности, въ семи верстахъ отъ Новогрудка, расположено имѣніе Каменка гр. О’Рурка, замѣчательное тѣмъ, что съ этой возвышенности открывается видъ на три губерніи и четыре уѣзда, именно: Минскую, Виленскую и Гродненскую; отсюда отчетливо видны довольно отдаленные костелы въ Ивье въ Ошмянскомъ и въ Лидѣ, а также Здзѣнціолъ въ Слонимскомъ. По пути изъ Каменки въ Лиду, на протяженіи 22 верстъ, тянутся дремучіе лѣса. Точно также въ имѣніи Логоткахъ (Петровичей) есть высокая гора, съ которой открывается прекрасный видъ на 20 слишкомъ верстъ (Новогрудокъ, Миръ, Турецъ, Здзѣнціолъ).

Въ Новогрудскомъ уѣздѣ находится вотчина графовъ Хрентовичей, Щорсы, гдѣ, какъ мы уже говорили, извѣстный Іоахимъ Хрептовичъ основалъ знаменитое книгохранилище, значительно увеличенное въ нынѣшнемъ столѣтіи Адамомъ Хрептовичемъ. Оно сохранилось до сихъ поръ и замѣчательно тѣмъ, что въ немъ собраны всѣ, какія когда либо и гдѣ либо изданы были, географическія карты Литвы и Исправлена опечатка: ПолыниПольши.

Вблизи Щорсъ находится Лавришевъ, памятный однимъ изъ древнѣйшихъ православныхъ монастырей въ краѣ, основаннымъ въ 1260 году Войшелгомъ, сыномъ Миндовга. Сложивъ съ себя бразды великокняжескаго правленія, Войшелгъ самъ нѣкоторое время проживалъ въ этомъ монастырѣ. Просуществовавъ 340 лѣтъ, монастырь этотъ въ 1600 году обращенъ былъ въ базиліанскій.

Миръ, древній Myrch, при р. Миронкѣ, принадлежалъ Илиничамъ, потомъ въ ХѴІ столѣтіи поступилъ во владѣніе Радзивилловъ; Николай-Христофоръ Сирота основалъ здѣсь величественный замокъ съ валомъ и рвами. Развалины замка, главныя ворота и четыре бастіона уцѣлѣли до сихъ поръ, конечно полуразрушенными. Въ 1812 году здѣсь произошло кровавое сраженіе между аріергардомъ короля Вестфальскаго и Платовымъ, причемъ древній Мирскій замокъ много пострадалъ отъ пороховаго взрыва. Мы уже знаемъ, что здѣсь жили короли Цыганъ. Карлъ Радзивиллъ, Panie Kochanku, покровительствовалъ имъ и бывалъ даже на пиршествахъ у короля Марцинкевича. Замѣчательно, что мирскіе Цыгане были осѣдлыми жителями Мира, и не только занимались ремеслами, но даже основывали фабрики суконныя, полотняныя и кожевенныя. Еще въ недавнее время нѣкоторые Цыгане занимались выдѣлкою холста. Бѣлоруссы насмѣхаются надъ издѣліями Цыганъ; у нихъ даже есть пословица: «майстаръ зъ Мира, що цявъ, то дзира», т. е. мастеръ изъ Мира, гдѣ ни коснись тамъ и дира.» Однако сохранились еще кое-гдѣ прежнія издѣлія мирскихъ Цыганъ, отличающіяся (особенно холстъ) прочностью и хорошею отдѣлкою. Миръ славился своими конскими ярмарками, въ дни св. Николая, 9 мая и 6 декабря. Сюда приводили на продажу лошадей изъ заводовъ Хрептовичей, Верещаковъ, Обуховичей, Войниловичей, Раецкихъ, Рдултовскихъ и др. Обѣ ярмарки продолжались по четыре недѣли, и это придавало особенную жизнь мѣстечку. Нынѣ какъ ярмарки, такъ и самое мѣстечко въ упадкѣ.

Въ Новогрудскомъ уѣздѣ замѣчательны еще мѣстности: Любчъ при Нѣманѣ, въ 40 верстахъ отъ Новогрудка, подаренный Александромъ Ягеллономъ Ѳедькѣ Хрептовичу, своему письмоводителю; потомъ имъ владѣли Гастольды, а затѣмъ Кишки. Янъ Кишка, виленскій кастеланъ, будучи покровителемъ протестантовъ, около 1592 года основалъ здѣсь типографію, существовавшую 63 года, въ которой печатались разныя книги собственно для протестантовъ и аріанъ. Книги эти составляютъ нынѣ большую рѣдкость. — Полонка, памятная побѣдою литовскихъ гетмановъ, князя Михаила Глинскаго и Станислава Кишки, надъ Татарами въ 1506 году. Потомъ въ 1660 году здѣсь же гетманы Чарнецкій и Сапѣга нанесли жестокое пораженіе воеводѣ князю Хованскому и захватили весь его обозъ. — Новая Мышь, вмѣстѣ съ Старою Мышью, подарены Сигизмундомъ-Августомъ жмудскому старостѣ Іерониму Ходкевичу, который, какъ равно его наслѣдники, именовались графами на Мыши.

На правомъ возвышенномъ берегу Березины, при впаденіи въ нее рѣчки Бобруйки, лежитъ городъ и крѣпость Бобруйскъ. Въ 1508 г. здѣсь существовало незначительное мѣстечко. Во время войны в. кн. Василія съ королемъ Сигизмундомъ, русскія войска достигли этого пункта. Въ томъ же столѣтіи здѣсь воздвигнутъ былъ замокъ, потомъ сгорѣвшій въ 1649 г. По присоединеніи этого края къ Россіи, Бобруйскъ назначенъ былъ уѣзднымъ городомъ Минской губерніи. Крѣпость основана въ началѣ царствованія императора Александра I, по плану графа Остермана, главнымъ осуществителемъ идеи котораго былъ инженеръ-капитанъ Ѳ. Е. Нарбуттъ, извѣстный историкъ Литвы. Въ царствованіе Николая I крѣпость усовершенствована и поставлена на ряду съ лучшими въ Европѣ. Крѣпость построена на возвышенномъ мѣстѣ, при самомъ впаденіи Бобруйки въ Березину, въ одной верстѣ отъ города. На правомъ берегу Бобруйки расположено укрѣпленіе, названное фортомъ Фридриха-Вильгельма. Бобруйскъ—довольно значительный городъ, съ 27,000 жит. При городѣ на Березинѣ пристань, къ коей привозятъ хлѣбъ и соль изъ южныхъ губерній.

Въ Бобруйскомъ уѣздѣ болѣе значительное мѣстечко Глускъ, при р. Птичи; оно упоминается въ актахъ XV столѣтія. Въ то время Глускъ принадлежалъ къ вотчинѣ князей Гольшанскихъ. Здѣсь князь Михаилъ Глинскій велъ переговоры съ послами Василія Іоанновича, послѣдствіемъ коихъ было бѣгство его изъ Литвы въ Москву. Въ 1551 г. князь Павелъ Гольшанскій завѣщалъ Глускъ съ цѣлою волостью Сигизмунду-Августу, который въ 1568 году подарилъ его Яну Ходкевичу, съ титуломъ графа на Глускѣ. Въ XVII столѣтіи Глускъ перешелъ во владѣніе князей Полубинскихъ, а потомъ Бржозовскихъ. Изъ другихъ мѣстечекъ упомянемъ Паричи на правомъ берегу Березины, съ пристанью; Чирковичи; Любань на берегу Ореса, ведетъ довольно значительную торговлю; Любаничи, при рѣкѣ Любановкѣ, и др.

Перейдемъ теперь въ царство болотъ и лѣсовъ полѣсскихъ, въ знаменитую долину Припети, о которой мы уже много говорили. Намъ остается только указать на немногочисленныя жилыя поселенія въ этомъ пустынномъ и мало заселенномъ краѣ.

Пинскъ надъ рѣкою Пиною, которая, соединясь вблизи съ рѣчкою Струменемъ, образуетъ знаменитую рѣку Припеть. Пинскъ принадлежитъ къ древнѣйшимъ поселеніямъ славянскимъ. Объ немъ упоминается Несторомъ въ первый разъ подъ годомъ 1097; но несомнѣнно, что Пинскъ, вмѣстѣ съ Туровомъ, съ которымъ судьбы его тѣсно связаны, не только существовалъ, но былъ центральнымъ пунктомъ пространной вотчины. По словамъ лѣтописи, Пинскъ въ 1097 году принадлежалъ Святоиолку Кіевскому; въ 1132 г. вел. кн. соединилъ Пинскія владѣнія съ Туровскими и присоединилъ къ Минскому княжеству подъ властью Изяслава. Въ 1150 Пинскъ вмѣстѣ съ Туровомъ, Пересопицею и Дорогобужемъ принадлежалъ Андрею Юрьевичу, сыну вел. князя кіевскаго. Въ ХІV столѣтіи мы видимъ уже самостоятельное Пинское княжество, хотя не имѣемъ возможности исчислить послѣдовательный рядъ пинскихъ князей. Знаемъ, что въ 1246 году владѣлъ Пинскомъ князь Михаилъ, признававшій надъ собою власть литовскихъ князей; несомнѣнно также, что пинскіе князья, хотя и владѣвшіе удѣломъ, подчинялись вел. князю Миндовгу. Въ это время Даніилъ и Василько Романовичи, князья галицкіе, вмѣшивались въ дѣла Пинскаго княжества и навязывались защищать его отъ Литовцевъ, но князь Михаилъ принялъ ихъ недоброжелательно. Въ 1262 г. пинскіе князья Ѳедоръ, Демидъ и Юрій являлись въ станъ Василька Романовича для поздравленія его съ побѣдою, одержанною надъ Литовцами подъ Невелемъ; но въ войнѣ его съ Литовцами никакого участія не принимали. Сынъ Миндовга, Войшелгъ, въ Пинскѣ, послѣ смерти отца, выжидалъ послѣдующихъ событій и отсюда въ 1265 году, оставивъ монашескую рясу, съ помощью пинскихъ князей пошелъ на Новогрудокъ и овладѣлъ имъ. Послѣднимъ удѣльнымъ княземъ пинскимъ изъ рода Святополка Изяславича считается Юрій Владиміровичъ, скончавшійся въ 1292 году. Сынъ его Дмитрій Юрьевичъ долженъ былъ окончательно уступить свои владѣнія Литвѣ, такъ что сынъ сего послѣдняго, внукъ Юрія, Данило Дмитріевичъ около 1340 года сдѣлался вотчинникомъ Острога на Волыни.

Гедиминъ отдалъ Пинскъ сыну своему Наримунду. При наслѣдникахъ его и постоянномъ стремленіи къ уничтоженію удѣловъ, Пинскъ передаваемъ былъ великими князьями литовскими разнымъ лицамъ. Такъ въ 1471 г. отданъ былъ въ кормленіе княгинѣ Маріи, женѣ кіевскаго князя Симеона Олельковича и ихъ дѣтямъ. Потомъ Пинскомъ владѣла нѣкоторое время Бона Сфорчія, супруга Сигизмунда I . Въ 1569 году Пинскъ сдѣланъ уѣзднымъ городомъ Брестскаго воеводства, а въ 1581 г. Стефанъ Баторій даровалъ ему магдебургское право. Паденіе древней княжеской столицы собственно начинается съ 1648 года, когда казачій полковникъ войскъ Богдана Хмельницкаго, Небаба, занялъ городъ.— Великій гетманъ литовскій Янушъ Радзивиллъ осадилъ городъ, начался продолжительный штурмъ, во время котораго, какъ свидѣтельствуютъ современники, погибло четырнадцать тысячъ жителей и сгорѣло пять тысячъ домовъ. Потомъ во время войны съ Россіею, въ 1654 г. московскій воевода князь Волконскій захватилъ Пинскъ и, простоявъ здѣсь два дня, сжегъ городъ и всѣ посады и отплылъ по Припети. Новое бѣдствіе

Рисунок на отдельном листе: Видъ города Витебска.

постигло городъ въ 1706 году, когда Карлъ XII съ многочисленнымъ войскомъ занялъ Пинскъ, простоялъ здѣсь два мѣсяца и потомъ велѣлъ сжечь палаты мѣстнаго старосты Вишневецкаго и принадлежавшія ему слободы.

Въ 1795 году Пинскъ назначенъ былъ уѣзднымъ городомъ сначала намѣстничества, потомъ Минской губерніи.

Къ примѣчательнѣйшимъ древностямъ Пинска относятся развалины замка и православный, монастырь въ которомъ жилъ извѣстный пинскій лѣтописецъ Митрофаній. Мы знаемъ, что здѣсь епископская каөедра существовала уже въ XII, если не въ XI столѣтіи. Каѳедральный соборъ былъ вновь великолѣпно возобновленъ и отдѣланъ великимъ княземъ Витовтомъ, который также сдѣлалъ ему значительныя записи. Подъ конецъ XIV столѣтія Сигизмундъ Кейстутовичъ основалъ здѣсь римско-католическій фарный костелъ, настоятелемъ котораго въ настоящее время—извѣстный ученый польскій писатель, прелатъ Антоній Мошинскій. Въ Пинскѣ жилъ нѣкоторое время извѣстный польскій историкъ епископъ Нарушевичъ. Здѣсь же нѣкоторое время находилось тѣло іезуита Андрея Боболи, убитаго въ Яновѣ 16 мая 1657 г. Въ царствованіе Сигизмунда III, кромѣ францисканскаго, существовавшаго прежде, основаны были монастыри: доминикановъ, бернардиновъ, кармелитовъ босыхъ, маріавитокъ, конгрегація кс. комунистовъ и коллегія іезуитовъ.

Мы уже указывали, какъ важно значеніе Пинска въ торгово-промышленномъ отношеніи. Теперь, съ осушеніемъ Пинскихъ болотъ, съ ожидаемымъ проведеніемъ желѣзной дороги изъ Брестъ-Литовска до Пинска, будущность города конечно будетъ самая блестящая. Пинскъ и теперь служитъ какъ-бы центральнымъ пунктомъ торговой дѣятельности, будучи соединенъ р. Пиною съ богатыми приднѣпровскими губерніями, Днѣпровско-Бугскимъ каналомъ съ Пруссіею и царствомъ Польскимъ и Огинскимъ каналомъ съ при-нѣманскими губерніями. Главная, кипучая дѣятельность города во время навигаціи; въ остальное время, по недостатку удобныхъ путей сообщенія, онъ остается какъ-бы въ усыпленіи. Вотъ почему проведеніе желѣзной дороги до Пинска весьма важно.—Жителей въ Пинскѣ нынѣ считаютъ около 18 тысячъ.

Въ семи верстахъ отъ Пинска находится весьма древнее славянское поселеніе, сохранившее названіе Городища.

Недалеко отъ Пинска два значительныя имѣнія замѣчательны своею фабричною дѣятельностью. Это Поржече (Порѣчье), о которомъ мы уже упомянули, помѣщика Скирмунта, и Альбрехтовъ. Въ первомъ съ 1837 года существуетъ фабрика суконъ и кортовъ, вырабатывающая въ годъ на сумму до 500,000 р., а также свекло-сахарный заводъ, на которомъ вываривается въ годъ до 10 тыс. пудовъ сахарнаго песку; во второмъ—же свѣчно-мыловаренный заводъ, вырабатывающій на сумму до 300,000 р. въ годъ.

Любешевъ, или Новый Дольскъ, при р. Струмень, нѣкогда вотчина князей Дольскихъ, изъ коихъ Янъ Дольскій, маршалъ литовскій, въ 1693 году основалъ костелъ и коллегію піаристовъ. Послѣдніе содержали здѣсь гимназію, считавшуюся лучшею въ цѣломъ краѣ. У піаристовъ была значительная библіотека, физическій кабинетъ, аптека, садъ. У нихъ также устроенъ былъ конвиктъ для бѣдныхъ воспитанниковъ. Вь Любешевѣ существовалъ кромѣ того монастырь капуциновъ. Лагичинъ Радзивилловскій—мѣстечко, расположенное среди глубокихъ лѣсовъ.—Городня, или Городно, между рѣками Стырью и Горынью, весьма древнее поселеніе, неоднократно упоминаемое въ лѣтописяхъ.—Кажанъ-городокъ, при Цнѣ и Припети, довольно значительное мѣстечко съ ярмаркою.

Мозырь, уѣздный городъ, на довольно возвышенномъ берегу Припети, при поворотѣ ея на юго-востокъ. О Мозырѣ лѣтописи упоминаютъ въ 1155 году. Нѣкоторое время, въ XII столѣтіи онъ составлялъ даже небольшой особый удѣлъ. Князь Юрій Долгорукій отдалъ его Святославу Ольговичу, князю черниговскому; но онъ потомъ былъ отнятъ кіевскимъ княземъ Изяславомъ Давидовичемъ. Дольше всего онъ принадлежалъ Туровскому княжеству, князья котораго, а также епископы именовались Туровскими и Мозырскими. Мозырь многократно былъ разоряемъ Татарами и Русскими, особенно въ 1227 и 1241 годахъ, когда Татары разграбили городъ и его окрестности; потомъ въ 1497 г. Перекопскіе Татары разорили и разграбили городъ, а въ 1521 г. сожгли его. Въ 1508 г. Мозырь былъ взятъ княземъ Михаиломъ Глинскимъ, передавшимся Василію Ивановичу, но потомъ возвращенъ Литвѣ. Въ 1535 г. русскіе воеводы опять разорили его. Литовское владычество началось здѣсь еще въ XIII столѣтіи, послѣ побѣды, одержанной литовскимъ военачальникомъ Скирмунтомъ надъ Мстиславомъ, княземъ Туровскимъ, слѣдствіе которой было овладѣніе Туровомъ, Пинскомъ и Мозыремъ, упрочившее владычество Литовцевъ въ бассейнѣ Припети. Потомъ, входя въ составъ Туровскаго княжества, Мозырь не имѣлъ уже отдѣльной самостоятельности.

Въ 1569 году Мозырь назначенъ уѣзднымъ городомъ Минскаго воеводства; король Михаилъ Вишневецкій въ 1670 г. подтвердилъ еще прежде дарованное городу магдебургское право.

Послѣ страшнаго пожара въ 1609 г., опустошившаго цѣлый городъ, при пособіи, оказанномъ со стороны правительства, уже въ 1613 г. онъ былъ возобновленъ; въ то же время исправленъ замокъ и цѣлый городъ обведенъ валомъ съ 7 башнями и фортами. И теперь еще видны слѣды прежняго укрѣпленія.

Мозырь отошелъ къ Россіи въ 1793 году; въ 1795 г. назначенъ уѣзднымъ городомъ Минскаго намѣстничества, а въ 1796 году Минской губерніи. Древними храмами считаются Пятницкая церковь и каөедральный соборъ, вновь отстроенный. Католическій костелъ основанъ Сигизмундомъ III въ 1610 г. Были здѣсь также монастыри бернардиновъ и монахинь маріавптокъ.

Въ торговомъ отношеніи Мозырь занимаетъ довольно видное мѣсто. Мѣщане преимущественно занимаются рыболовствомъ на Припети и кожевеннымъ производствомъ. Мозырскія кожи пользуются извѣстностью, отличаясь прочностью выдѣлки. Навигація ежегодно доставляетъ много занятій мѣстнымъ жителямъ. Въ городѣ бываетъ двѣ ярмарки, 6 января и 6 августа. Въ прежнее время онѣ были значительны, особенно торговлею скотомъ и лошадьми, а также ленъ, пенька, сало, рыба, рыбій жиръ и въ особенности кожи играли на ярмаркахъ немаловажную роль. На ярмарки съѣзжались даже иностранные купцы изъ Пруссіи и Познани. Въ Мозырскомъ уѣздѣ найдены признаки желѣзной руды, но ближайшихъ изслѣдованій никто до сихъ поръ не сдѣлалъ. Мѣстные крестьяне однако умудрились и домашними средствами выучились пользоваться этою рудою, выдѣлывая изъ нея сохи и разныя хозяйственныя орудія.

Въ историческомъ отношеніи древнѣйшимъ и замѣчательнѣйшимъ поселеніемъ надобно считать Туровъ, нынѣ незначительное, бѣдное мѣстечко, на правой сторонѣ Припети, въ верстѣ отъ города. Мы уже упоминали о Туровскомъ удѣльномъ княжествѣ. Туровъ былъ его столицею. По преданію, какой-то Варягъ Туръ, соратникъ Рогволода, основалъ этотъ городъ въ IX столѣтіи. Здѣсь была древнѣйшая, съ X ст., каѳедра православныхъ епископовъ. Лѣтописи упоминаютъ, что князь Туровскій воевалъ съ Греками и по договору 907 г. получалъ дань съ побѣжденныхъ. И до сихъ поръ существующая Замковая гора сохранила всѣ признаки древняго городища, на которомъ былъ воздвигнутъ замокъ. Въ нижнихъ насыпныхъ слояхъ горы замѣчаются уголь и рыбная чешуя. Народныя преданія о Туровѣ чрезвычайно поэтичны. Ихъ много, и всѣ вмѣстѣ взятыя они доказываютъ, что въ народѣ живетъ память о древнемъ величіи и значеніи Турова. Историческія извѣстія спутались съ баснословными, рисуя намъ какіе-то фантастическіе образы изъ давно минувшей жизни. Туровцы не только и теперь вѣруютъ въ баснословнаго Тура, основателя Турова, но даже его именемъ до сихъ поръ называютъ колодезь и оказываютъ ему особенное уваженіе. Колодезь «Туръ» не обыкновенный какой-нибудь колодезь. Въ немъ три дна: мѣдное, серебряное и золотое. Когда прорвется золотое дно — конецъ міру; земля обратится въ одинъ великій океанъ! У Туровцевъ есть и своя царевна, но царевна—чаровница, только добрая чаровница: посредствомъ чаръ она не разъ избивала враговъ и спасала отъ нихъ городъ. Даже мѣсто, гдѣ она чаровала, извѣстно и называется Передолы. Много и другихъ мѣстъ, связанныхъ съ воспоминаніями о разныхъ событіяхъ. Такъ напр. есть мѣсто, называемое Семирядцы, потому что здѣсь семь старшинъ рядили и судили Туровцевъ. За рѣкою есть высокій курганъ: это могила погибшихъ Татаръ; съ этой же стороны рѣки, мѣсто, гдѣ нанесено было имъ страшное пораженіе, называется Кричевъ, потому что, когда ихъ Туровцы прижали къ рѣкѣ, Татары подняли страшный крикъ. Кто успѣлъ переплыть рѣку, того доконали на той сторонѣ. Надъ ними-то и насыпанъ курганъ. Замѣчательны еще каменные кресты, какъ увѣряютъ мѣстные жители, привезенные издалека при введеніи христіанства. Что они доставлены сюда издалека, не подлежитъ сомнѣнію, потому что въ окрестностяхъ, по самому свойству почвы, нѣтъ нигдѣ ни одного камня. Народъ и теперь чтитъ эти камни, скоблитъ ихъ и собранныя пылинки употребляетъ какъ лекарство отъ разныхъ болѣзней.

Туровъ.

Исторія Турова тѣсно связана съ исторіею Пинска. Князья у нихъ большею частію были общіе. Со временъ Владиміра Святославича, который отдалъ Туровъ племяннику своему Святополку, отсюда въ 1015 году вызванному на великокняжескій престолъ, князьями Туровскими до присоединенія края къ Литвѣ были изъ рода Владиміра. Походы Литовцевъ на Пинскъ и Туровъ, какъ уже мы говорили, начались рано, но окончательное присоединеніе Турова къ вел. кн. Литовскому, кажется, послѣдовало не ранѣе временъ Миндовга.

Татары нѣсколько разъ нападали на Туровъ; особенно памятенъ набѣгъ Менгли-Гирея, разорившаго городъ въ 1502 году. Нѣкоторое время Туровъ былъ собственностью извѣстнаго князя Михаила Глинскаго, но потомъ причисленъ къ королевскимъ староствамъ и отданъ графу Соллогубу. Въ 1793 году по присоединеніи этого края къ Россіи, вслѣдствіе переговоровъ, которые велъ извѣстный англійскій министръ Питтъ съ кн. Огинскимъ съ 1790 года, составилась большая компанія на акціяхъ въ Англіи и исходатайствовала дозволеніе пріобрѣтать имѣнія по теченію Припети. Компанія командировала своего уполномоченнаго Форстера, который началъ съ покупки отъ гр. Соллогуба Турова со всѣми къ нему принадлежащими имѣніями и лѣсами за 800,000 рублей (ассигнаціи тогда стояли по 92/100 на серебро) и отъ генерала Селябина пожалованную ему часть туровскихъ владѣній за 56,000 рублей.—Планъ англійской компаніи состоялъ въ томъ, чтобы, пользуясь крѣпостнымъ правомъ, всѣ силы исключительно обратить на рубку лѣса и потомъ сплавлять его въ Херсонъ и другія мѣста; остающіяся же земли съ крестьянами продавать въ раздробь туземцамъ, хотя бы даже по самымъ дешевымъ цѣнамъ. Однимъ Туровомъ компанія не думала ограничиться: планы ея были самые широкіе; предполагалось скупать имѣнія съ лѣсными дачами по теченію всей Припети, основывая весь разсчетъ на эксплоатаціи лѣсовъ. Когда же рубка началась, гр. Соллогубъ спохватился и откровенно разъяснилъ все дѣло лично императору Павлу. Тогда по особому Высочайшему повелѣнію деньги, уплаченныя Англичанами, были имъ возвращены изъ казны, дальнѣйшее пріобрѣтеніе имѣній для истребленія лѣсовъ запрещено, а Туровъ поступилъ въ казну. Англичане должны были и купленную ими землю съ лѣсами отъ Селябина распродать частнымъ образомъ мѣстнымъ помѣщикамъ. Такъ кончилось трехлѣтнее хозяйничанье англійской компаніи. Въ настоящее время Туровъ, кромѣ воспоминаній о минувшемъ величіи, о значеніи его въ историческомъ отношеніи, ничѣмъ особеннымъ незамѣчателенъ.

На островахъ рѣки Горыни расположено мѣстечко Давидъ-городокъ. Легенда, ничѣмъ положительнымъ не подтверждаемая, приписываетъ основаніе этого поселенія Ятвягамъ, а именно князю ихъ, принявшему при крещеніи имя Давида. По присоединеніи этого края къ Россіи, Давидъ-городокъ назначенъ былъ уѣзднымъ городомъ, но въ 1796 г. оставленъ за штатомъ. Въ мѣстечкѣ на р. Горыни есть пристань. Торговля довольно значительная, какъ въ центрѣ, куда стекались даже изъ дальнихъ мѣстностей окрестные жители, чтобы продать, или же передать коммиссіонерамъ для развоза по другимъ городамъ, свои домашнія заготовленія, какъ напр. ветчину, сушеную рыбу, дичь въ разныхъ видахъ, грибы, сушеныя сливы и т. п. Но главное, чѣмъ славились сапожники Давидъ-городка, это—высокіе, съ длинными голенищами сапоги. Все это ежегодно привозится въ Вильно и въ другіе города. Мѣстные жители также извѣстны отличною отдѣлкою плетеныхъ бричекъ, въ родѣ извѣстныхъ «нетычанокъ».

При той же Припети находится древнее поселеніе Скрыгаловъ, бѣдное мѣстечко. Но оно замѣчательно великолѣпнымъ городищемъ, которое народъ зоветъ Городкомъ. Городище окружено высокимъ валомъ и глубокимъ рвомъ. Вблизи протекаетъ небольшая рѣчка, которая вѣроятно была въ соединеніи со рвами и въ случаѣ надобности заливала ихъ водою. На городищѣ видны слѣды существовавшая большая зданія, вѣроятно укрѣпленнаго замка, хотя объ немъ и не упоминаютъ лѣтописи. По крайней мѣрѣ на самой вершинѣ городища или городка находятъ во множествѣ кирпичъ, камни и даже мраморныя плиты. Вблизи городища, въ лѣсахъ, около деревушки Слободы Скрыгаловской, много кургановъ. Въ 1497 году, въ Скрыгаловѣ Крымскіе Татары убили, ѣхавшаго въ Кіевъ, митрополита Западной Руси Макарія (святаго), посвященная въ этотъ санъ въ Вильнѣ въ 1794 году. Прахъ его перевезенъ въ Кіевъ, гдѣ и почиваетъ открыто въ Софійскомъ соборѣ. При мѣстечкѣ на Припети есть пристань. Далѣе, тоже при Припети, противъ устья р. Уборти, довольно значительное мѣстечко Петриковъ, или Петриково, но преданію будто-бы основанное ятвяжскимъ княземъ въ X столѣтіи и названное такъ отъ Петра, т. е. имени, которое принялъ этотъ князь при крещеніи. Здѣсь былъ сильно укрѣпленный замокъ, построенный князьями Олельковичами, которымъ принадлежала эта мѣстность. Замокъ разрушенъ въ 1535 году русскимъ воеводою Овчиной. Въ XVII столѣтіи Петриковъ принадлежалъ Ходкевичамъ и снова подвергся разоренію отъ русскихъ войскъ. Тоже при Припети и на берегу большаго озера расположенъ Барбаровъ, съ развалинами большаго замка, съ башнями, валами и рвами, вотчина Оскерковъ. Лахва, при рѣкѣ Смерти, недалеко отсюда впадающей въ Припеть. Наконецъ есть еще мѣстечко Ельскъ на почтовой дорогѣ изъ Овруча въ Мозырь и Копытковичи при рѣкѣ Птичи, принадлежащие Еленскимъ, съ довольно значительною ярмаркою 1 сентября. Во всѣхъ этихъ мѣстечкахъ есть православныя церкви, рим.-кат. костелы и еврейскіе молитвенные дома.

Поржече.

Рѣчица, уѣздный городъ, на правомъ берегу Днѣпра, при впаденіи въ него Ведричи, или Ведрицы, съ развалинами древняго замка; въ прежнее время составляла староство. Былъ здѣсь монастырь доминикановъ, основанный минскимъ воеводою Александромъ Слушкой въ 1634 г. Нынѣ есть двѣ церкви, католическій костелъ и еврейская синагога. Жителей слишкомъ 5 тысячъ.

Въ Рѣчицкомъ уѣздѣ болѣе замѣчательныя мѣстечки: Лоевъ, или Лоёвъ (Лоіовъ)-градъ, при Днѣпрѣ, съ развалинами древняго замка, разрушеннаго войсками Хмельницкаго. Принадлежалъ князьямъ литовскимъ; нѣкоторое же время составлялъ собственность рода Юдицкихъ. Въ 1505 г. Перекопскіе Татары раззорили городъ; потомъ онъ подвергался частымъ набѣгамъ Русскихъ. Въ 1649 году казаки подъ начальствомъ Подобайлы взяли городъ, но скоро были изгнаны Янушемъ Радзивилломъ; не менѣе того городъ былъ страшно разоренъ. Есть здѣсь двѣ церкви, костелъ и синагога. На Днѣпрѣ значительная пристань — Горвалъ, при впаденіи Березины въ Днѣпръ. Пристань здѣшняя имѣетъ большое значеніе. На ней ежегодно грузится товаровъ на сумму до полумилліона рублей. Базары здѣсь ежедневно. Среди болотъ, на берегу Брагинки и небольшаго озера, мѣстечко Брагинъ. Наконецъ большая казенная деревня Василевичи лежитъ на рубежѣ непроходимыхъ болотъ, называемыхъ Хмельницкими. Здѣсь—три церкви и одинъ костелъ. Недалеко отъ Василевичъ находятся колодцы, называемые Іовжинами. Преданіе говоритъ, что они сооружены по приказанію вел. кн. Ольги. Это послѣдніе жилые пункты. Далѣе тянется царство тумановъ, лѣсовъ и болотъ.

Какъ ни малозначительны эти мѣстечки, они имѣютъздѣсь громадное значеніе. Это оазисы среди мрачной и пустынной природы, куда хоть разъ или два въ годъ стекаются жители такихъ же меньшихъ оазисовъ, чтобы удовлетворить свои нужды, чтобы взглянуть на людей и убѣдиться въ собственномъ существованіи. Они важны для окрестныхъ жителей и въ торговомъ отношеніи, какъ пункты, гдѣ они могутъ продать или отдать на коммиссію свои произведенія.

Заканчивая на этомъ нашъ очеркъ бѣлорусской природы, быта жителей Бѣлоруссіи и краткое, бѣглое описаніе ея населенныхъ мѣстъ, мы должны оговориться, по поводу одного пробѣла, который мы сознательно допустили въ нашемъ изложеніи, но который многимъ можетъ показаться, пожалуй, весьма важнымъ упущеніемъ въ текстѣ составленныхъ нами статей. Мы нигдѣ не упомянули о Смоленскѣ, который, однакожь, историческими судьбами послѣднихъ двухъ вѣковъ тѣсно связанъ съ Бѣлоруссіею. Замѣтимъ, однакоже, что мы позволили себѣ это сдѣлать только въ виду того, что описаніе «Бѣлорусской Смоленщины» принялъ на себя извѣстный русскій туристъ и талантливый бытописатель, С. В. Максимовъ, который и посвятилъ этому предмету особую обширную статью, предлагаемую читателямъ «Живописной Россіи» вслѣдъ за моими статьями.

II. ВИТЕБСКАЯ ГУБЕРНІЯ

Витебскъ. — Марковъ. — Суражъ.— Городокъ.— Озерище.— Лепель. — Воронечъ. — Красное.— Чашники. — Улла.— Бѣшенковичи.— Ушачъ.—Суша.— Туровля.— Гомель. — Себежъ (Иванъ городъ на Себежѣ). — Утюжицы.— Неведра.— Яковцово.— Суражъ. — Усвятъ (Свячь). — Велижъ.— Ильино.—Невель.— Дрисса. — Освей.— Полоцкъ.— Соколище.—Ситно.— Несцерда.— Сивошино.—Динабургъ.— Краславъ.— Крейцбургъ (Герсикъ, Кражборшгъ). — Ликсна. — Ливенгофъ. — Люцанъ.— Маріенгаузенъ. — Ляудеръ.— Рѣжица.— Аглона.— Волькенбергъ.— Давгда.— Преле.— Воркляны.

Витебскъ, котораго исторія намъ уже отчасти знакома, лежитъ по обоимъ берегамъ Западной Двины и впадающей въ нее рѣчки Витьбы. По лѣтописнымъ извѣстіямъ, Витьбескъ упоминается подъ годомъ 1021, когда Ярославъ Кіевскій уступилъ этотъ городъ Брячиславу Полоцкому. Ярославъ могъ возвратить Витебскъ, какъ завоеванный имъ, полоцкому князю; но нѣтъ сомнѣнія, что городъ и прежде принадлежалъ къ Полоцкому княжеству и только временно могъ подпасть подъ власть кіевской линіи. Затѣмъ наслѣдники Всеслава Полоцкаго раздѣлили княжество на удѣлы, въ томъ числѣ и Витебскій, образовавшій особое удѣльное княжество, подвластное полоцкому столу. Первымъ удѣльнымъ витебскимъ княземъ считаютъ Давида, начавшаго княжить въ 1107, т. е. послѣ смерти Всеслава. Линія князей витебскихъ продолжалась 219 лѣтъ, и послѣднимъ княземъ былъ Ярославъ Васильевичъ, имѣвшій одну только дочь, Марію, которую выдалъ за князя Ольгерда Гедиминовича въ 1318 году. Послѣ же смерти Ярослава, въ 1320 году, княжество перешло къ Ольгерду, который, вступивъ на великокняжескій престолъ, присоединилъ его къ Литвѣ. Ольгердъ съ супругою Маріею построили въ Витебскѣ двѣ церкви, одну въ нижнемъ замкѣ, насупротивъ Пречистенской башни, во имя Благовѣщенья Пресвятой Богородицы, другую же за оврагомъ и ручьемъ, въ мѣстности, называвшейся Заручевье, во имя Св. Духа. При этой церкви вторая супруга Ольгерда, Іуліанія Александровна, княжна Тверская, основала дѣвичій Свято-Духовъ монастырь. Послѣ смерти Ольгерда, эта же Іуліанія, нѣкоторое время жила въ Витебскѣ и здѣсь основала церковь Св. Іоанна Богослова.

Ягайло намѣстникомъ своимъ назначилъ въ Витебскѣ ловчаго Ѳедора Весну. Тогда братъ Ягайлы, Свидригайло, желавшій самъ владѣть Витебскомъ, съ помощью рыцарей, напалъ на городъ и овладѣлъ имъ. Весна былъ сброшенъ съ замковой стѣны и утонулъ въ Двинѣ. Недолго однако Свидригайло господствовалъ въ Витебскѣ. Витовтъ окружилъ городъ; цѣлый мѣсяцъ продолжалась осада; наконецъ замокъ былъ взятъ, а въ это же время наемныя войска Свидригайла взбунтовались и выдали его Витовту, который отправилъ его подъ конвоемъ къ королю Ягайлу (1396).

Послѣ смерти Витовта, когда началась междоусобная борьба между тѣмъ же Свидригайломъ и Сигизмундомъ Кейстутовичемъ, жители Витебска сами отворили ворота Свидригайлу. Вступивъ въ городъ, онъ прежде всего отомстилъ своему врагу, приверженцу Сигизмунда, князю Семену Гольшанскому, приказавъ умертвить его и бросить въ Двину. Къ этому же времени относится умерщвленіе другаго врага его, престарѣлаго князя Михаила Пеструцкаго, котораго, положивъ въ мѣшокъ, бросили въ прорубь въ Двинѣ. Наконецъ къ варварскимъ жестокостямъ Свидригайла этого же времени относится неслыханное въ Литвѣ и Руси страшное дѣяніе, именно: сожженіе на кострѣ митрополита Герасима. Объ ужасномъ этомъ событіи такъ намъ передаютъ лѣтописи (Степ. кн. и Псков. лѣт.): «Того же лѣта (1433) князь литовскій Ширдигело (Свидригайло) пойма митрополита Герасима въ г. Смоленскѣ, и окова твердо желѣзы, спровади въ Витебскъ, держа въ крѣпости четыре мѣсяца, созже огнемъ іюля 26 за такую вину, что перевѣтъ на него держалъ къ князю Жигимонту, и выня у него граматы перевѣтныя».

Свидригайло недолго продержался въ Витебскѣ. Началась осада города войсками Сигизмунда Кейстутовича, подъ начальствомъ сына его Михаила. Шесть недѣль простоялъ онъ здѣсь, по замкомъ не успѣлъ завладѣть. Въ слѣдующемъ году (1136) храбрые защитники Витебска должны были покориться Сигизмунду. Впрочемъ, они всегда славились своимъ мужествомъ и преданностью законнымъ князьямъ, а потомъ королямъ польскимъ, крѣпко держась своей вѣры и народности. Князья и короли отличали ихъ за эти качества передъ другими городами, и почти каждый изъ нихъ даровалъ городу разныя права и преимущества. Въ XV столѣтіи городъ былъ въ цвѣтущемъ состояніи, и населеніе его было значительно, что доказывается граматою короля Казимира Ягеллона, данною въ Брестѣ въ 1441 году, въ которой Витебскъ считался въ числѣ пятнадцати значительнѣйшихъ городовъ Литовскаго вел. княжества. Въ 1479 г. у короля просили покровительства два брата великаго князя московскаго, Андрей и Борисъ Васильевичи, и король назначилъ имъ жительство въ Витебскѣ. Въ слѣдующемъ году они возвратились въ Москву. Право судиться магдебургскими законами даровано было городу Казимиромъ; Александръ Ягеллонъ въ 1503, потомъ Сигизмундъ I въ 1509 подтвердили эти права. Витебское воеводство учреждено около 1506 года. Первымъ воеводой назначенъ былъ Юрій Глѣбовичъ. Благосостояніе города постепенно увеличивалось; торговля процвѣтала. Жители Витебска Двиною сплавляли большое количество звѣриныхъ кожъ и мѣховъ, а равно другихъ произведеній, изъ Риги отправлявшихся въ Лейпцигъ. Въ составъ воеводства входили самыя обширныя и богатыя староства, какъ напр. Суражское, Усвятское, Любошанское, Оршанское, Велижское и др., снабжавшія городъ хлѣбомъ и разными произведеніями.

Въ 1562 году князь Курбскій напалъ на городъ и выжегъ предмѣстья его. Это было начало бѣдствій и разореній города, которыя сулила ему продолжительная война съ Россіею. Во все это время жители неоднократно являли самоотверженную храбрость въ защитѣ города. Витебскіе мѣщане устраивали даже особыя дружины, выбирали себѣ начальниковъ; нападали на непріятеля и дрались отчаянно. Русскія войска въ первый разъ захватили Витебскъ въ 1563 году; но вскорѣ были вытѣснены, чему въ особенности способствовала моровая язва, появившаяся въ городѣ и истребившая много народа. Въ 1569 русскія войска опять были въ Витебскѣ и сожгли часть города.—Въ 1597 году Сигизмундъ III, видя воинственныя наклонности жителей и ихъ храбрость, возложилъ на нихъ обязанность защиты города отъ непріятеля и вообще исполненіе всякаго рода воинскихъ повинностей. Войтъ былъ главнымъ начальникомъ, другіе же начальники избирались изъ среды жителей. За это король подтвердилъ городу, магдебургское право, по желанію жителей воспретилъ Евреямъ жительство въ городѣ, освободилъ мастеровыхъ отъ обязательной службы въ замкѣ, подарилъ городу собственный загородный дворецъ Лукишки съ принадлежащими къ нему деревнями (Трубачи, Туромшино, Октановичи, Луки, Новики и Власовъ), отдалъ имъ перевозъ на р. Лучосѣ, установилъ ярмарку въ день Петра и Павла и даже утвердилъ гербъ для города, соотвѣтствующій ихъ воинскимъ наклонностямъ: въ немъ, на голубомъ полѣ, изображенъ былъ Спаситель, а подъ нимъ обнаженный красный мечъ. Запрещеніе Евреямъ селиться въ городѣ существовало до 1679 года, когда Янъ Собѣскій разрѣшилъ имъ строить синагоги, жить въ городѣ и заниматься торговлею. Съ этого времени еврейское населеніе въ городѣ стало постоянно увеличиваться.

Вскорѣ витебскіе ополченцы доказали, что они достойны королевскихъ милостей. Во 1602 году казацкій атаманъ Дубина съ большою силою напалъ на Витебскъ. Граждане-воины, безъ всякаго участія со стороны регулярнаго войска, не только прогнали казаковъ съ большимъ урономъ, но успѣли захватить самого атамана съ двѣнадцатью его товарищами, вывезли ихъ на Заручайскіе Волотовки и тамъ посадили на колъ. Потомъ, черезъ три года, въ 1605 году, витебская дружина изъ пятисотъ человѣкъ подъ начальствомъ гражданина Марка Ильина Лытки сдѣлала внезапное нападеніе на русскія войска подъ Феллиномъ (въ Лифляндіи) и одержала побѣду. За это Лытко возведенъ въ дворянское достоинство и получилъ фамилію Фелинскаго. Не такъ удачно было нападеніе витебскихъ гражданъ въ 1614 году подъ Глозомичами, гдѣ они потерпѣли пораженіе, а затѣмъ въ 1616 г. казаки сожгли часть Витебска.

Мы видимъ, что витебскіе граждане не только защищались у себя дома, но даже формировали отряды и нападали на непріятелей внѣ своего города. Организація и воинская дисциплина была у нихъ сильная. Это были люди закаленные въ бою, люди смѣлые и рѣшительные, всегда готовые отстаивать свое родное пепелище, свою вѣру и народность.

Дѣло введенія уніи хорошо извѣстно, и мы не станемъ повторять фактовъ, знакомыхъ читателю изъ другихъ источниковъ. Мы упомянемъ только объ одномъ печальномъ событіи, котораго послѣдствія были весьма горестны для жителей Витебска.