Глава VI (часть 1 из 2): оригинал издания
Глава VI (часть 1 из 2). С. 135-157. Текст в орфографии издания 1873 года.
Глава VI
Малороссія не знаетъ сначала бѣлорусскихъ затрудненій. Бердичевскіе узники. Интриги уніатовъ и польскихъ пановъ противъ православія на Украинѣ. Ширковъ и другіе русскіе поддаются этимъ интригамъ. Дѣла польки Лодуховской, жены Ширкова. Освобожденіе уніатскихъ священниковъ изъ Бердичева. Слухи между малороссами о поворотѣ русской политики въ пользу Польши. Трактатъ Россіи съ Польшей. Мѣры уніатскаго митрополита Володковича и Холмскаго епископа Рыллы къ распространенію уніи. Малороссійская депутація къ Екатеринѣ съ просьбою о защитѣ и принятіи Украины въ русское подданство. Новый трактатъ съ Польшей. Прекращеніе военной помощи украинскимъ православнымъ. Смѣшанная комиссія. Ожесточенная борьба въ Малороссіи. Мученичество православнаго правителя Кирилла Зельницкаго. Протесты православныхъ. Заступничество за нихъ русскаго правительства, польскаго короля. Безплодность его. Украина обращается за духовною помощью къ Валахіи. Дѣла монаха Евсевія.
Первый раздѣлъ Польши, поставившій русское населеніе Бѣлоруссіи въ такое странное положеніе и такъ сильно затруднившій возсоединеніе въ ней уніатовъ, сначала не производилъ ни малѣйшаго задерживающаго вліянія на дѣла западной Малороссіи: напротивъ, энергія тамошнихъ ревнителей православія удвоилась, и русскія войска дѣлались болѣе и болѣе послушнымъ орудіемъ въ ихъ рукахъ. Указъ Синода Іову вѣдать по примѣру его антецессоровъ духовныя дѣла Украины и рескриптъ Румянцеву защищать православныхъ поняты были въ западныхъ областяхъ Украины совсѣмъ не такъ, какъ понимали ихъ Іовъ, Голицынъ и духовное смилянское правленіе. Уніаты сохранили намъ нѣсколько ордеровъ украинскихъ духовныхъ правленій этого новаго направленія. «По засланному мнѣ, – писалъ бѣлоцерковскій правитель Зражевскій 11 января 1773 г., – изъ духовной епископіи Переяславской консисторіи о грекоунѣятскихъ священникахъ указу, дабы ехали къ присоединенію православной восточной церкви; того ради съ полученія сего долженъ всякъ со всякимъ припасомъ ехать въ мѣстечко Белу Церковь, а именно: на срокъ сего генваря 14 число, откуда зъ мѣстечка всѣ поедемо въ консисторію Переяславскую по своему дѣлу, за противность же сего опасуюсь неминуемаго найстрожайшаго штрафа, что исполнить всенепремѣнно безъ медлѣнія духовное бѣлоцерковское правленіе повелѣваетъ.»521 Погребысское духовное правленіе въ ордерѣ отъ 3 февраля, между прочимъ, писало: «Честный священники протопопіи погребыской, въ Христѣ любезные братья! Понеже милостью Божіею отъ его преосвященства Іова епископа Переяславскаго и Бориспольскаго нашего всемилостиваго архипастыря, за указомъ воли ея императорскаго величества, походи (есть) дило, въ чемъ (почему) вамъ по полученіи сего ордера предлагается, штобъ вы – всякъ священникъ за полученіемъ сего ордера въ самой скорости ставилъ (ся) въ благополучный городъ Погребыща февруарія 15 дня безъ всякаго усумнѣнія въ томъ, что всякъ священникъ запишетъ (запишетъ) свою церковь и приходъ въ православныя книги своеручно и то пойдетъ въ православную консисторію нашу Переяславскую и послѣ присоединенія всякъ священникъ получитъ благословеніе отъ преосвященнаго Іова епископа Переяславскаго, вся его властность (собственность) и приходъ его при немъ будетъ, а когда каковы священникъ собою замедлитъ и своей уніатской консисторіи послушаетъ, а нашей православной консисторіи не склонится Переяславской, то потомъ щобъ собою не пожалилъ и за времени нехай (пусть) старается, гдѣ онъ подѣется и какъ отвѣтствовать будетъ... Сей ордеръ по объявленіи (у) себѣ, съ прописаніемъ дня, единъ до другого въ скорости отсылать и паки въ духовное погребыской протопопіи православныхъ церквей правленіе представить.»522 Былъ ордеръ и еще болѣе рѣшительный. Кальницкій протопопъ, Григорій Линевичъ, извѣщая 11 февраля 1773 г. духовенство о своемъ назначеніи въ протопопы кальницкой протопопіи и приглашая его явиться въ мѣсто Линцы на 17 февраля, между прочимъ, писалъ: «а буды паче чаянія въ васъ какой бы явиться въ тотъ часъ немогъ, то въ такомъ случаѣ имѣетъ духовное кальницкое правленіе съ данною военною командою брать по приказу, данному отъ уманской комиссіи, яко противниковъ православной вѣры и отправлять куда и надлежитъ.»523 Въ такомъ же смыслѣ писалъ ордеры и собиралъ духовенство и протопопъ уманскій Кириллъ Зѣльницкій.524 Есть извѣстіе о разсылкѣ подобныхъ универсаловъ въ Бѣлоцерковщинѣ еще осенью 1772 года.525 Ниже увидимъ, что здѣсь и въ Уманщинѣ дѣйствительно еще въ 1772 году, и издавались энергичные ордеры, и сопровождались энергичными дѣйствіями.
Ордеры эти не оставались безъ исполненія. Такъ, извѣстно, что бѣлоцерковскій правитель Зражевскій не только собралъ присоединявшихся къ православію священниковъ, но и послалъ было ихъ къ Іову.526 Въ жалобахъ уніатовъ тоже встрѣчаются многочисленныя указанія, что они принуждены были подписаться на православіе.527 За этими, такъ сказать, предварительными дѣйствіями мѣстныхъ духовныхъ властей слѣдовали мѣры рѣшительныя, требовавшія дѣйствительно участія русскихъ войскъ, слѣдовалъ, именно, разборъ, кому должны принадлежать церкви и что дѣлать съ тѣми уніатами, которые не уступаютъ приходовъ. Есть основаніе думать, что сначала русскія военныя власти дѣйствовали осторожно. Такъ, есть извѣстіе, что они разбирали жалобу прихожанъ на ихъ священника уніата и не удовлетворили ея.528 Есть также основаніе думать, что русскія власти неравнодушно смотрѣли на кулачную расправу съ уніатами, потому что, по извѣстію отъ уніатовъ, православные передавали въ руки русскихъ только здоровыхъ уніатовъ, а израненныхъ, избитыхъ не передавали.529 Но не долго русскія власти такъ спокойно и сдержанно относились къ дѣлу. Мало того, что многіе уніатскіе священники не оставляли приходовъ; иные изъ нихъ удерживали отъ этого своихъ собратьевъ и были обвиняемы въ этомъ самими уніатами.530 Таковы были чиновные уніаты. Объ нихъ Іовъ доносилъ Синоду, что они съ великимъ негодованіемъ встрѣтили заявленія о желаніи возвратиться къ православію, начали «всемѣрно препятствовать этому,» но боясь русской военной силы и «не могучи выполнить всѣхъ своихъ вымысловъ и желаній къ погибели православныхъ исповѣдниковъ.. непрестанно смертью и всякими мучительными образы» имъ угрожали.531 Нѣкоторые изъ этихъ уніатовъ, кромѣ того, давно извѣстны были своими дурными дѣлами по отношенію къ православнымъ, какъ напримѣръ, офиціалъ Мокрицкій. Имъ не легко могли простить свои обиды и страданія священники, бывшіе въ радомышльскомъ заточеніи или долго скитавшіеся на восточной сторонѣ Днѣпра. Наконецъ, само собою понятно, въ какомъ настроеніи возвратился на Украину Переровскій, занявшій въ ней первенствующіе положеніе, которое уніаты до того преувеличили, что укоряли Переровскаго, будто онъ называлъ себя намѣстникомъ христовымъ на Украинѣ.532 Таинственное изчезновеніе Гуранды было для Переровскаго слишкомъ яснымъ. По характеру и настроенію на него походитъ, какъ мы видѣли, другой видный правитель, Василій Зражевскій. Оба они задолго еще до обнародованія вышеприведенныхъ ордеровъ, именно еще съ половины 1772 г., издавали ордеры, собирали духовенство и затѣмъ приступили къ болѣе рѣшительнымъ дѣйствіямъ. Уже 2 октября 1772 г. пять уніатскихъ священниковъ изъ фастовскаго благочинія писали къ кому-то изъ высшихъ уніатовъ: «доходитъ до насъ печальное извѣстіе, что по всей Украинѣ принуждаютъ къ православію нашихъ священниковъ.»533 Поляки записали объ этомъ еще болѣе раннее извѣстіе. Одинъ изъ комиссаровъ Потоцкаго писалъ ему еще 14 августа, что духовные правители ѣздятъ по городамъ и селамъ и назначаютъ на мѣсто уніатскихъ православныхъ священниковъ.534 Переровскій дѣйствовалъ со стороны Умани, Зражевскій со стороны Бѣлой Церкви (въ обоихъ пунктахъ были русскія военныя команды) и направлялись къ западному углу кіевской губерніи, къ Бердичеву, укрѣпленіемъ котораго владѣли русскія войска со времени барской конфедераціи (1768 г.), подъ начальствомъ генерала Ширкова. Эти духовные правители стали объѣзжать Украину въ сопровожденіи русскихъ командъ изъ отрядовъ Вишнякова, Малова, Жеребцова, Тунцельмана и другихъ.535 Есть извѣстіе, что Голицынъ далъ приказаніе войску изгонять уніатскихъ священниковъ и помѣщать православныхъ.536 Сохранилась копія ордера въ этомъ смыслѣ капитана Малова.537 Отряды эти часто состояли изъ такъ называемыхъ гетманцовъ, т. е. изъ малороссійскихъ полковъ. Рядомъ съ ними нерѣдко появлялись въ видѣ отрядовъ, сопровождавшихъ православныхъ правителей, священниковъ, мѣстные жители, которыхъ въ такомъ случаѣ уніаты обыкновенно называли гайдамаками. О дѣйствіяхъ этихъ всѣхъ людей –правителей, священниковъ, русскихъ, малороссійскихъ и гайдамацкихъ командъ мы не имѣемъ извѣстій отъ православныхъ, а имѣемъ ихъ лишь отъ уніатовъ, именно имѣемъ жалобы пострадавшихъ и донесенія ихъ властей. Передаемъ дѣло, какъ оно представляется въ этихъ послѣднихъ извѣстіяхъ. Православные духовные правители, священники съ военными командами наѣзжали на приходы и требовали отъ уніатскихъ священниковъ, чтобы тѣ принимали православіе. Если они не соглашались, то отъ нихъ отнимали церковные ключи, устраивали церкви по православному, передавали ихъ съ церковными домами православнымъ священникамъ, а уніатскихъ брали подъ караулъ и отвозили въ мѣста стоянокъ русскихъ командъ, а затѣмъ обыкновенно пересылали въ Бердичевъ. Во время этихъ наѣздовъ происходили страшныя безчинства и глумленія. Чтобы поймать уніатскаго священника, нападали обыкновенно ночью, наводя ужасъ на него и его семейство, а если онъ скрывался, что часто случалось, то во время его поисковъ, били, мучили его семью, прислугу, грабили, растаскивали его имущество. Пойманныхъ уніатовъ вязали, заковывали, тащили въ заключеніе пѣшкомъ или везли быстро на неудобныхъ телегахъ и по неудобнымъ дорогамъ, не давая на пути ни ѣсть, ни пить. Были случаи, что нѣкоторые уніаты умирали отъ этихъ истязаній. Отъ этихъ бѣдствій уніаты спасались бѣгствомъ и скрывались цѣлые мѣсяцы въ лѣсахъ, деревушкахъ, хуторахъ; но это чаще всего оказывалось плохимъ средствомъ спастись, потому что православные священники и команды получали свѣдѣнія о скрывавшихся и очень часто ловили ихъ. Нѣсколько вѣрнѣе было другое средство спасти себя это – откупиться. Духовные правители, священники, солдаты, есаулы, прапорщики и даже полковники часто брали деньги и выпускали уніатовъ на волю. Но и это не всегда спасало отъ бѣды. Одни брали деньги и отпускали на волю, а другіе затѣмъ нападали и увозили въ заключеніе.538 На сколько все это справедливо? Необходимо допустить, что въ этихъ извѣстіяхъ не малая доля правды. Жалобы уніатовъ очень многочисленны и очень обстоятельны. Но, какъ это обыкновенно бываетъ въ жалобахъ, преувеличенія въ уніатскихъ извѣстіяхъ несомнѣнны. Изъ сличенія уніатскихъ жалобъ и писемъ того времени оказывается, что многіе уніатскіе священники совершенно добровольно принимали православіе. Брацлавскій офиціалъ Заблоцкій доносилъ Володковичу 4 января 1773 г. между прочимъ: «нашъ клиръ, точно ослѣпленный, постоянно жмется къ духовнымъ правителямъ, увлеченный примѣромъ грановскаго благочиннаго, который собственноручно и добровольно записалъ себя и все благочиніе на подчиненіе Переяславскому епископу. Благочинія животовское, уманское, чечельницкое и рашковское частью изъ страха, частью добровольно тамъ же утонули.»539 Затѣмъ, многіе уніатскіе священники лишь изгонялись изъ приходовъ безъ глумленія надъ ними и безъ разграбленія ихъ имущества.540 Случалось, что иные изъ нихъ весьма свободно заявляли свои мысли. Такъ, въ чечельницкой протопопіпъ села Пужайскаго уніатскій священникъ Яковъ Заяпчевскій прямо заявилъ: «хотя и приходъ потеряю, но благочестивымъ быть не желаю.»541 Случалось, что уніаты публично спорили съ наѣхавшими православными священниками. Такъ, кобылянскій уніатскій священникъ Іоаннъ Сѣнкевичъ въ отвѣтъ на приведенное нами глумленіе надъ уніей и ея властями православнаго лисянскаго правителя Симеона Кондрацкаго отвѣтилъ: «не слушайте люди этого стараго плута, онъ дѣйствительно плутъ и подобные плуты довели васъ до коліевщины.»542 Но, что особенно важно; уніаты рѣдко гдѣ пользовались поддержкою народа, вообще же были ему ненавистны. Ненависть эта доходила до того, что прихожане вайковскіе (уманскаго благочинія) убили своего уніатскаго священника Окорскаго, изрѣзали ножомъ его тѣло, и бросили въ заблаговременно приготовленную могилу.543 Этою, безъ сомнѣнія, ненавистью народа къ уніатамъ нужно объяснять такія, напримѣръ, странныя явленія, что Переровскій, избивъ конельскаго уніатскаго священника, Іоанна Паниша, приказалъ для посмѣянія возить его по разнымъ селамъ.544 Тому же позору онъ подвергъ уніатскаго священника села Романовки, Аѳанасія Гвоздовскаго «на позорище заядлому хлопству», – замѣчаютъ сами уніаты.545 На эти глумленія вызывала не одна личная вражда, но также, и едва ли не чаще всего, ненависть народа къ уніи, латинству и панству. Въ одной коллективной жалобѣ уніаты говорятъ, между прочимъ: «(духовные) правители, передавая своимъ дизунитамъ (православнымъ) уніатскія церкви, собираютъ народъ, запрещаютъ ему обращаться къ уніатскимъ священникамъ, а также ходить въ латинскіе костелы, объявляютъ передъ собраннымъ народомъ, что уніатскіе антиминсы и служебники не важны; выбрасываютъ изъ олтарей циборіи (латинскія дарохранительницы), во время самой службы запрещаютъ поминать святѣйшаго отца –пастыря (папу) и для поруганія его передъ грубымъ народомъ провозглашаютъ: довольно уже папѣ есть цѣлый хлѣбъ,546 а поляки много наготовили себѣ пива, пускай пьютъ одно пиво.»547
Замѣчательно, что эту ненависть къ латинскимъ особенностямъ уніи высказывали духовные правители, сами перешедшіе въ православіе изъ уніи. Такъ о Василіи Зражевскомъ уніатскій священникъ Гавріилъ Славинскій писалъ: «Василій Зражевскій, недавній, новый не уніатъ, теперешній протопопъ бѣлоцерковскій и корсунскій, напавъ на меня съ 4 гетманцами и дьячкомъ Димитріемъ Сидусенкой, когда я вышелъ изъ дому, завелъ въ успенскую бѣлоцерковскую церковь и глумился надо мною такими словами: «не исповѣдуй людей въ костелѣ, не служи шептухи» (читанной обѣдни) и прочее.»548 Наконецъ, невозможно думать, чтобы русскія военныя начальники не малыхъ, летучихъ отрядовъ, есаулы, прапорщики, а начальники большихъ отрядовъ принимали и держали въ строгомъ заключеніи большое число уніатскихъ священниковъ, совершенно невинныхъ, отданныхъ имъ по голословному обвиненію.549
Уніатовъ, заключенныхъ въ Бердичевѣ было по однимъ извѣстіямъ 71,550 по другимъ 54,551 но кромѣ того уніатскихъ священниковъ заключали на болѣе или менѣе продолжительное время еще въ Умане, Бѣлой Церкви, Полонномъ, и не всѣ они попадали затѣмъ въ Бердичевъ.552 О заключенныхъ въ Бердичевѣ уніаты сохранили намъ самыя подробныя извѣстія. «Арестованные священники,» писалъ къ Володковичу Выговскій 28 ноября 1772 г. «нѣкоторые помѣщены въ монастырѣ (кармелитовъ), а другіе, и такихъ большая часть, въ городѣ по квартирамъ и только утромъ и вечеромъ являются къ военному начальству. Нѣкоторые изъ нихъ сильно запиваютъ, ссорятся и дерутся между собою изъ-за подаяній. Пьяницъ и задорныхъ особенно много изъ числа тѣхъ, которые недавно привезены изъ Уманщины.»553 «Третьяго дня, – писалъ изъ Житоміра одинъ уніатъ къ другому 2 января 1773 года, – т. е. наканунѣ новаго года, я посѣтилъ бердичевскихъ узниковъ въ ихъ заключеніи. Заключеніе ихъ теперь нѣсколько ослаблено. Имъ опять разрѣшено ходить въ костелъ и служить, дозволено ходить по двору, выходить на городскую площадь или къ пруду и прогуливаться. Все это, однако, они не иначе дѣлаютъ, какъ подъ карауломъ. Содержаніе ихъ теперь нѣсколько лучше. Прежде имъ приносили изъ монастыря (кармелитскаго) въ ушатѣ горохъ или щи (капустникъ), а теперь приносятъ горячую пищу въ котлѣ, дали имъ и ковшъ для разливанія того гороху или щей, а миски купили сами узники и распредѣлили на три человѣка по одной мискѣ. Хлѣбъ подвозятъ ближайшіе (уніатскіе) священники или, точнѣе сказать, присылаютъ, потому что бояться сами являться лично, такъ какъ солдаты выталкиваютъ ихъ въ шею или выпрашиваютъ копѣекъ. Отецъ игуменъ (кармелитскій) оказалъ заключеннымъ то самое большее добро, что выпросилъ разрѣшеніе помѣстить больныхъ въ особомъ, лучшемъ мѣстѣ заключенія, отдѣлилъ ихъ отъ здоровыхъ; благодаря этому, прекратились болѣзни. Больныхъ теперь только 10; двое кромѣ того крайне слабы; здоровыхъ 42; т. е. всѣхъ теперь въ заключеніи и здоровыхъ и больныхъ 54. Прилагаю списокъ ихъ; только опасно больныхъ не пришлось мнѣ поименовать. 10 изъ поименованныхъ въ спискѣ бѣжали. Позднѣе всѣхъ, потому что въ прошедшее воскресенье, доставленъ новый узникъ, по фамиліи Голятовскій, пойманный наканунѣ самаго рождества. По совѣщанію недавно собиравшихся въ Тетіевѣ правителей и протопоповъ высланъ и имѣетъ прибыть въ Бердичевъ смилянскій правитель Войнарскій, и тѣхъ узниковъ, которые перейдутъ на его сторону, назначитъ на приходы, какіе они выберутъ, даже и на чиновныя должности, а упорныхъ прикажетъ одѣть въ арестантскую одежду и выслать за границу (въ Россію) въ ссылку. Это очень тревожитъ узниковъ и, если нѣкоторые изъ нихъ готовы оставаться въ неволѣ, хотя бы то и до смерти, то есть много и такихъ, которые молчать, ничего не отвечаютъ на это, а мнѣ прямо высказывали негодованіе, что власть забыла объ нихъ.»554
Какъ ни тяжко было это заключеніе, по его никакъ нельзя сравнивать съ заключеніемъ православныхъ священниковъ и иноковъ въ Корсунѣ и Родомыслѣ 1766–67 г. Уніаты, впрочемъ, иногда сильно страдали не по жестокости русскихъ, а отъ невниманія къ нимъ кармелитовъ и по собственной винѣ. «Послѣ вашего отъѣзда изъ Бердичева, – писалъ 19 февраля 1773 т. одинъ изъ заключенныхъ Прушинскій, вѣроятно, къ тому лицу, описаніе котораго приведено нами выше, – отцы Іоаннъ Рудницкій и Григорій Вигурскій сказали намъ прощайте (умерли), а вчера туда же отправился къ великой нашей скорби и отецъ Гавріилъ Нестеровичъ священникъ дмитренскій уланскаго благочинія, и никто (изъ насъ) не смѣетъ даже войти въ костелъ для молитвы, потому что г. майоръ Фокъ объявилъ: кто будетъ покушаться выйти за ворота, того пусть колютъ пикой, я буду отвѣчать за это. Сжальтесь надъ нами, помогите; дольше не можемъ жить; многіе изъ насъ съ опасностью жизни соскакиваютъ за стѣну, чтобы бѣжать. Мы еще кое-какъ существовали, пока имѣли деньги, а теперь большая часть изъ насъ не имѣетъ ни гроша. Отцы кармелиты доставляютъ намъ слишкомъ дурную пищу, – свекла, напримѣръ, совсѣмъ промерзлая.»555 Суровости майора Фока, повергавшіе заключенныхъ уніатовъ въ такое отчаяніе, вызваны были тѣмъ самымъ, что Прушинскій считаетъ ихъ послѣдствіемъ, именно бѣгствомъ изъ заключенія нѣкоторыхъ уніатовъ.556 Побѣги эти вызвали однажды еще большую суровость. Такъ 17 іюля 1773 г. русскій офицеръ Александръ Григорьевъ писалъ изъ Бердичева къ кому-то изъ властныхъ уніатовъ: «Будучи въ Бердичевѣ, вы обѣщали мнѣ доставить бѣжавшаго изъ-подъ ареста кобриновскаго священника Григорія Линцевскаго. Я не могу дождаться его, а между тѣмъ теперь бѣжали еще три священника: яновскій священникъ Михаилъ Шумскій, полоничанскій – Василій Халаимъ и ферсянскій – Стефанъ Рыхлевскій. Прошу васъ доставить мнѣ ихъ. Я сдѣлалъ имъ послабленіе по вашей просьбѣ. Если вы мнѣ не доставите ихъ въ теченіе трехъ дней, то увѣряю васъ, что всѣхъ 42 арестанта я забью въ колодки и засажу ихъ въ подвалъ, такъ что къ третьему дню изъ нихъ и душа вылетитъ. Мнѣ удобнѣе доносить, что такой-то умеръ, нежели что такой-то бѣжалъ.»557 І эта суровость, какъ очевидно, не имѣетъ ничего общаго съ фанатическимъ терзаніемъ заключенныхъ въ Радомыслѣ; она вытекала изъ чисто военныхъ порядковъ.
Послѣдствія всѣхъ этихъ мѣръ по отношенію къ уніатамъ были весьма важны. Вся Украина обращена была въ православіе. Линію православныхъ завоеваній, если можно такъ выразиться, мы приблизительно опредѣлимъ, если проведемъ ее съ сѣверо-востока на юго-западъ отъ мѣстности ниже Брагина или, вѣрнѣе, отъ впаденія Припяти въ Днѣпръ черезъ Радомысль, Овручъ, Житоміръ, Бердичевъ, Любарь до австрійской границы между Кременцомъ и Проскуровымъ.558 Пространство на юго-востокъ отъ этой линіи все было отнято у уніатовъ. Оно составляло 23 благочинія,559 и въ нихъ было 1000 или даже больше церквей.560 Хотя это уніатскія свѣдѣнія и доходятъ лишь до начала 1773 г., но они совпадаютъ съ свидѣтельствомъ самихъ православныхъ украинцевъ, которые въ своемъ новомъ прошеніи Екатеринѣ, составленномъ осенью 1773 г., тоже показываютъ, что у нихъ было тогда болѣе тысячи церквей.561 По вѣдомости, помѣщенной у Бантышъ-Каменскаго, этотъ излишекъ сверхъ тысячи былъ очень великъ. По ней въ это время на Украинѣ считалось 1902 православныхъ церквей.562 Есть основаніе думать, что и всѣ эти свѣдѣнія далеко не обозначаютъ дѣйствительныхъ размѣровъ тогдашняго православнаго движенія. Изъ прошеній о присоединеніи, представленныхъ въ концѣ 1773 года въ Синодъ, видно, что оно сильно отражалось на западѣ отъ указанной нами линіи и что оттуда сами уніатскіе священники или ставленники направлялись на Украину и искали себѣ священническихъ мѣстъ. Уніатскій священникъ г. Хмѣльника (Подольскаго воеводства) Гавріилъ Стрельбѣцкій показывалъ о себѣ, что онъ, имѣя ревность къ православію и видя, что оно утверждается только въ кіевскомъ и брацлавскомъ воеводствахъ, рѣшился оставить тотъ приходъ и искать другого, гдѣ православіе утверждается.563
Показаніе уніатскаго священника села Геремашнаго (краснянской протопопіи, Брацловского воеводства) Якова Мельскаго объясняетъ намъ причину подобнаго стремленія въ мѣста, гдѣ утверждалось православіе. «Будучи я рожденъ отъ родителей и отъ предковъ своихъ греко-россійскаго исповѣданія, такъ и во мнѣ кровь родительская соотвѣтствуетъ, ибо я отъ младыхъ ногтей ревнитель греко-восточныя церкви сыномъ быть, но не имѣлъ на то такова случая, яко уніатскія духовныя власти завладѣвъ (завладѣли) нами (и мы) принуждены были, и не хотячи, до ихъ надлежать.»564 Выраженія, ревнитель православія отъ младыхъ ногтей, часто попадаются въ прошеніяхъ и наводятъ на мысль, что это краснорѣчіе какого-то общественнаго составителя подобныхъ прошеній, но они наводятъ также и на ту мысль, что эти витіеватыя выраженія очень приходились по вкусу украинцамъ, отвѣчали ихъ дѣйствительному настроенію. Мы увидимъ и послѣ, что оживленіе православія въ восточной Украинѣ точно также привлекало ревнителей его изъ западныхъ частей ея.
Переяславскій епископъ Іовъ былъ поставленъ этими дѣлами Украины въ великое затрудненіе. Сотни церквей присоединялись къ его епархіи. Нужно было назначать въ большую часть изъ нихъ священниковъ, и Іовъ имѣлъ, какъ мы знаемъ, право дѣлать это, но у него не было священниковъ въ достаточномъ числѣ. Духовные правители постарались сейчасъ же вывести его изъ этого затрудненія. Они направляли къ нему уніатовъ, заявлявшихъ волею или неволею готовность принять православіе, но это значило дѣлать больше того, что Іову дозволило правительство. Іовъ отсылалъ такихъ священниковъ и доносилъ Синоду объ этомъ затрудненіи, но Синодъ не находилъ возможнымъ разрѣшить ихъ своею властью и отсылалъ донесенія Іова вмѣстѣ съ подобными же донесеніями Георгія Конисскаго въ иностранную коллегію, которая по обоимъ вопросамъ съ одинаковою твердостью хранила молчаніе. Іовъ, подобно Георгію, нашелъ неизбѣжнымъ выйти изъ предписанныхъ ему предѣловъ. Въ концѣ 1773 г. онъ доносилъ Синоду:
«По чину православныя церкви и въ силу высочайшихъ ея императорскаго величества указовъ, какъ 1757 года ноября 18 дня, изъ московской Святѣйшаго Синода конторы присланы и въ мою епархію печатные двѣ книги, именуемые чинопослѣдованіе для приниманія по онымъ приходящихъ и обращающихся изъ разныхъ религій къ святой православно-восточнаго греко-россійскаго исповѣданія церкви; многіе въ Польшѣ въ принадлежащихъ до епархіи моей Переяславской мѣстахъ, въ кіевскомъ и брацлавскомъ воеводствахъ бывшіе уніатскіе священники. по саможелательнымъ отъ нихъ доношеніямъ, за антецессоровъ моихъ приняты и присоединены изъ уніи къ православной греческаго исповѣданія церкви; а потому и мною въ силу послѣдовавшаго изъ святѣйшаго правительствующаго Синода прошлаго 1772 года генваря 15 дня указа, коимъ велѣно: въ оныхъ заграничныхъ до епархіи моей принадлежащихъ мѣстахъ, по духовнымъ дѣламъ, мнѣ поступать на прежнемъ основаніи, какъ при антецессорахъ моихъ поступано; равнымъ образомъ по произвольнымъ желаніямъ и письменнымъ прошеніямъ, попы уніатскія за объявленіемъ, что какъ предки ихъ были вѣры греко-россійскаго исповѣданія, только насильно отъ свѣтскихъ польскихъ, а паче уніатскихъ духовныхъ властей къ уніи принуждены, такъ и они потому ж въ унію зачислены, мною къ православной церкви приняты и присоединены.»565 Въ доказательство правоты своихъ дѣйствій Іовъ приложилъ 21 прошеніе, изъ которыхъ дѣйствительно оказывалось, что просятъ о присоединеніи уніаты, бѣжавшіе отъ уніатской власти.566 При этомъ Іовъ доносилъ, что и многіе другіе уніатскіе священники, то сами являясь къ нему, то чрезъ духовныя правленія, заявляютъ желаніе отказаться отъ уніи и принять православіе, но онъ, Іовъ, удерживается принимать ихъ, признавая такіе случаи недоумѣнными,567 і изъ одного изъ приложенныхъ дѣлъ о присоединеніи оказывалось, что Іовъ дѣйствительно отослалъ назадъ присланныхъ Зражевскимъ уніатскихъ священниковъ и приказалъ имъ дожидаться рѣшенія Синода,568 что подобнаго же разрѣшенія ждутъ еще 20 священниковъ рашковской протопопіи.569
Синодъ покрылъ молчаніемъ сдѣланныя Іовомъ присоединенія, но по-прежнему не нашелъ возможности разрѣшить недоумѣніе его и препроводилъ все дѣло въ иностранную коллегію.570 Такимъ образомъ, все это громадное дѣло, отнятіе у уніатовъ многочисленныхъ церквей, заявленіе многочисленными уніатскими священниками готовности принять православіе, находилось на весьма скользкомъ пути. Его не разрѣшали ни Синодъ, ни иностранная Коллегія. Оно держалось, кромѣ всегдашняго сочувствія украинскаго народа, русскою военною силою. Эту опасную сторону дѣла ясно видѣлъ Іовъ и въ томъ же вышеприведенномъ донесеніи Синоду писалъ, что уніаты только ждутъ «отнятія (военнаго) защищенія», чтобы погубить православныхъ исповѣдниковъ.571 Насколько же крѣпко было это военное защищеніе украинскихъ православныхъ?
Уніатскія власти были въ большомъ затрудненіи, когда православные правители пользовались русскою военною защитою. Въ управленіи уніатскомъ была тогда большая смута. Митрополитъ Володковичъ и его коадьюторы по управленію Украиной, львовскій епископъ Шептицкій и брестскій Млодовскій продолжали спорить съ нимъ за власть надъ Украиной и споръ этотъ доходилъ до того, что агенты львовскаго епископа обѣгали уніатскія благочинія и объявляли, что конецъ теперь власти митрополита,572 а митрополитъ Володковичъ предавалъ запрещенію даже такого авторитетнаго уніата, какъ львовскій главный офиціалъ Примовичъ.573 Распускались даже слухи, что Примовичъ намѣренъ принять православіе.574 Митрополитъ Володковичъ во время этого спора жилъ вдали отъ своей консисторіи, то въ Варшавѣ, то во Владимірѣ-Волынскомъ.575 Уніаты, оставшіеся вѣрными ему, сообщали ему свѣдѣнія о бѣдствіяхъ своихъ и вопіяли о помощи.576 Первою мыслью уніатовъ было вызвать на защиту ихъ польскихъ пановъ Украины и находившееся тамъ польское войско, усмирявшее такъ еще недавно украинскихъ гайдамаковъ;577 но этотъ планъ сейчасъ же былъ оставленъ, потому что русскія команды не затруднялись арестовать и пановъ,578 а начальникъ польскаго войска прямо отказался отъ защиты уніатовъ.579 Приходилось обращаться къ русскимъ военачальникамъ.
Литовскій подкоморій Радзивиллъ, владѣтель Бердичева, взялся помочь въ этомъ уніатамъ. Онъ былъ близокъ съ однимъ изъ начальниковъ русскихъ командъ на Украинѣ, княземъ Щербатовымъ и однажды (1 ноября 1772 г.) угощалъ его и Каменскаго въ Бердичевѣ. Уніаты думали воспользоваться этимъ, и Радзивиллъ имѣлъ уже письмо къ Щербатову отъ уніатскаго митрополита. Но оказалось, что нельзя такимъ легкимъ и домашнимъ образомъ поправить своихъ дѣлъ. Оказалось, что Щербатовъ имѣетъ власть только надъ яновскою командою, и въ безполезности такого ходатайства еще больше убѣдилъ уніатовъ бердичевскій комендантъ (Фоккъ?), который сказалъ, что если бы Щербатовъ и приказалъ ему освободить заключенныхъ уніатовъ, то онъ не послушаетъ его, потому что это дѣло зависитъ отъ главнокомандующаго Румянцева. Уніаты стали пробираться къ Румянцеву. Володковичъ написалъ къ нему письмо и послалъ съ нимъ уніата Могельницкого.580 Письма этого мы не нашли, но нашли въ уніатскомъ архивѣ отвѣтное письмо Румянцева отъ 23 ноября 1772 г., которое можетъ дать понятіе о жалобахъ Володковича и о впечатлѣніи ихъ на Румянцева.
«Съ великимъ огорченіемъ узнаю я изъ письма вашего, – писалъ Румянцевъ, – что духовенству вашей паствы дѣлаются обиды и притѣсненія, но невѣроятно, чтобы это дѣлалось при содѣйствіи русскихъ командъ, потому что въ силу яснаго указа ея величества свѣтлѣйшей императрицы, милостивѣйшей государыни моей, я далъ всѣмъ вообще командамъ строжайшее приказаніе, чтобы они только защищали духовныхъ греческой вѣры отъ преслѣдованій и новыхъ обидъ и притѣсненій, чинимыхъ имъ уніатами, но не вмѣшивались ни въ какія другія дѣла. Я увѣренъ, что вы, какъ знающій хорошо все это дѣло, не станете требовать отъ меня новаго, еще болѣе суроваго распоряженія, впрочемъ, обѣщаю на будущее время исполнять ваши желанія.» Въ письмѣ этомъ сдѣлана была очень непріятная приписка, трудно сказать, сдѣланная ли по приказанію самого Румянцева, или его секретаремъ, о которомъ будетъ рѣчь ниже.581 «Сожалѣя объ уніатахъ вашей архіепископіи, претерпѣвающихъ нищету и притѣсненія, я съ своей стороны совѣтую вамъ удержать вашихъ духовныхъ прелатовъ, чтобы они не преслѣдовали православныхъ духовныхъ, не дѣлали имъ обидъ и притѣсненій, которыя тѣ постоянно терпятъ, – ихъ не допускаютъ къ ихъ собственнымъ церквамъ, принуждаютъ къ уніи. Я увѣренъ, что этою мѣрою вы легко прекратите всѣ дальнѣйшія непріятности.»582 Въ томъ же 1772 или въ началѣ слѣдующаго 1773 г. Володковичъ еще разъ имѣлъ сношенія съ Румянцевымъ. Есть основаніе думать, что онъ самъ ѣздилъ повидаться съ русскими, имѣвшими вліяніе на Румянцева, но и въ этотъ разъ не имѣлъ успѣха.583 Чтобы подѣйствовать на Румянцева, уніаты придумали слѣдующее средство. «Нѣкоторые полагаютъ, – писалъ митрополичій нотарій Сушицкій къ брестскому оФиціалу Яхимовичу, – что нужно поднести какой-либо значительный подарокъ, если не самому Румянцеву, то, по крайней мѣрѣ, его секретарю, чрезъ котораго нерѣдко получаютъ благопріятное рѣшеніе обращающіеся по своимъ дѣламъ въ Яссы, когда напередъ дадутъ ему взятку. Этотъ секретарь высказывалъ Могельницкому укоръ, что когда онъ (секретарь) былъ въ Летичевѣ (т. е. когда его посѣщалъ нашъ владыка), то г. Каминскій отъ имени владыки обѣщалъ ему (секретарю) четырехъ коней. Такъ какъ до сихъ поръ это обѣщаніе не исполнено, и секретарь помнитъ его, то легко догадаться, что онъ желаетъ, чтобы его исполнили. Я писалъ къ владыкѣ, чтобы исполнилъ это обѣщанія, и чтобы не пожалѣлъ на это своихъ денегъ, которыя обѣщаютъ возвратить заключенные священники.»584
Пока это новое средство производило свое дѣйствіе, уніаты болѣе и болѣе чувствовали стѣсненное положеніе и вопіяли къ Володковичу о помощи. «Владыко, спаси насъ, погибаемъ, писалъ Сушицкій къ Володковичу 25 февраля 1773 г. Правители уже такъ далеко распространили свою власть и такъ приблизились (къ намъ), что (овладѣли) благочиніями: погребыскимъ, винницкимъ, паволоцкимъ, чигиринскимъ, черкасскимъ, бѣло-церковскимъ, фастовскимъ и тетіевскимъ, овладѣли Уманщиной до Подбережья, отняли благочинія и церкви брацлавскія (Брацловского воеводства); священниковъ – однихъ поразгоняли, другихъ позабирали въ неволю; теперь гласно заявляютъ свои притязанія на бердичевское, житомірское и радомысльское благочинія и говорятъ, что явятся къ намъ въ Радомысль. Мы приготовились уже бѣжать и сходимся лишь къ столу... Умилосердись, владыко, благоволи поспѣшить къ намъ и спасти насъ.»585
Володковичъ могъ исполнить эту мольбу только къ веснѣ 1773 года,586 и то не съ полною увѣренностью, что за нимъ останется Украина. Есть извѣстіе, что ко времени пріѣзда Володковича духовныя правители притихли.587 Есть также извѣстіе, что сдѣланы были какія-то внушенія русскимъ военнымъ командамъ. «Правители всѣ удалились въ Богуславъ; желѣзо (оружіе – военная помощь) у нихъ отнято; теперь они работаютъ только перомъ» (пишутъ ордеры588). Володковичъ постарался воспользоваться этимъ оборотомъ дѣлъ и занялся, прежде всего, освобожденіемъ уніатовъ, заключенныхъ въ Бердичевѣ. Надъ русскими отрядами, занимавшими западную часть польской Малороссіи, начальникомъ былъ упоминаемый уже нами Ширковъ. Онъ былъ послѣдователемъ идей своего бывшаго начальника Кречетникова. Онъ, подобно Кречетникову, искажалъ свое русское названіе и собственноручно подписывался de Szyrkow.589 Измѣна Володковича русскимъ въ 1768 г. не мѣшала Ширкову сближаться съ нимъ въ 1773 г. Сближеніе это усиливалось и обеспечивалось очень надежнымъ средствомъ: Ширковъ былъ женатъ на полькѣ Ледуховской, которая такъ была расположена къ уніатскому митрополиту, что Ширковъ даже въ оФиціальномъ письмѣ къ Володковичу дѣлалъ приписку отъ ея имени.590 Такъ какъ въ этой припискѣ говорится, что жена Ширкова. не пишетъ сама къ митрополиту потому, что наканунѣ родила, то мы стали разыскивать, нѣтъ ли ея писемъ. Счастливая случайность дала намъ возможность найти копію одного такого письма. Въ этомъ письмѣ, писанномъ 4 мая 1773 г., говорится, между прочимъ, слѣдующее: «увѣряю васъ, что я употребляю всѣ старанія заступиться за это бѣдное духовенство (уніатское) и мужъ мой предпринимаетъ самыя дѣйствительныя мѣры къ его освобожденію (изъ Бердичева). Нѣсколько дней тому назадъ онъ писалъ объ этомъ къ фельдмаршалу и на этихъ дняхъ ожидаетъ резолюціи.»591 Въ какомъ смыслѣ писалъ Ширковъ къ Румянцеву, можно видѣть изъ нижеслѣдующаго: 30 апрѣля отъ Румянцева пришелъ приказъ доставить свѣдѣнія: «кто изъ заключенныхъ сколь давно взятъ и за какое точно преступленіе, за предписаніемъ ли православнаго духовенства или за другіе какіе-либо худые издѣлки.»592 Немедленно собраны были показанія заключенныхъ и по всѣмъ этимъ показаніямъ, какъ и естественно было ожидать, заключенные оказывались невинными, а духовные правители разбойниками і грабителями.593 Володковичъ счелъ нужнымъ прибавить особыя свѣдѣнія объ этихъ правителяхъ. Мы нашли въ уніатскомъ архивѣ черновикъ, озаглавленный: «списокъ духовныхъ правителей (перешедшихъ изъ уніи въ православіе), составленный 8 мая 1773 т. въ Бердичевѣ.»594 За перечисленіемъ названій правителей слѣдуетъ общая характеристика ихъ: «всѣ вышепоименованные извѣстны своими преступленіями. Одни отравили своихъ женъ, другіе занимались прелюбодѣяніемъ и кражей, иные были пособниками гайдамакамъ, Гонтѣ и другимъ, обкрадывали церкви и пропили украшенія ихъ. Зная, что ихъ ожидаетъ за ихъ негодныя дѣла надлежащее наказаніе, они подняли бунтъ, отступили отъ св. вѣры и, вырвавшись, такимъ образомъ, изъ ярма христовыхъ законовъ, дѣлаютъ разбойничьи наѣзды и грабительства, собравъ около себя своевольную толпу и составляя разныя подложныя бумаги, указы и ордеры отъ имени генераловъ, полковниковъ и другихъ начальниковъ русскихъ войскъ, уполномочивающіе будто бы ихъ на такія беззаконія (чего никогда не могло быть, а напротивъ, русскія команды наказывали за это, когда узнавали о такихъ вещахъ). Эти беззаконія они и до сихъ поръ дѣлаютъ, нападаютъ на дома (уніатскихъ священниковъ), требуютъ, чтобы желающіе быть на свободѣ откупались, и которые не имѣли и не имѣютъ чѣмъ откупиться, къ тѣмъ предъявляютъ разныя претензіи, насильно берутъ, вяжутъ, развозятъ по городамъ, укрѣпленіямъ и сажаютъ въ заключеніе. Поэтому просить фельдмаршала приказать схватить ихъ, какъ бунтовщиковъ и завѣдомыхъ преступниковъ, и отослать для наказанія къ митрополичьему суду, тѣмъ болѣе, что, пребывая въ отступничествѣ, они не имѣютъ чистой совѣсти, необходимой для спасенія души, все же награбленное ими, какъ-то: домашнія вещи, скотъ, всякую движимость, возвратить и раздать назадъ.»595
Это, очевидно, инструкція, какія свѣдѣнія и желанія слѣдуетъ сообщить Румянцеву. Пока эти новыя свѣдѣнія доставлялись Румянцеву, Володковичъ 23 мая рѣшился открыто заявить о своемъ пребываніи въ своей архіепископіи. Этого числа онъ издалъ окружную грамоту, въ которой призывалъ духовенство явиться въ Радомысль на 9–29 іюня. «Напоминаемъ вамъ, – писалъ Володковичъ, – ваши обязанности и клятвы, произнесенныя вами всемогущему Богу передъ нами при вашемъ рукоположеніи и назначеніи на приходы. Вы не можете, не идя противъ совѣсти, не послушать нашего призыва, и никакая другая вынужденная отъ васъ присяга не можетъ освобождать васъ отъ этого.»596 Володковичъ, очевидно, надѣялся, что онъ теперь можетъ сразу уничтожить завоеванія духовныхъ правителей. Не имѣемъ прямыхъ извѣстій, кто прибылъ на этотъ соборъ. Можно думать, однако, что прибыли многіе. Въ одномъ спискѣ жалобъ уніатовъ, большая часть жалобъ 1773 г. помѣчены послѣдними числами іюня. Вѣроятно, эти жалобы доставлены были по этой призывной грамотѣ.597 Володковичъ надѣялся на этомъ же соборѣ обрадовать духовенство извѣстіемъ объ освобожденіи бердичевскихъ узниковъ. Но этого не случилось. 26 іюня 1773 г. Ширковъ писалъ къ уніатскому митрополиту: «Я столько употребилъ усилій. чтобы ваше желаніе исполнилось, что, наконецъ, получилъ сегодня разрѣшеніе освободить священниковъ, заключенныхъ въ Бердичевѣ.»598
Но эта радость для уніатовъ омрачалась прибавочнымъ извѣстіемъ въ письмѣ Ширкова. Онъ, по предписанію Румянцева, долженъ былъ потребовать отъ Володковича расписки, что 1) освобождаемые уніатскіе священники не возвратятся на отнятые у нихъ приходы и не будутъ дѣлать православнымъ священникамъ никакихъ непріятностей или бунтовъ противъ нихъ; 2) какъ прежде никогда не возбуждали крестьянства къ бунтамъ, такъ и теперь не будутъ возбуждать; 3) никому не будутъ давать повода къ ссорѣ, и если кто обвинитъ передо мною (митрополитомъ) кого либо изъ освобождаемыхъ священниковъ въ несоблюденіи этихъ пунктовъ, и представитъ доказательства, то обязываюсь дѣлать всегда надлежащее удовлетвореніе; 4) если кто изъ освобождаемыхъ священниковъ заявитъ претензію къ русскому войску, то обязуюсь доставить таковаго немедленно.599 Какъ трудно было Володковичу исполнить эти условія, видно изъ того, что въ томъ же письмѣ, въ которомъ Ширковъ извѣщалъ его о разрѣшеніи освободить уніатовъ на этихъ условіяхъ, онъ въ припискѣ дружески же (prout bonus amicus) совѣтуетъ ему удержаться отъ фанатическаго отношенія къ священникамъ, принимавшимъ православіе.600 Володковичъ написалъ было какую-то расписку, но Ширковъ не могъ ея принять, исправилъ по-своему, послалъ къ Володковичу и, желая поскорѣе освободить заключенныхъ, предложилъ вручить новую расписку посланному офицеру, которому поручалъ затѣмъ выпустить уніатовъ изъ Бердичева.601 Но Володковичъ не подписалъ расписки и теперь. Онъ предпринялъ новыя мѣры освободиться отъ предложенныхъ ему условій. Объ этомъ онъ самъ разсказываетъ въ своемъ донесеніи папскому нунцію. «Сынъ Карвицкаго, хранителя большой печати польскаго королевства, подвигнутый просьбами его, митрополита, и сановниковъ кіевскаго воеводства, принялъ на себя обязанность делегата къ главнокомандующему русскаго войска (Румянцеву) и, возвратившись оттуда, извѣстилъ меня, что ѣздилъ къ генералу Ширкову по дѣлу объ освобожденіи заключенныхъ, и пригласилъ меня лично явится въ Дубно, въ которомъ теперь пребываетъ Ширковъ. Я немедленно отправился въ Дубно и, найдя тамъ Ширкова, возобновилъ мои постоянныя по долгу человѣколюбія просьбы (объ освобожденіи заключенныхъ). Означенный генералъ показался теперь болѣе склоннымъ къ освобожденію ихъ (чѣмъ прежде), однако старался обратить въ ничто наше выжиданіе этого освобожденія тѣмъ, что требовалъ, чтобы я подписалъ расписку въ томъ видѣ, въ какомъ я сообщилъ вамъ въ прежнемъ моемъ письмѣ изъ Радомысля. Но при Божіей помощи, при посредствѣ сіятельнаго князя Сангушки, при настойчивомъ заступничествѣ другихъ сановниковъ, гостившихъ у Ширкова, и благодаря другимъ, счастливо принятымъ мѣрамъ, генералъ этотъ наконецъ принялъ расписку въ той формѣ, какая находится въ приложеніи къ этому донесенію и далъ приказъ освободить заключенныхъ», за которыми Володковичъ послалъ уже, и около 12 октября, когда писано было это донесеніе, ожидалъ ихъ со дня на день.602 Этой новой расписки мы не нашли, но и въ ней Володковичъ долженъ былъ, какъ сейчасъ увидимъ, принять главнѣйшее условіе, чтобы уніаты не возвращались на отнятые у нихъ приходы.
Не одна угодливость Ширкова, не одна правдивость или гуманность Румянцева и не одно корыстолюбіе секретаря русскаго главнокомандующаго направляли ихъ дѣйствія въ пользу уніатовъ и въ подрывъ успѣховъ православныхъ правителей. Уніаты, какъ люди, подобно полякамъ, привыкшіе къ широкой общественной дѣятельности, не ограничились тѣмъ, что дѣйствовали на ближайшихъ русскихъ силою ходатайствъ большихъ пановъ, силою женщинъ или подкупами. Въ то же самое время они дѣйствовали и на болѣе широкомъ и болѣе опасномъ для православной Украины поприщѣ. Еще въ началѣ 1773 года Володковичъ написалъ къ королю письмо съ мольбой защитить уніатовъ.603 Папскому нунцію въ Варшавѣ посланъ былъ списокъ заключенныхъ и изгнанныхъ изъ приходовъ уніатскихъ священниковъ съ просьбой – напечатать этотъ списокъ и для возбужденія ревности раздать съѣзжавшимся тогда членамъ королевскаго совѣта. Возбуждать ревность предполагалось не въ однихъ членахъ совѣта.604
Примечания
521 Арх. ун. м., № 64–0, подлинникъ или копія, не можемъ сказать, не зная руки Зражевскаго.
522 Арх. ун. м., связка № 441– копія, писанная польскими буквами. Есть извѣстіе, что въ Погребыще созывалъ духовенство самъ Переровскій. Тамъ же, связка № 451.
523 Тамъ же, копія, писанная польскими буквами.
524 Тамъ же, № 934., жалоба на это № 84.
525 Тамъ же, связка № 451, коллективное письмо пяти священниковъ фастовскаго благочестіе, отъ 2 октября 1772 г.
526 Арх. св. син. д. 1772, № 327, л. 29 на оборотѣ, № прошенія 6. Сохранилось, какъ мы видѣли выше, его приглашеніе (отъ 11 февраля 1773.) и сколькимъ священникамъ явиться въ Бѣлую-Церковь, чтобы оттуда съ нимъ ѣхать въ Переяславль. Арх. ун. м., № 640.
527 Арх. ун. м., № 934.
528 Тамъ же, кн. Л. XII, жалоба свящ. Саввы Войницкаго.
529 Тамъ же, жалоба свящ. Іоанна Сѣнкевича.
530 Тамъ же, жалоба Ильи Чекавскаго.
531 Арх. св. с. д. 1772, № 327.
532 Арх. ун. м., кн. Г. IV, № 151.
533 Тамъ же, связ. № 451.
534 Тамъ же.
535 Арх. ун. м., кн. Л. XII.
536 Арх. ун. м., связка № 451, письмо къ Потоцкому его комиссара, отъ 14 августа 1772 г.
537 Тамъ же, № 641 по общ. нумераціи. «Тенчинской двуротной команды капралу Леонтію Федорову. Командированъ ты въ силу повелѣнія главной команды для отобранія благочестивымъ священникамъ епархіальныхъ церквей Клевановки и Нестареварки (Нестарой вербки), по пріѣздѣ ж тебе въ оные села призвать уніатскихъ священниковъ, безъ всякой обиды и наглости и излишнихъ приметокъ (прижимокъ) отобрать отъ нихъ церковныя ключи и отдать благочестивымъ священникамъ оныхъ селъ Іліи Хоревскому и Григорію Гипецкому, въ ихъ ведомость, и притомъ призвать тамошнихъ селъ правителя, войта или старосту и подстаростева кто есть, и объявить имъ, дабы впредь отъ сего постановленія, какъ и прежде была благочестивая вера, такъ и до скончанія века, неминуема быть можетъ безъ нарушенна установленнымъ закономъ, въ таковомъ учрежденіи воля есть ея императорскаго величества, а если кто оное установленіе можетъ нарушить или бунтъ начнетъ делать и людей къ бунту приводить, въ таковомъ случае неминуемо военною рукою взятъ будетъ подъ караулъ и по законамъ наказанъ будетъ и къ единовѣрнымъ съ нами въ томъ селе жителямъ по собраніи всѣмъ объявить, притомъ же, ежели кто отъ кого услышитъ (что) можетъ начати и бунтъ, и возмущеніе, то тотчасъ объявить тамошнему священнику благочестивому, а онъ по команде объявить можетъ мне, притомъ же еще упомянуть неостались (на остатокъ), чтобъ уніаты и католики въ сей вѣрѣ православной простой народъ не возмущали и ихъ бы (по) одноверіе (и) съ нами на то не послушали. Таковымъ раствердить крепко къ понятію той вѣры, что сила и помощь къ защищенію заключается (?). И по отобраніи оныхъ церквей по реестру переписать, что въ оныхъ имѣется утвари, а уніатскихъ поповъ взять подъ караулъ и представить къ уманскимъ комендантскимъ деламъ, и по справленіи онаго слѣдовать съ протопопомъ Василіемъ Мокрицкимъ для осмотру реченной протопопіи православныхъ церквей. На подлинномъ подписано было такъ: Дня 3 Марта 1773 года капитанъ Данила Маловъ въ благополучномъ местечке Умане.»
538 Тамъ же, кн. Л. XII; кн. Г. IV, № 151; по общей нумераціи № 122.
539 Тамъ же, кн. 73, № 123.
540 Тамъ же, кн. Г. IV, № 151.
541 Арх. св. с. д. 1772, № 327, л. 28, прошен. № 5.
542 Арх. ун. м., кн. Л. XII.
543 Тамъ же, жалобы уніатовъ уманскаго благоч. № 21.
544 Тамъ же, жал. ун. животовскаго благочинія № 1.
545 Тамъ же, № 9.
546 Указаніе на то, что латинское причастіе слишкомъ тонко или на то, что уніаты не приготовляютъ обычныхъ просфоръ, а цѣлый хлѣбъ.
547 Глумленіе надъ пріобщеніемъ мірянъ подъ однимъ видомъ. Арх. ун. м. кн. Г. IV, №151, §3.
548 Тамъ же, кн. Л. XII, жалоба Славинскаго.
549 Уніаты партіи Володковича объясняли свои бѣдствія, между прочимъ, тѣмъ, что партія Шептицкаго и во главѣ ея Примовичъ и Любинскій за одно дѣйствуютъ съ духовными, православными правителями, что они-то главные виновники всего зла. Арх. ун. м., кн. Г. IV, № 156– второе письмо Сушицкаго. Вѣроятно, участіе Володковича и его партіи въ барской конфедераціи было главною причиною всей бѣды ихъ, и партія Шептицкаго этимъ воспользовалась.
550 Тамъ же, кн. Г. IV, № 143, приложеніе № 12.
551 Тамъ же, № 1005 (общей нумераціи) – письмо изъ Житоміра отъ 2 января 1773 г.
552 Тамъ же, кн. Г. IV, № 151, а также связка № 451–коллективное письмо 5 ун. свящ. отъ 2 октября 1772 г.
553 Тамъ же, кн. Г. IV, № 154.
554 Арх. ун. м., № 1005. Войнарскій пріѣзжалъ дѣйствительно, по другому уніатскому извѣстью. Тамъ же, кн. Г. IV, № 156.
555 Арх. ун. м., связка № 451.
556 Тамъ же, кн. Г, IV, № 154.; кн. 73, № 123.
557 Тамъ же, связка 451.
558 Эту линію мы провели на основаніи уніатскихъ извѣстій, какія еще благочинія остались у нихъ. Арх. ун. м., связка 451–письмо Сушицкаго, отъ 26 февраля 1773 г., письмо Скульскаго – отъ 6 марта того же года.
559 Тамъ же, письмо Турчиновича, отъ 5 марта и письмо Скульскаго.
560 Тамъ же, кн. Г, IV, № 142 – донесеніе Примовича.
561 Арх. св. съ., д. 1772 г., № 327–конецъ прошенія.
562 Стр. 330–331 по изд. 1866 г.
563 Арх. св. с., 1772 г., № 327, л. 22.
564 Тамъ же, л, 35.
565 Арх. св. с., д. 1772 г., № 327, л. 15–16.
566 Тамъ же, л. 17–37.
567 Тамъ же, л. 17.
568 Тамъ же, л. 29, на оборотѣ.
569 Тамъ же, л. 64.
570 Тамъ же, л. 68.
571 Тамъ же, л. 17.
572 Арх. ун. м., связка № 441–меморіалъ, данный Гуцевичу 3 февраля 1773 г., кн. Г, IV, № 156 – извлеченіе изъ письма Сушицкаго, отъ 25 февраля того же года. Вскорѣ затѣмъ, дѣйствительно состоялось рѣшеніе отнять у обезумѣвшаго Володковича митрополичью власть. См. ниже, стр. 160.
573 Арх. ун. м., кн. 73, № 142.
574 Арх. св. с., д. 1772гъ., №327; 6 приложеніе къ прошенію; Арх. ун.м., кн. Г, IV, №156 – извлеченія изъ писемъ Сушицкаго, отъ 25 и 27 Февраля 1773 г.
575 Арх. ун. м., кн. Г, IV, № 154; Науков. сборн. Галицко-руск. матицы, вып. III и IV, стр. 274.
576 Арх. ун. м., кн. Г, IV, № 156.
577 Тамъ же, №154.
578 Тамъ же, кн. Л, XII – жалоба свящ. Саввы Войницкаго; кн. Г, IV, №154.
579 Тамъ же, кн. Г, IV, № 156 – извлеченіе изъ письма Сушицкаго, отъ 25 февраля 1773 г., а также № 154.
580 Тамъ же, кн. Г, IV, № 154.
581 Приписка, какъ и все письмо, писана не рукою Румянцева.
582 Арх. ун. м., № 982, а также кн. Г, IV, № 152.
583 Арх. ун. м., связка № 451 – письмо Сушицкаго къ Яхимовичу, отъ 26 февр. 1773 г.
584 Арх. ун. м., тамъ же.
585 Тамъ же, кн. Г, IV, № 156; см. также связка 451 –извлеченіе изъ писемъ Турчиновича, отъ 5 марта 1773 г.; № 1005 (общій нумер.), письмо изъ Житоміра, отъ 2 января того же года.
586 Пребываніе Володковича на Волыни неспоримо съ мая, когда онъ переписывался съ Ширковымъ и его женой.
587 Арх. ун. м., связка 451–письмо Сушицкаго, отъ 26 Февраля.
588 Тамъ же, кн. 73, № 123.
589 Арх. ун. м., № 1003 – письмо Ширкова, отъ 28 іюня, подлинникъ.
590 Тамъ же.
591 Тамъ же, связка 441.
592 Тамъ же, № 760.
593 Арх. ун. м., кн. Л, XII, съ № 636 по 661.
594 Поименованы: Гуранда, Переровскій, Войнарскій, Зражевскій, Линскій, Стурскій, Мокрьцкій, Мартвинскій, Голоскевичъ, Камарницкій, Андреевскій.
595 Тамъ же, № 931, по общ. нумерации.
596 Арх. ун. м., печатн. брош., № 22.
597 Тамъ же, рук., № 934.
598 Тамъ же, связка № 441.
599 Арх. ун. м., связка 451.
600 Володковичъ въ письмѣ къ солтановскому священнику, доставленномъ Ширкову, угрожалъ этому священнику за отступленіе отъ уніи гнѣвомъ Божіимъ и казнью. Арх. ун. м., связка № 441.
601 Тамъ же, №1005.
602 Арх. ун. м., связка № 451.
603 Тамъ же, №958.
604 Тамъ же, связка № 441 memoryal Hucewiczowi, отъ 3 февраля 1773 г. Уніаты хлопотали, чтобы напечатано было 50 экземпляровъ на латинскомъ языкъ и затѣмъ еще 50 на польскомъ.