III. Ольгерд и Кейстут. 1341-1377 (часть 2 из 3): современная орфография
III. Ольгерд и Кейстут. 1341-1377 (часть 2 из 3). С. 108-132. Текст в современной орфографии.
Под 1377 годом Ваганд из Марбурга рассказывает с заметным смущением историю похода крестоносцев на Литву он невольно должен признать, что во время этого похода крестоносцы нарушали по отнешению к Кейстуту правила рыцарской чести, между тем как литовский князь вел себя в этом отношении безукорнзненно, В этом году, крестоносцы, пользуясь большим приливом в Пруссию военных гостей, собрали сильный отряд конницы и предприняди набег дадеко в гдубь Литвы. В четыре дня они быстрыми переходами миновали Тракай и приблизились к Вильнюс, Между тем Кейстут выступил из Тракая и стал угрожать в тыду их войска. Находясь в таком положении, обе стороны желали п ковчить дело миром; с этою целью и состоялось свидание Кейстута c's маршалом Орденаф они заключили перемирие и Кейстут угощал радушно в своей палатке маршала и зпакомых рыцарей, между тем передовой отряд крестоносцев достиг Вильнюса 1 овладел предместиями этого города. „Поступок этот показался язычникам бесчестным" сознаегсН при этом летописец Ордена,. Маршал поспешил извивиться неведением и возобновил перемирие, Кейстуг же в знак дружбы снабдил крестоносцев хлебом и медом, но на следующий день добрые огношения опять были нарушены, крестоносцы, несмотря на принятое обязательсгво, сожгли и разграбили одно из Виленских предместий, Это сильно опечалило маршала, знавшего, зто Литовцы отомстят за вероломство; действительно Кейстут прекратил подвоз провиявта, а Витовт уничтожил все припасы на обратном пути немцев, так что, томясь голодом, остатки их рати едва доплелись до своих границ 209.
Бывали впрочем и такие случаи, когда крестоносцы не уступали Кейстуту в сознании рыцарского долга, Так, в 1380 году, когда Ягайло заключил тайный договор с Орденом, имевший целью лишить удела и власти престарелого Кейстута, то Остеродский командор, Августин фон Либенштейн, счел долгом предупредить его о состоявшемся заговоре 210.
Вот черты, которыми современные источники рисуют характеры Ольгерда и Бейстута, очевидно это были типы совершенно противуположные, и потому именно замечательно пополнявшие друг друга но всех отношениях, не удивительно, если при тесной дружбе и солидарности их между собою, они могли успешно и всесторонне продолжать дело государственного роста и устройства великого княжества Литовского, начатое мощною рукою Гедимина.
Первый существенный политический шаг, сделанный по соглашению обоих братиев, состоял в восстановлении великокняжеской власти и в подчинении ей разрозненных литовско-русских уделов, Факт этот случился в начале 1345 года.
Для осуществления своей цели братья решились овладеть отцевскою столицею и тянувшим KL пей уделом Евнутия, составлявшим, при Гедымиве непосредственное владение великого князя, Поводы нападения па Евнутия одна летопись поясняет следующими словами: „Ёвнутий не бяшеть храбр, а держит стольный град Внльно“. Другая летопись еще явственнее обозначает цель, к которой стремились Ольгерд и Кейстут, по ed словам они жедали, чтобы „братии всей послушну быти князя великого Ольгирда“ 211. Обстоятельства сами указали безотложное время переворота. В начале 1345 года в Прусеию явилось необыкновенно многочисленное стечение воевных гостей: два вороля иоанн Чешский и Людовик Венгерский, герцоги—Бургундекий и Бурбон, графы Голландии, Нюрнберга и Шварпбурга, Моравский герцог Карл Люксембургский (будущий император Карл IV) прибыли с сильными военными отрядами на помощь крестоносцам 212; очевидно предполагавшаяся весною кампания должна была принят весьма грозные размеры и Литовские князья принуждены были поспешить с подготовкою необходимых мер для защиты. Притом в это именно время, по сведениям Литовской летописи, скончалась вдова Гедимина, княгиня Евна, жившая в Вильнюсе при Евнутие и, вероятно, охранявшая его от других братий своим авторитетом 213. Ольгерд и Кейстут решились приступить ке выполнению своего замысла; они условились действовать совместно в один, вперед обозначенный, день; но Ольгерд, по свойственной ему осторожности не явился к условленному сроку 214 и предоставил ведение дела Кейстуту; он придвинулся только из Витебска в Крево а здесь выжидал известий об исходе предприятия, Между тем Кейстут в условленный день двинулся из Тракая и в один переход достиг Вильнюс, на рассвете в зимнюю морозную ночь он занял столицу и овладел без сопротивления двумя, охранявшими ее, замками, Яввутий полураздетый, без обуви выбежал из города и укрылся в Турьих горах, окружающих Вильнюс; здесь он отморозил ноги, был задержав и обратно отведен в город, Кейстут заключил его под стражу и отправил гонца в Крево звать Ольгерда на великое княжение, между тем народонаселение Вильнюс и Виленского удела подчинилось добровольно Кейсгуту; пригороды и замки отворили ему ворота охотно 215. После прибытия Ольгерда в Вильнюс, он был возведен Кейстугом на великокняжеский стол и братья заключили между собою договор, который летописи передают только в общих чертах: главныл услоRiа его состояли в следующем: все братья должны повиноваться Ольгедеру, как великому князю и верховному распорядителю их уделов; Ольгерд и Кейстут обязаны сохранять между собою тесный союз и дружбу, в случае приобретения общими силами новых земель или городов, они обязаны делить их по ровну; наконец, Лвнутию, в вознаграждение за Вильнюс, назначается в удел Заславль Литовекий один из бывших Полоцких пригородов 216.
Установленный вследствие этого договора распорядок великого княжества Литовского не встретил серьезного сопротивления, только два Гедиминовича: Евнутий а Наримунт оказались им недовольны, но они не нашли опоры для протеста внутри Литовского государства и потому попытались искать ее вне его пределов, Евнутий, не ожидая окончания переговоров Кейстута с Ольгердом, успел ускользнуть из под стражи, „перевержеся через стену“ и убежал в Смоленск, а оттуда в Москву, здесь он был крещен в православие великим князем Симеоном, под именем Иоанна, но помощи для восстановиения своих прав не получил; он должен был примирвться с братьями и уже два года спустя покойно жил в своем Заславльском уделе 217. Также негдачна была попытка Наримунта, искавшего напраспо помощи в Орде, примирившись с братьями, он грайгалея под их знаменами с крестоносцами и в 1348 году пал HL несчаствой для Литовцев битве па берегах реки Стравы 218.
Народонаселение великого княжества Лиитовского Не имело повода поддерживать реакцию князей, недовольных установившимся порядком вещей. При совместном господстве Ольгерда и Кейстута 219, оба наель элемента, входившие в состав великого княжества, -Русский Дитокский, находили для себя удовлетворение и каждый из них име л представителя в одном из братьев, пользовавшихся верховною властью в государстве, Поэтому Ольгерд и Кейстут, we опасаясь внутревних раздоров, могли свободно приступить KB устройству внешних отношений великого княжества.
Непосредственно после восстановления великокняжеской власти Ольгерд и Кейстут приняли меры длл отражения грозившего Литве крестового похода. Крестоносцы и их военные гости вступили в на. чале 1345 года на литовскую территорию и осадили одву из пограничных крепостей, Между тем литовские князья, собрав все свои силы, вышли им на встречу, рядом ложных маневров и подсылкою обманчивых известий они успели убедигь магистра в том, что они намерены ворваться в Прусскую область Самбию, на военном совете крестоносцев решено было оставить осаду крепости и отправиться в Самбию на встречу Литовцам, Но пока исполнялось это передвижение, литовские князья переменили направление своего похода, быстро двинулись в Ливонию и страшно опустощили эту область; магастр попытался было разорить в отыщение. соседний с Самбиею ли-. товский округ, но и здесь он испытал неудачу, движение его было предугадано, жители укрылись в леса и крестоносцы в течении десяти дней напрасно бродили по пустынной местности, не встретив ни одного язычника, наступившая затем оттепель принудила их возвратиться в Пруссию, Таким образом грозрый крестовый поход кончился полною неудачею, участвовавшие в походе: короли Чешский и Венгерский, другие знатные гости, равно как и начальствовавшие лида Ордена обвинили магистра, в легкомыслии и даже заподозрили его в измене; ему поставлены были в вину как неудача похода, так и бедствия, постигшие Ливовию. Вследствиие этого, магистр Людольф Ккёвиг, несмотря на многолетние заслуги, был отстрацев от должности, призван умодомешанным и заключен в замок Энгельсберг, где вскоре и скончался, на его место избрав. был новый магистр Геврих Дусемер 220. Людольф Кёвиг принесен был в жертву тому чувству досады, которую испытывали крестоносды вслед. ствие бесплодного исхода предприятия, подготовлявшегося в течении нескольких лет и долженствовавшего нанести решительный удар литовской самостоятельности; настоящая причина неудачи заключалась конечно не в ошибках магистра, а в той силе, которую приобрело вновь Титовское государство вследствие переворота, совершенного Ольгердом и Кейстутом, Новый магистр понимал хорошо значение этого переворота п потому он переменил метод ведсния войны с Лятвою. Потерлв надежду на быстрый исход борьбы, крестоноецы отказываются теперь от решительных многолюдлых походов, но за то рассчитлвают на возможность, посредством беспрестанной, мелочной, партиз.нской войны, исчерпать постепенно силы великого княжества и овладеть его территориею враздробь и исподоволь; вследствие такого плана действий, Генрих Дусемер и его наследники возводят густой ряд крепостей вдоль литовской границы, стараясь выдвинуть каждое повое укр епление по возможности дальше на литовскую территорию 221; затем, опираясь на эти крепости, они предпринимают из них беспрестянные небеги на близлежащие литовские окрути волости, стараются опустошить их совершенно. истребить села, стада и жатвы, овладеть движимым имуществом, угнать в плене или предать мечу народонаселение, расчатывая овладеть потом без CO противления краем, обращённым в пустыню.
Набеги с таким характером предпринимаются беспрерывно: принимая в рассчет только более крупвые, те, подробности которых записаны в летописях Ордена, мы насчитываем до 70 походов на Литву со стороны прусских крестоносцев и более 30 co стороны Ливонии в промежуток времени 1345—1377 год; если в течении этого времени встречаются редкие годы отдыха, когда лето писи умалчивают о походах крестоносцев на Литву, за то в друrie годы сведения о них бывают особенно многочисленны. Так под 1362, 1367, 1375 и 1377 годёми летописцы помечают от 4 до 8 походов в год. Обыкновенно главные силы Ордена под начальством магистра, маршала или генерального командора Ордена предпринимали не менее двух походов в каждую зиму 222;и по есла в Пруссию являлись особенно почетные гости, то Bb честь их назначался еще один, прибавочный поход 223, Кроме этих главных походов, командоры пограничных прусских и ливонских округов, коменданты порубежных крепостей, фохгы немецких городов при первом удобном случае, врывались с небольшими отрядами в Литву и опустошали по возможности больший участок террвтории. Сверх того, помимо регулярных сил Ордена, по инициативе более предприимчивых рыцарей, собирались толпы охогняков и более или менее крупоными отрядами отправлялись на разбой за литовскую границу, отряды эти, не стесняясь ни общими планами действий, начертанными начальниками Ордена, ни перемириями, которые Орден заключал но времеmаmа с Литвою, причиняли безнощадные разорения, насилия и грабехе. Рыцари вазывали эти отряды „воровскими“ или „разбойничьими (latruncali, jatrones) и Орден не принимал на себа ответсвенности за их действия, хотя не препятствовал организации отрядов в своBEG владениях и при случае оказывал им деятельную помощь 224.
Предпринимались ли набеги (reysa) крестоносцев главными сизами Ордена, ответственными его начальниками, или воровскими отрядами охотников, они всегда носили один и тотже характер: вообще набеги эти были непродолжительны, никогда крестоносцы не оставааuсh долее 10 дней на литовской территории, иногда проводили на ней только одну ночь, Летописцы Ордена сообщают малейшие подробноств об этих „рейзах“, определяют точно количество дней и ночей, проведенных крестоносцами на литовской земле и помечают МВСТности, в которых они останавливались для ночлега (sovalk)— затем обыкновенно следует перечень опустошенных волостей и разоренных сел и дворов 225, Рейзы предпринималисе по преимуществу отрядами копвицы, но ипогда, для того, чтобы удобнее скрыть свой набег, рыцари отправлялись пешком, садились в лодки и судна ими, подымаясь вверх по течению Немана и его притоков, внезапно появлялись среди Литовской области, не ожидавшей их прихода 226. Вообще, главное условие успеха рейзы состояло в том, чтобы застать Литовцев неожиданно, в расплох, описывая каждый поход, летописцы Ордена помечают это обстоятельство227, Если рыцари успевали явитьСi в известную местность неожиданно, и заставали народонаселение на местах жительства, то они разделяли свое войско на несколько отрядов, для того, чтобы охватить одновременно возможно большее количество населенных местностей, подробно исчислевных в топографических заметках (Wegeberichte), составленных по распоряжению магистров Ордена 228. Затем, все захваченные села, дворы, гумна и постройки предавались пламени, жителей частью истребляли мечем, частью угоняли в плен. При этом на главную причину, по словам крестоносцев, войны с Литвою, на обращение язычников в христианство на деле рыцари не обращали вовсе внимания, Среди многочисленных перечней перебитых и угнанных в плен Литовцев, летописи совсем умалчивают об их крещении. Раз только Вuганд из Марбурга, описывая осаду крепости Велоны в 1348 г., рассказывает, что жители, сдавшиеся на капитуляцию крестоносцам, были ими крещены, но при этом он заявляет сомнение в пользе этсй меры229 Bo всех других случаях крестоносцы предпочитали стремиться к истреблению язычества, путем истребления и угона в рабство язычпиков. Кроме народонаселения рыцари угопяли также в Пруссию многочисленные стада волов Ww лошадей, Wm высоко цениля этого рода добычу; летописи обыкновенно заключают поветствование о рейзе перечнем угнанных рабов, лошадей и быков230.
Если народонаселение литовское было предупреждено о набеге крестоносцев, то жители сел укрывались с семьями и имуществом в лесные пущи и болота; крестоносцы в таком случае жгли пустые села, затем старались окружить часть леса и, поступая по правилам охоты на диких зверей, постепенно сдвигали круг к середине, убивая всех, попавших в него Литозцев, иногда они не встречали никого внутри облавы, иногда же они отыскивали таким образом народонаселение, спасавшееся из вескольких сел и истребляли беглецов поголовно без различия пола и возраста; бывали и такие случаи, когда часть крестоносцев, участвовавших в облаве, в свою очередь попадала в засаду и погибала от меча Литовцев231.
Для того, чтобы иметь свободный простор для набегов, EpecToносцы старались не дозволять Литовцам укрепить границу их владеиий; они упорно осаждали и старались разрушать все укрепления и замки, воздвигаемые Литовцами на порубежной черте232. Главные уселия обеих сторон сосредоточивались в этом отношении на весьма важной стратегической местности, именно на городе Каунасе. Город этот, построенный на устье Вилии в Неман, господствует над нижним течением обеих названных рек; со стороны прусской границы он прикрывал Тракай, Укмерге и Вально и более заселенные округи тянувшие к этим городам, притом, находясь на вершине угла, который образовывала прусская граница, врезывавшаяся клином в глубь литовских земель, он служил для Литовцев центральным стратегическим пунктом, где они сосредоточивали свои военные силы, которые могли, с раввым удобством, смотря по надобности, выдвигать и к северозападу для охраны Жмудя и к мгозападу для прикрытия собственной Литвы и порубежной с нею Черной Русси, Это значение Каунаса понимали Литовские князья и потому озаботились сильно укрепить этот город; они окружили его каменною стеною и построили замок, вооруженный крепкими каменными баптнями. Крестоносцы много раз покушались овладеть этим городом, пока, наконец, в 1362 году магистр Вннярих фон Книпроде решилса разрушить его во чтобы ни стало, собрав все силы Ордена, призвав на помощь Ливонских рыцарей и многочисленных иностравных гостей, он два месяца осаждал Каунас no всем правилам военного искуства того времени, крестоносцы окружили зачок рвом и палисадом, разрушили ограду стенобитными машинами, несколько раз ходили на приступ, пока, наконец, успели овладеть развалинами замка, Гарнизон литовский, защищавшийся с замечательною стойкостью, почти весь погиб во время осады; находясь в последней крайности, начальник крепости Войдат Кейстутович приказал разрушить подкопами остатки башень и стен, зажег деревянные постройки и с последними защитниками Каунаса понытался пробиться сквозь лагерь крестоносцев, при этом он взят был в плен с остатками гарнизона, состоявшими только из 36 человек233 Впрочем победа эта не принесла Ордену существенной пользы: уже в следующем году Литовцы построили, несмотря на сопротивление рыцарей, рядом с бывшею крепостью, другую новое Каунас; крестоносцы разрушили и это укрепление, но оно опять было возобновлено 8 в 1376 году оно считалось уже столь сильною крепостью, что магистр не осмелился предпринять его осаду 234.
В борьбе с крестоноецами Литовцы заимствовали у них способ ведения войны: за разорение литовской территории и разрушение литовских крепостей они отплачивали разорением прусских областей и разрушением орденских замков. Литовские набеги были относительно реже: один, не более двух в год, В предожении времени с 1345 по 1377 год летописи насчитывают только 31 поход Литовцев на Пруссию и 11 походов на Ливонию; га то литовские набеги предпринимались обыкновенно с гораздо более значительными силами, чем набеги крестоносцев и охватывали гораздо большие пространства территории, Разница в численности нападавших отрядов зависела не столько от превосходства сил литовских, сколько от степени относительного благоустройства обеих стран, Крестоносцы за литовским рубежем попадали в страну жидко населенную и много раз ими же опустошенную, иногда несколько дней приходклось им идти по лесной пуще (desertum), в непроницаемых дебрях которой укрывалось от них население, жители, убегая из редких сел, прятали съестные прицасы л угоняли скот в лесные убежища, отряды врестоносцев, не могли кормиться на месте и должны были возить за собою обозы с прицасами, Нередко литовцам удавалось уничтожать склады провианта, устраиваемые рыцарями в определенных стоянках и назначенные для продовольствия армии во время обратного движенияу в таких случаях крестоносцы нередко погибали с голоду в литовских лесах, Между тем обозы сильно замедляли походы, условием удачи которых быда быстрота движения для обоза приходилось каждый раз ввовь прокладывать дорогу в пуще, которую каждый раз, вслед за проходом неприятельского войска, Литовцы портили, заваливали бревнами, перерезывали рвами и T. д,, Вследствиие указанных условий крестоносцы предпочитали действовать, небольшими отрядами и врывались в Литву на короткое время, не требовавшее значительных запасов провианта, Напротив того, Литовцы, пройдя, за прусский рубеж, попадали в страну лусто населенную, в прусских мызах, деревнах и городах многочисленНаd армия могла легко найти пропитание; пратом передвижение было значительно облегчено хорошим состоянием путей сообщения, Леготописи Ордена, воздавая похвалы своим магистрам, обыкновенно упомипают заслуги, оказанные ими для края в этом отношении, и перечисляют устроенные ими дороги и построенные мосты, Находя, таким образом, в Пруссии удобные условия для передвижения н прокормления более численных отрядов войска, „иитовцы были притом поставлены в необходимость удерживаться от вторжений в Прусгию мелкими отрядами, Вследствие правильного военного устройства, строгой дисциплины и регулярного устройства и распределения военных средств, крестоносцы были в состоянии в непродолжительпое время сосредоточить значительпые силы для отражения набега; и погому Литовцы подвергались значительной опасности, в случае, если предпримали нападсние с незначительными силами.
Ворвавшись в прусскую территорию, Литовцы поступали точно также как крестоносцы в Литве; они выжигаля села и предместья городов, разрушали неркви и монастыри, уводили в плен народонаселение, угонали стада волов и лешадей235 и т.п. В случае, если поход был удачен, они на границе, до выхода из прусской области, сожигали в качестве благодарственной жертвы богам некоторую часть добычи и одного из пленных рыцарей236. Если во вреия похода Литовцы располагали более значительными силами, то они ОВзадевали замками крестоносцев, сжигали их и опрокидывали стены - и башни “237; они успели перенять у крестоносцев все приемы осаднего искуства того времени и применяли их весьма успешно, так, во время борьбы за обладание Каунасом (Ковном), когда магистр Винрих от Книпроде построил на развалинах Нового Каунаса крепость Готтесвердер, которую крестоносцы особенно тщательно укрепили и снабдили многочисленным гарнизоном и обильным провиантом, то Литовцы ее немедленно осадили, заметаля ров, построили 18 стенобитных машин и подвижных башень и в течение пяти недель повели столь успешно осадные работы, что гарнизон принужден был сдать крепост, которая и была разрушена до основания 238.
Такую картину мелкой, беспрерывной, партизанской войны представляет борьба крестоносцев с Литвою в течение тридцатилетнего княжения Ольгерда, бесчисленный ряд набегов и стычек, более или менее опустошительных и кровопролитных, не приводит ни к какому окончательному результату и не дает возможности предвидеть исхода борьбы даже в тех случаях, когда противники решаются сразиться с силами относительно более многочисленными, так, два поражения, нанесенные крестоносцами Литовцам в 1348 году на берегах реки Стравы и в 1370 у Рудавы, которым летописцы Ордена придают значение решительных битв, были только более крупные стычки, не оказавшие ни малейшего влияния на последовавший ход войны. Первая из них, в которой пал Наримунт Гедиминович, прославлена была орденскими анналистами как решительНаd победа, стоившая будто Литовцам около 20,000 людей; между тем из слов современного документа мы знаем, что в битве принимал участие незначительный только отряд крестоносцев, в 800 человек, и что после этой, будто решительной, победы, рыцари не предприняли сколько нибудь важного военного движения и нисколько не раздвинули пределов принадлежавшей им области 239.
Другая битвау Рудавы произошла вледствие удачной попытки крестоносцев отразить один из литовских набегов, она кончилась стычкою передовых отрядов обеих армий, после которой Литовцы, потерявшие около 1000 человек в битве, отступили в беспорядке к своей гравице, крестоносцы же, понесшие также чувствительные потери (в битве пал маршал Ордена, Геннинг фон Шивдекопф и три командора), должны были воздержаться от преследования отсупавших 240.
Наконец, единственный более важный поход, предпринятый кре. стоносцами 8% глубь Литвы в 1365 году, не привел к решительНМЕ последствиям и имел значение обыкновенной „рейзы“, предпринятой лишь в более крупных размерах. В этом году крестоносцы решились отступить от обыкновенной своей тактики, благодаря представившейся им, по-видимому, возможности найти поддержку внутри самой Литвы: они нашли союзника в среде литовской княжеской семьи. Один из сыновей Кейстута-Бутав, вследствие неизвестных нам побуждений, вошел в сношения с крестоносцами и залвил готовность принять крещение и вступить в союз с Орденом; узнав об этих переговорах, комендант Биленского замка, боярин Дирсуне, отличавшийся непримиримою враждою к немцам241 и преданностью Кейстуту, арестовал Бутава и заточил его в одну из пограничных крепостей, впредь до дальнейшего распоряжения Кейстута; но, до приезда последнего, другой боярин, Сурвилл, служивший посредником в сношениях Бутава с крестоносцами, напал на крепостцу, хитростью овладел ею и освободил пленного князя, они немедленно бежали за прусскую границу в сопровождении только нятнадцати слуг. Коммендант крепости Инстербурга принял беглецов с большими почестями и проводил их к магистру; затем в Кенигсберге, в присутствии знатвых иноземных гостей, с боль. ным торжеством совершен был обряд крещения над Бутавом, принявшим имя Генриха, и над его товарищами; вслед за тем, рассчитывая, вероятно, на подлержку со стороны партии, преданной перебежавшему князю, магистр объявил большей поход на Литву и распорядился снабдить армию месячным запасом нровиавта. Руководимое Бутавом войско крестоносцев вступило в Жмудь HB опустошило земли по течению рек Невяжы и Святой, и, миновав Укмерге, подстудило к Вильнюс, начальник города, вызванный магистром для переговоров, отказался сдать крепость; между тем не только никто из Литовцасе не принимал стороны Бутава, но из его малочисленной свиты четыре человека ушло к Литовцам, магистр убедился в несостоятельности надежд, возлагавшихся им на литовского князя и быстро отступил в свои пределы, пробыв только 13 дней на литовской территория, Вслед за тем Бутав оставиз владения Ордена и поступил на службу к германскому императору, пожаловалдшему ему в лен земли с титулом герцога, с этим титулом летописи упоминают о нем до 1377 года. 242 Указанные подробности борьбы крестоносцев с Литвою во второй половине XIV столетия доказывают в общей сложности, что силы обеих боровшихся сторон находились в данное время в равповесии, как ни интензивны были усилия Ордена, они не достигали предположенной цели и только исчерпывали постепенно силы самого Ордена; ни многочисленные военные гости, ни настойчивое стремление немецкого населения Пруссии раздвинут свою территорию по направлению к востоку, ни руководство самых энергических и даровитых магистров: Генриха фон Дусемер н Винриха фон Книпроде, не могли осилить стойкого сопротивления литовцев и порубежная черта орденских владений не подвигалась ни на шаг к востоку от Немана. Всю тяжесть этой борьбы вынесло на своих плечах исключительно население литовских областей великого княжества: Жмуди и коренной Литвы; руководителем этого населения и героем борьбы с крестоносцами в течение почти полустолетия был Кейстут, с удивительною энергиею и постоянством он защищает каждую местность уrрожаемой территории, отражает на всех пунктах немецкие „рейзы“, отплачивает за них набегами на Пруссию и Ливонию, защищает свои крепости и ведет приступы на немецкие замки; он постоянно подвергается личной опасности и умеет с удивительною находчивостью увернуться из самых трудных обстоятельств, два раза он попадает в плен к крестоносцам и оба раза бежит с решишимостью, изумлявшею рыцарей до того, что они считали его побеги чудесными 243.
Между тем как немецкие летописи переполнены сведениями о похождениях -Кейстута, Ольгерд упомянается в них редко. Только в более решительных случаях он являлся на помощь брату во главе ополчений русских земель 244. Крестоносцы, с своей стороны, зная внутреннее распределение сил великого княжества Литовского, направляли всои силы исключительно против земель, населенных Литовским племенем и избегали столкновений с русскими областями великого княжества. За исключением пограничных мелких стычек Ливонских рыцарей с Полочанами и нескольких, весьма впрочем немногочисленных, набегов крестоносцев на, принадлежавший Кейстуту, Гродненский удел, мы не встречаем сведений о неприязненныхе действиях крестоносцев по отношению KG литовской Руси 245. Между тем, как армии Ордена подвигаются иногда на значительное расстояние вглубь литовских земель, опустошают окрестности Вильнюс, Тракая и т. п., отряды их никогда не появляются в Черной Руси, отделявшейся только узкою полосою Гродненского удела от земель Ордена.
Таким образом силы литовской Руси оставались свободными ¥ Ольгерд мог ими воспользоваться для того, чтобы раздвинуть пределы своего княжения присоединением к нему тех русских земель, которые не примкнули еще к одному из вновь сложившихся центроды группировки русских земель, и чтобы упрочить свое влияние на ухе сложившиеся, но более слабые группы русских владений, лежавпл вдоль восточной границы великого княжества. По отношению к Руси усилия Ольгерда сосредоточиваются на четырех важнейших итерессах: 1) Он стремится приобрести и усилить свое влияние на Новгород, Пеков и Смоленск. 2) Он поддерживает Тверских князей в споре их с ветикими князьями Московскими и вступает 8 борьбу с последними. 3) Ольгерд стремится присоединить к вешкому княжеству Литовскому области, входившие некогда в состав княжений Черниговского и Киевского, а также Подольской земли и ля достижения этой цели ведет удачную борьбу с Монголами. 4) Наконец, он поддерживает продолжительную борьбу Любарта с Польшею за наследие Галицко-Володимирских князей.
Выше были указаны отношения Ольгерда ко Пскову, возникшие еще в то время, когда он княжил в Витебске. Влияние, приобретенное Ольгердом на Псковские дела вследствие вокняжения во Пскове его сына Андрея, было непродолжительно. В 1348 году Псковичи, недовольные отсутствием своего князя, управлявшего Псковом через наместников, отказали ему в повиновении и возобновили союз с Новгородом. События эти раздражили Ольгерда: он поставлял на вид Псковичам помощь, оказанную им против немцев и упрекал их в неблагодарности: „Много моих людей погибло и коней в вашей волости“ сказал он Псковичам, и приказал задержать всех купцев Псковских, торговавших в Литве; тоже сделано было и в Полоцке по распоряжению Андрея, имущество этих гостей псковских было конфисковано и самих их оипустили только после уплаты большего выкупа, затем, в 1350 году Андрей из „Полоцкой украивы“ напал „без вести“ на Псковскую область, и „повоевал“ пограничную Вороначскую волость; неприязненные отношения Литвы ко Пскову затянулись на продолжительное времл, насколько можно предполагать по скудным летопиеным известиям, умалчивающим большую часть подробностей возникшей борьбы. В 1354 и 1355 годах Псковичи ходили с князем Остафием вогвать Полоцкую землю. В 1357 году последовало, как кажется, лримирение и во Пскове принят был на княжение некто князь Василий Будволна, вероятно в качестве Андреева наместника, но год спустя Псковичи опять ходили войною на Полоцк с князем Остафием 246, Очевидно во Пскове боролись две партии: новгородская и литовская, поочередно осиливавшие друге друга, Положение это продолжалось в течение всего княжения Ольгерда. и только в самый год его смерти (1377) Андрей Полоцкий успел восторжествовать над противниками: „князь Андрей Ольгердович прибеже во Псков и посадиша его Псковичи на княжение“ 247; из иностранного источника мы знаем, что призвание это случидось при посредстве ливонского магистра, желавшего отклонить Андрея от признания власти Ягайла и, вследствие этого, помогавшего ему усилиться в Пскове Э248.
Подебные- же отношения существовали между Литвою и Новгородом, где еще при Гедимине образовалась партия, старавшаяся посредством сближения с Литвою противудействовать возраставшему влиянию на Новгород великих князей московских, но в 1339 году влияние последних получило решительный перевес: Новгородцы должны были заключить договор с великим князем Симеоном, которому обязались дать 1,000 рублей с Новоторжской области и „черный бор на всей земле Новзгородской“ 249. В 1346 году Новгородский владыка Василий ездил в Москву „звать князя великого“. Симеон Иванович принял приглашение, приехал в Новгород, „седе на столе своем“ и, после трехнедельного посещения уехал домой, оставив в Новгороде наместников 250. Влияние Литвы было таким образом совершенно устранено, вероятно литовская партия подвергалась при этом случае оскорблениям и упрекам, знаем по крайней мере, что оскорбительные отзывы послужили Ольгерду поводом к открытию неприязненных действий против великого Новгорода, Вслед ва выездом Симеона, в Новгородскую область вступил Ольгерд с браTie; он стал на устье Пшагив Пиелонь и объявил войну великому Новгороду: „Хочу с вами битися, говорил он в послании, да, аще uu Бог похожет, хочу боронитись;, лаял ми посадника ваш Остафий Дворянинцов; назвал мя псом“. Литовцы опустошили новгородские земли но Шелони а -lyré 251, взяли окуп с Порхова и с Опоки, Новгородцы вышли было ратью на Лугу, но возвратились в город без боя, собралось вече, на котором посадники Дворанинцева обвинили в том, что он накликал войну с Литвою, и на вече же убили. Литовская партия взяла верх п вошла в сношения с Ольгердом, который немедленно удалился литовской территории 252. В следующем году Новгородцы заключили мир с Ольгердом, условия которого не дошли до нас 253, Таким образом до некоторой степени восстановлено было влияние Литвы на новгородские дела, хотя оно уступало в силе и авторитете влиянию московскому, но, во всяком случае, составляло некоторый противувес последнему, при каждом из последующих более резких столкновений с Москвою, недовольные искали точки опоры в Литве и при ее помощи старались противудействовать постепенно усиливавшемуся влиянию великих князей Московских.
Гораздо с большим успехом Ольгерд установил свое влияние в Смоленске. Княжество это, выделившееся в конце XII столетия в качестве независимого великого княжения, находилось под управлением рода Ростислава Мстиславича, сравнительно с другими русскими княжествами и землями, обособившимися после падения авторитета великих князей Киевских, Смоленск находился в весьма невыгодных географических условиях. Великое княжение Смоленское, незначительное, сравнительно, по пространству своей территории, окружено было со всех сторон землями, вошедшими в состав княжеств или гораздо более обширных и могущественных, или, по меньшей. мере, не уступавших ему в силе; вокруг Смоленского княжества простирались владения Ростово-Суздальские, Черниговские, Полоцкие и Новгородские, Смоленские границы нигде не примыкали к территории инородческой, посредством завоевания или колонизации которой, княжество это могло-бы раздвинуть свои пределы и увеличить свои средства, Многочисленные уделы, возникавшие вследствие умножения княжеской семьи, должны были раздроблять все более и более необширную территорию Смоленского княжества и таким образом ослабляли и без того незначительные его силы, Потому в XIII и XIV столети7ях, когда княжества: Владимирское и потом Московское с одной стороны и Литовско-Полоцкое с другой, усилившись до значительных размеров, устремились к собиранию русских земель, Смоленское княжество не обладало достаточными средствами для того, чтобы противудействовать давлению, направленному на него с двух сторон; слабое среди двух сильных соперников, оно старается спасти свою самостоятельность, прибегая поочередно к союзу и помощи одного из двух соседей, но за помощь эту Оно должно становиться в положение все более и более зависимое по отношению к покровительствующему в данное время соседу, Очевидно затруднительная, но неизбежная для Смоленска, диллема должна была привести это княжение к подчинению великим князьям Московским или Литовским. Оба названные правительства понимали неизбежность этого исхода и старались каждый склонить его в свою пользу, Ольгерд, по отношению к Смоленску, постоянно стремится занять положение покровителя и вместе с тем требует от смоленских князей поддержки во всех столкновениях с великим княжеством Московским и таким образом низводит их на степень зависимых от Литве, сподручных князей, Еще в 1341 году Ольгерд предпринимал поход с целью возвратить в. пользу смоленского князя Ивана Александровича Можайск, отторгнутый от Смоленской области еще Юрием Даниловичем Московским, В свою очередь, в 1348 году смоленская рать ходила помогать Литовцам против крестоносцев и принимала участие в битве на р. Страве, В 1352 году Ольгерд опять оказал Смоленску важную услугу: великий князь Симеон Иванович „собравше сиду многу, поиде ратью, к Смоленску“; но на границе смоленских владений, у Вышгорода на Протве, его встретило литовское посольство, содержание переговоров не сохранилось в летописях, которые передают только общий их результат: Симеон Иванович, „не оставя слова Ольгердова, мир взя и отпусти послы с миром“, затем уже он подтвердил условия договора со Смольыянами, которых посольство встретило его на берегах Угры 254. Неs рассказа этого ясно, что Ольгерд, охраняя Смоленские интересы, относвлся к Смоленскому княжеству как к области, находившейся от © него в зависимости: мирный договор заключили с великим князем Московским послы литовские, смоленскому же посольству пришлось принять его условия и, вероятно, установить только окончательное решение по частным вопросам. Такими отношениями не мог не тлготиться князь смоленский, Иван Александрович, и потому в 1355 году у него вышли недоразумения с Ольгердом, последнийу под предлогом защиты смоленских владений со стороцы Москвы, занял литовским гарнизоном город Ржеву, лежавший на границе смоленских владений с московскими и тверскими, очевидно с целью затруднить непосредственные сношения смоленского князя с Москвою и Тверью. Вероятно Ивав Александрович протестовал против этого факта, потому что в том же году осенью Ольгерд „воевал Смоленск“ и взял в плев его племянника, князя Василия 255, В 1357 году „рать тверская и можайская“ изгнала из Ржевы литовский гарнизон 256; вероятно это случилось по просьбе п с участием Смольняв, которые в следующем году отправились сами в поход против Литвы с целью возвратить к своему квяжению город Бельчу, отторгнутый уже Литовцами, Но в следующем году Смольняне поплатились за эти неприязненные действия: Ольгерд вступил в пределы Смоленского княжества, взял город Мстиславль и присоединил его к своим © владениям; в то же время Андрей Ольгердович Полоцкий осадил Ржеву, овладел этим городом и посадил в нем своих намествиков 257, Город этот был тщательно укреплен и в 1359 году сам Ольгерд приезжал „Ржевы смотрети“, Из Ржевы Андрей Полоцкий стал теснить Смольнян с северовостока и отнимать соседвие со Ржевою пригороды 258, между тем как Ольгерд, успевший уже овладеть Бранском и Северщиною, угрожал Смолянской области вдоль всей ее южной и западной границы. Неудивительно потому, что наследник Ивана Александровича, Святослав Иванович (1358—1386) становится в положениие совершенно зависимое от великого князя . Литовского, В 1368, 1370 н 1372 годах он принужден „со всею силою Смоленскою” сопровождать Ольгерда во время его походов на Москву 259 и посылать смоленскую рать, в случае надобности, BD помощь Литве против крестоносцев, Малейшее уклонение сноленского князя от этой зависимости ведет к тяжелым репрессалияы со стороны Ольгерда, Так; когда в 1374 году один из удельных смоленскихе князей, Иван Василиевич, присоединился EB походу великого князя Московского на Тверь, то Ольгерд немедленно вступил в смоленскую территорию „глаголя: почто есте ходили воевати князя Михаила“?-он сильно опустошил Смоленскую область, гразорял пригороды и увел Bb полон многих жителей 260. Попытки Москвичей противудействовать литовскому влиянию на Смоленск имели мало успеха; в 1368 году они „повоевали“ част Смоленской области, а в 1375, рать, посланная Дмитрием Ивановичем, осаждала Ржеву, сожгла посад, но не могла взять города 261. Таким образом Смоленск остался в полной зависимости от великого князя „иитовского иясво было, что приближалось время падения самобытности этого русского удела uz присоединения его к Литовскому государству.
Примечания
209 Тамже, стр. 589—590.
210 Летоп, Быховца, стр. 23. Рукописный вариант той же летописи, во списку Познанской библиотеки, Летоп. изд, Даниловичем, стр. 31.
211 Густинская летопись, стр. 350. ЛАетоп, издан. Даниловичем, стр. 29.
212 Wigand von Marburg (Soript. rer. prussie, г. II, стр. 504—505). Die altere Chronik von Oliwa (ibid. т. I, стр. 721—722.
213 Abrou. Быховца, crp.18.
214 »Cum Olgerdus seu sponte tergiversaretur, seu Vitebsoe tam cito adesse ad oondictum diem non posset«. Kojatowioz, т. I, стр. 282.
215 »Und die Landtute ail hilden sich an in (Kinstut), und alle ander Huzer gabon sich ime. ЦПоелание В. К, Витовта к магистру Ордена (Scrip. rer. Ргаззие., т, OU, стр. 712).
216 Летоп. изд, Даниловичем, стр. 28—29. Летописи: Быховца, стр. 18; Густинская, стр. 350; Длугош, кн. Х, стр. 60 61; Stryjkowski, т. If, стр. 2—3; Kojatowicz, 1. I, стр. 282. Послание Витовта ке магистру Ордена (Scrip. rer. Pressic., т. I, стр. 712). Договор, заключенный между Кейстутом и Ольгердом, все упомянутые источники передают согласно, Вот самый полный вариант, заимствованный из летописи Данилозича: „А локончають Mea себе: князь Кестутий веливий и ведикий князь Ольгирд: што братии всей послушну быти князя великого Ольгирда, или которыи то волости соби розделили. A то соби докончають, WTO придобудуть: град ли или волости, да то делити на полы, а быти им до живота в любви, RO великой милости, а правду межи себе на том дали: не мыслити лихом никомуже на никогоже: Такоже быти и до живота своего в той правде".
217 Летописи: Новгородская l-as, стр. 83; Нозгородскал 4-aa, стр. 47: Супрасльская, стр. 65; Никоновская, т, Ill, стр, 182; Воскресенская. стр. 209; Софийская l-as, стр. 324, изданная Даниловичем, стр. 168.
218 Летоп. nsx. Даниловилем, стр. 168; Никоновская, т. Ш, стр. 1909.
219 Совремеиные немецкие источники по большей частя дают безразлично обоим братьям тптул царя (гех); желая же определить их взаHUM отношения, утверждают, что Ольгерд был собственно правителеме государства, а Кейстуг главным начальникоче военных сил: эКех Litwinorum per ducem exercilus sui, fratrem suum, Kynstot dictum,.... intravit lucruorium Wilowense«. Die altere Chronik von Oliva (Scrip. rer. Prussic., т. I. стр, 7253 -724). »Processerunt usque ad castrum principale Drakyn Kynstuti, principis Litwanorum, fratris regis, qui est dux exercitas paganoromc. Пз отчета магистра o походе на Литву в 1575 г. ibid, 7. Н. erp. 574). »Venerant ad obsidionem castri Trackin, principale principis iititiae Litwinorume. Другой отчет о том-ше походе (ibid. т. If, erp. 587).
220 Wigand. von Marburg (Soript. rer. Prusgie. x. IL, стр. 504—507), Die altere Chronik von Oliva (ibid, J, стр. 721—722), Voigt. Geschichte Preussons, т. V, стр. 26—35.
221 Летописцы Ордена записывают тщательно известия о вновь сооружаемых крестоносцами крепостях, они упоминают о возобновлении или постройке следующих крепостей в промежуток времени с 1345—1377 год: Бейербург, Мариенбург, Готтесвердер, Нейгауз, Винденбург, Гробин, Дурбен, Дивабург, Иоганнисбург, Люннебург, Растенбург. Buurep6yprs, Рунгенбруст, Вартенберг,Негшапа de Wartberge (Script. rer. Pressio. П, стр. 76, 92, 94) Wigand von Marburg (ibid. стр. 508, 524, 525, 545, 561). Amnalista Thoruniensis и Johann Posilge (ibid, +. Ш, 87 и 88). Die altere Hoohmeisterchronik (ibid.. 1. Ш, стр. 595). Narbutt, r. V, стр. 168..
222 Всед за известием об избрании магистра Генриха Дусемера, Виганд говорит:,Neo plures consueverent in hyemes servare reysas, quam 2° —Seript. rer. Prussic.“ 1. Il, стр. 507.
223 ,1265. Eo tempore dux de Monte (Wilhelm I von Berg) erat cum malis in terra, ad cujus natum fait геуза“. Wigaud von Marburg (Soript. rer. Pres. т. II, стр. 556).—,,1378. Dux Albertus do Letringen venit in Prussiamcam 70 galeis, ad eujus honorem геуза ordinatur“. (ibid., стр. 588). Такие же походы yuoMmaaются в честь других знатных гостей: ландграфа Orroua Гессенского, Рупрехта герцога Баварского, Адольфа архиепископа Кедьнского, Леопольда герцога Австрийского, графов, Варвнка, Уффорда x Tt. 0.—Wigend von Marbarg (Soript. rer Prus., т. II, стр. 510, 514, 525, 540, 549, 568, 5714). Неmann de Wartberge (ibid, 99—101).. Johann Posilgo (ibid. r. I, стр, 99) HT. X.
224 „Авво 1376 fratres in Livonia pedestres more latrunculorum oengregatienem de 600 feoerunt contra imfideles, quorum signifer её сарши fait frater Treedoricas de Holteye, еоштевиаиог in Dobelleon“. (Неrmann de Wartberge, стр, 110}.—,,1364. Frater Hinrious (тов Schdnoingen) совтосатй a longe, ques volait, intrans deserta more latronwn". (Wigand von Marburg, стр. 548). В 1367 roxy Ливонский магистр особым договором, называемым „рах letrencaloram“ обязался в течении известного времени не допускат охотников эрываться в литовские пределы, Denidewies, Skarbiec etc. т. 1, стр. 212,
225 Неrmann de Wartberge (Script. rer. Prussic, т. II, стр. 99, 104, 102, 103. 104. Wigand. (ibid. стр. 569) и 7. 7.
226 Wigand. von Marburg (ibid. стр. 556).
227 „Intrarunt terram inavisatam«. »Pagani fecerunt inavisatic, Invenerant Letwinos non munitos« ист. 1.
228 Cx. Die Litauische Wegeberichte—Soript. rer. Prussic., т. II, стр. 652 —7и4.
229 ,Quo peracto accepit viros, mulieres et infantes, quos divisit in terram suam, facions cos baptizare in numero 1500 пес invenitur. an in fide permanehante? Wigand. стр. 514:
230 Из числа многих описаний походов на Литву, которыми загромождены все летописи Ордена, приведем на удачу несколько примеров, характеризирующих военные приемы крестоносцев:
»и367 Frater Неnniagus, Ordinis marsohalcus, castra metatus est in superioribus partibus Letwinorum, quas cum inveniret non munitas, exercitum suum divisit in tres turmas; percussit in duos dies in ore gladii omnes, vastavitque flammis ef cede regiones (следует перечень волостей), captivos 800 secum ducens, equirriam etiam regis de 50 equabus ad terram Prussiee perduxite. Неrm. de Wartberge, стр. 88.;
—,1369. Advocatas de Grebyn fuit.... in Letowia, ubi quasdam villas Cr annonam earum cremavit, multis occisis”. Ibid. 94.
—,1370 Commendator de Goldingen.... intravit terram Litwinorum, quam vastavit.... pernoctando, educens 320 capita utriusque sexus, praeter multos, quos occidit, item 430 capita boum et equorum, venit incolumis cum sais... [tem marschalcus misit expeditos in terram Drogetzen, in qua 4 посиез facrent, vastando, cedendo, captives educendo: 106 vires, 61 eques cum 9 sexagenis boum et vaccaram. item commendator de Ragniten... pereussit duo rura cepitqne 20 equos et 9 boves, quos abduxit«. ibid., стр, 96—97.
— »1372 Frater Wigandas cum 100 electis intrat deserta rapiendi gratia et molestandi paganos.... transeunt Mimilam; intrantes 4 villas non avisatas et in primo somno, quiquid occurebat gladio perdiderunt: vires cum mulieribus et pueris; - ‘comburunt totum, caplives cum grandi rapina deportante. Wigand von Marburg— стр. 572.
— »{376. Sante der Meister den Komptur von der Balge mit 600 wapenern ins Land zu Rewzen; her quam ungewatnet dar,.. her vorbrante das Lant und furte von dannen gefangen 290 Mensche und hette ir wol mehr gefangen, szunder der Smee war so tieff, dar her sy nicht von dannen bringen mochte. Dorumme irslugen sy lr vil. Ouch forten sy von dannen tauwsent houpt rind vihes und 200 Pferder. Die Altere Hochmeisterchronik. (Soript. rer. Prussio. Ш, стр. 598), ни т. д.
231 Неrmann de Wartberge, стр. 96,102, 108—109. Wigand von Marburg, cTp’ 542—543, 557, 559—560.
232 Kpowb многократных нападений на Kosso и БВелону, летописцы Ордена сообщают разновременно сведения об ocaxb Литовских крепостей: Пистены, Райграда, Укмерге, Штребена и нескольких других. имен которых они не называют. Неrmann de Wartberge (Script. rer. Ргпяsiс. т. II, стр. 84, 89); Wigand von Marburg (ibid., стр. 540, 560, 564); Johann Posilge (ibid., r. Ш, стр. 8§. 88).
233 Неrmann de Wartberge (Soript. rer. Prassic.,, т. П. стр. 81—82). Wigend von Marburg ‘(ibid., стр. 531—536). Die altere Hochmeisterchronik (ibid., е. Ш, стр. 81). 7
234 Wigand von Marburg, стр. 545—547, 559—560, 579.
235 Неrmann de Wartberge (Sor. rer. Prussic. II, стр. 80, 104, 108, 110; Wigand von Marburg (ibid. стр. 520, 522, 549). Annales Thorurtionses (ibid. т. I, стр. 100).
236 В 1365 r. Литовцы после удачного похода в Пруссию vfestini геdeunt ad regem prope Ragnitam, leti sacrificantes diis sanguinem tauri et quendam, vocabulo Неnsel Neuwenstein, in ignem proiciunt et sacrificante. (Wigand von Магburg, стр. 549).
237 Летописцы Ордена упоминают разновременно о pespywenix Литовцами многих крепостей, они называют изе числа их следующие: Мезотен, Шальвита, Каустрита, Шплиттерн, Гоганниеберг, Экерсберт, Анненбург. —Негшапв de Wartbergo, (Sor. rer. Pruss,, 7. П, стр. 77, 85), Wigand ven Marberg (ibid., стр. 529, 548, 549, 555); Johann Posilge (ibid, т. ID, erp. 83—84).
238 Неrmann de Wartberge, стр. 94; Wigand von Marburg, стр. 561. Iohana Posilgo i Annalista Теогпаиепяе, стр. 88. Die aere Неohmeisterchronik, стр. 595).
239 Потери Литовцев в этой битве летописцы Ордена исчисляют различно: Annales expeditiales Prussici определяют ее в 6000 человек (Soript. rer. Prussic., т. II, стр. 12). Неrmann de Wartberge—ss 10,000 (ibid, т. Il, стр. 76); Burasys—st 18,000 (ibid., стр. 512) uv. x. Современный отчет об этой битве, извлеченный из Кенигсбергского архива, говорит: »Jedoch nicht vergessende, dass in Namen des Horr 1,000 geschlagen und 20,000 verjaget sein sie ihnen mit wenigen, nihmlich 800 oder dabei“ (ibid, +. II, стр. 511).— Bbpoarno крестоносцы, желая изгладить неблагоприятное впечатление, произведенное на западе неудачею, которую они потерпели в 1345 г., умышленно придавали этой битве преувеличенное значение; иноземнные летонисцы, писавшие на основании слухов, исходивших от крестоносцев, придают ей небывалые размеры. Так современник события, Гиоанн Витодуран, писавший свою летопись в Церихе, рассказывает, будто в битВb на р. Страве погибло 40,000 Литовцев; (ibid, т.П, стр. 741). Длугош исчисляет потерю Латовцев в 22,000 (стр. 1079); наконец русские летописи, вовсе почти не обращавшие внимания на борьбу Литвы с крестоносцами, внесли следующее известие об этой битве«: Бой был Немцем с Литвою на Страве реце/ж и побиша Литвы 40,000«. (Летописи: Новгородская 4-ая, стр. 56; Супрасльская, стр, 66; Никоновская, т. Ш, стр. 186; издаяная Даниловичем, стр. 169).
240 Неrmann de Wartberge (Sor. rer. Pruss, т. П, стр. 96). Wigand von Marbarg (ibid., стр. 566—567); Johann Posilge. Detmar и Annalista Theruniersis (ibid., т. Ш, стр. 89}. Die altere Hochmeisterchronik (ibid., стр. 595).
241 »~Quidam, dictus Dirsune, maximes persecutor Christianoram:. Annalista Thoraniensis (Sor. rer. Prussic., t. Ш, стр. 95).
242 Неrmann de Wartberge (for. rer. Prus., т. П, стр. 85). Wigand von Marbarg (ibid, стр. 550—553) Annalista Thoruniensis, Johann Posilge и Detmar (ited. т. Ш, стр. 84). Dio altere Hoohmeisterchronik (ibid., erp. 595).
Boo6me дело Бутава представляет факт не единичный ве своем роде. В летописях встречаются неоднократно сведения о перебежчиках как оте Литовцев к крестоносдам, так и обратно: упомянутый в рассказе о Бутаве—Сурвил (в крещении Фома) остался в Пруссин и служил долгое время крестоносцам в качестве проводника, переводчика, и дипломатического агента, такие же услуги Ордену оказывал перебекавmii в Пруссию другой Сурвилл Ганс (Scr. rer. Prussic., т. П, стр. 550, примеч. 760). Под 1367 годом в хронике Вартберга помещен рассказ о знатном Литовце, называемои Жива, служившем крестоносцам в качестве проводника: Capta fuit tota familia Zywes Litwini. Idem ergo Zywa moeestus, scquens Suam familiam sponte, factus est ductor optimus Christianorum im Livoniae. (Sor. rer. Prussic, т. П, стр. 81).—Такие невольные слуги Ордена кенечно при первой возможности бежали обратно в Литву и. становясь в ряды соотечествевчиков, служили им проводниками в Пруссию m= Ливонию (Wigand von Marberg, стр, 541, 570). Бывали, впрочем, и такие случаи, когда сами рыцари, вероятно не ужавшись се дисциплиною Ордена, бежали в Литву и принимали язычество: »1374 duo fratres de Livonia: Joannes Lanzeberg ac Fridericus de Missen, strenui viri, cum qnodam duсиоге, nomine Billene,... profagerunt ай Letwinos, apostatae factic. (Неrmann de Wartberge, стр, 105). »1376 Quidam frater Ordinis—Johannes Vlowere profagit ad dictum Novum castrum, ut apostatae ibid, стр. 111) и т. д.
243 В 1361 году Кейстут попал в засаду и взят был в плен крестоносцами. Ont содержался в Мариенбургской крепости; с помощью приставленного к пему слуги, крещеного Литовца, Альфа, он вышел из крепости в одежде рыцаря и, укрываясь в лесах и болотах, переправляясь впавь через реки, успел бежать в Мазовию. О бегстве ero одна летопнсь говорит, что он,mirabiliter ечавпй“, другая: „ез war Иипder, dass er weg komen moohte, als waren ihm alle Pforte vorsatzt”.—В следующем году Кейстут опять попал в плен во время стычки, но, пользуясь смятением битвы, исчез до CH окончания из лагеря крестоносцев. Неrmann de Wartberge (Script. rer. Ргоязис. т. LI, стр. 80—81). Wigand voa Marburg (ibid., стр. 527—530). Annalista Thorunionsis, Detmar и Johann Posilge (ibid... Ш, стр. 80—81). Продолжатель Дюсбурга (ibid, стр. 479). Die altere Hoohmeisterchronik (ibid., стр. 593—594).
244 Так в рассказе о битве на реке Страве, летописи, упоминая 0 присутствии Ольгерда, прибавляют известие, что в помощь Литовцам прпшли ополчения из Владимира, Бреста, Витебска, Смоленска и Полоцка (Неrmann de Wartberge, стр. 75; Wigand von Marburg, стр. 514). Описывая поражение Литовцев y Рудавы, Гоанн Посильге говорит: (стр. 90)« do war Kynstod flochtig mit den sinen, und koning Algart mit den Russen bederbten ihre Sporne gar wohi in der Fiucht“.
245 O стычках между Лизонскими рыцарями и Полочанами упоминает Неrmann de Wartberge под 1366, 1373, 1374 и 1375 годами (Soript. rer. Ргазие., vr. I, erp. 86, 104, 105 и 108). Вигавд из Марбурга под 1364 годом упоминает о безуспешном походеж магистра на Гродно, a под 1373, 1375 и 1377 годами рассказывает о набегах на тянувшие к Грод- By земли: Бельскую н Каменецкую, предпринятых командором пограни- чного прусского округа Балги, Теодориком фон Эльнер (ibid, стр. 573, 579, 582 и 584).
246 Летопись Псковская и-ая, стр. 190—191 и Цековская 2-aa, стр. 14.
247 Abr. Псковская l-aa; стр. 193.
248 Wigand von Marburg (Script. rer. Prussio. т. Ш. стр. 173).
249 Дет, Никовская, т, Ш, стр. 178.
250 Dr. Новгородская и-ая, стр. 83.
251 „И взлша на щит Шелону до Голин (у устья Шелони в Ильмень) и Лугу до Сабля“. Летопись Новгородская 4-ая стр. 58.
252 Летописи Никонозская, т. Ш, стр, 183; Новгородская 1l-aa, стр. 85; Новг. З-ая, стр, 223, Новг. 4-ая, стр. 57; Воскресенская, t. VII, стр. 210; Супрасльская, стр. 65-66; Софийская l-ag, стр. 325; изд. Даниловичем, стр. 169.
253 Летоп, Новгородская 4-ая, стр. 58.
254 Летописи: Новгородская 4-ая, стр. 60; Воскресенская, +. VII, стр. 216; Никоновская, т, Ш. стр. 195; Супрасльская, стр, 72; изданная Даниловвчем, стр. 172.
255 Летопись Никоновская, tT. DI, стр. 207.
256 Там же, стр. 211.
257 Тамже, стр. 213.
258 41367 князь Андрей. Ольгердовач Похоцкий воевал Хорваз да Родню. Летописи: Никоновская, т. IV, стр. 19; Воскресенская, tT. VII
259 Летоп. Никоновская, т. IV, стр. 20; Воскресенская, т. VIII, стр. 17. Danilowiez—Skarbiec etc.; т. I, стр, 218. Карамёи н изя. 1834 r, те. V, стр, 29 и примечание 26.
260 Никоновская летопись, т. 1V, стр..42 и 46.
261 Тамже, стр. 24 и 47. de