Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Пересказ содержания

Замысел выпуска и его три главы: литовские племена и Русь до XIV века, Витень и Гедимин, Ольгерд и Кейстут - с главными действующими лицами.

Книга и автор

Владимир Бонифатьевич Антонович (1834–1908) — историк, археолог и археограф, профессор Киевского университета, один из создателей киевской школы историков. «Очерк истории Великого княжества Литовского до половины XV столетия», выпуск I, вышел в Киеве в Университетской типографии в 1878 году. Объём издания — две ненумерованные страницы, 156 страниц основного текста и две страницы исправлений, обозначенные I–II. Это оттиск из «Университетских известий». Работа связана с докторскими исследованиями Антоновича по ранней истории Великого княжества Литовского. О жизни и трудах автора - статья Энциклопедии современной Украины.

Название задаёт широкую перспективу до середины XV столетия, однако данный выпуск заканчивается смертью Ольгерда в 1377 году. Он содержит вводную постановку вопроса, три большие главы и список замеченных опечаток. Размышления о позднейшей судьбе государства во введении объясняют замысел автора, но не превращают выпуск в подробную историю XV века.

Главная идея

Антонович стремится объяснить одновременно быстрый рост Литовского государства и предполагаемые причины его последующего внутреннего ослабления. Для него это история взаимодействия двух начал: литовского, сохраняющего местные обычаи и самостоятельность отдельных областей, и руського, обладающего более развитой городской, княжеской и христианской культурой. Сам автор обычно называет последнее «русским».

Литовские князья, по его мысли, получают возможность противостоять внешним врагам, когда используют военные и культурные ресурсы руських земель. Вместе с тем политическое объединение не сопровождается достаточно прочным внутренним сближением. Военные успехи государей поэтому соседствуют с неразрешёнными противоречиями общественного устройства. Конфликт двух начал служит у Антоновича общей объясняющей схемой, которой он подчиняет разбор династической и военной истории.

I. Литва и Русь до начала XIV столетия — с. 4–38

Первая глава начинается с расселения народов балтского мира: летголы, земгалов, куронов, жмуди, собственно литвы, пруссов и ятвягов. Географическое соседство со славянскими землями определяет направление последующих связей. Автор сопоставляет сообщения руських, польских и немецких летописцев, пытаясь восстановить общество, ещё не объединённое устойчивой верховной властью.

Особое значение он придаёт отсутствию ранних городских центров в Литве и раздробленности власти местных вождей. Затем сравнивает эту картину с состоянием Полоцкой, Смоленской, Туровской, Пинской и других земель Руси. Их внутренние распри и ослабление княжеской власти, по его объяснению, облегчают продвижение литовских князей.

Большой раздел посвящён Миндовгу, которого автор часто именует Мендовгом. Территориальное расширение, отношения с галицко-волынскими князьями, принятие христианства и соглашения с орденом рассматриваются как способы укрепления власти. Противодействие местных князей и внешних соперников делает этот опыт неустойчивым. Войшелк и Шварн олицетворяют, в авторской схеме, усиление руського христианского начала; Тройден — обратное движение к преобладанию собственно литовской среды.

История орденского наступления, подчинения пруссов и земгалов, разорения ятвяжской земли показывает, почему одних сил этнической Литвы было недостаточно. Глава подводит читателя к появлению новой династии, способной соединить литовские и руськие ресурсы.

II. Витень и Гедимин — с. 39–83

Вторая глава исследует происхождение новой княжеской семьи и её связи с предшествующими правителями. Антонович разбирает противоречивые сообщения о Лютувере, Витене и Гедимине. Легенды о низком происхождении Гедимина он связывает с политическими интересами противников Литвы; при установлении родства отдаёт преимущество документальным свидетельствам.

Укрепление государства проявляется для него в изменении характера войны. Литовские войска способны к длительным походам, осадам и обороне укреплённых пунктов. Значительное место занимает Давид Гродненский, участвующий в защите западных рубежей, помощи Пскову и походах в соседние страны. Военная деятельность князей рассматривается вместе с участием руських дружин и служилых людей.

Автор последовательно обсуждает присоединение отдельных руських земель. Он различает достоверно известные владения Гедимина и приобретения, приписанные ему поздними историками. Особенно подробно проверяет рассказ о завоевании Волыни и Киева в 1320–1321 годах. Сравнение летописных версий, княжеских грамот, имён и последовательности событий приводит его к отрицанию достоверности этого рассказа в принятом тогда виде.

Другая важная тема — дипломатия Гедимина: отношения с Ригой, папством, польскими правителями и орденом, приглашение переселенцев и переговоры о крещении. Обещания и отказы князя объясняются сочетанием внешнеполитического расчёта и сопротивления внутри страны. Заключительные страницы главы связывают развитие резиденций, военной организации и княжеского управления с ростом политического единства.

III. Ольгерд и Кейстут — с. 84–156

Третья, самая обширная глава начинается с семейной политики Гедимина. Браки его детей и распределение уделов создают связи с Мазовией, Москвой, Тверью, Витебском и Волынью. Затем Антонович разбирает положение Евнутия, отношения между братьями и возвышение Ольгерда и Кейстута.

Их сотрудничество автор объясняет взаимным дополнением политических интересов. Ольгерд преимущественно обращён к руським землям и использует династические связи и дипломатию; Кейстут теснее связан с литовской средой и непосредственно руководит борьбой против ордена. Это разграничение направлений не исключает совместных действий и личной близости братьев.

Портрет Ольгерда строится вокруг расчётливости, сдержанности и стремления к расширению власти. В образе Кейстута выделяются верность языческой традиции, личная храбрость, находчивость и рыцарская репутация. Рассказ о пленении и побеге, переговорах с противником и взаимной учтивости государей придаёт политическому повествованию биографическую выразительность.

История борьбы с орденом охватывает походы, крепостное строительство, осады Каунаса, сражения на Страве и у Рудавы, нападения на пограничные волости. Автор показывает разорение деревень, захват пленников и скота, использование внезапности, проводников и сведений о дорогах. Поэтому война представлена не только как столкновение государей, но и как постоянное бедствие для населения.

Восточная политика рассматривается через отношения с Псковом, Новгородом, Смоленском, Брянском и Москвой. Поддержка Твери приводит Ольгерда к походам на московские владения. Здесь особенно заметно внимание Антоновича к союзам отдельных князей, городским общинам и изменчивости политической зависимости.

Южное направление связано с Подольем, татарскими владетелями и походом к Синим Водам. Борьба за галицко-волынское наследство объединяет действия Любарта, Ольгерда, Кейстута, Казимира Польского и Людовика Венгерского. Завершает выпуск распределение спорных земель и авторский вывод о преобладании руського населения и культуры в значительно расширившемся государстве.

Основные действующие лица и значение книги

Центральные фигуры раннего периода — Миндовг, Войшелк, Шварн, Тройден, Данило и Василько Романовичи. Становление новой династии связано с Лютувером, Витенем и Гедимином; дальнейшее развитие — с Ольгердом, Кейстутом, Евнутием, Наримунтом и Любартом. На внешней политической сцене выступают польские и венгерские короли, московские и тверские князья, орденские магистры, папские посланники и татарские правители.

Сильная сторона труда — соединение общего объяснения истории государства с подробным сравнением источников. Особенно показательны критика поздних легенд и попытка проверить их актовым материалом. Одновременно книга сохраняет характерные для XIX века представления о народности, культурной иерархии и историческом назначении государств. Она ценна и как исследование средневековой истории, и как свидетельство того, каким образом эта история становилась предметом научного спора.