Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Материалы для истории западно-русской церкви. Лист 253, с. 235: продолжение документа XXXI

Документы 1749-1761 годов о виленском Свято-Духовом монастыре и его старшинстве: пожар 1749 года и восстановление церкви, настоятели Сильвестр Добрыня и Феофан Леонтович, тяжбы с униатами и консисторское дело. Киев, 1895.

Материалы для истории западно-русской церкви, 1895: лист 253 из 317

С. 235: продолжение документа XXXI

Оригинал

повѣренному, отъ означенного Ошмянского регента нарочно съ тѣмъ намѣреніемъ въ Вильню присланному, за показуемый безцѣнокъ продалъ и въ вѣчное владѣніе отдалъ, ежели бы я былъ его, Доманского, въ такой злодѣйской хитрости плѣтьми не предварилъ, вѣдая всесовершенно, что изрядный тотъ каменный и бѣдному пнашему монастырю, яко па самомъ рышкѣ состоящій, много-прибыльный и необходимо-нужный домъ, пропалъ бы былъ вѣчными часы такъ точно, какъ и всѣ наши благочестивые, ушятами и римлянами разбойническо-завладѣнные монастыри, церкви и ихъ припадлежности; ибо ежели греко-россійскому нашему монастырю не только по своимъ всеудобъвозможнымъ старательствамъ и въ судебныхъ Великаго Княжества Литовскаго мѣстахъ надлежащимъ порядкомъ домогательствомъ, но и по чинимымъ въ силу указа, изъ Святѣйшаго Правительствующаго Сунода въ государственную Ипостранныхъ дѣлъ Коллегіо въ 17523 году посланного, чрезъ россійскаго нашего въ Варшавѣ послапника господина Гросса канцлеру литовскому князю Чарторижскому пеоднократнымъ представленіямъ, пнельзя было управиться съ нимъ, Мартиномъ Доманскимъ, виленскимъ мужникомъ,—то что было ужъ думать о вышьпоказанномъ Ошмянскомъ регентѣ, который пе только есть знатный шляхтичъ, по и самъ приказный человѣкъ. Какъ скоро мнѣ о воспомипаемомъ Мартина Домапского съ регептомъ Ошмянскимъ за цѣлую пашу монастырскую камяпицю злоковарномъ договорѣ вѣдомость пришла, то я пошелъ самъ въ магистратъ и въ полномъ магистратскомъ засѣданіи пачалъ всѣхъ господъ судей всепокорнѣйше просить, дабы они, въ разсужденіи такъ знатпой обиды мопастырю нашему отъ Ошмянского регента, чрезъ злодѣйскую Мартипа пДоманского хитрость послѣдовать имѣющей, за силу шести магистратскихъ и королевскихъ декретовъ противо отвѣтчика нашего Мартина Доманского состоявшихся, непремѣнное и всеконечное исполпеніе учинивъ, монастырскія наши издревле крѣпостныя лавки, Мартипомъ Доманскимъ пеправедно и неправильно завладѣнныя, урядовою своею властіо по прежнему памъ въ вѣчнопаслѣдственное владѣніе поручили. По которому моему представленію и прошенію приданы мнѣ были тотъ часъ съ магистрату два урядовые пачальники: одинъ магистрата виленского райца Андрей Корбутовичъ, а другій магдебурыи виленской регентъ Томашъ Филиповичъ; кои два пачальникн, когда со мною къ Мартину Доманскому

Современная версия

поверенному, от означенного Ошмянского регента нарочно с тем намерением в Вильню присланному, за показуемый безценок продал и в вечное владение отдал, ежели бы я был его, Доманского, в такой злодейской хитрости плетьми не предварил, ведая всесовершенно, что изрядный тот каменный и бедному пнашему монастырю, яко па самом рышке состоящий, много-прибыльный и необходимо-нужный дом, пропал бы был вечными часы так точно, как и все наши благочестивые, ушятами и римлянами разбойническо-завладенные монастыри, церкви и их припадлежности; ибо ежели греко-российскому нашему монастырю не только по своим всеудобъвозможным старательствам и в судебных Великого Княжества Литовского местах надлежащим порядком домогательством, но и по чинимым в силу указа, из Святейшого Правительствующого Синода в государственную Ипостранных дел Коллегио в 17523 году посланного, через российского нашего в Варшаве послапника господина Гросса канцлеру литовскому князю Чарторижскому пеоднократным представлениям, пнельзя было управиться с ним, Мартином Доманским, виленским мужником,—то что было уж думать о вышьпоказанном Ошмянском регенте, который пе только есть знатный шляхтич, по и сам приказный человек. Как скоро мне о воспомипаемом Мартина Домапского с регептом Ошмянским за целую пашу монастырскую камяпицю злоковарном договоре ведомость пришла, то я пошел сам в магистрат и в полном магистратском заседании пачал всех господ судей всепокорнейше просить, дабы они, в разсуждении так знатпой обиды мопастырю нашему от Ошмянского регента, через злодейскую Мартипа пДоманского хитрость последовать имеющей, за силу шести магистратских и королевских декретов противо ответчика нашего Мартина Доманского состоявшихся, непременное и всеконечное исполпение учинив, монастырские наши издревле крепостные лавки, Мартипом Доманским пеправедно и неправильно завладенные, урядовою своею властио по прежнему пам в вечнопаследственное владение поручили. По которому моему представлению и прошению приданы мне были тот час с магистрату два урядовые пачальники: один магистрата виленского райца Андрей Корбутович, а другий магдебурыи виленской регент Томаш Филипович; кои два пачальникн, когда со мною к Мартину Доманскому