Материалы для истории западно-русской церкви. Лист 210, с. 192: продолжение документа XXX
Документы 1749-1761 годов о виленском Свято-Духовом монастыре и его старшинстве: пожар 1749 года и восстановление церкви, настоятели Сильвестр Добрыня и Феофан Леонтович, тяжбы с униатами и консисторское дело. Киев, 1895.
С. 192: продолжение документа XXX
Оригинал
стію Святѣйшаго Правительствующаго Синода, а высокоминистерскимъ пособіемъ государственной Иностранныхъ дѣлъ Коллегіи не только остатокъ нашего грекороссійскаго закона въ Польще не поколѣбимо удержаться, но какъ бы и всѣ благочестивые монастырѣ и церкви по прежнему освободиться возмогли, которые польское римской вѣрѣ духовенство у единовѣрныхъ нашихъ не по какимъ правильнымъ причинамъ, но безсовѣстно, нагло, усильственно и съ премногимъ кровопролитіемъ отняло. О чемъ отъ мене въ Иностранную Коллегію по секретной экспедиціи пространное дѣло подано, которое утверждается на общенародныхъ узаконеніяхъ, на заключенныхъ между Россіею и Польщею вѣчномирныхъ трактатахъ и на имянныхъ Ея Императорскаго Воличества нашей Всемилостивѣйшей Государини и дражайшаго Ея родителя высокославныя и вѣчнодостойныя памяти государя императора Петра Первого указахъ; хотя же Иностранная Коллегія, показанное мое дѣло съ немалою ра достію приняла и въ ономъ дѣлѣ всемѣрно и знатно труждается, однако изъ Святѣйшаго Синода членовъ преосвященной Санктпетербургской и его единомышленники, вмѣсто того, чтобъ мнѣ въ трудахъ моихъ общеполѣзныхъ и толь тяжелыхъ, по пастырскому своему долгу, вспоможеніе дѣлать, противнымъ образомъ, такъ жестоко па мене враждуютъ и гонятъ, что я, нынѣ по ихъ угроженіямъ и хитростнымъ проискамъ, не токмо съ моею честію и здравіемъ, но и съ самою жизнію въ опасности нахожусь. Того ради, яко бѣдной и безпомощной человѣкъ, въ глубочайшемъ моемъ смиреніи, къ стопамъ Вашего Высокопревосходительства припадаю и всепокорнѣйше прошу Святѣйшого Синода члену, преподобнѣйшому господину отцу Гедиону, архимандриту Свято-Тронцкія Сергіевы Лавры, милостиво зарекомендовать, дабы мужъ, которой, по силѣ божественныхъ правилъ и высокомонаршихъ КЕя Императорскаго Величества указовъ, правосудіе безъ всякого пристрастія наблюдаетъ, мене отъ напрасного нападенія архіецископа Сильвестра и его единомысленниковъ до тѣхъ поръ въ Святѣйшемъ Сииодѣ защищалъ, покамисть вышъреченное мое дѣло обстоятельно и совершенно не представцтся.
Современная версия
стию Святейшого Правительствующого Синода, а высокоминистерским пособием государственной Иностранных дел Коллегии не только остаток нашего грекороссийского закона в Польще не поколебимо удержаться, но как бы и все благочестивые монастыре и церкви по прежнему освободиться возмогли, которые польское римской вере духовенство у единоверных наших не по каким правильным причинам, но бессовестно, нагло, усильственно и с премногим кровопролитием отняло. О чем от мене в Иностранную Коллегию по секретной экспедиции пространное дело подано, которое утверждается на общенародных узаконениях, на заключенных между Россиею и Польщею вечномирных трактатах и на имянных Её Императорского Воличества нашей Всемилостивейшей Государини и дражайшого Её родителя высокославные и вечнодостойные памяти государя императора Петра Первого указах; хотя же Иностранная Коллегия, показанное мое дело с немалою ра достию приняла и в оном деле всемерно и знатно труждается, однако из Святейшого Синода членов преосвященной Санктпетербургской и его единомышленники, вместо того, чтоб мне в трудах моих общеполезных и толь тяжелых, по пастырскому своему долгу, вспоможение делать, противным образом, так жестоко па мене враждуют и гонят, что я, ныне по их угрожениям и хитростным проискам, не токмо с моею честию и здравием, но и с самою жизнию в опасности нахожусь. Того ради, яко бедной и безпомощной человек, в глубочайшем моем смирении, к стопам Вашего Высокопревосходительства припадаю и всепокорнейше прошу Святейшого Синода члену, преподобнейшому господину отцу Гедиону, архимандриту Свято-Тронцкия Сергиевы Лавры, милостиво зарекомендовать, дабы муж, которой, по силе божественных правил и высокомонарших КЕя Императорского Величества указов, правосудие без всякого пристрастия наблюдает, мене от напрасного нападения архиецископа Сильвестра и его единомысленников до тех пор в Святейшем Сииоде защищал, покамисть вышъреченное мое дело обстоятельно и совершенно не представцтся.