Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Материалы для истории западно-русской церкви. Лист 199, с. 181: продолжение документа XXX

Документы 1749-1761 годов о виленском Свято-Духовом монастыре и его старшинстве: пожар 1749 года и восстановление церкви, настоятели Сильвестр Добрыня и Феофан Леонтович, тяжбы с униатами и консисторское дело. Киев, 1895.

Материалы для истории западно-русской церкви, 1895: лист 199 из 317

С. 181: продолжение документа XXX

Оригинал

до тѣхъ поръ не пересталъ мене письмами своими предъ россійскимъ посланникомъ Гросомъ и предъ секретаремъ россійскаго посольства Ржичевскимъ злохитрно, безсовѣстно и безстудно марать, покамисть я, по представленнымъ его, виленского епископа, на мене жалобамъ жесточайшимъ Святѣйшаго Синода указомъ не былъ отъ настоятельскаго правленія отрѣшенъ, съ Великаго Княжества Литовского высланъ и здѣсь въ Россіи тяжелому суду подвержденъ. Хотя же и еще я, желая всеусердно воспоминаемое начатое дѣло къ намѣреваемому концу привесть, за благо разсудилъ: лутше самому себѣ, что ни есть, пострадать, нежели начатому дѣлу чрезъ коварные замахи виленского епископа разорится допустить. И того ради, не взирая на всѣ его, епископа, ложныя жалобы, но положась благонадежно на высокомилостивое разсмотрѣніе Святѣйшаго Синода, принялъ дерзновеніе изъ Вильни прямо въ Санктпетербургъ поѣхать, съ тѣмъ намѣреніемъ, дабы мнѣ, оправдясь предъ Святѣйшимъ Синодомъ отъ напрасныхъ пороковъ виленского епископа, можно было означенное начатое дѣло кончить или въ Вильни, будучи по прежнему въ настоятелскомъ правленіи виленского монастыря, или въ Санктпетербургѣ, сыскавъ туды зъ Вильни всѣ документы, къ твердому сочиненію частореченного дѣла касающйіеся. Однако, и такимъ образомъ не удалось мнѣ оное начатое дѣло къ намѣреваемому совершенству цривесть: ибо въ Святѣйшемъ бСинодѣ оправдатся мнѣ не дозволено; въ Вильню мене на прежное настоятельское мѣсто либо, по крайней мѣри, для взятія документовъ не отпущено, означенного дѣла, мною представляемого, отъ мене не принято. А когда я въ Иностранной Коллегіи, по случаю представляемыхъ нѣкоторыхъ важностей, началъ и воспоминаемое дѣло, съ приложеніемъ достовѣрныхъ документовъ, представлять и средства къ защищенію благочестиваго нашего въ Польще исповѣданія надлежащіе показывать, такожъ на всѣ запросы Иностранной Коллегіи касательно правды представляемаго и возможности показуемыхъ средствъ какъ словѣсно, такъ и письменно, отвѣтствовать; да притомъ намѣрилъ было я Ииостранную Коллегію большимъ, обстоятельнѣйшимъ и основательнѣйшимъ числомъ доказательствъ твердо вътомъ увѣрить, что представляемое мною о обидахъ дѣло ни малейшему сумнительству не подлежитъ, а показуемые къ защищенію средства не тольго не суть неумѣренные, но преумѣренные, самолегчайшіе и кратчайшіе. И понеже тѣ средства имѣютъ основаніе свое на узаконеніяхъ обще-

Современная версия

до тех пор не перестал мене письмами своими пред российским посланником Гросом и пред секретарем российского посольства Ржичевским злохитрно, бессовестно и бесстыдно марать, покамисть я, по представленным его, виленского епископа, на мене жалобам жесточайшим Святейшого Синода указом не был от настоятельского правления отрешен, с Великого Княжества Литовского выслан и здесь в России тяжелому суду подвержден. Хотя же и еще я, желая всеусердно воспоминаемое начатое дело к намереваемому концу привесть, за благо разсудил: лутше самому себе, что ни есть, пострадать, нежели начатому делу через коварные замахи виленского епископа разорится допустить. И того ради, не взирая на все его, епископа, ложные жалобы, но положась благонадежно на высокомилостивое рассмотрение Святейшого Синода, принял дерзновение из Вильни прямо в Санктпетербург поехать, с тем намерением, дабы мне, оправдясь пред Святейшим Синодом от напрасных пороков виленского епископа, можно было означенное начатое дело кончить или в Вильни, будучи по прежнему в настоятелском правлении виленского монастыря, или в Санктпетербурге, сыскав туды з Вильни все документы, к твердому сочинению частореченного дела касающйиеся. Однако, и таким образом не удалось мне оное начатое дело к намереваемому совершенству цривесть: ибо в Святейшем бСиноде оправдатся мне не дозволено; в Вильню мене на прежное настоятельское место либо, по крайней мери, для взятия документов не отпущено, означенного дела, мною представляемого, от мене не принято. А когда я в Иностранной Коллегии, по случаю представляемых некоторых важностей, начал и воспоминаемое дело, с приложением достоверных документов, представлять и средства к защищению благочестивого нашего в Польще исповедания надлежащие показывать, також на все запросы Иностранной Коллегии касательно правды представляемого и возможности показуемых средств как словесно, так и письменно, ответствовать; да притом намерил было я Ииостранную Коллегию большим, обстоятельнейшим и основательнейшим числом доказательств твердо вътом уверить, что представляемое мною о обидах дело ни малейшему сумнительству не подлежит, а показуемые к защищению средства не тольго не суть неумеренные, но преумеренные, самолегчайшие и кратчайшие. И понеже те средства имеют основание свое на узаконениях обще-