Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Древняя Польша. Том III. Великое княжество Литовское. Лист 184, с. 186

Михал Балинский о Великом княжестве Литовском: история Литвы от племён до Люблинской унии и описание одиннадцати воеводств - городов, замков, монастырей и местечек, с Брестом, Пинском, Кобрином и Беловежской пущей. Варшава, 1846.

Древняя Польша. Том III. Великое княжество Литовское, 1846: лист 184 из 893

С. 186

Оригинал (по-польски)

biorą je razem z zamkami w których się bronił Karzimierz Żeromski. A chociaż bogatsi mieszkańcy i duchowni uszli z miasta unosząc co kto-zdołał, zginęło jednakże w chwili zajęcia około Ż5,000 mieszkańców, a pożar wszczęty podczas tego okropnego zamieszania zamienił domy i przedniejsze gmachy w gruzy i popioły. Potém wszystkiém nastąpiło morowe powietrze, utrzymując nawet większą część tych którzy ocaleli od powrotu. Jednakże ustanowiony od Alexego wojewodą kniaź Szachowski usiłował przywrócić dawny porządek miejski, odprawiały się sądy wójtowskie i burmistrzowskie, miasto wyprawiało r. 1657 deputacyą de Cara w potrzebach swoich, i chociaż zniszczenie było okropne, zdołano przecie ostatkom ludności zapewnić bezpieczeństwo, bo wojewoda Szachowski łagodnie rządził. Ale wkrótce niespokojność i klęski powróciły z większém natężeniem. Wojska królewskie kusząc się o odebranie miasta jątrzyły Daniela Myszackiego, dowodcę ruskiej załogi w obu zamkach, który nastąpiwszy po Szachowskim zaczął okrutnie z mieszczanami postępować. "Tymczasem straszliwy głód przywodził ich do rozpaczy, ludzie umierali na ulicach i zabijali się wzajemnie o kawałek chleba. Dopiero w r. 1660 ustała zaraza wygubiwszy połowę pozostałej ludności, lecz wojna i srogie jej skutki nie ustawały. Nakoniec Michał Pac Hetman Lit. po dwukrotném usiłowaniu opanował w r. 1661 przed samą Wielkanocą miasto, załoga ruska wszakże zamków bronić postanowiła; wkrótce jednak widząc się zbytecznie słabą musiała się poddać pomimo oporu Myszackiego, który przypła-

Перевод на русский (машинный)

они берут их вместе с замками, в которых оборонялся Карзимеж Жеромский. И хотя более богатые жители и духовенство бежали из города, унося с собой все, что могли, за время оккупации погибло около 5000 жителей, а начавшийся во время этой страшной неразберихи пожар превратил дома и фасадные постройки в руины и пепел. Затем всех поразила чума, не позволив вернуться даже большинству выживших. Однако назначенный Алексеем воеводой князь Шаховский попытался восстановить старый городской порядок, были проведены городские и городские суды, город направил в 1657 году депутацию де Кара для удовлетворения своих нужд, и хотя разрушения были ужасными, безопасность остатков населения была обеспечена, поскольку воевода Шаховский правил мягко. Но вскоре волнения и бедствия вернулись с большей интенсивностью. Королевские войска, пытаясь вернуть город, нагноили Даниила Мышацкого, командующего русским гарнизоном в обоих замках, который, сменив Шаховского, стал жестоко обращаться с горожанами. "Между тем страшный голод доводил их до отчаяния, люди умирали на улицах и убивали друг друга ради куска хлеба. Только в 1660 году чума прекратилась, уничтожив половину оставшегося населения, но война и ее тяжелые последствия продолжались. Наконец, Михал Пак, гетман-лит., после двух попыток захватил город и его команду в 1661 году, перед самой Пасхой. Однако русские решили защищать замки; однако, вскоре посчитав себя слишком слабые, им пришлось сдаться, несмотря на сопротивление Мышацкого, который их победил.