Древняя Польша. Том III. Великое княжество Литовское. Лист 143, с. 145
Михал Балинский о Великом княжестве Литовском: история Литвы от племён до Люблинской унии и описание одиннадцати воеводств - городов, замков, монастырей и местечек, с Брестом, Пинском, Кобрином и Беловежской пущей. Варшава, 1846.
С. 145
Оригинал (по-польски)
i wązkie z góry na ddł, bardzo źle zabudowane domami drewniańnemi; a są niektóre kóścioły z cegły. Rzecony zaś kasztel na górze jest z drzewa wzniesiony, na sposób muru. Lannoy znalazł wówczas dwie siostry żony Witowda Anny, na zamku mieszkające, które odwiedził. — Jednakże Wilao, chociaż niekształtny jeszcze gród podług świadectwa Flamandczyka, ale jako stoca potężnego mocarza, luitny, handłowny i w różnego narodu kapców i rzemieślników zamożny, nabierał co raz większego znaczenia i świetności. Wiele jeszcze zaszło w niém wypadków za życia Witowda godnych pamięci. Szkoda tylko że piśmienne dowody przywilejów i swobód mu nadanych, zatarte czasem, zaledwo w nadeniach późniejszych władców Litwy odbiły się, ślad tylko po sobie zostawując. Wszakże ulgi w cięc żarach publicznych i dobrodziejstwa Witowda ściągały się najwięcej do tych mieszczan prawie, którzy należdi do wyznania rzymskiego. Świadkiem tego są przywileje r. 1424 awałnicjące mieszkańców stolicy od różnych podatków. Duch czasu i nowe przetworzenie się kraju, nie sprzyjały tolerancyi będącej owocem późniejszych wieków: oświaty. Wszakże nie usuwał wszechwładnéj swój opieki Witowd dla wyznawców wschodniego kościeła; poróżnienia się jego tylko z metropolitą moskiewskim Fecyuszem i chęć skupienia w swojej osobie wszelkiej supremacyi, stały się powodem do ustanowienia osobnego dła Rusi litewskiéj metropolity w osobie Grzegorza Gemblaka. Założył on siedlisko swojéj duchownej zwierzchności w Wiłnie r. Ł416, i odtąd cerkiew Bogarodzicy w tém mieście stała stę metropolitalną. W ogólności jednak stan miejski w Wilnie nabrał takiéj jeż w owym wieku powagi,
Перевод на русский (машинный)
и узлы сверху на дереве, очень плохо построенные деревянные дома; и есть некоторые кирпичные костели. Решетчатый же каштель на вершине построен из дерева, как стена. Лэнной нашел тогда две сестры жены Витовта Анны, в замке, который он посетил. — Однако, хотя город Виляо, по свидетельству Фламандца, был еще необразованным, но как стог могущественного военачальника, луитны, торговцы и в разных народах капюшонами и ремесленниками, он приобретал все большее значение и величие. Многое еще происходило в нем при жизни Витода достойных памяти случаях. Жаль только, что письменные свидетельства привилегий и свобод, предоставленных ему, иногда, в свою очередь, в надежде более поздних правителей Литвы отскочили, оставив только след. Однако облегчение в сокращении публичных жаров и благодеяний Витовта сводилось больше всего к тем мещанам-правам, которые принадлежали к римскому вероисповеданию. Свидетельством этого были различные привилегии для жителей столицы. Дух времени и новая переработка страны не способствовали толерантности, являющейся плодом более поздних веков: просвещению. Однако он не отменял всемогущей своей заботы Витовт для верующих восточной церкви; его разногласия только с митрополитом Московским Фесием и желание сфокусировать в своем лице всякого супремациума, стали поводом для создания отдельной общины в Руси литовской митрополии. Он основал обитель своего духовного владычества в Вильнюсе Ł416, и с тех пор церковь Богородицы в этом городе стала митрополитом. В целом же городское состояние в Вильнюсе приобрело такую серьезность в этом возрасте,