Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Древняя Польша. Том III. Великое княжество Литовское. Лист 123, с. 125

Михал Балинский о Великом княжестве Литовском: история Литвы от племён до Люблинской унии и описание одиннадцати воеводств - городов, замков, монастырей и местечек, с Брестом, Пинском, Кобрином и Беловежской пущей. Варшава, 1846.

Древняя Польша. Том III. Великое княжество Литовское, 1846: лист 123 из 893

С. 125

Оригинал (по-польски)

wszelkiego podobieństwa do prawdy jest Wilnem. Widoczniejszy jednak ślad bytności tego miasta okazuje się dopićro w samychże dziejach litewskich pod rokiem 1272. WPodają one że książe litewski sędziwy Swintorog, czy też syn jego Germont, w lesie dębowym pokrywającym łąkę przy ujściu Wilny do Wilii; wzniósł ołtarze na cześć Perkuna i rozniecił ogień święty, postanowiwszy tu arcy: -kapłana Kriwe-Kriwejfe i innych ofiarników, a miejsce to na groby, czyli całopalenie zwłok książęcych przeznaczył. Powieść ta mnaprowadza na myśl, że właśńie Germont ów, czy ojciec jego Swintorog, podczas największego zamieszania w Litwie osieroconej śmiercią Mendoga, z którego korzystając Krzyżacy szarpali ją i wiarę jej gnębi; przeniósł do Wilna zniszczone przez zakon podwakroć święte Romowe nad Dubissą i Niewiażą. Byt zatem, Wilna zdaje się być niewątpliwym w XIII wieku, ale ' pewna jego historya zaczyna się dopićro w r. 1323, którego Gedemin Król Litwy i Rusi pisał stąd listy swoje do Papieża, zakonów i miast niemieckich w sam dzień Bożego Ciała. Nazywa on Wilno miastem swojem królewskiém, musiało być więc z dawien dawna znakomitym już grodem. Jakoż około r. 1320 tenże sam Gedemin był żałożycielem zamków których poważne ostatki trwają dotąd nad miastem. Podług powieści Stryjkowskiego wyczerpniętej z dawnych podań i kronik, mocarz ów polując w tém miejscu, gdzie tak zwane Łyse-Góry otaczające ujście Wilny do Wilii wznosiły się nad świętą doliną Perkuna, miał sen, w którym widział ogromnego wilka na jednej z owych gór, na której właśnie Tura zabił, żelazną blachą okrytego; wilk ten tak rozległym głosem wył, że się

Перевод на русский (машинный)

любое сходство с истиной - это Вильнюс. Однако более заметный след присутствия этого города появляется только в истории Литвы в 1272 году. Говорят, что престарелый литовский князь Свинторог, или его сын Гермонт, в дубовом лесу, покрывавшем луг, при устье реки Вильнюса до реки Нерис; он построил жертвенники в честь Перкуна и зажег священный огонь, постановив здесь: - священника Криве-Кривейфе и других жертвователей, и назначил это место для могил, т. е. всесожжения трупа князя. Этот роман предполагает, что именно Жермон, или его отец Свинторог, во время величайших смут в Литве осиротел из-за смерти Миндова, от которого тевтонские рыцари воспользовались ею и притеснили ее веру; он перенес в Вильнюс уничтоженных Орденом римских святых на Дубиссе и Невеязе. Поэтому существование Вильнюса в XIII веке кажется несомненным, но определенная история его начинается с 1323 года, когда Гедимин, король Литвы и России, писал отсюда свои письма Папе Римскому, орденам и немецким городам в самый день Тела Христова. Он называет Вильнюс своим королевским городом, так что он, должно быть, долгое время был выдающимся городом. Около 1320 года тот же Гедимин был основателем замков, остатки которых сохранились над городом до сих пор. По роману Стрыйковского, извлеченному из старинных сказаний и летописей, этот силач, охотясь в том месте, где над священной долиной Перкуны возвышалась так называемая Лысе-Гора, окружающая устье реки Вильнюса до Нериса, увидел сон, в котором он увидел на одной из гор, где только что убил Тура, огромного волка, покрытого железным листом; этот волк выл таким громким голосом, что закричал