Отчёт о поездке в Белоруссию в 1903 году. Лист 31, с. 30: начало раздела «Западная граница: Шерешово, Беловежа и Подляшье»
Евфимий Карский летом 1903 года проехал вдоль границ белорусской речи - от Ковенской и Курляндской губерний до Твери, Брянска, Полесья и Белостока - и записал говоры и песни. Отчёт Русскому географическому обществу, Санкт-Петербург, 1905.
С. 30: начало раздела «Западная граница: Шерешово, Беловежа и Подляшье»
Оригинал
му́хи. Штобъ на цебэ́ по вѣтра. Кото́ры зарабля́юць. Учельники́ не хоця́ць боя́цца. Тры версцѣ́. Куго? На вула́хъ. Есць. Обурваў не́дзи. Гэты самые вужэ и па вудзѣ́ (=по водѣ) хо́дзяць. Орѣ́хъ. Уй щобъ (а раньше было штобъ) ёго. Тамъ на поле трохо вы́ѣдомъ. Тольки помэ́щикъ не лядзи́ць на свя́то. Пѣтухъ называется „каба́нъ“, скотъ—„това́ръ“, густо—„глу́по“, гробъ—„домови́на“, ей Богу—„бо́ще“.
М. Шерешово, Пружанскаго уѣзда. Разсмотрѣнію особенностей языка этого мѣстечка посвящена цѣлая статья А. Салтруковича, напечатанная въ „Матеріалахъ для изученія сѣверно-малорусскихъ говоровъ, а также переходныхъ отъ бѣлорусскихъ къ малорусскимъ“, № 9, провѣренная мною лично во время поѣздки 1903 г.; тутъ поэтому почти ничего не придется прибавлять. Особенно выдающимися чертами оказываются: оканье, твердое э послѣ губныхъ, т твердое въ 3-мъ лицѣ ед. и мн. ч. глагола, конечно, если оно совсѣмъ не отпадаетъ. Вотъ нѣсколько примѣровъ: вона́ (она), благе́нькее жито, уцёкъ, за тые вэксале, судьбе́ю, однае матки, 80 годо́ў, одъѣжд͡жа́е, хочь па крыси (понемногу) нихай узы́скивае, зъ заиле́ю, воны ўсѣ́ пры мнѣ, памъёръ, сыновэ (ср. р. ед. ч. прилагательнаго), бэзъ двохъ снопо́ў, умѣшвацимуцца (станутъ вмѣшиваться), екъ я на той чацверту́си, ето имъ мало, мэне́ оста́вили, разби́ли дзверя́ (двери), удове́цъ, муля́ў (говорилъ), хо́чеце — живе́це (=если хотите, то живите).
С. Бѣловѣжъ Пружан. у. въ центрѣ Бѣловѣжской пущи. Не только простой народъ, но даже и интеллигентныя лица вм. Бѣловѣжъ говорятъ „Баловѣжъ“, такъ что, быть можетъ, производство названія села отъ бывшей будто бы здѣсь когда-то Бѣлой вѣжи и не на чемъ неосновано. Составъ населенія—когда-то бывшіе стрѣлки, набранные въ разныхъ мѣстахъ; теперь преобладаютъ бѣлоруссы. Взрослые и дѣти дзекаютъ и цекаютъ, окаютъ, хотя и не всегда, кое-гдѣ знаютъ дифтонги, послѣ губныхъ э вм. е и т. д. Примѣры на разные случаи: двэ́ры, бэры́, дву͡оръ, бу͡оръ, ни͡оось, дзи͡етъ (одинъ изъ моихъ экспертовъ, обучавшійся въ народномъ училищѣ, дифтонговъ не произносилъ), двора́, голова́, говору́, царъ, быў, хадзи́ў, узя́ў, поѣхаў ў ліесъ, ў руццѣ́, купа́ўса, гу́лица, дощъ, раджа́ць, па́лцы, несе́, умѣ́е, спиць, лю́биць; тамъ хоронге́ўки
Современная орфография
му́хи. Штобъ на цебэ́ по вѣтра («Чтоб на тебя поветрие»). Кото́ры зарабля́юць («которые зарабатывают»). Учельники́ не хоця́ць боя́цца («ученики не хотят, боятся»). Тры версцѣ́ («три версты»). Куго? На вула́хъ («на волах»). Есць. Обурваў не́дзи («оборвал где-то»). Гэты самые вужэ и па вудзѣ́ (=по воде) хо́дзяць («эти же ужи и по воде ходят»). Орѣ́хъ. Уй щобъ (а раньше было штоб) ёго («Ой, чтоб его»). Тамъ на поле трохо вы́ѣдомъ («там на поле немного выедем»). Тольки помэ́щикъ не лядзи́ць на свя́то («только помещик на праздник не смотрит»). Петух называется «каба́нъ», скот—«това́ръ», густо—«глу́по», гроб—«домови́на», ей Богу—«бо́ще».
М. Шерешово, Пружанского уезда. Рассмотрению особенностей языка этого местечка посвящена целая статья А. Салтруковича, напечатанная в «Материалах для изучения северно-малорусских говоров, а также переходных от белорусских к малорусским», № 9, проверенная мною лично во время поездки 1903 г.; тут поэтому почти ничего не придется прибавлять. Особенно выдающимися чертами оказываются: оканье, твердое э после губных, т твердое в 3-м лице ед. и мн. ч. глагола, конечно, если оно совсем не отпадает. Вот несколько примеров: вона́ (она), благе́нькее жито, уцёкъ, за тые вэксале («за те векселя»), судьбе́ю, однае матки («одной матери»), 80 годо́ў («80 лет»), одъѣжд͡жа́е, хочь па крыси (понемногу) нихай узы́скивае («хоть понемногу пусть взыскивает»), зъ заиле́ю («с землёю»), воны ўсѣ́ пры мнѣ («они все при мне»), памъёръ, сыновэ (ср. р. ед. ч. прилагательного), бэзъ двохъ снопо́ў, умѣшвацимуцца (станут вмешиваться), екъ я на той чацверту́си («как я на той четверти»), ето имъ мало («это им мало»), мэне́ оста́вили («меня оставили»), разби́ли дзверя́ (двери) («разбили двери»), удове́цъ, муля́ў (говорил), хо́чеце — живе́це (=если хотите, то живите).
Село Беловежа (Беловеж) Пружанского уезда, в центре Беловежской пущи. Не только простой народ, но даже и интеллигентные лица вм. Беловеж говорят «Баловеж», так что, быть может, производство названия села от бывшей будто бы здесь когда-то Белой вежи и ни на чём не основано. Состав населения—когда-то бывшие стрелки, набранные в разных местах; теперь преобладают белорусы. Взрослые и дети дзекают и цекают, окают, хотя и не всегда, кое-где знают дифтонги, после губных э вм. е и т. д. Примеры на разные случаи: двэ́ры, бэры́, дву͡оръ, бу͡оръ, ни͡оось, дзи͡етъ (один из моих экспертов, обучавшийся в народном училище, дифтонгов не произносил), двора́, голова́, говору́, царъ, быў, хадзи́ў, узя́ў, поѣхаў ў ліесъ, ў руццѣ́ («в руке»), купа́ўса, гу́лица, дощъ, раджа́ць, па́лцы, несе́, умѣ́е, спиць, лю́биць; тамъ хоронге́ўки