Материалы для истории западно-русской церкви. Лист 15, с. XIII: предисловие
Документы 1749-1761 годов о виленском Свято-Духовом монастыре и его старшинстве: пожар 1749 года и восстановление церкви, настоятели Сильвестр Добрыня и Феофан Леонтович, тяжбы с униатами и консисторское дело. Киев, 1895.
С. XIII: предисловие
Оригинал
товича въ Варшаву. Началась переписка съ русскимъ правительствомъ. Леонтовичу отъ своего начальства сдѣланы были запросы. Онъ отписывался. Но нашлись лица и изъ среды православныхъ, недовольныя дѣйствіями виленскаго «старшаго». Занесена была жалоба въ Синодъ и «отъ своихъ» (Ѳеофанъ Яворскій). О Леонтовичѣ составилось у высшихъ властей представленіе, какъ о человѣкѣ неспокойномъ и неумѣренномъ, и Святѣйшій Синодъ (вслѣдствіе представленія Коллегіи Иностранныхъ дѣлъ) указомъ отъ 10 сентября 1757 года предписалъ кіевскому митрополиту, для предупрежденія дальнѣйшихъ худыхъ послѣдствій, замѣнить Леонтовича, за его непристойныя поступки, другимъ іеромонахомъ, который бы спокойнѣе и умѣреннѣе съ тамошними обывателями поступалъ. Во исполненіе этого указа митрополитъ отрѣшилъ Леонтовича отъ настоятельства въ виленскомъ Свято-Духовомъ монастырѣ и назначилъ на его мѣсто Амвросія Флоринскаго23.
Но Леонтовичъ былъ крайне недоволенъ такимъ исходомъ дѣла и, не сдавъ своему преемнику монастырскаго имущества и ключей, а также забравши нѣкоторые документы, отправился сначала въ Варшаву для защиты (какъ объяснялъ) монастырскихъ интересовъ «предъ польскими министрами пособіемъ россійскаго въ Варшавѣ посланника», а затѣмъ (въ августѣ 1758 г.)—въ Петербургъ съ цѣлю оправдать предъ духовной и свѣтской властями образъ своихъ дѣйствій въ бытность виленскимъ «старшимъ». Святѣйшій Синодъ но внялъ однако ни словеснымъ ни пространнымъ письменнымъ объясненіямъ ЛВеонтовича, заключилъ его подъ стражу и потомъ подъ крѣпкимъ карауломъ препроводилъ въ государственную Иностранныхъ дѣлъ Коллегію. Но послѣдняя отнеслась гораздо снисходительнѣе къ Леонтовичу: тотчасъ освободила его отъ стражи, пространную его записку «по дѣлу о находящихся въ Польшѣ и Литвѣ грекороссійскаго закона людехъ» приняла «съ радостію и благодареніемъ» и обратила на нее серьезное вниманіе.
Коллегія вступилась за бывшаго виленскаго «старшаго» отчасти вслѣдствіе обычныхъ въ то время пререканій со Св. Синодомъ, а отчасти и потому, что смотрѣла на Леонтовича, какъ человѣка хорошо ознакомленнаго съ положеніемъ православія въ русскихъ областяхъ, под-
Примечания
23 Очеркъ исторіи зап.-рус. церкви. И. Чистовича, ч. II, стр. 172–173.
Современная версия
товича в Варшаву. Началась переписка с русским правительством. Леонтовичу от своего начальства сделаны были запросы. Он отписывался. Но нашлись лица и из среды православных, недовольные действиями виленского «старшого». Занесена была жалоба в Синод и «от своих» (Феофан Яворский). О Леонтовиче составилось у высших властей представление, как о человеке неспокойном и неумеренном, и Святейший Синод (вследствие представления Коллегии Иностранных дел) указом от 10 сентября 1757 года предписал киевскому митрополиту, для предупреждения дальнейших худых последствий, заменить Леонтовича, за его непристойные поступки, другим иеромонахом, который бы спокойнее и умереннее с тамошними обывателями поступал. Во исполнение этого указа митрополит отрешил Леонтовича от настоятельства в виленском Свято-Духовом монастыре и назначил на его место Амвросия Флоринского23.
Но Леонтович был крайне недоволен таким исходом дела и, не сдав своему преемнику монастырского имущества и ключей, а также забравши некоторые документы, отправился сначала в Варшаву для защиты (как объяснял) монастырских интересов «пред польскими министрами пособием российского в Варшаве посланника», а затем (в августе 1758 г.)—в Петербург с целю оправдать пред духовной и светской властями образ своих действий в бытность виленским «старшим». Святейший Синод но внял однако ни словесным ни пространным письменным объяснениям ЛВеонтовича, заключил его под стражу и потом под крепким караулом препроводил в государственную Иностранных дел Коллегию. Но последняя отнеслась гораздо снисходительнее к Леонтовичу: тотчас освободила его от стражи, пространную его записку «по делу о находящихся в Польше и Литве грекороссийского закона людех» приняла «с радостию и благодарением» и обратила на нее серьезное внимание.
Коллегия вступилась за бывшого виленского «старшого» отчасти вследствие обычных в то время пререканий со Св. Синодом, а отчасти и потому, что смотрела на Леонтовича, как человека хорошо ознакомленного с положением православия в русских областях, под-
Примечания
23 Очерк истории зап.-рус. церкви. И. Чистовича, ч. II, стр. 172–173.