Новый Свет

Америка была снова Новым Светом для европейца. Первых поселенцев привлекла сюда не золотая лихорадка, но жажда свободы для разгулявшейся мысли. Пуритане, квакеры, сектанты протестантизма отваживались на тяжкий ручной труд; и хотя в южных поселениях начали ввозить негров-рабов, нигде, однако, не образовалась та праздная и роскошествующая аристократия, которая в XVIII веке влекла Польшу в пучину падения. Никто не домогался здесь титулов, орденов, личных привилегий. Вашингтон, зажиточный владелец обширных имений, проводил месяцы в бездорожных пущах, делая измерения как землемер.

Англия притязала лишь на торговые выгоды. Причиною спора был билль о податях, требуемых с колоний. Колонисты запротестовали во имя английской логики, выработанной на Великой Хартии Вольностей 1215 г., что всякая подать должна быть принята и утверждена плательщиками. Выбрасывание 340 ящиков с чаем в море в порту Бостона (1773) имело значение поворотного пункта; парламент проголосовал 4 марта 1774 года закон, закрывающий порт в Бостоне. Первый «континентальный» конгресс манифестировал перед миром солидарность всех колоний в достославных резолюциях (октябрь 1774). Год 1775 называется уже первым годом войны, ибо «люди минуты» (minute-men) ударили 19 апреля под Лексингтоном.

26 мая 1775 г. конгресс постановил поставить колонии на военное положение, 15 июня назначил вождём Вашингтона — и этот человек, вполне рассудительный, практичный, bene natus et possessionatus 1, принял такую должность, а от назначенного ему жалованья отказался. Великий Питт граф Чатам признал в палате лордов, что «нет народа и нет никакого собрания, которое превзошло бы Генеральный Конгресс филадельфийский основательностью рассудка и суждения».

Порвались даже узы личных дружеских отношений:

Филадельфия, 5 июля 1775. Господин Страхан! Вы член парламента, один из того большинства, которое обрекло мою страну на уничтожение. Вы начали жечь наши города и убивать наше население. Взгляните на руки свои! Они запятнаны кровью ваших соотечественников! Вы и я долгое время были друзьями. Ныне вы мой враг, а я — ваш. Б. Франклин.

Авторские примечания

1. О состоянии Вашингтона.