Решение об отъезде
Костюшко, полный перевод. ГЛАВА V. Дела имущественные и сердечные в 1775 году
Великая буря чувств и мыслей должна была подняться тогда в душе Костюшки. Приехал он в Польшу, дабы служить ей приобретённым знанием, — и вот не мог получить никакой службы. От любимой девушки был он оттолкнут грубо, презрительно. А не был ли для патриотического сердца болезненным вид российских войск, расположенных по всей Польше, и проконсульской спеси российского посла, а также страшная политическая деморализация шляхетской массы, определённая выражением одного бригадира: «Ещё не видел я никого, кто бы за отчизну кровь проливал или достояние терял».
Разве не понятно в таких условиях безбрежное отчаяние? Костюшко «внезапно» принял решение покинуть Отчизну, в которой видел себя бессильным, униженным и на нищету обречённым.
«Внезапный» отъезд его не был, однако, столь поспешным, чтобы выглядел бегством. Перед отъездом предпринял он работу приведения в порядок своих денежных дел и в течение двух дней, 9 и 10 октября 1775 года, свидетельствовал правовые акты в Славинке у Яна Непомуцена: пленипотенцию для шурина Петра Эстки 1 и отдачу Сехнович в залоговую двухлетнюю посессию 2.
Эстки оказали великую услугу, предложив кредит в размере 8.820 злп. под залог имения, запутанного в опасных операциях Иосифа. Ссудили они ещё 1440 злп., а всего дали Тадеушу 10.260 злп.
Авторские примечания
- Пленипотенция Петру Эстке, Славинок, 9 октября 1775 г.
- Залоговая запись, Славинок, 10 октября 1775 г.