Ягелло-Яков-Владислав и первое соединение Литвы с Польшею. Лист 69, с. 66
Михаил Смирнов о том, как Литва соединилась с Польшей: наследники Ольгерда, гибель Кейстута и бегство Витовта, польское междуцарствие, брак Ягайло с Ядвигой и крещение Литвы, Одесса, 1868.
С. 66
Оригинал
довикъ на свои обязанности по отношенію къ Польшѣ и кавъ мало думалъ онъ о ея благѣ. Всѣ его взгляды, которые старался онъ проводить въ Венгріи, его покровительство городамъ, т. е. торговлѣ и промышленности, его замѣтная холодность къ рыцарству, все это рѣшительно не вяжется съ тѣми громадными привилегіями, которыя были даны шляхтѣ въ Кошицахъ. При Казимірѣ великомъ начинается если не ограниченіе шляхетскихъ правъ, то, по крайней мѣрѣ, стремленіе положить предѣлъ разнузданности этого сословія, удержать его въ границахъ законности, ослабить то вліяніе, которымъ оно угнѣтало простой народъ и стараніе дать послѣднему средства въ дальнѣйшему, хотя бы матерьяльному развитію Никто другой, какъ сильный и богатый Людовикъ, могъ продолжать это дѣло и такимъ образомъ остановить излишнее развитіе правъ одного сословія, излишнее стѣсненіе другаго, вытекающее отсюда ослабленіе королевской вдасти и тѣмъ вывести Польшу на дорогу, которая не такъ бы скоро привела ее къ паденію. Но Людовикъ очень мало объ этомъ заботился, онъ весь былъ поглощенъ единственною мыслью обезпечить польскую корону за одною изъ своихъ дочерей и, когда ему удалось достигнуть этой цѣли, онъ такъ обрадовался, чтб, даже, повидимому безъ просьбы шляхты, далъ ей и другія важныя привилегіи, кромѣ окончательнаго почти уничтоженія кролевщизны. Кошицкій договоръ освободилъ пановъ и шляхту отъ всѣхъ податей и повинностей, какъ денежныхъ, такъ и въ натурѣъ и сообщилъ имъ полнѣйшую свободу относительно королевской власти; единственнымъ обязательствомъ, которое еще оставалось за ними, была уплата двухъ грошей (которыхъ въ польской гривнѣ считалось 48), съ каждаго лана земли, въ знакъ признанія себя подданными короля, и защита отечества, въ случаѣ если непріятель вторгнется въ его предѣлы, въ войнѣ
Современная орфография
довик на свои обязанности по отношению к Польше и кав мало думал он о её благе. Все его взгляды, которые старался он проводить в Венгрии, его покровительство городам, т. е. торговле и промышленности, его заметная холодность к рыцарству, все это решительно не вяжется с теми громадными привилегиями, которые были даны шляхте в Кошицах. При Казимире великом начинается если не ограничение шляхетских прав, то, по крайней мере, стремление положить предел разнузданности этого сословия, удержать его в границах законности, ослабить то влияние, которым оно угнетало простой народ и старание дать последнему средства в дальнейшему, хотя бы матерьяльному развитию Никто другой, как сильный и богатый Людовик, мог продолжать это дело и таким образом остановить излишнее развитие прав одного сословия, излишнее стеснение другого, вытекающее отсюда ослабление королевской вдасти и тем вывести Польшу на дорогу, которая не так бы скоро привела ее к падению. Но Людовик очень мало об этом заботился, он весь был поглощен единственною мыслью обезпечить польскую корону за одною из своих дочерей и, когда ему удалось достигнуть этой цели, он так обрадовался, чтб, даже, повидимому без просьбы шляхты, дал ей и другие важные привилегии, кроме окончательного почти уничтожения кролевщизны. Кошицкий договор освободил панов и шляхту от всех податей и повинностей, как денежных, так и в натуре и сообщил им полнейшую свободу относительно королевской власти; единственным обязательством, которое еще оставалось за ними, была уплата двух грошей (которых в польской гривне считалось 48), с каждого лана земли, в знак признания себя подданными короля, и защита отечества, в случае если неприятель вторгнется в его пределы, в войне