Ягелло-Яков-Владислав и первое соединение Литвы с Польшею. Лист 21, с. 18
Михаил Смирнов о том, как Литва соединилась с Польшей: наследники Ольгерда, гибель Кейстута и бегство Витовта, польское междуцарствие, брак Ягайло с Ядвигой и крещение Литвы, Одесса, 1868.
С. 18
Оригинал
брать имъ помѣщеніе, изъ котораго не такъ легко будетъ уйти.55 Слѣдовало бы ожидать, что двукратный плѣнъ сдѣлаетъ Кейстута болѣе осторожнымъ, научитъ его заботиться о своей безопасности, столь необходимой для его подданныхъ, но удалая натура истиннаго литовца была недоступна для подобныхъ впечатлѣній, напротивъ успѣхъ, съ которымъ удалось Кейстуту два раза освободиться изъ рукъ непріятеля, только заохѣчивалъ его въ новымъ подвигамъ. Едва воротившись въ Литву, онъ собралъ войско и бросился онустошать Судавію и Галивдію, замки Гоганнисбургъ и Эккеребергъ были взяты и сожжены, ихъ начальники попались въ паѣнъ или погибли, немногіе бѣжали, и уже литовскіе наѣздники возвращались съ добычей домой, какъ неожиданно попали въ засаду; въ происшедшей битвѣ Кейстутъ, сброшенный съ коня, снова былъ взятъ. Не имѣемъ основанія сомнѣваться въ справедливости этого извѣстія, сообщеннаго Вигандомъ и Стрыйковскимъ,ѣ® хотя объясненіе его третьяго освобожденія небрежностью, съ которою стерегли его рыцари, невольно внушаетъ недовѣріе, Проведя всю жизнь свою въ постоянной, ожесточенной борьбѣ съ орденомъ, Кейстутъ не отличался тою ненавистью къ рыцарямъ, которую тавъ справедливо питали къ нимъ литовцы, онъ даже ‘любилъ тѣхъ изъ нихъ, которые по его мнѣнію были истинными рыцарями т. е. были храбры, смѣлы и благородны," плѣнвые крестоносцы дѣлались его друзьями и оставались у него навсегда“ и не разъ мягкосердечный князь снасалъ своихъ враговъ отъ законной или, по крайней мѣрѣ, понятной ярости своихъ подданныхъ; такъ при взятіи іоганнисбурга озлобленвая до нельзя Литва требовала смерти всего гарнизона, начальникъ замка Оттонъ, старикъ съ деревянною ногою, умелялъ Кейстута о пощадѣ своихъ подчинненыхъ и предлагалъ свою жизнь, какъ цѣну ихъ спасенія, Пораженный такимъ
Современная орфография
брать им помещение, из которого не так легко будет уйти.55 Следовало бы ожидать, что двукратный плен сделает Кейстута более осторожным, научит его заботиться о своей безопасности, столь необходимой для его подданных, но удалая натура истинного литовца была недоступна для подобных впечатлений, напротив успех, с которым удалось Кейстуту два раза освободиться из рук неприятеля, только заохечивал его в новым подвигам. Едва воротившись в Литву, он собрал войско и бросился онустошать Судавию и Галивдию, замки Гоганнисбург и Эккереберг были взяты и сожжены, их начальники попались в паен или погибли, немногие бежали, и уже литовские наездники возвращались с добычей домой, как неожиданно попали в засаду; в происшедшей битве Кейстут, сброшенный с коня, снова был взят. Не имеем основания сомневаться в справедливости этого известия, сообщенного Вигандом и Стрыйковским,е® хотя объяснение его третьего освобождения небрежностью, с которою стерегли его рыцари, невольно внушает недоверие, Проведя всю жизнь свою в постоянной, ожесточенной борьбе с орденом, Кейстут не отличался тою ненавистью к рыцарям, которую тав справедливо питали к ним литовцы, он даже ‘любил тех из них, которые по его мнению были истинными рыцарями т. е. были храбры, смелы и благородны," пленвые крестоносцы делались его друзьями и оставались у него навсегда“ и не раз мягкосердечный князь снасал своих врагов от законной или, по крайней мере, понятной ярости своих подданных; так при взятии иоганнисбурга озлобленвая до нельзя Литва требовала смерти всего гарнизона, начальник замка Оттон, старик с деревянною ногою, умелял Кейстута о пощаде своих подчинненых и предлагал свою жизнь, как цену их спасения, Пораженный таким