Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Материалы к истории панов-рады. Добавление. Разворот 74, с. 136-137: акт LXXXIX

Девяносто актов 1496-1581 годов из Литовской метрики и луцких гродских книг: привилеи, судебные решения, жалобы, донесения вижей и мандаты, в которых действуют великий князь и паны-рада. Томск, 1912.

Сборник материалов к истории панов-рады, 1912: разворот 74 из 75

С. 136-137: акт LXXXIX

Оригинал

Иначей абы есте не чинили. Дан в Варшаве, дня пятогонадцат мца марца, року тисеча пятсот осмдесят первого а кролеваня нашого року пятого. Стефанус, рекс. Яким Высоцкий“.

(К. Ц. А., кн. 2058, л. 17, № 5).

LXXXIX.

(Протоколъ, составленный урядниками судовыми Луцкими о томъ, что кн. Ян. Жеславскій учинилъ „великій розрухъ“ въ избѣ судовой при разборѣ дѣла по жалобѣ п. М. Мышки-Варковскаго на кн. К. Острожскаго. Заявленіе п. М. Мышки-Варковскаго по тому же дѣлу).

Року 1581, мца сентебра 26 дня.

На рокох судовых кгродских Луцких, постановившися очевисто в замку его кролевское млсти Луцком у светлици судовой у суду перед нами, Станиславом Петровским, подстаростим Луцким, а Остафьем Малинским, судею, врядниками на справы судовые кгродские Луцкие от велможного его милости пана Александра Пронского, столника великого князства Литовского, старосты Луцкого, зосланым, велможный его милост пан Михайло Мышка Варковский, кашталян земли Волынское, староста Гомелский, хотечи . . . . . у кривде своей з его милостью князем Костентином Острозским, воеводою Киевским, за позвы правом посполитым справедливости своее довести. А нижли его млсть пан кашталян Волынский до поступку правного противку князю воеводе Киевскому поступил нам, яко врядником судовым, и всем паном шляхте обывателем земли Волынское, на тот час в замку Луцком у суду кгродского Луцкого будучим, з великою жалостью оповедал жал и деспект свой, который ся стал его млсти пну Волынскому дня прошлого мца сентебра двадцат четвертого в року теперь идучом семдесят(!) первом от князя Михайла Жаславского через стрелене его самого з ручницы до окна светличного у конвенте, в которой, дей, светлици, яко у спокойной господе своей, пан Волынский, будучи з гостьми пны приятели своими, седил. О чом доведавшися брат князя Михайла Жаславского князь Януш Жаславский, зобравшися з многими з слугами и помочниками своими, и з многими слугами князя воеводы Киевского, з ручницами и з ыншими розными бронями пришедши в замок вышней Луцкий до избы судовое перед суд з великим гневом и словы попудливыми и ущипливыми, так же и рукою грозечы на пна кашталяна Волынского, сам ся торгал, мовечы до его млти пана Волынского: „иж ся еси оповедал зде на брата моего князя Михайла Жаславского, ведай о том, Мышка, иж того горлом своим приплатиш“. И, поколко крот повторяючи, князь Януш Жаславский до пна Волынского мовил, рукою грозечы: „уйзрыш, уйзрыш, Мышко, што ся тобе от нас станет“. С которых так образных слов князя Януша Жаславского у суду великий розрух от слуг его млти и от слуг князя воеводы Киевского, на тот час при нем будучих, поривоючися до брони на пна Волынского, хотячи пану Волынскому легкост учинити, або здоровья его млти позбавити. Што мы, суд, видячи так великий розрух и замешанье от так многих людей, через князя Януша Жаславского учиненый, не будучи мы сами безпечными на суде седити и справ судовых отправовати, роки есмо через возного выволати мусели.

А пан кашталян Волынский тую зелживость и небезпечность свою нам, врядником судовым, оповедил с тым докладом, же, дей, „князь Януш Жаславский, з намовы и направы князя воеводы Киевского самого, зде умыслне до суду з слугами князя воеводы Киевского пришол, абы тые роки судовые розрухом своим ку зволоце справедливости моей розорвал и розбил“.

Ку тому того ж дня даты вышшей описаное оповедал перед нами его милость пан кашталян Волынский: Иж, дей, „князь Михайло Жаславский и слуги князя воеводы Киевского — Якуб Мошенский, Михайло Павлович, Мартин Межинский а Злоба — з многими иншими товариши своими, з слугами князя пана своего, которых они имена и прозвища их лепей ведают, за росказаньем властным князя воеводы Киевского, пана своего, через заруки немалые, на листех заручных от зошлого короля его милости славное памяти Жигкимонта Августа на князя воеводу Киевского положоные и описаные, мне, дей, в замку Луцком околном, у дворе пана Ивана Чаплича, войского Луцкого, дорогу заступивши, и час немалый на мене ждали, скоро бых, дей, был з замку вышнего вышол, здоровья моего мене збавити умыслене были. Аж кгды ся, дей, доведали, же ваша милость, панове судовые, мене межи себе взявши, з избы судовое до

Перевод на русский

Иначе не поступайте. Дано в Варшаве 15 марта 1581 года, в пятый год нашего правления. Стефан, король. Яким Высоцкий».

(К. Ц. А., кн. 2058, л. 17, № 5).

Акт LXXXIX

(Протокол луцких судебных урядников о том, что князь Януш Жеславский устроил «большие беспорядки» в судовой палате при рассмотрении жалобы пана М. Мышки-Варковского на князя К. Острожского. Заявление пана М. Мышки-Варковского по тому же делу).

26 сентября 1581 года.

На заседании Луцкого гродского суда, в судебной палате королевского Луцкого замка, перед нами, Станиславом Петровским, луцким подстаростой, и Остафьем Малинским, судьёй, назначенными для гродских судебных дел велеможным паном Александром Пронским, стольником Великого княжества Литовского и луцким старостой, лично явился волынский каштелян и гомельский староста пан Михайло Мышка-Варковский. Он хотел . . . . . добиться по вызову в суд законного решения своей тяжбы с князем Константином Острожским, киевским воеводой. Прежде чем приступить к судебному разбирательству, пан каштелян с большой скорбью рассказал нам, судебным урядникам, и всем волынским шляхтичам, присутствовавшим тогда в Луцком замке, о тяжёлом оскорблении, которое он понёс 24 сентября нынешнего «семьдесят первого» года [так в издании] от князя Михайла Жаславского. Тот выстрелил из ружья в окно комнаты монастыря, где каштелян спокойно сидел со своими гостями и друзьями. Узнав об этом, брат Михайла, князь Януш Жаславский, собрал многих своих слуг и помощников, а также слуг киевского воеводы, вооружённых ружьями, и другим оружием, и вошёл с ними в верхний Луцкий замок, в судовую палату. Перед судом он в сильном гневе бросал каштеляну обидные слова и угрожал рукой: «Ты пожаловался здесь на моего брата князя Михайла Жаславского. Знай, Мышка, что заплатишь за это жизнью». Несколько раз повторяя угрозу, князь Януш говорил: «Увидишь, Мышка, что с тобой будет». Эти оскорбления вызвали в суде большие беспорядки. Слуги князя Януша и слуги киевского воеводы, бывшие при нём, хватались за оружие, желая оскорбить пана каштеляна или лишить его жизни. Увидев такое смятение, мы, судьи, уже не могли безопасно заседать и вести дела и были вынуждены через возного объявить о переносе заседаний.

Пан волынский каштелян заявил нам, судебным урядникам, об оскорблении и опасности, добавив, что князь Януш Жаславский пришёл с людьми киевского воеводы по наущению самого воеводы, намереваясь своими беспорядками сорвать заседания и отложить разрешение его дела.

В тот же день каштелян также заявил нам: «Князь Михайло Жаславский и слуги киевского воеводы — Якуб Мошенский, Михайло Павлович, Мартин Межинский и Злоба — со многими товарищами, по прямому приказу своего господина киевского воеводы, нарушив значительные залоги, предусмотренные охранными письмами покойного короля Сигизмунда Августа, подстерегали меня во дворе луцкого войского Ивана Чаплича в нижнем Луцком замке. Они долго ждали меня там, чтобы лишить жизни, как только я выйду из верхнего замка. Лишь когда узнали, что вы, паны судьи, взяли меня с собой и вели из судовой палаты к