Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Материалы к истории панов-рады. Добавление. Разворот 21, с. 30-31: акты XXV-XXVI

Девяносто актов 1496-1581 годов из Литовской метрики и луцких гродских книг: привилеи, судебные решения, жалобы, донесения вижей и мандаты, в которых действуют великий князь и паны-рада. Томск, 1912.

Сборник материалов к истории панов-рады, 1912: разворот 21 из 75

С. 30-31: акты XXV-XXVI

Оригинал

небожчика отца своего во Иванчичох побрати мел, ино, дей, тых копей служебники мои видели в князя Ярослава“.

И хотечи его мл. княз Кошерский о то мовити, просил, абы то в книги замковые было записано.

А так я тую жалобу и оповедане через лист его мл. князя Кошерского до книг замковых записати казалъ.

(К. Ц. К., кн. 2035, л. 3).

XXV.

(Заявленія кн. Р. Ф. Сангушковича и дворянина п. И. Б. Несвѣцкого о томъ, что кн. Ал. Андр. Сангушковичъ отказался взять заручный листъ господарскій).

Тогож мца генвара 25 дня.

Присылалъ до мене Бориса Ивановича Сову, подстаростего Луцкого, его мл. княз Роман Федорович Санкгушковича, староста Житомирский, оповедаючи тым обычаемъ: Штож, дей, „княз Александро его мл. Андреевич Сонкгушковича-Кошерский, маршалок гдрьский, дал мне лист его королевское милости заручный о небезпеченство здоровя через дворенина гдрьского пана Федора Ивановича Русина у Свинюсех; я, дей, в тот час будучи вжо на выезде, принявши лист господарьский, казал есми за собою ехати тому дворенину гдрьскому до двора моего Павлович, хотечи ему там лист гдрьский отдати; он, дей, за мною не ехал и листа гдрьского от мене не брал; с которым листом посылал есми дворенина гдрьского пана Иляша Богушевича Несвѣцкого до князя Александра Кошерского, абы листъ гдрьский, который мне дал, до себе взялъ, он, дей, его брати не хотел“.

Якож то дворенинъ гдрьский пан Иляшъ Богушевич Несвѣцкий, ставши передо мною, очевисто тими словы сознал, Што ж „за росказанемъ его млсти князя Романа, старосты Житомирского, искал есми на многих местах князя Александра Кошерского з листом его королевское млсти и, приехавши до Каменя, места его мл., на завтрее Крещеня Гдня, то ест на ден светого Ивана Крестителя мца генвара семого дня во второк, давал есми князю Александру Кошерскому лист гдрьский, от его мл. князю Роману даный; княз Кошерский от мене листу гдрьского не брал, поведаючи: „нехай, дей, княз Роман, староста Житомирский, тот лист гдрьский тому отдаетъ, в кого его взялъ“; я, дей, осветчивши стороною, ехал есми от него; а потом ездил есми до Горухова и, знашодчи там дворенина гдрьского пана Федора Русина, давал есми ему тот лист гдрьский, през него князю Роману его мл. даный; он от мене листу гдрьского брати не хотел, поведаючи, иж, дей, „ми князь Александро Кошерский листу брати не казал“.

А так я тое оповедане его мл. князя Романа и дворенина гдрьского очевистое сознане до книг замковых записати казалъ.

(К. Ц. А., кн. 2035, л. 43 об., № 33).

XXVI.

(Жалоба маршалка господарскаго кн. Ал. Андр. Сангушковича объ ограбленіи и арестованіи его служебника слугами кн. Ром. Фед. Сангушковича).

Тогож мца февраля 24 дня.

Присылал до мене, Бориса Ивановича Совы, подстаростего Луцкого, княз Александро его мл. Андреевич Сонкгушковича-Кошерский, маршалок господарьский, служебника своего Лавренца, жалуючи и оповедаючи обтяжливе на князя Романа Федоровича Сонкгушковича, старосту Житомирского, тымъ обычаем: Што ж, дей, „тот служебник его мл. Лаврен мца февраля десятого дня в понеделок ехал с Перемиля до его милости с пенезми чиншовыми и серебщизными, которых тых всих пнзей было в него пятдесят коп грошей литовское личбы; и приежчаючи, дей, ему до именя князя его милости Рачина, у тот, дей, час княз Роман его мл., переславши слуг своих, под селом Рачинским на доброволной дорозе того служебника его мл. Лаврена збити, змордовати и до окрутного везеня своего у Миркови осадити казал; и в тот, дей, час при том бою взято в него тые вси пенези чиншовые и серебщизные пятдесят коп грошей, к тому коня, седло, опанчу, коц, сагайдак, сабля, рогатина и иных речей не мало; которого, дей, служебника колко дней у везеню своем державши, только самого теломъ его выпустити казал, а тых пнзей, коня и

Перевод на русский

покойчика своего отца в Иванчичах взять, но, по его словам, мои слуги видели те копы у князя Ярослава».

Желая заявить об этом, его милость князь Коширский просил внести дело в замковые книги.

Поэтому я велел записать в замковые книги эту жалобу и заявление, присланные письмом его милости князя Коширского.

(К. Ц. К., кн. 2035, л. 3).

Акт XXV

(Заявления князя Романа Фёдоровича Сангушко и дворянина пана Ильяша Богушевича Несвецкого о том, что князь Александр Андреевич Сангушко отказался принять государеву охранную грамоту).

Того же месяца января, 25-го дня.

Его милость князь Роман Фёдорович Сангушко, житомирский староста, прислал ко мне, Борису Ивановичу Сове, луцкому подстаросте, такое заявление: «Его милость князь Александр Андреевич Сангушко-Коширский, государев маршалок, передал мне через государева дворянина пана Фёдора Ивановича Русина в Свинюхах охранную грамоту его королевской милости о безопасности моей жизни. Я тогда уже собирался уезжать и, приняв государеву грамоту, велел тому дворянину следовать за мной до моего двора Павловичи, желая там вернуть ему грамоту. Но он не поехал за мной и грамоты у меня не взял. Тогда я послал с ней государева дворянина пана Ильяша Богушевича Несвецкого к князю Александру Коширскому, чтобы тот принял обратно переданную мне государеву грамоту, но князь принимать её отказался».

И государев дворянин пан Ильяш Богушевич Несвецкий, лично явившись ко мне, подтвердил следующее: «По приказанию его милости князя Романа, житомирского старосты, я разыскивал князя Александра Коширского в разных местах, чтобы вручить ему грамоту его королевской милости. Приехав в его город Камень на следующий день после Крещения Господня, то есть в день святого Иоанна Крестителя, 7 января, во вторник, я предлагал князю Александру Коширскому государеву грамоту, данную через него князю Роману. Но князь Коширский у меня грамоты не принял и сказал, что князь Роман, житомирский староста, должен вернуть её тому, у кого получил. Я призвал свидетелей и уехал. Затем я отправился в Горохов и там, найдя государева дворянина пана Фёдора Русина, предложил ему ту же грамоту, через него переданную князю Роману. Но он принимать её отказался, сказав, что князь Александр Коширский не велел ему брать грамоту».

Я распорядился внести в замковые книги заявление его милости князя Романа и личное свидетельство государева дворянина.

(К. Ц. А., кн. 2035, л. 43 об., № 33).

Акт XXVI

(Жалоба государева маршалка князя Александра Андреевича Сангушко об ограблении и заключении его слуги людьми князя Романа Фёдоровича Сангушко).

Того же месяца февраля, 24-го дня.

Ко мне, Борису Ивановичу Сове, луцкому подстаросте, князь Александр Андреевич Сангушко-Коширский, государев маршалок, прислал своего слугу Лавренца с тяжкой жалобой на князя Романа Фёдоровича Сангушко, житомирского старосту. Он сообщил, что 10 февраля, в понедельник, слуга Лавренец ехал из Перемиля к его милости с чиншевыми и серебщинными деньгами, всего с пятьюдесятью копами грошей литовского счёта. Когда он подъезжал к имению князя Романа Рачину, тот якобы послал своих слуг и велел им на большой дороге под селом Рачин избить Лавренца, истязать его и заключить в своём суровом застенке в Миркове. При нападении у него будто бы отняли все пятьдесят коп грошей чиншевых и серебщинных денег, а также коня, седло, плащ, покрывало, колчан, саблю, рогатину и немало других вещей. Несколько дней князь держал слугу в заключении, затем отпустил только его самого, но деньги, коня и