Сборник летописей Южной и Западной Руси, снимок 204, печатная с. 139

Оригинал (дореформенная орфография)

cum indignatione gravi cuncti clamitabant, Wiszniowiecio sese submitteutes. Expetiit vocem inter tumultuantium vociferationes Tyszkiewicius, Kioviae palatinus, et lachrymis obortus, gravem ad Wiszniowiecium sermonem direxit, per sacra omnia, per amorem florentis, nunc jam pereuntis, populi Poloni nominisque eundem Wiszniowiecium obtestando, ut tot votis hominum annuere, regimen exercitus acceptare, salvare patriam, sub ictu positam, non renueret. Non potuit ultra refragari tot et tantis expostulationibus Wiszniowiecius; suscepit et invitus ultra offerentium exercitus gubernium, socium tamen laboris regni pocillatorem adsciri sibi desideravit. Contradixit per aliquot horas militaris ille consessus, multis exagerationibus praesentem pocillaterem lacessens, allaborante tamen Wiszniowiecio aegre consensit. Quae omnia, quia in vigilia sancti Michaelis, Wisniowiecii tutelaris, acta sunt, pro omine prosperi successus multi habebant, eo etiara accedente, quod cosacus, inter ipsam ducis Wiszniowiecii electionem, pro explorandis rebus nostris, Leopoli gestis, ordinatus, pro exploratore cognitus, et statim frameis in frustra concisus est. Oppidani etiam Gołogorienses, fraudis et perfidiae damnati: captivatus siquidem unus ex illis, litteras ad Chmielnicium (ut, quanto suis adesset, sibi auxilium contra tyrannidem polonorum laturus, omnia freta bello pro subsidio inventurus) datas sibi, exhibuit. Sed et mulieres aeque villanae russicae exploratrices consilii illius bellici captivatae, in civitate proditionis a Russis indicium fecerant.

Itaque decreta auspiciis Wiszniowiecii ad patriae moenia Leopolis strenua defensio, fide bona, conscientia jurata; argento, quod ecclesiae abunde et ultra in communi necessitate contulerant, praeficitur civis idoneus aurifaber Grymwald. Omnis bellicus apparatus, apud mercatores et artifices in magna copia repertus, pannum, materiae etiam preciosi serici ex oificinis civium pro vestibus militum, summae nobilium in deposito manentes et omnes, quomodocunque in Leopoli repertae, pro solutione instantanea authoritate commissariali per vim ad aerarium ducis Wiszuiowiecii deportabantur: Brzuchovii, 14,000, Armeni Jwasz-

Перевод на современный русский

с великим негодованием они кричали, что должны подчиниться Вишневцу. Тышкевичюс, палатин Киовии, искал голоса среди бурных криков и, заливаясь слезами, обратился к Вишневецу с серьезной речью, через все святое, через цветущую, теперь уже достигающую любовь, протестуя против имени польского народа и того же Вишневеца, чтобы он подчинился желанию стольких людей, принял управление армией и не отказался от спасения страны, которая находился под атакой. Он больше не мог сопротивляться требованиям Вишневецюса; Он принял и неохотно принял управление армиями, которые предлагали ему дальнейшее развитие, однако он желал, чтобы к нему привели гончара царства в качестве партнера в труде царства. Несколько часов он противоречил военному совету и со многими преувеличениями набрасывался на нынешнего поцилартера, но с помощью Вишневеца неохотно согласился. Все эти дела, поскольку они были совершены накануне святого Михаила, покровителя Вишневецка, многие считали предзнаменованием хорошего успеха, кроме того, что казаку, среди самого избрания вождя Вишневецка, было приказано шпионить за нашими делами, и слыл шпионом, и напрасно тотчас же был зарублен мечом. Граждане также Гологориуса были осуждены за мошенничество и вероломство: действительно, один из них, будучи взят в плен, представил Хмельнику данные ему письма (что, пока он присутствует, он окажет ему помощь против тирании поляков и найдет все средства войны для облегчения). Но такие же крестьянки русских шпионов, увлеченные этим планом войны, доложили в городе об измене русских.

Соответственно, под эгидой Вишневеца была предпринята энергичная защита стен страны во Львове, с доброй волей и под присягой совести; серебра, которое они в изобилии пожертвовали на нужды церкви, и сверх общей нужды заведовал достойный гражданин, ювелир Гримвальд. Все военное снаряжение, находившееся в большом изобилии у купцов и ремесленников, сукно, материалы, даже драгоценный шелк, из лавок горожан для одежды солдат, суммы дворян, оставшиеся на депозите, и все, как бы оно ни было найдено во Львове, силой перевезено в сокровищницу герцога Вишуйовецкого для немедленной оплаты интендантской властью: Бжуховий, 14 000, армяне Джваш-