Радзивиловская летопись, том II, страница 80 | Книги по истории Брестчины

Оригинал (дореформенная орфография)

на югѣ; владимирскому сводчику 1192 года они стали извѣстны уже въ готовомъ видѣ: это ясно, между прочимъ, изъ того, что въ первомъ изъ этихъ разсказовъ обнаруживается составитель переяславецъ, житель Переяславля южнаго или Русскаго (с. 80, прим. 1); того же переяславца легко замѣтить и въ разсказѣ объ Игоревомъ походѣ: Игоревы союзники сошлись у Переяславля; уже это обстоятельство послужило основаніемъ для переяславцевъ интересоваться исходомъ похода (с. 80, прим. 2); но, кромѣ того, пораженіе Игоря вызвало нападеніе на Переяславль торжествующихъ половцевъ; мужественный отпоръ, оказанный имъ Владимиромъ Глѣбовичемъ, вошелъ въ переяславскую версію о полку Игоревѣ, Отсюда слѣдуетъ, что владимирскому сводчику 1192 года была доступна Переяславская (южнаго Переяславля) лѣтопись: ею онъ дополнилъ сводъ 1185 года, помѣстивъ непосредственно за его окончаніемъ переяславскій разсказъ ; походѣ Святослава Всеволодича (ср. Радзив., л. 231), а подъ слѣдующимъ годомъ разсказъ о полку Игоревѣ.

Естественно возникаетъ вопросъ, ограничился ли сводчикъ 1192 года этими двумя заимствованіями изъ Переяславской (южнаго Переяславля) лѣтописи, или воспользовался ею и для переработки и дополненія всего свода 1185 года. Не трудно обнаружить вставку изъ Переяславскаго свода, попавшую при томъ въ сводъ 1192 года, подъ 1171 годомъ въ

Примечание (с. 80, прим. 1). Главное вниманіе удѣлено переяславскому князю Владимиру Глѣбовичу, разсказывая о его побѣдѣ. авторъ говоритъ: „наши же (т.-е. очевидно, переяславцы) погнаша сѣкущей“. Ср. разсказъ о томъ же событіи въ Ипат. подъ 1183 г., гдѣ Владимиръ Глѣбовичъ играетъ роль второстепенную.

Примечание (с. 80, прим. 2). Въ войскѣ Игоревомъ находились, конечно, и переяславцы въ качествѣ добровольцевъ, поэтому читаемъ: „наши же видѣвше ихъ“, „и побѣъжени быша наши“, „а о нашихъ не бысть кто и вѣсть принеса“.

Современный русский

на юге; владимирскому сводчику 1192 года они стали известны уже в готовом виде: это ясно, между прочим, из того, что в первом из этих рассказов обнаруживается составитель переяславец, житель Переяславля южного или Русского (с. 80, прим. 1); того же переяславца легко заметить и в рассказе об Игоревом походе: Игоревы союзники сошлись у Переяславля; уже это обстоятельство послужило основанием для переяславцев интересоваться исходом похода (с. 80, прим. 2); но, кроме того, поражение Игоря вызвало нападение на Переяславль торжествующих половцев; мужественный отпор, оказанный им Владимиром Глебовичем, вошел в переяславскую версию о полку Игореве, Отсюда следует, что владимирскому сводчику 1192 года была доступна Переяславская (южного Переяславля) летопись: ею он дополнил свод 1185 года, поместив непосредственно за его окончанием переяславский рассказ ; походе Святослава Всеволодича (ср. Радзив., л. 231), а под следующим годом рассказ о полку Игореве.

Естественно возникает вопрос, ограничился ли сводчик 1192 года этими двумя заимствованиями из Переяславской (южного Переяславля) летописи, или воспользовался ею и для переработки и дополнения всего свода 1185 года. Не трудно обнаружить вставку из Переяславского свода, попавшую при том в свод 1192 года, под 1171 годом в

Примечание (с. 80, прим. 1). Главное внимание уделено переяславскому князю Владимиру Глебовичу, рассказывая о его победе. автор говорит: «наши же (то есть, очевидно, переяславцы) погнались за ними, рубя их» (ориг.: наши же (т.-е. очевидно, переяславцы) погнаша сѣкущей). Ср. рассказ о том же событии в Ипат. под 1183 г., где Владимир Глебович играет роль второстепенную.

Примечание (с. 80, прим. 2). В войске Игоревом находились, конечно, и переяславцы в качестве добровольцев, поэтому читаем: „наши же видевше их“, «и были наши побеждены» (ориг.: и побѣъжени быша наши), «а о наших некому было даже принести весть» (ориг.: а о нашихъ не бысть кто и вѣсть принеса).