Радзивиловская летопись, том II, страница 51 | Книги по истории Брестчины

Оригинал (дореформенная орфография)

ченіе обѣихъ этихъ лѣтописей не оставляетъ сомнѣнія въ томъ, что обѣ онѣ пользовались однимъ общимъ источникомъ при изложеніи какъ южнорусскихъ, такъ и суздальскихъ событій. Доказательства представлены въ Пі главѣ изслѣдованія «Общерусскіе лѣтописные своды XIV и XV вѣковъ» («Журн,. Мин. Нар. Пр.» 1900 г., № 11). Это изслѣдованіе привело къ предположенію, что общимъ источникамъ Тверской и Львовской былъ тотъ общерусскій лѣтописный сводъ, который въ 1423 году составленъ во Владимирѣ по распоряженію митрополита Фотія. Въ виду этого, я позволю себѣ говорить въ настоящемъ отдѣлѣ о ближайшей связи Радзивиловской лѣтописи съ означеннымъ сводомъ 1423 года, носившимъ названіе Владимирскаго полихрона. Связь эта, по свидѣтельству Тверской и Львовской, обнаруживается уже въ Повѣсти вр. лѣтъ и продолжается на всемъ протяженіи Радзивиловскаго списка, т.-е. до 1206 года. Такъ, напр., въ началѣ Повѣсти читаемъ въ полихронѣ (Льв. і, 10; Тверск. XV, 22), что Угры наслѣдиша землю Словенскую, «согнаша Волохи»; ср. «прогнавши волохы» въ Радзив. (л. 5), въ Лавр. этихъ словъ нѣтъ, подъ 6496 (988) въ полихронѣ сообщалось, что Владимиръ крестился въ Корсунской церкви св. Богородицы (Льв. і, 117), ср. то же въ Радзив. (л. 62 об.), между тѣмъ какъ въ Лавр. церковь св. Василія, подъ 6684 (1176) въ полихронѣ говорилось, что послы Глѣба рязанскаго встрѣтили Михаила и Всеволода Юрьевичей на Москвѣ (Тверск. XV, 259); то же въ Радзив. (л. 221), между тѣмъ въ Лаврентьевской «и бывшю ему на Мерьской», подъ 6683 (1175) въ полихронѣ читалось «повабленъ Ростиславичи» (Тверск. XV, 250), какъ и въ Радзив. (л. 213), между тѣмъ въ Лавр. «пограбленъ Ростиславичи»; подъ 6684 (1176) въ полихронѣ

Современный русский

чение обеих этих летописей не оставляет сомнения в том, что обе они пользовались одним общим источником при изложении как южнорусских, так и суздальских событий. Доказательства представлены в Пи главе исследования «Общерусские летописные своды XIV и XV веков» («Журн,. Мин. Нар. Пр.» 1900 г., № 11). Это исследование привело к предположению, что общим источникам Тверской и Львовской был тот общерусский летописный свод, который в 1423 году составлен во Владимире по распоряжению митрополита Фотия. Ввиду этого, я позволю себе говорить в настоящем отделе о ближайшей связи Радзивиловской летописи с означенным сводом 1423 года, носившим название Владимирского полихрона. Связь эта, по свидетельству Тверской и Львовской, обнаруживается уже в Повести вр. лет и продолжается на всем протяжении Радзивиловского списка, то есть до 1206 года. Так, напр., в начале Повести читаем в полихроне (Льв. и, 10; Тверск. XV, 22), что Угры наследиша землю Словенскую, «согнаша Волохи»; ср. «прогнавши волохы» в Радзив. (л. 5), в Лавр. этих слов нет, под 6496 (988) в полихроне сообщалось, что Владимир крестился в Корсунской церкви св. Богородицы (Льв. и, 117), ср. то же в Радзив. (л. 62 об.), между тем как в Лавр. церковь св. Василия, под 6684 (1176) в полихроне говорилось, что послы Глеба рязанского встретили Михаила и Всеволода Юрьевичей на Москве (Тверск. XV, 259); то же в Радзив. (л. 221), между тем в Лаврентьевской «когда он был на Мерьской [название в цитате]» (ориг.: и бывшю ему на Мерьской), под 6683 (1175) в полихроне читалось «призванный Ростиславичами» (ориг.: повабленъ Ростиславичи) (Тверск. XV, 250), как и в Радзив. (л. 213), между тем в Лавр. «ограбленный Ростиславичами» (ориг.: пограбленъ Ростиславичи); под 6684 (1176) в полихроне