Радзивиловская летопись, том II, страница 19 | Книги по истории Брестчины

Оригинал (дореформенная орфография)

тописи профессора Чеботаревъ и Черепановъ пользовались Радзивиловскою лѣтописью для подведенія изъ нея разночтеній къ издаваемому тексту (изданіе осталось неоконченнымъ и погибло въ Москвѣ д въ пожарѣ 1812 года) (с. 19, прим. 1). Вѣроятно, въ связи съ этой работой стояло то обстоятельство, что подлинникъ Радзивиловской лѣтописи былъ переданъ 10 іюня 1804 года по Высочайшему повелѣнію въ пользованіе тайнаго совѣтника Муравьева. Послѣ смерти его рукопись оказалась у Оленина, о чемъ библіотекарь Шубертъ доносилъ конференціи Академіи Наукъ 12 янв. 1814 года, присовокупляя, что онъ не могъ получить ея обратно, не взирая на всѣ требованія, Въ 1815 году Оленинъ предложилъ графу Разумовскому, пожертвовавшему Академіи Наукъ 25.000 р. на изданіе древнихъ россійскихъ историческихъ рукописей, начать изданіе лѣтописей съ Кенигсбергскаго списка, «потому что первое онаго изданіе столь неисправно, что ни къ какому употребленію служить не можетъ, при чемъ въ письмѣ на имя президента Академіи онъ сообщалъ, что стараніемъ Ермолаева, хранителя рукописей Императорской Публичной Библіотеки, Кенигсбергскій списокъ приготовленъ къ печати», и выражалъ желаніе «присовокупить къ изданію нѣкоторые изъ любопытнѣйшихъ рисунковъ, относящихся къ древнимъ обычаямъ». Для этого онъ испрашивалъ 3.000 р., которые и были выданы ему Академіей. Чѣмъ кончилось предпріятіе Оленина, почему изданіе Радзивиловской лѣтописи остановилось, неизвѣстно. Въ 1818 году объ этомъ запрашивалъ конференцію новый президентъ ея С. Уваровъ, ссылаясь на то, что

Примечание (с. 19, прим. 1). Въ Библіотекѣ Академіи Наукъ имѣется два корректурныхъ оттиска первыхъ листовъ изданія, представляющіе одинъ отъ другого отличія.

Современный русский

тописи профессора Чеботарев и Черепанов пользовались Радзивиловскою летописью для подведения из нея разночтений к издаваемому тексту (издание осталось неоконченным и погибло в Москве д в пожаре 1812 года) (с. 19, прим. 1). Вероятно, в связи с этой работой стояло то обстоятельство, что подлинник Радзивиловской летописи был передан 10 июня 1804 года по Высочайшему повелению в пользование тайного советника Муравьева. После смерти его рукопись оказалась у Оленина, о чем библиотекарь Шуберт доносил конференции Академии Наук 12 янв. 1814 года, присовокупляя, что он не мог получить её обратно, невзирая на все требования, В 1815 году Оленин предложил графу Разумовскому, пожертвовавшему Академии Наук 25.000 р. на издание древних российских исторических рукописей, начать издание летописей с Кенигсбергского списка, «потому что первое его издание столь неисправно, что ни к какому употреблению служить не может, при чем в письме на имя президента Академии он сообщал, что старанием Ермолаева, хранителя рукописей Императорской Публичной Библиотеки, Кенигсбергский список приготовлен к печати», и выражал желание «присовокупить к изданию некоторые из любопытнейших рисунков, относящихся к древним обычаям». Для этого он испрашивал 3.000 р., которые и были выданы ему Академией. Чем кончилось предприятие Оленина, почему издание Радзивиловской летописи остановилось, неизвестно. В 1818 году об этом запрашивал конференцию новый президент её С. Уваров, ссылаясь на то, что

Примечание (с. 19, прим. 1). В Библиотеке Академии Наук имеется два корректурных оттиска первых листов издания, представляющие один от другого отличия.