Радзивиловская летопись, том II. Страница 17
Печатная страница 13 издания 1902 года: скан листа, транскрипция в дореформенной орфографии и адаптация на современный русский язык.
Оригинал (дореформенная орфография)
скихъ изреченій (историки, однако, могли бы опредѣлять древность при собраніи разночтеній) и т. п.; 3) непонятныя мѣста дѣлать по догадкамъ ясными, старыя, вышедшія изъ употребленія слова замѣнять новыми ex ingenio, и 4) пропуски восполнять изъ другихъ сборниковъ“. Это изданіе Нестора было выпущено въ свѣтъ не ранѣе 1767 года (с. 17, прим. 1)... Помѣщенное здѣсь предисловіе Шлецеръ приписываетъ себѣ, между тѣмъ Шереръ и Новиковъ считали Тауберта его сочинителемъ, можетъ быть, потому, что дѣйствительно въ предисловіи хотя и упоминается о Шлецерѣ, но какъ о лицѣ, представившемъ проектъ о занятіяхъ русскою исторіей, и что въ то же время подписавшій предисловіе «издатель» прямо говоритъ, что онъ предпринялъ изданіе Нестора по приказанію президента Академіи, гр. Разумовскаго, въ 1761 году (предисловіе, стр. 31), т.-е. тогда, когда Шлецеръ не принадлежалъ Академіи и едва только пріѣхалъ въ Петербургъ, какъ частный человѣкъ. Поэтому странными кажутся желчные упреки Шлецера Новикову за то, что этотъ въ своемъ Опытѣ Словаря предисловіе приписалъ Тауберту и какъ будто намѣренно умолчалъ о немъ, Шлецерѣ» (с. 17, прим. 2).
Приведенными словами Шлецера опредѣляется полная некритичность изданія 1767 года, безъ всякой нужды дополнявшаго текстъ Радзивиловской лѣтописи, особенно начиная съ 1171 года, извѣстіями изъ другихъ лѣтописей --Сильвестровой (?),
Примечание (с. 17, прим. 1). „Лѣтопись Несторова съ продолжателями по Кенигсбергскому списку, до 1206 года“ въ П части „Библіотеки Россійской Исторической“. (Спб. 1767).
Примечание (с. 17, прим. 2). Въ „Nestor. Russ. Annalen“ (1802) Шлецеръ категорически утверждаетъ, что предисловіе это написано имъ по просьбѣ Тауберта (П, 284). На стр. 95—96 і-й части изложена исторія изданія 1767 года.
Современный русский
ских изречений (историки, однако, могли бы определять древность при собрании разночтений) и т. п.; 3) непонятные места делать по догадкам ясными, старые, вышедшие из употребления слова заменять новыми по собственному усмотрению (ex ingenio), и 4) пропуски восполнять из других сборников“. Это издание Нестора было выпущено в свет не ранее 1767 года (с. 17, прим. 1)... Помещенное здесь предисловие Шлецер приписывает себе, между тем Шерер и Новиков считали Тауберта его сочинителем, может быть, потому, что действительно в предисловии хотя и упоминается о Шлецере, но как о лице, представившем проект о занятиях русскою историей, и что в то же время подписавший предисловие «издатель» прямо говорит, что он предпринял издание Нестора по приказанию президента Академии, гр. Разумовского, в 1761 году (предисловие, стр. 31), то есть тогда, когда Шлецер не принадлежал Академии и едва только приехал в Петербург, как частный человек. Поэтому странными кажутся желчные упреки Шлецера Новикову за то, что этот в своем Опыте Словаря предисловие приписал Тауберту и как будто намеренно умолчал о нем, Шлецере» (с. 17, прим. 2).
Приведенными словами Шлецера определяется полная некритичность издания 1767 года, без всякой нужды дополнявшого текст Радзивиловской летописи, особенно начиная с 1171 года, известиями из других летописей --Сильвестровой (?),
Примечание (с. 17, прим. 1). „Летопись Несторова с продолжателями по Кенигсбергскому списку, до 1206 года“ в П части „Библиотеки Российской Исторической“. (Спб. 1767).
Примечание (с. 17, прим. 2). В „Nestor. Russ. Annalen“ (1802) Шлецер категорически утверждает, что предисловие это написано им по просьбе Тауберта (П, 284). На стр. 95—96 и-й части изложена история издания 1767 года.