Очерки из истории западно-русской литературы XVI-XVII вв. Лист 21, с. 18
Александр Архангельский о том, как борьба с католичеством и унией после 1569 года вызвала к жизни западно-русскую книжность - школы, братства, печать, переводы и полемику; приложения - рукописи переводов князя Андрея Курбского. Москва, 1888.
С. 18
Оригинал
около этого времени западно-русское православіе стало нести большія потери въ борьбѣ съ протестантствомъ, – а съ момента люблинской уніи, еще съ другимъ, несравненно болѣе хитрымъ и могущественнымъ врагомъ – іезуитами.
Въ Польшѣ и Литвѣ протестантство сдѣлалось извѣстнымъ очень рано, въ самое первое время его появленія въ западной Европѣ. И географическая близость къ протестантскимъ странамъ, и международныя сношенія, и политическія условия – все способствовало здѣсь успеху протестантства. Особенно «открытымъ и почти беззащитнымъ полемъ» для действія протестантства была юго-западная Русь. У Польши и Литвы издавна были частыя и разнообразныя сношения съ западной Европой. Кромѣ того, въ XV‒XVI вв. польская и литовско-русская аристократическая молодежь свои молодые годы обыкновенно проводила въ западныхъ университетахъ, и, конечно, не могла здѣсь не знакомиться съ новыми протестантскими идеями. Въ периодъ этой продолжительной жизни, молодости, за границей чаще всего, вѣроятно, и полагались зародыши будущего религіознаго индифферентизма, который такъ скоро сталъ обнаруживаться въ литовско-русской аристократии, дѣлая для нее вопросомъ весьма нетруднымъ, легко рѣшаемымъ, и переходъ въ протестантство, и переходъ въ католичество, и самый вопросъ объ уніи... Протестантство, впрочемъ, шло въ Литву и юго-западную Русь и другимъ путемъ: въ польскихъ и литовско-русскихъ городахъ издавна было очень много нѣмцевъ-колонистовъ; въ XV‒XVI вв. ихъ можно было встрѣтить во всѣхъ важнѣйшихъ городахъ Польши и западной Руси. Между этими нѣмцами-переселенцами, кажется, и стало раньше всего распространяться протестантство33. Какъ бы то ни было, сделавшись рано извѣстнымъ, протестантство быстро стало пріобретать себѣ послѣдователей въ польскомъ и литовско-русскомъ обществѣ. Сочиненія Лютера, Меланхтона, Кальвина и въ польскихъ и литовско-русскихъ областяхъ расходились во множестве. Уже въ 1520 году и светская и духов
Сноски
32. (продолжение сноски со с. 17) и мірскихъ, писалъ въ Москву изо Львова московский посолъ Тяпкинъ въ 1675 г., – что ихъ владыки здѣсь только мантіей благочестивой вѣры восточной украшаются, внутри же тяжки св. церкви, какъ волки, и больше римскому костелу похлебствуютъ, чемъ церкви Божии защищаютъ» (Соловьевъ, История Россіи, XII, 227). Припомнимъ Иосифа Шумлянскаго, Иннокентія Винницкаго, Варлаама Шептыцкаго, Сильвестра Тваровскаго...
33. Кояловичъ, Лит. церк. уния, стр. 13. Соколовъ, Отношениѣ протестантизма къ Россіи въ XVI‒XVII вв., стр. 247, 399.
Современная орфография
около этого времени западно-русское православие стало нести большие потери в борьбе с протестантством, – а с момента люблинской унии, еще с другим, несравненно более хитрым и могущественным врагом – иезуитами.
В Польше и Литве протестантство сделалось известным очень рано, в самое первое время его появления в западной Европе. И географическая близость к протестантским странам, и международные сношения, и политические условия – все способствовало здесь успеху протестантства. Особенно «открытым и почти беззащитным полем» для действия протестантства была юго-западная Русь. У Польши и Литвы издавна были частые и разнообразные сношения с западной Европой. Кроме того, в XV‒XVI вв. польская и литовско-русская аристократическая молодежь свои молодые годы обыкновенно проводила в западных университетах, и, конечно, не могла здесь не знакомиться с новыми протестантскими идеями. В период этой продолжительной жизни, молодости, за границей чаще всего, вероятно, и полагались зародыши будущего религиозного индифферентизма, который так скоро стал обнаруживаться в литовско-русской аристократии, делая для нее вопросом весьма нетрудным, легко решаемым, и переход в протестантство, и переход в католичество, и самый вопрос об унии... Протестантство, впрочем, шло в Литву и юго-западную Русь и другим путем: в польских и литовско-русских городах издавна было очень много немцев-колонистов; в XV‒XVI вв. их можно было встретить во всех важнейших городах Польши и западной Руси. Между этими немцами-переселенцами, кажется, и стало раньше всего распространяться протестантство33. Как бы то ни было, сделавшись рано известным, протестантство быстро стало приобретать себе последователей в польском и литовско-русском обществе. Сочинения Лютера, Меланхтона, Кальвина и в польских и литовско-русских областях расходились во множестве. Уже в 1520 году и светская и духов
Сноски
32. (продолжение сноски со с. 17) и мирских, писал в Москву изо Львова московский посол Тяпкин в 1675 г., – что их владыки здесь только мантией благочестивой веры восточной украшаются, внутри же тяжки св. церкви, как волки, и больше римскому костелу похлебствуют, чем церкви Божии защищают» (Соловьев, История России, XII, 227). Припомним Иосифа Шумлянского, Иннокентия Винницкого, Варлаама Шептыцкого, Сильвестра Тваровского...
33. Коялович, Лит. церк. уния, стр. 13. Соколов, Отношение протестантизма к России в XVI‒XVII вв., стр. 247, 399.