Костюшко, разворот 56 | Книги по истории Брестчины

Оригинал (по-польски)

[s. 86]

nowisko i płacę jego określa „Regestr Expensy miesięcznej Korpusu Kadetów", napisany ręką Jerowskiego w 1769, lub 1770 r. ²⁰²).

Oficerowie:

Osoba	złp.
Książę Imć Jenerał Komendant	2700
JW. Moszyński, Vicekomendent	2340
JW. Radowski, Jenerał	900
JP. Elsnic, Pułkownik	666
JP. Jerowski na konie, furaż, stajnie, wozownie, które najmuje, drwa, światło	400
JP. Wodziński	200
JP. Ciszewski	200
JP. Delaland	200
JP. Orłowski	200
JP. Kościuszko	200
JP. Gwinter	108
JP. Ciesielski	72
JP. Frankowski	72
JP. Granowski	72
JP. Komornicki	72
JKs-dz Dziewanowski	200
JKs. Nagurczewski	200
JKs. Hołowczyc	72
JPP. Kadetów 60, a każdy po złp. 8, uczyni	480
Facit	4036

Metrowie:

Osoba	złp.
JP. Phleder	500
JP. Dutané	400
JP. Nikuta	250
JP. Jankowski	200
JP. Stemken	200
JP. Edling	200
JP. Martin	250

[s. 87]

Osoba	złp.
JP. Gober	250
JP. Konderski	200
JP. Szylet	100
JP. Duklos	200
JP. Fling	72
JP. Miller	108
Furier	100, stół.
Burgrabia	100
Suma złp.	7302
Kapitan Kraszewski	108
Kapitan Trościcki	108

ale ci biorą ze skarbu królewskiego.

Widzimy stąd, że Kościuszko odrazu po opuszczeniu ławy uczniowskiej otrzymał możliwie najwyższe stanowisko między oficerami korpusu, zapewne komendanta dywizyi, z płacą dwakroć prawie większą od kapitanów Kraszewskiego i Trościckiego, blisko trzykroć większą od czterech innych oficerów korpusowych i od księdza Hołowczyca, wyrównywającą płacy starszego o lat 5 wiekiem, a dawniejszego komendanta dywizyi Wodzińskiego. Wtedy miał już rangę kapitana ²⁰³). Takie odznaczenia zwykle przeznaczone bywają tylko celującym uczniom. Niema zatem wątpliwości, że Rada Korpusu zaleciła go królowi do wysłania za granicę, jako stypendystę dla dalszych studyów. My zaś orzec możemy, że Kościuszko był nietylko celującym, ale najpierwszym i najznakomitszym ze wszystkich kadetów, jakich wychował Korpus przez cały ciąg swego istnienia aż do 1794 roku.

Wartoby jeszcze dowiedzieć się, jak się rozwinęły w jego duszy pojęcia obywatelskie i uczucie patryotyczne, budzone przez zwierzchność Korpusu. Nie posiadamy na to żadnego dokumentu, a gdybyśmy nawet osobiście mogli go obserwować i zapytywać w tym czasie, nie wyjawiłby zapewne wrażeń swoich.

Bo zbliżał się już do fatalnego końca ostatni akt upadku

Перевод на русский

[с. 86]

тус и жалованье его определяет «Реестр ежемесячных расходов Кадетского Корпуса», писанный рукою Еровского в 1769 или 1770 г. ²⁰²).

Офицеры:

Лицо	злп.
Его милость князь Генерал Комендант	2700
Его милость Мошинский, Вице-комендант	2340
Его милость Радовский, Генерал	900
Его милость Эльсниц, Полковник	666
Его милость Еровский — на коней, фураж, конюшни, каретные сараи, которые нанимает, дрова, освещение	400
Его милость Водзинский	200
Его милость Цишевский	200
Его милость Делаланд	200
Его милость Орловский	200
Его милость Костюшко	200
Его милость Гвинтер	108
Его милость Цесельский	72
Его милость Франковский	72
Его милость Грановский	72
Его милость Коморницкий	72
Его мил. ксёндз Дзевановский	200
Его мил. кс. Нагурчевский	200
Его мил. кс. Головчиц	72
Их милостей Кадетов 60, а каждому по 8 злп., составит	480
Facit	4036

Учителя (метры):

Лицо	злп.
Его милость Пхледер	500
Его милость Дютане	400
Его милость Никута	250
Его милость Янковский	200
Его милость Стемкен	200
Его милость Эдлинг	200
Его милость Мартин	250

[с. 87]

Лицо	злп.
Его милость Гобер	250
Его милость Кондерский	200
Его милость Шилет	100
Его милость Дюкло	200
Его милость Флинг	72
Его милость Миллер	108
Фурьер	100, стол
Бургграф	100
Сумма злп.	7302
Капитан Крашевский	108
Капитан Тросьцицкий	108

но эти берут из королевской казны.

Видим отсюда, что Костюшко тотчас по оставлении ученической скамьи получил возможно высшее положение среди офицеров корпуса, вероятно коменданта дивизии, с жалованьем почти вдвое большим, чем у капитанов Крашевского и Тросьцицкого, почти втрое большим, чем у четырёх других корпусных офицеров и у ксёндза Головчица, равным жалованью старшего на 5 лет возрастом и более давнего коменданта дивизии Водзинского. Тогда имел он уже чин капитана ²⁰³). Такие отличия обыкновенно назначаются лишь отличнейшим ученикам. Нет, стало быть, сомнения, что Совет Корпуса рекомендовал его королю для отправки за границу в качестве стипендиата для дальнейших занятий. Мы же можем заключить, что Костюшко был не только отличнейшим, но первейшим и знаменитейшим из всех кадетов, каких воспитал Корпус за всё время своего существования вплоть до 1794 года.

Стоило бы ещё узнать, как развились в душе его гражданские понятия и патриотическое чувство, пробуждаемые начальством Корпуса. Не имеем на то никакого документа, а если бы даже лично могли мы наблюдать его и расспрашивать в это время, он, вероятно, не открыл бы впечатлений своих.

Ибо приближался уже к роковому концу последний акт падения