История государственного строя Польши в очерке. Том II. Литва. Разворот 40, с. 72-73
Станислав Кутшеба о государственном строе Великого княжества Литовского от Миндовга до 1791 года: великокняжеская власть, привилеи, шляхта и крестьяне, волочная помера, города, суды и Статуты, рада и сейм, уния с Польшей. Львов и Варшава, 1921.
С. 72-73
Оригинал (по-польски)
siedzących w tych majątkach, wytworzenie licznej klasy bardzo zróżniczkowanych rzemieślników wiejskich, zapewniały zaspokojenie nawet daleko idących potrzeb w obrębie majątku przez pracę ludzi zależnych, którzy bądź dawali do dworu wytwory tej pracy, bądź wprost pracę na dworze.
Rzecz jasna, iż nie było w tych warunkach potrzeby miast w jakiejś większej ilości, wystarczały nieliczne względnie targi, na których ludność wiejska, zwłaszcza rzemieślnicza, mogła pozbyć nadwyżkę swoich wytworów. Zaczęła ona bowiem produkować już nie tyłko w tym celu, by módz wypełnić zobowiązania swoje wobec pana, ale także ponadto, a nieraz nawet rzemieślnicy panu dawali jedynie czynsz, tak że musieli starać się o zbyt swoich wytworów. Miasta, które zakłądano, opierały swój byt głównie zdaje się na handlu, nie na rzemiośle. Przemiana gospodarcza w XVI w; złączona z pomierą wołoczną, skierowanie ludności przedewszystkiem do rolnictwa, zanik powolny rzemiosła wiejskiego, oczywiście tworzyły lepsze już dla bytu miast warunki. Przecież jednak, jeśli już Polska miast silnych nie wyrobiła, to Litwa, gospodarczo dużo mniej rozwinięta, odsunięta od wielkich szlaków handlowych, pozbawiona dobrych dróg, i nadał jeszcze długo wykazywała cechy kraju, który żyje przedewszystkiem z wyzyskiwania naturalnych płodów ziemi, i nigdy nie wytworzyła warunków dla silniejszego rozwoju miast i silniejszego mieszczaństwa. Dlatego też miasta w życiu państwowem Litwy jako czynnik polityczny nie miały wogóle żadnego znaczenia.
Ustrój miast. Miasta, zakładane na prawie niemieckiem, otrzymywały przez przywilej lokacyjny zwykle prawo chełmińskie, t. j. na wzór Chełmna, rzadziej prawo średzkie. Rządziły się więc prawem, którego podstawą było zwierciadło saskie i prawo magdeburskie. Nie znaczy to jednak, jakoby ludność tych miast była niemiecka; miasta miały bądź ludność polską, która tu napływała wcale silńie z miast polskich, bądź ruską; o jakiemś silniejszym udziale ludności litewskiej w zasiedleniu zwłaszcza: większych miast nic nie słychać. Obok tej ludności w miastach osiedlali się żydzi; zajmowali oni jednak odrębne stanowisko, nie brali udziału w organizacji miejskiego życia. W niektórych miastach, n. p. w Wilnie, zastrzeżona była w zarządzie miasta równowaga wyznawców rzymskiego i greckiego kościoła.
Miasto było hospodarskiem lub prywatnem, zależnie od tego, na czyim osadzono je gruncie. Wszystkie większe miasta były hospodarskie. Na rzecz pana płaciły niektóre miasta określoną kwotę roczną, przeważna część czynsz z ziemi i domów. Od różnorodnych powinności, jakie ciążyły na ludności wiejskiej, dostawały one zwolnienia w przywilejach lokacyjnych; zastrzegano częściej tylko obowiązek stacji na rzecz hospodara w razie przyjazdu (w owsie i sianie), rzadko bardzo straże na dworze, podwody dla wysłańców hospodarskich i t. d.
Szły jednak na rzecz właściciela miasta opłaty od karczem (kapszczyzna), bądź przez karczmarzy ponoszone, bądź przez całe miasto, gdy ono wprowadzało wolny wyrób i wyszynk trunków, oraz opłaty od jatek, t. j. od rzemieślników, w nich siedzących; wysokość czynszu w miastach hospodarskich, oraz i inne świadczenia, jednostajnie uregulowała ustawa wołoczna z roku 1557, a gdzie ona nie weszła w życie, to podobnie te ciężary określiły lustracje dóbr hospodarskich z końca rządów Zygmunta Augusta.
Organizacja władz wiejskich przeprowadzona była według zwykłego wzoru, jaki się przyjął i w Polsce, A więc na czele miasta stała rada miejska, która stanowiła organ samorządu i autonomji. Do niej należał zarząd majątku gminy i dochodów; a już w przywilejach lokacji miasta dostawały uposażenie w kramach, jatkach, ważnicy, woskobojni, łaźni i t. d. Rady te — o ile można stwierdzić — pochodziły zwykle z wyborów, dokonywanych przez wójta i pospólstwo. Rada wybierała burmistrzów, którzy jej przewodzili, często kilku na rok, którzy urzędowali po kolei. Obok rady stał wójt z ławą. Wójtem dziedzicznym zostawał ten, co miasto osadził, za co otrzymywał też uposażenie w ziemi i dochodach z sądownictwa. Ława, zapewne wybierana przez radę, stanowiła sąd, na czele którego stał wójt. Sąd sądził mieszczan według prawa niemieckiego, posługując się od XVI w. układami tego prawa, używanemi w Polsce. Wyjątkowo miały miasta jeszcze osobnych urzędników, n. p. Wilno szafarzy, dla zarządu skarbem miasta. Rzemiosła zorganizowane były w cechy. Zresztą cały ten ustrój był kopją ustroju miast, jaki istniał w Polsce.
Перевод на русский
возникновение многочисленной группы разнообразных сельских ремесленников обеспечивали удовлетворение даже весьма развитых потребностей внутри имения трудом зависимых людей, отдававших двору изделия или прямо работавших при нём.
Разумеется, при таких условиях не требовалось большого количества городов. Достаточно было сравнительно немногих торгов, где сельское население, особенно ремесленное, могло сбыть излишек продукции. Ведь оно начало производить уже не только для выполнения обязанностей перед господином, но и сверх этого. Порой ремесленники платили господину лишь чинш и потому должны были искать сбыт своих изделий. Основывавшиеся города, по-видимому, существовали главным образом за счёт торговли, а не ремесла. Хозяйственный переворот XVI века, связанный с волочной померой, направлением населения преимущественно к земледелию и постепенным исчезновением сельского ремесла, естественно, создавал лучшие условия для городов. Однако если даже Польша не выработала сильных городов, то Литва, хозяйственно гораздо менее развитая, отдалённая от крупных торговых путей и лишённая хороших дорог, ещё долго сохраняла черты страны, жившей прежде всего использованием естественных плодов земли. Условий для более сильного развития городов и мещанства она так и не создала. Поэтому города в государственной жизни Литвы вообще не имели значения как политическая сила.
Городское устройство. Города, основанные на немецком праве, обычно получали в локационном привилее хелминское право, то есть по образцу Хелмно (Chełmno), реже — средское. Следовательно, они управлялись правом, в основе которого лежали «Саксонское зерцало» и магдебургское право. Это, однако, не означает, что их население было немецким. Оно было либо польским, довольно значительно прибывавшим из польских городов, либо русским. О сколько-нибудь сильном участии литовского населения в заселении, особенно крупных городов, ничего не слышно. Наряду с этим населением селились евреи, но они занимали особое положение и в организации городской жизни не участвовали. В некоторых городах, например Вильнюсе, в управлении предусматривалось равновесие последователей римской и греческой церквей.
Город был господарским или частным в зависимости от того, на чьей земле его основали. Все крупные города были господарскими. В пользу владельца некоторые города платили определённую годовую сумму, большинство — чинш с земли и домов. От разнообразных крестьянских повинностей их освобождали локационные привилеи. Чаще сохраняли лишь стацию в пользу господаря во время приезда, овсом и сеном; крайне редко — караулы при дворе, подводы для господарских посланцев и тому подобное.
Однако владельцу города поступали сборы с корчем — капщизна, платившаяся либо корчмарями, либо всем городом, если он вводил свободное производство и продажу напитков, а также платежи с лавок, то есть сидевших в них ремесленников. Размер чинша и других платежей в господарских городах единообразно урегулировала Устава на волоки 1557 года. Там, где она не вступила в силу, сходные нормы определили люстрации господарских владений конца правления Сигизмунда Августа.
Организация властей строилась по обычному образцу, принятому и в Польше. Во главе города стоял городской совет, орган самоуправления и автономии. Он управлял общинным имуществом и доходами; уже в локационных привилеях города получали обеспечение лавками, торговыми рядами, весами, воскобойней, баней и прочим. Насколько можно установить, советы обычно избирались войтом и горожанами. Совет выбирал председательствовавших бурмистров, часто нескольких на год, исполнявших должность по очереди. Наряду с советом существовал войт с лавой. Наследственным войтом становился основатель города, получавший за это земельное обеспечение и доходы от суда. Лава, вероятно избиравшаяся советом, составляла суд во главе с войтом. Он судил горожан по немецкому праву, пользуясь с XVI века его сводами, употреблявшимися в Польше. В виде исключения города имели ещё особых служащих, например Вильнюс — шафарей для управления городской казной. Ремесленники объединялись в цехи. В остальном всё это устройство копировало существовавшее в Польше городское устройство.