Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

История государственного строя Польши в очерке. Том II. Литва. Разворот 12, с. 16-17

Станислав Кутшеба о государственном строе Великого княжества Литовского от Миндовга до 1791 года: великокняжеская власть, привилеи, шляхта и крестьяне, волочная помера, города, суды и Статуты, рада и сейм, уния с Польшей. Львов и Варшава, 1921.

История строя Польши, т. II, 1921: разворот 12 из 89

С. 16-17

Оригинал (по-польски)

z tych obszarów, które podlegały jego władzy bezpośrednio; o ile chodzi o księstwa, w których rządzili kniaziowie, to daniny i posługi szły tam wyłącznie na rzecz kniaziów, wielki książę nie miał żadnych praw wprost w stosunku do ludności księstw.

6. Osadnictwo. — Warstwy niższe ludności

Literatura: Kamieniecki, Rozwój własności.

Osadnictwo: Kwestja pierwotnego osadnictwa litewskiego: nie została jeszcze bliżej zbadaną. Wnosząc z tego obrazu osadnictwa, jaki później widzimy w tych ziemiach, wydaje się rzeczą prawdopodobną, iż obok siebie istniały tu oba typy gospodarcze, osadnictwa jednoi wielodworczego. Osadnictwo jednodworcze występuje później silnie zwłaszcza w dzielnicach południoworuskich, lecz i w innych także się spotyka; Litwa etnograficzna zaś prawdopodobnie przechylała się do typu osadnictwa wsiami. Jak już wspomniano, była ona silniej zaludniona od innych części składowych państwa. Kilka wsi, ewentualnie siedzib jednodworczych, tworzyło wołost jako jednostkę zarządu.

Nie jest znaną również pierwotna jednostka gospodarcza. Był nią w zasadzie — o ile można wnosić z późniejszych wiadomości — obszar gruntu taki, który można było uprawić sochą, zaprzężoną w dwa woły lub w jednego albo dwa konie. Środkiem gospodarstwa był dwór czy dym, tj. siedziba gospodarza. Jak widać z późniejszych świadectw, gospodarka przedstawiała typ t. zw. gospodarki dzikiej odłogowej ; uprawiano grunty, które się najlepiej pod uprawę nadawały, kawałkami, tak że jeden gospodarz miał ich. po kilka. Wielkość wszystkich pól, stanowiących jedno gospodarstwo, nie była jednakową ; zależało to od dobroci ziemi, od siły gospodarczej. Oczywiście nie były te jedenostki wymierzane ani nie miały regularnych granic.

Wolni i niewolni. Jak w wszystkich pierwotnych społeczeństwach, i na Litwie była rozpowszechnioną niewola. Zwano niewolnych ludźmi niepochożymi. Niewolnik był przedmiotem własności, pozbawiony osobowości prawnej. Niewolników dostarczały zwłaszcza wojny, niewolnikami stawali się jeńcy. Niewola była

dziedziczną, przechodziła na potomków. Niewolnikiem zapewne można było zostać w razie popełnienia większego przestępstwa, a także i w razie nieuiszczenia się z zobowiązania. Niewolni bądź żyli na dworach tych, których własność stanowili, bądź też osadzano ich na gruntach, należących do ich panów; wtedy z gruntów, które uprawiali, musieli wyżywić siebie i rodzinę, oraz dawać daniny i posługi na rzecz pana według jego uznania. Z tej epoki dokładniej stanowiska tej ludności i jej ciężarów jednak nie znamy.

Ludność wolna, która pierwotnie stanowiła główną masę ludności kraju, z biegiem czasu różniczkuje się; w miarę, jak z niej się wytwarza wyższa warstwa bojarów, reszta spada niżej. Znowu tylko z późniejszych wiadomości wnosić możemy, iż już w tej epoce zginęli wolni, mający na własność ziemię, i przetworzyli się w ludność bezrolną, która osiadała na cudzych gruntach, zwłaszcza kniaziów i wielkiego księcia, za co musiała na ich rzecz składać daniny i pełnić posługi. Zachowywali jednak ci ludzie — później pochożymi zwani — osobowość prawną i swobodę opuszczania gruntów, przenoszenia się gdzieindziej.

Перевод на русский

с территорий, непосредственно подчинённых его власти. Там же, где правили князья, дани и службы шли исключительно в их пользу. Великий князь не имел никаких непосредственных прав по отношению к населению княжеств.

6. Расселение. Низшие слои населения

Литература: Каменецкий, «Развитие собственности».

Расселение. Вопрос о первоначальном расселении литовцев ещё подробно не исследован. Судя по той картине, которую мы позднее наблюдаем в этих землях, вероятно, здесь соседствовали оба хозяйственных типа — однодворное и многодворное расселение. Однодворные поселения позднее широко представлены прежде всего в южнорусских областях, но встречаются также в других; этнографическая Литва, вероятно, тяготела к деревенскому расселению. Как уже было сказано, она была заселена плотнее прочих составных частей государства. Несколько деревень или, соответственно, однодворных поселений составляли волость как единицу управления.

Первоначальная хозяйственная единица также неизвестна. Насколько можно судить по позднейшим сведениям, ею в принципе был такой участок земли, который можно обработать сохой, запряжённой двумя волами либо одной или двумя лошадьми. Центром хозяйства служил двор, или дым, то есть усадьба хозяина. Как видно из позднейших свидетельств, хозяйство имело характер так называемой дикой залежной системы. Возделывали наиболее пригодные участки, разбросанные кусками, так что один хозяин имел их по нескольку. Общая площадь полей одного хозяйства не была одинаковой: она зависела от качества земли и хозяйственных возможностей. Разумеется, эти единицы не были измерены и не имели правильных границ.

Свободные и несвободные. Как и во всех ранних обществах, в Литве было распространено рабство. Несвободных называли людьми непохожими. Раб был предметом собственности, лишённым правосубъектности. Рабов доставляли прежде всего войны: ими становились пленники. Рабство было наследственным и переходило к потомкам. Вероятно, рабом можно было стать также за тяжкое преступление или неисполнение обязательства. Несвободные либо жили при дворах своих владельцев, либо поселялись на принадлежавших господам землях. Тогда с обрабатываемой земли они должны были кормить себя и семью, а также платить дани и исполнять службы в пользу господина по его усмотрению. Однако положение этого населения и его повинности в рассматриваемую эпоху нам подробнее неизвестны.

Свободное население, первоначально составлявшее главную массу жителей страны, со временем расслаивалось. По мере выделения из него высшего боярского слоя остальные опускались ниже. Опять-таки лишь из позднейших известий можно заключить, что уже в эту эпоху исчезли свободные собственники земли, превратившись в безземельное население, оседавшее на чужих землях, прежде всего княжеских и великокняжеских, за что приходилось платить владельцам дани и исполнять службы. Тем не менее эти люди, позднее называвшиеся похожими, сохраняли правосубъектность и свободу покидать землю, переселяясь в другое место.