Великое княжество Литовское 1569-1586, т. I. Лист 462, с. 445
Иван Лаппо о том, как жило Великое княжество Литовское после Люблинской унии: сеймы 1569-1586 годов и бескоролевья, литовская шляхта, её уряды, имения, права и повинности, паны-рада и сенат княжества. Санкт-Петербург, 1901.
С. 445
Оригинал
челядь во время голода выгналъ изъ своего дома, «не хотечи ее кормити и переховывати», она становится людьми вольными, а не невольными. Разумѣется, такое дѣйствіе рабовладѣльца. должно быть доказано, и это получается слѣдующимъ образомъ. . Выгнавная изъ дому челядь заявляетъ о поступкѣ съ нею ея господина повѣтовымъ врядвикамъ, или мѣстскому вряду, бурмистрамъ, или мѣщанамъ, <А тые, которымъ се оповѣдаютъ», должны «обослати того пана, чія челядь» и если онъ сознается, что. выгналъ ее изъ дому «для голоду», не желая ее кормить, «тогды оная челядь вѣчнѣ маеть быти вольна»1385. Забота о челяди выражается и въ другомъ постановленіи статута, касающемся ея, хотя и не столько въ силу защиты ея интересовъ, сколько въ силу принципа исключительнаго значенія христіанской религіи въ государствѣ. «Жидъ, Татаринъ и кождый бесурмянинъ» не имѣетъ права покупать христіанина «у вѣчную неволю». Если онъ это сдѣлаетъ, TO «пенези тратитъ, А тотъ хрестіянинъ маеть быти воленъ»1386. Ho если, какъ мы сейчасъ видѣли, въ статутѣ 1566 года есть артикулы, въ которыхъ обнаруживается нѣкоторая забота закона о рабахъ, уже находящихся въ рабскомъ состояніи, то въ немъ естѣ и постановленіе, имѣющее цѣлью борьбу съ экономическою нуждою, какъ силою, толкающею свободнаго въ ряды рабовъ. Если кто-нибудь «въ голодъ» самъ себя, или сына своего, или, наконецъ, вообще вольнаго человѣка «въ неволю продатъ и листъ на то далъ», T.-e. выдалъ письменный документъобязательство, то этотъ листъ «не маетъ быти держанъ», не имѣетъ силы, но, когда минуетъ голодъ и продавшійся, или проданный въ неволю добудетъ себѣ денегъ. онъ вернетъ «пенези» покупщику, а самъ снова сдѣлается свободнымъ. Такой человѣкъ еще не челядь невольная, которую вольно продавать и которая «ведле продажи маеть вѣчнѣ держана быти»1387.
Такимъ образомъ, статутъ совершенно ясно и отчетливо опредѣляетъ невольную челядь, какъ общественную группу населенія великаго княжества Литовскаго. Если обратимся къ актамъ Литовскимъ, увидимъ въ нихъ тѣ назначенія, которыя давались челяди невольной. Вотъ, напримѣръ, «паробки двора Pockoro» вмѣнія пани Юрьевой Ходкевича, пани Троцкой, княжны Софіи Юрьевны Слуцкой, перешедшаго послѣ ея смерти къ ея дѣтямъ подъ опекою старосты Жомоитскаго Яна Ходкевича1388. Паробки
Примечания
1385 IL ст. XII. 19,
1386 IL er. XII. 5. —
1387 II cr. XIL II.
1388 Bua. Apx. Có. I. № 46 (1571 г.). Crp. 147.
Современная орфография
челядь во время голода выгнал из своего дома, «не хотечи ее кормити и переховывати», она становится людьми вольными, а не невольными. Разумеется, такое действие рабовладельца. должно быть доказано, и это получается следующим образом. . Выгнавная из дому челядь заявляет о поступке с нею её господина поветовым врядвикам, или местскому вряду, бурмистрам, или мещанам, <А тые, которым се оповедают», должны «обослати того пана, чие челядь» и если он сознается, что. выгнал ее из дому «для голоду», не желая ее кормить, «тогды оная челядь вечне маеть быти вольна»1385. Забота о челяди выражается и в другом постановлении статута, касающемся её, хотя и не столько в силу защиты её интересов, сколько в силу принципа исключительного значения христианской религии в государстве. «Жид, Татарин и кождый бесурмянин» не имеет права покупать христианина «у вечную неволю». Если он это сделает, TO «пенези тратит, А тот хрестиянин маеть быти волен»1386. Ho если, как мы сейчас видели, в статуте 1566 года есть артикулы, в которых обнаруживается некоторая забота закона о рабах, уже находящихся в рабском состоянии, то в нем есте и постановление, имеющее целью борьбу с экономическою нуждою, как силою, толкающею свободного в ряды рабов. Если кто-нибудь «в голод» сам себя, или сына своего, или, наконец, вообще вольного человека «в неволю продат и лист на то дал», T.-e. выдал письменный документъобязательство, то этот лист «не мает быти держан», не имеет силы, но, когда минует голод и продавшийся, или проданный в неволю добудет себе денег. он вернет «пенези» покупщику, а сам снова сделается свободным. Такой человек еще не челядь невольная, которую вольно продавать и которая «ведле продажи маеть вечне держана быти»1387.
Таким образом, статут совершенно ясно и отчетливо определяет невольную челядь, как общественную группу населения великого княжества Литовского. Если обратимся к актам Литовским, увидим в них те назначения, которые давались челяди невольной. Вот, например, «паробки двора Pockoro» вмения пани Юрьевой Ходкевича, пани Троцкой, княжны Софии Юрьевны Слуцкой, перешедшего после её смерти к её детям под опекою старосты Жомоитского Яна Ходкевича1388. Паробки
Примечания
1385 IL ст. XII. 19,
1386 IL er. XII. 5. —
1387 II cr. XIL II.
1388 Bua. Apx. Có. I. № 46 (1571 г.). Crp. 147.