Великое княжество Литовское 1569-1586, т. I. Лист 129, с. 112
Иван Лаппо о том, как жило Великое княжество Литовское после Люблинской унии: сеймы 1569-1586 годов и бескоролевья, литовская шляхта, её уряды, имения, права и повинности, паны-рада и сенат княжества. Санкт-Петербург, 1901.
С. 112
Оригинал
торговаться объ условіяхъ, на которыхъ согласится признать претендента своимъ государемъ. Если не сразу Литовскій народъ усвоилъ взглядъ на короля, какъ на должностное лицо, лишь властью народа получающее корону, если старыя понятія не могли еще сразу рухнуть совсѣмъ, то, во всякомъ случаѣ, для эволюціи ихъ первая елекція должна была сдѣлать свое дѣло, Литовскій народъ долженъ былъ привыкать отдѣлять себя отъ своего великаго князя и привыкать считать его постороннимъ лицомъ, чуждымъ ему по понятіямъ и происхожденію, лишь волею самого народа, болѣе, или менѣе случайно подучающимъ корону. Прежде, не отдѣляя отъ себя государя, народъ Литовскій долженъ былъ привыкать отдѣлять его отъ себя, а это должно было содѣйствовать еще большему сближенію между собою становъ Литовскихъ. Если Литовская шляхта этой эпохи представляется Поляками на ходящеюся цѣликомъ въ рукахъ своихъ сенаторовъ*, и если нельзя безъ оговорокъ принимать цѣликомъ это представленіе и, какъ оказывается, въ ней было теченіе въ сторону эмансипаціи отъ панскаго преобладанія и даже борьбы съ панами*, то эпоха безкоролевья должна была сблизить шляхту и сенатъ Литовске они могли лишь другъ въ другѣ искать помощи въ дѣлѣ защиты своихъ и своего Княжества интересовъ. Что касается до Поляковъ, то на ихъ слова о «братской» любви нужно было Литовцамъ махнуть рукою и признать ихъ пустыми и ложными словами: первое безкоролевье блестящимъ образомъ подтвердило убѣжденіе въ этомъ, которое должно было создаться, благодаря Люблинскому сейму. На свои просьбы о помощи Литва слышала только отказъ отъ Польши, хотя договоръ Уніи постановилъ, что у обоихъ,народовъ враги должны быть общіе, Этого мало. Литовцы видѣли подозрительность, съ которою къ нимъ относятся Поляки, видѣли и полное невниманіе къ интересамъ Литвы при выборѣ мѣста и времени для сеймовъ эпохи безкоролевья, не-
* Даже Подляшанинъ, Николай Буйно, хоружіёй Дрогицкій, напримѣръ, говорилъ 15 апрѣля 1569 года въ посольской избѣ: «что же касается до TOTO, чтобы Литовцамъ созывать сеймики, то противъ этого я скажу, что тамъ вовсе не было сеймиковъ со времени Парчевскаго сейма. Сеймики тамъ отбываются, иначе чѣмъ у васъ, господа. Тамъ пріѣзжаютъ на сеймикъ только воевода, староста, да хоружій, напишутъ, что имъ вздумается, и пошлютъ къ земянину на домъ, чтобы подписалъ. Если онъ не подпишетъ. то они отдуютъ его палками». Дн. Любл. с. Стр. 290.
Примечания
335 (место знака в тексте не установлено) Cu. и. К. Любовскій, Литовско-русскій сеймъ. Стр. 534, 539, 540, 543, 561, 562, 579 и др.
Современная орфография
торговаться об условиях, на которых согласится признать претендента своим государем. Если не сразу Литовский народ усвоил взгляд на короля, как на должностное лицо, лишь властью народа получающее корону, если старые понятия не могли еще сразу рухнуть совсем, то, во всяком случае, для эволюции их первая елекция должна была сделать свое дело, Литовский народ должен был привыкать отделять себя от своего великого князя и привыкать считать его посторонним лицом, чуждым ему по понятиям и происхождению, лишь волею самого народа, более, или менее случайно подучающим корону. Прежде, не отделяя от себя государя, народ Литовский должен был привыкать отделять его от себя, а это должно было содействовать еще большему сближению между собою станов Литовских. Если Литовская шляхта этой эпохи представляется Поляками на ходящеюся целиком в руках своих сенаторов*, и если нельзя без оговорок принимать целиком это представление и, как оказывается, в ней было течение в сторону эмансипации от панского преобладания и даже борьбы с панами*, то эпоха бескоролевья должна была сблизить шляхту и сенат Литовске они могли лишь друг в друге искать помощи в деле защиты своих и своего Княжества интересов. Что касается до Поляков, то на их слова о «братской» любви нужно было Литовцам махнуть рукою и признать их пустыми и ложными словами: первое бескоролевье блестящим образом подтвердило убеждение в этом, которое должно было создаться, благодаря Люблинскому сейму. На свои просьбы о помощи Литва слышала только отказ от Польши, хотя договор Унии постановил, что у обоих,народов враги должны быть общие, Этого мало. Литовцы видели подозрительность, с которою к ним относятся Поляки, видели и полное невнимание к интересам Литвы при выборе места и времени для сеймов эпохи бескоролевья, не-
* Даже Подляшанин, Николай Буйно, хоружиёй Дрогицкий, например, говорил 15 апреля 1569 года в посольской избе: «что же касается до TOTO, чтобы Литовцам созывать сеймики, то против этого я скажу, что там вовсе не было сеймиков со времени Парчевского сейма. Сеймики там отбываются, иначе чем у вас, господа. Там приезжают на сеймик только воевода, староста, да хоружий, напишут, что им вздумается, и пошлют к земянину на дом, чтобы подписал. Если он не подпишет. то они отдуют его палками». Дн. Любл. с. Стр. 290.
Примечания
335 (место знака в тексте не установлено) Cu. и. К. Любовский, Литовско-русский сейм. Стр. 534, 539, 540, 543, 561, 562, 579 и др.