Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Великое княжество Литовское 1569-1586, т. I. Лист 33, с. 16

Иван Лаппо о том, как жило Великое княжество Литовское после Люблинской унии: сеймы 1569-1586 годов и бескоролевья, литовская шляхта, её уряды, имения, права и повинности, паны-рада и сенат княжества. Санкт-Петербург, 1901.

Великое княжество Литовское, т. I, 1901: лист 33 из 797

С. 16

Оригинал

согласились уступить имъ изъ уваженія къ ихъ злополучію и самимъ идти къ нимъ»30. Итакъ, положеніе обѣихъ сторонъ на Люблинскомъ сеймѣ было далеко не одинаково: обстоятельства времени, моментъ заключёнія Уніи, оказались неизмѣримо болѣе благопріятными для Поляковъ, чѣмъ для ихъ «братіи» Литовцевъ. Этимъ моментомъ пользовались Поляки въ высшей степени умѣло и энергично. Съ одной стороны мы видимъ громкія выраженія притворной любви къ Литвѣ31 и рядъ прославленій благодѣяній, будто бы, оказанныхъ ей Польшею32; съ другой стороны встрѣчаемъ и заботливость о томъ, чтобы Литовцы не проникли въ эгоистичные матеріальные разсчеты Поляковъ и не убѣдились въ корыстолюбіи этой своей «братіи». Такъ, когда въ посольской избѣ Польскаго сейма сталъ обсуждаться вопросъ объ отторженіи отъ великаго княжества Литовскаго Волыни и присоединенія ея къ Коронѣ, «нѣкоторые послы подали мнѣніе: «не упоминать пока о Волыни, а требовать вообще всего, чтобы Литва не думала33, что намъ собственно нужна БВолынь, а объ нихъ (Литовцахъ) мы вовсе не хлопочемъ»34.

Мы видѣли выше, какъ Поляки смотрѣли на незыблемость привилеевъ, которыми владѣли они, требуя ихъ непремѣннаго осуществленія. Но оказалось, что и Литва имѣетъ свои привилеи и скрѣпленныя присягою пожалованія и утвержденія ея правъ, полученные отъ тѣхъ же Ягеллоновъ которые даровали привилеи и Польшѣ, ею теперь выставляемые, притомъ оказалось, что привилеи Литовскіе прямо противорѣчатъ тому, что было даровано Польшѣ и осуществленія чего добивались съ такою энергіею Iloляки на сеймѣ 1569 года. Какъ же отнеслись Поляки, такъ уважавшіе силу документа по отношенію къ своимъ привилеямъ, къ документамъ Литовскимъ? Одинъ изъ наиболѣе видныхъ членовъ посольской избы, Перемышльскій судья Валентинъ Орѣховскій, держа 7 февраля отъ имени избы рѣчь къ сенату, такъ говорилъ о Литовцахъ и ихъ документахъ: «а что они намъ представили какіе-то привилеи князей Литовскихъ, то мы не думаемъ, чтобы они какъ-нибудь могли препятствовать намъ заключить унію35>.

Такой взглядъ на привилеи Литовскіе вовсе не былъ достояніемъ одной посольской избы. Краковскій епископъ Филишъ

Примечания

30 Дн. А. c. Стр. 10.

31 Дн, JI. c. Стр. 18.

32 Дн. Л. c. Crp. 27, 55.

33 Мы такъ переводимъ слова «aby Litwa nie rozumiała», a не согласно съ и. о. Кояловичемъ, который перевелъ «nie rozumiałа>—Не догадалась.

34 Дн. Л. с. Стр. 117.

35 Дн. Л. с. Стр. 27.

Современная орфография

согласились уступить им из уважения к их злополучию и самим идти к ним»30. Итак, положение обеих сторон на Люблинском сейме было далеко не одинаково: обстоятельства времени, момент заключёния Унии, оказались неизмеримо более благоприятными для Поляков, чем для их «братии» Литовцев. Этим моментом пользовались Поляки в высшей степени умело и энергично. С одной стороны мы видим громкие выражения притворной любви к Литве31 и ряд прославлений благодеяний, будто бы, оказанных ей Польшею32; с другой стороны встречаем и заботливость о том, чтобы Литовцы не проникли в эгоистичные материальные рассчеты Поляков и не убедились в корыстолюбии этой своей «братии». Так, когда в посольской избе Польского сейма стал обсуждаться вопрос об отторжении от великого княжества Литовского Волыни и присоединения её к Короне, «некоторые послы подали мнение: «не упоминать пока о Волыни, а требовать вообще всего, чтобы Литва не думала33, что нам собственно нужна БВолынь, а об них (Литовцах) мы вовсе не хлопочем»34.

Мы видели выше, как Поляки смотрели на незыблемость привилеев, которыми владели они, требуя их непременного осуществления. Но оказалось, что и Литва имеет свои привилеи и скрепленные присягою пожалования и утверждения её прав, полученные от тех же Ягеллонов которые даровали привилеи и Польше, ею теперь выставляемые, притом оказалось, что привилеи Литовские прямо противоречат тому, что было даровано Польше и осуществления чего добивались с такою энергиею Iloляки на сейме 1569 года. Как же отнеслись Поляки, так уважавшие силу документа по отношению к своим привилеям, к документам Литовским? Один из наиболее видных членов посольской избы, Перемышльский судья Валентин Ореховский, держа 7 февраля от имени избы речь к сенату, так говорил о Литовцах и их документах: «а что они нам представили какие-то привилеи князей Литовских, то мы не думаем, чтобы они как-нибудь могли препятствовать нам заключить унию35>.

Такой взгляд на привилеи Литовские вовсе не был достоянием одной посольской избы. Краковский епископ Филиш

Примечания

30 Дн. А. c. Стр. 10.

31 Дн, JI. c. Стр. 18.

32 Дн. Л. c. Crp. 27, 55.

33 Мы так переводим слова «aby Litwa nie rozumiała», a не согласно с и. о. Кояловичем, который перевел «nie rozumiałа>—Не догадалась.

34 Дн. Л. с. Стр. 117.

35 Дн. Л. с. Стр. 27.