Сборник летописей Южной и Западной Руси, снимок 219, печатная с. 154

Оригинал (дореформенная орфография)

mitatem et praecipitem vexillorum ex conflictu regressum subire cogebatur. Et quia hoc sine donariis et compensatione retenti honorarii expediri non poterat, Leopolis nostra media capfandae amicitiae suppeditare adacta est, dum praeciosas merces, 30,000 taxatas, et mandato regis et voluntate senatus iterum extradere debebat.

E contra fortitudo exercitus ad Zbarazium apud suos meritam gratitudinem non invenit: quaerulabatur enim palam exercitus ille, quod longa fame ac vulneribus enecatus, nullum commeatus nec micam panis sibi submissam a rege, nec currus seu saltem vehicula parva, quae a Zborovio pro aegris corpore et scminecibus per vnlnera socciis facile submitti poterant, impetravit; ideo macillenti illi milites, viventium seu emorientium simulacra, armorum fascos super humeros suos deferre pede vacillianti debebant; haeroes mutos, in tot cruentis praeliis tot palmas et laureas promeritos, aegritudine seu vulneribus lecte affixos, in oppido illo famelico sine ulla provisione linquere cum lachrymis adigebantur.

Confecto bello, Casimirus rex Glinianos primo, deinde Leopolim venit, hospes gratissimus et lauream et oleam pacis ferens, magno urbis applausu, eleganti oratione Martini Anczowski consulis medici exceptus. Hic fessam valetudinem brevi respirio solabatur.

Rex Leopoli commoratus, civitati (quae multas merces variorum, praecipue Pbillipi Duci, ad 130,000 taxatas, pro retrahendis a societate Chmielnicii Scythis, ex sequestro officii sui ex regis et senatus mandato extradiderat) diploma regium dedit, quod pro eo nemine causam dicere obligaretur, ipseque rex ac senatus in quovis foro ac judicio protectione sua suffragari, ac libertatem civitati a quavis impetitione ellargiri pollicitus. Scripto suo promissa firmavit, ut patet ex ingrossatione ad acta consularia feria 4 post dominicam Oculi, anno 1650. Nihilominus tamen contrarium in judiciis ejusdem regis latum decretum in anno 1652 et thesaurus reipublicae, ad quem directa erat solatio, damnura passis nihil solvit, nibilque egenti et suppliciter clementiam petenti civitati, ad haec tempora praestitum indulserat, et res omnes, summas, merces, tam

Перевод на современный русский

он был вынужден пойти на кроткое и безрассудное отступление от норм конфликта. А так как это не могло быть осуществлено без пожертвований и возмещения удержанного гонорара, то Леополю было поручено снабжать нас средствами для заимствования дружбы, тогда как он должен был выдать драгоценные товары, облагаемые налогом в 30 000, и по повелению короля и по воле сената.

С другой стороны, храбрость армии при Збаразии не нашла заслуженной благодарности среди своего народа: ибо армия эта открыто жаловалась, что, умирая от голода и ран, она не получила ни провианта, ни крошки хлеба, подаренного ей царем, ни колесниц, ни хотя бы небольших повозок, которые легко мог бы послать Зборовий для тела больных и для раненых раненых. поэтому этим изможденным воинам, живым или умирающим образам, приходилось нести на плечах сбивающиеся ноги вязанки доспехов; немые герои, завоевавшие столько пальм и лавров в стольких кровавых битвах и прикованные к постели болезнями и ранами, остались в этом голодающем городе без всякой провизии и со слезами были увезены.

После войны король Казимир приехал сначала к глинцам, затем во Львов, как самый желанный гость, несущий лавр и елей мира, его приветствовали громкие аплодисменты города и изящная речь Мартина Анчовского, медицинского консула. Здесь он утешал свое усталое здоровье коротким вздохом.

Царь, проживавший во Львове, дал городу (который выдал много жалованья разных людей, особенно князя Пвиллипа, обложенного налогом в 130 000 за выход из общества скифов-хмельницких, от секвестра его должности по приказу царя и сената) он дал царскую грамоту, что он не обязан защищать ничьих дел от своего имени и что сам царь и сенат должны голосовать за их защиту на каждом форуме и судебном заседании и предоставлять свободу государству от каждой обещанной просьбы. Он подтвердил свои обещания в письменной форме, как это ясно из добавления к консульским процедурам на 4-й день после воскресенья Окули в 1650 году. Тем не менее в постановлениях того же короля в 1652 году было постановлено обратное, и казна республики, на которую была направлена помощь, ничего не возместила за понесенный ущерб и не возместила выплатить что-либо нуждающимся и умоляюще просить о помиловании к государству, ибо на эти времена он помиловал, и все вещи, суммы, заработную плату, а также