Сборник летописей Южной и Западной Руси: снимок 193, печатная с. 128
Снимок страницы киевского издания 1888 года, транскрипция оригинала в дореформенной орфографии и перевод той же страницы на современный русский.
Оригинал (дореформенная орфография)
ideo timor et metus animos Leopoliensium magnus invaserat, ad placandam justitiam Dei etiam infideles judaeos impulerat.
Redierat interim et quidem brevi tempore Hieronymus Seniawski, ex captivitate Tartarica libertati restitutus, die 4 Junii Leopolim, votumque inter adversa fortunae factura imagini beatissimae in Caemeterio exsolvit, ac litrum 20,000 aurcorum hungaricalium Tuhay Bego (a quo ob praestita beneficia honorifice tractabatur) ad oppidum Międzyboże per Scythas redeuntes enumeravit. Cosaci vero a caedibus, rapinis, incendiis cossabant. Maximus Kryvonossus, ob agitata latrocinia poena capitis damnatus, nunc illorum antesignanus grassatorum et perditissimam hominum 60,000 catervam trahens, tranato fluvio Bug, populosa et satis ampla oppida ducis Wisniovecensis: Ładyżyn, Berszada, Werchowka, Alexandryn et alia plurima celeritate insperata cepit, homines crudeliter trucidavit, sub oppido Nestervar sive Tulczyn, ab aliquot nostrorum cohortibus repulsus, sed paulo post et oppidum et arcem occupavit non tamen sine caede suorum. In hoc oppido magnam crudelitatem super praesbyteros romanae ecclesiae, super nobilitatem sexus utriusque, etiam super Judaeos (quorum 15,000 caesa dicebant) utpote angarisatores suorum cosacorum exercuit, in sanguine vivorum debacchatus est, in corporibus mortuorum, quibus sensum doloris mors pridem ademerat, rustica barbarie tyrannus apperere voluit. Illa etenim ex urnis et loculis eiecta, in frustra concisa, laevi farina conspersit et canibus in esum per vicos et vias projecit; et hinc patet, quanto odio, quanta crudelitate in vivos Polonos ferebatur et saeviit, qui etiam mortuos tanta feritate insectatus est.
Hoc tyranno auctore ardenti et voraci flamma refulsit quidquid a Pripecio et Słucza amnibus usque ad Sanum florentis orae continetur. Videre erat luctuosum et tantis spatiis terrarum continuum incendium, dum sacrae aedes, aedificia sumptuosa, operosae palatiorum structurae velut una foce urerentur. Passim indefensae arces, oppida, adversus vim subitam inparatae, hostibus patebant, nemini ad repuguandum animus, cunctis stupor et piger metus et
Перевод на современный русский
поэтому великий страх и страх овладели сердцами жителей Леополя и побудили даже неверующих иудеев умилостивить справедливость Божию.
Иероним Сенявский тем временем, и действительно, в короткое время вернулся на свободу из татарского плена 4 июня во Львов, и среди превратностей судьбы он принес обет самому блаженному образу на кладбище и перечислил литр из 20 000 венгерских ковчегов Тухаю Бего (который отнесся к нему с почетом из-за оказанных им благ) в город Мендзыбоже у скифов. Казаки же пострадали от убийств, грабежей и поджогов. Максим Кривонус, приговоренный к смертной казни за жестокое ограбление, теперь перетаскивая предводителя этих мародеров и наиболее гибнущую группу из 60 000 человек, переправляясь через реку Буг, с неожиданной быстротой взял многолюдные и довольно большие города вождя Вишневецка: Ладыжин, Бершаду, Верховку, Александрин и другие, и жестоко вырезал людей под городом. из Нестервара или Тульчина некоторыми из наших когорт. он был отбит, но немного позже захватил и город, и цитадель, не без резни собственных людей. В этом городе он проявлял великую жестокость к пресвитерам римской церкви, к знати обоих полов, даже к евреям (которых, по их словам, было убито 15 000 человек), как он проявлял гнев своих казаков; Действительно, она выбрасывала их из урн и сундуков, и посыпала напрасно измельченной мукой, и бросала на съедение собакам по улицам и дорогам; и из этого видно, с какой ненавистью и с какой жестокостью он переносил и разорял живых поляков, которые с такой свирепостью нападали и на мертвых.
Пылким и хищным пламенем этого тирана сгорело все, что находится от рек Припеция и Случи до Сануса цветущего побережья. Можно было видеть скорбный и непрерывный пожар на многих пространствах земли, в то время как священные дома, роскошные здания и трудоемкие конструкции дворцов горели как бы из одного очага. То тут, то там незащищенные замки и города, неподготовленные к внезапному натиску, подвергались опасности врага;