Сборник летописей Южной и Западной Руси: снимок 191, печатная с. 126

Оригинал (дореформенная орфография)

mum, ac sparsim etiam hoste suggerente rumor crebrescit, unde multiplex subibat animos nostrorum consideratio. Contigit tamen ut subjecto horreis oppidanis igne, Corsunium violenta ffamma sive imperatam ab hostis receptionem a nostris, sive fortuitam absumpserit, unde ex penuria victus involatura in castris inodia timebatur. Consultabatur itaque a nostris in acie instructa proelii aleam subire, an sub curraginis tegumento regredi conducibilius foret; plures ipseque campidux Kaliriovius sentiebat, aperto campo Scythas agrediendos esse, quibus pulsis etiara ex cosacis victoriam fore certiorem. Generalis nihil tutius arbitrabatur (violentia accelerantis fati - impellente) militari regressu sub curraginis munimento, quod componi opera Nicolai Bieganovii contra aliorum sensus jusserat, acrius objurgato campiduce (qui fervore militum ad pellendas scythas utendum esse, eurraginem deserendam contendebat) ut sibi primicerio pareret. Mota itaque currago illa Bogusłaviam versus infeliciter; sed hoc non latuit sagacem et astutum Chmielnicium, qui ex suis 6000 praeoccupandae viae praemiserat, ut eluvies aquarum cavis aggeribus discriminatas transversis fossis conciterent, lacunas alibi, praecipitia alibi in transitu viarum facerent, alibi super egestos aggeres sclopetarii vigilarent. Aderant brevi et cosaci, qui nostros circa eliberationem curraginis ex abruptis viarum occupatos, facile disperserant, currus multos interceperant, statioues postremas ita turbaverant, ut aliqui Polonorum locum desererent. Verum campidux, laborantibus ea parte cum pilano milite subsidio accurens, animos ordinesque restituit, brevi tamen desulturiorum aliquot manipulis, cum duabus pedestribus Hungarorum vexillis aperiendae viae praemissis, ab hoste fusis, eodem simul impetu a fronte et lateribus currago invasa, ubi Ealinovius gemino vulnere in capite et cubito manus enormiter sauciatus. Nondum tamen vicerat hosti, nisi equisones ac lixarum plerique, intra meditullium curraginis recepti et tamen paventes, insessis equis in fugam se praecipitarent, ac latus curraginis residuae imprudenter nudarent. animos strenue dominorum pugnantium secessione turbarent, bostium augerent. Quippe ad sublatum a cosacis clamorem summo

Перевод на современный русский

Мама, и даже изредка, слухи о враге участились, поэтому наши умы были подвергнуты множеству соображений. Случилось, однако, что городские склады были подожжены, и сильный пожар Корсуния, то ли по приказу врага, то ли поглотил наш прием, то ли случайно, поэтому возникли опасения, что из-за нехватки продовольствия они не прилетят в лагерь. Поэтому наши люди, выстроившиеся в бой, посоветовались, не целесообразнее ли отступить под прикрытием боя; Калириовий, сам начальник лагеря, чувствовал, что скифы вот-вот нападут на большее количество людей в открытом поле и что, прогнав их, даже казаки будут уверены в победе. Ничего безопаснее (насилие ускоряющейся судьбы - толчок) генерал не считал военным отступлением под укрепления Куража, которые он приказал составить по произведениям Николая Бигановиуса вопреки чужим чувствам, резче упрекая кампидука (который настаивал на том, чтобы воинов отогнать скифов, а еврагина оставить), чтобы он мог показаться самому себе первым. И так она двинулась в сторону Богуславии несчастной; но это не скрывало проницательного и хитрого Хмельника, который отправился со своих 6000 дорог на предварительные занятия, чтобы мутить потоки воды, разделенные полыми валами, поперечными траншеями, делать бреши в других местах, пропасти в других местах при пересечении дорог, в других местах следить за насыпями, нуждающимися в артиллерии. Казаки вскоре были там и, легко рассеяв наши войска по освобождению курража от крутых дорог, перехватили множество экипажей и так расстроили последние посты, что некоторые из них покинули позиции поляков. Правда, командующий, прибежавший на помощь трудившимся на той стороне с солдатом с поля, восстановил их дух и ряды, но вскоре после того, как несколько отрядов десультурцев с двумя пехотинцами венгерских знамен, открывавших дорогу, были обстреляны противником.

В то же время колесница была атакована спереди и сбоку в результате той же атаки, в результате которой еалиновиус был тяжело ранен двойной раной в голову и локоть. Враг еще не был побежден, если только всадники и большая часть кавалерии, захваченные в середине зубчатой ​​стены и все еще пасущиеся, сели на лошадей и бросились в бегство и неосмотрительно обнажили оставшуюся часть зубчатой ​​стены. они потревожили бы дух лордов, которые активно боролись за отделение, и увеличили бы их страдания. Киппе в разгар клича, поднятого казаками