Повесть временных лет Червоной, или Галицкой, Руси. Лист 12 - с. XII
Скан издания 1845 года. Русский дореформенный текст и современная русская версия.
Оригинал
имъ цѣлаго. Это была, такъ молвить, точка тяготѣнія, привлекшая къ себѣ своей, относительно большей, плотностью и упругостью разслабленныя отъ долговременныхъ гражданскихъ враждованій и смертельнаго удара Монголовъ части сосѣдственной Руси. Зло дробленія и черезполосности до того усилилось, что даже мечь Азіятцевъ, низвергшій всѣ почти наши княженецкіе столы, не образумилъ старѣйшинъ Руской земли, смотрѣвшихъ на это несчастіе, какъ на временное, переходное, и по прежнему продолжавшихъ стряпати, по выраженію лѣтописца, свое княжеское мѣстничество. Послѣднее намекаетъ на глубокое вкорененіе этого своероднаго, Славянскаго, Феодализма, въ жизнь тогдашней Руси, отъ котораго ничто не было въ силахъ избавить ее, и которое, какъ все, истекающее изъ сущности народа, есть плодъ его своеобразнаго развитія, долго еще и послѣ свирѣпствовало и вредило единству нашему, именно въ мѣстничествѣ бояръ, бывшемъ тѣмъ же самымъ по смыслу и на дѣлѣ, чѣмъ соперничество удѣльныхъ князей. И это тѣмъ естественнѣе, что лица, заспорившія о мѣстѣ, были именно, большей частью, бояре-князья удѣльные, наслѣдовавшіе грѣхъ прадѣдовъ и примѣнявшіе его только къ новому своему положенію, отношенію и значенію. Такъ всѣ явленія въ исторіи народовъ, вытекающія
Русская версия
им целого. Это была, так молвить, точка тяготения, привлекшая к себе своей, относительно большей, плотностью и упругостью расслабленные от долговременных гражданских враждований и смертельного удара Монголов части соседственной Руси. Зло дробления и чересполосности до того усилилось, что даже мечь Азиятцев, низвергший все почти наши княженецкие столы, не образумил старейшин Русской земли, смотревших на это несчастие, как на временное, переходное, и по-прежнему продолжавших стряпати, по выражению летописца, свое княжеское местничество. Последнее намекает на глубокое вкоренение этого своеродного, славянского, Феодализма, в жизнь тогдашней Руси, от которого ничто не было в силах избавить ее, и которое, как все, истекающее из сущности народа, есть плод его своеобразного развития, долго еще и после свирепствовало и вредило единству нашему, именно в местничестве бояр, бывшем тем же самым по смыслу и на деле, чем соперничество удельных князей. И это тем естественнее, что лица, заспорившие о месте, были именно, большей частью, бояре-князья удельные, наследовавшие грех прадедов и применявшие его только к новому своему положению, отношению и значению. Так все явления в истории народов, вытекающие