Очерки из истории западно-русской литературы XVI-XVII вв. Лист 42, с. 39
Александр Архангельский о том, как борьба с католичеством и унией после 1569 года вызвала к жизни западно-русскую книжность - школы, братства, печать, переводы и полемику; приложения - рукописи переводов князя Андрея Курбского. Москва, 1888.
С. 39
Оригинал
инструменты и ими заниматься, а также для пріобретения и соблюдения истинныхъ добродѣтелей, основывающихся на православіи, они не должны имѣть у себя никакихъ иновѣрческихъ и еретическихъ книгъ».... Ученики дѣлились на три отдѣления: одни учились «литерами и складамъ», другіе «читали на память», третьи «выкладывали, рассуждали, разумѣли». Утромъ, послѣ молитвы, каждый долженъ прочитать свой вчерашний урокъ передъ учителемъ и показать ему свою тетрадь, на которой онъ переписалъ дома тотъ урокъ, – «затѣмъ долженъ учиться, подъ руководствомъ учителя, псалтыри, грамматикѣ и другимъ наукамъ»... Учитель обязанъ выдавать ученикамъ «въ запискахъ учета отъ св. евангелій, посланій апостольскихъ, пророковъ, св. отецъ, философовъ, поэтовъ, историковъ и проч.» Суббота употреблялась на повторение пройденнаго въ теченіе недѣли; кромѣ того въ этотъ же день «учились пасхаліи и луннаго теченія и церковному пѣнію».. Въ дни воскресные и праздничные «учитель долженъ рассказывать дѣтямъ о праздникѣ и учить волѣ Божіей, послѣ же обѣда объяснять Евангеліе и Апостолъ того праздника»... Изъ числа учениковъ выбирали на каждую недѣлю двоихъ или четверыхъ, по очереди, чтобы они подметали и отапливали школу, сидѣли у дверей и замѣчали поздно приходящихъ и рано выходящихъ, также не знающихъ уроковъ, шалуновъ – въ классѣ, на улицахъ и въ церкви». Часто опускающихъ классы въ школу не принимали... Порядокъ преподаванія былъ слѣдующий: «научивши учениковъ складывать литеры, начинали обучать ихъ церковному пѣнію и вмѣстѣ грамматикѣ; затѣмъ приступали къ риторикѣ и діалектике, которыя должны были излагаться на языкѣ славянскомъ; а списавши по русски риторику и діалектику, можно было переходить къ другимъ частямъ философіи»87. Ученики каждый день должны были говорить по-гре
Сноски
86. (продолжение сноски со с. 38) семъ представляющій собою образецъ благихъ дѣлъ». Въ учителя братскихъ школъ допускались и иностранцы, но это было вообще исключениемъ. Голубева, Ист. Киевск. дух. ак., I, 212.
87. «...Школы славенское наука починается: напервей научившися складовъ литеръ, потомъ грамматики учатъ, при томъ же церковному чину учатъ, читаню, спеваню.., а такъ тому научатся, до большихъ приступаючи, къ діалектяцѣ и риторикѣ... и инымъ философскимъ письмамъ школѣ належащимъ»... (уставъ луцкой школы). О преподавании въ львовской школѣ ученія грамматическаго, діалектическаго и риторическаго, еще до 1592 года – см: А. Зап. Р., IV, № 24.
Современная орфография
инструменты и ими заниматься, а также для приобретения и соблюдения истинных добродетелей, основывающихся на православии, они не должны иметь у себя никаких иноверческих и еретических книг».... Ученики делились на три отделения: одни учились «литерами и складам», другие «читали на память», третьи «выкладывали, рассуждали, разумели». Утром, после молитвы, каждый должен прочитать свой вчерашний урок перед учителем и показать ему свою тетрадь, на которой он переписал дома тот урок, – «затем должен учиться, под руководством учителя, псалтыри, грамматике и другим наукам»... Учитель обязан выдавать ученикам «в записках учета от св. евангелий, посланий апостольских, пророков, св. отец, философов, поэтов, историков и проч.» Суббота употреблялась на повторение пройденного в течение недели; кроме того в этот же день «учились пасхалии и лунного течения и церковному пению».. В дни воскресные и праздничные «учитель должен рассказывать детям о празднике и учить воле Божией, после же обеда объяснять Евангелие и Апостол того праздника»... Из числа учеников выбирали на каждую неделю двоих или четверых, по очереди, чтобы они подметали и отапливали школу, сидели у дверей и замечали поздно приходящих и рано выходящих, также не знающих уроков, шалунов – в классе, на улицах и в церкви». Часто опускающих классы в школу не принимали... Порядок преподавания был следующий: «научивши учеников складывать литеры, начинали обучать их церковному пению и вместе грамматике; затем приступали к риторике и диалектике, которые должны были излагаться на языке славянском; а списавши по русски риторику и диалектику, можно было переходить к другим частям философии»87. Ученики каждый день должны были говорить по-гре
Сноски
86. (продолжение сноски со с. 38) сем представляющий собою образец благих дел». В учителя братских школ допускались и иностранцы, но это было вообще исключением. Голубева, Ист. Киевск. дух. ак., I, 212.
87. «...Школы славенское наука починается: напервей научившися складов литер, потом грамматики учат, при том же церковному чину учат, читаню, спеваню.., а так тому научатся, до больших приступаючи, к диалектяце и риторике... и иным философским письмам школе належащим»... (устав луцкой школы). О преподавании в львовской школе учения грамматического, диалектического и риторического, еще до 1592 года – см: А. Зап. Р., IV, № 24.