Очерк истории Великого княжества Литовского до половины XV столетия. Лист 104, с. 102
Владимир Антонович о том, как сложилось Великое княжество Литовское: литовские племена и Русь до XIV века, Миндовг, Витень и Гедимин, Ольгерд и Кейстут, война с Орденом и спор за галицко-волынское наследство. Киев, 1878.
С. 102
Оригинал
товскихъ земляхъ авторитетъ великаго князя и, вмѣстѣ съ тѣмъ, сдерживавшаго недружелюбное его настроеніе по отношенію къ Литовцамъ.
На сколько Ольгердъ чуждъ былъ коренной Литвѣ и Жмуди, на столько Кейстутъ связанъ былъ неразрывно съ этими странами и всецѣло преданъ ихъ интересамъ, Всю жизнь провелъ онъ на рубежѣ Литовскихъ земель, отражая съ неисчерпаемою энергіею въ теченіи полустолѣтія постоянно возраставшій напоръ нѣмцевъ на его родину. Въ Кейстутѣ крестоносцы встрѣтили непреодолимую преграду для своихъ завоевательныхъ стремленій, и въ борьбѣ съ нимъ истратили силы и потеряли время самаго большого развитія могущества Ордена 194.
Неудивительно потому что въ Литвѣ и Жмуди Кейстутъ, какъ непреклонный борецъ за независимость страны, пользовался безграничнымъ авторитетомъ и популярностью. Притомъ съ населеніемъ этихъ странъ онъ связанъ былъ и нравственными и семейными узами. Жена Кейстута, Бирута, имя которой сохранилось въ народной памяти и перешло въ народныя пѣсни и легенды, была дочь знатнаго Жмудина Видимунта, она, по словамъ народнаго преданія, до замужества занимала въ Половгѣ должность вайделотки (жрицы) у неугасаемаго огня, горѣвшаго въ честь литовскихъ боговъ195 Самъ Кейстутъ до конца жизни оставался вѣренъ вѣрѣ отцевъ; онъ былъ послѣдній литовскій князь, похороны котораго совершены были по языческому обряду. Когда, подъ конецъ жизни, у него возникла распря съ племянникомъ
Примечания
194 Между тѣмъ какъ русскія лѣтописи сосрелоточиваютъ все вниманіе на Ольгердѣ7 и едва вскользь упоминаютъ имя Кейстута, нѣмецкіе лѣтописцы знали его гораздо больше чѣмъ Ольгерда, хроники ихъ переполнены свѣдѣніями o Кейстутѣ, о походахъ котораго онѣ сообщаютъ мельчайшія подробности: разсказываютъ его личныя отношенія Kb должностнымъ лиyams Ордена, цитируютъ его разговоры и т. 1.—Въ сочиненіи Kotzebue— »Altere Geschichte Preussens“ т. IJ, стр. 197) приведено описаніе наружности Кейстута, заимствованное изъ современнаго вѣмецкаго источника, не названнаго впрочемъ авторомъ:,Keystut war lang, hager, Гейгіде Adgen glahten im blassen Gesichte, wonig Haar bedeckten sein Haupt, ein grauer Bart die Brust. Karg waren seine Lippen, aber jedes Wort reich an Nachdrack. Wenn er drohte, Schwollen im die Adern vor der Stirn. Seine ganze Gestalt war Furcht einfléssend.
195 Лѣтоп. Быховца, стр. 17—18, Stryjkowski, r. П, стр. 44; Kraszewski—Litwa, т. Il, стр. 382—283.
Современная орфография
товских землях авторитет великого князя и, вместе с тем, сдерживавшего недружелюбное его настроение по отношению к Литовцам.
Насколько Ольгерд чужд был коренной Литве и Жмуди, на столько Кейстут связан был неразрывно с этими странами и всецело предан их интересам, Всю жизнь провел он на рубеже Литовских земель, отражая с неисчерпаемою энергиею в течении полустолетия постоянно возраставший напор немцев на его родину. В Кейстуте крестоносцы встретили непреодолимую преграду для своих завоевательных стремлений, и в борьбе с ним истратили силы и потеряли время самого большого развития могущества Ордена 194.
Неудивительно потому что в Литве и Жмуди Кейстут, как непреклонный борец за независимость страны, пользовался безграничным авторитетом и популярностью. Притом с населением этих стран он связан был и нравственными и семейными узами. Жена Кейстута, Бирута, имя которой сохранилось в народной памяти и перешло в народные песни и легенды, была дочь знатного Жмудина Видимунта, она, по словам народного предания, до замужества занимала в Половге должность вайделотки (жрицы) у неугасаемого огня, горевшего в честь литовских богов195 Сам Кейстут до конца жизни оставался верен вере отцев; он был последний литовский князь, похороны которого совершены были по языческому обряду. Когда, под конец жизни, у него возникла распря с племянником
Примечания
194 Между тем как русские летописи сосрелоточивают все внимание на Ольгерде7 и едва вскользь упоминают имя Кейстута, немецкие летописцы знали его гораздо больше чем Ольгерда, хроники их переполнены сведениями o Кейстуте, о походах которого они сообщают мельчайшие подробности: рассказывают его личные отношения Kb должностным лиyams Ордена, цитируют его разговоры и т. 1.—В сочинении Kotzebue— »Altere Geschichte Preussens“ т. IJ, стр. 197) приведено описание наружности Кейстута, заимствованное из современного вемецкого источника, не названного впрочем автором:,Keystut war lang, hager, Гейгиде Adgen glahten im blassen Gesichte, wonig Haar bedeckten sein Haupt, ein grauer Bart die Brust. Karg waren seine Lippen, aber jedes Wort reich an Nachdrack. Wenn er drohte, Schwollen im die Adern vor der Stirn. Seine ganze Gestalt war Furcht einfléssend.
195 Летоп. Быховца, стр. 17—18, Stryjkowski, r. П, стр. 44; Kraszewski—Litwa, т. Il, стр. 382—283.