Очерк истории Великого княжества Литовского до половины XV столетия. Лист 76, с. 74
Владимир Антонович о том, как сложилось Великое княжество Литовское: литовские племена и Русь до XIV века, Миндовг, Витень и Гедимин, Ольгерд и Кейстут, война с Орденом и спор за галицко-волынское наследство. Киев, 1878.
С. 74
Оригинал
приняли участіе: Рижскій архіепископъ, еписконы Эзельскій, Дерптскій и Ревельскій, магистратъ города Риги и датскій начальникъ города Ревеля. Поневолѣ къ договору присоединились и Ливонскіе рыцари, не посмѣвшіе сопротивляться папскому повелѣнію и общественному мнѣнію ливонскаго населенія, Вообще, послѣ обнародованія грамотъ Гедымина, когда вѣсть о предстоявшемъ его обращеніи стала общеизвѣстною на западѣ, орденъ крестоносцевъ поставленъ былъ въ весьма затруднительное и ложное положеніе: всѣ жалобы и обвиненія Рижскаго архіепископа и магистрата подтверждались теперь съ новыми, подавляющими подробностями въ грамотахъ. великаго князя литовскаго. Представители ордена, въ виду всеобщаго, весьма невыгоднаго для нихъ, настроенія общественнаго мнѣнія, потеряли голову и въ первое время не знали, какой слѣдуетъ имъ принять образъ дѣйствія: они, то пытались заподозрить подлинность опубликованныхъ грамотъ, то увѣряли папу въ томъ, что они нисколько не препятствовали Гедымину сноситься съ нимъ, то старались, при посредствѣ ъ прусскихъ епископовъ, помѣшать заключенію мира съ Литвою, то, потомъ, выслали своихъ уполномоченныхъ для подписи мирнаго трактата, то, наконецъ, пытались засвидѣтельствовать свою невинность, посредствомъ удостовѣренія, полученнаго ими отъ провинціала Прусскихъ миноритовъ: но ни въ Авиньонѣ, ни вообще на западѣ, эти попытки ордена не пользовались довѣріемъ, своекорыстіе ордена, его наклонность къ интригамъ, его жестокость и алчность считались теперь вполнѣ обличенными и доказанными; повсемѣстно указывали на грамоты Гедымина, какъ на несомнѣнное доказательство коварства рыцарей, вскорѣ, въ дополненіе четырехъ первыхъ, появились двѣ новыя: въ одной изъ нихъ великій князь излагалъ подробно всѣ обиды и несправедливости, которымъ онъ подвергался со стороны рыцарей, въ другой онъ увѣрялъ Папу въ томъ, что онъ увѣровалъ давно уже въ догматъ Св. Тройцы и убѣжденъ въ верховномъ значеніи папы, какъ единственнаго намѣстника Христова на землѣ. Понуждаемый этими грамотами, папа, наконецъ, отправилъ легатовъ въ Литву въ іюнѣ 1324 года. Начальниками миссіи назначены были: Варѳоломей, епископъ Алетскій, и Бернардъ, аббатъ бенедиктинскаго монастыря cB. Теофрида въ Пюи. Снабженные папскою напутственною инструкціею и вѣрительными письмами ко всѣмъ христіанскимъ владѣтелямъ, легаты прибыли въ Ригу 22 сентября 1324 года, они утвердили папскою властью договоръ, заключенный съ Гедыминомъ духовными и
Современная орфография
приняли участие: Рижский архиепископ, еписконы Эзельский, Дерптский и Ревельский, магистрат города Риги и датский начальник города Таллина. Поневоле к договору присоединились и Ливонские рыцари, не посмевшие сопротивляться папскому повелению и общественному мнению ливонского населения, Вообще, после обнародования грамот Гедимина, когда весть о предстоявшем его обращении стала общеизвестною на западе, орден крестоносцев поставлен был в весьма затруднительное и ложное положение: все жалобы и обвинения Рижского архиепископа и магистрата подтверждались теперь с новыми, подавляющими подробностями в грамотах. великого князя литовского. Представители ордена, в виду всеобщего, весьма невыгодного для них, настроения общественного мнения, потеряли голову и в первое время не знали, какой следует им принять образ действия: они, то пытались заподозрить подлинность опубликованных грамот, то уверяли папу в том, что они нисколько не препятствовали Гедимину сноситься с ним, то старались, при посредстве прусских епископов, помешать заключению мира с Литвою, то, потом, выслали своих уполномоченных для подписи мирного трактата, то, наконец, пытались засвидетельствовать свою невинность, посредством удостоверения, полученного ими от провинциала Прусских миноритов: но ни в Авиньоне, ни вообще на западе, эти попытки ордена не пользовались доверием, своекорыстие ордена, его наклонность к интригам, его жестокость и алчность считались теперь вполне обличенными и доказанными; повсеместно указывали на грамоты Гедимина, как на несомненное доказательство коварства рыцарей, вскоре, в дополнение четырех первых, появились две новые: в одной из них великий князь излагал подробно все обиды и несправедливости, которым он подвергался со стороны рыцарей, в другой он уверял Папу в том, что он уверовал давно уже в догмат Св. Тройцы и убежден в верховном значении папы, как единственного наместника Христова на земле. Понуждаемый этими грамотами, папа, наконец, отправил легатов в Литву в июне 1324 года. Начальниками миссии назначены были: Варфоломей, епископ Алетский, и Бернард, аббат бенедиктинского монастыря cB. Теофрида в Пюи. Снабженные папскою напутственною инструкциею и верительными письмами ко всем христианским владетелям, легаты прибыли в Ригу 22 сентября 1324 года, они утвердили папскою властью договор, заключенный с Гедимином духовными и